Жанр: Триллер
Бритва Дарвина
...ольно крутому и
каменистому спуску в долину. Дар поднял свою старенькую "М-40" и прикинул
расстояние до Япончикова, ориентируясь на деления сетки прицела. Если считать,
что рост русского снайпера - пять футов одиннадцать дюймов, значит, расстояние
до него сейчас - около тысячи двухсот ярдов. И это расстояние все время
сокращается.
Дар и Сидни вошли в высокую траву. Коричневые стебли мягко шлепали их по
ногам и оставляли на брюках пыльцу и колючие семена. Дар остановился, отойдя
примерно на пятьдесят ярдов от валуна, из-за которого он стрелял по дороге.
- Теперь пусть он сам к нам подходит, - тихо сказал он Сидни.
Сил смотрела на русского в бинокль.
- Какая у него жуткая винтовка, - сказала она. - Смотреть противно. Дарвин
кивнул.
- Ее разработала компания "Штайер" для австрийской армии, - сказал он. -
Ложе из синтетического полимерного материала... У него в прикладе специальные
прокладки, чтобы подгонять оружие под владельца.
- Я всегда о таких мечтала, - сказала Сидни. Дар мельком взглянул на неё и
поразился, как Сидни умудряется оставаться такой красивой даже в этих условиях.
- Я думаю, у него прицел "Kahles ZF 69", - сказал он.
- Это важно? - спросила Сидни.
- Только потому, что прицелы "ZF 69" калиброваны для стрельбы на
расстояние до восьмисот метров, - сказал Дар. - Следовательно, можно
рассчитывать, что Япончиков начнет стрелять примерно с этой дистанции.
- А сколько до него сейчас? - спросила Сид, глядя в бинокль.
- Около тысячи метров.
Дарвин снова взял "М-40" на ремень, прижал к плечу и стал подкручивать
вертикальную настройку прицела.
- Он идет довольно медленно, - заметила Сидни. - Черт возьми, этот парень
настолько уверен в себе, что совсем не торопится!
- Сегодня прекрасный день, - сказал Дарвин и только сейчас впервые ясно
рассмотрел через прицел лицо русского снайпера.
В это мгновение Япончиков прямо на ходу, не останавливаясь, поднял "SSG
69" к плечу и посмотрел через прицел на Дарвина.
- Повернись боком, - сказал Дар. Потом оглянулся и добавил: - Нет, не
левым... Мне приходится так стоять, потому что я целюсь правым глазом и стреляю
правой рукой, а ты лучше повернись к нему другим боком.
Сидни так и сделала, потом сказала:
- Это что, дуэль, как в диком Средневековье? В чем смысл этого дурацкого
действа? В том, что мне в ребра должна вонзиться пуля из кремневого пистоля?
Дар не нашелся, что на это ответить. Япончиков остановился и начал
настраивать винтовку на нужное расстояние. Дар посмотрел на него, смерил рост
русского в делениях сетки прицела и подсчитал, что сейчас расстояние до
Япончикова - примерно тысяча ярдов.
Сидни сказала:
- Дар, скажи мне, что твоя винтовка - великолепный образец достижений
американской науки и техники и намного круче той дряни, что у Япончикова.
- Моя винтовка по сравнению с его - просто кусок дерьма, реликт эпохи
войны во Вьетнаме, - признал Дар. - Но я к ней привык.
- Чудесно! - сказала Сидни таким тоном, что Дар понял - на сегодня её
запас шуток закончился. - Я готова тебя корректировать.
Дарвин снова приник к прицелу. С этого расстояния он видел лицо русского
снайпера. Дар понимал, что при расстоянии в тысячу ярдов это физически
невозможно, но все-таки ему казалось, что он различал даже холодные голубые
глаза Юрия Япончикова.
Дар увидел вспышку - Япончиков выстрелил.
Примерно в пяти ярдах впереди Дарвина зашуршала трава. Над землей поднялся
столбик пыли. Мгновением позже донеслись два резких щелчка - звуковая волна
пролетевшей пули и вторая часть сдвоенного хлопка - не приглушенный супрессором
звук винтовочного выстрела. Дар видел, как русский снайпер плавно передернул
затвор и как при этом провернулся магазин. Сколько же патронов в магазине
"Штайер SSG 69" - пять или десять? Это Дарвину вскоре предстояло узнать. Дарвин
видел, как Япончиков аккуратно спрятал в карман брюк, сразу под черным
бронежилетом, стреляную гильзу.
