Жанр: Боевик
Пепел надежды
...жием в руках.
- Ничего не платил. Я никому и ничего не говорил, - торопливо бормотал
Коля, все еще надеясь спастись.
- Про дом полковника ты меня спрашивал. И сразу туда поехали "шестерки"
Фили. Так не бывает, Коля. Колись скорее, у нас мало времени.
- Нет, - отчаянно крикнул Коля, - я не виноват!..
Последнее его слово заглушил выстрел. Родион выстрелил трижды. В еще
вздрагивающее тело. Потом наклонился, обыскал покойного, достал ключи от машины,
бумажник, документы. Столкнул тело в озеро. Пистолет он тщательно вытер и только
затем выбросил следом за убитым.
А потом пошел к автомобилю. Он давно работал у Колесова и знал, как легко
можно погореть на собственной жадности. Автомобиль нельзя было трогать. Он
включил зажигание, повернул руль и направил новенькую машину прямо в озеро.
Машина мягко, без всплеска, погрузилась в воду. Вскоре поверхность снова стала
спокойной.
А в это время ничего не подозревающий Филя все пытался выяснить, как
смогла молодая девушка, никогда в жизни не державшая в руках оружия, застрелить
двух его боевиков, один из которых был опытным рецидивистом. Ему казалось это
невозможным. Более того, эта девушка была словно проклятием Фили. Сначала у нее
на квартире были убиты Митя со своими напарниками, а затем она хладнокровно
расстреляла еще двоих нападавших. Филя не верил в случайность. Он считал, что
все в мире можно точно просчитать. Филя был рационалистом, а не романтиком. Но
убийство двух его боевиков потрясло Филю. Он решил, что нужно ускорить дело с
самолетом.
Он позвонил своим людям, которые следили за группой Высоченко. И с
огорчением узнал, что Артем больше не отвечает на телефонные звонки и не
сообщает о движении колонны. Оставалось сделать вывод, что и там их постигла
неудача. Филя еще не знал, что нанятый Колесовым киллер уже ищет его по всей
Москве. Он не знал, что Уже заказано его убийство. И Колесов ждет, когда ему
наконец сообщат об этом событии.
Глава 36
Дронго трясся в автомобиле, глядя на размытую дорогу. Они выехали днем, а
теперь за окнами было уже темно. Чумбуридзе сидел рядом с ним. По взаимной
договоренности они усадили Исмаила во второй автомобиль, а сами решили ехать
вместе. В дороге Дронго почти все время молчал. Оба автомобиля с трудом
продвигались к границе. В местном МВД было не так много машин, которые можно
было предоставить гостям. В первой "Волге" сидели Дронго и майор Чумбуридзе с
двумя сотрудниками чеченской милиции, а во второй - остальные члены их группы:
Исмаил, недовольный тем, что его пересадили во вторую машину, Керимов и
Аракелов. Из Грозного вторая машина выехала тоже с двумя сотрудниками милиции,
но по дороге один остался в пограничном селе, получив указание из Грозного.
Их машины дважды останавливали, причем в обоих случаях было непонятно, кто
именно их останавливал. То ли представители автономных вооруженных отрядов, не
подчинявшихся руководству в Грозном, то ли переодетые чеченские милиционеры без
знаков отличия, то ли представители чеченских вооруженных сил, которые охраняли
порядок на дорогах. Как бы там ни было, машины дважды останавливались,
представители МВД выходили из автомобилей, и начинался долгий, громкий, резкий
разговор, обычно заканчивавшийся тем, что их пропускали дальше.
В одном месте их предупредили, что впереди дороги полностью разбиты и
машины могут не пройти. Так и получилось. Тяжелая "Волга" застряла, и им
пришлось буквально на руках вытаскивать ее из грязи. К чеченско-дагестанской
границе подъехали уже вечером. Последний пограничный пост чеченцев почти не
охранялся. Здесь было несколько вооруженных людей, которые даже не стали
проверять документы сидевших в машине. Выяснилось, что один из водителей
является двоюродным братом начальника этого поста. Последовали радостные
восклицания, привычные поцелуи, объятия, и машины поехали дальше.
