Жанр: Боевик
Дирк Питт 1-6.
...а, извините мою профессиональную недоверчивость,
лейтенант, но из этих бумаг прямо-таки торчат уши.
Марганин протянул адмиралу ещё один конверт.
- А вот здесь вы найдете информацию о секретных контактах посла США в СССР
и Министерства обороны Соединенных Штатов. Посол прямо говорит о том, что
капитан Андрей Превлов является весьма ценным источником получения секретной
информации, касающейся советских морских сил. В качестве иллюстрации посол
прилагает полученный от Превлова план, по которому должны быть размещены корабли
советского флота в случае начала ядерной войны, которую могли бы развязать мы
против Соединенных Штатов. - Марганин не торопясь произнес заготовленные фразы и
с удовольствием отметил мимическую реакцию Слоюка, чье всегда бесстрастное лицо
вдруг стало растерянным. - Думаю, что тут все ясно, как день. Офицер моего,
скажем, уровня просто физически не мог бы добыть столь секретную и доступную
лишь узкому кругу людей информацию, тогда как капитан Превлов, с другой стороны,
пользуется абсолютным доверием членов Морского комитета по стратегическим
вопросам.
Все, что считал нужным, Марганин высказал. Его позиция была предельно
ясна. Слоюку в этой ситуации не оставалось ничего иного как молча согласиться с
собеседником. Адмирал недоуменно покачал головой.
- Невероятно... Сын высокопоставленного члена КПСС, и вдруг предает свою
родину ради каких-то материальных выгод... Не могу поверить...
- Хотя, с другой стороны, принимая во внимание экстравагантный образ жизни
капитана Превлова, нетрудно понять, что требования были у него вовсе не
ординарные и явно превосходили его финансовые возможности.
- Да, я знаю вкусы капитана Превлова.
- А знаете ли вы, что у капитана Превлова в любовницах женщина, которая
называет себя женой главного консультанта посла США в СССР?
При этих словах Слоюк сделал раздраженную гримасу.
- Вы, стало быть, и про неё знаете? - осторожно спросил адмирал. - Меня
капитан Превлов в свое время информировал, однако он уверил меня, что с помощью
этой женщины он узнает секретную посольскую информацию.
- Еще бы, - сказал Марганин. - На самом же деле эта женщина - агент ЦРУ. И
мужа никакого у неё в посольстве нет, равно как и за пределами посольства. Она
разведена. - Тут Марганин выдержал небольшую паузу, чтобы его следующие слова
были как можно лучше услышаны. - Да и секреты этой женщине известны лишь те,
которыми её снабдил капитан Превлов. Ведь именно Он является Ее агентом, но
никак не наоборот.
Несколько секунд Слоюк сидел неподвижно, словно в нокауте. Затем он поднял
тяжелый взгляд на Марганина.
- И каким же, позвольте узнать, образом вам стала известна вся эта
информация?
- Мне бы не хотелось пока разглашать имя моего источника, товарищ адмирал.
Ради Бога не сочтите за нахальство с моей стороны, но дело в том, что я
выпестовал и буквально взрастил этого человека, потратив на него два года
работы, сил, нервов. И одним из пунктов нашего с ним соглашения я взял на себя
обязанность сохранять его имя в абсолютнейшей тайне. Кроме меня этот человек
пока не известен никому.
Слоюк кивнул. Будучи сам профессиональным разведчиком, он понимал и
принимал такого рода правила профессиональной игры.
- Надеюсь, лейтенант, вы понимаете, каким образом все это может сказаться
на нашем положении?
- То есть, вы про бизаний?
- Да, про него, - подтвердил Слоюк. - Если только Превлов раскрыл
американцам наш план, то последствия такого разглашения могут быть
непредсказуемы. Как только в их руках окажется бизаний и они осуществят свой
"Сицилианский проект", на ближайшее десятилетие стратегическая инициатива
окажется в их руках.
- Да, но может, капитан Превлов ещё не передал американцам наш план? -
предположил Марганин. - Не исключаю, что он как раз придерживал информацию до
момента поднятия "Титаника"?
