Жанр: Триллер
Утро, день, ночь
... отцом, а теперь он умер,
сжавшись от человека из плоти и крови до заголовка в "Канзас-Сити стар":
"ФИНАНСОВЫЙ МАГНАТ ГАРРИ СТЕНФОРД ТОНЕТ В МОРЕ!" Она сидела за столом,
уставившись на фотографию отца, и ее раздирали противоречивые эмоции.
"Ненавижу ли я его за отношение к матери или люблю, потому что он мой отец?
Испытываю ли я чувство вины за то, что не попыталась связаться с ним, или
злюсь, поскольку он не захотел меня найти? Не важно все это, - подвела она
черту. - Он умер".
Отец не существовал для нее всю жизнь, а теперь вот умер вновь, лишив ее
чего-то необъяснимого, не выражаемого словами. Она словно потеряла что-то
дорогое и близкое. "Глупость какая, - думала Джулия. - Как мне может
недоставать человека, которого я в глаза не видела? - Она вновь посмотрела
на фотографию в газете. - Есть ли у нас что-то общее? - Джулия повернулась к
зеркалу. - Глаза. Разрез глаз и цвет. Серый. И у меня, и у него".
Джулия подошла к стенному шкафу в спальне, достала картонную коробку,
вынула из нее альбом в кожаном переплете для наклеивания вырезок. Присев на
краешек кровати, раскрыла альбом и два часа разглядывала до боли знакомое
содержимое. Фотографии матери в униформе гувернантки, с Гарри Стенфордом, с
миссис Стенфорд, с их тремя маленькими детьми. Фотографировались они главным
образом на яхте в Роуз-Хилл и на вилле в Хоуб-Саунде.
Джулия перечитала пожелтевшие газетные вырезки, где описывался давний
скандал, разразившийся в Бостоне. Заголовки стоили друг друга:
"ЛЮБОВНОЕ ГНЕЗДЫШКО НА БИКОН-ХИЛЛ", "МИЛЛИАРДЕР ГАРРИ СТЕНФОРД -ГЕРОЙ
СКАНДАЛА", "САМОУБИЙСТВО ЖЕНЫ ФИНАНСОВОГО МАГНАТА", "ГУВЕРНАНТКА РОЗМАРИ
НЕЛСОН ИСЧЕЗАЕТ". Десятки еженедельных колонок из разных газет, все с
пикантными подробностями, то ли реальными, то ли родившимися в воображении
обозревателей.
Джулия долго сидела на кровати, погруженная в прошлое.
Родилась она в больнице святого Иосифа в Милуоки. Воспоминания раннего
детства сохранили маленькие обшарпанные квартирки, которые постоянно
менялись: они с матерью переезжали из города в город. Случалось, что денег
не было вовсе и они жили впроголодь. Мать постоянно болела, часто не могла
найти работу. Так что девочка быстро привыкла не просить игрушки или новое
платье.
В школу Джулия пошла в пять лет, и одноклассники высмеивали ее за то, что
она всегда приходила в одном и том же платье и стоптанных туфельках. Когда
дети доставали ее, Джулия пускала в ход кулаки. С обидами она не мирилась,
поэтому ее частенько отсылали к директору школы. Учителя не знали, как с ней
сладить. С Джулией все время что-то приключалось. Но не выгоняли ее по одной
причине: она всегда была лучшей ученицей.
Мать сказала Джулии, что ее отец умер, и она больше не задавала никаких
вопросов. Но в двенадцать лет Джулия случайно наткнулась на альбом с
фотографиями матери среди незнакомых ей людей.
- Кто эти люди? - спросила Джулия.
Мать решила, что пора сказать девочке правду.
- Присядь, дорогая. - Она крепко сжала руку Джулии. - Это твой отец, это
твоя сводная сестра, это два твоих сводных брата.
На лице Джулии отразилось недоумение.
- Я не понимаю.
Правда потрясла девочку. Ее отец жив. У нее два сводных брата и сестра.
Как это все осознать?
- Почему.., почему ты обманывала меня?
- Ты была слишком мала, чтобы понять. Твой отец и я.., у нас был роман.
