Жанр: Боевик
Дмитрий петров
...здохнул и
дисциплинированно взял спецодежду. А через минуту он уже весело комментировал
брату дорожную обстановку:
- Эй, осторожнее! Справа по курсу гражданочка в рейтузах... Куда? Куда ты? Там
же троллейбус, а он железный и толкается.
Глава 3
Виртуозно уступив дорогу всем желающим оказаться впереди и поперек, Ройтман
оставил в конце концов оживленную магистраль. Некоторе время ушло на петляние по
лабиринтам промышленной зоны - и "запорожец" замер напротив стеклобетонной
пятиэтажки.
Над входом висела бронзовая табличка с загадочной аббревиатурой. Первые её
буквы, должно быть, обозначали Научно-исследовательский центр, а вот остальные...
Остальные каждый мог расшифровывать в меру своей эрудиции и фантазии.
Чуть ниже, прямо на двери, кто-то прилепил бумажку с информацией о том, что
здесь же имеет честь находиться и российско-германское совместное предприятие
"МАРК".
- Вот она, земля обетованная! - Воскликнул Павел и поспешил вслед за
вышедшим из машины братом.
- Спецовки наденьте! - Громким шепотом напомнил из "запорожца" Ян
Карлович.
- Ладно...
Миновав пустую, заваленную строительным мусором проходную, Ройтман и
Виктор спустились вниз по узкой лестнице без перил.
Павел первым толкнул дверь:
- Ого!
- Да, круто... - почти в унисон присвистнули братья.
Весь подвал здания был переоборудован в огромный, бескрайний и бесконечный
склад разнообразного "ходового" товара. Цепь электрических лампочек освещала штабеля
коробок с сигаретами, ящики импортной водки, дешевое газированное вино...
Тюки поношенных тряпок чередовались с мукой и геркулесом, а сразу за ними
можно было разглядеть пирамиды консервов, какие-то синтетические веники и средство
от тараканов.
Даже воздух - плотный и влажный - казалось, имеет здесь свою цену в свободно
конвертируемой валюте.
В отличие от запустения верхних этажей, подвал поражал посетителя кипением
жизни и деловой суетой. Этакий человеческий муравейник после дождя: все шныряют
туда-сюда с озабоченным видом, записывают, вычеркивают, трясут накладными и
бланками...
На общий вопрос, где бы найти Пиккельмана, большинство отвечало короткой
отмашкой руки куда-то в сторону. Наконец, поиски привели братьев к полуприкрытой
двери с табличкой "Зав. производством".
- Здесь?
- Наверное, - Павел успел по пути стрельнуть у кого-то из складских работников
сигарету, и теперь аппетитно выпускал дым в потолок. - Тебе оставить?
- Нет, потом.
Протиснувшись между коробами с немецкой гуманитарной помощью, Виктор
постучал ладонью в дверной косяк:
- Не побеспокоим?
- Входите, - не отрывая взгляд от каких-то бланков прогундосил сидящий за
ветхим письменным столом человечек.
Вид у него был - ещё тот! Помятый, замусоленный пиджак покроя славных
семидесятых, краешек нижнего белья под манжетами, разбитые тупоносые
полуботинки...
Но больше всего впечатлили Рогова шнурки хозяина кабинета: один был когда-то
коричневым, другой тоже... короткий.
В самом углу, на столике, примостилась двухконфорочная электроплита. Судя по
запаху, источаемому эмалированной кастрюлькой, заведующий производством варил себе
супчик из куриных бульонных кубиков.
"Все ясно, - подумал Виктор. - Клинический случай. Надо бы с ним повежливее,
а не то..."
Но в кабинет уже ввалился Ройтман с окурком в зубах:
- Глубоко извиняюсь, - поприветствовал он хозяина кабинета, помятуя о
строжайшем инструктаже, - Нам бы Михаила Исааковича?
- Зачем? - Ответили вопросом на вопрос из-за стола.
При этом засаленный мужичок даже не оторвался от изучения товарнотранспортных
накладных. Более того! Видимо, для усиления коммерческой смекалки он
отогнул волосатый мизинец и принялся неистово ковырять им у себя в правой ноздре.
