Жанр: Триллер
Звезды сияют с небес
... в течение трех дней, прежде чем почувствовал себя в
безопасности. Тогда он остановился в небольшой деревеньке, а часом позже
уже пристроился на запятках направлявшейся в Палермо кареты.
До дома дяди Иво добрался глубокой ночью. Нунцио Мартини жил на
окраине города в просторном, довольно богатом особняке с изящным балконом,
террасами и садом. Иво изо всех сил забарабанил в дверь. После долгой
паузы изнутри послышался низкий, глубокий голос:
- Кто там? Черт тебя побери!
- Дядя Нунцио, это я, Иво.
Нунцио Мартини распахнул дверь. Он был крупным мужчиной средних лет с
благородным римским профилем и длинными седыми волосами. Стоя в одной
рубашке и изумленно уставившись на мальчика, Мартини воскликнул:
- Иво! Ты что здесь делаешь среди ночи? Где твои отец с матерью?
- Они погибли, - всхлипнул Иво.
- Погибли? Ну входи же, входи. Мальчик, спотыкаясь, вошел в дом.
- Ах, какая ужасная весть! Несчастный случай? Иво покачал головой:
- Их убил дон Вито.
- Убил? За что?
- Папа отказался взять в аренду его землю.
- А-а.
- Зачем дону Вито надо было их убивать? Они ведь ничего ему не
сделали.
- Они тут ни при чем.
- Ни при чем? - Иво захлопал глазами. - Я не понимаю.
- Все знают дона Вито. У него высокая репутация. Он homo rispettado -
уважаемый человек. И очень могущественный. Если бы он позволил твоему отцу
не подчиниться, то и другие сделали бы то же самое, и он бы потерял свою
власть. Так что ничего не поделаешь.
- Ничего? - Мальчик выглядел явно ошеломленным.
- По крайней мере - пока, Иво. Пока. А сейчас ты, кажется, не
отказался бы хорошенько поспать.
Утром, за завтраком, они продолжили разговор.
- Как ты посмотришь на то, чтобы жить в этом прекрасном доме и
работать у меня? - спросил Нунцио Мартини. Он был вдовцом.
- Буду рад, - ответил Иво.
- Мне пригодится такой смышленый мальчик, как ты. И ты кажешься
довольно крепким.
- Я сильный.
- Отлично.
- Дядя, а чем ты занимаешься? - поинтересовался Иво. Нунцио Мартини
улыбнулся:
- Я защищаю людей.
Мафия, возникшая по всей Сицилии и в других беднейших частях Италии,
изначально имела своей целью защиту людей от безжалостного авторитарного
правительства. Она боролась с несправедливостью и мстила за незаконные
действия властей, в конце концов сделавшись столь могущественной, что сами
власти предержащие стали ее бояться, а торговцы и крестьяне платили ей
дань.
Нунцио Мартини был саро, главой палермской мафии. Он следил за тем,
чтобы правильно собирали дань, а те, кто отказывался платить, несли
соответствующее наказание, которое варьировалось от переломанной руки до
медленной, мучительной смерти.
Иво стал работать на своего дядю.
В течение следующих пятнадцати лет Палермо был школой для Иво, а дядя
Нунцио - его учителем. Свою службу Иво начал мальчиком на побегушках,
затем продвинулся в сборщики дани и наконец стал ближайшим помощником дяди.
В двадцать пять лет Иво женился на Кармеле, пухленькой сицилийской
девушке, а через год у них родился сын Жан Карло и они переехали в
собственный дом. Когда умер дядя, Иво занял его место и руководил мафией
даже более успешно, чем старый Нунцио Мартини. Но у него оставался один
должок, который он до сих пор не оплатил.
И вот однажды Иво сказал Кармеле:
- Собирайся. Мы уезжаем в Америку. Она в изумлении уставилась на него:
- Чего ради мы должны отправляться туда?
Но Иво не привык, чтобы его приказы обсуждались.
- Делай, что говорю, - отрезал он. - Я сейчас должен отъехать.
Вернусь через два-три дня.
- Иво...
- Собирайся.
Перед полицейским участком Джибеллины остановились черные macchine.
