Жанр: Боевик
Её легионер
...перед этим спарринговавший на ринге с очередной
восходящей звездой:
- Полковник, если вам нужен помощник, то я готов.
- А что ты умеешь? - спросил Боксон.
- Умею драться.
- Неплохо для начала. Но все-таки мало, чтобы выжить...
По вечерам Боксон в своей квартире тренировался выхватывать руками в
перчатках револьвер из кобуры, из разных карманов, из-за пояса - отрабатывал
навыки чувствовать оружие, перезаряжать его - в перчатках поначалу непривычно, и
не сразу получалось так, как надо.
Одновременно он изучал карту США и схему Нью-Йорка - чтобы иметь подробное
представление о месте своей предстоящей работы.
Доклад частного детектива Клода Сантари о деловых контактах Жаклин Шнайдер
открывал новые стороны её жизни.
- Этот парень на белом БМВ - Курт Хаузер. Раньше работал в Берне, в
главном управлении криминальной полиции, в отделе по расследованию убийств, но
был уволен: Хаузер застрелил арестованного - сексуального маньяка-убийцу.
Наверное, он был прав - у нас слишком мягко относятся к подонкам, этот маньяк
растерзал несколько женщин, а получил бы всего лет пять-семь психиатрической
лечебницы. Дело замяли, но из полиции Хаузеру пришлось уйти - по служебному
несоответствию. Мать Хаузера - сестра одного из руководителей фирмы "Беретта",
поэтому парень пристроился к ним в службу безопасности. Но работает почему-то в
Швейцарии и Франции. Предполагаю, что он занимается проблемами промышленного
контршпионажа на грани криминала. За ним, кстати, трудно следить - профессионал!
Радиоприемник в его машине специального изготовления - с расширенным диапазоном,
в открытой продаже таких нет. Если считаешь нужным продолжить наблюдение, то,
возможно, обнаружатся дополнительные сведения.
- Достаточно, Клод. Боюсь, мой счет и без того уже немал...
- Мои люди все-таки работали... Теперь Дидье Грамон. Его действительно сбила
машина - было много свидетелей. Автомобиль специально заехал на тротуар, так что
у полиции Нью-Йорка сомнений в преднамеренности убийства нет. Сам понимаешь,
автомобиль был угнанный, шофера не нашли, дело об убийстве лежит в шкафу...
Через четырнадцать дней после заключения контракта Боксон вылетел рейсом
"Эйр Франс" в Мехико. Он запланировал вернуться через два месяца.
Глава третья. Манхэттэнский вальс
...Это светловолосый парень был очень похож на русского, он выбежал из
простреливаемой палатки и опалил ночную темноту гудящим пламенем огнемета. Вся
операция разом провалилась: бушмены из команды Боксона рванули врассыпную,
завывая от ужаса, - полковник даже не делал попытки их остановить. Через
несколько минут на помощь кубинцам подошли танки...
Ангола, 1981
Остановившись в Мехико в маленьком трехзвездном отеле, Боксон первым делом
перевел деньги со своей кредитной карточки "Виза" на такую же кредитную
карточку, но на имя Антонио С. Рамиреса, и продолжил свои приготовления. Он
закупил себе комплект одежды мексиканского производства - у него не должно было
быть ни одной европейской вещи. Также он приобрел армейские ботинки - обувь
всегда должна быть удобной. Пришлось отказаться от привычных швейцарских часов и
купить японский хронометр "Ориент".
В Иностранном Легионе искусству владения ножом обучал сержант-инструктор
Аристотель Димитракис - здоровенный грек из Леванта, покинувший Бейрут из-за
неминуемой смертной казни за убийство вышибалы в одном из казино. Димитракис
великолепно работал ножом и правой, и левой рукой, и Боксон, упорно занимаясь,
достиг высот своего учителя. Это искусство не раз помогало в жизни - в
Гватемале, в Мексике, в Анголе.
В мексиканской столице Боксон ходил по спортивным магазинам и нашел себе
подходящий образец - лезвие длиной четыре дюйма, крепкий пружинный механизм,
резиновая рукоять удобной для пальцев формы; на первое время должно было хватить
этого оружия. В том же магазине он купил компас.
