Жанр: Боевик
Стандарт возмездия
..., лежал Махмуд, рядом
с которым валялся его пистолет. Метрах в десяти от него лежало тело хозяина
дома.
- Он застрелил Махмуда, а я убил этого, - пояснил Рустам.
- Напрасно ты его убил, - с сожалением сказал водитель, - нужно было
привезти его к хозяину. Он бы сам его наказал.
- Ты говорил, что хозяин может оторвать нам голову? - спросил Рустам. -
Давай лучше оторвем голову этому несчастному и принесем ее Курбан-ака.
- Не делай этого, - замахал руками молодой человек. - Такой грех. Нельзя
надругаться над трупом.
Но Рустам уже не слушал его. Он подошел к лежавшему телу, достал нож,
блеснувший в темноте.
- Господи, - испуганно прошептал водитель. Через мгновение Рустам поднял
голову убитого.
- Мы положим ее в мешок и привезем нашему хозяину, - громко сказал он.
Водителя стошнило. Ему было страшно и плохо. Он старался не смотреть в
сторону Рустама, сильно икал и еще сильнее содрогался от рвоты. Рустам запихнул
голову в какой-то мешок и отнес его в машину, пока несчастный водитель приходил
в себя. Чатем они вдвоем погрузили в машину тело убитого Махмуда. В дороге
молодому человеку еще раз стало плохо, и он остановил машину, чувствуя новый
приступ тошноты.
К дому Курбана-ака они подъехали, когда было ужесовсем темно. Рустам вышел
из машины, прихватив с собой свой страшный груз. Постучался в дверь. Ее почти
сразу открыл Ибад, словно ждавший за дверью его сигнала.
- Где Махмуд? - строго спросил он.
- В машине, - коротко ответил Рустам и, бесцеремонно толкнув Ибада, прошел
внутрь, не обращая внимания на воспитанника хозяина дома. Пройдя внутренний
двор, он вошел в дом, уверенно направляясь туда, где сидел Курбан-ака. Тот был,
как обычно, один. Рустам вошел в комнату, в руках у него был мешок.
- Что случилось? - поднял на него глаза хозяин дома.
- У Касыма в доме было ружье, - пояснил Рустам, - мы пытались с ним
договориться, но у нас не получилось. У хозяина дома дрогнули четки в руках.
- Что произошло? - уже громче спросил он. В этот момент дверь открылась.
На пороге стоял Ибад.
- Я же говорил, что ему нельзя верить! Я же вам говорил! - закричал он.
- Что случилось? - невольно повысил голос и сам Курбан-ака.
- Махмуда убили! Этот негодяй убил Махмуда! Он его убил! - кричал Ибад,
вращая безумными глазами. Он достал большой нож, словно намереваясь зарезать
гостя, как обычного барана.
- Где водитель? - спросил Курбан-ака.
- Ему плохо. Он лежит на земле, - пояснил Ибад, - он что-то кричит, я
ничего не смог понять. Он кричит и плачет, а Махмуд лежит в его машине на заднем
сиденье и не дышит. Я говорил вам, Курбан-ака, что ему нельзя доверять, - кричал
Ибад, сжимая в руках нож, словно выжидая момент, чтобы броситься на незваного
гостя.
- Ты можешь нам что-нибудь объяснить? - нахмурился старик, обращаясь к
Рустаму. - Но сделай так, чтобы я тебе поверил. Иначе мне придется принять очень
страшное решение.
- У Касыма было ружье, - повторил Рустам, - мы долго пытались его
уговорить. Но он выстрелил в Махмуда. И тогда я убил.
- И я должен тебе поверить? - презрительно спросил старик. - Ты настоящий
сукин сын. Ты наверняка отпустил этого ублюдка и сам застрелил моего человека. Я
тебе больше не верю. Ибад, позови людей, и пусть его уведут. Его прислали к нам
из милиции. Он настоящий провокатор.
Ибад повернул голову. В дверях уже стоял кто-то третий.
- Подождите, - громко крикнул Рустам, - я же сказал, что убил Касыма!
- Я тебе больше не верю, - гневно произнес старик, отбрасывая четки, - ты
убил Махмуда, чтобы отпустить Касыма. Это была проверка, и ты ее не выдержал.