Только сейчас Дар вдруг вспомнил, что не надел свой собственный
бронежилет. "Ну и хрен с ним!" - подумал он и вздохнул.
Русский снова пошел вперед.
Дар выждал. С такого расстояния было бессмысленно стрелять по движущейся
мишени размером меньше, чем "Шевроле Субурбан". Когда Япончиков снова
остановился и поднял винтовку, Дар задержал дыхание и нажал на спусковой крючок.
- Я не видела, куда ты попал, - сказала Сидни у него из-за спины. -
Извини, я, наверное, просто не заметила...
- Ты видела столбик пыли где-нибудь впереди его? - спросил Дар,
передергивая затвор.
- Нет...
- Значит, я взял слишком высоко, - сказал Дарвин.
Из ствола винтовки Япончикова снова полыхнула вспышка. Дар услышал, как
мимо его правого уха просвистела пуля, и только потом донесся сдвоенный звук
самого выстрела. Дар не мог не признать, что Япончиков целится чертовски хорошо.
И русскому даже не придется стрелять только в голову - ведь у Дарвина не было
бронежилета.
Дар отогнал дурацкие мысли и сосредоточился на прицеле и расчетах.
Япончиков выстрелил снова. Пуля вонзилась в землю как раз посредине между
Сидни и Дарвином. В воздух взвился столбик пыли, во все стороны полетели мелкие
осколки камня. Дар не изменил стойку. Он только моргнул несколько раз, чтобы
прояснить взгляд, и прицелился немного ниже, чем в прошлый раз. Его весьма
впечатлило, каким профессиональным, гладким и плавным движением русский
передергивает затвор, как по привычке прячет пустые гильзы в карман, как потом
снова принимает снайперскую стойку, не отрываясь от прицела "ZF 69".
Дар выстрелил. Из-за отдачи он на мгновение потерял Япончикова из виду.
- Слишком близко!.. - закричала Сидни.
- Насколько близко?
Сидни уже отвечала:
- Примерно на метр ближе цели. Но направление точное.
Дар кивнул и немного подкрутил вертикальную настройку прицела. Он скорее
услышал, чем увидел налетевший порыв ветра - тихо зашелестела трава. Дар
подкрутил настройку ещё на два щелчка влево.
Япончиков выстрелил ещё раз. "У него в магазине остался только один
патрон, - подумал Дар. - Надеюсь, только один, а не шесть..."
Пуля взметнула пылевой гейзер всего в футе от ног Сидни. Сид не
шелохнулась. К счастью, здесь не было камней, от которых пули могли бы
срикошетить.
Дар почувствовал, что ветер немного усилился - волнистые линии миража в
прицеле сместились влево, потом ещё больше влево, но не до горизонтали. Это
означало, что скорость ветра достигла примерно шести с половиной миль в час. Дар
подкрутил настройку прицела ещё на полделения влево, задержал дыхание на выдохе
и выстрелил.
- Попал! - воскликнула Сидни. - Я думаю...
Дару не нужно было особо думать. Он и так знал, что не попал Япончикову в
голову - он по-прежнему видел лицо русского и его голубые глаза. Но потом
брызнула кровь.
Ему казалось, что мгновение растянулось на целых несколько минут, хотя на
самом деле прошла всего секунда или две. За это время Дар успел передернуть
затвор, не отрывая взгляда от прицела. А потом Япончиков упал.
В кинофильмах часто показывают, как людей отбрасывает назад на несколько
ярдов даже от пистолетной пули. Но Дарвин никогда не видел ничего подобного -
люди, в которых попадает пуля, просто падают, и все. Вот и Япончиков тоже упал,
все ещё сжимая в руках свою снайперскую винтовку.
- Я думаю, ты попал ему в шею, - чуть хрипловатым голосом сказала Сидни.
- Я видел, - сказал Дар. - Пуля попала справа в основание шеи. Как раз над
вырезом бронежилета.
Они медленно пошли к упавшему русскому. Сидни на ходу вытащила свой
девятимиллиметровый полуавтоматический пистолет. Внезапно Дар остановился.