Боксон изменил прическу - подстригся очень коротко, одновременно отпустил
бороду. Дымчатые очки в солидной пластмассовой оправе также несколько изменили
его облик; шрам на лбу удачно скрывался низко надвинутой шляпой, или кепкой - в
зависимости от обстоятельств.
В книжном магазине Боксон купил хорошую карту участка границы около города
Нагалес. Продавец удивился - такие карты покупали чаще всего те, кто планировал
нелегально перейти границу, но зачем же этому гринго переходить границу
нелегально - ведь его и так пустят в Штаты?
Когда все необходимые покупки были закончены, Боксон собрал свои
документы, отчет детектива Грамона, сложил бумаги в один пакет, запечатал и
отнес в контору адвоката Бархеса, поручив отправить пакет через шесть месяцев в
Париж, Жан-Луи Алиньяку, если, конечно, Боксон к тому времени не заберет пакет
сам.
Неделю он жил в Гвадалахаре, уже под именем Антонио Рамиреса - привыкал к
новому облику, растил бороду, практиковался в диалекте. Потом на рейсовом
автобусе отправился на север.
Примерно за пять километров до контрольно-пропускного пункта на границе с
США, Боксон свернул с дороги и, ориентируясь по компасу, пошел пешком строго на
восток. Шел налегке, если не считать больших пластмассовых бутылок с водой -
всего шесть литров, и нескольких кукурузных лепешек.
Через два часа повернул налево - так же строго по компасу на север. Первый
привал сделал только через ещё три часа - по его подсчетам, он должен был быть
уже на территории США. Расчет был верен - не успел Боксон доесть первую из
лепешек, как к нему, поднимая облако песчаной пыли, подъехал джип с эмблемой
штата Аризона.
- Откуда идешь, парень? - спросил полицейский, разглядев, что Боксон мало
похож на нелегального мексиканского иммигранта.
- Из Мексики, офицер. Ходил бить морду одному чикано.
- Документы есть?
- Пожалуйста, офицер.
Полицейский внимательно осмотрел сработанные во Франкфурте водительские
права.
- Что-то ты не очень похож на человека по фамилии Рамирес...
- Это фамилия деда. А так у нас в семье все из Ирландии.
- Так зачем, говоришь, в Мексику ходил?
- Один парень приставал к моей жене. Наверное, я сломал ему челюсть.
- И все?
- Я ж не убийца, офицер!
- А почему не по дороге идешь?
- А на дороге меня его дружки дожидаются. Всех сразу мне не одолеть.
- Заблудиться в пустыне не боишься?
- У меня хороший компас. К вечеру выйду на шоссе.
- Хорошо. Но все равно мы должны тебя обыскать.
- В заднем кармане - нож. А больше ничего опасного у меня нет.
Полицейские профессионально быстро обшарили вещи Боксона, повертели в
руках нож и, возвращая его хозяину, предложили подвезти до шоссе. Боксон не
отказался.
Вечером, поужинав в баре при автобусной станции, он купил билет на первый
же рейс до Сан-Антонио, штат Техас.
В Сан-Антонио получил по кредитной карточке несколько сотен долларов. Пару
дней затратил на изучение города, чтобы при случае какой-нибудь подробностью
подтвердить свое происхождение из этих мест.
Из Сан-Антонио поехал в Эль-Пасо, где большинство населения -
испаноязычные американцы, латинос. В первом же баре заговорил по-испански и
узнал адрес оружейного магазина, где хозяин - свой парень, из Мексики. В
магазине выбрал привычный "Смит-Вессон-66", но на этот раз из почерненной стали.
Купив также наплечную кобуру и пачку патронов, спросил у хозяина:
- Мне нужен пистолет с глушителем. У вас есть такой?
- Глушитель - это незаконно...
- Я слышал об этом, но заплачу наличными. А ещё мне нужна винтовка М-14 с
оптическим прицелом и тоже с глушителем. И патроны. Заплачу наличными. Чек мне
не нужен.
Мексиканец внимательно посмотрел на странного покупателя - типичный
англосакс, но прекрасно говорящий по-испански, да ещё и на мексиканском
диалекте.