- Глубоко извиняюсь, - начал повторяться обескураженный Павел. - Но нам бы
Пиккельмана...
- Да я, я Пиккельман! И что теперь? - возмутился хозяин.
- Вы? Это вы - тот самый Пиккельман?
- Допустим... Что надо, молодые люди?
Смутившись окончательно, Павел ринулся напролом:
- Да нам бы, бля, товар глянуть! Понял, мать твою?
Выпученные глаза Пиккельмана нехорошо сверкнули сквозь толстые линзы очков:
- Простите? - И спертый воздух подвала наполнился ожиданием большого
взрыва, который непременно вышибет братьев вон.
Но тут спохватился Виктор:
- Михал Сакич! Мы к вам от Яна Карловича...
Мгновенно, словно по взмаху волшебной палочки, лицо Пиккельмана
превратилось из грозовой тучи в сияющую электролампочку:
- Ах, от Яна Карловича! - Хозяин кабинета выскочил навстречу гостям так
стремительно, будто под задницей у него разорвалась противотанковая мина:
- Понимаю... Отлично понимаю...
Он даже протянул руку вытянувшемуся по стойке "смирно" Виктору:
- Чудненько! Очень рад.
Рогов почтительно поздоровался:
- Здрас-сте.
Ройтман же не ответил принципиально и демонстративно. Насупившись, он
отвернулся и стал изучать схему пожарной эвакуации верхних этажей здания, зачем-то
вывешенную на стене подвала.
- Чудненько... - если поведение Павла и смутило господина Пиккельмана, то
очень мало и не надолго. Заботливо сняв с плиты кастрюльку, он жестом пригласил
присутствующих следовать за собой:
- Пойдемте!
Уже в дверях Михаил Исаакович уточнил:
- Вы ведь за колесами?
- Так точно! - Отрапортовал Виктор.
- Чудненько... Я сейчас вам все покажу.
Тщательно заперев дверь кабинета, "заведующий производством" с грохотом
высморкался куда-то в рукав и засеменил впереди спутников по коридору.
- Сыровато у нас тут, знаете ли! - На ходу пожаловался он Рогову. - К тому же,
сквозняки все время...
- Ужас, - посочувствовал тот. - Очень вредно. Небось, и хвораете часто?
- Ох, и не спрашивайте! - Отмахнулся Пиккельман. - Головные боли жуткие,
насморк... А гайморой - так тот вовсе замучил, можно сказать - профессиональная
болезнь.
- Да уж, - ограничился сочувственным вздохом Виктор, потому что не очень
понял, какое заболевание имеет в виду собеседник. Впрочем, в этом подземелье что
угодно подхватить можно - и гайморит, и геморрой... - Тяжеловато вам здесь!
- А иногда прямо в почке стреляет, - поделился Михаил Исаакович.
И тут же получил сочувственный совет:
- Вы бы поберегли себя... Телогреечку какую-нибудь под пиджак наденьте! Или
ещё хорошо - горчичный порошок в обувь сыпать.
- Зачем?
- Профилактика, от ревматизма. Ноги согревает.
- Не может быть! Удивительно...
- Да. В Якутии так корейцы делают, когда зимой лес валят.
Лавируя среди штабелей пивных ящиков, троица деловых партнеров вскоре
достигла цели.
Конечной точкой маршрута оказалось не слишком просторное, граничащее с
институтским двором помещение. Наружные двери его были не заперты и даже открыты
почти нараспашку - что наводило посетителей на мысль о том, что либо здесь вообще не
воруют, либо украсть просто нечего.
Однако, первый же взгляд по сторонам отметал версию о заброшенности склада.
Все пространство вокруг было от пола до потолка завалено всевозможными, любого
профиля и размера, автомобильными покрышками.
Ощутив ноздрями терпкий запах резины, Ройтман присвистнул:
- Да... Сильно.
- Пару "зилов" надо, чтобы все это вывезти, - прикинул Виктор. - Не меньше.
- Ну, вот вам и обьем работ, - принялся стряхивать несуществующую пыль с
лацканов пиджака Михаил Исаакович. - Можете хоть сейчас приступить!
