Жанр: Триллер
Дикая ночь
... спокойной ночи, и я пошел к себе.
Я проснулся часа через два, когда ко мне в постель прокралась Фэй. Она сняла
свою сорочку и уютно прижалась ко мне мягким, теплым и благоуханным телом.
Сквозь оконные шторы в комнату проникало немного лунного света. Он падал на
подушки, и я мог видеть ее глаза. Они не выражали ничего из того, что могли
выражать. И уже поэтому выражали очень много.
Я понял, что она приготовилась к броску.
- Карл, - начала она, - Я должна тебе кое-что сказать.
- Да?
- Это насчет Джейка. Он... он собирается вернуться в тюрьму до окончания суда.
В животе у меня похолодело. Потом из моей груди вырвался легкий смешок, и я
сказал:
- Ты шутишь.
Она откинула голову на подушку.
- Это правда, милый, если только он сам сказал мне правду. А что, это... это
плохо?
- Плохо, - шепнул я. - Это плохо!
- Не думаю, что он отправится туда прямо сейчас, милый. Он в первый раз
упомянул об этом сегодня вечером, и, если учесть, как сильно он ненавидит тюрьму,
ему понадобится не меньше недели, чтобы заставить себя это сделать.
- Но, - сказал я, - что его... почему он решил это сделать?
- Господи, милый, откуда мне знать?
- Ты говорила мне, что он не выносит тюрьму. Ты говорила, что он никогда туда
не вернется. Он знает, что это все равно ничего не изменит.
- Ты тоже говорил мне это, милый. Помнишь? - Она лениво выгнулась на
простынях. - Не помассируешь мне спинку, милый? Ты знаешь где. Вот здесь,
пониже.
Я не стал ее массировать. Если возьмусь за нее прямо сейчас, то смогу из нее чтонибудь
вытащить.
- Фэй, - сказал я. - Посмотри на меня.
- Да? - Она повернула голову и улыбнулась. - Вот так, Карл?
- Джейк понемногу приходит в себя. Теперь он в гораздо лучшей форме, чем был
в то время, когда я сюда приехал. Почему он вдруг решил отправиться в тюрьму?
- Я же сказала, милый, не знаю. Не вижу никаких причин.
- Он настроен серьезно?
- Очень серьезно. Если он что-нибудь вбил себе в голову, то уже не отвяжется от
этой мысли. Так же как насчет тебя.
- Понятно, - кивнул я.
- Разве это пло... я хочу сказать, разве мы не можем сделать это сейчас, Карл?
Просто убить его и покончить с этим, Чем раньше мы это сделаем, тем быстрее будем
вместе. Я знаю, ты предпочтешь тянуть столько, сколько сможешь, но...
- Почему? - спросил я. - Почему ты думаешь, что я предпочту тянуть?
- А разве нет? Ты неплохо проводишь здесь время. Ты и эта твоя милая
подружка... эта грязная, мерзкая...
Я сказал:
- О чем это ты говоришь?
- Не важно. Важно то, что меня это больше не устраивает. Даже если это
устраивает тебя.
Она не стала открыто говорить о том, что ее мучило все время, но я уже все понял.
Продолжение темы грозило крупной ссорой, а дела и так обстояли довольно скверно.
- Я объясню тебе, почему предпочитаю ждать, - сказал я. - Потому что мне так
велели. И человек, который мне приказал, не бросает слов на ветер.
- Почему, собственно... - Ее глаза нервно забегали. - Я не понимаю, какая
разница, если...
- Я уже сказал. Четко и по слогам.
- Но я не понимаю, какая разница! Мне наплевать, что кто-то там сказал. Мы
можем сделать это сейчас, если только захотим.
- Хорошо. Будем считать, что нет никакой разницы, - ответил я. - Ты
говоришь, что это так, значит, так оно и есть.
Она хмуро взглянула на меня. Я потянулся через нее к этажерке и закурил сигарету.
Я держал спичку, пока пламя не дошло почти до пальцев. Потом бросил ее прямо
ей между грудей.
- О-о-ох! - Она мгновенно стряхнула спичку, подавив инстинктивный крик до
хриплого выдоха. - Ты! - прошипела она. - Какого черта...