Водитель, вернувшийся в машину, объяснил, что дальше начинается территория
Дагестана. Буквально сразу же за поворотом стоял мощный пост, укрепленный
каменными блоками и врытый в землю. Здесь дежурили около двадцати дагестанских
милиционеров. Командовал ими хмурый небритый капитан, который лично проверил
документы каждого. После чего отозвал Чумбуридзе в сторону.
- Полчаса назад мы слышали стрельбу в той стороне, - показал он на
близлежащие холмы. - Кажется, там шла какая-то перестрелка. Я вызвал по рации
вертолет, но он пока не прилетел. Погода, сами видите, какая. А у нас почти все
вертолеты на ремонте.
- Что там могло случиться? - спросил Чумбуридзе.
- Не знаю, майор, - хмуро ответил капитан, - у меня нет людей, чтобы
посылать их на проверку. Мы и так с трудом охраняем этот участок границы. Здесь
нужно размещать вооруженные силы, а не моих ребят. У меня половина отряда в
жизни автоматы в руках не держала. Если что-нибудь случится, они стрелять
не будут, сразу начнут сдаваться. А там могло случиться все что хотите. Могли
напасть бандиты, могли угнать скот могли похитить кого-то из людей, напасть на
колонну с оружием. Все что хотите. Мы здесь уже ничему не удивляемся. У нас уже
семь лет здесь война. Как только страна развалилась, так эта война и началась. И
она никогда не кончится, пока будет подобный развал.
- Понятно, - вздохнул Чумбуридзе. - Мы поедем в ту сторону, постараемся
прорваться, разобраться на месте, что там произошло.
- У вас не так много людей, - возразил капитан, - вас всего восемь
человек. И, кажется, нет автоматов.
- У чеченцев есть автоматы, - возразил Чумбуридзе, - а те, кто со мной,
могут выдержать любой бой и с тем оружием, которое у них есть. Не волнуйтесь,
капитан, мы не дилетанты. Мы как раз и ищем отряд, который мог бы прорываться
отсюда с боями. Может, это как раз те, кого мы ищем.
- Если хотите, я дам вам двоих, - предложил капитан.
- Нет, - отказался Чумбуридзе, - они вам могут понадобиться. Спасибо за
все, капитан.
Он пожал ему руку и вернулся в машину. Дронго, сидевший на заднем сиденье,
спросил у майора:
- Что-нибудь произошло?
- Впереди был бой, - коротко ответил Чумбуридзе. - Возможно, это те, кого
мы ищем. Но почему они тогда прорываются с таким шумом? На их месте я бы
постарался добраться до места без ненужной стрельбы.
- А если кто-нибудь еще узнал о самолете? - оросил Дронго. - Вы исключаете
такой вариант? По-моему, о самолете знают уже все, кто хотел узнать.
- Возможно, - согласился майор. - В таком случае мы попадем как раз на
разборку между бандитами.
Оба автомобиля двинулись дальше. Было уже темно, когда они въехали в
долину. Даже если они и не увидели бы сразу догорающий грузовик, то и тогда им
было бы ясно, что здесь произошло ожесточенное сражение. Повсюду виднелись следы
боя. Дронго задумчиво ходил по долине, пытаясь сложить из отдельных частей
мозаики общую картину сражения. Очевидно, неизвестная группа пыталась остановить
другую группу. Им удалось сжечь две машины, но защищавшиеся нанесли гораздо
больший урон нападавшим. Если трупов оборонявшихся нигде не было видно, то тела
нападавших были видны в разных частях поля. Их было не меньше десяти.
- Нужно быстрее уезжать отсюда, - посоветовал один из чеченских водителей.
- По нашим обычаям трупы нельзя оставлять на земле. Утром за ними обязательно
вернутся, чтобы похоронить. И те, кто за ними вернется, могут решить, что это мы
убили их земляков и родных.
- Уезжаем, - согласился Дронго. - Здесь действительно нельзя оставаться,
тем более что мы вряд ли что-либо узнаем, если задержимся здесь.