- Так, а куда же мы все это... - начал было скрести в затылке озадаченный
Ройтман. Но тут же почувствовал, как брат наступил ему тяжелым ботинком на ногу:
- Чего?
- Никаких проблем! - Виктор отвернулся и еле слышно процедил сквозь зубы:
- Не суетись... А то, не дай Бог, спугнешь. Если он начнет сомневаться в
сохранности товара - ни колеса не даст.
- Понял.
- Ну так как, молодые люди? - Поинтересовался Пиккельман. - Будем брать?
- Обязательно. Сколько с нас за все это? - Виктор обвел руками заполненное
автомобильной резиной пространство.
- За все? - Михаил Исаакович пошевелил губами и назвал сумму, почти вдвое
меньшую, чем та, на которую рассчитывали братья.
Об этом они даже не могли мечтать, и у Виктора тут же сладко засосало под
ложечкой.
- А почему так дешево? - Не удержался Павел.
- Вы-таки хотите дороже?
- Нет, что вы! - Занервничал Рогов. - А скажите, нельзя ли, их прямо тут пока у
вас...
- Что - у нас? - Переспросил Михаил Исаакович.
- Ну, оставить на хранение. Мы бы их вывозили по мере продажи?
Видимо, теперь пришел черед господина Пиккельмана удивиться по-настоящему:
- Простите, а разве Ян Карлович ничего не обьяснил?
- Да, конечно, но... только в общих чертах, - смутился Виктор.
- Странно, - пожал плечами Пиккельман. - Видите ли, молодые люди... Суть в
том, что завтра мы планируем завоз очень крупной партии нового товара. Его уже
растаможили, а складировать некуда. Понимаете? Так что, к вечеру помещение надо
освободить.
- Понятно, - кивнул с облегчением Виктор. - Теперь понятно! Поэтому и цена
такая?
- А вы-таки хотите дороже? - Повторил вопрос Михаил Исаакович.
- Нет, - вмешался Ройтман, к которому после прояснения ситуации вернулось
природное нахальство. - Наоборот! Слушайте, а может, ещё подешевле договоримся?
Однако, тягаться в коммерции с господином Пиккельманом прапорщику
погранвойск было ещё рановато.
- Дешевле? - Хозяин "резинового" богатства покачал головой с видом человека,
оскорбленного в лучших чувствах. И в дальнейшем стал обращаться исключительно к
Виктору:
- Дешевле только даром... Знаете, я сейчас не говорю "До свидания!" только изза
того, что вы пришли от Яна Карловича.
- Нет, послушайте!
Господин Пиккельман даже не повернулся в сторону Павла:
- Но в конце концов мне достаточно снять телефонную трубку, позвонить тудасюда,
или просто выйти на улицу - и колес не будет на складе уже к обеду. Желающие
просто устроят давку, вы понимаете?
- Извините, - развел руками Рогов. - Все ясно! Михал Сакич, каковы теперь
наши действия?
Собеседник довольно легко сменил гнев на милость:
- Ладно... Решайте пока вопрос с транспортом. Минут через тридцать зайдете ко
мне в кабинет, оформим передачу товара на реализацию. Паспорта, надеюсь, с собой?
- Да, конечно.
- У меня нет, - сообщил Ройтман. - Я пограничник.
- Одного паспорта достаточно, - отмахнулся господин Пиккельман и исчез за
дверью, ведущей в глубину коридора.
- Мнда-а... - пробормотал Виктор, провожая уходящего Михаила Исааковича
глазами новорожденного младенца. - Что-то я ни хрена не пойму - за кого нас тут
приняли?
Тем временем, Ройтман уже успел с головой зарыться в ближайшую кучу
покрышек. Казалось, он изучает по фирменным маркировкам географию:
- Ага... Япония! Так. А тут что? "Мишелин", "нокия" финская... Это, кажется,
Штаты...
До Рогова долетали только обрывки фраз, пыхтение и радостный мат двоюродного
брата.
- Паша, ты где там? Вылезай!
Но Ройтман на оклик не отреагировал.
- Теперь бы вывезти только, только бы вывезти... - словно молитву бубнил он
себе под нос.
- Ты чего, Пашка? Ошалел, что ли, в таком дерьме копаться?