- У вас есть документы, сеньор? - спросил продавец.
- Пожалуйста! - Боксон протянул водительские права, уже прошедшие проверку
на границе.
- Что-то непохожи вы на мексиканца...
- Я знавал одного чернокожего по имени Иван. Он тоже не был похож на
русского.
- Хорошее оружие стоит дорого, сеньор... - задумчиво произнес продавец.
- Я не сомневаюсь в этом, - согласился Боксон и положил на прилавок пачку
долларов.
На автобусной станции он купил билет до Далласа. В спортивной сумке вместо
клюшек для гольфа лежали разобранная винтовка М-14 и два семизарядных пистолета
"Кольт" 45-го калибра; к оружию прилагались глушители и патроны. Продавец
предложил заодно некоторые пиротехнические изделия, применяемые на армейских
маневрах, и Боксон не отказался.
В Далласе он купил темно-серый костюм, черные рубашки и черные галстуки -
не следует привлекать в себе внимание яркой одеждой; обувь подобрал на мягкой
резиновой подошве - для бесшумности шагов. На железнодорожном вокзале взял билет
до Нью-Йорка.
В камере хранения нью-йоркского вокзала он оставил сумку с оружием, взяв с
собой только револьвер "Смит-Вессон". На такси он доехал к отелю "Аресибо", что
в центре пуэрто-риканского квартала; персонал отеля, больше похожего на
общежитие для беженцев, по-английски говорил плохо, а горничные вообще знали
только кубинский диалект испанского.
Боксон занял единственный номер, по местным стандартам - категория "люкс",
с отдельным душем и даже телевизором, но без телефона.
К отелю примыкал небольшой ресторанчик с таким же названием - "Аресибо".
Боксон быстро договорился с сеньором Рикардо Аррента - владельцем ресторана, и
получил разрешение оставлять свой автомобиль во дворе, под присмотром сторожа -
за разумную плату.
В фирме, сдающей автомобили напрокат, выбрал себе темно-синий "бьюик",
заплатив за две недели вперед.
На этом "бьюике", забрав из камеры хранения сумку с оружием, Боксон уехал
на целый день в безлюдный район за сто миль от Нью-Йорка, в горы Киттатини. Там
провел испытания и пристрелку оружия - менял позы, расстояния, скорострельность;
движущимися мишенями служили жестяные банки из-под пива, которые он пускал плыть
по лесному ручью. Винтовка ему понравилась - эта система не зря состояла на
вооружении армии США.
Пистолеты "кольт" с прикрепленными глушителями все же тяжеловаты, но
мощность 45-го калибра компенсирует все их недостатки. Естественно, Боксон
проводил все испытания в перчатках - он почти не снимал их от самой Мексики -
даже за обедом; к перчаткам привык и уже не замечал их. Привыкать к бороде и
очкам необходимости не было - в Африке часто не до бритья, а солнце сияет
гораздо ярче.
Немного отдохнув после загородной прогулки, Боксон полночи катался по НьюЙорку
- осваивался на незнакомых улицах и изучал театр своих действий.
Он нисколько не удивился появившемуся чувству симпатии к этому городу -
захотелось пожить в Нью-Йорке подольше; "Большое Яблоко" принимает любого - и
любого признает своим.
Под утро, у дверей отеля, возвращавшегося Боксона остановили три юных
кабальеро. Один щелкнул пружинным ножом:
- Давай деньги, быстро!
- Наконец-то! - воскликнул Боксон, вынув из нагрудного кармана свернутые
десять однодолларовых купюр, и протянул их вперед.
В сумраке свернутые в тугую пачку деньги выглядели чересчур
привлекательно, поэтому к ним протянулись сразу три руки. Воспользовавшись
секундным отвлечением внимания, Боксон сделал шаг назад, и достал револьвер:
- Замрите!
Грабители озадаченно уставились на оружие.
- Возьмите эту десятку, - сказал Боксон, - и найдите мне к завтрашнему дню
хорошего шофера. Есть такой на примете?
- Я - шофер, - ответил тот, что достал нож и забрал деньги.
- Покажи водительские права.
- Прав у меня нет.
