Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
...ими
партиями: ищи тогда ветра в поле. Несколько дней операция висела на волоске,
а Богомолов и Джеймс нервно вздрагивали от каждого телефонного
звонка, ожидая самого худшего.
Наконец позвонил осведомитель Майкла и сообщил, что продавцы после
бурных дискуссий решили продлить срок договора в связи с "ментовским расходом".
Это означало: они признают, что сделка была сорвана не по вине
покупателя, а из-за ранения, и потому согласны подождать еще ровно месяц,
но "ни днем больше". Разумеется, они заботились только о своей выгоде.
И Богомолову, и Джеймсу было понятно: легче сразу избавиться от
огромного наркогруза, продав его одному клиенту, а не распространять мелкими
партиями там, где шныряют агенты Интерпола.
Богомолов облегченно вздохнул и стал терпеливо ожидать в своем номере
звонка от Красавчика-Стива...
Уважаемые читатели, ознакомившиеся с предыдущей книгой, знают, что
вместо Рассказова на встречу с "бежавшим из России генералом госбезопасности
Богомоловым" пошел Красавчик-Стив. Стив заверил генерала, что Рассказов
"вот-вот подойдет". Тут раздался телефонный звонок: Аркадий Сергеевич,
дескать, нездоров, но готов предложить Богомолову вариант с генеральной
доверенностью: переговоры, дескать, можно вести и без него.
Расчет был верен - Богомолов не захотел упускать крупную рыбу. После некоторых
размышлений Богомолов согласился, однако выставил безоговорочное
условие: Красавчик-Стив обязан оставаться с ним до получения этой доверенности.
Но жизнь распорядилась иначе: внезапно вновь раздался телефонный звонок,
и Красавчик-Стив услышал голос Машеньки. Беспрестанно всхлипывая,
она сообщила ему, что Хозяин тяжело ранен и просит его немедленно приехать
к нему в больницу.
Отключив мобильный телефон, побледневший Красавчик-Стив повернулся к
Богомолову и растерянно произнес:
- Прошу меня извинить, но мне срочно нужно ехать к Рассказову!
- Что-то случилось? - встревожился Богомолов, решив, что теперь их
план летит к чертовой матери.
- В Аркадия Сергеевича стреляли. Он тяжело ранен! - ответил Красавчик-Стив,
заметно волнуясь.
- Кто стрелял? Почему? - воскликнул удивленный Богомолов.
- Ничего больше не знаю!
- Значит, мои деньги вам больше не нужны... - с наигранной задумчивостью
произнес генерал.
- Думаю, вы ошибаетесь! - тут же воскликнул Красавчик-Стив, прекрасно
понимая, что Рассказов ему голову оторвет, если сделка сорвется. - Разрешите
мне повидаться с Рассказовым и все выяснить. Потом я свяжусь с
вами...
- Хорошо, жду ровно три дня: если не позвоните, то буду считать себя
свободным от данных мною обязательств! - твердо сказал Богомолов и сухо
добавил: - Передайте Рассказову мои соболезнования по поводу ранения!
- Спасибо. Я обязательно позвоню, - заверил Красавчик-Стив и быстро
вышел.
Что могло произойти? Неужели Савелий не успел подстраховать или допустил
ошибку? Богомолов терялся в догадках. Заранее подготовленный
спектакль? Нет, не верилось, чтобы такую разнообразную палитру эмоций
был способен выдать Красавчик-Стив... Махнув рукой, Константин Иванович
спокойно выпил коньячку, доужинал и только после этого не торопясь вернулся
в номер. Не успел он переодеться в домашний халат, как зазвонил
телефон:
- Костя? Где тебя черт носит? - нетерпеливо воскликнул Майкл, но тут
же с досадой прикусил язык и вздохнул: - Извини, приятель, сорвалось?"
- Меня черт носил на встречу с Рассказовым, который сам не пришел и
прислал вместо себя своего холуя, Красавчика-Стива! - чуть обиженно проговорил
Богомолов.
- Костя, я ж, по-моему, извинился! - взмолился Майкл. - А о Рассказове
все знаю!
- Он действительно ранен?
