Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
...устает. Бешеный
отправился в ванную, включил обжигающе холодную воду и принял
продолжительный душ.
Кажется, он смог очистить свой мозг от воздействия "Голубого глаза". Тело
его все еще звенело как натянутая струна; мышцам хотелось нагрузки.
"Теперь понятно, почему эта ребятня может всю ночь дрыгаться под свою
одуряющую музыку..." - подумал Бешеный, заставив себя лечь на кровать.
Он попытался расслабить непроизвольно сокращающиеся мышцы.
"С такой таблеточкой под языком даже самые немощные находят в себе силы
не спать по нескольку ночей. Поэтому они все такие худые: организм быстро
сжигается, можно за месяц такой житухи вполне стать дистрофиком... Через
месяц-другой им ничего другого не останется, как постоянно жить с допингом -
даже на то, чтобы приготовить себе завтрак, сил уже не будет. Да, прав был
генерал Богомолов: это адская штука, похуже других. Те хоть явная дурь -
галлюцинации, расслабленность, смещение сознания. А это... и не поймешь
сразу всю опасность. А потом, когда уже ясно, к чему дело идет, то уже
поздно, влип..."
Постепенно Бешеный приходил в себя. Он посмотрел на часы - было уже
позднее утро. Он проборолся с "Голубым глазом" не меньше десяти часов.
Савелию стоило больших усилий заставить себя заснуть, но все-таки ему это
удалось. Он проспал как убитый несколько часов, и когда проснулся, все его
тело ломило от ночной нагрузки, которая помогла противостоять наркотику.
Из пережитого этой ночью Савелий вынес одно: нужно как можно скорее найти
место, где делают "Голубой глаз", иначе еще много глупых молодых ребят и
девчонок загубят себя и свою так толком и не начавшуюся жизнь...
Бешеный позвонил Максу - тому самому парню, с которым позавчера свел его
в ночном клубе "Порт" поставщик Алены Гриша. Автоответчик невразумительно
пробурчал:
"Если есть что сказать, то, пожалуйста, говорите, может быть, вам
перезвонят..."
Это Савелия не устраивало. Он в течение всего вечера еще несколько раз
набирал номер Макса, пытаясь связаться с ним напрямую. Наконец где-то уже в
третьем часу ночи Макс вяло - видимо, это было его всегдашним состоянием -
откликнулся:
- Ну, чего еще?
- Есть разговор, надо встретиться... - таким же хмурым тоном сказал
Савелий.
- Кто это?
- Не важно. Ты вряд ли меня помнишь, нас Гриша в "Порту" свел...
- Ну почему же, помню... - неуверенно протянул Макс. - Ты, кажется, из
Москвы?
Савелий удивился, что Макс его вспомнил. Он был уверен, что тот, будучи
всегда под кайфом, вообще не контролирует ни свою жизнь, ни тех, с кем эта
жизнь его сводит.
"Надо быть с ним поосторожнее, парень не так прост, как кажется", -
подумал Савелий и вслух подтвердил:
- Да, это я, Сергей. Твой товар мне понравился. Я хочу взять еще. Ты
сможешь сделать большую партию?
- В этой жизни все возможно, - философски изрек Макс, - было бы желание.
Вот что, Сергей, я уже вырубаюсь, давай завтра договорим, спать хочется
жутко.
- Слушай, у меня ни желания, ни времени нет тебя по телефонам
вылавливать. Давай забьем стрелку на завтра и можешь спать сколько влезет, -
нажал на него Савелий.
- Ну хорошо... Приходи к десяти в "Порт", там и поговорим.
- О'кей!
Макс положил трубку, а Савелию ничего не оставалось, как дожидаться
следующего вечера.
В ночном клубе все было как обычно: грохот музыки, молодежь, одуревшая от
наркоты и бесконечных танцев, пестрая толпа, прожигающая деньги и
собственную жизнь.
Макса он нашел без труда. Тот был со своим приятелем Ником, которого
Савелий тоже видел в прошлый раз.