- Тогда найдите того, у кого такие права есть. Мне нужен настоящий шофер,
а не угонщик. Платить буду хорошо.
- Хорошо - это сколько? - поинтересовался другой налетчик.
- Полсотни долларов в день - в первую неделю, сотню в день - во вторую и
последующие. Короче - в час дня буду сидеть здесь, в ресторане. Если найдется
шофер - пусть приходит.
- Хорошо, сеньор, мы поговорим с парнями...
...В час дня к сидящему в ресторане "Аресибо" Боксону подошел молодой
пуэрториканец.
- Я - шофер. Вот мое водительское удостоверение.
- Присаживайся. Кофе будешь? - спросил Боксон.
- Лучше пиво.
- Мне нужен трезвый шофер.
- Тогда - кока-колу.
Боксон рассмотрел удостоверение.
- Значит, ты - Диего Нуэрра?
- Да, сеньор.
- Я - капитан Антонио Рамирес. Лишних вопросов не люблю. Также не люблю,
когда не отвечают на мои вопросы.
- Я понял, сеньор Рамирес.
- Вот ключи от машины. Мой "бьюик" ты знаешь.
- Знаю...
- Для начала покатаемся по городу. Свози-ка меня в Маленькую Италию.
Они сели в машину, и как только тронулись, Боксон спросил:
- Кто главный в вашем квартале?
- Не знаю, сеньор Рамирес...
- Не ври, Диего! За те деньги, которые я предложил шоферу, ко мне бы с
утра прибежала половина Бронкса. А пришел один ты. Значит, всем остальным
приходить запретили, а босс послал тебя посмотреть, что за дурак разбрасывается
деньгами. К тому же ты оставил на руке золотой перстень - безработные из вашего
квартала золото не носят. Кто тебя послал, Диего?
- Я не могу назвать его так сразу...
- Уже не надо! Лучше покажи, где ты живешь - мне все равно скоро
понадобится шофер.
- В Литтл-Италию не поедем?
- Нет. Кстати, где мне найти хорошего угонщика автомобилей?
- Лучший - это я. Я живу вон в том доме, на третьем этаже, где окно
открыто. А вам что-то надо угнать?
- Через неделю. Не ищи меня, я найду тебя сам. Кроме тебя, кто ещё хорошо
водит машину?
- Мой брат Альфонсо. Он живет с нами, если меня не будет, то нанимайте его
- не подведет.
- Спасибо, Диего. А боссу расскажи все, как есть и передай от меня:
капитан Рамирес из Вальпараисо просит не беспокоиться, он здесь по личному делу.
Рули к "Аресибо", вот твои полсотни за потраченное время.
В отсутствие Боксона его скромный багаж в отеле кто-то успел просмотреть -
слишком уж эффектно Боксон заявил о себе этой ночью; на обыск отреагировал
усмешкой - иного и не ожидал. Пока все шло по плану.
Оставив пустую сумку в отеле "Аресибо", никого не предупредив, он в тот же
день переехал в скромный мотель "Небраска" - на западной окраине Нью-Йорка,
почти за городом; там зарегистрировался под именем Эндрю Джексона из Денвера,
штат Колорадо.
Вечером направил свой "бьюик" на Манхэттэн - по адресу Эндрю Прайса. По
дороге завернул на вокзал и взял из хранящейся там сумки "кольт" с глушителем.
Все шло по плану, и Боксон не позволял себе роскоши волнения.
Бывший наемник Эндрю Стивенсон Прайс в оружейный бизнес попал случайно и
неожиданно для себя. Из ангольской заварухи 76-го года он вывез в Штаты пять
новеньких итальянских пистолетов "беретта", и очень удачно продал их каким-то
радикалам из Сальвадора; революционеры заказали ещё одну партию, но по ценам
ниже, чем в оружейном магазине; платили наличными. Прайс немедленно вспомнил о
швейцарце Гуго Шнайдере, с которым однажды пьянствовал в одном из военных
лагерей УНИТА - Шнайдер приезжал продавать подержанные югославские минометы с
комплектом боеприпасов. Швейцарец согласился на первую сделку, Прайс получил
свои комиссионные. Помощь делу сальвадорской революции оказалась весьма
прибыльным предприятием, и Эндрю Прайс вскоре сделался главным, а потом и
единственным торговым агентом фирмы Шнайдера в этой маленькой пылающей стране.