- "Титаник" уже поднят со дна, - мрачно сказал Слоюк, каждое слово его
имело вес гири. - Не далее, как три часа тому назад капитан Пароткин с "Михаила
Куркова" сообщил в штаб-квартиру, что "Титаник" поднят на поверхность и
находится в таком состоянии, при котором возможна его буксировка.
Марганин был весьма удивлен услышанным.
- Но наши агенты "Серебряный" и "Золотой" уверяли, что операция по
извлечению лайнера не начнется в ближайшие трое суток, и не верить этому у нас
нет оснований.
Слоюк меланхолично пожал плечами.
- Американцы вечно спешат, о чем бы ни зашла речь.
- Значит, нам нужно отказаться от разработанного капитаном Превловым плана
по захвату бизания и немедленно предпринять какие-то иные шаги?
Когда Марганин вел речь о разработанном капитаном Превловым плане, ему
приходилось сдерживать улыбку. Настала пора ниспровергнуть гипертрофированное
капитаново эго с того пьедестала, на который оно было возведено. С этой минуты
начиналась наиболее ответственная для Марганина часть операции. Тут требовалось
хорошенько продумывать каждое слово и каждый жест.
- Стратегию менять уже слишком поздно, - медленно, взвешивая каждое слово,
произнес адмирал Слоюк. - Все люди и все корабли уже разведены по местам, и
потому единственное, что нам остается, так это идти напролом, выполнять
утвержденный план.
- А что будет с капитаном Превловым? Вы, я полагаю, прикажете его
арестовать?
Слоюк смерил Марганина тяжелым мрачным взглядом.
- Нет, лейтенант, Превлов будет выполнять возложенные на него функции.
- Но ему же нельзя доверять?! - воскликнул Марганин с отчаянием в голосе.
- Я представил вам доказательства...
- Ни одно из представленных вами доказательств не может считаться
абсолютным. Все эти бумажки можно легко подделать, - резко сказал Слоюк. - И
потом, лейтенант, ваш конвертик что-то слишком уж аккуратно запакован, чтобы
содержимому можно было безоговорочно доверять. И если представленные мне
документы в чем-то меня и убедили, так, пожалуй, разве только в том, что один
молодой разведчик из моего ведомства слишком уж горит желанием обскакать своего
непосредственного начальника и занять таким образом его место. Такого рода
уловки вовсю практиковались задолго до того, лейтенант, как вы появились на
свет.
Вы решили сыграть в очень опасную игру, и вы - проиграли. Увы.
- Позвольте заверить вас...
- Довольно! - голос Слоюка был тверд, как гранит. - Меня лишь утешает
мысль о том, что бизаний все-таки окажется на борту советского корабля - и не
позднее, чем через три дня. Именно тогда я смогу сказать, что у меня имеются
неопровержимые доказательства вашей клеветы и безупречного поведения капитана
Превлова.
Глава 51
Огромный, неподвижный, лежал "Титаник" на воде. Мелкие волны с обеих
сторон обтекали его ржавый корпус, вновь сходились за кормой и продолжали свой
путь к далеким и никогда прежде не виданным берегам. Течение медленно увлекало
корабль, отделанные деревом палубы которого подсыхали в лучах теплого солнца.
Это был корабль-покойник, которому судьба дала возможность вновь пополнить собою
ряды настоящих, вполне дееспособных судов.
Корабль-покойник не был, однако, судном-призраком. Расположенная над
салоном первого класса навигационная башня была на скорую руку срезана автогеном
под корень с тем, чтобы освободившееся место могло быть использовано в качестве
вертолетной площадки. Вскоре весьма солидная команда специалистов прибыла на
"Титаник". Они привезли с собой оборудование, инструменты, необходимые материалы
- и тотчас же закипела работа по тщательной подготовке корабля к долгому
буксированию в нью-йоркский залив.
