Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
... действительно сейчас голова забита
проблемами. А как ты думаешь, что из себя представляет это темное пятно,
которое ты видел? - спросил Савелий.
- По-моему, оно как-то непосредственно связано с твоей машиной. Ее
обязательно надо тщательно осмотреть. Во всяком случае, на ней сейчас
передвигаться нельзя, это очень опасно, в этом я твердо убежден!
- Опасно конкретно для меня или вообще?
- Думаю, что для тебя в первую очередь. Я уверен, что кто-то сел тебе на
"хвост", будь осторожен!
- Еще раз спасибо за предостережение, Христо, - поблагодарил Савелий, -
я, кажется, действительно слишком увяз во всех этих делах и забыл обо всем
остальном, не говоря уже о собственной безопасности.
- Это как-то связано с тем, что ты делал в Европе? - осторожно спросил
Христо.
- Да.
- И как идут дела?
- Проблема пока не решена, - уклонился от разговора на эту тему Савелий.
- Желаю, чтобы у тебя все получилось. Помни, брат, я всегда в тебе!
- А я в тебе! - откликнулся Савелий. - Ну, будь здоров!
Гранич отключился от связи. Савелий, стоявший на противоположной стороне
дороги, посмотрел на свою машину уже другими глазами - глазами человека,
обладающего силой Знания. Как будто рентгеном, он прощупывал весь ее корпус,
постепенно переходя от крыши "жигуленка" к приборной доске, мотору, креслам.
Ничто не ускользнуло от его взора: Савелий увидел несколько миниатюрных
трещинок в корпусе, незаметных обычному взгляду из-за слоя ржавчины и
краски; в моторе пригорел один клапан, подтекал масляный фильтр - но все это
не представляло особенной опасности, о которой его предупредил Гранич. И
только когда Савелий "увидел" небольшую коробочку, прикрепленную к днищу
автомобиля аккурат под водительским креслом, он понял, что нашел то, что
искал.
Говорков сконцентрировался до предела, собрал в себе большой заряд
энергии и послал его в сторону замеченной им коробочки. Он внутренне
почувствовал, как в ней что-то хрустнуло и исходящая от нее темная волна
опасности тут же исчезла.
Теперь уже ничего не опасаясь, Савелий уверенно подошел к машине. Он
нагнулся и, протянув руку под днище, сорвал с магнитной присоски безопасный
уже заряд. На таймере компактной, но мощной мины (такие магнитные мины
находятся на вооружении диверсионных спецподразделений ВДВ) замерли две
красные цифры: 37. Если бы Савелий не смог или не успел уничтожить своим
энергетическим зарядом электронику таймера, то через тридцать семь секунд
его форсированные "Жигули" превратились бы в горящую груду металлолома.
Говорков достал мобильный и предупредил Рокотова о своем возможном
опоздании, не вдаваясь особенно в подробности.
Он рассказал Константину о попытке покушения на него уже при встрече.
Какое-то время они обсуждали, кому именно понадобилось избавиться от
Савелия, и пришли к совместному выводу, что это в первую очередь нужно
членам "семьи".
Но как Савелий попал под их прицел? О том, что о его роли мог кто-то
проболтаться, не могло быть и речи. Значит, оставался второй вариант -
разного рода технические способы слежки. Савелий вспомнил, как он общался по
телефону (пусть и по спецсвязи) с Фадеевым: этого было достаточно, чтобы его
засечь. Понял Савелий и то, что Фадеев тоже находится под плотным
наблюдением президентской "семьи", которая, по всей видимости, смогла засечь
и его роль в истории с возвращением в Россию денег, похищенных "семьей".
- Давай махнемся машинами! - предложил Константин. - Бери мою "семерку",
а я возьму твою старушку и помотаю твой "хвост" по городу. У тебя тем
временем появится свобода и возможность заняться своими делами.