- Действительно! - снова вздохнул адмирал. - Судя по всему, ниточка
ведет к тайному Ордену!
- Как, опять? Черт бы их побрал! - разозлился Богомолов. - Столько
усилий затрачено, и все насмарку!
- А что Красавчик-Стив?
- Думаю, все идет, как нами задумано. Прислать вместо себя холуя -
это обычная предосторожность в стиле Рассказова. А может быть, ему и
вправду плохо - обещал даже прислать Красавчику-Стиву генеральную доверенность.
Мы сидим, ждем этой доверенности, а тут неожиданный звонок и
сообщение о ранении Рассказова. Красавчик-Стив едва в штаны не наложил
от страха. Стал уговаривать меня повременить. Я согласился подождать его
звонка три дня. В противном случае - гудбай!
- Ну вот, а ты бесишься! Ты все отлично сделал! - улыбнулся Майкл. -
Веселись, отдыхай три дня, а там посмотрим! Уверен, что как только Рассказов
придет в себя, тебе сразу же позвонят!
- "Веселись, отдыхай", - передразнил Богомолов. - У меня это веселье
уже вот где сидит! - Он резанул ребром ладони по шее.
- Вот чудак! Мне бы кто дал отдохнуть хотя бы денек! - покачал головой
Майкл.
- Ладно, бывай!
- Удачи, генерал!
Однако прошло три дня, а звонка все не было. Но он раздался на четвертый
день рано утром, после того как занервничавший Богомолов проворочался
почти всю ночь...
- Доброе утро, Константин Иванович! - услышал он не слишком-то радостный
голос Красавчика-Стива. - Прошу меня извинить за то, что не позвонил,
как договорились, но я до самого последнего момента ждал, что
Рассказов почувствует себя лучше, чтобы переговорить с ним. Улучшений
мало... Дайте мне еще пару-тройку дней, умоляю вас! - Казалось, он сейчас
захнычет.
- В последний раз! - помедлив немного, бросил генерал. - Два дня, и
ни часом больше! Все! - Он положил трубку.
"Все не так уж плохо!" - улыбнулся про себя Константин Иванович. Коль
скоро Красавчик-Стив так суетится, значит, наверняка знает больше, чем
говорит. Не в том ли дело, что Рассказов не успел выдать на его имя генеральную
доверенность?! Скорее всего, так оно и есть. Что ж, в таком
случае действительно нужно набраться терпения и ждать, ждать...
На этот раз ждать долго не пришлось: Красавчик-Стив позвонил на следующий
день. Его голос был ровным, уверенным:
- С Хозяином, слава Богу, все нормально. Мне наконец удалось с ним
переговорить! Он просит извиниться перед вами и сказать следующее, читаю
прямо по бумажке, слово в слово: "Дорогой Константин Иванович! Не мне
вам говорить, что иногда неожиданные обстоятельства преподносят нам не
всегда приятные сюрпризы. Очень благодарен вам за то, что вы приняли решение
поучаствовать в моем предложении! Мое ранение немного спутало карты,
но наши с вами партнеры продлили на две недели условия договора, и
поэтому я обращаюсь к вам с новым предложением, так как заставил вас,
хотя и не по своей вине, терять время, а всякое потраченное время должно
быть оплачено, не так ли? Посему предлагаю внести в наш договор некоторое
изменение: ваша доля прибыли станет на пять процентов больше оговоренных
нами ранее. Я думаю, это только справедливо. Еще раз прошу прощения
за задержку и очень надеюсь на понимание! Ваш Рассказов". Что ему
передать?
- Передайте мое искреннее беспокойство о его здоровье и пожелание
быстрейшего выздоровления. По поводу же его столь щедрого предложения
передайте, что я не столь извращенный человек, чтобы воспользоваться подобной
ситуацией и сорвать куш побольше! Нет, пускай все условия останутся
теми же: жду две недели. Все еще в этом же номере.
- Аркадий Сергеевич приказал оплатить ваше проживание, что я и сделал!
- льстиво проговорил Красавчик-Стив.
- Хотя и не стоило, но спасибо! До свидания!