Но он был женат, и мне.., мне пришлось уехать, чтобы родить тебя.
- Я его ненавижу! - воскликнула Джулия.
- У тебя нет причин ненавидеть его.
- Как он мог так обойтись с тобой? - негодовала она.
- В происшедшем моей вины никак не меньше, чем его. - Каждое слово
давалось Розмари с трудом. - Твой отец очень интересный мужчина, а я была
молодой и глупой. Я же знала, что из нашего романа не выйдет ничего путного.
Он говорил, что любит меня.., но.., жена, дети. А потом.., потом я
забеременела. - У Розмари перехватило дыхание, и она смогла продолжить
только после долгой паузы. - Один репортер прознал о наших отношениях, и о
нас начали писать газеты. Я убежала. После твоего рождения я собиралась
вернуться и показать тебя ему, но его жена покончила с собой, и я.., я не
смогла заставить себя встретиться с ним или с его детьми. Сама видишь, это
моя вина. Так что не вали все на него.
Но часть этой истории Розмари сохранила в тайне от дочери. Когда родился
ребенок, чиновник из отдела регистрации новорожденных спросил: "Как запишем
в свидетельстве о рождении? Джулия Нелсон?"
Розмари едва не ответила утвердительно, но в последний момент ее пронзила
мысль: "Нет! Она же дочь Гарри Стенфорда. И имеет право на его имя и
поддержку".
- Мою дочь зовут Джулия Стенфорд.
Она написала Гарри Стенфорду, известив его о рождении Джулии, но ответа
не получила.
Известие о том, что у нее есть семья, о которой она знать не знала,
зачаровало Джулию. Не просто семья, а знаменитости, о которых пишут газеты.
Она пошла в библиотеку и перечитала все, что смогла найти о Гарри Стенфорде.
Писали о нем многие и много. Миллиардер, живущий в мире, из которого изгнали
Джулию и ее мать.
Однажды, когда кто-то из одноклассников уколол Джулию ее бедностью, она
возразила:
- Я не бедная. Мой отец - один из богатейших людей мира. У нас есть яхта,
самолет, дюжина домов. Ее услышала учительница.
- Джулия, подойди ко мне.
Джулия подошла к столу учительницы.
- Лгать нехорошо, Джулия.
- Я не лгу, - отрезала девочка. - Мой отец - миллиардер! Он знаком с
королями и президентами!
Учительница смерила взглядом стоящую перед ней девочку в дешевом
хлопчатобумажном платье.
- Джулия, это не правда.
- Правда! - упорствовала Джулия. Ее послали в кабинет директора. Больше
она об отце не упоминала.
Джулия узнала, что переезжать из города в город ей и матери приходилось
из-за прессы. Гарри Стенфорд не сходил со страниц газет и экранов
телевизоров, так что обозреватели колонок светской хроники никому не
позволяли забыть о давнем скандале. Местные репортеры в конце концов
узнавали, кто такая Розмари Нелсон, и ей приходилось хватать дочь в охапку и
уезжать в другой город.
Когда Джулия читала очередную статью о Гарри Стенфорде, ее так и
подмывало позвонить ему. Ей хотелось верить, что все эти годы он безуспешно
пытался разыскать ее мать. "Я позвоню ему, - думала она, - и скажу: "Говорит
твоя дочь. Если ты хочешь повидать нас..."
Он приедет, вновь влюбится в мать, женится на ней, и они заживут вместе в
радости и согласии.
Джулия Стенфорд выросла красавицей. Роскошные черные волосы, чувственный
рот, огромные серые глаза, великолепная фигура. Но когда она улыбалась, люди
забывали и о ее длинных ногах, и о тонкой талии, и о высокой груди. Они
видели только ее улыбку.
Из-за частых переездов Джулия училась в школах пяти штатов. Летом она
подрабатывала, нанимаясь продавцом в магазины и аптеки, регистратором в
больницу. Более всего она ценила независимость.
Колледж Джулия окончила в Канзас-Сити на стипендию, выплачиваемую штатом.
Что делать дальше, она не знала. Все подруги советовали ей податься в
актрисы, такая она была красивая.
- Ты сразу станешь звездой! - уверяли они ее. Джулия отмахивалась.