- Ты что, не понимаешь, что это опасно? - возразил Савелий. - Ты же
прекрасно заешь, что обнаруженная бомба не случайность. Это может означать
только одно: уже поступил приказ о моей ликвидации! А значит, на первой
неудаче не остановятся и захотят во что бы то ни стало довести свое дело до
конца. Теперь на моей машине будто проклятье висит: все, кто к ней
прикоснется, автоматически попадают в зону смертельного риска.
Константин Рокотов, по молодости лет, недостатку опыта и азартности
характера, наотрез отказывался принимать во внимание доводы Савелия, ему
казалось, что старший друг излишне драматизирует ситуацию.
- Вряд ли они будут дважды бить по одному и тому же месту, - беззаботно
улыбнулся он, - второй снаряд в одну воронку не падает, ты же знаешь! Я
просто оттяну у них время, для того чтобы ты смог принять все необходимые
меры безопасности.
Савелий понимал, что в словах его есть свой резон, но в душе у него
что-то противилось этой идее, он каким-то глубоким внутренним чутьем
улавливал, что желание Рокотова взять "огонь на себя" может добром не
кончиться.
Но Константин продолжал упорствовать и давить на него, и Савелий скрепя
сердце все-таки уступил его натиску.
- Ну хорошо, - сказал Савелий, протягивая ключи Косте, - только пообещай
мне особенно не лихачить и не лезть на рожон. Короче, не строй из себя
Джеймса Бонда!
- Обещаю! - с легкостью согласился Костя и вновь широко улыбнулся.
Кажется, он так и не поверил в существование реальной опасности.
- И, пожалуйста, проверяй машину почаще, особенно после остановок, даже
самых коротких, - видя его бесшабашность, снова "нажал" Савелий, - к ней
сейчас всякая гадость так и липнет, а прикрепить "Магнитку" и пары секунд
хватит.
- Обязательно, что, я не понимаю? Воспитываешь, как дите малое? Не строй,
пожалуйста, из себя заботливую няньку, - снова успокоил Савелия Рокотов.
Друзья, обменявшись машинами, разъехались в разные стороны. Рокотов
помчал к Речному вокзалу, уводя от Савелия "хвост", а Говорков направился в
Барвиху, где под неусыпным наблюдением проверенных врачей сейчас находился
Президент. Савелий надеялся, что ему все-таки удастся встретиться с Фадеевым
а предупредить его о том, что за ними следят и поэтому пока телефонами
пользоваться не стоит.
Как ни странно, но у Говоркова все прошло гораздо проще, чем он ожидал, и
как нельзя лучше: достаточно было попросить офицера, дежурившего у
шлагбаума, связаться с Фадеевым и передать, что Мануйлов прибыл и стоит у
въезда в президентскую резиденцию. Через минуту офицер вежливо отдал честь
Савелию и передал просьбу Фадеева подъехать к центральному входу резиденции.
Им удалось минут пятнадцать пообщаться. Первым делом они обсудили все
новости и вроде бы остались довольны. Когда же Савелий сообщил о покушении и
изложил свою версию того, как на него вышли, Фадеев зло выругался, коря себя
за столь непростительную для работника спецслужбы ошибку, которая могла
стоить Савелию жизни.
- Не переживайте так, товарищ генерал! Не ошибается только тот, кто
ничего не делает! Да и со мною вроде все в порядке.
- Да, словно сам Господь Бог тебя хранит... - виновато вздохнул Фадеев.
- Эт-то точно! - бодро согласился Савелий, подумав, что генерал не так уж
и далек от истины.
- Связь мы будем поддерживать через одного моего офицера, которому я
доверяю, как самому себе! Антон! - позвал Фадеев, и в кабинет тут же вошел
симпатичный парень едва ли не на голову выше Бешеного. Застенчиво, как
показалось Савелию, он остановился посередине кабинета.
- Познакомься, Антон! Это Сергей Мануйлов!
- Майор Косолапое!