- Примерно так же себя чувствуешь от ожога кислотой, - сказал я. - Не совсем
так, но примерно. Я думаю, они начнут с этого места, а потом пойдут выше.
- Но я... я не...
- Ты вместе со мной. Если они возьмутся за меня, ты тоже никуда не денешься.
Только с тобой им будет работать гораздо интересней.
Мне не следовало ее так запугивать. Это могло натолкнуть ее на мысль, что, может
быть, лучше меня просто кинуть. Но... вы понимаете, о чем я? Все говорило за то, что
она уже меня кинула. Или, по крайней мере, собиралась. И если я мог напугать ее,
показав, чем она рискует...
- Ты абсолютно уверена? - спросил я. - Может быть, ты его неправильно
поняла, Фэй? Если так, лучше скажи мне сразу.
- Я... Я... - Она колебалась. - Может быть, я...
- Только не лги. Говори как есть.
Она судорожно мотнула головой:
- Я уже сказала.
- Понятно, - буркнул я.
- Я... я поговорю с ним, Карл! Я его заставлю... он меня послушает. Я уговорю
его, чтобы он изменил свое решение.
- Сначала ты уговорила его принять это решение, - сказал я. - А теперь хочешь
уговорить, чтобы он его изменил. Нет, малышка, вряд ли у тебя это получится.
- Но... почему ты решил, что я...
- Хватит меня дурачить! - рявкнул я. - Как еще это могло случиться? Джейк
хороший парень, и в тюрьме у него будет много привилегий, верно? Там он будет в
безопасности, и вы сможете отлично видеться друг с другом, так что он ничего не
потеряет. Разве не так все было?
Она закусила губу.
- Возможно, он этого не сделает, Карл. Может быть, он знает, что я не
собиралась...
- Может быть, - кивнул я. - Может быть, не сейчас и не завтра. Но ты сама
сказала, что он никогда не отказывается от своих идей.
- Но если... Боже мой, Карл! А что, если они...
- Ничего, - сказал я. Снова лег и обнял ее. - Я все устрою. Мы подождем, пока
сможем, а потом...
- Ты уверен, что все будет хорошо? Ты уверен, Карл?
- Я уверен, - солгал я. - Я все утрясу. В конце концов, Джейк и сам мог
додуматься до этой мысли. Они ничего не узнают.
Она вздохнула и слегка расслабилась. Я продолжал ее успокаивать, уверял, что все
будет в порядке, потом выпроводил ее из комнаты. Она вернулась к себе.
Я откупорил бутылку виски и сел на край кровати. Уже светало, когда я заснул.
Боссу я позвонил из кабинки в том маленьком тихом баре, который приметил
раньше. Он ответил сразу, и первое, о чем он меня спросил, - откуда я звоню. Когда я
объяснил, он сказал, что это хорошо, просто замечательно. И это действительно было
здорово - лучший вариант, который я имел. Из баров звонит столько пьяниц, что
никто не обращает на эти звонки никакого внимания.
Но я знал, что он совсем не думает, что это хорошо и замечательно. По его
мнению, мне вообще не следовало ему звонить.
Он сказал мне, что перезвонит. Я повесил трубку и пропустил пару рюмок, прежде
чем он позвонил мне по другому телефону.
- Ладно, Чарли, - раздался в трубке его голос. - Что случилось?
- Я насчет этой сделки, - ответил я. - Похоже, наш товар уходит с рынка. Если
мы хотим его заполучить, надо действовать быстро.
- Не понимаю, - сказал он. - Говорите яснее. Не думаю, что наш разговор
может быть абсолютно безопасным и абсолютно понятным в одно и то же время.
- Хорошо, - сказал я. - Джейк поговаривает о том, чтобы до суда снова сесть в
тюрьму. Не знаю, насколько серьезно он настроен, но мне кажется, нам не стоит
рисковать.
- И вы хотите сделать это сейчас? Сразу?
- Да... - Я колебался. - Потому что я не смогу сделать это позже, если он сядет
в тюрьму.
- Мы так не договаривались, Чарли.
- Знаю, - сказал я, - но...
- Кому он об этом говорил?
- Миссис Уинрой.