- Мне это ни к чему.
Причина заключалась в том, что Джулия не хотела делать свою личную жизнь
достоянием гласности. Пресса досаждала ей и матери много лет, пережевывая
событие, происшедшее в стародавние времена.
Мечта Джулии о воссоединении отца и матери развеялась в тот день, когда
умерла Розмари. "Отец должен знать об этом, - подумала Джулия. - Мать была
частью его жизни".
Она нашла телефон его компании в Бостоне.
- Доброе утро. "Стенфорд энтерпрайзез", - услышала она голос секретаря.
Джулия молчала. - "Стенфорд энтерпрайзез". Алло? Чем я могу вам помочь?
Джулия медленно положила трубку на рычаг.
Мама не одобрила бы этот звонок. Она осталась одна. Во всем мире.
Джулия похоронила мать на кладбище в Канзас-Сити. За гробом она шла одна.
Постояла у могилы. "Это несправедливо, мама, - думала она. - Ты сделала одну
ошибку и расплачивалась за нее всю жизнь. Как бы я хотела взять часть твоей
боли. Я так тебя люблю, мама. Я всегда буду тебя любить".
От матери ей остались старые фотографии и пожелтевшие газетные вырезки.
После смерти матери Джулия не раз думала о семье Стенфорд. Они богаты.
Она могла бы обратиться к ним за помощью. "Нет, - решила она, - не попрошу у
них ни цента, раз Гарри Стенфорд так жестоко обошелся с моей матерью".
Но ведь надо зарабатывать на жизнь. Предстояло решить, как жить дальше.
"Может, мне стать нейрохирургом? - подумала она. - Или художником? Оперной
певицей? Физиком? Астронавтом?"
Она поступила на вечерние курсы секретарей при Муниципальном колледже
Канзас-Сити. На следующий день после окончания курсов Джулия пришла в
агентство по трудоустройству. Собеседования с консультантом ожидали человек
десять. Джулия села рядом с симпатичной женщиной ее возраста.
- Привет! Я Салли Коннорс, - представилась она.
- Джулия Стенфорд.
- Я должна получить сегодня работу, - простонала Салли. - Меня выбросили
из квартиры.
Джулия услышала, как по системе громкой связи объявили ее имя.
- Удачи тебе! - крикнула вслед Салли.
- Спасибо.
Джулия вошла в кабинет консультанта.
- Присядьте, пожалуйста.
- Благодарю вас.
- Из вашей анкеты следует, что вы окончили колледж, работали летом. На
курсах вас рекомендуют с самой лучшей стороны. - Она посмотрела на лежащие
перед ней бумаги. - Стенографируете вы со скоростью девяносто слов в минуту,
печатаете - шестьдесят. . - Да, мадам.
- Думаю, у меня есть для вас место. Небольшая архитектурная фирма ищет
секретаря. Жалованье, к сожалению, невелико...
- Ничего страшного, - быстро вставила Джулия.
- Вот и отлично. Держите адрес. - Она протянула Джулии лист бумаги с
названием фирмы и адресом. - Они ждут вас завтра в полдень.
Джулия лучезарно улыбнулась.
- Благодарю вас.
Она чувствовала, что все будет хорошо. Как только Джулия вышла из
кабинета, туда вызвали Салли.
- Надеюсь, тебе что-нибудь предложат, - улыбнулась ей Джулия.
- Спасибо на добром слове.
Джулия решила подождать Салли. Та вышла через десять минут, сияя как
медный таз.
- Меня пригласили на собеседование. Завтра я отправляюсь в Американскую
компанию взаимного страхования. А как твои дела?
- Завтра тоже иду на собеседование.
- Я уверена, что у нас все получится. Не отметить ли нам это дело?
- Отличная мысль.
За ленчем они трещали без умолку и вскоре стали закадычными подругами.
- Я приглядела квартиру в Оверленд-парк, - заметила Салли. - Две спальни,
ванная, кухня, гостиная. Отличная квартирка. Одной она мне не по карману, но
вдвоем...
Джулия улыбнулась.
- Почему нет? - она скрестила пальцы. - Если я получу работу.