- Что? - встревоженно спросила Сидни.
- Так, ничего...
Дарвин повесил "М-40" через плечо и, сгорая от любопытства, вытянул вперед
правую руку. Потом - левую. Пальцы совсем не дрожали.
- Ничего... - повторил Дарвин, чувствуя, как внутри поднимается волна
пустоты, грозя унести его неизвестно куда. - Ничего...
Они пошли дальше. Распростертое на земле тело русского снайпера не
двигалось.
Сид и Дар были уже в тридцати ярдах от Япончикова и видели струю
артериальной крови из раны на шее. Голова русского была неестественно откинута
назад. Как раз в эту минуту сверху послышался шум.
Они остановились и посмотрели на небо.
На двух вертолетах обозначения указывали на принадлежность к морской
пехоте, на борту третьего были буквы "ФБР". Фэбээровский вертолет опустился на
землю между ними и телом Юрия Япончикова.
Дарвин расстегнул застежки кевларового бронежилета Сидни, стянул с неё
броню и поднял Сидни на руки. Высокая трава вокруг них раскачивалась волнами от
ветра, поднятого винтами вертолета.
- Я люблю тебя, Дар, - сказала Сидни. Ее слова потонули в реве моторов
вертолета, но Дарвин и без того все прекрасно понял.
- Да, - сказал он и нежно поцеловал её в губы.
Глава 26. Я - ЯВЛЕНИЕ ПРИРОДЫДесять дней спустя, ранним воскресным утром в
квартире Дарвина зазвонил телефон. Часы показывали пять.
- Черт, - прошипел сонный Дар.
- Вот именно, - добавила Сидни, приподнимаясь на локте.
- Прости, - сказал Дар и потянулся к трубке, постанывая от боли. Лежать на
животе и разговаривать по телефону оказалось крайне неудобно. Он и раньше не
любил спать на брюхе, но выбирать не приходилось, поскольку раны на заднице
заживали медленно. Сидни клялась и божилась, что он вовсе ей не мешает спать,
когда во сне переворачивается на спину и тут же с воплями и проклятиями
возвращается в прежнее положение.
Пуля в боку оказалась сущей безделицей. Врач "Скорой помощи" сделал
местную анестезию и вытащил эту пулю через минуту. "Под самой кожей, - сказал
доктор, - можно было и пальцами выдавить".
А вот с ухом пришлось повозиться. В будущем, вероятно, придется делать
пластическую операцию.
Лежа на животе, Дарвин сказал в трубку:
- Доктор Минор слушает.
- Это Лоуренс Стюарт, - раздался жизнерадостный голос Ларри. - Дар, ты
должен это видеть.
- Нет, ничего я не должен, - ответил Дарвин. Заговорила Труди. Видимо, они
звонили по сотовому.
- Правда, приезжай. Дар. Придется повозиться с реконструкцией событий.
Захвати все свои камеры, особенно цифровую.
Дарвин вздохнул. Сид натянула одеяло на голову и вздохнула ещё печальней.
- Где вы? - спросил Дар.
Если далеко, то пусть и не надеются, что он поедет.
- В Сан-Диего, в зоопарке, - ответил голос Лоуренса, видимо, он отобрал
трубку у супруги.
- В зоопарке?
Сидни удивленно подняла голову и беззвучно повторила: "В зоопарке?"
- В зоопарке, - подтвердил Лоуренс. - Слушай, ты никогда себе не простишь,
если не увидишь это собственными глазами!
Дарвин снова вздохнул.
- Давай приезжай побыстрей, - продолжал Ларри. - Пожелай Сидни доброго
утра от меня и захвати её тоже.
И отключился.
Дарвин посмотрел на Сид. Она потянулась - Дар привычно залюбовался её
плечами - и сказала:
- Почему бы и нет? Мы ведь все равно уже проснулись.
- Но ведь сегодня воскресенье, - напомнил Дарвин. - А мы по традиции
проводим воскресное утро... по-особому. Сидни рассмеялась.
- По традиции! Всего один раз и провели, и уже традиция.
Он погладил её по щеке.
- Я решил, что это будет нашей традицией. Давай примем душ вместе?
- Я слышала, что Лоуренс попросил приехать поскорее, - заметила Сид.