- Ясно. Вы по-прежнему полностью ей доверяете, Чарли? Наверное, вы помните,
что у меня уже были кое-какие сомнения на ее счет.
- Я думаю, она говорит правду, - ответил я.
- Она объяснила, почему Джейк собрался в тюрьму?
- Нет. Джейк ей не сказал.
- Странно... - Он помолчал. - Меня это беспокоит.
- Послушайте, - сказал я. - Я знаю, все это выглядит довольно неожиданно, но
у Джейка совсем поехала крыша! Никто не знает, что он может выкинуть.
- Минутку. Если я правильно понимаю, задача миссис Уинрой заключалась в том,
чтобы держать Джейка на поводке. И вы были абсолютно уверены в том, что ей это
удастся. А теперь происходит нечто прямо противоположное.
- Да, сэр, - сказал я.
- Почему, Чарли?
- Не знаю, - промямлил я. - Я даже не знаю, действительно ли он собирается
это сделать.
Долгое время он молчал. Я уже почти подумал, что он повесил трубку. Потом он
мягко рассмеялся и произнес:
- Делайте то, что считаете нужным, Чарли. И тогда, когда сочтете нужным.
- Я понимаю, что вы не в восторге, - сказал я. - Я пробыл здесь слишком мало
времени и... Наверно, было бы лучше, если бы я мог немного подождать.
- Да. И есть еще вопрос огласки - в прессе об этом будут судачить несколько
недель. Или вы об этом позабыли из-за всех ваших проблем?
- Послушайте, - сказал я. - Вас это устраивает или нет? Я должен знать.
Он ничего не ответил.
На этот раз он действительно повесил трубку.
Я забрал в баре свои учебники и отправился в колледж. По дороге проклинал Фэй,
но без особой злости. Я сам был виноват в том, что втянул ее в это дело.
Босс не хотел, чтобы я ее использовал. Если бы она не участвовала в деле и Джейк
надумал бы идти в тюрьму по доброй воле, я бы за это никак не отвечал. Если бы...
Многое зависело от того, как все повернется дальше. Если дело пойдет хорошо,
они обойдутся со мной мягко. Про деньги, конечно, можно забыть. Или, если у меня
хватит наглости и глупости заговорить о деньгах, я получу несколько бумажек и
полный расчет. Они оставят меня здесь - это и будет моим наказанием. Я останусь тут
гнить, без денег - не считая тех, что у меня уже есть, - и без возможности их
заработать. Буду как-нибудь перебиваться, устроившись на дешевую работу, пока меня
оттуда не уволят, а потом...
Боссу это придется по вкусу. И это максимум, на что я смогу рассчитывать.
А если дело пойдет не гладко...
В конце концов, какая разница. Все равно мне не победить.
Глава 19
Разговор с Фэй состоялся в воскресенье.
Убить Джейка мы наметили в четверг.
Впереди было еще четыре дня, от первого шага до последнего. Целых четыре дня.
Но мне показалось, что гораздо меньше. Словно я заглянул в бар, поговорил с Боссом и
вышел на улицу прямо в вечер четверга.
К этому времени я был выжат до предела. Я не жил, а только передвигался.
По-моему, жить - это значит помнить. Если вы ко всему теряете интерес, если все
вокруг становится однотонно серым, как если бы вы смотрели на свет, закрыв глаза, и
если вам ничего не хочется отложить в памяти - ни хорошего, ни плохого, ни
награды, ни наказания, - ваше существование еще не кончено. Но вы уже не живете.
И ничего не помните.
Я ходил в колледж. Работал. Ел и спал. И пил. И... Да, насчет Руфи. Я несколько
раз говорил с ней по дороге в колледж и обратно. Ее... да, ее я помнил. Помню, как
думал о том, что с ней станет дальше. И хотел ей чем-нибудь помочь.
Но кроме Руфи - больше ничего.
Не считая тех нескольких минут, которые я провел с ней, из понедельника я попал
прямиком в четверг. В восемь часов вечера.
Тогда я выскользнул из тумана и опять вернулся к жизни. В такие моменты
приходится это делать, хочешь или нет.
Время на работе тянулось медленно, дольше, чем когда-либо прежде. Я с головой
ушел в работу и не ждал, что кто-нибудь может появиться на складе.