- Антон, ты будешь работать с Сергеем и выполнять все его поручения и
просьбы, как если бы это был я! Кроме того, именно ты будешь осуществлять
его связь со мной! О связи договоритесь отдельно: Сергей введет тебя в курс
дела и объяснит что к чему! Вопросы?
- Никак нет, товарищ генерал!
- В таком случае подожди в приемной, сейчас мы закончим!
Тот кивнул и вышел из кабинета.
- А задержал я тебя вот почему, - начал Фадеев, - вчера я общался с
Константином Ивановичем. Генерал очень беспокоится за тебя, спрашивал у
меня, как ты и что? Позвонил бы ты ему, что ли... Богомолов чудный мужик, не
нужно его расстраивать. Да и вообще...
- Да, конечно, - Савелий вспыхнул от стыда - как же он мог с самого
отъезда в Швейцарию забыть о своем крестном? - обязательно сегодня же
позвоню!
Выйдя из кабинета Фадеева, он несколько минут пообщался с Антоном, и они
условились о том, как будут держать между собой связь, чтобы не привлекать к
себе постороннего, ненужного внимания, после чего расстались, довольные друг
другом. Оказалось, что их связывает не только общая цель, но и прошлое:
Антон тоже прошел войну в Афганистане и успел побывать в Чечне-Савелии
поехал назад в Москву. Он ругал себя последними словами за то, что в
тревогах и заботах у него совсем не нашлось времени для своего "крестного":
а ведь он никогда не забывал о Савелии и всегда помогал ему, чем только
можно.
Савелий подкатил к массивному зданию ФСБ на Лубянке и, запарковав машину
чуть поодаль, вошел в служебный подъезд. Он набрал по внутреннему телефону
номер Богомолова. Тот после второго гудка снял трубку:
- Генерал Богомолов слушает!
- Константин Иванович, у вас найдется для меня полчасика? - спросил
Савелий. - Прошу прощения, что в рабочее время вас отрываю...
- А, крестник, наконец-то объявился! У меня как раз есть свободное окно
на час, давай, поднимайся ко мне, я заказываю пропуск.
Очутившись в знакомом кабинете генерала, Савелий как-то даже расслабился:
здесь не надо было ни от кого таиться, говорить полунамеками. Казалось, что
здесь даже мощные, отделанные темным деревом стены придают уверенность всем,
кто находится в этом просторном, светлом кабинете.
Он обнялся с Богомоловым и сел напротив его рабочего стола в удобное
кожаное кресло.
- Ты, как мне кажется, в курсе того, что приключилось с Президентом? -
полувопросительно-полуутвердительно сказал генерал.
- Более чем, - не вдаваясь в подробности, подтвердил Савелий.
- Вот и хорошо. - Богомолов понял, что ни о чем расспрашивать "крестника"
не нужно: если бы тот мог, то сам бы рассказал. - Сейчас наши оперативники,
совместно со Службой безопасности Президента, выясняют, что. же случилось на
самом деле? И кто за всем этим стоит? Уже нашли тело Зинаиды Андрейченко,
той медсестры, которая сделала Президенту укол какого-то непонятного
препарата - ей сломали шею в ее собственной квартире. Свидетелей и следов,
как ты догадываешься, нет. - Богомолов огорченно вздохнул. - Этот укол
вызвал у Президента осложнения с сердцем. К сожалению, вещество полностью
растворилось в крови и мы так и не смогли установить его принадлежность к
какой-нибудь конкретной химической группе. Но, в принципе, план покушения
обрисовался достаточно четко: у собственного дома найден убитым в машине
профессор Лейбин, заведующий кардиологическим отделением ЦКБ. Он убит двумя
выстрелами в голову (очевидна рука киллера-профессионала), видимо, именно
ему и предназначалась важная роль на последней стадии покушения на жизнь
Президента. Здесь сначала нам вроде бы крупно повезло: нашелся очевидец
убийства и помог составить неплохой фоторобот, но им воспользоваться не
пришлось. Через квартал от дома профессора Лейбина, во дворе был обнаружен
труп предполагаемого убийцы - тоже убит двумя выстрелами в голову.