- Ладно, - согласился Дар. - Тогда я моюсь первым.
Они подъехали к "Бургер-авто" и взяли кофе с гамбургерами, чтобы
перекусить по дороге. Кофе был горячим, и салфетки, обернутые вокруг
стаканчиков, не спасали. Дарвин, отхлебывая напиток, постоянно перекладывал
стакан из руки в руку. Сидни ждала, пока кофе остынет. Она боялась пролить хоть
каплю на кожаные сиденья "Акуры", потому что знала, как взбеленится Дар по этому
поводу.
- Ты уже решился?
- Решился на что?
- Сам знаешь. Ты сказал, что ответишь в воскресенье. Сегодня воскресенье.
Она отпила кофе, стараясь не расплескать его, когда машина сделала крутой
поворот.
Дарвин вздохнул.
- Я не знаю...
- Ну, соглашайся, - попросила Сидни. - Ты же видел показания Далласа
Трейса, Констанцы и выжившего русского...
- Которого ты спасла, наложив жгут из пояса, - мечтательно промолвил
Дарвин.
- Именно. Ты же читал их признания. Эта организация, "Альянс", оказалась
больше, чем мы думали. Мы собираемся приняться за этих паразитов в Нью-Йорке... а
потом и в Майами.
- Я вам не нужен, - сказал Дарвин.
У входа в зоопарк стояли полицейские машины. В окошко "Акуры" заглянул
патрульный, отдал честь и махнул рукой, чтобы они проезжали.
- Да, ты нам не нужен, - согласилась Сидни. - Но это широкомасштабная
совместная операция НБСП и ФБР, так что тебе будет чем заняться. Попробуй
поработать у нас хотя бы с годик.
- Я ненавижу огнестрельное оружие, - сказал Дар, сворачивая на стоянку.
Он увидел там лоуренсовский "Исудзу Труппер", машину судебной медицинской
экспертизы и пять полицейских автомобилей.
- А тебе и не придется его носить, - возразила Сид. - Будешь просто сидеть
дома - неважно где, - анализировать и составлять компьютерные реконструкции,
пока я буду работать в поле. А вечером я буду возвращаться домой, снимать с
предплечья кобуру и вешать её на стул. А перед ужином мы будем любить друг
друга...
- Ты носишь кобуру не на предплечье, а на поясе, - заметил Дарвин.
- Черт возьми, Дар! Какой ты вредный!
Припарковавшись, они вышли из машины. Июльское утро было теплым и
солнечным. Они пошли туда, где виднелась желтая лента, огораживающая место
происшествия.
- Сид, - нежно сказал Дарвин, - почему ты не сказала, что я чуть не
перепортил твоим ребятам все расследование?
Сидни допила кофе, бросила стаканчик в урну и посмотрела на Дарвина в
упор.
- Ты имеешь в виду фотографии? И прослеживание телефонного номера русских?
Пустяки, Дар. Фотография Констанцы, которую Лоуренс показывал рабочим на
стройке, была сделана парнями из ФБР, когда они наблюдали за домом Далласа
Трейса.
- Но почему ты мне об этом не сказала и...
Сидни взяла его за руку.
- Это не имеет значения, Дар, - мягко сказала она. - Эти доказательства
будут приняты в суде только в том случае, если это реальные факты, а о том, что
снимки сделаны нелегально, никто и не узнает. У ФБР в распоряжении имеется такое
же оборудование, как и у тебя...
- Но я чуть не сорвал все к чертовой матери...
Сидни остановилась. Дарвин с удивлением увидел, что она улыбается.
- Давайте посмотрим с другой стороны, доктор Минор. Вам больше не придется
давать показания в суде... просто вышлете Лоуренсу кое-какие видеореконструкции. А
значит, к августу вы будете свободной пташкой и сможете присоединиться ко мне и
моей команде.
- Провести август в Нью-Йорке... - задумчиво начал Дарвин и понял, что всетаки
решил принять её предложение.
Сид пожала ему руку. Они поднырнули под желтую ленту и направились к
большому вольеру, где уже толпились полицейские.
Заплаканная заместитель директора зоопарка, с красным распухшим носом,
пыталась объяснить, что произошло.