- Обязательно получишь! - заверила ее Салли.
"Возможно, это мой шанс, - думала Джулия по пути к зданию, где
размещалась фирма "Питере, Истман и Толкин". - Первый шаг в светлое будущее.
А будущее - это не только работа. Я буду работать у архитекторов.
Мечтателей, которые строят голубые города, создают красоту из камня, стали,
стекла. Может, я сама начну изучать архитектуру, чтобы помочь им обращать
мечты в реальность".
Фирма располагалась в знававшем лучшие времена административном здании на
бульваре Любви. Джулия поднялась на третий этаж, вышла из кабины, нашла
поцарапанную деревянную дверь с табличкой:
"ПИТЕРС, ИСТМАН И ТОЛКИН. АРХИТЕКТОРЫ".
Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, открыла дверь и переступила порог.
Трое мужчин, ожидавших Джулию в приемной, оглядели ее с головы до ног.
- Вы пришли наниматься в секретари? - спросил один, лысый.
- Да, сэр.
- Я Эл Питере, - представился он.
- Боб Истман, - подал голос второй, с волосами, забранными в конский
хвост.
- Макс Толкин. - Третьего отличал толстый живот.
Всем им было лет по сорок с небольшим.
- Как мы понимаем, секретарем вы раньше не работали, - продолжил Эл
Питере.
- Нет, сэр, - ответила Джулия и тут же добавила:
- Но учусь я быстро. К тому же я очень трудолюбива, - она решила не
упоминать о том, что думает со временем стать архитектором. С этим можно
подождать, сначала надо получить место.
- Хорошо, мы вас возьмем, - подал голос Боб Истман. - И посмотрим, что из
этого выйдет. Джулию охватила радость.
- Большое вам спасибо! Вы не пожалеете...
- Насчет жалованья, - перебил ее Макс Толкин. - К сожалению, новичкам
платить много мы не можем...
- Ничего страшного, - вырвалось у Джулии. - Я...
- Триста долларов в неделю, - теперь ее перебил Эл Питере.
Действительно немного. Но Джулия для себя уже все решила.
- Я согласна.
Они переглянулись, разом заулыбались.
- Отлично! - воскликнул Питере. - Позвольте показать вам наши владения.
Экскурсия заняла лишь несколько секунд. Маленькая приемная и три комнаты,
обставленные мебелью, которая могла попасть сюда лишь со складов Армии
спасения. Туалет в конце коридора. Все трое были архитекторами, но Эл Питере
вел деловые переговоры, Боб Истман находил клиентов, а Макс Толкин курировал
строительство.
- Вы будете работать на нас всех, - предупредил ее Питере.
- Прекрасно. - Джулия знала, что скоро она станет незаменимой для
каждого.
Эл Питере посмотрел на часы.
- Половина первого. Как насчет ленча? Джулия была в восторге. Ее уже
приняли в команду и приглашают на ленч!
Питере повернулся к Джулии.
- В конце квартала есть кулинария. Мне принесите сэндвич на ржаном хлебце
с копченой говядиной и горчицей, картофельный салат и сухое печенье.
- О! - Вот тебе и приглашение на ленч.
- Мне, пожалуйста, сэндвич с охотничьими колбасками и куриный суп, -
заказал Толкин.
- Да, сэр.
- А мне ростбиф и бутылку прохладительного напитка, - вступил Боб Истман.
- И проследите, чтобы говядина была постной, уточнил Эл Питере.
- Постная копченая говядина, - кивнула Джулия.
Суп должен быть горячим, - уточнил Макс Толкин.
- Ясно. Горячий куриный суп, - кивнула Джулия.
- Из прохладительных напитков я предпочитаю диет-колу, - уточнил Боб
Истман.
- Диет-кола, - кивнула Джулия.
- Вот вам деньги. - Эл Питере протянул ей двадцатку.
Десять минут спустя Джулия стояла перед прилавком в кулинарии.
- Мне, пожалуйста, один сэндвич на ржаном хлебце с постной копченой
говядиной и горчицей, картофельный салат и сухое печенье. Сэндвич с
охотничьими колбасками и очень горячий куриный суп. Ростбиф и бутылку
диет-колы.