Но, когда в дело вошел синдикат Джулиано Джамбетта и китайское сообщество Гарри
Ло, Прайс оказался обыкновенным экспедитором. После же смерти Гуго Шнайдера и
перехода европейского филиала оружейной монополии неизвестно в чьи руки, Эндрю
Прайс, хоть и ухвативший свою долю от общего пирога, обнаружил себя совершенно
не у дел.
Отлично понимая, что попытка конкурировать с синдикатом приведет к
обязательной в таких случаях гибели, он не решался организовать свой подпольный
бизнес, но и заниматься каким-либо легальным делом тоже не спешил, ибо точно
знал: мелкий частный бизнес - добровольная каторга. К тому же, ухваченная доля
была достаточно велика, чтобы не бросаться в первую подвернувшуюся аферу. Так
что пока Эндрю Прайс сидел целыми днями в кегельбане и ждал серьёзного поручения
от синдиката; в том, что такое поручение рано или поздно появится, он не
сомневался.
Накануне Прайс беседовал в клубе "Кайман" с самим Серджио Брунелли, и
консультант семьи Джамбетта пообещал в ближайшее время новую сделку, где Прайс
будет ответственным за приемку партии нового товара - китайского автоматического
оружия.
Из клуба "Кайман", в котором Прайса ничего не интересовало - танцульки, да
и только, - Эндрю направился в свой любимый кегельбан. У входа его окликнули:
- Мистер Прайс?
Он обернулся и не сразу узнал окликнувшего.
- Простите, вы ко мне?
- К тебе, Энди, к тебе. Похоже, ты меня не узнал...
Боксон снял очки, и тогда Прайс вспомнил:
- Не может быть! Капитан Боксон!
- Тише, Энди, не привлекай внимания посторонних. Пойдем ко мне в машину,
поговорим.
- Капитан, зайдем лучше в бар, выпьем чего-нибудь...
- Энди, я настаиваю - садись в мою машину, - тихо повторил Боксон и,
приподняв висевший через руку плащ, показал пистолет с глушителем.
- Хорошо, капитан, не стреляй, что случилось? - так же тихо ответил
утративший веселость Прайс, усаживаясь на предложенное переднее сиденье
"бьюика"; Боксон сел сзади и заблокировал все двери.
- Что случилось, капитан? - снова спросил Прайс.
Боксон опустил стекло у своей двери.
- Видишь красную банку у той стены?
- Вижу.
Стук затвора пистолета слился с хлопком заглушенного выстрела, жестяная
банка из-под кока-колы подпрыгнула и покатилась по пустому тротуару.
- Энди, ты осознаешь чрезвычайность нашей встречи?
- Хорошо, капитан, я слушаю...
- Я задам тебе несколько вопросов. Если ты откажешься отвечать, то сначала
прострелю тебе колено. Ты мне веришь?
- Да, капитан.
- Начнем, - Боксон включил портативный диктофон. - Скажи мне, Энди, чем вы
так разозлили корсиканцев?
- Каких корсиканцев? - удивился Прайс.
- Энди, я работаю на французскую разведку. Из Марселя в Нью-Йорк прибыла
целый батальон "чистильщиков". Сегодня начнется резня. Ты - в списке. Если
хочешь уцелеть, расскажи мне о своих делах в Марселе...
Эндрю Прайс начал неуверенно, но предельно точно поставленные вопросы
помогли ему настроиться на тему беседы и отвечал он примерно час.
- Что ж, Энди, вопросов у меня больше нет, - сказал наконец Боксон.
- Капитан, ты помнишь Анголу, семь лет назад? - спросил Прайс.
- Я все помню, Энди. Именно поэтому ты останешься жить. Сам понимаешь,
если твои друзья узнают о нашем разговоре, точнее, о твоей говорильне, то ты не
добежишь до полицейского участка. Так что, если меня утопят в Гудзоне, ты будешь
тонуть рядом. Делай ноги из этого города, Энди. И не сообщай никому о нашей
дружеской беседе... Я понятно излагаю?