Начальник местной полиции, ставший теперь фунтов на тридцать тяжелее,
сидел за своим рабочим столом, когда дверь распахнулась и в помещение
вошло с полдюжины незнакомых мужчин.
Они были хорошо одеты и выглядели преуспевающими синьорами.
- Доброе утро, господа. Чем могу помочь?
- Мы пришли, чтобы помочь тебе, - заявил Иво. - Помнишь меня? Я сын
Джузеппе Мартини. Глаза полицейского округлились.
- Вы! - воскликнул он. - Что вы здесь делаете? Это опасно.
- Я приехал, чтобы подлечить тебе зубы.
- Зубы?
- Именно. - Двое помощников Иво схватили начальника полиции за руки.
- Тебе нужен хороший дантист. Я тебе помогу. - С этими словами Иво вставил
в рот перепуганного полицейского дуло пистолета и нажал на курок. Затем
повернулся к своим товарищам и спокойно сказал:
- Пошли.
Через пятнадцать минут три черных автомобиля уже подъезжали к дому
дона Вито, у ворот которого стояли два охранника и с любопытством
наблюдали за приближающейся процессией. Когда машины остановились, из
одной из них вышел Иво.
- Доброе утро, - сказал он. - Дон Вито ждет нас.
- Он ничего не говорил о... - нахмурившись, начал было охранник, но в
следующее мгновение и он, и его товарищ рухнули, застреленные людьми Иво,
чьи винтовки были заряжены крупнокалиберной дробью, буквально разорвавшей
охранников на куски. Находившийся в доме дон Вито услышал выстрелы. Он
посмотрел в окно и сразу понял, в чем дело. Бросившись к столу, он вынул
из ящика пистолет и закричал:
- Франко! Антонио! Быстро!
С улицы донеслись новые выстрелы.
- Дон Вито... - услышал он голос позади себя и резко обернулся.
В дверях с пистолетом в руке стоял Иво.
- Брось пушку.
- Я... - попытался заговорить дон Вито.
- Брось.
Пистолет дона Вито упал на пол.
- Берите все, что вам нужно, и уходите.
- Мне ничего не нужно, - проговорил Иво. - Я пришел сюда, потому что
я твой должник.
- Каков бы ни был ваш долг, я готов забыть о нем, - засуетился дон
Вито.
- А я нет. Ты знаешь, кто я?
- Что-то не припомню.
- Иво Мартини.
Старик нахмурился, тщетно стараясь вспомнить, затем пожал плечами.
- Мне это имя ничего не говорит.
- Пятнадцать с лишним лет назад твои люди убили моих отца и мать.
- Ах, какой ужас! - воскликнул дон Вито. - Я их обязательно накажу,
я...
Иво с размаху ударил его рукояткой пистолета по лицу. Из носа дона
Вито хлынула кровь.
- Зачем драться, - забормотал он. - Я...
- Снимай штаны, - вытаскивая нож, приказал Иво.
- Для чего? Не могу же я... Иво поднял пистолет.
- Снимай штаны.
- Нет! - взмолился старик. - Подумай, что ты делаешь. У меня есть
сыновья и братья. Если ты хоть пальцем меня тронешь, они найдут тебя и
пристрелят как собаку.
- Если смогут найти, - сказал Иво. - Штаны!
- Н-нет.
Иво выстрелил в коленку дона Вито. Тот завизжал от боли.
- Что ж, я помогу тебе. - Иво нагнулся и стянул со старика штаны и
трусы. - Смотреть-то не на что. Как бы не промахнуться.
Он схватил член дона Вито и одним движением ножа отрезал его. Дон
Вито потерял сознание.
Отрезанный пенис Иво засунул в рот своей жертвы.
- Жаль, что поблизости нет колодца, в котором можно было бы тебя
утопить, - сказал он и выстрелил старику в голову, затем повернулся и
вышел из дома. Его друзья уже сидели в машинах.
- Поехали, - приказал Иво.
- У него полно родственников, - проговорил один из них. - Они
отомстят тебе.
- Пусть.
Два дня спустя Иво, его жена и их сын Жан Карло уже были на борту
парохода, шедшего курсом на Нью-Йорк.