Мужчина за прилавком кивнул.
- Вы работаете у Питерса, Истмана и Толкина, так?
На следующей неделе Джулия и Салли переехали в квартиру в Оверленд-парк.
Квартира эта, с двумя маленькими спальнями, гостиной, кухонькой и ванной,
перевидала многих жильцов. "С "Ритцем" ее никогда не спутаешь", - подумала
Джулия.
- Готовить будем по очереди, - предложила Салли.
- Согласна, - кивнула Джулия.
Первой готовила Салли, да так, что Джулия чуть ли не вылизала тарелку.
На следующий вечер пришел черед Джулии. Салли проглотила одну ложку и
посмотрела на подругу.
- Джулия, жизнь у меня одна, и пожить хочется подольше. Пожалуй, я буду
готовить, а ты - прибираться в квартире. Не возражаешь?
Подруги отлично ладили. По уик-эндам ходили в кино или по магазинам на
Биннистер-Молл. Одежду они покупали со скидкой в "Супер фли дисконт хаус".
Раз в неделю обедали в дорогом ресторане "Олд эппл фарм" или в кафе "Макс".
Если оставались деньги, заходили в "Чарли Чарлз" послушать джаз.
Джулии нравилась работа у Питерса, Истмана и Толкина. Фирма, однако,
переживала далеко не лучшие времена. Клиенты не ходили табуном. Джулия
чувствовала, что вносит не такую уж большую лепту в созидание голубых
городов, но ей нравились три ее босса. Каждый из них шел к ней со своими
проблемами. К тому же работать она умела и вскоре навела в конторе идеальный
порядок.
Джулия решила, что поток клиентов необходимо увеличить. Но как? Ответ она
нашла быстро. В "Канзас-Сити стар" появилась заметка о ленче для членов
новой организации, объединяющей женщин, которые занимали руководящие
должности. Возглавляла ее Сюзан Бенди.
На следующий день Джулия предупредила Эла Питерса, что задержится после
ленча.
Он улыбнулся.
- Нет проблем, Джулия, - и подумал, как им повезло с секретарем.
Джулия прямиком направилась в "Плаза-Инн", нашла зал, снятый на ленч. У
двери за столиком сидела женщина.
- Могу я вам чем-нибудь помочь?
- Да. Я пришла на ленч "Женщин-руководительниц".
- Ваше имя?
- Джулия Стенфорд.
Женщина справилась с лежащим перед ней списком.
- К сожаления, я не... Джулия лучезарно улыбнулась.
- Это так похоже на Сюзан. Придется поговорить с ней об этом. Я
исполнительный секретарь компании "Питере, Истман и Толкин".
Женщина растерялась, не зная, что сказать.
- Ну...
- Не волнуйтесь. Я найду Сюзан, и мы во всем разберемся.
В банкетном зале несколько хорошо одетых женщин о чем-то щебетали между
собой. Джулия обратилась к одной из них:
- Вы не подскажете мне, кто тут Сюзан Бенди? Ей указали на высокую, яркую
женщину лет сорока с небольшим. Джулия подошла к ней.
- Привет. Я Джулия Стенфорд.
- Добрый день.
- Я работаю в "Питере, Истман и Толкин". Уверена, вы о них слышали.
- Я.., э...
- В Канзас-Сити это наиболее динамично развивающаяся архитектурная фирма.
- Понятно.
- У меня мало свободного времени, но я хотела бы оказать посильную помощь
нашей организации.
- Мы можем только приветствовать ваш энтузиазм, мисс...
- Стенфорд.
Вот так все и началось.
"Женщины-руководители" объединяли сотрудников ведущих компаний
Канзас-Сити, и вскоре Джулия перезнакомилась со всеми. По крайней мере раз в
неделю она встречалась с кем-нибудь за ленчем.
- Наша компания собирается строить дом в Олате. Джулия немедленно
докладывала об этом боссам.
- Мистер Хэнки хочет построить летний коттедж в Тонганокси.
"Питере, Истман и Толкин" получали заказы еще до того, как другие
узнавали, что кому-то требуются услуги архитекторов.
Боб Истман вызвал Джулию к себе.
