Жанр: Боевик
Пепел надежды
...ведете всех до
бешенства - не скажете правды. Говорите, что вам удалось узнать?
- Пока ничего, за исключением того, что я познакомился со всеми
постояльцами гостиницы.
- Хватит, - нахмурился Потапов, - мы уже приехали. Слава Богу,
установилась хорошая погода. Сегодня мы с пограничниками начнем прочесывать
Аграханский полуостров. Если самолет упал там, то мы его обнаружим. Нужно
поставить точку в этой грязной истории. Их республика уже передала в наш МИД
несколько протестов. Вчера выступал их президент. Он заявил, что нужно
пересмотреть отношения его страны с СНГ. Вы понимаете, что это значит? И вместо
того чтобы помочь нам, вы играете в сыщика?
- А почему я должен вам помогать? -спросил Дронго. - Или вы по-прежнему
считаете, что у меня остались долги бывшего советского гражданина? Вы сами
развалили эту страну, вы сами вытолкали в шею республики Средней Азии, которые
до последнего не хотели выходить из Советского Союза. А теперь жалеете о том,
что они хотят выйти из СНГ. Раньше нужно было думать когда ваши коллеги помогали
разваливать страну.
- Не читайте мне нотаций, - резко и громко сказал Потапов. Водитель
испуганно повернулся. Он уже остановил машину рядом со зданием МВД.
Генерал вышел из автомобиля, гневно хлопнув дверцей. Потом обернулся к
Дронго.
- Определитесь наконец, - произнес он, - с кем вы хотите быть. Или вы
работаете на них, или помогаете нам. Или вам больше нравится роль кошки, которая
гуляет сама по себе?
- Мне вообще всегда нравились кошки, - ответил Дронго.
Потапов рассерженно повернулся и пошел к подъезду. Дронго медленно
двинулся за ним. В этот момент из другого автомобиля вышли дипломаты
Низаметдинов и Валидов, которые что-то громко выговаривали растерянному Исмаилу.
Очевидно, дипломаты были недовольны вчерашней активностью Дронго и бездействием
Исмаила, который крепко спал в своем номере, не подозревая, чем занимается его
подопечный.
Дронго усмехнулся, но не стал вмешиваться. Пока все поднимались в кабинет
Мамедханова, собираясь на очередное совещание, он повернул обратно к машине.
- Я забыл свои вещи в гостинице, - сказал он водителю. - Ты можешь меня
туда подвезти?
- Конечно, могу. Садитесь, - приветливо сказал водитель.
Не обращая внимания на вытянувшиеся лица дипломатов и гнев Исмаила, Дронго
сел в автомобиль, который отъехал от здания МВД. Когда в кабинете Мамедханова
собрались все остальные, выяснилось, что Дронго куда-то уехал. Мамедханов,
покраснев, приказал срочно найти гостя. Потапов усмехнулся. Он не сомневался,
что Дронго в конце концов отыщет убийцу.
- Не нужно его искать, - сказал он, обращаясь к Мамедханову, - он нас сам
найдет.
- Он вчера никому из нас не дал спокойно заснуть, - возмущенно заявил
Низаметдинов.
- Ничего не могу сделать, - с явным удовольствием ответил Потапов, - это
ведь ваша республика пригласила такого эксперта.
Дронго отпустил водителя, бегом бросившись к дверям гостиницы. Внизу уже
сидели другой сотрудник милиции и новый вахтер. Увидев незнакомца, сотрудник
милиции спросил его, куда он идет.
- Я живу в этой гостинице, - объяснил Дронго, - вот моя карточка.
Сотрудник милиции передал гостевую карточку вахтеру, и тот, изучив ее,
благодушно махнул рукой. Дронго спросил:
- Кто-нибудь из командированных с третьего этажа сейчас в гостинице?
- Никого нет, - ответил вахтер.
- Мне нужно с вами переговорить, - сказал Дронго.
- О чем? - удивился вахтер.
- Я объясню, - поманил его за собой Дронго. Через полчаса он вышел из
гостиницы и, поймав автомобиль, отправился в МВД. Когда он вошел в кабинет
Мамедханова, совещание уже заканчивалось.