- Напрасно вы так говорите, - взмахнул рукой Рустам, бросая в сторону
старика мешок. На пол выкатилась отрезанная голова убитого Касыма. Ибад
расширенными от ужаса глазами смотрел на это страшное зрелище. Даже хозяин дома
вздрогнул от ужаса, когда рядом с ним оказалась отрезанная голова.
- Что это? - почему-то шепотом спросил Ибад, словно не решавшийся поверить
в этот ужас.
- Это голова убитого Касыма, - сурово ответил Рустам, - вы напрасно мне не
верили. Я принес вам его голову,
Курбан-ака смотрел на лежавшую перед ним голову. Долго смотрел. Потом
повернулся в сторону Ибада и тихо сказал:
- Поищи мои четки, Ибад, я, кажется, их потерял.
ГЛАВА 18
Сергей приходил в себя долго, едва разлепив глаза. На людей, часто и много
употребляющих алкоголь, действие наркотических препаратов бывает
малоэффективным. Поэтому устроившие ему засаду Матюшевский, Двоеглазов и
Виноградова применили к нему повышенную дозу концентрированного эфира.
Его долго приводили в сознание, пока наконец он не очнулся и с изумлением
обнаружил, что прикован к металлическому стулу и сидит напротив темного экрана.
Сергей не понимал, каким образом он здесь очутился, и тем более не понимал, кто
и зачем захватил его подобным образом.
- Пришел в себя? - раздался громкий голос, и он вздрогнул. Голос был
неприятным, металлическим, словно неживым.
- Кто здесь? - несколько растерянно и испуганно спросил он.
- Ты нормально себя чувствуешь? - снова раздался тот же голос.
- Кто вы такие? Где я нахожусь? - разозлился Сергей, попытавшись
освободиться, но наручники крепко держали его пуки прижатыми к ручкам
металлического стула. К тому же его тело опутывали разные датчики. Это
окончательно вывело его из равновесия.
- Сиди спокойно, - посоветовал тот же голос, - иначе нам придется включить
ток.
- Какой ток? - не понял Сергей.
- Посмотри на свои ноги, - посоветовал неизвестный собеседник.
Он взглянул вниз. Босые ноги стояли на металлическом полу и были опутаны
проводами. Он испуганно поднял ноги. И снова их опустил.
- Что вам нужно? - закричал он, теряя терпение,
- Ты Сергей Николаевич Мехирев? - спросил неизвестный.
- Да, - кивнул Сергей.
- Ты известен в Москве как помощник и правая рука рецидивиста и вора
Горелого.
"Кто это может быть? - подумал Сергей. - Если милиция, то почему
допрашивают таким странным способом? Нет, не милиция. Значит, это могут быть его
компаньоны. Или враги".
- Я не понимаю, о чем вы говорите, - громко сказал он.
- Ты все отлично понимаешь, - голос прозвучал еще жестче, - не нужно
притворяться. Мы с тобой не в игры играем. - За защитным экраном сидели
Сабельников и Матющевский, за ними стояла Виноградова. Показания детектора,
фиксирующего ответы бандита, внимательно анализировал эксперт в белом халате.
Они решили, что похищение и допрос помощника Горелого будет наиболее эффективной
формой дознания.
- Что вы хотите? - нахмурился Сергей.
- Назови год своего рождения. Мехирев ответил.
- У тебя есть семья?
- Нет, - удивился Сергей, не понимая, к чему такие при-итивные вопросы. Он
не догадывался, что это проверка на дегекторе лжи и главное - впереди.
Неизвестный спросил:
- Что происходило сегодня в ресторане "Золотой филин"? "Они и это знают, -
зло подумал Сергей. - Король, - спомнил он, - значит, это люди Короля
куражатся". п - Кончайте, ребята, - хрипло сказал он, - я уже все понял. Ваша
взяла. Выходи, Король, я знаю, что это ты.
Сабельников и Матюшевский переглянулись.
- Его здесь нет, - сказал Матюшевский, который и вел допрос. - Повторяю
вопрос: почему вы собрались в этом ресторане сегодня?
- Я не знаю, - крикнул Сергей, - я ничего не знаю!