Была, была такая минута, когда всех едва живых подводников с "Дип Фантом"
взяли на борт вертолета, а специалисты ещё не прибыли на "Титаник", и Джиордино
оказался полновластным хозяином извлеченного из океанской бездны лайнера. Ему в
тот момент даже не пришло в голову, что за последние семьдесят шесть лет он был
первым, кому довелось ступить на палубу легендарного корабля.
Хотя был полдень, самое что ни на есть подходящее время для работы.
Джиордино воздержался от каких бы то ни было изысканий в одиночку. Всякий раз,
когда он смотрел вниз с восьмисот восьмидесятидвухфутовой высоты корабельного
борта, у него появлялось ощущение, что он заглядывает в сырой и мрачный склеп.
Нервно закурив, Джиордино присел на металлический выступ и принялся ждать
возвращения вертолета.
Питт решительно не испытывал неудобства или же волнения в тот момент,
когда ступил на палубу "Титаника". Чувство Питта было сродни благоговению. Он
прошел к капитанскому мостику и застыл в одиночестве, раздумывая о невероятной
судьбе, выпавшей на долю этого корабля. Вновь и вновь пытался Питт представить
себе, каким был тот далекий, отделенный почти восемью десятилетиями, день, когда
капитан Эдвард Д. Смит с этой же самой точки наблюдал за тем, как вверенное ему
судно вместе с командой и пассажирами медленно уходит под воду. О чем думал он,
зная, что все шлюпки, имеющиеся на корабле, могут вместить не более тысячи ста
восьмидесяти человек? Ведь в тот злополучный рейс на борту находилось две тысячи
двести человек. И ещё Питт пытался представить, какова была бы реакция старого
морского волка, если бы в момент потопления ему сказали, что через много
десятилетий его судно вновь увидит солнечный свет? И что по палубам корабля
будут прохаживаться люди, ни один из которых ещё не родился в том далеком
трагическом году? Поистине, неисповедимы пути...
Питту показалось, что прошли многие часы, хотя в действительности он
отвлекся на какие-нибудь полторы-две минуты. Очнувшись, он направился в сторону
кормы, минуя запаянную дверь радиорубки, из которой первый радист "Титаника"
Джон Г. Филлипс вынужден был послать в эфир сигнал "SOS". Питт миновал
шлюпбалки, некогда, позволившие спасательной шлюпке № 6 спуститься на воду:
именно в эту шлюпку посчастливилось попасть некоей миссис Дж. Дж. Браун из
Денвера, впоследствии сделавшейся всемирно известной как "Непотопляемая Молли
Браун". Миновал он некогда роскошный лестничный вестибюль, в котором играли
Грэхам Фарли и его бесстрашные коллеги из корабельного оркестра... А вот где-то
здесь, судя по рассказам очевидцев, миллионер Бенджамин Гугенхайм со своей
секретаршей без всякой паники на лицах стояли, дожидаясь смерти: на ней и на нем
были одеты самые лучшие наряды - они и в этот момент хотели выглядеть
максимально респектабельно.
Почти пятнадцать минут ушло у Питта на то, чтобы пройти к шахте лифта.
Перевесившись через поручни, он соскочил на нижнюю прогулочную палубу. Тут
находилась кормовая мачта, которая торчала из прогнившей корабельной обшивки,
как обломок ствола: мачта была обломана на высоте восьми футов от поверхности
палубы - именно тут её задела своим корпусом "Си-Слаг".
Питт сунул руку в карман, нащупал и вытащил пакет, переданный коммодором
Бигалоу. Он развязал пакет. Под рукой не оказалось ни веревки, ни троса, ни
какого-нибудь фала, а потому Питт вынужден был воспользоваться бечевкой, которой
Бигалоу завязал пакет. Обломанная мачта подходила для целей Питта как нельзя
лучше: он прикрепил сверху, снизу, затем сделал несколько шагов назад и
залюбовался своей работой.
Ветер развевал флаг на импровизированном флагштоке. Материя была старая,
краски, некогда яркие, поблекли. Однако в целом старенький вымпел "Уайт Стар
Лайн", тогдашней пароходной компании, выглядел совсем неплохо, развеваясь над
"Титаником", как в былые времена.