- Мы вылетаем сегодня в четыре часа, - говорил Потапов. И в этот момент в
комнате появился Дронго. Все посмотрели на него.
- Где вы были? - недовольно спросил генерал.
- Я знаю, как убили консула, - ответил Дронго, - и все обстоит гораздо
хуже, чем вы думаете.
Прокурор достал платок и в наступившей тишине громко высморкался.
Низаметдинов и Валидов переглянулись. Мамедханов нахмурился. Он не мог поверить,
что этот странный эксперт действительно сумел так быстро во всем разобраться.
Глава 22
Они ждали своего рейса в аэропорту Внуково, обмениваясь лишь быстрыми
взглядами. Все сидели в разных местах, словно были незнакомы друг с другом.
Миленкин любезничал с какой-то девушкой. Артем дремал на скамейке, ни на кого не
обращая внимания. Валерий Измайлов читал газету. Серебряков нервно ходил по залу
в ожидании разрешения на посадку. Только Высоченко сидел, глядя перед собой,
словно размышлял над состоявшимся вчера ночью разговором. Когда наконец объявили
о посадке, Серебряков подошел полковнику.
- Я нервничаю, - сказал он, - как там Оля будет одна. Мы ей даже хлеба не
оставили.
- У нее осталась мука, - строго ответил Высоченко, - а продуктов, которые
есть дома, хватит ей на две недели как минимум. Я же объяснил, что ей нельзя
выходить из дома.
- С тобой невозможно разговаривать, - раздраженно заявил Серебряков,
отходя в сторону.
Когда сдавали чемоданы в багажное отделение, полковник внимательно
смотрел, как Миленкин и Артем сдают два чемодана с деньгами. Все прошло
спокойно, правда, в последний момент кто-то из персонала спросил:
- Что у вас в чемодане?
- Книги, - спокойно ответил Миленкин. На внутренних рейсах никогда не
бывало таможенников, и на этом строился расчет полковника. Чемоданы были
благополучно приняты, и они отправились на предполетный контроль. Разумеется,
оружия ни у кого из них не было. Все прошли в самолет. Места Серебрякова и
Высоченко оказались рядом, что совсем не понравилось полковнику. Остальные трое
боевиков оказались в разных местах самолета. Высоченко пришлось во все время
полета слушать жалобы Серебрякова, пока наконец ему это не надоело.
- Хватит, - жестко сказал он, - еще одно слово - и я тебя удавлю. Я же
тебе объяснил, что Оля должна сидеть дома, иначе все кончится для нее плохо.
Неужели не ясно? А теперь заткнись и больше ни слова!
В Минводах их встречали. Двое боевиков приняли чемоданы и провели
прибывших к машинам. Высоченко сел в первую вместе с Серебряковым.
- Добрый день, - весело сказал сидевший в машине рядом с водителем мужчина
с обритой наголо головой. Это и был Казбек.
- Здравствуй, - кивнул Высоченко.
- Деньги привезли? - спросил Казбек.
- Привезли. Больше миллиона долларов.
- Вах! Как здорово! - улыбнулся Казбек. - Тогда на все хватит. И оружие
купим, и машины, и технику.
- Ты убежден, что самолет все еще там?
- Конечно, убежден. Его занесло песком и снегом, но он там. Мои братья все
время смотрят, чтобы там никто не появился.
- Почему его до сих пор не нашли?
- В тот день был очень сильный снегопад. Они могли ошибиться, неправильно
просчитав место падения самолета. А потом ветер завалил все снегом и песком.
- И его не могут до сих пор найти? - подозрительно нахмурился Высоченко. -
Не нравится мне все это. Очень не нравится.
- Ребята уже готовы, - пожал плечами Казбек, - все ждут вашего сигнала.
Можем сразу же выехать. Как только заплатим, нам дадут машины и оружие. Там
такое оружие привезли, что вы все удивитесь. За деньги можно достать все что
угодно.
- Сколько они хотят?
- Четыреста тысяч. Но там есть и пулеметы, и гранаты. Покупаем большую
партию, поэтому нам делают большую скидку.