- Ты заслуживаешь повышения, Джулия. Отлично работаешь. Потрясающий
секретарь!
- У меня есть к вам одна просьба.
- Я тебя слушаю.
- Называйте меня исполнительным секретарем. Это добавляет мне солидности,
знаете ли.
Время от времени Джулия читала газетные статьи о своем отце, видела его
на экране телевизора в ходе интервью или в выпусках новостей. Она не
говорила о нем ни Салли, ни работодателям.
В юности Джулия в мечтах видела себя Дороти <Героиня сериала Леймена
Френка Баума "Волшебник страны Оз" В варианте А Волкова "Волшебник
изумрудного города" девочка получила имя Элли.>, чудесным образом
перенесенной из Канзаса в прекрасную, удивительную страну, где ее ждали
яхты, частные самолеты, дворцы. Теперь же, со смертью отца, мечты обратились
в прах. "Зато канзасская часть сохранилась, - усмехнулась она. - У меня нет
семьи... Есть, - тут же поправила себя Джулия. - У меня два сводных брата и
сестра. Они моя семья. Не повидаться ли мне с ними? Хорошая идея? Плохая?
Интересно, что мы почувствуем при встрече?"
Принятое решение едва не стоило Джулии жизни.
Глава 12
Собирались незнакомцы. В последний раз они встречались, разговаривали по
телефону, переписывались много лет тому назад.
Судья Тайлер Стенфорд прилетел в Бостон на самолете из Чикаго Кендолл
Стенфорд Рено прилетела из Парижа. Марк Рено приехал поездом из Нью-Йорка.
Вуди Стенфорд и Пегги прибыли из Хоуб-Саунда на автомобиле.
Наследников известили, что панихида пройдет в Королевской часовне. Улицу
у церкви перегородили, полицейские сдерживали толпу зевак, собравшихся
поглазеть на знаменитостей. Прибыли вице-президент США, многие сенаторы и
конгрессмены, послы и государственные деятели из зарубежных стран, даже из
таких далеких, как Турция и Саудовская Аравия. Гарри Стенфорд оставил
заметный след на земле, и ни одно из семисот мест в часовне не пустовало.
Тайлер, Вуди с женой, Кендолл с мужем собрались в ризнице. Чувствовали
они себя неловко. У них не было ничего общего. Если их что и связывало, то
это тело мужчины в катафалке, стоящем у церкви.
- Это мой муж Марк, - нарушила затянувшуюся паузу Кендолл.
- Это моя жена Пегги. Пегги, моя сестра Кендолл, мой брат Тайлер.
Представляемые вежливо здоровались с остальными. Потом они стояли,
переглядываясь и изучая друг друга, пока не пришел служка.
- Извините, - прошептал он, - но служба сейчас начнется. Пожалуйста,
следуйте за мной.
Служка провел их к оставленной для ближайших родственников первой скамье.
Они сели в ожидании начала службы, каждый погруженный в свои мысли.
Возвращение в Бостон Тайлера не радовало. Хорошие воспоминания об этом
городе относились лишь к тем временам, когда были живы его мать и Розмари. В
одиннадцать лет Тайлер увидел репродукцию знаменитой картины Гойи "Сатурн,
пожирающий своего сына". Потом Сатурн всегда ассоциировался у него с отцом.
И теперь, глядя на гроб, внесенный в церковь, в котором лежало тело его
отца, Тайлер думал: "Сатурн мертв".
"Я знаю твой грязный секрет".
Священник взошел на знаменитую кафедру часов ни.
- Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и
умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в Меня не умрет вовек <Иоанн,
11,25, 26.>.
Душа у Вуди пела. Перед тем как пойти в церковь, он надышался героином, и
наркотик еще действовал. Он искоса глянул на брата, потом на сестру. "Тайлер
сильно поправился, - подумал он. - Выглядит совсем как судья. А вот Кендолл
такая красотка, но чувствуется, что очень переживает. Неужели из-за смерти
отца? Нет. Она ненавидела его не меньше, чем я. - Он посмотрел на жену,
сидящую рядом. - Жаль, что я не показал ее старику. Его бы хватил удар".