- Ты приехал на встречу по указанию Горелого, - уточнил тот же
металлический голос.
- Нет. Я просто приехал позавтракать.
- В такую даль? Ты не мог позавтракать на даче Горелого, где оставался на
ночь?
- Я ночевал дома.
- Врешь. Ты оставался у него на даче. Зачем ты приехал в "Золотой филин"?
- Я же сказал, что позавтракать.
- У вас была встреча? - проигнорировал его ответ собеседник.
- Нет, - зло отрезал Сергей, - я ничего не знаю. И ничего вам не скажу. -
Он вдруг почувствовал под ногами какое-то движение, заметил, как начали
накаляться провода. Он испуганно поднял ноги, и в этот момент его ударил легкий
заряд тока.
- Не надо! - закричал он, закрывая глаза от страха. Как правило, жестокие
и глупые люди боятся физических мучений. Виноградова с презрением смотрела на
сидевшего против них бандита.
Матюшевский убрал руку с пульта.
- Чувствую себя почти гестаповцем, - признался он, - даже по отношению к
такому подонку.
- Зачем вы приехали в ресторан? - повторил он вопрос.
- На встречу, - сразу ответил Сергей.
- С кем?
- Там были разные люди, - все-таки начал темнить Мехирев, - в том числе и
Король.
- Почему вы считаете, что вас мог похитить Король или его люди?
- Мы с ним поскандалили, и я ударил его бутылкой по голове, - признался
Сергей, не уточняя причины скандала.
- Вы знаете Романа Кудрявцева? - спросил незнакомый голос. Сергей
задумался. Этого человека он знал, но почему они спрашивают о нем? Он уклончиво
ответил:
- Слышал его имя.
- Слышали или знаете?
- Скорее слышал.
- Вы не знаете Романа Кудрявцева? - не отставал незнакомец.
- Я о нем слышал, - рассердился Мехирев, - он достаточно известный человек
в Москве.
- Он дружил с Горелым?
- Нет. По-моему, нет.
- Они были врагами?
- Почему вы спрашиваете в прошедшем времени? Разве он умер?
- Отвечайте на вопросы. Они были врагами?
- Нет, никогда.
- Почему Горелый хотел убить Кудрявцева? Сергей вздрогнул. Он знал,
почему, но говорить об этом не стоило. От сидевших за экраном не укрылось его
состояние.
- Он что-то знает, - убежденно сказал Сабельников. Психолог кивнул
головой.
- Я не знаю, - ответил Сергей, и детектор выдал информацию о его неверном
ответе.
- Ты врешь, - уверенно сказал безжалостный следователь, - я повторяю
вопрос: почему Горелый хотел убить Кудрявцева?
- Я не вмешиваюсь в дела Горелого, - ответил Сергей, и детектор показал,
как он волнуется. - Я не знаю, что именно они не поделили, - снова соврал
Мехирев, и снова детектор зафиксировал крайнюю степень волнения.
- Ты врешь, - повторил невидимый следователь, - нам нужно знать, почему
Горелый хотел убрать Кудрявцева.
- Они что-то не поделили, - снова сказал Мехирев.
- Что именно?
- Они... они... - запнулся Сергей и потом наконец выдавил: - Он знал
какую-то информацию, которую мог выдать другим, - ответил наконец Сергей, и
детектор показал, что он говорит правду. Эксперт, следивший за показаниями
детектора, кивнул головой. Матюшевский взглянул на Сабельникова, но тот сделал
знак рукой продолжать допрос.
- Какую именно информацию мог выдать Кудрявцев? - спросил Матюшевский.
- Я не знаю. - Детектор четко зафиксировал ложь.
- Повторяю вопрос: какую именно информацию мог выдать Кудрявцев? - спросил
Матюшевский. Сергей закрыл глaзa. Говорить правду он не хотел. Пока у него есть
хотя бы oдин шанс из тысячи когда-нибудь выйти на свободу, он будет молчать. Это
его единственная гарантия на достойное существование в будущем. Но если не будет
ни одного шанса... Он не отвечал.
- Ты хочешь, чтобы мы снова включили ток? - спросил следователь.
- Я не знаю, - закричал Сергей, - я ничего не знаю!