- Где находится товар?
- В тридцати километрах отсюда. Мы поедем на джипах.
- Они надежные люди? Не подведут?
- О чем говоришь? - даже испугался Казбек - разве с такими делами на
Кавказе шутят? Если они подведут, то они конченые люди. У нас нельзя обманывать
в таких вопросах. Здесь все про всех знают.
- Ясно. А машины как?
- Их приготовят в другом месте. Нам нужны грузовики и джипы. Еще сто
тысяч, и прямо сегодня можем забирать машины.
- Форма?
- С этим вообще нет проблем, - засмеялся Казбек, - любую форму найдем, и
почти даром. Но если будем ехать через Чечню или Ингушетию, форму надевать
нельзя. Там военных не очень любят. Сами понимаете, трудно будет проехать.
- Что ты советуешь?
- Надо ехать в объезд. Правда, два дня потеряем.
- Нет, - решительно возразил полковник, - у нас нет времени.
- Ты хочешь ехать через Чечню? - не поверил своим ушам Казбек.
- Конечно. Иначе мы не успеем. У нас мало времени. Кроме нас, о самолете
знают и другие, - зло сказал Высоченко, взглянув на Серебрякова. Тот молчал,
понимая, что лучше помалкивать.
- У нас нет времени, - повторил полковник.
- Плохо, - с сожалением сказал Казбек, - очень плохо. Нельзя было про
самолет говорить. Нельзя было, чтобы кто-то узнал. Теперь придется через Чечню
ехать. Это очень плохо. У вас в основном все русские. Как мы их спрячем, как
объясним, зачем едем? Еще подумают, что из ФСБ или провокаторы какие-нибудь, и
всех нас перестреляют.
- Что ты предлагаешь? - спросил полковник.
- Только в объезд, - вздохнул Казбек, - другой дороги нет.
- Поедем через Чечню, - упрямо сказал Высоченко.
- Послушай, дорогой, - повернулся к нему всем телом Казбек, - ты, видимо,
себе смерти ищешь. Жить не хочешь, да? А мне ещё хочется жить. Меня вместе с
вами расстреляют. Почему я должен идти с тобой на верную смерть? Нет. Если ты
хочешь, ты сам оттуда и поедешь. Один, без нас. А мы поедем в обход.
- Сначала нужно взять оружие и машины, - сказал Высоченко, - потом решим
окончательно. Если есть хотя бы один шанс, нужно прорываться.
- Нету шанса ни одного, - загремел Казбек, - это тебе не кино! Пострелял -
проехал. Даже одно селение не проедешь. Миномет поставят и шарахнут по нашей
колонне. Ты знаешь, что такое миномет.
- Не ори, - тихо сказал полковник, резко задрав джемпер вместе с рубашкой.
На его теле были видны шрамы от осколочных ранений. - Видишь? - спросил
Высоченко. - Я знаю, что такое миномет. И знаю, как бывает больно, когда из него
в тебя попадают. Но именно поэтому мы должны прорываться там, где нас никто не
будет ждать. Иначе нас могут перехватить в пути. Или еще хуже - пойти за нами к
этому самолету.
Казбек сцепил зубы и пробормотал ругательство. Он не знал как
разговаривать с этим странным человеком. Через час они были уже на месте. В
небольшом поселке стояло несколько грузовиков. Около них ходили вооруженные
автоматами люди. Они подъехали прямо к грузовикам. Казбек выпрыгнул из машины и
довольно долго беседовал с человеком средних лет в военной камуфляжной форме без
погон. Потом сделал знак рукой. Высоченко выбрался из автомобиля, подошел к
Артему.
- Отсчитайте четыреста тысяч, - тихо сказал он ему и только после этого
направился к Казбеку, стоявшему рядом с неизвестным.
- Привезли товар, - радостно сообщил Казбек, - все, что мы просили.
Отдадут вместе с двумя машинами. В качестве презента. Если добавим еще пятьдесят
тысяч.
- Хорошо, - кивнул Высоченко, - но я должен посмотреть, что за товар.