- Карл ухаживал за Эммой пятнадцать лет... даже больше пятнадцати лет, -
булькала она, задыхаясь от соплей и рыданий. - Карл очень любил Эмму. Последние
две недели он так волновался за нее. Понимаете, запор у слонов может привести к
гибели...
- Эмма - это слон, - догадался капитан Фернандес.
- Ну конечно же, слон! - воскликнула заместитель директора сквозь слезы.
У неё на руках были желтые резиновые перчатки по локоть. В соседнем
вольере печально затрубил слон, словно матушка Дамбо, зовущая своего сынка.
- А теперь... теперь... наверное, придется её убить, - выдавила женщина, и
плечи её горестно поникли.
Фернандес ободряюще похлопал несчастную заместительницу по спине.
Лоуренс, Труди, Дар, Сидни и с полдесятка полицейских подошли к огромной -
три фута в высоту и семь в длину - куче слоновьих экскрементов. Из-под дерьма
торчали две пары ног в штанах зеленого цвета - обычной униформы служителей
зоопарка.
- Мне это чем-то напоминает эпизод из первого "Парка Юрского периода", -
тихо произнес один из копов, явно забавляясь ситуацией.
- А мне "Клоуна Чакли", серию "Шоу Мэри Тайлер Мур", - откликнулся второй
полицейский, подтягивая пояс. -
Как же там сказал мэр города? Что-то вроде... "К счастью, никто больше не
пострадал. Вы же знаете, как трудно остановиться, когда щелкаешь орешки..."
- Это потому, что Чакли был на параде в костюме ореха, когда слон решил
его сожрать, - заметил первый коп. - А у этого парня костюма орешка не было.
- Да, но... - протянул второй коп, пытаясь как-то спасти свою шутку.
- Заткнитесь, - сказал им Дарвин и спросил у врача, который пока изучал
ноги покойника: - Когда это произошло?
- Мы полагаем, что около полуночи, - ответил медик.
- А как это случилось? - спросила Сидни. Врач, покряхтывая, поднялся на
ноги.
- Мисс Хайвуд сказала, что Карл... который ухаживал за Эммой... очень
беспокоился, что у слонихи несколько дней был запор. По-видимому, вчера, через
три часа после закрытия зоопарка, он дал ей с кормом сильное слабительное. Ну и
маленько перестарался.
- Вот уж точно, - кивнул третий коп.
- Господи, - промолвил молоденький полицейский. - Я слышал, что можно
захлебнуться рвотными массами, но чтобы...
- Заткнитесь, - снова перебил их Дарвин. Все копы непонимающе покосились
на него. Им было весело.
Труди делала снимки. Лоуренс измерял кучу.
- Семь футов и восемь дюймов в длину, - сказал он деловитым тоном, словно
перед ним был тормозной след. - Пять с половиной футов в ширину. И чуть больше
трех футов в высоту, по центру.
Дарвин опустился на одно колено у ног, торчащих из-под кучи. Сидни
заинтересованно наблюдала за ним.
Он коснулся полированного ботинка мертвого служителя зоопарка.
- Должно быть, его отбросило достаточно сильно, и от удара головой о бетон
он потерял сознание, - глухо промолвил Дар. - Потом задохнулся. Так и не приходя
в сознание.
- И хорошо, что не приходя, - усмехнулся молодой полицейский. - Вы только
представьте: приходите вы в себя...
Дарвин бросился к нему так неожиданно, что коп отшатнулся и схватился за
пистолет.
- Я же сказал, чтобы вы заткнулись! Это значит - закройте пасть! -
прорычал Дар, тыча пальцем копу прямо в глаз.
Полицейский попытался было презрительно улыбнуться, но все испортили
дрожащие губы.
- Хватит снимать. Труди, - попросил Дарвин. - Пока хватит. Пожалуйста.
Он подошел к хлюпающей заместительнице, позаимствовал у неё резиновые
перчатки и принялся осторожно разгребать кучу дерьма.
Дарвин плакал молча. Слезы катились по его щекам, плечи вздрагивали от
беззвучных рыданий.
Полицейские переглянулись и в замешательстве отступили на несколько шагов.
Лоуренс посмотрел на Труди, но промолчал.
- Ларри, дай мне, пожалуйста, шланг, - попросил Дарвин.