В конце века Нью-Йорк был городом неограниченных возможностей, в
котором обосновалось большое количество выходцев из Италии. Многие из
друзей Иво эмигрировали сюда еще до него, и теперь они решили заняться
тем, что было для них наиболее привычно. Мафия начала опутывать город
своими щупальцами. Иво англизировал свою фамилию в "Мартин", его дела шли
как нельзя лучше.
Вот только Жан Карло сильно разочаровывал своего отца: он совершенно
не интересовался его работой. Когда ему исполнилось двадцать семь лет, он
связался с какой-то итальянкой, которая забеременела от него, и в
результате Жану Карло пришлось на ней жениться. А через три месяца после
их тихой и поспешной свадьбы она родила ему сына Пола. Для престижа своего
внука Иво строил далеко идущие планы. Особо престижной в Америке считалась
профессия юриста, и Иво решил, что его внучок должен стать адвокатом. Пол
был честолюбивым и весьма одаренным молодым человеком, и в двадцать два
года он был принят на юридический факультет Гарвардского университета,
после чего Иво устроил его в престижную юридическую фирму, а вскоре Пол
стал одним из ее компаньонов. По прошествии же пяти лет он открыл свою
собственную адвокатскую контору. К этому времени Иво сделал большие
вложения во вполне законный бизнес, однако своих связей с мафией не терял,
и впоследствии эти связи весьма пригодились его внуку. В 1967 году, в том
самом году, когда умер Иво, Пол женился на итальянской девушке по имени
Нина, а год спустя она родила ему двойняшек.
В семидесятые годы Пол активно работал. Его основными клиентами были
профсоюзы, что давало ему значительную власть. К его мнению прислушивались
крупные бизнесмены и руководители предприятий.
Как-то раз Пол завтракал с одним из своих клиентов по имени Билл
Рохан, весьма солидным банкиром, который понятия не имел о прошлом
семейства Пола Мартина.
- А почему бы вам не вступить в наш гольф-клуб? - спросил Билл Рохан.
- Вы ведь играете в гольф, не так ли?
- От случая к случаю, - признался Пол. - Когда есть время.
- Вот и отлично. Я член правления клуба и, если хотите, могу вас
рекомендовать.
- Это было бы здорово, - с радостью согласился Мартин.
Через неделю правление гольф-клуба обсуждало кандидатуры новых
членов. Среди прочих было названо и имя Пола Мартина.
- Я могу рекомендовать его, - заявил Билл Рохан. - Он достойный
человек.
- Кажется, он итальянец, - подал голос другой член правления, Джон
Хаммонд. - Слушай, Билл, на кой черт нам эти даго "Презрительная кличка
проживающих в Америке итальянцев, испанцев, португальцев."?
- А ты возражаешь?
- Ей-богу, ты попал в самую точку - я возражаю.
- О'кей, кандидатура Пола Мартина отклоняется. Следующий...
Заседание продолжалось.
Спустя две недели Пол Мартин снова завтракал с банкиром Роханом.
- А я занимаюсь гольфом, - пошутил Пол. Билл Рохан казался несколько
смущенным.
- Видите ли, Пол.., вышла небольшая неувязочка.
- Неувязочка?
- Получилось так, что я предложил вашу кандидатуру, а один из членов
правления завернул ее.
- Ну! А почему?
- Только не принимайте это лично на свой счет. Он просто фанатик -
терпеть не может итальянцев. Пол улыбнулся:
- Да мне наплевать на это, Билл. Многие не любят итальянцев. Вот и
мистер...
- Хаммонд. Джон Хаммонд.
- Который занимается перевозками мяса?
- Совершенно верно. Я уверен, он изменит свою точку зрения. Я
обязательно еще раз поговорю с ним.
- Не стоит, - покачал головой Пол. - Честно говоря, я не такой уж
заядлый игрок в гольф.
Через шесть месяцев, в середине июля, четыре рефрижератора компании
по разделке и доставке мяса, принадлежащей Хаммонду, доверху груженные
свиным филе, стейками и окороками и направлявшиеся из Миннесоты в
супермаркеты Буффало и Нью-Джерси, съехали на обочину дороги. Водители
вылезли из кабин, раскрыли задние двери своих фургонов-морозильников и
ушли.