- Как отец жалеет детей своих, - вещал священник, - так и Господь Бог
жалеет тех, кто боится его. Ибо Он знает, какие мы, Он помнит, что мы -
тлен.
Кендолл священника не слушала. Она думала о красном платье. Как-то раз
отец позвонил ей в Нью-Йорк.
- Теперь ты у нас знаменитый модельер, не так ли? Что ж, давай посмотрим,
каково твое мастерство. В субботу вечером я иду с одной девицей на
благотворительный бал. У нее твои размеры. Я хочу, чтобы ты сшила для нее
платье.
- К субботе? Я не смогу, папа. Я...
- Сможешь.
И она сшила самое уродливое платье, какое только могла придумать. С
большим черным фартуком впереди и ярдами лент и кружев. Форменное чудовище.
Она послала платье отцу, и он позвонил ей вновь.
- Платье я получил. Между прочим, моя девушка в субботу занята, так что
со мной пойдешь ты и наденешь свое платье.
- Нет!
Последовала грозная фраза:
- Ты не хочешь разочаровать меня, не так ли? И она пошла, надела это
ужасное платье, в котором и провела самый унизительный вечер в своей жизни.
- Ибо мы ни с чем пришли в этот мир и, безусловно, ничего не сможем
унести из этого мира с собой. Бог дал, Бог и взял! Да будет благословенно
имя Божье!
Пегги Стенфорд сидела тихо, как мышка. Ее потрясло великолепие громадной
церкви, все эти элегантно одетые люди. В Бостон она попала впервые, для нее
этот город ассоциировался с миром Стенфордов, помпезностью и богатством.
Этим людям она не годилась и в подметки. Пегги взяла мужа за руку.
- Вся плоть - это трава, и отсюда вся красота - цветок на лугу... Трава
сохнет, цветок увядает, но слово Господа нашего остается вовеки.
Марк думал о шантажирующем письме, которое получила его жена. Тщательно
выверенные слова, нейтральный текст. Невозможно определить, кто за ним
стоит. Он посмотрел на сидящую рядом Кендолл. Бледную, напряженную. Сколько
же она сможет еще выдержать? Он придвинулся к ней.
- ..Милосердию Божьему и Его защите вверяем мы тебя.
Бог благословит и сохранит тебя. Бог обратит к тебе свое сияющее лицо, и
прольется на тебя Его благодать. Бог примет тебя к Себе, дабы успокоилась
душа твоя и пребывала в мире сейчас и во веки веков. Аминь.
После окончания панихиды священник объявил:
"Похороны будут закрытыми.., только для родственников".
Тайлер стоял у гроба и думал о лежащем в нем теле. Прошлым вечером из
аэропорта он сразу поехал в похоронное бюро до того, как гроб заколотили: он
хотел увидеть отца мертвым.
Вуди наблюдал, как гроб выносят из церкви мимо людей, съехавшихся на
похороны со всего света, и улыбался, главное - дать людям то, что им
хочется.
Служба у могилы на кладбище Маунт-Обурн в Кембридже заняла лишь несколько
минут. Под взглядами родственников гроб с телом Гарри Стенфорда опустили в
могилу, закидали его землей.
- Вам нет нужды оставаться здесь дольше, чем вы того хотите, - подвел
черту священник. Вуди кивнул.
- И это правильно. - Действие героина сходило на нет, его начало трясти.
- Пора выметаться отсюда.
- И куда мы поедем? - спросил Марк. Тайлер оглядел стоящих у могилы.
- Мы остановимся в Роуз-Хилл. К нашему приезду все готово. Побудем там до
оглашения завещания.
Вскоре лимузины уже везли их в поместье Стенфордов.
В Бостоне строгая социальная иерархия соблюдается неукоснительно.
Нувориши живут на авеню Содружества, поднявшиеся по социальной лестнице - на
Ныобюри-стрит. Менее влиятельные семьи, ведущие свой род со времен
революции, - на Марлборо-стрит. Бэк-Бей - самый престижный район, но
цитаделью богатейших и знатнейших семей Бостона остается Бикон-Хилл. Россыпь
викторианских
...Закладка в соц.сетях