У него до сих пор подрагивали плечи и тряслись руки, затянутые в длинные
желтые перчатки.
- Лоуренс, - поправил Лоуренс, подтаскивая поливальный шланг.
Дар бережно вымыл лицо погибшего смотрителя зоопарка. Сидни подошла
поближе. Смотритель оказался красивым пожилым мужчиной лет шестидесяти. Его
седеющие волнистые волосы были коротко подстрижены. Он казался спящим. Его лицо
было таким безмятежным и спокойным, что вовсе не походило на лицо трупа. Дар
снова полил его водой, осторожно смывая остатки грязи.
- Мисс Хайвуд, - позвал он. - Как его звали? В соседнем вольере печально
трубила Эмма. Этот звук странным образом напоминал женский плач.
- Карл, - ответила мисс Хайвуд.
- Полное имя, - покачал головой Дарвин.
- Карл Ричардсон, - сказала заместитель директора. -
Семьи у него не было... В прошлом году его дочь погибла на Гавайях от
несчастного случая. У него осталась только Эмма... Он всегда старался...
Голос мисс Хайвуд прервался. Минуту спустя она нашла в себе силы
продолжать:
- Ему оставался месяц до пенсии. Он так переживал, как Эмма будет без
него...
Дарвин кивнул и повернулся к Лоуренсу и Труди:
- Теперь можно снимать, только не забудьте имя этого человека. Карл
Ричардсон.
Лоуренс кивнул и принялся щелкать фотоаппаратом. Дар встал, стянул
перчатки и бросил их на бетон.
- Имена важны, - негромко, словно разговаривая сам с собой, пробормотал
он. - Имя есть...
- Имя есть некое орудие обучения, - подхватила Сидни, - и распределения
сущностей.
- Сократ, - тихо закончил Дарвин, словно благословляя покойного.
Он повернулся и направился к ближайшему туалету, чтобы вымыть руки.
Сид ждала его снаружи. Когда Дар наконец вышел, с закатанными рукавами,
его руки, лицо и шея пахли дешевым жидким мылом.
- Извини, - сказал он, подходя к ней.
- Не за что, - ответила Сидни. - Чудное воскресное утро, зоопарк ещё не
открыт. Может, погуляем немного перед тем, как возвращаться домой? Единственное,
что я не люблю в зоопарке, это толпу народа.
Дар согласился. Они взялись за руки и не спеша пошли по широкой
асфальтовой дорожке.
Жаркое летнее солнце раскрасило тропическую растительность в невероятно
яркий зеленый цвет. Где-то порыкивал крупный хищник - то ли тигр, то ли лев.
- Hesma phobou, - сказала Сидни, помолчав. Они остановились в тени
раскидистого дерева с крохотными листочками. На деревьях, росших на небольшом
острове, резвились маленькие обезьянки. Они скакали с ветки на ветку,
демонстрируя чудеса акробатики.
- Что? - переспросил Дар, вскидывая голову.
- Hesma phobou, - повторила Сид. - Я начала читать твоих спартанцев.
Плакать после битвы... падать на колени... дрожать и трястись. Hesma phobou -
"отрешение от страха".
- Да, - согласился Дарвин.
- Это не слабость, - продолжала Сид. - Это необходимость. После битвы... это
избавление от самого худшего вида одержимости. Одержимости демоном безразличия.
Дар кивнул.
- Ты держался так долго, милый, - сказала она и стиснула его ладонь.
- И они никогда не забывали имен павших, - промолвил Дарвин.
С минуту он колебался, а потом сказал:
- Мою жену звали Барбара, а сына Дэвид. В ответ Сид поцеловала его.
- Прекрасный день, - заметил Дар. - Давай погуляем по зоопарку, а потом
вернемся и заберем с собой Лоуренса и Труди. Позавтракаем вместе.
- Лоуренса, - озадаченно повторила Сид. Дарвин приподнял брови.
- Ты назвал его Лоуренсом, - объяснила она. - Не Ларри, а Лоуренсом.
- Имена имеют значение, - сказал он.
- Значит, гуляем? - улыбнулась Сидни.
Не успели они отойти и на десяток шагов, как раздавшиеся за спиной вопли
заставили их обернуться.