Бешеный поздоровался с этой мрачной парочкой - вернее, махнул рукой: в
этом грохоте все равно никаких слов разобрать было нельзя. Ему нехотя
махнули в ответ. Савелий взял за рукав Макса и потащил его ближе к выходу -
туда, где музыка не так гремела. Ник поплелся следом за ними.
- Ну что, побазарим? - спросил Бешеный.
- А это еще что за пень с горы? - Ник, казалось, не замечал Савелия и
обращался только к Максу.
- Это Серега, москвич. Его Гришка привел. Хочет партию "Голубого глаза".
Сделаем?
Ник оценивающе посмотрел на Савелия, видимо, он чем-то ему не понравился.
Савелий понял: Ник здесь главный и решать будет он.
"Что ж, поменяем направление главного удара: будем теперь говорить только
с Ником..." - решил Савелий.
- Ребята, в чем проблема? Товар у вас хороший, деньги у меня есть... А
вот времени сидеть тут у вас без дела и ждать, пока я вам понравлюсь, у меня
совсем нет. Давайте решайте быстрее, без тормозов! Да - да, нет - нет!
- Ты не гони... - поморщился Ник, - так дела не делаются. Ты в Москве
кого знаешь?
- Кто знает тебя - никого. Тебе мало, что ли, Григория?
- Тогда до свидания. - Его голос был бескомпромиссным. - Я Гришке не
доверяю - он трепач и за сотку баксов любого с потрохами сдать может. Когда
тебя ко мне кто-нибудь кроме Гришки приведет, тогда и поговорим.
- Что ты комедию ломаешь? - психанул Бешеный. - Я деньги тебе даю, а ты
кобенишься! Что тебя не устраивает?
- Не наш ты. Зачем тебе дурь, не знаю. То, что ты новичок, это сразу
видно. Кто тебя знает, завалишься по неопытности и нас за собой потянешь. А
мы от отсутствия покупателей не страдаем и не будем страдать: к нам очередь
стоит на неделю вперед. Так что извини, пока!
Ник отвернулся от Савелия и отправился в глубину зала. Макс, пожав
плечами, - наверное, он не был согласен с Ником, но ничего не мог поделать,
- пошел следом за ним.
Бешеному ничего иного не оставалось, как приказать себе набраться
терпения. Форсировать сейчас ситуацию означало бы спугнуть Ника и провалить
все дело. В принципе он понимал, почему Ник не захотел иметь с ним дело:
Савелий действительно был не их поля ягода. Он был старше, одет по-другому,
без модных понтов, и главное - фактически пришел с улицы: ему тоже было
ясно, что Гриша для таких крутых, как Ник, совсем не авторитет...
Надо было искать обходные пути: теперь без посторонней помощи Бешеный уже
не мог обойтись. Он сам был засвечен; нужен был новый человек: молодой,
модный, бойкий, внушающий доверие, с надежной легендой. Савелий стал
перебирать в уме подходящие кандидатуры. Вскоре он сделал вывод, что никому,
кроме Кости Рокотова, он это дело поручить не может. Следовало срочно
вызывать его в Петербург, и Бешеный отправился к себе, чтобы засесть за
телефон.
Савелий обрадовался, когда после пары длинных гудков услышал в трубке
знакомый звонкий голос Константина:
- Да, говорите...
- Привет, Костя, узнал? - спросил Савелий, улыбаясь: он представил, какое
сейчас может быть лицо у Костика...
- Да, Сергей, конечно! Какими судьбами? Как дела? Ты в Москве? -
обрадовано завалил его вопросами Рокотов.
- Погоди, не все сразу, дай сказать... - взмолился Савелий. - Ты как,
свободен?
- В смысле? Сейчас или вообще?
- Вообще. Я сейчас в Питере, помощь твоя требуется. Сможешь приехать на
недельку? Лично для меня... - подчеркнул он.
- Найду! Конечно найду. Когда выезжать? Я могу уже утром вылететь.