- У нас здесь детектор, по которому мы сразу определяем, когда ты говоришь
правду, а когда врешь, - объяснил ему неведомый собеседник из-за экрана, -
поэтому тебе лучше говорить правду. Что именно знал Кудрявцев? За что его хотели
убрать?
"К чертовой бабушке, - зло подумал Сергей, - я тут отдуваюсь, а эти ребята
заработают свои миллионы".
- Кудрявцев предлагал Горелому выгодную операцию, а тот, узнав, не хотел
делиться с Кудрявцевым. - На этот раз Мехирев говорил правду.
- Какую именно операцию?
-Не знаю. - Он снова сказал неправду.
- Какую именно операцию? - безжалостно во второй раз спросил следователь.
- Он предлагал захватить партию наркотиков, которая пройдет через СНГ, -
выдохнул Сергей, - он предлагал Горелому забрать весь груз себе и разделить с
ним пополам деньги. - На этот раз Мехирев сказал абсолютную правду.
- Где они будут находиться?
- Этого я не знаю. - Все трое повернулись в сторону эксперта. Но тот,
нахмурившись, кивнул головой:
- Он говорит правду.
- На какую сумму груз? - спросил Сабельников. Сергей чуть поколебался. Но
все-таки сказал:
- По нашим данным, на сто пятьдесят - двести миллионов долларов. - Офицеры
переглянулись.
- Это товар Зардани, - уверенно заявила Виноградова.
- Откуда Кудрявцев узнал об этом грузе?
- Я не знаю.
- Кому еще известно о грузе среди твоих друзей или коллег?
- Только Горелому и еще нескольким.
- Тому, кто должен был убрать Кудрявцева? - уточнил Ма-тюшевский.
Сергей отвернулся. Он и так слишком много сказал этим мучителям,
устроившим ему допрос по всей форме.
- Почему Кудрявцев пришел именно к Горелому?
— Я не знаю. Я действительно ничего не знаю. Матюшевский посмотрел на
коллег.
- Возможно, он действительно все нам рассказал, - предположил Сабельников.
И спросил Виноградову: - А вы как думаете? Вы же изучали личное дело Мехирева?
- Думаю, он не врет, - сразу ответила Виноградова. - роман Кудрявцев
близкий друг Зардани. Очевидно, он сумел каким-то образом узнать о готовящемся
караване с грузом. И, получив такую информацию, поспешил к Горелому, чтобы
предложить ему захватить груз в дороге. Горелый принял его условия и решил
устранить Кудрявцева, чтобы завладеть грузом и ни с кем не делиться.
- Получается, что Кудрявцев заранее обо всем знал, - тихо подвел итог
Сабельников, - поэтому ничего и не сказал в больнице. Но он был убежден, что на
него покушались киллеры, нанятые Горелым. Тогда все сходится.
- В таком случае Кудрявцев может знать, откуда идет груз.
- Значит, мне придется опять поехать в больницу к Кудрявцеву, - невесело
подвела итог Надежда.
- Правильно, - кивнул Сабельников, - но теперь мы точно знаем, кто и зачем
хотел убрать Кудрявцева, оказавшегося куда большим мерзавцем, чем мы о нем
думали.
Цапов изумленно смотрел на стоявшего перед ним Раскольника. Тот деловито
убрал удавку в карман и, не глядя на труп только что убитого им человека, шагнул
к другому, доставая из его карманов ключи от наручников. Подойдя к Цапову,
раскрыл наручники, помогая ему опуститься на стул.
- Ты откуда? - устало пробормотал Цапов.
— Искали мы вас, - пояснил Раскольник, - вот и нашли. - Во всем, что не
касалось непосредственной работы самого Раскольника, он был тугодумом и
недалеким человеком. За исключением его непосредственных обязанностей палача и
убийцы. Тогда он преображался, становясь ловким, умным и находчивым. В каком-то
смысле это был профессионал узкого профиля, ориентированный исключительно на
конкретное задание.
- А кто там стреляет? - изумленно спросил Цапов, показывая в сторону,
откуда еще доносились выстрелы и крики. - Это люди Салмана, - пояснил
Раскольник.