- Кажется, со стороны гор идет еще одна машина, - показал вдруг Керимов.-
По-моему это джип.
- Нужно отсюда уходить, - снова сказал водитель.
- Подождите, - предложил Дронго, - там всего одна машина. Даже если в ней
четверо-пятеро, то и тогда им будет трудно с нами справиться.
- Но они могут нас увидеть и решить, что это мы перебили их людей, -
настаивал чеченец. - У нас до сих пор сохранились обычаи кровной мести. Если
среди убитых есть чеченцы, все будут считать, что это мы их перестреляли.
- А если мы сбежим, они тем более решат, что мы виноваты, - возразил
Дронго. - Посмотрите на трупы. Они начали остывать. А грузовик почти догорел.
Понятно, что мы не могли этого сделать. Мы ведь только сейчас подъехали. Давайте
подождем.
Примерно минут через двадцать к ним медленно подъехал джип "Гранд Чероки".
В нем сидели двое. Один из них вышел из машины.
- Что здесь случилось? - спросил он по-русски. - Мы слышали стрельбу и
видели, как горит грузовик.
- Кто вы такие? - в ответ крикнул Чумбуридзе. Стоявшие рядом с ним
приготовили оружие.
- Мы из отряда МЧС, - спокойно ответив незнакомец, - кажется, мы
заблудились.
- У вас есть документы?
- Конечно. Я могу показать. - Незнаком шагнул к ним, доставая документы.
Чумбуридзе тоже сделал несколько шагов навстречу. Когда они сошлись, он
взял документы приехавшего и внимательно их просмотрел. Все было правильно.
Видимо, сидевшие в джипе просто сбились с курса и выехали к границе. Майор усе
собирался вернуть документы неизвестному, когда увидел, как блеснул огонек в
джипе. Сидевший за рулем закурил, и Чумбуридзе с изумлением рассмотрел его лицо.
У него дрогнула рука, но он заставил себя молча протянуть документы
неизвестному. Сидевший в машине курил сигарету, глядя на Чумбуридзе. Майор
смотрел на него и не знал, что ему делать. Он не мог поверить своим глазам, но
понимал, что должен молчать. Чумбуридзе почему-то оглянулся на своих товарищей,
которые стояли немного в стороне, готовые вмешаться в любой момент.
- Извините, - растерянно сказал майор, поворачиваясь к своей группе, -
можете ехать.
Он вернулся к "Волге", тяжело дыша. Незнакомец с интересом оглядел поле
боя и, забравшись в свой джип, кивнул на прощание остающимся. Джип медленно
отъехал. Чумбуридзе закрыл глаза, еще раз тяжело вздохнул.
- Что случилось? - услышал он голос Дронго. Тот заметил, как странно повел
себя Чумбуридзе, увидев лицо водителя, сидевшего за рулем джипа.
- Ничего, - ответил майор, - ничего. Он провел рукой по лицу, словно
отгоняя видение. Увиденный им в машине человек был подполковником Цаповым. Он
сразу узнал Костю Цапова. И если тот решил не подходить к его группе и не
обнаруживать своего знакомства с ним, значит, так было нужно. Значит, он и был
тем самым нелегалом, о встрече с которым предупреждал Максимов. Теперь нужно
было решить что делать. Либо рискнуть, отправившись за Цаповым, что
категорически запрещал Максимов либо повернуть обратно.
- Мы должны возвращаться, - неожиданно предложил майор, - и вылететь из
Грозного.
- Возвращаться? - не поверил услышанному Дронго. - Но здесь был бой, ктото
явно прорывался дальше. Может быть, это как раз та самая группа, которую мы
ищем.
- Может быть, - нахмурился Чумбуридзе, - но самолета здесь все равно нет.
- Значит, нужно ехать за ними, - показал Дронго в сторону уехавшего джипа.
- Нет, - резко возразил Чумбуридзе, - у нас была конкретная задача -
узнать, мог ли самолет сесть в Чечне или разбиться где-нибудь поблизости. Раз мы
уже знаем, что они прорываются с боями в Дагестан, значит, в Чечне самолета нет.