- Чего там смотреть, - пожал плечами человек в камуфляже. У него было
полное бабье лицо с жирными складками и маленькие поросячьи глазки. Он явно
торопился.
Высоченко обратил внимание, что остальные его люди, охранявшие машины с
оружием, были в форме офицеров и прапорщиков вооруженных сил. Он поднялся в
кузов, открыл один ящик. Здесь лежали гранатометы. Упакованные, в маслянистой
бумаге. Высоченко задумчиво потрогал их. Потом попросил открыть другой ящик В
нем находились автоматы. Полковник поднял один. Это была последняя
модернизированная модель универсального автомата Калашникова, которая еще не
поступила на вооружение армии. Высоченко нахмурился и закрыл крышку. Он спрыгнул
на землю и пошел ко второй машине.
- У нас здесь есть даже управляемые снаряду "земля - воздух", - улыбнулся
ему прапорщик стоявший у машины.;- Если хотите, можем привезти...
-Управляемые, снаряды, - кивнул, тяжело дыша, Высоченко. Он вдруг резким
ударом кулака свалил прапорщика на землю. - Управляемые снаряды!.. -заревел он,
оборачиваясь и бросаясь к человеку в камуфляже, приехавшему во главе группы.
Тот испуганно попятился. Высоченко схватил его за шиворот.
- Это ведь армейское оружие со складов! - хрипел он. - Как же ты можешь,
сукин сын, торговать всем этим? Мы там умирали, а ты у нас за спиной оружие
продавал, гнида!
- Стой! - раздалось у него за плечами, и он почувствовал, как ему в спину
уперлось дуло автомата.
- Отпусти его, - сказал уверенный голос. Полковник обернулся. Позади него
стоял один из продавцов оружия в капитанской форме.
- Сукин сын! - сказал полковник, обращаясь к нему. - На нашей крови деньги
себе делаете. Вам нужно, чтобы война здесь никогда не кончилась.
- А ты, моралист? - спросил капитан, грязно выругавшись. - Ты разве сюда
не за товаром прибыл? Или деньги твои чистые? Плати деньги и проваливай. Тоже
мне, архангел Божий.
- Откуда оружие? - спросил Высоченко, все еще не отпуская человека в
камуфляже. Но капитан не стал медлить. Он поднял приклад автомата ударил
полковника. Тот упал. Капитан навел дуло автомата в лицо упавшему.
- Кончай дергаться, - зло посоветовал он, - мы решим, что ты сюда не за
оружием приехал, а хочешь подставить нас. Если тебе нужны машины, бери их. Если
не нужны - проваливай.
- Подожди, - отвел его автомат бросившийся к ним Казбек. - Вон деньги
несут. Ты не видишь разве, он раненый был, не в себе человек.
Капитан убрал автомат и плюнул себе под ноги. Прямо рядом с лежавшим на
земле Высоченко. И отошел. Другой продавец начал считать деньги. Стоявшие около
грузовиков вооруженные люди опустили свои автоматы.
- Все правильно, - кивнул считавший деньги, - ровно четыреста тысяч. Еще
пятьдесят - и две машины ваши. Чтобы не перетаскивать оружие.
- Нет, - возразил Казбек, - твои машины нам не нужны. У нас будут свои.
Сейчас мы уедем. Вечером тебе пригонят твои грузовики.
- Как хочешь. Мне все равно.
Высоченко поднялся с земли. Он понимал, что глупо сорвался. Оружие было
заказано, его группа не могла обойтись без него. И капитан был прав - деньги,
которые они привезли, были в крови убитых. Но все равно он чувствовал себя очень
плохо. Дно дело - грабить банки, а совсем другое - подавать родину и своих
товарищей, считал половник. И хотя такие рассуждения были изначально порочны и
он подсознательно понимал это, тем не менее для него, офицера, прошедшего войну,
подобное предательство было неслыханным кощунством.