- А что? - Ничуть не смутился брат и деловой партнер Виктора. Выбравшись
наружу, он даже не стал отряхиваться и приводить себя в порядок. - Знаешь, ничего
зазорного!
- Это же помойка.
- Давай, Виктор, давай... Не валяй дурака! - Ройтман зацепил каждой рукой по
три колеса и поволок их к выходу.
- Да подожди ты!
- Чего ждать? Чего ждать-то? Эка невидаль - помойку разгребать! Да на нашем с
тобой безрыбье сам раком встанешь... К тому же, колеса отличные, я почти все проверил.
Уйдут прямо влет!
- Постой, не суетись. Ты чего, все их отсюда на себе перетаскать собрался?
Далеко ли?
Павел задумался:
- Тоже верно.
И тут же мысли его снова вернулись в приятное русло:
- Оптом, конечно, подешевле продадим. Но тогда навар сразу! А если
попробовать в розницу...
- У тебя деньги есть? Сейчас, с собой?
Занятый подсчетем грядущей прибыли, Ройтман даже не сразу сообразил, о чем
речь:
- А зачем? Нам же их на реализацию...
- Грузовик надо нанять? Надо. Мужикам заплатить за погрузку - тоже, вдвоем
мы с тобой тут до конца недели не управимся...
- Куда же товар повезем-то? - Спохватился Павел, выгребая из кошелька и
карманов наличность.
- Посмотрим... Кажется, у меня в доме подвал пустой. В крайнем случае,
придется поискать!
Денег у обоих братьев оказалось значительно меньше, чем надо - даже на один
рейс "зила" не хватило бы.
Виктор вздохнул:
- Ладно, иди - лови машину. Попробуй договориться с водилой: может,
колесами возьмет? Спроси еще, где тут ларек пивной поблизости. Или разливнуха.
- Зачем?
- Надо с ханыгами местными договориться, они за поллитру на нос все тут
перекидают.
- Слушай, а если у Папы Карлы одолжить? Он же все равно сидит там, ждет, -
вспомнил Ройтман.
- Достойная мысль, - похвалил Виктор.
Павел замялся:
- Только... Слушай, сходи ты, а? Мне он точно ни копейки не даст.
- Ладно. Схожу.
- Если что - где встречаемся? Здесь?
- Наверное... Или же я у нашего болезненного друга Михаила Исааковича буду в
кабинете, документы на колеса оформлять.
- Желаю удачи, - хмыкнул Павел, исчезая за дверью, ведущей во внутренний
двор.
Рогов без особого энтузиазама пожал плечами и ещё раз окинул взглядом
нежданно-негаданно свалившееся богатство.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
На следующий день после вывоза автопокрышек, телевидение обьявило россиянам
об очередном постановлении Правительства.
Виктор как раз ужинал и поначалу даже не очень вслушивался в слова диктора:
"В целях защиты отечественных производителей... обеспечение безопасности
дорожного движения... извлечение преступных доходов от контрабанды и сбыта..."
- Что там опять?
Он все же отставил тарелку и посмотрел на экран. Впрочем, документ оказался не
очень длинным:
- Мать их в душу!
Насколько уловил Рогов, с момента опубликования постановления запрещался ввоз
в страну бывших в употреблении импортных автопокрышек и запасных частей, а также их
реализация населению. Внешнеторговые операции в этой сфере разрешалось производить
только юридическим лицам и строго на основании государственных лицензий.
Разумеется, для нарушителей предусматривались административные санкции - от
штрафа, налагаемого на граждан, до закрытия предприятий розничной и мелкооптовой
торговли.
- Как же это?
Комментарием к официальной информации послужил явно "заказной" сюжет,
снятый журналистами в Центральной лаборатории ГАИ.
Прежде всего народу продемонстрировали леденящие душу видеокадры нескольких
дорожных аварий и автокатастроф. Затем очкастый полковник в милицейской форме
непонятно, но убедительно обвинил во всех этих бедах никуда не годные импортные
колеса: дескать, они вовсе не приспособлены к нашему климату, плохо переносят
"некоторые особенности" отечественного дорожного покрытия и вообще - противоречат
принятым в стране ГОСТам.