- До скорого свидания! - ответил Стив, подчеркнув слово "скорого".
Богомолов положил трубку и довольно улыбнулся: все действительно идет
как задумано! Но через пару часов обстоятельства вновь заставили его наморщить
лоб: позвонил Майкл. Он сообщил новости от своего информатора.
Очень интересно! Почему Рассказов говорит о двух неделях, а информатор
Майкла - о том, что продавцы дали времени целый месяц? Боится потерять
его деньги? А может быть, снова затеял какую-то игру? Что ж, как говорится,
поживем - увидим! Тем более что сейчас он будет жить не за казенный
счет, а за счет мафии! Богомолов усмехнулся: было бы здорово, если
бы мафия всегда оплачивала работу органов правопорядка для более успешной
борьбы с ней самой. Настроение было неплохое. Но прошло еще несколько
дней, и от вынужденного безделья захотелось волком выть!
Однажды Богомолов поймал себя на том, что не просто гуляет по
Нью-Йорку, а в глубине души надеется встретить Савелия или Воронова. Ему
было просто необходимо с кем-нибудь поделиться своими мыслями, а звонить
он мог только Майклу, да и то в самых крайних случаях по специальному
номеру. Казалось, еще неделя и он решится на какой-нибудь резкий шаг. Но
вдруг однажды раздался звонок.
Женский голос сказал:
- Извините, пожалуйста, вы вчера звонили в Вашингтон?
Богомолов так устал от безделья, что хотел выругаться в ответ. А ведь
это были условные слова, оговоренные с Майклом: тот давал понять, что
они должны встретиться.
- Нет, девушка, не звонил, но хотелось бы! - ответил он фразой, которая
обозначала, что он тоже готов к встрече.
- В таком случае наберите девятку и вперед!
Значит, нужно к десяти прибавить девять, получится девятнадцать, а
слово "вперед" означает, что встреча состоится через полтора часа, то
есть в девятнадцать часов, в Центральном парке, перед входом в зоопарк.
Отлично, у него еще есть время, чтобы побриться, принять душ и успеть
добраться до места встречи, проверив, нет ли "хвоста".
Попетляв немного по городу, Богомолов убедился, что за ним не следят.
Наконец он появился у входа в зоопарк и сразу же заметил Майкла - тот
сидел в фаэтоне, запряженном пегой лошадью.
Перехватив знак Майкла, Богомолов быстро юркнул в фаэтон, и Майкл тут
же поднял кожаный верх. Они утонули в прохладной тени.
- Привет, генерал! - Адмирал крепко пожал ему руку, потом подмигнул.
- Можешь не напрягаться: кучер свой человек! - Затем повернулся к сидящему
на козлах молодому парню и тихо бросил: - Трогай, Риччи!
- Не представляешь, как я рад нашей встрече! Я уж протухать начал в
своем номере.
- Протухать? - переспросил Майкл. - Ну, ты к себе слишком строг! Глядя
на тебя, я бы этого не сказал. Во всяком случае, не пахнешь... вид-то
какой здоровый - отдохнувший, посвежевший. Никак не сравнишь с тем Костей,
который приехал четыре месяца назад...
- Четыре месяца? Столько времени я здесь груши околачиваю? Ужас! -
покачал головой Богомолов. - А ты знаешь, что в России творится?
- Знаю! - вздохнул адмирал и поморщился. - Однако я встретился с тобой
совсем по другому поводу!
- Что-то случилось? Или Рассказов Богу душу отдал! - Богомолов скривился...
- Если бы! Наша операция снова под угрозой срыва!
- Неужели продавцы нарушили свое обещание?
- Продавцы - нет, но вот Рассказов теперь на твои деньги может наплевать!
- С какой стати? Может, решил завязать с наркотиками? - с усмешкой
спросил Богомолов.
- Ага, жди! - тоже с усмешкой отмахнулся Майкл. - Деньги завелись у
него самого.
- Не иначе как присвоил весь золотой запас Америки...
- Еще интереснее. Такого во сне не выспишь: пока люди Бахметьева охотились
за Рассказовым, люди Рассказова расправились с Бахметьевым!
