Жанр: Триллер

Тонкий расчет

сторінка №10

ром парадная столовая Белого дома была украшена флажками разных
стран. Два дня назад Оливер успел обменяться несколькими словами с Атилио, когда тот
представлял верительные грамоты.
- Как поживает синьора Пиконе? - осведомился он.
- Моя жена здорова, - чуть помедлив, ответил посол. - Благодарю вас, мистер
президент.
Обед удался. Оливер переходил от стола к столу, стараясь уделить внимание каждому
гостю. Сегодня в этой комнате собрались многие из сильных мира сего. В углу о чем-то
переговаривались три дамы, жены богатых и известных людей. Но насколько ему было
известно, эти женщины сами играли далеко не последние роли в политике и бизнесе.
Оливер поздоровался с каждой и, поговорив несколько минут, отошел. В этот момент к
нему приблизилась Сильва Пиконе и протянула руку.
- Я давно ждала этой минуты, - прошептала она. Прекрасные глаза вызывающе
сверкнули.
- Я тоже, - кивнул Оливер.
- Я знала, что вас изберут.
- Не могли бы мы поговорить позже? - едва слышно спросил Оливер.
- Конечно, - без малейшего колебания ответила она.
После ужина, когда собравшиеся танцевали в бальном зале под музыку военноморского
оркестра, Оливер смотрел на Сильву и думал: "Что за красавица! Какое
великолепное тело!"
Вечер имел огромный успех.
На следующей неделе с первой страницы "Вашингтон трибюн" кричали огромные
буквы заголовка:
ПРЕЗИДЕНТ ОБВИНЯЕТСЯ В ПОДТАСОВКЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ВЫБОРОВ!
Рассел, не веря собственным глазам, уставился на газетный лист. Хуже придумать
невозможно! Они выбрали самый неподходящий момент, чтобы нанести удар! Но кто эти
"они"? И как такое могло случиться?
Ответ он нашел в самом низу, где был напечатан список редколлегии:
"Издатель - Лесли Стюарт".
На следующей неделе в "Вашингтон трибюн" появилась еще одна сенсация:
ПРЕЗИДЕНТ БУДЕТ ДОПРОШЕН НАЛОГОВОЙ ПОЛИЦИЕЙ ШТАТА
КЕНТУККИ
ПО ПОВОДУ ФАЛЬШИВОЙ ДЕКЛАРАЦИИ О ДОХОДАХ
Полмесяца спустя "Вашингтон трибюн" напечатала еще одну разоблачительную
статью:
БЫВШИЙ СЕКРЕТАРЬ ПРЕЗИДЕНТА
РАССЕЛА ПОДАЕТ В СУД НА СВОЕГО БОССА,
ОБВИНЯЯ ЕГО В СЕКСУАЛЬНЫХ ДОМОГАТЕЛЬСТВАХ
Дверь Овального кабинета с шумом распахнулась. На пороге стояла Джан.
- Ты видел утреннюю газету?
- Да, но...
- Как ты мог сделать это, Оливер? Как ты...
- Да погоди же! Неужели не видишь, что творится, Джан? За всем этим стоит Лесли
Стюарт. Уверен, она просто-напросто подкупила эту женщину! Пытается отплатить за то,
что я бросил ее ради тебя! И сумела своего добиться! Надеюсь, этим все и ограничится!
- Оливер, - почти прокричал в трубку сенатор, - мне нужно поговорить с тобой. Буду
через час!
- Я дома, Тодц.
Горничная провела Дэвиса в малую библиотеку. Оливер почтительно поднялся.
- Доброе утро.
- Да уж, "доброе", ничего не скажешь! - взорвался сенатор. - Эта баба не успокоится,
пока не уничтожит нас!
- Не думаю. Она лишь...
- Все читают ее чертов бульварный листок, а люди охотно верят любой "утке",
особенно если речь идет о таких, как мы с тобой!
- Тодд, все обойдется и...
- Ничего не обойдется! Неужели не слышал вчерашний репортаж WTE? Они провели
опрос, кто будет следующим президентом! Ты в самом конце списка! Лесли Стюарт тебя
достанет! Нужно остановить ее! Как это говорится: "Фурия в аду ничто в сравнении с
брошенной женщиной!"
- Вы забываете другое изречение, Тодд, о свободе печати. Мы ничего не можем
сделать.
- Можем, - возразил сенатор Дэвис, оценивающе оглядев зятя.
- О чем вы?
- Садись и слушай. Эта дрянь до сих пор в тебя влюблена. И наказывает тебя за все, что
ты с ней сделал. Никогда не спорь с теми, кто тоннами расходует типографскую краску.
Советую тебе кончить дело миром.
- Но как?!
Сенатор многозначительно воззрился на ширинку Оливера.
- Поработай головой.
- Постойте, Тодд, не хотите же вы, чтобы...
- Я всего лишь предлагаю немного охладить дамочку. Пусть знает, как ты страдаешь по
ней. Говорю же, она до сих пор тебя любит. Иначе не вытворяла бы такого.
- И что прикажете с ней делать?