Одна из обезьянок не рассчитала прыжка и ухватилась за слишком тонкую
ветку, которая подломилась под её весом. Маленький примат рухнул вниз с
сорокафутовой высоты. Падая, обезьянка пыталась ухватиться за ветки и листья.
Ветки сломались, но зато смягчили её падение и дрожащий зверек шлепнулся задом
на бетон. Обезьянка, конечно, перепугалась до полусмерти. Она присела на
корточки, свернувшись при этом в клубок - почти приняв позу эмбриона. Чтобы
успокоиться, она принялась сосать большой палец руки. Солнце било обезьяне в
спину, отчего её уши просвечивали красным, а шерсть, казалось, стала дыбом по
всему тельцу.
Сверху продолжали падать оборванные ветки и кружиться листья. Остальные
мартышки подняли вой, шум и гам, загремевший презрительным хохотом. Другие
животные подхватили этот крик и принялись выть, реветь и рычать в унисон, пока
по зоопарку не покатилось громкое многократное эхо. И только грустный трубный
голос слонихи Эммы звучал одиноким контрапунктом в общем истеричном хоре.
Дарвин и Сид переглянулись. Она взяла его за руку, улыбнулась, пожала
плечами и качнула головой.
Не на все вопросы найдены ответы, но решены некоторые загадки. Двое -
мужчина и женщина - пошли дальше по дорожке, из тени на солнечный свет.
Благодарность
Переводчик выражает благодарность Василию Матвееву и Анатолию Смирнову за
консультации по вопросам огнестрельного оружия и военной техники.
1 Большое спасибо. Закончена ли ваша работа? (яп.).
2 Minor - младший (англ.).
3 Примерно 315° по Цельсию.
4 "СН-53", "Sea Stallion" - многоцелевой транспортный вертолет.
5 Около 28° по Цельсию.
6 Примерно 49° по Цельсию.
7 Всегда верен! (лат.) - девиз морской пехоты США.
8 О, неразумный и грубый век! (лат.).
9 Шляпа с завернутыми полями, которую носит медвежонок Дымняшка - символ
Службы лесного хозяйства США.
10 Уильям Эдуард Дюбуа (1868 - 1963) был негритянским общественным
деятелем, писателем и педагогом.
11 Линдон Бейнс Джонсон, 36-й президент США.
12 Симпсон Ориент-Джеймс, чернокожий американский футболист, убивший свою
жену и её белого любовника. Из судебного процесса он сделал настоящее шоу,
транслировавшееся на всю страну. И хотя никто не сомневался в его виновности,
Симпсона отпустили за недостатком улик.
13 Чарлз Имс - знаменитый дизайнер мебели. Джеймс Браун - певец, автор
песен и музыкант.
14 Густав Стикли - знаменитый дизайнер мебели, живший в конце XIX - начале
XX века.
15 Рассел Чэтем (род. 1939 г.) - знаменитый художник и писатель.
16 Подразумевается, что подозреваемый имеет право не говорить ничего, что
может способствовать его обвинению.
17 "Уотергейт" - название здания в Вашингтоне, где находится штаб-квартира
Демократической партии, ассоциируется со скандалом, послужившим причиной
отставки президента Р. Никсона в 1974 году.
18 Документ, который выдается законным эмигрантам.
19 Танк "М4" "Генерал Шерман" был самым массовым американским танком во
время Второй мировой войны.
20 Дети, дети... (исп.).
21 Соединенные Штаты (исп.).
22 В 1836 году пять тысяч мексиканцев осадили в крепости Аламо отряд
техасских повстанцев во главе с полковников Дейвом Крокеттом. За 12 дней осады
все защитники Аламо были убиты. Крепость Аламо стала для американцев символом
последнего рубежа, который нужно во что бы то ни стало отстоять.
23 Чарли - так американские солдаты называли вьетнамцев вообще, а в
особенности - вьетконговских солдат.
24 Beau Geste Effect - тактика, при которой подразделение создает у врага
впечатление, что солдат намного больше, чем есть на самом деле.
25 Destiny - судьба, участь (англ.).
26 Scholastic Aptitude Test (SAT) - тест на проверку способностей и
наклонностей ученика: экзамен из двух частей, предлагаемый всем поступающим в
унив
Закладка в соц.сетях