Еще тогда, когда их перебрасывали на эту грязную войну, среди солдат и
офицеров ходили слухи о предательстве генералов и штабных крыс, которые
находились в тылу. У чеченцев неожиданно появлялись самое совершенное оружие
последних моделей, самые надежные аппараты связи. Они знали о всех передвижениях
воинских частей и даже знали пароли, которыми офицеры вызывали друг друга. Без
массового предательства такое было бы невозможно. Чеченская война была самой
грязной и подлой, которую только можно было себе представить. Куда уж хуже, если
генерал, одной рукой посылающий своих солдат на смерть, другой рукой продавал их
врагам оружие и боеприпасы.
И хотя подобные слухи доходили и до полковника, он всегда их отвергал,
считая невозможным подобное невероятное предательство. Увы, теперь он был
вынужден убедиться в этом лично.
Всю дорогу назад он угрюмо молчал. Казбек, понимавший его состояние,
ничего не говорил. Даже Серебряков, испуганный случившимся, сидел, забившись в
угол, и ничего не пытался обсуждать. К четырем часам дня они уже были в
Минводах.
- Грузовики подождут нас на нашем складе, - решил Казбек. - А мы поедем за
машинами, чтобы сразу перегрузить на них оружие.
Высоченко молчал, закрыв глаза. Кажется, его уже ничего не могло удивить в
этой жизни.
- Вы знаете, кто убил нашего консула? - несколько напряженным голосом
спросил Низаметдинов.
Все смотрели на Дронго. Потапов улыбнулся. Он не сомневался, что эксперт
сумеет найти разгадку и этого загадочного преступления.
- Может, вы и нам расскажете, что там случилось? - предложил прокурор.
- Расскажу. Только сначала нужно проверить одну мою догадку. Нужно
позвонить в местный райотдел милиции и узнать о всех случаях немотивированного
нападения на женщин вчера вечером недалеко от гостиницы. Вы можете позвонить?
- При чем тут женщины?
- Позвоните, - настаивал Дронго. Прокурор посмотрел на полковника Мамедханова.
Тот понял его взгляд и подвинул к себе телефонный аппарат. Все замерли.
Мамедханов поднял трубку.
- Проверьте, не было ли вчера нападений на женщин около гостиницы. И
перезвоните, - приказал он по телефону. И, положив трубку, взглянул на Дронго. -
Почему вы считаете, что такое нападение имеет отношение к убийству?
- Я вам все объясню. Но сначала пусть нам сообщат результаты. И если
можно, найдите следователей, которые вчера беседовали со мной. Один м из
прокуратуры, другой из ФСБ. Вы не могли бы найти и пригласить их сюда?
- Не считайте себя Эркюлем Пуаро, - нервно заметил Потапов, - здесь
Дагестан, а не Англия, и вы не английский сыщик.
- Прошу прощения, он был бельгийцем - улыбнулся Дронго.
- Неважно, - рассерженно сказал Потапов Он разозлился, что его поймали на
такой неточности. - Все равно хватит разыгрывать из себя всезнайку. Я знаю, что
вы лучший аналитик, который когда-либо мог появиться среди нас, но по-моему, вы
достаточно посмеялись над нами. Может, вы все-таки расскажете нам, что там
произошло и как убили дипломата?
В этот момент зазвонил телефон. Все посмотрел на Мамедханова. Он торопливо
снял трубку, выслушал и произнес только одно слово:
- Хорошо, - и положил трубку. После чего посмотрел сначала на прокурора,
потом на Потапова и наконец на Дронго.
- Да, - сказал он, - действительно, вчера у гостиницы избили двух девушек.
Девушек доставили в больницу, они вне опасности, хотя побили их довольно сильно.
- Это были девушки с определенной репутацией? - спросил Дронго.
- А как вы догадались? - удивился Мамедханов.
- Теперь я могу рассказать вам, что там случилось. Вчера ночью я по
очереди беседовал с каждым проживающим в гостинице. Конечно, следователи тоже
говорили с ними, и я не могу пожаловаться на их профессионализм. Но все дело в
том, что они воспринимали показания каждого из свидетелей в отдельности. Не как
единое целое. То есть они привыкли анализировать действия каждого из свидетелей
и факты, которые становятся известны. А нужно было обратить внимание на
некоторые детали в показаниях свирелей и сопоставить их друг с другом. Это не
так сложно, как думают иногда, но почему-то никто этого не делает.