Я стоял во внешней кладовой с выключенным светом и смотрел на другую сторону
улицы.
За минуту до восьми мимо прошла Фэй.
Я смотрел на часы и ждал. В восемь пятнадцать мимо прошел Джейк.
Я отпер дверь и вышел на улицу.
Стояла хорошая темная ночь. Он шел прямо к дому, не глядя по сторонам.
Я медленно побрел по той стороне улицы, где стояла пекарня, пока он не перешел
дорогу на перекрестке. Тогда я тоже перебрался на другую сторону и последовал за
ним, прибавив шагу, потому что он намного меня опередил.
Я был футах в пятидесяти от него, когда он свернул на параллельную улочку,
ведущую к дому. Между нами была нужная дистанция - как раз для того, чтобы он
смог открыть ворота. Он завозился с ними, пытаясь найти щеколду, а я все сбавлял
ход, пока мне не пришлось почти остановиться. Наконец он их открыл, и я...
Я застыл на месте.
То, что этот парень был пьян, я понял потом. Он вышел из маленького бара
напротив дома, поплелся вдоль дороги и - уж не знаю, как ему это удалось, - какимто
образом перевалился через ограду. Он лежал во дворе, когда туда вошел Джейк, - с
внутренней стороны ограды. Когда Джейк открыл ворота, он встал и, пошатываясь,
направился к нему. Джейк издал истошный вопль.
И внезапно во дворе стало светло, как днем.
Два мощных фонаря ударили с пустых участков, расположенных по обеим
сторонам от дома. Со всех сторон повалили копы.
Секунду я стоял прикованный к месту. Потом повернулся и тихонько направился
назад к пекарне.
Я уже почти свернул за угол, когда услышал крик шерифа, перекрывавший другие
голоса: "Да подождите вы, черт возьми! Это не он..."
Я продолжал идти и подходил уже к пекарне, когда меня догнал новый крик: "Эй,
ты! Стой!"
Я не остановился. Какого черта? Я был уже в двух кварталах. Откуда мне знать,
что он зовет меня?
Я вошел в пекарню и запер за собой дверь. Перейдя в главную кладовую, закрыл
внутреннюю дверь и сел за рабочий стол.
Я взял бланки заказов, приготовленные на вечер, и начал готовить продукты по
обычной схеме.
Кто-то постучал в наружную дверь. Я остался сидеть на месте. Опять-таки, какого
черта? С какой стати я буду пускать кого-то в пекарню в такое время суток? Может
быть, это грабитель, решивший похитить мешок муки!
Стук прекратился. Я усмехнулся, перебирая карточки. Я снова чувствовал себя
живым.
Дверь в пекарню с грохотом распахнулась. Вошли Кендэлл, шериф и его
заместитель. Шериф шел первым.
Я встал. Направился к нему, протянув руку.
- Как поживаете, шериф? - спросил я. - Как миссис Сам...
Он размахнулся и ударил меня так, что я почти развернулся на месте. Его пальцы
впились в мою рубашку, и он оторвал меня от пола. Вцепился в меня, словно бульдог,
встряхивающий крысу. Если я видел смерть на чьем-то лице, то это было его лицо.
- Вонючий ублюдок! - Он вертел меня одной рукой и при этом колотил другой.
- Думаешь, ты умнее всех? Думаешь, всех обвел вокруг пальца, всем запудрил мозги,
сначала прикинулся овечкой, а потом...
Я его ни в чем не винил. Нет хуже оскорбления, чем обмануть человека, которому
ты нравился и который тебе доверял. Но рука у него была тяжелая, и Кендэлл не мог
его остановить, потому что ему мешал заместитель шерифа.
Я потерял сознание.
Кажется, я пришел в себя довольно скоро, но доктор Додсон был уже на месте. Я
лежал, распростертый на полу, головой на каком-то мешке из-под муки, и док
склонялся надо мной.
- Как себя чувствуешь, сынок? - спросил он. - Что-нибудь болит?
- Еще бы не болело! - взорвался Кендэлл. - Это... это животное избило его до
полусмерти!
- Нет, постойте, черт возьми! Я не...
- Заткнитесь, Саммерс. Ты как, сынок?
- Со мной... все в порядке, - сказал я. - Просто немного закружилась голова и...