Когда об этом узнал Джон Хаммонд, он пришел в бешенство.
- Что, черт побери, происходит? - набросился он на своего менеджера.
- Испорчено мяса на полтора миллиона долларов. Как такое могло случиться?
- Профсоюз объявил забастовку, - ответил управляющий.
- Не предупредив нас? Чего же они требуют? Повышения зарплаты?
- Я не знаю, - пожал плечами менеджер. - Они мне ничего не сказали.
- Попросите прийти ко мне представителя профсоюза. Я все улажу, -
заявил Хаммонд.
В полдень в его кабинет вошел представитель профсоюза.
- Почему я не был поставлен в известность о начале забастовки? -
потребовал ответа Хаммонд.
- Я и сам ничего не знал, мистер Хаммонд, - извиняющимся тоном
проговорил вошедший. - Все словно сошли с ума. Это случилось совершенно
неожиданно.
- Вы же знаете, что со мной всегда можно договориться. Что они хотят?
Прибавки к зарплате?
- Нет, сэр. Причина заключается в мыле. Хаммонд, ничего не понимая,
вытаращился на него.
- В мыле, вы сказали?
- Именно. Им не нравится мыло в душевых. Оно слишком едкое.
Хаммонд отказывался верить собственным ушам.
- Слишком едкое мыло? И поэтому я потерял полтора миллиона долларов?
- Я тут не виноват, - оправдывался представитель профсоюза. - Это все
рабочие...
- Господи! - негодуя, воскликнул Хаммонд. - Просто непостижимо! Какое
же им надо мыло - люкс? Он грохнул кулаком по столу.
- В следующий раз, когда у моих рабочих возникнут какие-нибудь
проблемы, прежде всего доложите мне. Вы слышите меня?
- Да, мистер Хаммонд.
- И скажите им, чтобы возвращались на работу. Сегодня к шести часам в
их душевых будет самое лучшее мыло, какое только можно купить за деньги.
Все ясно?
- Да, мистер Хаммонд, - кивнул председатель профсоюза и вышел.
А Джон Хаммонд еще долго сидел, кипя от злости. "Нет ничего
удивительного, что страна катится к черту, - думал он. - Мыло им не
нравится!"
Две недели спустя, в жаркий августовский полдень, пять грузовиков
компании Хаммонда, перевозивших мясо в Сиракузы и Бостон, остановились на
обочине дороги. Водители открыли двери рефрижераторов и ушли.
Джон Хаммонд узнал о случившемся в шесть часов вечера.
- Что вы, черт побери, еще придумаете? - заорал он на своего
менеджера. - Мыло заменили?
- Все было сделано в тот же день, - подтвердил менеджер.
- Тогда какого дьявола им надо на этот раз?
- Ума не приложу. Не было никаких жалоб. Никто не говорил мне ни
слова.
- Немедленно доставьте сюда этого странного профсоюзного деятеля!
В семь часов вечера Хаммонд разговаривал с представителем профсоюза.
- Из-за действий ваших людей у меня протухло мяса на два миллиона
долларов! - вопил он. - Они что, с ума спятили?
- Мистер Хаммонд, вы хотите, чтобы я передал ваш вопрос председателю
нашего союза?
- Нет-нет, не надо, - опомнился Хаммонд. - Но послушайте, у меня ведь
никогда не было проблем с вашими парнями. Если рабочие хотят, чтобы им
повысили зарплату, так пусть придут ко мне, и мы, как разумные люди, все
тихо, спокойно обсудим. Какого повышения они добиваются?
- Никакого.
- Что вы хотите этим сказать?
- Дело не в деньгах, мистер Хаммонд.
- Да? А в чем тогда?
- В свете.
- В свете? - Хаммонд решил, что ослышался.
- Именно. Люди недовольны тем, что в их душевых слишком тусклый свет.
Джон Хаммонд откинулся на спинку кресла и внезапно притих.
- Что все-таки происходит? - мягко, почти ласково спросил он.
- Я же говорю, что люди считают, что...
- Бросьте молоть эту ерунду. Я хочу знать, в чем дело.
- Если бы я знал, сказал бы.