В заключение, для особо непонятливых автолюбителей, дали короткое интервью
по поводу соответствующих изменений в правила ежегодного техосмотра.
Когда на экране телевизора замелькали кадры из следующего, политического
репортажа, Виктор непроизвольно опустил глаза в пол:
- Так... И что теперь делать?
Внизу, прямо под квартирой Рогова, матово-черными штабелями и шеренгами
выстроилось в ожидании покупателей больше полутора сотен побывавших в употреблении
заграничных покрышек.
Виктор вспомнил вчерашнюю веселую суету Ройтмана, погрузку-выгрузку
дотемна, собственную радость от того, что удалось почти задаром выпросить у тетки из
жилконторы ключ от подвала...
Он заскрипел зубами:
- У-у, суки!
И потянулся за телефонной трубкой:
- Алле, Пашка? Извините... А когда вернется? Передайте ему, чтоб сразу мне
перезвонил. Это Рогов, Виктор... Рогов! Только обязательно.
... Впрочем, выяснилось, что Павел уже в курсе - первым делом, войдя в квартиру
брата, он бросил на стол свежую газету с текстом на первой полосе:
- Ну, что скажешь?
При этом тон у Ройтмана был такой, будто именно Виктор подписывал вчера за
премьер-министра злополучное постановление.
- Хреново.
- Это я и так уже понял. Меня сейчас другое интересует...
Вытащив из хозяйской пачки сигарету, Павел прикурил и выпустил дым под
потолок:
- Меня сейчас интересует, - ладонь гостя легла на газету, - знал ли про это
Папа Карла!
Первой реакцией Рогова было удивление:
- Да ну, ты что?
- Ладно, разберемся... Дай-ка телефон!
Однако, поговорить с приятелем братьям не удалось. В офисе сообщили, что Ян
Карлович в командировке и будет только в конце месяца, а дома все время срабатывал
автоответчик.
- Может, к Пиккельману на склад заехать?
- Придется... Вот ведь гад, подставил! Он-то уж точно знал про то, что будет
запрет на импортную "резину".
- Ты думаешь? Откуда?
- Не знаю! Но такие, как он всегда в курсе.
По дороге к хозяйству Михаила Исааковича, братья вырабатывали тактику и
распределение ролей при беседе с бывшим владельцем покрышек. Договорились сначала
вежливо побеседовать, а потом уже действовать по обстановке.
- Паша, ты только не горячись. Сразу в морду - не надо!
- А как надо?
- Посмотрим...
Впрочем, вскоре выяснилось, что они прокатились впустую. В кабинете господина
Пиккельмана сидел очень похожий на него, но абсолютно другой еврей.
- А где Михал Исакич?
- Заболел. Слег с температурой.
- Надолго? - Задал глупый вопрос Виктор.
- А я знаю?
Насчет вчерашних автомобильных покрышек собеседник тоже ничего
вразумительного не сказал - все договора у Пиккельмана, а ему даже не оставили
ключей от сейфа, просто попросили посидеть здесь, пока хозяин кабинета поправится.
Мало ли что...
- Мало ли - что?
- Ну, на всякий случай.
Павел шагнул к столу, ухватил человечка за лацканы пиджака и зарычал ему прямо
в физиономию:
- Так вот он, этот случай! Пиккельман где? Где старая сволочь? Куда спрятался?
Несмотря на тщедушный вид, "заместитель" Михаила Исааковича деньги свои
получал не зря и молчал, как белорусский партизан.
После четверти часа криков, угроз и ругани, братьям удалось добиться от него
только клятвенного заверения, что господин Пиккельман в самое ближайшее время
созвонится с Виктором.
- Может, стоило врезать придурку пару раз? Чтоб заговорил? - Поделился
сомнениями Павел, когда они вновь оказались в "запорожце".
- Нет. Пока не стоит... Дело подсудное, такой запросто в ментовку побежит.
- Чувствую, все равно ведь придется!
- Может быть. Может быть...
... Весь последующий месяц братья самоотверженно и обреченно пытались
реализовать покрышки.