Утреннее солнце едва только появилось над восточной кромкой морского
горизонта, когда Сэндекер выпрыгнул из вертолетного люка и присел на корточки,
успев рукой схватить шляпу, едва не сорванную мощным воздушным потоком
вращающегося винта. Все ещё горели, хотя нужды никакой в том не было,
установленные на палубе "Титаника" прожектора; обрывки тросов, ржавые трубы,
детали механизмов были раскиданы повсюду. Питт и его коллеги работали не
покладая рук всю ночь напролет, чтобы как-то оформить и окончательно завершить
приготовительные работы. Кораблю предстояло длительное плавание.
Руди Ганн, находившийся в тот момент рядом с ржавым лопастями гигантского
корабельного вентилятора, приветственным жестом руки встретил адмирала.
- Добро пожаловать на "Титаник", - сказала он. - Располагайтесь, - Ганн
широко улыбнулся. В то утро все участники спасательной операции часто улыбались
- к месту и не к месту.
- Что тут у вас?
- Да все пока более или менее... Как только мы включим помпы, откачаем воду
и тогда корабль встанет попрямее.
- Питт где?
- В гимнастическом зале.
Собравшийся было уже идти, Сэндекер запнулся на полушаге, недоумевающе
посмотрел на Ганна и переспросил:
- Ты сказал, в гимнастическом?
Ганн кивнул и указал на пролом в одной из переборок носовой части: края
пролома безошибочно подтверждали, что тут дело не обошлось без ацетиленовой
горелки.
- Вот сюда, пожалуйста.
В помещении пятнадцать на сорок футов было полно мужчин, каждый из которых
был поглощен своей работой, не обращая внимания на ржавый паноптикум,
выстроенный на некогда превосходном линолеуме. Тут оказалось во множестве хорошо
сделанных, богато разукрашенных машин, на которых имитировалось занятие греблей.
Имелись также и занятно выглядевшие стационарные велосипеды. Среди прочего были
здесь и механические лошади с изрядно поржавевшими металлическими частями,
прогнившими кожаными седлами и подпругами. Среди механических монстров Сэндекер
обнаружил даже нечто, весьма напоминающее механического верблюда. И каково же
было удивление адмирала, когда он выяснил, что это и в самом деле - верблюд.
Механики, инженеры, прочие члены спасательного отряда уже успели
установить тут радиоприемное и радиопередающее устройство, три переносных
электрогенератора, целый лес переносных светильников на высоких подвижных
штативах, а также плиту а-ля Руб Голдберг. Были тут и множество складных столов
и стульев из матового алюминия, и упаковочные корзины, и даже походная койка.
Питт вместе со Спенсером и Драммером были настолько заняты работой, что не
заметили, как к ним приблизился Сэндекер. Троица коллег разглядывала рекламный
снимок "Титаника".
Питт поднял голову и обрадованно приветствовал адмирала.
- Добро пожаловать на "Большой "Т"", - по-хозяйски радушно сказал он. -
Как у Меркера. Киля и Чавеца?
- В санчасти на "Каприкорне". Им сделали уколы, и теперь они дрыхнут за
милую душу. Я был уверен, что они чуть живы, а все трое не успели отдохнуть, как
начали приставать к доку Бейли, чтобы тот разрешил им продолжить работу. Бейли
делает вид, что ничего такого не слышит. Действительно, просьба ещё та, что
называется: приступить к работе, когда чуть Богу душу не отдали. Бейли в
ближайшие сутки даже и разговаривать с ними об этом не желает. А такого гиганта,
как доктор Бейли, попробуй ослушаться - он мигом в порошок сотрет. - Сэндекер
замолчал и принюхался. - Эй, чем это здесь так пахнет?
- Гниль, - ответил Драммер. - Самая обыкновенная гниль. Тут все насквозь
прогнило, и с этим ничего не поделаешь. А то ли ещё будет, когда поверхности
высохнут, когда солнышко пригреет как следует. Сейчас-то ещё что!