— Как ты их нашел? - изумился Цапов, не веря услышанному. - Позвонил в
Москву Афанасию Степановичу и узнал, - пояснил Раскольник, - у меня же мобильный
телефон всегда со мной.
Цапов закрыл глаза, улыбнулся. Потом вдруг начал хохотать. Как все просто.
Как все просто! Кажется, нападавшие действительно просчитались. Как все это
просто. Он обязан был помнить о телефоне у Раскольника.
- Пойдем, - сказал он, понимая, что долго сидеть нельзя, - кажется, я твой
должник. - Раскольник протянул руку, помогая ему подняться.
- Афанасий Степанович считает, что кто-то из нашей тройки работает на
"мусоров", - деловито пояснил Раскольник, когда они направлялись к выходу.
- Где они?
- Их тоже должны были освободить. Я решил сначала помочь тебе. Я знал, что
сперва примутся за тебя.
Они вышли в коридор. Там кто-то стонал, очевидно, тяжело раненный. Не
обращая на него внимания. Раскольник потащил Цапова к выходу. Яркий свет ударил
в лицо, когда они оказались на улице. Кругом были вооруженные люди, спешившие в
разные стороны. Стояло несколько автомобилей.
- Быстрее, - кричали со всех сторон, - быстрее, уходим! Раскольник показал
на машину.
- Посмотри, где ребята, - попросил Цапов, усаживаясь в автомобиль.
Раскольник кивнул головой, оборачиваясь к одному из своих.
- Где пленные?
- Всех троих освободили, - нервно закричал тот, - быстрее в машину,
уходим!
Это был немолодой грузный мужчина лет сорока пяти. Он резко махнул рукой и
сел в "Волгу", на заднее сиденье рядом с Цаповым. С другой стороны плюхнулся
Раскольник, и молодой прыщавый водитель резко рванул машину с места.
- Все в порядке, - повернулся к ним человек, сидевший рядом с водителем,
очевидно, командир группы боевиков, - мы освободили всех четверых. Жалко, что
ушел Абдулрагим. Мы могли схватить и его самого.
- Всех наших ребят освободили? - спросил Цапов.
- Всех, - кивнул командир.
- Это Ахмед, доверенный человек Султана, - пояснил Раскольник, - мы с ним
всю ночь искали вас по всему Ташкенту. Хорошо еще, что успели. Нам сообщили, что
на дороге были слышны выстрелы, и я понял, что ты пытался бежать. Я боялся
опоздать.
Позади слышалось завывание автомобильных сирен.
- Мы уехали вовремя, - пояснил Ахмед, - у нас здесь нельзя долго стрелять.
Это не Таджикистан. Здесь порядки строгие. Могут арестовать.
В Узбекистане местный режим, державшийся на традиционном обожании первого
лица, был самым устойчивым в Средней Азии и самым жестким по отношению к разного
рода преступникам и оппозиционерам.
- Откуда Абдулрагим мог узнать о нашем появлении в Ташкенте? - спросил
Цапов. - Видно, кто-то сообщил ему о нашем прибытии.
- Мы все узнали, - снова обернулся к ним Ахмед - так знали командира. - К
нему прилетел человек Хромого Шалвы из Москвы. Это тот самый грузин, который
убежал вместе с Абдулрагимом. Мы хотели...
- Он не убежал, - перебил его Раскольник.
- Что? - не понял Ахмед. - Как это не убежал?
- Он не убежал, - настойчиво повторил Раскольник, отворачиваясь.
- Понял, - строго кивнул Ахмед, уважительно глядя на Раскольника, - это
хорошо. Султан будет доволен. А вы его карманы смотрели?
- Нет, конечно, - презрительно ответил Раскольник, - я не мародер. - У
него был свой кодекс чести.
- Понятно, - согласился Ахмед, - просто мне кажется, что вы могли бы
посмотреть его документы.
- Это меня не касалось, - резонно ответил Раскольник. - Я должен был
только освободить пленников.
Ахмед разочарованно отвернулся. Каждая машина добиралась до места
назначения отдельно. Они доехали до какого-то дома, где их уже ждали. В доме
Цапову тщательно обработали рану, наложили повязку на поврежденное плечо,
переодели в Другую одежду. И только после этого вместе с Раскольником повели в
другую комнату.