Результаты оказались удручающими. В автомагазинах от них шарахались, как от
зачумленных, принимая за милицейскую "подставу" или в лучшем случае считая
идиотами. Рыночные торговцы запасными частями при словах "импорт" и "бывшие в
употреблении" только нервно посмеивались и исчезали в толпе.
Ничего не удалось продать даже в шиномонтажные мастерские. К тому же, добрая
половина колес предназначалась для какой-то загадочной марки автомобиля, которую в
Россию, видимо, ещё просто не завезли. Во всяком случае, они не подходили ни к
"жигулям", ни к "волге", ни к трактору "беларусь".
Виктор расклеивал обьявления, Павел обзванивал потенциальных покупателей и
рекламные отделы газет - все напрасно!
Желающих приобрести или взять обьявленный "вне закона" товар на реализацию
не было. Знакомых автолюбителей "запрещенная" резина тоже прельщала.
Зато она очень понравилась крысам.
Невостребованные покрышки, огромной кучей сваленные в подземелье, привели
жирных серых тварей в неописуемый восторг.
Бесчисленными косяками двинулись со всего микрорайона хвостатые твари на
освоение новых гнездовий. В несколько дней подвал под квартирой Рогова превратился в
передовую крысиную ферму.
Причем, отличалась она такими высокими показателями воспроизводства, что
добраться до колес без риска быть укушенным за задницу скоро оказалось почти
невозможно.
Вытащить же нужную покрышку из общей кучи стало просто опасно для жизни.
- Ну и хрен с ними, - равнодушно сплюнул Рогов.
И запер подвал на тяжелый, висячий замок.
Наверное, этот день навеки останется в крысином календаре, как общенародный
праздник. Разжиревшие в неприкосновенной тиши и скуке подвального склепа, подлые
твари принялись размножаться с удвоенной силой.
А вскоре обнаглели настолько, что полезли наружу. Многочисленными стаями
гуляли они вверх-вниз по лестницам, опустошая бачки с пищевыми отходами и разнося по
дому заразу. Антисанитария грозила смениться экологической катастрофой в масштабах
отдельно взятой "девятиэтажки".
Жильцы, разумеется, пробили в набат, и как-то под вечер в подьезде появилась
строгая женщина с удостоверением СЭС.
- Здравствуйте. Вы - тот самый Рогов?
- Здравствуйте. Очевидно, я...
Виктор в домашних тапочках как раз стоял возле мусоропровода и уже добрых
полтора часа пытался шваброй извлечь наружу чудом уцелевшую кошку. Бедолага Мурка
от крысиного беспредела повредилась умом и теперь ночи напролет подвывала из своего
укрытия.
На первый раз до составления протокола и штрафов дело не дошло, инспектор
санэпидстанции ограничилась официальным предупреждением. Но главное, что уяснил
Рогов из проведенной беседы - это необходимость подвал от колес немедленно
освободить.
Виктор, разумеется, пообещал все, что требовалось. И только после ухода незваной
гостьи осознал, о чем идет речь.
Схватился за голову... Голова, кстати, попалась под руку очень вовремя: одна,
говорят, хорошо, а две все же лучше! Следовало позвонить Павлу.
Тот заявился, хотя не сразу - и братья уселись на бетонных ступеньках холодной
лестницы, зарабатывая простатит и обмениваясь идеями по поводу возникшей проблемы.
Планов было много, но все какие-то несерьезные.
- Слушай, а давай просто выкинем колеса на свалку? Ну их на...
Предложение было оригинальное, но энтузиазма у Виктора не вызывало:
- У меня машина опять барахлит.
- На моей!
- Давай, - согласился Рогов. - Только как?
- Обыкновенно... Погрузим в "запор" сколько влезет и за несколько раз вывезем.
- Ну, попробуй. Погрузи.
- И чего такого? Погружу! - Не понял Павел.
- Давай, давай...
- Ну и даю! - Ройтман поднялся с решимостью человека, готового к труду и
обороне.
- А крыски? - Поинтересовался Виктор.
- Крысы... Во, бля! - Замер на месте Павел и непроизвольно огляделся. Дело в
том, что этих серых хвостатых тварей он боялся с раннего детства, ещё с питерской
коммуналки, в которой провел первые годы жизни. - Что же делать-то?