- Заметано, капитан.
- Я надеюсь на твою сообразительность, Эндрю Стивенсон Прайс. Не забудь
через пару месяцев вернуться с хорошей легендой, иначе сразу попадешь под
подозрение. Ступай!
- Счастливой охоты, капитан!
- И тебе удачи, Энди! Пока!
Как только Прайс вышел из "бьюика", первым его желанием было бежать к
телефону и предупредить боссов. Но, немедленно вспомнив о последствиях этого
шага, он предпочел просто пойти в бар и напиться. Последний раз в этом городе.
...Проследив, как бывший наемник Прайс скрылся за дверями кегельбана, Боксон
поехал в клуб "Кайман".
Клуб "Кайман", расположенный на задворках Пятой авеню, был любимым местом
развлечения пятидесятилетнего Серджио Брунелли, нью-йоркского адвоката,
консультанта преступного клана Джамбетта. Клуб работал преимущественно ночью,
днем закрывался для уборки и открывался далеко за полдень; кроме расположенности
в людном месте, что обеспечивало постоянный приток посетителей, в клубе имелись
и другие достоинства, главное из которых - много уютных комнат вне общего зала.
В комнатах можно было без помех встречаться с деловыми или сексуальными
партнерами, или просто жить некоторое время - крепкие парни из охраны
обеспечивали должный порядок и соблюдение конфиденциальности.
Как рассказал Прайс, в клубе "Кайман" Брунелли встречался со своей
любовницей - восемнадцатилетней блондинкой по имени Кэролайн, приехавшей полгода
назад из деревенской глуши штата Южная Каролина завоевывать Нью-Йорк, и прямо с
автобусной станции угодившей в притоны Литтл-Италии, где её Брунелли и подобрал.
Адвокат соблюдал закон и не пользовался услугами несовершеннолетних.
Боксон появился в клубе "Кайман" ближе к утру, когда все уже устали - и
персонал, и посетители, но музыка в зале по-прежнему грохотала и в полумраке
публика продолжала танцевать. Как и следовало ожидать, среди танцующих, а также
у стойки бара Брунелли не было - в этот час он, как правило, уединялся в одной
из верхних комнат с Кэролайн.
У входа в коридор с комнатами постоянно дежурил охранник, никогда не
покидавший свой пост. Поэтому в баре Боксон сразу же познакомился с сильно
раскрашенной дамой неопределенного возраста, назвавшей себя Бетси. Он
представился как Антонио Гонсалес.
- Обожаю мексиканцев! - заявила Бетси, и Боксон поддержал её стремление к
дружбе, предложив отдохнуть где-нибудь в тишине.
- Если у тебя есть монеты, красавчик, то не надо никуда ходить - в клубе
"Кайман" найдутся уютные гнездышки! - поведала Бетси, и польщенный кавалер
сказал, что отдых в уютном гнездышке с такой очаровательной леди, как она -
мечта всей его нелегкой трудовой жизни в диких прериях штата Нью-Мексико.
Они поднялись наверх, к дверям - "Служебные помещения", и Боксон заплатил
охраннику определенную сумму за ключ от комнаты.
- Подожди минутку, киска, - сказал Боксон, когда он и Бетси зашли в это
"уютное гнездышко". - Я кое-что попрошу у хранителя ключей, а ты пока
приготовься. И не зажигай свет.
Свои слова он сопроводил крепким тисканьем её начавшего дрябнуть тела, так
что Бетси была на грани счастья. Боксон в темноте прикрепил к "кольту" глушитель
и шагнул в грохочущий музыкой сумрак коридора.
Он бесшумно прошел по пустому коридору к комнате № 17, выстрелил в замок.
Пуля 45-го калибра вышибла замок внутрь номера, было слышно, как звякнули
обломки падающих на ковер деталей. Боксон шагнул в комнату, направив яркий луч
карманного фонаря на кровать.
- Мистер Брунелли, вы здесь? - спросил он, закрывая ногой дверь.