Сэндекер обвел взглядом помещение.
- А уютненько здесь у вас, ничего не скажешь... Только я никак не могу
понять, зачем понадобилось устанавливать оборудование именно в гимнастическом
зале? Не лучше ли было воспользоваться для этот о капитанским мостиком?
- Нарушение традиции - это да. Однако на то имелись свои причины, -
ответил Питт. - На мертвом корабле капитанский мостик уже, по сути, без
надобности. В то же самое время, гимнастический зал тут расположен как нельзя
более удобно, посередине корабля. Отсюда равно близко что до кормы, что до носа...
Кроме того, гимнастический зал рядом с вертолетной площадкой, на крыше отсека
первого класса. Чем ближе к истокам, тем проще работать.
- Хочу спросить вас, - сказал Сэндекер, - не собираетесь ли вы тут втихаря
заниматься боди-билдингом? И для этого выбрали спортивный зал?
Взгляд адмирала Сэндекера вдруг упал на кучу различного хлама, который был
собран в аккуратную кучу около носовой стенки зала. Сэндекер направился туда,
подошел и принялся рассматривать останки того, кто прежде был пассажиром или же
членом команды "Титаника".
- Интересно, кем был этот бедолага?
- Теперь уже не узнаешь, - откликнулся Питт. - Можно бы установить по
зубным пломбам, однако попробуй теперь сыщи медицинские карты дантистов начала
века.
Сэндекер присел на корточки и внимательно рассмотрел тазобедренный сустав.
- Господи Боже, это была женщина! - воскликнул адмирал.
- Именно, - подтвердил Питт. - Она или же была одной из пассажирок первого
класса, которая даже не пыталась спастись, или эта женщина ехала четвертым
классом и пришла сюда, когда все шлюпки были уже спущены на воду.
- Еще какие-нибудь останки нашли?
- Знаете, у нас, собственно, и времени-то не было как следует посмотреть...
Один из людей Спенсера вроде нашел скелет около камина в холле.
Сэндекер показал взглядом:
- А там что такое?
- Через эту дверь можно пройти к главному трапу.
- Пойдем, проводишь меня.
Они прошли на крышу первой палубы и оттуда посмотрели вниз. В просторном
холле были видны раскиданные столы и стулья, диванчики и диваны. Изящные линии
поручней почти не были повреждены и поражали чистотой и изысканностью дизайна.
Стрелки больших бронзовых часов застыли, показывая 2:21.
По ступеням, покрытым толстым слоем океанского ила, Питт и Сэндекер прошли
в одну из просторных гостиных. Вид помещения поразил обоих. Сюда почти не
проникал солнечный свет, и густой полумрак усиливал гнетущее впечатление,
которое создавала беспорядочно валявшаяся по углам некогда очень дорогая мебель.
Осторожно, чтобы не наступить на что-нибудь, они продвинулись футов на тридцать
в глубину, натолкнулись на целую гору обломков мебели и металла и сочли за благо
вернуться в гимнастический зал.
В тот момент, когда они переступили порог единственного на корабле маломальски
обжитого помещения, склонившийся над приемником человек распрямился и
повернулся в их сторону. Это был Джиордино.
- Я как раз думал, куда это они исчезли. Недавно был разговор с парнями из
"Ураниус Ойл", они спрашивали, как там дела с их подлодкой...
- Скажи им, что как только мы придем в Нью-Йорк, поставим "Титаник" в
сухой док, то первым делом займемся "Дин Фантом". Вытащим подлодку, сразу же и
вернем, - сказал Питт.
Джиордино понимающе кивнул и повернулся к пульту.
- И вообще, пускай коммерческая служба собачится из-за их лодки. У нас
есть дела поважнее, - заметил Сэндекер. - Да, джентльмены, я хотел спросить. Вы
не думаете, что событие настолько важное, а в горле настолько сухо у всех, что
следовало бы исправить эту очевидную диспропорцию. Хоть по глотку-то, черт
побери...