Я закашлялся и начал задыхаться. Он быстро поднял меня за плечи, и я нагнулся к
полу, давясь и кашляя, и кровь маленькой лужицей растеклась на полу.
Доктор вынул из нагрудного кармана носовой платок и вытер мне рот. Он снова
опустил меня на пол и встал, глядя на шерифа.
Шериф бросил на него ответный взгляд, столь же угрюмый, сколь и робкий.
- Немного вышел из себя, - пробормотал он. - Бьюсь об заклад, док, вы бы
тоже не сдержались, если бы были на моем месте. Он уже собирался убрать Уинроя,
как и было сказано в той записке, но тут появился этот чертов пьянчуга, и он тут же
удрал обратно, словно ничего не случилось, а теперь...
- Знаете что? - спокойно перебил его доктор. - Знаете что, Саммерс? Будь у
меня сейчас оружие, я бы с удовольствием размозжил вашу тупую башку.
У шерифа отвисла челюсть. Он выглядел ошеломленным и сбитым с толку.
- Послушайте, - проговорил он, запинаясь. - Вы... вы не знаете, кто этот
парень! Это Чарли Биггер, Малыш Биггер, как его зовут. Он наемный убийца и...
- Вот как? Но вы о нем, конечно, позаботитесь?
- Вы хотите знать, что случилось, или нет? - Лицо шерифа немного покраснело.
- Он...
- Я скажу вам, что случилось, - холодно произнес Кендэлл. - Карл вышел
немного пройтись, я сам разрешил ему это делать, когда бывает перерыв в работе. Я
даже советовал ему иногда гулять, учитывая, что он болен. Он находился недалеко от
дома Уинроев, когда начался весь этот шум и гам, и поскольку у него были более
важные дела, чем стоять и глазеть на события, которые никак его не касаются, то...
- Еще как касаются! В той записке сказано, что он...
- ...то он вернулся обратно, - закончил Кендэлл. - Несколько минут спустя в
пекарню ворвался Саммерс вместе со своим... э-э... наймитом и начал нести всякую
чушь насчет того, что Карл пытался кого-то убить и отказался остановиться, когда ему
приказали. Потом он влетел сюда и набросился на него, избив до бессознательного
состояния. Я в жизни не видел такой дикой и бессмысленной жестокости, Дод!
- Понятно, - кивнул доктор и повернулся к шерифу. - Ну что?
Губы шерифа Саммерса сжались в тонкую линию.
- Не важно, - пробормотал он. - Можете считать и так, если вам так нравится.
Я его арестовываю.
- По какому обвинению? За невинную прогулку?
- За покушение на убийство, вот по какому!
- И какие у вас основания для такого обвинения?
- Я уже сказал!.. - Шериф замолчал и нагнул голову, как разъяренный бык. -
Это не ваше дело. Я его забираю.
Он двинулся ко мне вместе с заместителем, у которого был очень несчастный вид,
а Кендэлл и доктор преградили им дорогу. Мне показалось, что в следующий момент
они бросятся друг на друга с кулаками. В этом не было никакого смысла, и я встал.
Я чувствовал себя почти в порядке, учитывая обстоятельства. Может быть, чуть
меньше и слабее, чем раньше.
- Я пойду, - проговорил я.
- Мы все устроим... вам нет необходимости идти, - сказал доктор, и Кендэлл
подхватил:
- Разумеется, он не должен никуда идти!
- Лучше пойду, - сказал я. - Шериф Саммерс и его жена были очень добры ко
мне. Уверен, он не стал бы это делать, если бы не считал, что так нужно.
Последовал небольшой спор между Додсоном и Кендэллом, но я все-таки пошел.
Мы все пошли.
Мы пришли в суд как раз в тот момент, когда окружной прокурор поднимался по
ступеням, и заместитель шерифа провел нас в его кабинет, пока он и шериф Саммерс
беседовали в коридоре.
Шериф стоял спиной к двери, но окружной прокурор был повернут к ней лицом, и
я увидел на нем выражение отвращения и усталости. Все время, пока говорил шериф,
он стоял молча, засунув руки в карманы, нахмурившись и покачивая головой.