- Хорошо. Но утром улететь у тебя не получится. Не все сразу. Ты мне
нужен с подготовкой. Это, наверное, займет день. А может, и два... Ты должен
встретиться с Константином Ивановичем и получить у него все инструкции. Я
ему сейчас буду звонить, чтобы он тебя побыстрее ввел в курс дела. Сиди
завтра утром дома, тебе позвонят. А пока приготовь всю свою самую модную
одежку. Ты в ночные клубы часто ходишь?
- Иногда бываю. Правда, редко, работы много...
- Ну вот, тогда готовь наряд, в котором ты в клубах тусуешься. Обещаю, он
тебе пригодится...
Константин положил трубку, а Бешеный стал набирать другой номер. Теперь
московского кода не требовалось: у генерала был сотовый.
- Богомолов слушает...
- Алло, Константин Иванович, это я... - Савелий не стал представляться,
не сомневаясь, что генерал узнает его голос. - Вы можете говорить?
- Да, могу. Что новенького?
Они, будучи осведомлены обо всех новых прослушивающих устройствах, уже
давно не говорили открытым текстом о своих делах. И генерал, и Бешеный
вполне обходились намеками; они понимали друг друга с полуслова.
- Я нашел кончик ниточки, ведущей к тому месту, которое нас интересует, -
сказал Савелий, - но я за эту ниточку тянуть не могу, боюсь оборвать. Надо
мне помощника помоложе.
- Возьми Константина.
- Уже. Я только что ему звонил, предупредил. Но это не все. От вас тоже
кое-что потребуется. Костю надо подготовить: познакомить с крутыми
московскими людьми, которые занимаются интересующим нас бизнесом. Чтобы он
не с улицы в Питер приехал. И еще: я тут с одной интересной парочкой
познакомился. Они как раз у конца той ниточки стоят. Зовут их Макс и Ник, их
основная точка - клуб "Порт"; по-моему, неплохо о них по вашим каналам
побольше разузнать, пригодиться может...
- Понятно, устроим. Все?
- Костя завтра утром будет вашего звонка дома ждать. Отправьте его
побыстрее, без него дело встанет.
- Ладно, не волнуйся, сделаем. Ты сам как? Не нарвался еще ни на кого?
- Так, балуем понемногу... - отшутился Бешеный.
- Ну-ну... Поосторожнее там. И Костю побереги, мне за него перед отцом
ответ держать.
- Мне, между прочим, тоже...
- Ладно, не обижайся! Завтра же с Константином пообщаюсь. Звони, если
что.
- До свидания, Константин Иванович!
Савелий положил трубку. Теперь он был куда более спокоен, чем в "Порту":
генерал Богомолов сделает все, как надо. Только бы Костя не подкачал...
Костя не подкачал. Савелий встречал его через день на Московском вокзале.
Поначалу он даже не узнал его - так разительно изменился парень с их
последней встречи. Тогда они проходили подготовку перед рейдом в Чечню и
Константин выглядел как настоящий мужчина.
Сейчас из поезда выскочил этакий вертлявый хлыщ в модном прикиде, с
серьгой в ухе и несколькими обесцвеченными прядями на голове. Дорогие
тяжелые и высокие ботинки, черные кожаные штаны, яркая куртка, кисть руки
обмотана банданой - пестрым шейным платочком.
Нынешний Костя Рокотов ничем не напоминал Савелию того бравого
бойца-десантника, который успел уже пройти и через Чечню, и через десятки не
менее опасных передряг.
- Пока! Увидимся! - Константин весело махнул вслед двум красивым
девчонкам. - Ну как? - спросил он у Бешеного.
- Класс! То, что надо. Вижу, инструктаж генерала Богомолова ты выполнил
на отлично.
Сытно накормив Константина, Бешеный стал вводить его в курс дела.
Обрисовав ситуацию и поточнее объяснив задачу, Савелий спросил у нового
напарника:
- Ну, что за легенду тебе генерал приготовил? Рассказывай.