Мы свою миссию выполнили, - дрогнувшим голосом сказал он.
- И вы вернетесь обратно? - тихо спросил Дронго.
- Да. - Чумбуридзе было стыдно, что он не мог объяснить своему
собеседнику, почему принимает подобное решение, но срывать операцию МВД он не
имел права. Максимов дал им всего два дня. Завтра они должны были покинуть
Северный Кавказ, чтобы не препятствовать операции МВД. Чумбуридзе представлял,
каких усилий стоило внедрить офицера-нелегала в преступную группу. Но Дронго не
хотел верить услышанному.
- Что-то произошло, - уже уверенно сказал он - и вы не хотите мне
говорить. Правильно?
- Ничего не произошло. Просто мы возвращаемся обратно.
- Хорошо, - кивнул Дронго, - мы с Исмаилом пересядем в "Жигули" и попросим
одного из водителей доставить нас в Кызылюрт. А вы возвращайтесь обратно в
Грозный. Только оставьте нам оружие. Вас устраивает такой вариант?
- Вы должны меня понять, - с отчаянием в голосе воскликнул Чумбуридзе, - у
меня точный приказ! Я не могу, не имею права продолжать преследование.
- Я все понял, - тихо ответил Дронго. И еще тише добавил: - Я
действительно все понял, Георгий. Не волнуйтесь. Очевидно, вы знаете нечто
такое, что мне знать не положено. Давайте прощаться. Я думаю, так будет
правильно.
- Возвращайтесь с нами, - предложил Чумбуридзе.
- Вы же знаете, что я не могу, - вздохнул Дронго, - у меня обязательства
не менее строгие, чем ваши. Я должен найти самолет, даже если он упал в середине
Каспийского моря.
- Удачи вам, - поняв, что не сможет переубедить своего собеседника,
протянул ему руку Чумбуридзе. Рукопожатие было крепким, мужским. Дронго
посмотрел в глаза майору. Он начал понимать, что дело было в уехавшем джипе,
после появления которого Чумбуридзе так резко изменил намерения. И он кивнул
майору, понимая, что тот ничего не может ему сказать.
- Иногда мы зависим не только от себя, - сказал ему на прощание
Чумбуридзе. И это было все, что он мог сказать.
Дронго и Исмаил пересели в "Жигули". Водитель, оглянувшись в последний раз
на горевший грузовик, включил зажигание. Чумбуридзе долго смотрел вслед машине,
пока наконец к нему не подошел один из его офицеров. Это был Эдуард Аракелов.
- Почему мы не, поехали вместе с ними? - спросил Аракелов.
- Потом расскажу, - ответил Чумбуридзе, поворачивая к машине. И вдруг
сказал, обращаясь к офицеру: - Неужели ты думаешь, что я просто так отпустил их
одних? У нас был приказ, Эдик. Помнишь, что нам говорил Максимов?
Аракелов не ответил. Он не видел Цапова и не понимал истинных причин
неожиданного поступка майора. Но он знал Георгия Чумбуридзе уже два года. И
хорошо знал, что тот никогда не был трусом. А значит, истинные мотивы его
нежелания следовать за Дронго были другими. И поэтому он тоже вернулся к машине,
ничего больше не спрашивая. Через несколько минут "Волга" возвращалась к
чеченской границе.
Имея двух раненых и всего пять человек, которые были в состоянии управлять
машинами, они двинулись дальше. После боя стало ясно, что их группа ничего не
сможет сделать. Их осталось слишком мало, чтобы вытащить самолет. И тем более
мало, чтобы добраться до нужного места.
Еще один подобный бой, и просто некому будет управлять машинами. Высоченко
сам сел за руль джипа, посадив рядом одного из своих людей. Еще один сел за руль
первого грузовика. Здесь же доехали и двое раненых. Второй грузовик с лебедкой
вел еще один оставшийся в живых водитель. И рядом с ним сидел Миленкин.