Наконец они вошли в комнату, и он и шериф начали одновременно задавать мне
вопросы. Они оба остановились, уступая друг другу, потом снова заговорили, и снова
одновременно. Так случилось раза три или четыре, и доктор насмешливо фыркнул, а
Кендэлл изобразил что-то вроде кривой улыбки. Окружной прокурор сделал гримасу и
откинулся в своем кресле.
- Ладно, Билли, - вздохнул он. - В конце концов, это ваша головная боль.
Шериф Саммерс повернулся ко мне:
- Как ваше имя? Ваше настоящее имя?
- Вы знаете, как меня зовут, шериф, - ответил я.
- Чарли Биггер, не так ли? Вы - Малыш Чарли Биггер.
- Допустим, я скажу "да", - усмехнулся я. - И что дальше? Я рад вам помочь,
шериф, но я не вижу, что это вам даст.
- Я спрашиваю, как ваше... - Он оборвал себя, поймав взгляд окружного
прокурора. - Ладно, - пробормотал он. - Зачем вы шли за Джейком Уинроем
сегодня вечером?
- Я ни за кем ни шел. Я просто гулял.
- Вы всегда выходите на прогулку в это время суток?
- Не всегда. Но часто. Когда у меня перерыв в работе.
- Почему вы шли к дому Уинроев, а не в другую сторону?
- Потому что там тише и спокойней. Было бы странно, если бы я ходил гулять в
деловой центр.
- Я получил о вас записку. Она ставит все точки над "i". Там говорится, что вы
сделаете то... что вы пытались сделать.
- Что я пытался сделать?
- Вы знаете что. Убить Джейка Уинроя!
- Убить его? - спросил я. - Но я не пытался его убить, шериф.
- Вы бы это сделали! Если бы не этот чертов пьяница...
Доктор Додсон снова фыркнул.
- Анонимная записка! Что дальше?
- Он был там, разве нет? - Шериф повернулся к нему. - Я бы не мог получить
эту записку, если бы...
- Наверное, многие знали, - со вздохом сказал окружной прокурор, - что он
практически каждый вечер бывает в этом месте и примерно в это время.
- Он, но не Джейк Уинрой! Никто не знал, что он...
Кендэлл прочистил горло.
- Если вы не хотите признать, что записка была написана каким-то фантазером,
который знал привычки мистера Бигелоу и которому помогло неудачное и, во всяком
случае, весьма редкостное совпадение...
- Слишком редкостное, на мой взгляд!
- В таком случае, как я уже сказал, записку можно объяснить только одним
способом. Этот хитрый и коварный киллер, - он одарил меня извиняющейся улыбкой,
- этот самый неуловимый, самый загадочный в стране преступник ходит по городу,
рассказывая всем о своих планах... Вам не кажется это странным, шериф?
- Я не говорил, что он это делал! Я... я...
- Понятно. Значит, вы предполагаете, что эту записку он написал - или
напечатал? Для вас собственноручно. Чтобы вам было удобней его арестовать.
Доктор Додсон разразился смехом. Окружной прокурор попытался сдержать
улыбку, но ему это не совсем удалось.
- Да, - сказал он, положив руки на стол. - Билл, мне кажется, самое лучшее, что
мы можем сделать...
- Подождите минуту! Он мог иметь сообщника! Который решил его выдать!
- Ах, бросьте вы! - Кендэлл покачал головой. - Он здесь новичок. Я виделся и
работал с ним чуть ли не больше всех, и, уверяю вас, он не делал мне никаких
признаний. Но может быть, вы как раз об этом и подумали, шериф? Вы считаете, что я
замешан в этом деле?
- Разве я это говорил? - Шериф бросил на него беспомощный взгляд. - Но... это
еще не все. Я получил телеграмму от родственников тех людей, с которыми он жил.
Они говорят, что он обкрадывал стариков, издевался над ними и...
- Мне кажется, что вы получили обо мне и другие телеграммы, - вставил я. -
От начальника полиции и окружного судьи. Что они сказали обо мне?
- Они... они... Почему сегодня вечером вы пытались убежать?
- Я ни от кого не пытался убежать, шериф.
- Почему вы не остановились, когда я вам кричал? Вы меня слышали?