- Кто-то пытается меня разорить? Да? Представитель профсоюза молчал.
- Ну ладно. - Хаммонд решил подойти к этому вопросу с другой стороны.
- Назовите мне имя. С кем я могу поговорить?
- Есть один адвокат, который, возможно, смог бы вам помочь. Наш
профсоюз часто пользуется его услугами. Его зовут Пол Мартин.
- Пол? - Джон Хаммонд мгновенно все понял. - Ах вот оно что! Так меня
вздумал шантажировать этот итальянский ублюдок. - Он посмотрел на
представителя профсоюза и тихо сказал:
- Убирайтесь отсюда. - И вдруг завизжал:
- Вон!
Хаммонд остался сидеть, с трудом сдерживая бушевавший в нем гнев.
"Никто не смеет меня шантажировать. Никто!"
Всего через неделю еще шесть его рефрижераторов были брошены
водителями на обочине дороги.
Джон Хаммонд пригласил на завтрак Билла Рохана.
- Я тут думал насчет твоего приятеля Пола Мартина, - заявил он
банкиру. - Наверное, я немного погорячился, что выступил против его
кандидатуры.
- Молодчина, Джон! С твоей стороны очень благородно так говорить.
- Вот что я тебе скажу. Предложи его на нашем следующем заседании, а
я тебя поддержу.
Через неделю, когда на заседании правления было названо имя Пола
Мартина, он единогласно был принят в члены клуба.
Джон Хаммонд лично позвонил Полу.
- Примите мои поздравления, мистер Мартин, - сказал он. - Вас только
что приняли в члены нашего гольф-клуба. Мы все этому рады.
- Спасибо, - коротко ответил Пол. - Благодарю за звонок.
Поговорив с Мартином, Джон Хаммонд тут же связался с прокурором
округа и договорился о встрече с ним на следующей неделе.
В воскресенье Хаммонд и Билл Рохан играли в гольф в одной паре.
- С Полом Мартином ты еще не встречался? - спросил своего приятеля
Рохан.
- Нет, - покачал головой Джон Хаммонд. - И думаю, в ближайшее время
ему будет не до гольфа. Твоему дружку придется побегать по судам.
- Что ты имеешь в виду?
- Я собираюсь передать окружному прокурору кое-какую информацию об
этом итальяшке, которая наверняка заинтересует большое жюри "Коллегия
присяжных, решающая вопрос о предании кого-либо суду.".
- Да ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь?! - воскликнул
ошарашенный банкир.
- Да, черт побери! Я раздавлю его, как букашку. В понедельник по пути
в прокуратуру округа Джон Хаммонд погиб в дорожно-транспортном
происшествии. Свидетелей случившегося не оказалось. Найти скрывшегося с
места катастрофы водителя полиция так и не смогла.
После этого каждое воскресенье Пол Мартин завтракал в гольф-клубе со
своими женой и детьми-двойняшками. Кормили там очень вкусно.
К семейной жизни Пол Мартин относился очень серьезно. Он и в мыслях
не допускал того, чтобы унизить жену, пригласив ее в тот же ресторан, в
котором ужинал со своей любовницей. Семья была для него одной частью
существования, дела - другой. Все друзья Пола имели любовниц, и это вполне
соответствовало их стилю жизни. Раздражало Пола только, когда он видел,
как пожилые мужчины цепляют молоденьких девиц. Он считал такие поступки
недостойными, а достоинство Пол Мартин ценил очень высоко. Для себя он
решил, что, когда ему исполнится шестьдесят лет, он больше не будет иметь
любовниц, и действительно, уже два года с того дня, как он отпраздновал
свой шестидесятилетний юбилей, Пол Мартин был неукоснительно верен своей
жене Нине, которая была ему хорошей подругой. А этого вполне достаточно.
Достоинство.
К нему-то Лара Камерон и пришла просить о помощи. Прежде Мартин уже
слышал ее имя, но, увидев ее, был потрясен красотой и молодостью этой
женщины. Она была честолюбива и вызывающе независима, но, кроме этого, она
была еще и невероятно женственна. Сам того не желая, Пол Мартин понял, что
стал пленником ее очарования. "Нет, - думал он, - она совсем еще девчонка.