Высоченко волновало отсутствие машины Казбека. Он был убежден, что с ними
случилось самое худшее. Но, зная местные нравы, понимал, что им нельзя долго
оставаться на месте. Сюда обязательно рано или поздно явятся родственники
погибших. Его люди насчитали не меньше десяти трупов. Высоченко приказал
трогаться, и их поредевшая колонна двинулась дальше. До села, где жили
родственники Казбека, оставалось не больше ста пятидесяти километров. По
расчетам полковника, через четыре-пять часов они могут прибыть на место. Но при
условии, что им дадут такую возможность. Полковник посмотрел на карту. Лучше,
если они поедут кратчайшим путем. Но это шоссе, ведущее к полуострову. На нем
будут не только бандиты, но и милицейские посты. А что можно объяснить
сотрудникам милиции, имея на машинах колонны явные следы нападения, три трупа и
двух раненых. Придется опять выбирать проселочные дороги, рискуя подвергнуться
вторичному нападению, но зато избежав милицейских постов на дорогах.
Хотя полной гарантии все равно не было. Но Высоченко приказал свернуть на
проселочную дорогу. И три машины двинулись в путь. Они продали не больше
двадцати километров, когда Миленкин сообщил, что сзади видны огни догоняющей их
машины.
- Одна машина? - спросил Высоченко.
- Только одна, - подтвердил Миленкин, - идет на полной скорости и,
кажется, скоро нас догонит.
- Возьми гранатомет и пересядь в кузов, - приказал полковник, - если они
подъедут ближе действуй по обстановке. Только сразу не стреляй. Может, они
просто хотят нас обогнать. Когда они будут близко, ты мне позвони. Если,
конечно, сможешь.
- Понял, - ответил Миленкин. - Они нас быстро догоняют.
Полковник понимал, что это может быть машина, случайно оказавшаяся на
дороге. Но он сознавал, что это могут быть и преследователи. Шансов было
пятьдесят на пятьдесят. И он терпеливо ждал звонка Миленкина, всматриваясь в
ночную темноту. Он не знал дороги/и поэтому колонна шла вперед со скоростью не
больше тридцати-сорока километров в час.
Но когда неизвестная машина наконец нагнала их колонну и Миленкин
позвонил, полковник понял, что ему выпал тот шанс, который бывает один на сто.
Выпало не черное и не красное. Это оказались не преследователи и не случайная
машина. Это был джип Казбека, и полковник впервые в жизни подумал, что чудеса
все-таки случаются. Оказалось, что у мобильного телефона их проводника просто
отказала батарейка и он не мог связаться с колонной.
Возвращение Казбека вселило надежду во всех остальных. Теперь у них было
восемь боеспособных мужчин на четыре автомобиля и двое раненых. А с такими
силами уже можно было пробиваться к цели, тем более имея подобного проводника.
Казбек не мог поверить, что Высоченко удалось выиграть такой невероятный бой,
выстояв против значительно большего числа нападавших. Узнав подробности о смерти
Серебрякова, он просто сплюнул, не желая комментировать гибель труса.
Они предали земле троих погибших, соорудив небольшой могильный холм.
Высоченко видел, как нервничают его люди, видел их глаза. Многие, очевидно, уже
не верили, что вернутся отсюда живыми, и каждый спрашивал себя, кто будет
следующим. Именно поэтому полковник не стал задерживаться, считая, что они и так
потеряли много времени. Он приказал продолжать движение.
Казбек, получив другой телефон, снова поехал вперед. На этот раз джип
Высоченко переместился в конец колонны, и теперь они ехали сразу за вторым
грузовиком.
- Мы будем на месте к утру,- позвонил в три часа ночи Казбек. - Ты немного
поспи, полковник. Столько ночей без сна! Ты просто не выдержишь.
- Ничего, - ответил Высоченко, - постараюсь продержаться. Главное -
добраться до места. Как ты думаешь, твои братья нас встретят?
- Обязательно встретят. Нам осталось не так Много. Скоро будем на месте.
- Думаешь, больше не нападут?
- Теперь нет, не нападут. Здесь они побоятся. Они будут ждать нас на
обратном пути, чтобы перехватить груз. Если мы его, конечно, найдем.