- Вы сказали - по глотку, - оживился Джиордино.
- Да, я сказал - по глотку, - подтвердил свое предложение Сэндекер и из
каких-то потайных карманов своего плаща извлек две бутылки. - Чтобы никто потом
не говорил, что Джеймс Сэндекер не оказал должного внимания команде.
- Бойся адмиралов, дары приносящих, - вполголоса произнес Джиордино.
Сэндекер с явным сожалением посмотрел на Джиордино и мечтательно произнес:
- В старое доброе время за такие слова, адресованные старшим по званию,
наглецов заставляли в шторм забираться на самый верх мачты.
- Точно! - с явным энтузиазмом подтвердил Драм-мер. - А если они
благополучно забирались и спускались на палубу, для них ещё было такое
воспитательное средство, как килевание. Знаешь, что это такое?
- Все, запугали, - Джиордино поднял руки. - Слова теперь против начальства
никогда не скажу. Если, разумеется, начальство это будет изредка вспоминать, что
мне время от времени не худо и выпить.
- Не много же тебе нужно, сынок, - со вздохом сказал Сэндекер. - Ладно...
Джентльмены, я прошу определиться, кому - что. Тут у меня поллитровка "Джек
Дэниелз", которую любят все простые парни на свете, и поллитровка "Катти Сарк" -
для городских пижонов. Давайте стаканы, чашки, кружки - у кого что в наличии. И
не стесняйтесь, адмирал от чистого сердца угощает.
Джиордино не заставил себя просить дважды: направлен на импровизированную
кухню и принес оттуда одноразовых стаканчиков по числу собравшихся в
гимнастическом зале. Когда всем налили, Сэндекер поднял стакан:
- Джентльмены, предлагаю первую выпить за легендарный "Титаник". Да не
будет никогда более мир праху его!
- Давайте, давайте за "Титаник"!
- Именно!
- Верно...
Выпив, Сэндекер опустился на раскладной стул, подлил себе ещё и,
маленькими глотками потягивая спиртное, оглядел собравшихся тут парней. Среди
всех этих ребят были два агента русской разведки, и Сэндекер мысленно
прикидывал, кто именно мог бы быть шпионом...
Генеральный Секретарь ЦК КПСС Георгий Антонов потягивал свою трубку и
через табачный дым поглядывал на капитана Превлова.
- Должен признаться, капитан, у меня пока весьма смутное представление об
этом начинании.
- Мы самым тщательным образом рассмотрели все прочие варианты и
остановились на этом как на единственном, - сказал Превлов.
- Но ведь тут есть свои опасности, - тактично напомнил Антонов. - Едва ли
американцы будут сидеть сложа руки, когда узнают, что их бизаний украден.
- Я думаю, товарищ Генеральный Секретарь, как только бизаний окажется в
наших руках, мнение Америки вообще не будет иметь никакого значения. Нам главное
- успеть захлопнуть дверь у них перед носом.
Генеральный Секретарь сложил руки на груди. За его спиной на стене висел
огромный портрет Ленина.
- Мне решительно не нужны никакие международные скандалы, капитан. Надо бы
обставить все таким образом, чтобы мировое общественное мнение было бы на нашей
стороне.
- Позиция Президента Соединенных Штатов в этом вопросе более чем уязвима,
поскольку нашу правоту признает даже международное право.
- Это будет означать конец эпохи разрядки, - раздельно сказал Генеральный
Секретарь.
- Это также будет означать и начало конца Америки как сверхдержавы.
- Меня устраивает подобный расклад, капитан. - Трубка Генерального
Секретаря потухла, и он снова закурил, наполнив комнату сладковатым ароматным
дымом хорошего табака. - Но в том случае, если мы не сумеем раздобыть этот
бизаний, конец придет нам как сверхдержаве, и это нельзя сбрасывать со счетов.
- А мы сумеем.