- Круто! Высокие профессионалы, умно заметают следы... - заметил Савелий.
- Безусловно! - продолжил Богомолов. - Конечно, за медиками стояли
какие-то очень влиятельные и мощные структуры, иначе эти пока до конца
неясные нам силы не смогли бы все так ловко организовать, а затем,
почувствовав надвигающийся провал, так ловко убрать свидетелей.
В кабинет зашел мрачный Рокотов-старший, помощник Богомолова.
- Константин Иванович, разрешите мне уйти, у меня беда: Костик в аварию
попал, только что жена звонила из "Склифа". - Полковник был встревожен.
- Конечно, иди, Миша, - тут же разрешил Богомолов и взволнованно спросил:
- В каком Костя состоянии?
- Вроде ничего. - Рокотов вздохнул. - Травма головы, ребра сломаны. Ну и
порезы там... Да и машину чужую раздолбал!
- Вот черт! - вскочил Савелий. - Говорил же я ему!.. Михаил Никифорович,
давайте я вас в больницу отвезу, я тоже к Косте поеду. Извини, Батя...
- Постой, Савушка, ну-ка, чего ты там Косте говорил, поясни нам?
Савелию пришлось рассказать о сегодняшнем покушении на него и о
мальчишеском желании Рокотова-младшего поиграть с преследователями, севшими
на "хвост" Говоркову.
- Ну, ребята, вы даете, черт вас подери! - искренне возмутился Богомолов.
- Ладно, Костя молодой да горячий, но ты-то, Савелий, опытный боец, о чем
ты-то думал?!
- Константин Иванович, не добивай парня, - заступился за него
Рокотов-старший, - вишь, как он переживает. Я Костика знаю, он как упрется,
что твой баран, ничем его не переубедишь... - Михаил Никифорович махнул
рукой и вздохнул: - Слава богу, все для него малой кровью обошлось, теперь
умнее будет, лишний раз подумает, куда можно свой нос совать, а куда нет.
- Ладно, езжайте! - разрешил Богомолов, видя, что Савелий сидит как на
иголках. - Но в истории с покушением надо как следует разобраться! Вот что,
крестник, я тебе Андрея Воронова дам в помощь. Такие шуточки спускать
противнику нельзя: так они пол-Москвы угробят за милую душу! Мать их!.. -
ругнулся в сердцах генерал.
Савелий и полковник Рокотов попрощались с генералом и поспешили к Косте в
больницу.
Однако они были не единственные, кого заботила судьба Рокотова-младшего.
О нем, точнее сказать, о том, за кого он случайно пострадал, то есть о
Савелии, разговаривали трое: Бакурин, Щенников и Калошин.
И вспомнил о нем зять великого тестя.
- Кирилл Сергеевич, а почему вы не говорите о том, что ваши люди не
довели до конца порученное им дело? - раздраженно спросил Бакурин.
- Вы имеете в виду этого Мануйлова?
- Кого ж еще? Почему он до сих пор не на том свете?
- Живучим оказался: после такой аварии не выживают, а он в реанимации и,
как говорят врачи, шансы на выздоровление очень высоки!
- Ну и?
- Мои ребятки уже получили соответствующие распоряжения. День-два и с ним
будет покончено! - уверенно ответил Кирилл Сергеевич.
- А может быть, повременить с его смертью? - неожиданно предложил
молчавший до этого Щенников.
- О чем ты? - недовольно спросил Бакурин.
- Убить его никогда не поздно, но попытаться выбить из него нарытые им
документы... - Валентин Николаевич красноречиво поднял кверху указательный
палец, - кто может дать гарантию, что с устранением этого живунчика эти
документы не всплывут где-то в другом месте? Вдруг мы их не найдем у него?
- А ведь он прав! - согласился Бакурин и взглянул в глаза Калошину. -
Задачу понял?