- А не преувеличиваешь ли ты возможности Рассказова? - с сомнением
заметил генерал.
И тут Майкл выложил Богомолову все, что знал...
Они успели объехать весь Центральный парк. И когда адмирал закончил,
долго молчали.
Первым заговорил Богомолов. Задумчиво, словно размышляя вслух, он
сказал:
- И, конечно же, вы решили поберечь господина Рассказова... - Потом
рубанул воздух рукой. - Слушай, адмирал, может, взять да и натравить их
друг на друга? Глядишь, и тех и других поубавится!
- Отлично! Здорово ты придумал! - не без иронии воскликнул Майкл. - И
самим выбросить сотни и сотни килограммов этой белой отравы на улицы
Америки, Азии, России? Так, что ли? - Он даже повысил голос.
- Нет, конечно же, ты прав, - со вздохом согласился генерал. - Это я
так, со злости и от бессилия! И что будем делать?
- Только ждать! Мои люди следят за всеми аэропортами и даже кое-кого
успели засечь... - Майкл поморщился. - Но...
- Упустили?
- Слава Богу, нет! Понимаешь, Костя, все как-то странно... - задумчиво
покачал головой адмирал. - Из нашего посольства в Париже мы получили
сведения о выдаче виз интересующим нас людям. Они даже взяли билеты,
но...
- Но не вылетели, так?
- Не вылетели!
- Может, что-то их спугнуло?
- Исключено: там за ними не было никакой слежки! - твердо заверил
Майкл и, перехватив вопросительный взгляд, тут же добавил: - Утечки по
запросам на уровне посольства быть не может: запросы делались Министерством
иностранных дел и были плановыми!
- А откуда такая уверенность, что эти люди обязательно имеют или имели
какие-то виды на Рассказова? - неожиданно спросил Богомолов.
- Очень хороший вопрос, - улыбнулся Майкл, - его задавал и ваш
"крестник"! - Он усмехнулся и рассказал о беседе с Савелием.
- Пока не знаю. Значит, что-то изменилось в Париже либо... здесь!
Константин Иванович задумался.
- Рассказов сейчас в отеле? - неожиданно спросил он.
- Был в отеле... - не очень уверенно проговорил адмирал, ему вдруг
пришло в голову, что в последний раз сведения о Рассказове поступали аж
два дня назад. - Минуту, сейчас выясним! - Адмирал быстро набрал номер.
- Стефани, это адмирал Джеймс! Есть ли новости от Мэйсона?.. Конечно же,
о Рассказове!.. Так... Отлично! Какого черта вы молчали?.. Как только
появится, сразу доложить! - Он уже хотел закончить разговор, но вдруг
добавил: - Да, Стефани, проверь, пожалуйста, отель... Да, черт возьми! -
сердясь более всего на себя, Майкл сорвался на сотруднице, и это еще
больше его разозлило: - Конечно же, на предмет нахождения там Рассказова!
Все! - Он отключил трубку мобильного телефона и немного виновато
взглянул на Богомолова. - Человек, которому я поручил следить за Рассказовым,
два дня не выходил на связь! - Он вновь поморщился и вдруг подозрительно
взглянул на Богомолова. - Послушай, откуда у тебя информация,
что здесь что-то не в порядке?
- Никакой информации! - заверил Константин Иванович. - Интуиция! -
сказал он. Правда, тут же несколько смутился, вспомнив, как сам яростно
возражал по этому поводу Воронову.
Словно подслушав мысли генерала, Майкл воскликнул:
- Господи! Едва не забыл, о чем тебе хотел рассказать первым делом.
Сегодня утром звонил твой преемник.
- Генерал Говоров? И что?
- Воронова срочно отзывают в Москву!
- Он объяснил зачем?
- Нет. Но мне кажется, я знаю причину. Нисколько не удивлюсь, если
вскоре отзовут и твоего "крестника".
- О чем ты?
- Чечня?
- И что Чечня? Может, пояснишь? А то живу, словно в вакууме: мне ж
приходиться черпать информацию только из газет, да и то с большим опозданием...