- Что-что! - Передразнил брата Рогов. - Сначала их надо будет выгнать. Или
отравить... Или перебить?
- А как? - Павла передернуло от омерзения.
Виктор тоже пока не знал - как.
Поднявшись со ступенек, он принялся искать пути решения проблемы. Одна мысль
сменяла другую, напряженный процесс раздумия отражался на лице и в позе - так, что в
конечном счете Рогов стал похож на скульптурное изображение римского гладиатора,
нервно курящего папиросу.
Павел с интересом следил за братом:
- Ну?
- В рукопашную не выйдет... Перестрелка тоже пока отпадает - у нас ружья нет.
Может, газом?
Озарение пришло, как всегда, внезапно.
- Значит, так.
- Придумал?
- Да. - В глазах Виктора светилась законная гордость собой. - Бежим к ларьку,
к пивному, пока не закрылся!
- Нашел о чем думать, - разочаровался Ройтман. - Я бы, конечно, тоже насчет
пивка... не против. Но только делом надо заниматься, делом!
- Правильно, - невозмутимо ответил брат. - Кстати, деньги у тебя есть?
- Допустим, есть. А зачем тебе?
- Надо бы пару пузырей водяры взять.
Минут через двадцать перед входом в злополучный подвал выстроились в боевой
порядок силы вторжения.
Состояли они из трех самых авторитетных представителей местной дворовой
гопоты, настоящие имена которых звучали, наверное, только в милицейских протоколах.
Впрочем, по кличкам троица была хорошо известна далеко за пределами
микрорайона: карлики-уроды Туранчокс и Пушкин, а также длинный, высохший от
пьянства и голодухи, косматый Полено.
Были они неразлучными собутыльниками, компаньонами - и каждый вечер били
друг другу морды. Причем, выяснить, из-за чего, никогда не удавалось, по причине
похмельных провалов в памяти у всех троих сразу.
Задачу гопники уяснили сразу: вышибить крыс из подвала!
Гонорар устраивал: две бутылки водки. И получив по пол-стакана авансом,
команда истребителей рвалась в бой.
- Трубу возьми, - подсуетился Рогов, протягивая одному из карликов ржавую
железяку.
- А на х..хрена? - Ощерился тот единственным передним зубом. - Я их, бля, и
зубами разорву!
Изогнув пальцы веером, он ринулся в подвал вслед за Туранчоксом. Замыкающим
был Полено.
- Думаешь, управятся? - Покачал головой Павел.
- Эти? Эти управятся, - Успокоил его брат. - Они за стакан бормотухи не то,
что крыс - слона завалят.
- Да ну! Скажешь тоже...
Виктор уже стоял в дверях парадной, но обернулся:
- Точно говорю, гражданин Ройтман. На таких, как они - вся Россия
держалась... И держится, между прочим!
Павел хмыкнул, не зная как реагировать - он не всегда понимал, шутит брат, или
говорит серьезно.
Что в этот момент происходило в подвале, можно было только догадываться. С
улицы, куда поспешили ретироваться Виктор и Паша, о масштабах кровавой битвы
свидетельствовал доносившийся откуда-то из земных недр гул.
В какой-то момент даже показалось, что весь девятиэтажный панельный дом
вздыбился и отполз в сторону. Из-под стены его разом выплеснуло широкий серый поток
- и недобитые твари хлынули через дорогу.
Враг спасался бегством.
Быстро преодолев открытое пространство детского садика, крысы в панике ныряли
в подвал жилого здания напротив.
Зрелище это впечатляло.
Случайные прохожие замерли, молодые мамаши похватали на руки детей,
собачники - своих псов, а старушки-пенсионерки - чужих кошек и все, что попалось
под руку.
А братья в это время уже чествовали героев.
- Пей! - Восторженно подал стакан Ройтман.
- Извини, начальник. Некоторых упустили... - Полено стрельнул по сторонам
настороженным взглядом и опрокинул водку в рот.
- Закуривай, - подключился Виктор, протягивая пачку папирос.
Герой закурил.
- А теперь - вали отсюда,
...Закладка в соц.сетях