- Как не понять? - спокойно пожал тот плечами. - Нужен живым, будет
живым! Нужно выбить информацию, выбьем за милую душу: слава богу не тридцать
седьмой! Сейчас есть такие препараты, что стоит их ввести человеку, он сам
будет умолять выслушать его исповедь и выложит то, что и сам давно позабыл!
- Ну, смотрите, чтобы опять не было прокола!
Савелий и Рокотов-старший довольно быстро нашли Константина в ,знаменитой
"травме" института имени Склифосовского, куда со всей Москвы свозят
пострадавших во всевозможных авариях, несчастных случаях, а теперь и в
криминальных разборках.
Он полулежал на кровати в просторной двухместной палате один; рядом на
стуле сидела его мать - жена полковника Рокотова и, если читатель не знает
этого из предыдущих книг, родная сестра генерала Богомолова.
Голова Костика была забинтована, одна рука подвешена на специальном
устройстве, давая покой закованной в гипсовый панцирь груди. В другую руку
из капельницы подавался какой-то лекарственный раствор. На его иссеченном
осколками стекла лице, покрытом темными пятнами йода, как-то не к месту
светилась веселая улыбка.
- Привет! - прошепелявил Костя разбитой губой, завидев отца и Савелия.
Он даже попытался приподнять свободную руку и поприветствовать прибывших,
но сморщился от боли: видимо, он очень рвался продемонстрировать, что у него
все в порядке, но в его состоянии ему это не слишком-то удавалось.
- Прости, Савелий, что не прислушался к твоим советам, - прошепелявил
Костя, - так вышло...
- КАК это вышло, расскажи! - потребовал Говорков.
- Ну-ка, мать, выйди погуляй! - приказал Рокотов-старший. - Нечего тебе
слушать мужские байки.
Женщина хотела возразить, но, увидев, что все трое умоляюще смотрят на
нее, нехотя подчинилась просьбе.
- Ладно... - она встала, но, выходя из палаты, не без иронии постановила:
- У вас... мужчины, для ваших баек ровно десять минут, не более? - и
плотно прикрыла за собой дверь.
- Рассказывай! - нетерпеливо попросил Савелий.
- Да особо и рассказывать-то нечего... - медленно выговаривая слова,
начал Константин. - Сел я в твой "жигуль", двинул на северо-запад. Сам гляжу
в зеркало заднего обзора - пасут или не пасут? Минут через десять заприметил
черную "Волгу", которая, как банный лист к заднице... Ну, думаю, сейчас,
ребята, я вас помотаю! Вышел на Ленинградский проспект, после "Динамо"
свернул направо и давай по тому району петлять. Вижу, кажется, оторвался.
Снова выехал на трассу и уже спокойно поехал к Речному: думаю, перекушу там,
а потом вернусь к твоему дому, засвечусь и снова в прятки поиграю. Еду себе,
все вроде бы тихо и мирно. Вдруг откуда ни возьмись выруливает справа
грузовик и на скорости прет прямо мне в бок. Я пару раз вильнул, а он,
сволочь, все мои движения повторяет. Ну, в общем, и... - Константин
поморщился, то ли от боли, то ли от досады, - поцеловались: прямо лоб в лоб.
Мне руль в грудь уперся, не пошевельнуться, кровь прямо в глаза льет, но я
все-таки рассмотрел, как водитель, сволочь такая, из грузовика выскочил и
бежать... А неподалеку та самая "Волга" стоит. Водила в нее юркнул,
"волжанка" сразу по газам и укатила... Тут как раз милиция подоспела,
вызвала "скорую", "Службу спасения"; они меня в два счета вытащили, в
"скорую" сунули - и сюда, в Склифосовского.
- Ты хоть номер той "волжанки" запомнил? - спросил Рокотов-старший.
- А как же! Номер государственный, МЮ 467, пятидесятый регион.
- Подмосковье... - вставил Рокотов-старший.