Цапов вошел туда и обомлел. За большим столом сидели два человека. Один из
них очень пожилой узбек в традиционном восточном халате и какой-то смешной
тюбетейке. Он был похож на доброго джинна из сказки. Но Цапов знал, что перед
ним хозяин дома, глава наркомафии в Средней Азии. Впрочем, его изумление вызвал
даже не Султан, а другой человек, сидевший с ним рядом. Это был Афанасий
Степанович, неизвестно откуда и неизвестно как оказавшийся в Ташкенте.
- Что смотришь? - весело спросил Афанасий Степанович. - Пришлось мне сюда
лететь, тебя, дурака, выручать.
Цапов усмехнулся. Стоявший за его спиной Раскольник тяжело задышал, словно
он совершил какой-то проступок и теперь ему предстояло за него отвечать. Но
Афанасий Степанович был настроен благодушно.
- Можешь идти, - разрешил он Раскольнику, - хорошо, что сумели быстро все
провернуть. Только это не твоя заслуга. Нужно было в аэропорту быть более
внимательным, все предусмотреть. А ты. Сухой, проходи, садись, - показал он
своему помощнику, - у нас с тобой разговор будет долгий.
Раскольник повернулся и молча вышел, а Константин сел за стол, справа от
смотрел на Цапова, словно проверяя свои сомнения.
- Как получилось, что они вас взяли, как котят? - строго спросил Афанасий
Степанович. - Вы, четверо подготовленных людей, не смогли ничего сделать. Как
это могло случиться?
- У них свои люди в пограничной службе и среди таможенников, - ответил
Цапов, - поэтому они и взяли нас прямо на выходе из зала. Я сам видел, как их
предупреждали офицеры-пограничники. Каждого из нас встречала целая группа людей
с оружием в руках. Мы ничего не могли сделать.
- Дальше, - потребовал Афанасий Степанович.
- Нас посадили в автобус и повезли куда-то за город. Я попытался бежать,
вышел из автобуса...
- Как это вышел? - не понял Афанасий Степанович. Что-то в его лице и в
голосе насторожило Цапова.
- Я попросился по нужде, и меня вывели, - объяснил Цапов.
Афанасий Степанович взглянул на Султана, и тот кивнул Головой.
"Он хочет, чтобы я оправдался перед этим местным "вождем", - понял наконец
Цапов, - он хочет, чтобы тот нам по-прежнему доверял. Весь этот спектакль для
него".
- Я попытался бежать, - рассказывал Цапов, - ребята мне помогли, - соврал
он - трое парней Горелого даже не сделали попытки убежать вместе с ним или хотя
бы отвлечь внимание боевиков, чтобы он мог убежать, - нам удалось убить двоих и
ранить несколько человек. Среди них был и Аббас, доверенное лицо Абдулрагима. Но
нас все равно схватили. Уйти без автомобилей мы не могли, не знали дороги, да и
ночью ничего не было видно.
- Кто ранил Аббаса? - вдруг спросил Султан. По-русски он говорил очень
хорошо, гораздо лучше, чем его боевики.
-Я.
- Ты смелый человек, - без улыбки констатировал Султан, кивнув ему
головой. Афанасий Степанович ободряюще подмигнул. Значит, все шло правильно.
- Потом меня привезли в этот ангар и начали пытать, - продолжал рассказ
Константин, - сначала они меня били, а потом стали пытать по-настоящему. Аббас
приказал принести сварочный аппарат, и мне пытались "приварить" дополнительное
плечо. Но не успели. Как только они начали, на ангар напали и меня выручили. Вот
и все, что было. Конечно, ребят тоже били. Но пытать не успели.
- А почему у тебя лицо в порядке? - спросил Афанасий Степанович.
- Их врач, - показал на Султана Константин, - видел мое тело, они били
меня полчаса. А потом принесли сварочный аппарат, - он несколько театрально
рванул на себе рубашку, показывая перебинтованное плечо.
- Я все знаю, - отмахнулся Султан. - Он говорит правду, - подтвердил
хозяин дома, обращаясь к Афанасию Степановичу. Получалось, что уже сам Султан
подтверждает алиби Цапова и других пленников, захваченных его конкурентами.