- Я слышал чей-то крик в нескольких кварталах от меня. Мне и в голову не
пришло, что это относится ко мне.
- Ладно, а почему вы... почему...
Он замолчал, пытаясь придумать еще какой-нибудь вопрос. Колебался и облизывал
губы. Бросал взгляды на Кендэлла, Додсона и окружного прокурора, и мне казалось,
что мысленно он так же смотрит на свою жену, спрашивая себя, как он сможет
объясниться и оправдаться перед ней.
Окружной прокурор зевнул и протер глаза.
- Похоже, - сказал он, - нам угрожает нашествие целой армии городских копов.
Которые будут отдавать нам приказы и объяснять, как мы должны вести свои дела, как
это было в последний раз.
- Нет, я не... - Шериф сглотнул слюну. - Я не думаю, что вам грозит что-нибудь
подобное. Мои ребята никогда себе не позволят...
- Он действительно бравый парень, - сказал доктор Додсон. - Наверно, ему не
терпится увидеть свою фотографию в газетах. Если бы я не думал, что вы и так уже
достаточно наказаны, то позаботился бы о том, чтобы подать на вас жалобу
специальному уполномоченному округа.
- Вот как? - Шериф вскочил на ноги. - Хорошо, жалуйтесь. Посмотрим, как это
на меня подействует.
- Посмотрим, - мрачно кивнул Додсон. - А пока я собираюсь забрать этого
паренька в больницу и уложить его в постель.
- Неужели? Он никуда не поедет.
- Очень хорошо. Ему нужны отдых и медицинская помощь. Я говорю об этом, как
врач. А эти джентльмены - мои свидетели. И вот что я скажу вам, Саммерс... - Он
постучал по его шляпе. - Не удивляйтесь, если они будут свидетельствовать против
вас в суде по обвинению в убийстве, происшедшем в результате преступной
халатности.
- Чепуха! - У шерифа забегали глаза. - Если бы он был так болен, то не смог
бы сделать все то, что он сделал. И не надо мне говорить...
- Я бы вам сказал, но вы все равно не поймете... Мы уходим, Фил? Итак?..
Я поехал в больницу.
Доктор осмотрел меня с ног до головы, покачивая головой и недоуменно бормоча
себе под нос. Он дал мне выпить стакан какой-то желтоватой жидкости и сделал три
подкожные инъекции, по одной в каждое бедро и еще одну повыше сердца. Я заснул.
Но шериф Саммерс все еще не сдался. Он приставил к моей палате своего
заместителя. И на следующее утро, часов в одиннадцать, пришел сам и задал мне
несколько вопросов.
Вид у него был такой, словно он плохо спал. Я мог побиться об заклад, что миссис
Саммерс устроила ему изрядную головомойку.
Он все еще занимался своим делом, изображая из себя полицейского, когда
появился Кендэлл. Кендэлл заговорил с ним доброжелательным тоном. Он предложил
немного пройтись, и они ушли.
Я усмехнулся и закурил. Кендэлл начал зарабатывать свои деньги, если он их уже
не заработал. Это был его первый шанс побеседовать с шерифом с глазу на глаз.
Интересно, что у него там еще на очереди...
Отдых и все эти штуковины, которыми накачал меня доктор, здорово меня
взбодрили. Мне кажется, боец всегда сражается лучше перед тем, как решит уйти с
ринга. Я не думал, что смогу побить Босса, - его никто не может побить, - но, по
крайней мере, ему придется со мной повозиться. Возможно, пройдет год или два,
прежде чем он сумеет меня выследить, а если мне удастся протянуть так долго... что ж,
отлично! Может быть, тогда я смогу найти то место, или ту вещь, или что бы это ни
было - то, что я всегда искал.
У меня было почти пятьсот долларов - остальные деньги лежали в банке в
Аризоне, но про них лучше было забыть. С пятью сотнями долларов и хорошей
машиной... а в Филадельфии я знал местечко, где ее можно поменять на другую... в
общем, стоило попытаться. Все равно я уже ничего не терял.
Было почти два часа дня, когда вернулся Кендэлл. Я заранее знал, что он мне
скажет, но он перешел к этому так плавно и естественно, что я едва не усомнился.
Он ска
...Закладка в соц.сетях