- Ну... Я вот только одного не могу понять: как они меня на
Ленинградке-то вычислили? "Хвоста" за мною точно не было, я несколько раз в
переулках крутился, проверял: не было!
- Может, милиция? - Савелий посмотрел на Михаила Никифоровича.
- Возможно. Или они подключились к системе дорожного видеоконтроля: там
же все центральные трассы как на ладони, - предположил Рокотов-старший.
- Извини, Савелий, за машину, - сказал Костя, - она у тебя ходко бегала,
да отбегалась, бедняга.
- Брось! - отмахнулся Говорков. - Железа не жалко, новое добудем. А вот
ты...
- Да, подвел я тебя: на пару недель выключился...
- Не говори гоп, пока не перескочишь! - перебил его отец и передразнил: -
"На пару недель"! Что хорохоришься перед матерью - молодец! Ну а нам,
мужикам, нечего лапшу на уши вешать. Дай Бог тебе через месяц оклематься!
Небось в голове-то сейчас звон стоит погромче колокольного?
- Есть такое дело, - хмурясь, сознался Костя.
- Ладно, лежи, - сказал Рокотов-старший, осторожно пожав сыну руку. - А
лучше поспи, полегчает. Я сейчас на работу возвращаюсь: дела еще есть, а ты,
Савелий, как?
- Да я, пожалуй, тоже пойду, - решил Говорков, - держись, Костя! О машине
разбитой не волнуйся. А тех сук, которые тебя поломали - фактически из-за
меня, - найду во что бы то ни стало! Думаю, эти подонки так легко, как ты,
не отделаются! Тут уж будь уверен на все сто!
- И не сомневался!
- Но-но, приятель, ты не очень-то! - предупредил Рокатов-старший. - У нас
законы есть, самоуправствовать не надо.
- Не волнуйтесь, Михаил Никифорович, разберемся честь по чести! -
пообещал Савелий.
Они вышли из палаты. Полковник позвал жену и, перебросившись с ней парой
слов, она еще хотела остаться в больнице, последовал за Говорковым на улицу.
Савелий подбросил Рокотова до Лубянки, а сам из ближайшего же
телефона-автомата позвонил своему старому приятелю Андрею Ростовскому,
который не раз приходил ему на помощь в самых серьезных заварушках, когда
ему угрожала смертельная опасность. Савелий ощущал себя виноватым в
случившемся с Константином и горел желанием побыстрее загладить вину, найдя
и наказав тех, кто охотился за его особой.
- О, братишка, легок на помине: только вчера говорили о тебе с братвой!
-обрадовался Ростовский, услышав голос Савелия.
- О чем же говорили? Ругали, поди?
- Ты ж меня знаешь! Я им столько нарассказал, что те, кто слышал о тебе
впервые, сразу захотели познакомиться с легендарным Бешеным! А те, кто
познакомился с тобой тогда на сходке, до сих пор удивляются, как, впрочем, и
я, тому, что ты отказался от своей заслуженной доли! Да ладно, бог с тобой:
я люблю тебя таким, какой ты есть! Где опять пропадал, что-то давно мы с
тобой не общались! Или снова по загранкам шастал?
Всегда жизнерадостный и веселый Андрей Ростовский, известный и уважаемый
в определенных кругах авторитет, мог быть, когда того требовала ситуация, а
особенно когда кто-то угрожал его родным или близким, весьма и весьма
жестким и беспощадным. Узнав о двух случаях покушения на своего друга,
Андрей сразу же перешел на деловой тон:
- Так, братан, я - в деле! Совсем охренели, сволочи! - Ростовский
вспомнил и их мать, и всех их родственников. - Найдем этих гнид и к ногтю
их, чтобы навсегда запомнили, с кем связались! С чего начнем?
- Сначала машину надо найти, - сказал Савелий, - это я беру на себя. А
дальше видно будет... Возможно, точнее сказать, скорее всего, что это
спецслужбы поработали: по всему видно, их почерк! А на спецслужбы просто так
не наедешь.