- Войну остановили лишь официально. На самом деле она продолжается. И
противостояние еще более усилилось в преддверии президентских выборов в
Чечне!
- Это так серьезно?
- Сам хотел бы ошибиться... но - кажется, да. - Майкл покачал головой.
- Когда кандидатом в президенты может стать террорист, по вине которого
погибло столько людей, то о каком мире можно говорить?
- Нет, к чертовой матери: нужно побыстрее заканчивать эту операцию!
Там столько событий, а я здесь прохлаждаюсь! Как хочешь, Майкл, но если
в течение двух недель ничего здесь не произойдет, то я возвращаюсь!
- И чем тебе здесь не нравится? - со вздохом спросил Майкл. - Мирно,
покойно, тепло... В Москве знаешь сколько сейчас градусов мороза?
- Догадываюсь! - кивнул генерал и спокойно добавил: - Ну и что? Мои
детки, вероятно, забыли, как выглядит их отец, а я уже стал забывать,
как пахнет под мышками у жены... Нет! С меня хватит! Две недели! Слышишь?
Две! - Для убедительности он помахал двумя выброшенными вверх
пальцами...
Разговор с Вороновым разбередил Савелия. И правда, ведь он может поломать
жизнь Розочке! Он же вдвое старше ее. Вдвое! Все очень просто
объясняется - когда Розочка потеряла родителей и у нее, по существу, никого,
кроме тетки, не осталось, из тайников ее детской памяти вынырнул
образ мужественного парня, чем-то неуловимо похожего на ее отца.
Распорядись судьба иначе, - например, если бы ее родители остались в
живых, - все сложилось бы по-другому. Розочка росла бы в нормальной
семье, встретила бы хорошего мальчика, и они бы дружили, как все. Но одна
мысль, что Розочка могла бы встречаться с кем-то другим, вызвала в
Савелии такую ярость, что он вскочил с дивана и нервно зашагал по комнате.
Господи, да что же это такое? Не проходит ни одного дня, чтобы он не
вспомнил о Розочке! Не грозит ли ей опасность? Не перегружена ли она в
университете? Сейчас он почти ничего о ней не знал: с того самого дня,
как он поздравил ее с поступлением, Майкл по его просьбе снял наблюдение,
и теперь Савелий мучился неизвестностью. Несколько раз он набирал
ее номер, но так и не решался заговорить: едва услышав ее нежный и нетерпеливый
голос, Савелий сразу клал трубку. Однако Розочка обо всем догадывалась
и однажды сказала прямо:
- Сережа, я знаю, что это ты! - Ее голос дрожал, и она с трудом сдерживалась,
чтобы не заплакать, а потому старалась говорить быстро. - Милый,
не клади, пожалуйста, трубку. Ты не говоришь ни слова, но это и не
очень нужно: я-то знаю, что это ты! Ты очень часто снишься мне... Сереженька,
милый, если ты чего-то стыдишься и потому не звонишь, то напрасно:
все это ерунда! Слышишь, ерунда! Мы с Ларисой очень часто говорим о
тебе. Что-то она слишком тобой интересуется... Глупая, она думает, что
может заморочить тебе голову! Милый, я все понимаю и прекрасно знаю, что
ты мужчина. Мужчина в полном смысле этого слова! И тебе трудно со мной,
так ведь? Ничего, потерпи немного, и мы с тобой еще все наверстаем, ведь
правда же?
В ее голосе было столько лукавства, что Савелий даже покраснел: ему
показалось, что она прекрасно знает о той сумасбродной выходке с ее подругой.
И Розочка, словно понимая, о чем он думает, решила поддразнить
его:
- А от Лариски только и слышишь: "Ах, какой мужчина! Какой галантный,
красивый, сильный, внимательный!" И когда только успела разглядеть! Господи,
милый, как я по тебе скучаю! Как хочу услышать от тебя хотя бы
словечко! Нет-нет, не вешай трубку! - испуганно сказала она. - Какая я
глупая! Прости, милый, больше не буду настаивать! Просто слушай! Перед
сном я с тобой всегда разговариваю, но сейчас, когда я словно ощущаю
твое дыхание, мне во сто крат приятнее! Как здорово, что ты есть! Милый
мой, Сереженька! Ой, а я уже опаздываю на занятия! Ты звони мне почаще,
милый, хорошо? А сейчас клади трубку первым.