- Это уже зависит от тебя. - Полковник отключился, подумав о том, что
самолет, который они собираются искать, стал поистине золотым.
К четырем часам утра Казбек заметил впереди пост милиции. Это его
насторожило. Раньше здесь не было подобных постов. Он насчитал не меньше восьмидевяти
вооруженных людей. Прорываться с боем было глупо. Это значило настроить
против себя всю дагестанскую милицию. Казбек снова позвонил полковнику.
- Впереди пост милиции, - коротко доложил он. - Останови колонну, пока я
не разберусь.
- Ты же говорил, что здесь не бывает милиции, - разозлился Высоченко.
- Это я раньше говорил, пока вы такую стрельбу не устроили, - тоже
разозлился Казбек, - фейерверк на всю границу. Уже, наверное, везде знают, как
мы прорывались.
- Проклятый самолет! - пробормотал полковник. - Я остановлю колонну.
Только ты сразу позвони нам. Деньги у тебя есть?
- Есть. Ждите моего звонка. Стойте на месте. Казбек, не сбавляя скорости,
двигался к посту милиции. В десяти метрах от поста он остановился. К нему шагнул
майор в защитной форме.
- Кто такой? - спросил он по-русски с явным аварским акцентом.
- Свой, - ответил по-аварски Казбек.
- Ты аварец? - обрадовался майор.
- Да. Мы едем домой, возвращаемся из Кызылюрта, - ответил Казбек.
- Почему возвращаешься отсюда?-- нахмурился офицер. - Дорога совсем в
другой стороне.
- Просто отсюда удобнее, - усмехнулся Казбек. - А почему вы здесь стоите?
Раньше здесь никаких постов не было.
- Нам приказали перекрыть все дороги, - объяснил майор. -
Правительственная комиссия ищет какой-то самолет, а нам поручили перекрыть все
дороги.
- Понятно, - кивнул Казбек. - За мной едут машины наших друзей. Может,
пропустишь?
- Не могу, дорогой. Сам знаешь, как сейчас строго. Я должен обязательно
всех проверять. Если из Чечни кто-нибудь прорвется, с меня снимут погоны.
- Нет, не снимут. Это не чеченцы, я тебе могу гарантию дать. Сам с ними
еду. Строители.
- Строители? - недоверчиво хмыкнул майор. - Все равно не могу.
- Тысяча долларов, - невозмутимо предложил Казбек.
- Нет. - Майор был явно смущен. Он не хотел отказывать земляку. Не хотел
отказываться от денег, которых не смог бы получить и за несколько лет работы.
Но, с другой стороны, он знал, как легко можно подкупить параллельный пост и
тогда колонна "строителей" все равно прорвется. Майор явно колебался.
- Две тысячи, - сказал Казбек, видя, как нервничает офицер.
- Не могу, - простонал майор, - не имею права.
- Три тысячи. В колонне только шесть человек. В трех машинах шесть
человек, они везут лебедку. Можешь сам проверить. И там есть еще раненые,
которые пострадали во время автомобильной аварии. Два человека.
- И больше никого нет? - недоверчиво спросил майор. - Ты меня не
обманываешь?
- Если там будет кто-нибудь еще, можешь остановить колонну, - горячо
ответил Казбек. - Я тебе обещаю, что там никого нет.
- Хорошо, - согласился майор, - когда они будут здесь?
- Через пятнадцать минут. Но ты мне даешь слово, что их не остановят?
- Если только шесть человек, - рассудительно сказал майор, - и если у них
есть лебедка и все документы в порядке, я их не буду останавливать.
- Договорились. - Казбек знал, что в этих местах можно было предлагать
взятку. Получение и дача взятки не считались бесчестьем. Это был даже
своеобразный ритуал вознаграждения за услуги. Но нарушить слово мужчины в этих
местах не рисковал никто. Это было самое страшное бесчестье. Казбек включил
телефон, вызывая колонну. Он предупредил полковника о том, что нужно спрятать
оружие и не выражать нетерпения.