- Ничего, и на их сраную жопу у нас болт с резьбой найдется, вкрутим и
им, если нужно, по самое "не балуйся", -ч зло пообещал Ростовский. - Я вот
что... - он задумался на мгновение, - попробую того шоферюгу найти. Пошлю
своего юриста, Серегу, в райотдел милиции, пусть пробьет-выяснит, за кем тот
"хитрый" грузовичок числится. Глядишь, что и проклюнется! Ну а дальше будем
посмотреть.
- Хорошо, Андрюша, давай держать постоянную связь, - согласился Савелий,
- только не отключай мобильник, я сам тебе буду звонить: есть у меня
серьезное подозрение, что на моем телефоне кто-то плотно "подвис". Так что,
пока тех ребят, напавших на Костика, не найдем, мне звонить лучше не надо.
- Судя по всему, ты опять во что-то серьезное вляпался, - предположил
Ростовский.
- Да как тебе сказать... - замялся Савелий, не желая врать, но и не имея
права рассказывать правду.
- Все понял: не напрягайся! - прервал его догадливый Андрей. - Тогда жду
твоего звонка. Когда примерно?
- Завтра днем.
- Заметано!
Савелий дал отбой и тут же снова принялся набирать другой номер. Он
звонил своему названому брату Андрею Воронову, который в звании майора
работал оперативником в ФСБ.
- Привет, Андрей! Помощь твоя нужна в одном деле, - сказал Савелий.
- Да я в курсе, мне Богомолов уже не только рассказал, но и приказал...
Говори, в чем помощь требуется.
- Костя засек номер "Волги", которая пасла мой "жигуль". Узнай, откуда
она.
Савелий продиктовал номер "Волги" и пообещал перезвонить Воронову через
десять минут. Вскоре он уже ехал в сторону Дмитровского шоссе, где, как
Савелий узнал от Андрея, располагался гараж частного охранного предприятия
"Гарант", которому и принадлежала пресловутая черная "Волга".
Узнал он от Воронова и еще один любопытный факт: ОЧП "Гарант" был
дочерней структурой Фонда социальной помощи военнослужащим, реальным главой
и полновластным хозяином которого был один из самых активных членов "семьи",
бывший генерал ФСБ, а ныне советник Президента по безопасности Кирилл
Сергеевич Калошин, фамилия которого не раз фигурировала в тех документах,
которые Савелий добыл в Швейцарии.
Номинально учредителями Фонда являлись
Минобороны, МВД и ФСБ, но последние несколько лет Фонд, в результате
усилий Калошина, работал фактически бесконтрольно. За эти годы "Гарант"
практически превратился в организованную преступную группировку,
использующую в качестве политического прикрытия незначительные, но всегда
громкие "благотворительные" акции.
При помощи созданного на базе "Гаранта" собственного мощного
информационно-аналитического центра Калошин, накопив компромат на
"олигархов", подкатывал к ним и предлагал "поделиться", в случае отказа
наводя на упертые банки через своих приятелей-"силовиков" аудиторские
проверки. Для клиентов помельче у Калошина имелось охранное предприятие,
действовавшее, как заправские рэкетиры, исключительно по-рэкетирски силовыми
методами.
Оперативники из МВД знали о некоторых "операциях" "Гаранта", но ничего с
Калошиным не могли поделать: он был непотопляем, пока находился рядом с
Президентом и дружил с руководством силовых структур.
Савелий оставил машину в соседнем дворе и направился к гаражу. Выдав себя
за шофера, ищущего работу, он проник на территорию и, походив вокруг и
поболтав с шоферюгами, убедился в том, что искомая "Волга" стоит
полуприкрытая брезентом в одном из гаражных боксов.
Этого Савелию пока было более чем достаточно. Теперь надо было
возвращаться сюда с подкреплением: охрана гаража была многочисленна и
вооружена стрелковым оружием. В одиночку тут делать было
...Поділитися у соцмережах