- Какого черта!.. - возмущенно ответил лежащий на кровати мужчина, а
Боксон уже знал, что не ошибся - именно Серджио Брунелли был перед ним, детектив
Грамон сделал в свое время качественные фотографии.
Боксон выстрелил адвокату в голову, выбитый из черепа мозг плеснулся на
подушку, скатившаяся с кровати блондинка завизжала, сдуру метнулась к двери и
лбом налетела на затянутый в перчатку кулак.
Стараясь не наступить в темноте на беззвучно рухнувшую Кэролайн, Боксон
вынул из пиджака Брунелли бумажник, потом осторожно выглянул в коридор. Было попрежнему
пусто, на внезапные женские крики в номерах охрана привычно не
реагировала.
Спрятав пистолет под пиджак, Боксон пошел к выходу.
- Забыл купить шампанское! - весело сказал он охраннику на лестнице. Тот
молча кивнул.
Он вышел из клуба, сразу же сел в "бьюик", и проскочив один квартал по
прямой, начал петлять по улицам. Убедившись, что никакой погони или слежки нет,
направился к мотелю "Небраска"; через несколько минут затормозил возле кафе, над
которым светилась ажурная неоновая надпись: "Парижские круассаны -
круглосуточно". В кафе купил пакет круассанов и кока-колу, расплатившись
деньгами из бумажника Брунелли, доехал до мотеля "Небраска", по дороге выбросил
опустошенный бумажник покойного адвоката, и устроил себе поздний ужин, не выходя
из машины.
В комнате мотеля почистил пистолет и глушитель, и укладываясь спать, тихо
сказал сам себе:
- Черт меня побери, я сделал это!
Семидесятипятилетний дон Карло Джамбетта слушал рассказ своего сына
Джулиано о смерти Брунелли с глубочайшим вниманием. Потом медленно закурил
контрабандную "гавану" и спросил:
- Джулиано, у тебя есть враги?
- Отец, врагов нет только у мертвых!
- А кто был врагом нашего друга Брунелли?
- Мы многим перешли дорогу, отец, но мы им не по зубам. у Серджио забрали
бумажник, это мог быть простой грабитель...
- Сынок, Брунелли получил пулю в голову, а его девка осталась цела! Сказка
с ограблением удобна для копов, а ты вспомни всех своих врагов...
- Эта кукла, что провела киллера наверх, говорила, что он из штата НьюМексико...
- Значит, он вовсе не оттуда!
- Само собой, но он иногда говорил с испанским акцентом и вставлял
испанские слова...
- Латинос?
- Он не был похож на латиноса.
- Ерунда, за Рио-Гранде живут не только индейцы и мулаты.
- Мы работаем во всех странах южнее Рио-Гранде, отец. Имеем контакты даже
на Кубе.
- А в Европе? Испания, Португалия?
- Там - тоже.
- Перебери всех за год. Где ты нажил смертельного врага?
- В Европе, между прочим, мы не оставили живых врагов...
- Вспоминай всех, сынок. Я не хочу идти за твоим гробом.
- Все в порядке, отец. Я поберегусь.
- Хорошо, что ты не сказал: "Ситуация под контролем"...
- Отец, так говорят только агенты ФБР...
...Специальный агент ФБР Джон Блэншард тоже не считал, что ситуация под
контролем - за почтенной семьей Джамбетта он наблюдал уже не первый год, так что
никаких иллюзий относительно криминальных нравов у него не существовало.
Ознакомившись с протоколами расследования дела об убийстве Серджио Брунелли, и
отметив, что все как всегда - никто ничего не видел, не слышал, не знает, и
потерпевший был добропорядочным гражданином, специальный агент тоже пришел к
выводу: адвокат Брунелли - не последняя жертва.
Профессионализм преступника был очевиден, а в столкновении с
профессиональным киллером расследование крайне редко приносит быстрый успех.
Прежде всего необходимо знать причину убийства, а это-то как раз является
величайшей тайной, и только случайность или ошибка исполнителя может вывести на
заказчиков. Да и то не всегда дело дойдет до жюри присяжных.
Джона Блэншарда также заинтересовал испанский акцент в речи киллера.
Киллер не был похож на латиноса - но аргентинец или чилиец не похож на
...Поділитися у соцмережах