- Что случилось с посланцем Шалвы? - спросил Афанасий Степанович. - Нам
сказали, что его убили.
— Его задушил Раскольник, - подтвердил Цапов, испытывающий своеобразное
чувство благодарности к этому палачу, - если бы не он, меня наверняка приварили
бы к какой-нибудь трубе. Или просто убили. Он спас мне жизнь и лично задушил
посланца.
Султан посмотрел на сидевшего рядом с ним Афанасия Степановича:
— По-моему, все ясно. Нам нужно скорее высылать людей Для получения
груза.
- Да, конечно. А как быть с Абдулрагимом? Он ведь сумел спастись. Что,
если его люди нападут на ваш караван, когда он будет двигаться по маршруту?
- Не волнуйся, - улыбнулся Султан, - мы дадим такую охрану, что они не
посмеют появиться рядом с нашим караваном. Главное, чтобы груз дошел до места
назначения.
- Можешь идти, - разрешил Афанасий Степанович, взглянув на Цапова, и,
когда тот выходил, окликнул его;
Цапов обернулся.
- Спасибо.
Чувство благодарности не входило в число основных достоинств Афанасия
Степановича, и удивленный Цапов отнес этот жест к тому театральному действу,
которое они разыгрывали для местного главаря наркомафии. Он что-то пробормотал в
ответ и закрыл за собой дверь.
Вечером Афанасий Степанович предложил Цапову поехать куда-нибудь в
ресторан. По дороге он часто шутил, что-то рассказывал, принципиально не касаясь
никаких вопросов дальнейшей командировки помощника, глазами показывая на
водителя автомобиля, который им предоставил Султан. Они приехали в какой-то
небольшой китайский ресторан, где их провели в полутемный зал. Для них был
приготовлен кабинет с уже накрытым столом, но Афанасий Степанович неожиданно
поменял все, решив устроиться прямо в зале, за одним из столиков, только что
покинутым посетителями. Цапов понял, что тот нарочно выбрал именно этот столик,
чтобы исключить возможность подслушивания.
Когда они сели и предупредительный официант принял заказ, исчезая в
темноте ресторанного зала, Афанасий Степанович наклонился к нему и сказал:
- А теперь правду.
- Все было так, как я сказал, - признался Цапов, - за исключением того,
что ребята сидели спокойно в автобусе, пока я пытался убежать. Они не могли бы
ничего сделать.
- Но они пытались?
- Насколько я знаю, нет. Хотя, когда сажали в автобус, Кирилл пробовал
бежать, но его догнали и, избив, затащили обратно в машину.
- Ты видел сам, как он пытался бежать?
-Нет.
- Но ты хотя бы видел, как его били?
- Нет, его втолкнули в автобус уже избитым.
- Кирилл, говоришь, - задумчиво сказал Афанасий Степанович, - я, честно
говоря, не на него думал, а на другого. На рыжего этого. Он мне казался более
подозрительным.
- Вы думаете, что Кирилл был связан и с людьми Абдулрагима?
- Я думаю, что они знали о вашем приезде. Я думаю, что они пытали моего
помощника, надеясь узнать, где находится груз. Я думаю, что мое предположение
верно и кто-то из троих работает на милицию.
- Может, тогда не стоит брать всех троих? Оставим их здесь.
- А как мы узнаем, кто из них работал на милицию? Может, у нас провалы
случились и не из-за них. Может, мы ошибаемся. Нет отпускать всех троих мы не
можем. Если среди них есть информатор, то он не должен оказаться вне игры, чтобы
к нам не послали нового. Пока эти трое у нас, в Москве будет все спокойно. Но
если мы их удалим, то там могут начаться очень нежелательные процессы. Ты меня
понимаешь?
- Понимаю. Я бы все-таки не рисковал.
- Другого выхода у нас нет. Если их отстранить, будет еще хуже. Кстати,
после ужина мы с тобой поедем в одно место.
- Хорошо, - кивнул Цапов.
- Нужно быть осторожнее, Константин, - задумчиво сказал Афанасий
Степанович, - судя по всему, за этим захватом стоят и Хромой Шалва, и сам
Горелый. Я в этом убежден. Нам нужно исходить из того, что не один из них, но и
все трое
...Закладка в соц.сетях