- Значит, так... Я от люберецких, зовусь Николой, постоянную точку имею в
"Пропаганде". Настоящий Никола сейчас сидит в алма-атинском следственном
изоляторе, тамошняя милиция задержала - героин он покупал у одного местного
оптовика. То, что он завис, в Москве еще никто не знает, его только вчера
свинтили. О твоих новых знакомцах у генерала целое досье было. В основном,
конечно, наркотики часто фигурируют, но зацепиться пока не за что; еще у
Макса был факт незаконного ношения оружия, но он условным сроком отделался.
Ребята крутые, ворочают бешеными бабками. С чужаками общаются осторожно,
всегда проверяют. Я к ним могу подвалить, сославшись на одного люберецкого
авторитета - его все знают, он по наркоте давно специализируется.
- А если они на него захотят выйти, - спросил Бешеный, - для
подстраховки?
- Ничего страшного. Пусть. Тот авторитет недавно кинул одного своего
корефана на бабки и в бега пустился. Фээсбэшники считают, что он сейчас в
Германии залег, пережидает, пока волна спадет.
- А как ты тому же Нику объяснишь, откуда ты его знаешь?
- Да тут ничего объяснять и не надо. Ну пришел я в клуб. Известное дело -
везде же торгуют, только надо знать кто. Ну я понюхал, понюхал да на них и
вышел. Я же спец, в натуре! Остальное - дело техники. - Парень явно получал
удовольствие, говоря на блатном жаргоне.
Поговорив с Константином, Бешеный убедился: теперь за эту сторону дела он
может быть спокоен.
- Ну что, Никола, гульнем сегодня вечером в "Порту"? - спросил он у
напарника.
- Гульнем! - весело откликнулся "Никола"...
Бешеный сидел во взятом напрокат "жигуленке", припаркованном неподалеку
от ночного клуба. Час назад он высадил у входа Константина, разодетого в пух
и прах по случаю посещения "Порта". Они договорились, что сегодня Костя
ничего покупать не станет, лишь завяжет первое знакомство и по возможности
договорится с продавцами о надежной связи, а еще лучше - о встрече
где-нибудь в городе. Нужно было установить, где их основная база.
"Хорошо бы проследить за обоими, где они после клуба зависают, - подумал
Бешеный. - Только нам вдвоем с Константином этого не сделать: если заметят
хвост, то, конечно, в лабораторию они уже ни ногой, не дураки же, чтобы так
засветиться! А поручать слежку милиции или местным спецслужбам нельзя:
говорил же генерал, что утечка информации происходит. Пока этого гада на
найдем, придется своими силами обходиться".
Было около двух ночи, когда Савелий заметил, как у тяжелой, обитой черным
металлом двери клуба появилась пестрая куртка Константина. Тот не спеша
двигался от клуба через площадь. Савелий завел двигатель и медленно поехал
за ним, посматривая, не пасут ли напарника. Слежки не было. Они повернули за
угол какого-то административного здания, и, когда клуб скрылся из виду,
Савелий просигналил Косте фарами, и тот залез в машину.
Бешеный повел "Жигули" к Фонтанке, в сторону дома. Пока он молча вел
машину, Костя пересказывал события последних часов. Он был возбужден и весел
от удачно и с пользой проведенного времени.
- Нашел я их быстро, узнал по твоему описанию. Конечно, подходить сразу
не стал, потолкался по клубу, с девчонками познакомился - потанцевали,
коктейльчику выпил с ними. Потом в туалете к одному подвалил: вижу, парень
того, не в себе. Где, спрашиваю, тут дури можно взять? Он меня на твоих
молодцов и направил. Я, кстати, поражаюсь, почему их никак не заметут за их
поганый бизнес? Все же их знают, приди, купи пару таблеток и - оба-на, в
клетку!
- Эти ребята, Костя, - отличные психологи. Ты не смотри, что они
обдолбанные постоянно. - Савелий нахмурился. - От этого, кстати, у них чутье
еще острее может работать. Они за версту мента учуют, продают только своим.