В ее голосе было столько нежности, что Савелий, не почувствовав в ее
просьбе притворства, машинально положил трубку и тут же причмокнул без
особой досады: вот ведь бесенок! Провела все-таки! Положив трубку по ее
просьбе, Савелий тем самым подтвердил, что звонил именно он. Ладно. Теперь
придется запретить себе думать о Розочке...
Почему же "парижская группа" не вылетела, хотя и купила билеты до
Нью-Йорка? Вряд ли их хозяин решил отказаться от документов, украденных
у Ордена. Тогда в чем дело? Откуда ноги растут?
Как ему не хватало Воронова! И вот наконец звонок - как гром среди
ясного неба:
- Братишка, привет! Боялся не застать тебя!
- Что-то случилось? - насторожился Савелий.
- Звонил Порфирий Сергеевич!
У Савелия екнуло в груди.
- Отзывают?
- Отзывают, братишка, и прямо сегодня! Погуляли - и хватит! - По голосу
было ясно, как он взволнован.
- Один летишь?
- Нет, братишка, с Ланой! Мы с ней решили... - Воронов вдруг запнулся,
словно не в силах произнести вслух. - В общем, сам понимаешь.
- Наверное, - улыбнулся Савелий.
- Хочешь поговорить с Ланой?
- Давай!
- Здравствуй, Са... - начала Лана, но тут же спохватилась: - Сереженька!
- Здравствуй, Лана!
- Я слышала, у тебя появилась любимая? - Это было сказано без всякой
насмешки, просто и уважительно.
- Ну, Воронов! Проговорился уже... - Савелий сам не понял, приятно
ему, что об этом знает Лана, или нет. - Пока рано о чем-либо говорить, -
с грустью добавил он, - а вот вас поздравляю от всей души! Решились наконец?
Андрюшка отличный парень, Лана!
- Я знаю, спасибо! Приглашаем на свадьбу!
- Когда?
- Сообщим дополнительно!
- Не гарантирую на все сто. Но приложу максимум усилий, чтобы не пропустить
такое знаменательное событие!
Они разговаривали спокойно, уверенно, дружелюбно. Но беседа была
подкрашена легкой, едва заметной горечью...
- Счастья тебе, огромного счастья, милый! - чуть слышно прошептала
Лана, словно отвечая на незаданный ими обоими вопрос.
- Спасибо, Лана, и тебе самого большого счастья и огромной любви!
- Чего это вы скисли, ребята? - раздался бодрый голос Воронова. - О
свадьбе говорите так, словно речь идет о похоронах!
- Ты чего, братишка? - сказал Савелий и с усмешкой добавил: - Уж не
ревнуешь ли?
- Ни боже мой! Просто... просто... - Он явно не мог найти подходящих
слов, потом выпалил: - Ты думаешь, мне легко расставаться с тобой? Уехать
и оставить тебя здесь! Я-то домой еду, а ты остаешься один!
- Я не один! - не очень уверенно возразил Савелий.
- Ты прекрасно понял, что я имею в виду! - тут же вставил Воронов и
вдруг опять спросил: - Все о ней думаешь?
- От тебя ничего не скроешь! - улыбнулся Савелий.
- То-то же! Обещай мне одну вещь, братишка! Если трудно будет, дай
знать!
- Обещаю! - Савелий облегченно вздохнул, оттого что Воронов уже не
заговорит о Розочке.
- Вот и хорошо! А на свадьбу действительно ждем: без тебя и свадьба
не свадьба!
- Ну, уж ты скажешь с пьяну-то!
- Я сегодня чист как стеклышко! - чуть обиженно бросил Воронов.
- От счастья тоже пьянеют, - съехидничал Савелий. - Когда самолет-то?
- Через пять минут едем в аэропорт! Ты что, провожать собрался? Мне
кажется, не самая удачная мысль. Понимаешь, о чем я?
- Да, вероятно, ты прав... как всегда! - огорченно согласился Савелий
и глубоко вздохнул.