- Самонадеянное заявление, - сказал Антонов. - Когда хороший защитник в
суде готовит свою речь, он прежде всего просчитывает ходы прокурора и уже в этой
связи вырабатывает собственную тактику. Что предусмотрено на тот случай, если
бизаний нам добыть не удастся?
- Тогда весь бизаний будет уничтожен, - решительно сказал Превлов. - Если
мы не завладеем бизанием, американцам он не достанется также.
- Означает ли это, что будет уничтожен также и "Титаник"?
- Да. Уничтожив "Титаник", мы тем самым уничтожим и бизаний. А второе
поднятие лайнера будет уже совершенно невозможно.
Превлов замолчал, ожидая, что ему скажет Генеральный Секретарь. Слова
капитана показались Антонову вполне убедительными. Генеральный уже дал "добро"
на проведение операции по захвату бизания и теперь лишний раз убедился в
правильности выбранной тактики. Он внимательно посмотрел на Превлова. Вид у
капитана был уверенный и решительный, как у человека, не привыкшего отступать,
не приученного к поражениям. Даже самые обычные слова из уст Превлова звучали
убедительно. Да, план, представленный Превловым, казался Генеральному Секретарю
вполне надежным.
- Когда вы отправляетесь в Северную Атлантику, капитан? - спросил он.
- С вашего разрешения, сегодня же и отправлюсь, товарищ Генеральный
Секретарь. В Горьком, на одном из военных аэродромов меня уже поджидает
бомбардировщик дальнего радиуса действия. Через двенадцать часов я буду на борту
"Михаила Куркова". Удача сопутствует нам и ураган кстати, под его прикрытием мы
постараемся все сделать быстро и незаметно. "Титаник" будет захвачен без труда.
- Что ж, тогда не смею больше вас задерживать. - Антонов поднялся и
дружески приобнял капитана за плечи. - От вас будет во многом зависеть будущее
нашей страны. Надеюсь, вы это понимаете, и у вас не возникнет оснований для
разочарования, капитан.
День был неудачным для Питта. День начал восприниматься, как неудачный, с
того самого момента, когда Питт сделал перерыв в спасательных приготовлениях и
отправился в грузовой отсек №1, на седьмой уровень.
Тут царил чудовищный разор. Отделение, где находился бизаний, оказалось
погребено под обрушившейся переборкой.
Питт в полутьме стоял и молча обозревал металлический непроходимый завал,
через который иначе, как с помощью специальных приспособлений, нечего было и
думать пробраться. Именно в тот момент Питт ощутил у себя за спиной постороннее
присутствие.
- Похоже, судьбе нравится издеваться над нами, - сказал из темноты
Сэндекер, голос которого Питт сразу же узнал.
- Да уж, на данный момент, пожалуй, - согласно кивнул Питт.
- Слушай, а что, если...
- Если мы попытаемся обойтись одними только подручными средствами, работа
займет не одну неделю. Это же самые настоящие стальные джунгли.
- А другой какой-нибудь способ?
- Будь у нас кран системы "Допплманн", мы бы все расчистили тут за два
часа.
- Считаешь, суетиться бессмысленно? Подождем, пока поставим "Титаник" в
сухой док, так, что ли? Неужели ждать до самого Нью-Йорка?
Питт посмотрел на адмирала. Адаптировавшиеся глаза Сэндекера различили
усталое и поникшее лицо Питта, которое лучше всяких слов выражало мнение.
- Конечно, если бы удалось взять бизаний и перенести его на "Каприкорн" -
это было бы ещё одно очко в нашу пользу, - сказал Питт. - Это, без сомнения,
гарантировало бы грузу большую сохранность.
- Слушай, а если сделать вид, будто мы сумели достать бизаний, а? Иначе
говоря, сымитируем перевозку бизания на "Каприкорн"?
- Русских агентов, думаю, так тривиально не обведешь вокруг пальца.
- В том, разумеется, случае, если оба они находятся сейчас на "Титанике".
А если - нет?
- Завтра я смогу ответить на ваш
...Закладка в соц.сетях