- Меня же они не учуяли!
- Но ты же не мент?
- Здесь ты прав на все сто, - засмеялся Костик, - но работу же делаю
ментовскую?
- Рассказывай, что было дальше, - попросил Савелий, не желая впадать в
отвлеченную дискуссию.
- Ну подхожу к ним. Сначала к Максу: то да се. Я, дескать, из Москвы,
люберецкий. Понтов ему накидал с три короба: какой я крутой и сколько у меня
бабок. Короче, вижу, верит мне. Тут я ему о "глазе" и ввернул.
- И он клюнул?
- Вроде да. Иначе бы к Нику не повел знакомить. Тот, конечно, поумнее
Макса будет. Так просто его не разведешь. Он меня и про того люберецкого
авторитета выспросил, и про мою биографию, употреблял ли что.
- А что ты ответил?
- Сказал, что курил анашу, и все. Я же ею в Чечне баловался, без этого
там совсем бы тошно было. Тогда Ник спросил, откуда я знаю о "глазе". Я
ответил, что народ местный мне его расхваливал. Тут мне Ник сует таблетку:
дескать, попробуй качество, оцени сам. Мне ничего не оставалось, как в рот
ее сунуть.
- И что потом?
- Потом я им сказал, что пошел танцевать к девчонкам, а сам таблетку в
ладонь и - вперед, девчонки, веселись на всю катушку! А через часик еще раз
к ним подвалил. Начал гнать пургу и глаза выкатывать. Они улыбались, видно,
концерт им мой понравился. Мне показалось, что они меня не раскусили.
- Или сделали вид, что не раскусили, - поправил Бешеный.
- Короче, гоню я им пургу всякую, типа: девчонки тут ломовые, музыка -
супер, сами вы, ребята, ништяк, хочу, дескать, с вами дружить и деньги
делать. Вижу, они нормально все воспринимают. Ну, я им: давайте на завтра
стрелку забьем в городе. Посидим в кабаке, по-нормальному побазарим.
- И что?
- Что-что, договорился! На три часа у "Сайгона".
- Молодец! Мог бы сразу с этого начать!
- Так неинтересно бы было, а? - хитро улыбнулся Константин.
- Это точно! - с усмешкой согласился Савелий. Он радовался, что лед
наконец-то тронулся.
Они уже подъезжали к дому, как Константин вдруг спросил:
- Ты там у клуба ничего не заметил?
- А что я должен был заметить? - удивился Савелий.
- Знаешь, Ник меня предупредил, уже в самом конце нашего разговора, когда
о встрече договаривались, чтобы я ничего этой ночью там не покупал; они
омоновский рейд ждали, и все, кто на наркоте работал в этом клубе, пустые
были. Стучит им, наверное, кто-то. Ник с такой уверенностью о рейде
говорил...
- Именно поэтому мы с тобой этим делом и занимаемся, - назидательно
сказал Савелий. - Местные ребята уже год на след выйти не могут, кто-то их
изнутри пасет. Ух, я бы этому стукачку вломил бы от всей души!
- Я бы тоже, - размечтался Костик.
- Но-но, у тебя конкретное дело: ты общаешься с Ником. А я, пока суд да
дело, займусь, пожалуй, этим стукачом.
Они вышли из машины и поднялись в квартиру.
- Так, сейчас поспим минуток шестьсот, - сказал Бешеный, - как знать,
когда еще отоспаться сможем. Кстати, Костя, у тебя с местным "Гератом" есть
контакт?
- Конечно, разве я тебе не сказал? Специально у нашего руководства бумагу
себе выклянчил: "Просим содействовать технически и материально...", ну и все
такое. Так что я к ним в любой момент могу обратиться. А что надо-то?
- У них наверняка с местной милицией неплохие контакты. Может, они
выведут меня на кого-нибудь из местных сыщиков, за которого можно
поручиться, что он чист? Без этой помощи стукача не подловишь, ему же
приманку надо будет приготовить, а это только изнутри можно сделать, из их
структуры.