- Не преувеличивай! Ладно, удачи тебе, братишка!
- Спасибо и вам!
Савелий положил трубку и долго смотрел на нее, словно не веря в то,
что он надолго расстается со своим братишкой и не сможет в любой момент
услышать его голос, получить от него совет...
Интересно, что бы посоветовал ему Воронов в ситуации с "парижской
группой"? Отрицательный результат, конечно, тоже результат, но - все-таки
- что заставило их так резко изменить планы? А если попробовать методом
исключения? Могли бы руководители такой мощной организации, как Великий
Орден, спокойно отказаться от утраченных документов, да еще таких,
которые могут всколыхнуть многие страны? Нет, ни в коем случае! А поменять
планы и скрыться самим? Великому Ордену? Да это уже полный абсурд -
все равно что самим себе подписать приговор, засунуть голову в отверстие
гильотины и дернуть рычаг! В Ордене царит жестокая система ниппель": войти
можно, но выйти - исключено. Вот я выходит, что искать причину отказа
от поездки нужно здесь, а не в Париже! А что может здесь заставить
поменять планы? Только если посланцы почувствовали, что попали под колпак!
Это предположение было бы верным, если бы Савелий не звал о высоком
профессионализме сотрудников Майкла Джеймса, но как раз в этом-то он мог
убедиться на собственном опыте.
Савелий задумался: куда ни ткнись, все мимо! А может быть, он не там
ищет? Может, попробовать не сначала, а с конца? Что или кто является
целью визита "парижской группы" в Нью-Йорк? Во-первых, документы из злополучного
черного "дипломата". Савелий усмехнулся. Как при авиакатастрофе:
"Внимание? Разыскивается "черный ящик"!" А этот "черный ящик", то
бишь черный "дипломат" с документами, находится у господина Рассказова!
Вот и выходит, что, во-вторых, целью может оказаться сам Рассказов. Может
быть, он одумался и сам решил вернуть "дипломат" хозяевам? Вряд ли,
на Рассказова это совсем не похоже: что попадает ему в руки, с тем он по
своей воле никогда не расстанется! И все-таки именно Рассказов и мог
спутать их планы: не такой он дурак, чтобы сидеть и спокойно ждать, пока
придут по его душу. Савелий вдруг понял, что продолжает нервно вышагивать
по комнате, усмехнулся и устало присел на диван.
Если правда, что каждый человек напоминает какое-нибудь животное, то
Рассказов явно походил на гремучую змею. Хотя бы тем, что всегда стремился
первым ужалить в момент опасности. Если бы он находился сейчас на
своей территории, то есть в Сингапуре, то легко предугадать, что он бы
подготовился к встрече с незваными гостями, и, возможно, первым бы нанес
удар. Собственное говоря, именно так он и поступил с Бахметьевым. Но
здесь не Сингапур, а совсем другая страна, а значит, нужен другой подход.
"Черт бы тебя побрал, Савелий, со своими любовными делами ты совсем
утратил нюх! Если бы Рассказова не держала в Нью-Йорке "сделка века", то
он наверняка вернулся бы в Сингапур, как говорится, в свое "родовое поместье",
а так?" Савелий даже вскочил с дивана и вновь нервно зашагал по
комнате. Какая разница, Сингапур или Нью-Йорк?! Стратегия-то одна. Ему
надо укрепить свои позиции! Но как можно укрепиться в отеле? Ведь именно
в отеле он получил пулю, даже несмотря на мощную охрану! Печальный опыт
есть, а Рассказов не из тех, кто верит в байку, будто бы бомбы в одну и
ту же воронку дважды не попадают. Да можно голову прозаложить, что Рассказов
наверняка поменял место своего нахождения! Савелий схватил трубку
и набрал номер адмирала. Ему ответил помощник и, узнав голос Савелия,
тут же соединил его с Майклом.
- Майкл, привет, это Сергей! - сказал Савелий радостно.
- Так-то он грустит из-за отъезда братишки! - с усмешкой произнес
тот. - Это Савелий! - шепнул он Богомолову. -
...Поділитися у соцмережах