А я уже старик. Самый настоящий старик".
Когда в свой первый визит Лара, словно ураган, вылетела из его
кабинета, он еще долго сидел, не в силах выбросить из головы мысли о ней.
А затем снял трубку и позвонил.
Глава 14
Работа шла строго в соответствии с графиком. Каждый день утром и
вечером Лара приезжала на строительную площадку. Она начала замечать, что
рабочие стали относиться к ней с каким-то оттенком уважения, с почтением,
что ли. Она чувствовала это по тому, как они на нее смотрели, как говорили
с ней, как работали. Она была уверена, что все это произошло благодаря
Полу Мартину, и неожиданно стала ловить себя на том, что все больше и
больше думает об этом отталкивающе-привлекательном человеке с таким
необычным и властным голосом.
Лара снова позвонила ему.
- Мистер Мартин, как вы смотрите на то, чтобы нам вместе пообедать?
- У вас что, еще какие-нибудь проблемы?
- Нет. Я просто подумала, что было бы приятно познакомиться с вами
поближе.
- Извините, мисс Камерон, я никогда не обедаю.
- Тогда как насчет ужина?
- Мисс Камерон, я женатый человек и всегда ужинаю со своими женой и
детьми.
- Понятно. А что, если... - В трубке раздались гудки. "Да что с ним?
- недоумевала Лара. - Я же не пытаюсь залезть к нему в постель. Я всего
лишь хочу как-то его отблагодарить". Она постаралась выкинуть его из
головы.
Полу Мартину было так приятно слышать голос Лары Камерон, что он даже
испугался.
- Если мисс Камерон позвонит снова, скажите ей, что меня нет на
месте, - велел он своей секретарше. Искушения ему были ни к чему. А Лара
Камерон была искушением.
Говард Келлер был в восторге от того, как идут дела.
- Должен признаться, - заявил он Ларе, - вы заставили меня немножко
поволноваться. Мы едва не вылетели в трубу. Вы просто совершили чудо.
"Кто совершил чудо, так это Пол Мартин", - подумала Лара.
Возможно, он злился на нее, потому что она не оплатила его услуги? И,
поддавшись внезапному порыву, Лара послала Полу Мартину чек на пятьдесят
тысяч долларов.
На следующий день чек вернулся обратно.
Лара снова набрала номер его телефона.
- Сожалею, мисс Камерон, - ответила секретарша, - но мистера Мартина
сейчас нет.
Еще одно проявление неуважения. Казалось, он избегал ее. "Но если он
не желает со мной разговаривать, - ломала себе голову Лара, - то почему
тогда он сделал для меня исключение и помог мне?"
В эту ночь ей приснился Пол Мартин.
- У меня пропадают два билета на новый мюзикл Эндрю Ллойда Веббера
"Песня и танец", - сказал, заглянув в кабинет Лары, Говард Келлер. - Я
должен лететь в Чикаго. Может, они вам пригодятся?
- Нет, я... Хотя постойте. - Лара на минуту замолчала. - Да, думаю, я
смогу их пристроить. Спасибо, Говард.
Когда Келлер ушел, она положила один билет в почтовый конверт и
отправила его в офис Пола Мартина.
Получив на следующий день театральный билет, он стал озадаченно
разглядывать его. Кто же мог прислать ему один билет в театр? "Эта
девчонка Камерон. Я должен прекратить это", - сказал себе Пол.
- В пятницу вечером я свободен? - спросил он у своей секретарши.
- Вы ужинаете с вашим шурином, мистер Мартин.
- Отмените.
Лара отсидела первый акт, а место рядом с ней оставалось свободным.
"Итак, он не явился, - решила она. - Ну и черт с ним. Я сделала все, что
могла".
Когда упал занавес, она задумалась, то ли остаться на второй акт, то
ли уйти. На соседнее кресло кто-то опустился.
- Пойдемте отсюда, - услышала она голос Пола Мартина.
Они ужинали в бистро в восточной части Манхэттена. Слегка
обеспокоенный, он сидел за столиком напротив Лары и изучающе разглядывал
ее. Подошел официант, чтобы узнать, что они собираются пить.