- Хорошо, я завтра позвоню и спрошу - может, правда они такого знают.
Савелий и Константин, не сговариваясь, проснулись почти одновременно,
около двенадцати дня. У них в запасе было еще несколько часов. Пока Савелий
принимал душ, Костя стал названивать в местное отделение "Герата". Минут
через пятнадцать ему оттуда перезвонили, Костя внимательно выслушал, что ему
говорили, и положил трубку.
- Ну вот, дали выход на одного человека, - удовлетворенно сказал он, -
подполковник Шипилов Михаил Николаевич, начальник ОБНОНа, - то бишь отдела
по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Центрального района.
- А почему он, ты спросил?
- Конечно, поинтересовался. Они еще по Афгану с ним были знакомы, когда
он в Питере опером в угро работал, - его туда в командировку посылали. Они
сказали - классный мужик, сыскарь от Бога и наркоту всякую ненавидит лютой
ненавистью!
- Отлично! Значит, делаем так: ты идешь с Ником в ресторан и
договариваешься там о закупке большой партии "Голубого глаза". Не торопи
его, это вызовет подозрение. Если снова предложит тебе жрать какую-нибудь
гадость, отказывайся: дескать, после вчерашнего еще не отошел. И
посматривай, а то подкинут тебе в сок какую-нибудь таблетку, и ищи-свищи
тебя...
- А ты?
- Я пойду знакомиться с подполковником. Есть у меня одна задумка, как
стукача на чистую воду вывести...
Они вышли из квартиры в полтретьего. Константин отправился на встречу
пешком, благо тут было недалеко, минут пятнадцать легкого шага. А Савелий
залез в "жигуль" и, предварительно выяснив, что Шипилов на месте, поехал на
улицу Чехова в РОВД Центрального района.
Подполковник Михаил Шипилов оказался высоким видным мужиком лет сорока
пяти. Он сидел в небольшом кабинетике под картой района с нанесенными на ней
предполагаемыми зонами распространения наркотических препаратов. Костик
попросил гератовцев предупредить Михаила о приезде Бешеного, и поэтому
подполковник принял Савелия без лишних расспросов. Они пожали друг другу
руки и уселись за столом, заваленным сводками и протоколами по делам о
наркоте.
- В подробности я вдаваться не буду, да и не могу, - сказал Савелий, -
скажу только, что меня интересует "Голубой глаз". Вернее, место, где его
делают, и люди, которые этим занимаются.
- А-а, вон оно что! - усмехнулся подполковник. - Мы уже с ног сбились.
Все городское управление ОБНОНа на уши поставлено, а все без толку который
месяц! У вас...
- Если не возражаете, давайте на ты? - вставил Савелий.
- Только без брудершафтов! - улыбнулся подполковник.
- Идет, Михаил! - подмигнул он.
- Так вот, Сергей, у тебя что, есть какие-то зацепки? Может, поделишься?
- Есть-то они есть... Я бы и рад поделиться, да боюсь, что, как и вы, у
разбитого корыта окажусь!
- Ты что, намекаешь на...
- А ты как будто не знаешь? Ну сам посуди, могли бы они от вас год
бегать, если бы им кто-то из ваших не помогал?
- Да, я тоже об этом думал. Знаешь, я всех своих, да и не только своих
сотрудников хорошо знаю. Ну не может такого быть, чтобы кто-то из них
предателем оказался!
- Ну, ладно. Допустим, что стукач в ОБНОНе не работает. Тогда где? Кто
еще о ваших оперативных действиях хорошо осведомлен?
- Наверное, городское руководство УВД. Еще мы с ФСБ сотрудничаем, с
местным отделом по наркотикам, но это только когда какие-нибудь общие
операции проводятся. А так мы им, конечно, каждый день не докладываемся.
- Значит, начнем с городского УВД. Рыба, как известно, гниет с головы.
Может, как раз там гнида и завелась?!
- Что ты предлагаешь?