- Может, хватит нам объяснять ваши методы анализа? - прервал его Потапов.
- Рассказывайте к какому выводу вы пришли.
- Дело в том, что я обратил внимание на кровать Низаметдинова. Она стоит
рядом со стеной, за которой был номер консула. В момент убийства Низаметдинов
лежал на постели. Даже если он говорил по своему мобильному телефону и был
включен телевизор, то и тогда он должен был услышать крик консула о помощи. Я
посмотрел его аппарат. У него хороший телефонный аппарат системы "Панасоник". И
ему не нужно было напрягать слух, чтобы услышать то, что хочет сказать его
собеседник. Следовательно, он мог услышать и крики о помощи.
- Вы хотите сказать, что я вам врал? - разозлился Низаметдинов.
- Нет, не врали, хотя так откровенно хамили следователям, что они сделали
вывод о вашей причастности к этому преступлению. Теперь я понимаю, что вы просто
нервничали, подполковник.
- Это не ваше дело, - разозлился Низаметдинов, которого Дронго опять
назвал подполковником.
- Кроме того, супруги Токарчук, приехавшие очень поздно, рассказали, что
слышали даже, как работали мастера в другом номере. Низаметдинов должен был
услышать хотя бы шум борьбы. Но он ничего не слышал. Меня насторожил это факт.
Затем я поднялся наверх. В номер, где жиду двое командированных. Они
рассказали мне о том что здесь иногда можно весело проводить время и встречаются
девицы, которых можно вызвать к по телефону. Разумеется, следователям они таких
подробностей не стали бы сообщать, да их, впрочем, и не заинтересовали бы эти
пикантные нюансы. Но мне один из них рассказал об этом, добавив, что вчера
почему-то девушки их подвели. Меня заинтересовал и этот факт. Почему они не
пришли именно в этот вечер? У них не бывает перерывов в работе. Там обычно
круглосуточная вахта. И меня насторожило это обстоятельство.
Третий командированный - Колышев - рассказал мне, что спускался вниз один
раз и слышал, как спорили консул и Низаметдинов. Я узнавал у дипломатов, они
утверждали, что двери номера консула всегда были закрыты. Но Колышев, который
спускался вниз, слышал шум в номере консула. Я перепроверил. В этот момент
консул был еще жив и действительно разговаривал с Низаметдиновым. Однако Валидов
вспомнил, что Колышев спускался вниз два раза. Я еще раз поговорил с Колышевым,
и он вспомнил, что действительно спускался вниз два раза. Он сказал мне, что ему
должны были привезти конверт и он спускался за ним. Однако почему-то вахтер и
милиционер, которых допрашивали следователи, забыли рассказать о том, что
Колышеву должны были привезти конверт. Они не упомянули и о водителе, который
привозил еду и выпивку для обоих командированных. Наконец, они не сказали ничего
и о трех малярах, которые работали в ремонтируемом номере. Из этого я сделал
вывод, что и вахтер, и милиционер вольно или невольно поддались так называемому
гипнозу "своего человека".
Это происходит, когда человек, примелькавшийся в данном месте, не обращает
на себя внимания, как привлек бы внимание любой чужой. Чужих в этот вечер в
гостинице действительно не было. Были три маляра, водитель, живущие в отеле
командированные и девушка или две девушки, которые пришли по вызову к двум
командированным на третий этаж. Помните, он сказал, что вечером они их подвели?
Я думаю, что была одна девушка. Милиционер и вахтер знали, что сюда вызывают
девушек, и не остановили ее. Она вошла в гостиницу, но поднялась на второй этаж
вместо третьего. Дверь консул обычно не закрывал. Она была только прикрыта.
Девушка вошла в комнату. Консул, увидев ее, разумеется, не стал звать на помощь.
Наоборот, он старался не шуметь, помня о том, что подполковник Низаметдинов,
очевидно, приставленный к нему в качестве соглядатая, находится за стеной.