- Виски с содовой, - сказала Лара.
- Я ничего не буду.
Лара удивленно посмотрела на него.
- Я не пью.
После того как они заказали ужин, Пол Мартин спросил:
- Мисс Камерон, что вы от меня хотите?
- Терпеть не могу быть кому-то чем-то обязанной, - ответила Лара. - Я
вам кое-что должна, а вы не позволяете мне заплатить. Это меня раздражает.
- Я уже говорил вам.., вы ничего мне не должны.
- Ноя...
- Я слышал, ваше строительство идет весьма успешно.
- Да. - Она собралась было сказать: "Благодаря вам", - но передумала.
- Вы хорошо справляетесь со своим делом, не так ли?
- Хочется в это верить, - кивнула Лара. - Наверное, на свете нет
ничего более волнующего, чем видеть, как твоя идея воплощается в стали и
бетоне и становится зданием, в котором будут жить и работать люди. В
какой-то степени это здание становится твоим памятником, ведь правда?
Ее лицо оживилось.
- Пожалуй, что да, - согласился Пол. - А поставив один памятник,
хочется иметь еще и еще?
- Ей-богу, вы правы, - с энтузиазмом отозвалась Лара. - Я намерена
стать самым крупным застройщиком в этом городе.
Сексуальность, которая была в ней, буквально очаровывала.
- Не удивлюсь, если это у вас получится, - улыбнулся Пол Мартин.
- А почему вы решили прийти сегодня в театр? - спросила Лара.
Он пришел, чтобы сказать ей, чтобы она оставила его в покое, но
теперь, оказавшись рядом с ней так близко, он уже не мог заставить себя
сделать это.
- Я слышал хорошие отзывы об этом спектакле. Лара улыбнулась:
- Тогда, может быть, вернемся и досмотрим его, а, Пол? Он покачал
головой:
- Мисс Камерон, я не просто женат - я по-настоящему женат. Так уж
случилось, что я люблю свою жену.
- И прекрасно, - сказала Лара. - Строительство моего здания будет
закончено пятнадцатого марта. Мы устраиваем торжественный вечер, чтобы
отметить это событие. Вы придете?
Пол Мартин долго колебался, подыскивая наиболее вежливые слова, чтобы
облечь в них свой отказ. Когда же он наконец заговорил, то произнес лишь:
- Да, я приду.
Торжественный вечер, посвященный завершению строительства нового
здания, имел огромный успех. Имя Лары Камерон еще не было достаточно
известно для того, чтобы привлечь многочисленных представителей прессы или
кого-нибудь из важных городских чиновников. Правда, там все же
присутствовали помощник мэра и репортер газеты "Пост".
- Почти все здание уже сдано в аренду, - радостно сообщил Ларе
Келлер. - А заявки продолжают поступать.
- Хорошо, - с отсутствующим видом отозвалась она. Ее мысли были
заняты совершенно другим. Она думала о Поле Мартине и о том, собирается ли
он прийти. По какой-то непонятной причине для нее это было важно. Он
оставался для нее загадкой. Он отрицал, что помог ей, и все же... Она
преследовала пожилого человека, годившегося ей в отцы. Лара заставила себя
выбросить мысли о нем из головы.
Она вернулась к своим гостям, которые налегали на выпивку и закуски
и, казалось, чувствовали себя прекрасно. В середине вечера явился Пол
Мартин, и тон всеобщего поведения мгновенно изменился. Рабочие
приветствовали его так, словно он был членом королевской фамилии. Они
испытывали перед ним какой-то благоговейный страх.
"Я простой адвокат и не имею ничего общего с профсоюзами".
Мартин обменялся рукопожатиями с помощником мэра и некоторыми из
присутствовавших профсоюзных функционеров, затем подошел к Ларе.
- Рада, что вы смогли прийти, - сказала она.
- Поздравляю, - проговорил Пол Мартин, оглядывая огромное здание. -
Вы неплохо поработали.
- Благодарю вас. - Она понизила голос. - Я действительно должна вас
благодарить.
Он неотрывно смотрел на Лару, испытывая наслаждение от того, как
чудесно она выглядела, и удивление от того странного чувства, кото
...Закладка в соц.сетях