- Я человек сторонний, у меня руки развязаны. Предлагаю взять огонь на
себя. Кинем приманку. Если на меня навалятся, то, значит, приманку
заглотнули. Сделаем так...
Савелий в общих чертах выложил перед Шипиловым то, что он удумал. Михаил
кое-что добавил от себя, и они договорились, что теперь будут действовать
сообща...
Пока Савелий разговаривал с подполковником Шипиловым, Константин
наслаждался хорошим обедом в ресторане, куда его пригласил Ник. Судя по
всему, Константин преодолел положенную проверку и теперь ему доверяли.
Никаких предложений обязательно проверить на вкус наркотики больше не
поступало. При свете дня и, кажется, без обычного своего состояния под
кайфом Ник выглядел куда более серьезным и деловитым, чем при первой
встрече.
Плотно закусив и перейдя к кофе, они заговорили о делах. Разговор был
сугубо конкретный: сколько, когда, почем. Костик предварительно договорился
о партии в пять тысяч таблеток, которые Ник обещал ему подготовить в
ближайшие дни. Он оставил свой контактный телефон, чтобы Константин по ходу
дела смог подтвердить свои намерения.
Прошло три дня, которые Костя провел туристом, мотаясь с утра до вечера
по городу, а Савелий с Шипиловым проводили в жизнь свой план по выявлению
мешающего им предателя.
По предложению Савелия Шипилов послал в городское управление различным
должностным лицам несколько рапортов с фальшивками, где говорилось о недавно
выявленном крупном оптовом торговце наркотиками, роль которого отводилась
Бешеному. В рапортах также сообщалось, что за ним ведется слежка и что
Савелия интересует "Голубой глаз". Как и всякая дезинформация, эти документы
основывались на полуправде, иначе и быть не могло.
Савелий, выждав пару дней, снова отправился в "Порт", чтобы попасться на
глаза Максу и Нику. Если у них действительно был верный информатор в
правоохранительных органах, то они уже были осведомлены о том, что их
"пасут", и в зависимости от обстоятельств или постарались бы избежать
контактов с Савелием, или, наоборот, почувствовали бы к нему доверие и
предложили сотрудничество. И то и другое было на руку Савелию. Это означало,
что предатель проглотил наживку.
Получив подтверждение из клуба "Порт", за дело должен был приниматься
Шипилов. Ему надлежало отследить прохождение своих рапортов и обнаружить
того, кто доложил о Бешеном Нику. Главная идея фальшивок состояла в том, что
рапортов было несколько. Эта была довольно древняя, но действенная уловка по
выявлению предателя, которой пользовались еще в сороковые годы.
Эти рапорты, повествуя об одном и том же, разнились в мелочах, но мелочах
достаточно принципиальных. К примеру, в одном из них Савелий упоминался как
представитель солнцевской группировки, в другом - как измайловской. В одном
рапорте шла речь о том, что Савелий - опасный преступник и хорошо вооружен.
В других (всего рапортов было составлено восемь) тоже говорилось о
выдуманных похождениях Бешеного, но в каждом - по-разному.
Бешеный нашел неразлучную парочку - Макса и Ника - на старом месте. Они
сидели за одним из маленьких столиков, разместившихся неподалеку от барной
стойки. К ним изредка подходили покупатели, Савелий за полчаса насчитал
четверых. Обычно Макс доставал что-то из кармана и отдавал покупателю. Ник
занимался расчетами.
Несмотря на полутьму в зале, Бешеный все происходящее видел достаточно
отчетливо. Наконец он решил, что пора подойти и пообщаться со "сладкой
парочкой". Савелий не спеша приблизился к ним, подвинул к столику свободный
стул и уселся прямо напротив Ника.
- Привет! - поздоровался он.
Савелий попытался по их лицам определить, как они реагируют на его
появление.
Макс хуже справлялся со своими эмоциями, поэтому в его глазах Говорков
успел заметить промелькнувшие растерянность и страх. Ник, казалось, остался
невозм
...Поділитися у соцмережах