Девушка подошла к нему и выстрелила два раза. А потом сделала третий,
контрольный, выстрел. Я сегодня поговорил с другим вахтером. Он мне подтвердил,
что девушки приходили к командированным Довольно часто и на это все закрывали
глаза, так как девицы платили и вахтерам.
Теперь вспомните о случае нападения на двух девиц перед гостиницей. Они
спешили по вызову, когда сообщник убийцы остановил их и избил. Он сделал так,
чтобы они в этот вечер не попали в гостиницу. Разумеется, командированные бы,
обижены, о чем они мне и рассказали. А девушка, вошла в гостиницу, застрелила
дипломата и спокойно ушла. Я думаю, что, если сейчас мы найдем, следователей и
попросим их допросить сотрудника милиции и вахтера, которые дежурили вчера
вечером, они подтвердят, что в гостиницу приходила девушка. Вот, собственно, и
все. Я думаю, что она профессиональный снайпер, которые были на Северном Кавказе
во время войны. Спортсменки-снайперы. Она выстрелила два раза. Попала в сердце и
в легкое. Оба ранения смертельны. Но она сделала и третий выстрел, контрольный.
Я думаю, нужно искать эту женщину. И, конечно, получить ее описание у вахтера,
мимо которого она прошла.
Формально вахтер прав - чужих действительно не было. Он же не мог считать,
что убийцей может быть явившаяся по вызову девушка. Причем я думаю, что Колышев
спускался из-за этого второй раз. Никакого конверта он не ждал. Он спускался
предупредить, что к нему придет гостья. Командированные звали его к себе выпить,
но он отказался. Не дождавшись женщины, он уснул в своем номере, решив не
спускаться в третий раз, чтобы не выглядеть смешным. Видимо, телефон девицы ему
дали те самые двое командированных, которым он рассказал о том, что девица не
пришла. Поэтому они и сказали мне, что вчера почему-то не получилось. Вот,
собственно, и все. Теперь вы можете вызвать следователей и проверить мою версию.
Если выяснится, что девушка была в гостинице, а я в этом не сомневаюсь, значит,
она и есть убийца.
Дронго закончил и устало посмотрел на сидевших в кабинете. Потапов оглядел
собравшихся.
- Я думаю, теперь мы знаем, кого нам искать.
- Это все не доказательства, - взорвался Низаметдинов, - это все голые
рассуждения. Где убийца, кто она такая, откуда она взялась?
- Если вы мне не верите, почему вы считаете, что это была она? - спросил
Дронго. - В таком случае логично предположить, что это был он.
- Мне все равно, кто это был. Главное - не то, что убили нашего дипломата,
а почему его убили. Кто заказал это убийство? - продолжал бушевать Низаметдинов.
- Вы хотите, чтобы я в течение одного дня ответил и на этот вопрос? -
спросил Дронго.
- От вас я ничего не хочу, - зло ответил подполковник, - вы чуть не
обвинили меня в убийстве. В пособничестве убийце. Вы считаете, что он сторонился
меня. Почему вы так решили? Почему?
- Хотя бы потому, что он не закрывал дверь, когда вы входили к нему. И
вообще не закрывал дверь. Чтобы вы потом не написали на него в свое посольство,
что он договаривался с кем-то из российских властей за вашей спиной. Поэтому,
даже когда он спорил с вами, он не закрывал дверей, чтобы ваши споры мог
услышать и пресс-атташе Валидов.
- Мне надоело все это выслушивать, - поднялся Низаметдинов. - Или вы все
это докажете, или я немедленно покину этот кабинет.
- Позвоните следователям, пусть они допросят еще раз вахтера и сотрудника
милиции, которые дежурили вчера, - повторил Дронго.
Мамедханов, казалось, уже ничему не удивлялся. Он взял трубку, покосился
на полковника и негромко приказал:
- Найдите срочно Рагимова. И позвоните в ФСБ, пусть найдут Широкова. Мне
нужно, чтобы они еще раз допросили сотрудника милиции, дежурившего в гостинице
вчера вечером. Пусть узнают у него, была ли вчера девушка или женщина в гостях у
кого-нибудь из постояльцев? Вы меня поняли?
Потапов покачал головой.
- Напра
...Закладка в соц.сетях