Через пятнадцать минут грузовики подъехали к милицейскому посту. Они
остановились, и майор стал добросовестно проверять документы "строителей". Он
даже удивился. Все действительно было в порядке. Почему тогда они платят такие
деньги? - не понимал офицер. Он осмотрел лебедку. Полез в другой грузовик. Там
лежали двое раненых. Он долго смотрел на них, потом спросил:
-Что находится в ящиках, на которых они лежат?
- Наши инструменты, - пояснил Высоченко, глядя в глаза офицеру. Тот хотел
поднять раненых, но увидел следы от пуль на бортах машин и передумал. Он не стал
ничего говорить, повернулся и вылез из кузова.
- Поезжайте, - махнул он рукой, - можете ехать.
- Спасибо, - подошел к нему Казбек, протягивая деньги, - спасибо, что
понял нас.
- Подожди, - остановил его майор. - Мне кажется, что как раз эти ребята
отличились в долине. Я не знаю, что они там делали, но мне сказали, что
нападавшие потеряли очень много людей. Если это сделали твои друзья, то они
очень смелые люди.
Майор взял деньги и, подумав немного, отсчитал тысячу долларов и вернул их
Казбеку.
- Передай раненым, - попросил он, - это их доля.
Казбек с удивлением взял деньги и с некоторым восхищением взглянул на
майора.
- Спасибо, - еще раз сказал он, - я передам их раненым.
Когда колонна тронулась, Казбек подъехал к первому грузовику и, достав
тысячу долларов, передал их раненым, объяснив, от кого они им достались. И
только затем двинулся вперед. Когда Высоченко узнал о случившемся, он в который
раз подумал, что здесь действуют какие-то другие, неведомые и непонятные для
посторонних внутренние законы.
Утром, уже в шестом часу, они наконец въехали в село Казбека. На окраине
их уже встречали братья проводника. Полковник подумал, что первая часть их
путешествия наконец завершена. До самолета оставалось не так далеко - около
шестидесяти километров. Теперь нужно было немного отдохнуть, а затем выехать к
песчаной гряде где находился занесенный песком самолет. Полковник даже не
подозревал, что сразу следом за ними у поста милиции должен был появиться джип
"Гранд Чероки", но эта машина предпочла свернуть в сторону, чтобы не встретиться
с милицией.
Высоченко разрешил отдохнуть своим людям, приказав им быть готовыми к
полудню. В этот момент два его преследователя из "Гранд Чероки" позвонили Филе
Кривому. Машина стояла в пяти километрах от села, и сидевшие в ней держали
автоматы на коленях.
- Они въехали в село, где живет проводник, - доложил один из них. - Что
нам делать?
- Значит, вы уже на месте, - обрадовался Филя. - Вытащите кого-нибудь из
села, лучше проводника или кого-нибудь из его родственников, и узнайте, где
находится этот чертов самолет. Как только узнаете, сообщите мне. И уезжайте
оттуда. К самолету не подходите. Главное - узнать, где он находится.
Филя отключился, предвкушая удачу. Он был убежден, что теперь все будет в
порядке. Колосов даже не знал, что ему вовсе не нужны боевики. В Дагестане
всегда можно было купить офицера, готового предоставить своих солдат для поисков
самолета. И купить другого офицера, чтобы тот предоставил вертолет. Оба таких
офицера у Фили на примете были. Оставалось только узнать, где находится самолет.
Преследователи полковника убрали автоматы, тихо обсуждая свои дальнейшие
действия. Было еще достаточно рано - только шестой час утра, и многие жители
села спали. Это было самое спокойное время, и они оба знали, как им нужно
действовать. В село они въехали, стараясь не шуметь. Грузовики стояли в центре
села, у двухэтажного дома Казбека. Остановив свою машину рядом с домом,
преследователи осторожно вошли во двор, страхуя друг друга. Все было тихо.
Полковник собирался выставить охрану, но Казбек настоял на том, что этого
делать не нужно. Во дворе бегали две большие, хорошо обученные овчарки. Они не
могли пропустить чужих. И собаки нача
...Закладка в соц.сетях