- Начни по новой, мальчик. Навешай ей лапши на уши, ублажай как можешь. В пятницу
вечером ты даешь ужин для государственного департамента. Пригласи ее. Из кожи вон
лезь, но останови эту мегеру.
- Не знаю, смогу ли...
- А мне все равно, как ты это сделаешь. Отвези в уютное гнездышко, где вы могли бы
поболтать с глазу на глаз. У меня в Виргинии загородный дом. Уединенное местечко. Я
улетаю на уик-энд во Флориду и попросил Джан составить мне компанию. - Он вытащил
из кармана ключи и клочок бумаги и протянул зятю. - Тут план местности и ключи от
дома.
- Иисусе! - охнул Оливер, ошеломленно глядя на тестя. - Вы... вы все успели продумать
заранее? Но что, если она не... не захочет? Откажется ехать?
- Захочет, не сомневайся. - Сенатор поднялся. - Увидимся в понедельник, Оливер.
Желаю удачи.
После ухода сенатора Оливер еще долго не двигался с места. Снова поступить с Лесли
как последний подлец? Он не вынесет этого, просто не вынесет!
Вечером, переодеваясь к ужину, Джан сказала:
- Оливер, папа просил меня поехать с ним во Флориду на уик-энд. Он должен получать
там какую-то награду и скорее всего хочет похвастаться перед всеми своей дочерью. Ты
не будешь против, если я поеду? Правда, в пятницу ужин для членов госдепа... Наверное,
лучше бы остаться, но...
- Нет-нет! Поезжай, конечно. Но помни, я буду скучать.
Оливер не лгал и на этот раз. Ему действительно будет не хватать Джан. Как только он
уладит этот скандал с Лесли, надо будет проводить с женой больше времени.
Лесли разговаривала по телефону, когда в кабинет ворвалась взъерошенная
секретарша:
- Мисс Стюарт!
- Вы что, не видите, я...
- Президент Рассел на третьей линии!
- Вот как? - улыбнулась Лесли и бросила в трубку: - Прошу прощения, перезвоню
позже. - И снова скривив губы в усмешке, нажала клавишу третьей линии, - Алло?
- Лесли?
- Привет, Оливер. Или следует обращаться к тебе "мистер президент"?
- Можешь называть меня, как тебе заблагорассудится, - беспечно ответил он.
Наступило неловкое молчание.
- Лесли, я хочу тебя видеть.
- Уверен, что это так уж необходимо?
- Совершенно.
- Ты президент. Как я могу отказать?
- Никак, если ты настоящая патриотка, конечно. В пятницу я даю ужин для
госдепартамента. Приезжай, пожалуйста.
- Во сколько?
- В восемь.
- Хорошо. Я буду.
Лесли выглядела ослепительной в вечернем, льнущем к телу платье с высоким воротом
и пуговицами с золотым напылением от Сен-Джона. Высокий разрез открывал левую ногу
едва ли не до бедра.
При первом же взгляде на эту неотразимо красивую женщину на Оливера мгновенно
нахлынули непрошеные воспоминания.
- Лесли...
- Мистер президент...
Он чуть сжал ее влажную руку. Неужели она тоже волнуется? Нервничает? Или злится?
- Я так рад, что ты пришла, Лесли!
- Я тоже.
- Поговорим позже.
Вместо ответа Лесли нежно улыбнулась, и у Оливера сжалось сердце.
За одном из соседних столов сидели арабские дипломаты. Один из них, смуглый
мужчина с резкими чертами лица и темными глазами, пристально уставился на Оливера.
Тот наклонился к Питеру и незаметно показал на незнакомца:
- Кто это?
- Али-аль-Фулани. Секретарь посольства Объединенных Арабских Эмиратов. А что
случилось?
- Да нет, ничего...
Оливер снова посмотрел в ту сторону. Араб по-прежнему не сводил с него взгляда.
Гостеприимный хозяин делал все, чтобы гости чувствовали себя как дома. Только к
концу вечера ему удалось застать Лесли одну.
- Нам нужно поговорить. Я так много должен сказать тебе. Может, встретимся в более
подходящем месте?
- Оливер... м-может, лучше не с-стоило бы? - чуть запинаясь, пробормотала она.
- У меня есть дом в Виргинии. Местечко Манассас, примерно в часе езды от
Вашингтона. Приедешь?
Лесли неожиданно смело взглянула ему в глаза:
- Да, если хочешь ты.
Оливер наспех объяснил, как добраться до дома.
- Завтра вечером в восемь?
- До встречи, - чуть хрипловато шепнула Лесли.

Выступление директора ЦРУ Джеймса Фриша на утреннем заседании Совета
Безопасности произвело на присутствующих впечатление разорвавшейся бомбы.
- Мистер президент, сегодня мы получили донесение нашего агента, где утверждается,
что Ливия покупает ядерное вооружение у Ирана и Китая. Ходят упорные слухи, что
Каддафи собирается напасть на Израиль. Через день-другой мы сможем достоверно
узнать, так ли это.
- Промедление смерти подобно, - вмешался Лу Вернер, государственный секретарь. -
Нужно немедленно заявить самый категорический протест.
- Попробуйте все же добыть дополнительную информацию, - посоветовал Оливер
Вернеру.
Заседание заняло все утро, но время от времени Оливер сознавал, что вместо
государственных дел думает о предстоящем свидании. В мозгу настойчиво вертелись
советы тестя. Что, если он прав и Лесли до сих пор неравнодушна к нему? Удастся ли
вновь завоевать "ее?
Вечером Оливер взял одну из машин администрации Белого дома. За руль сел
доверенный сотрудник охраны. Оливер, сам не зная почему, то и дело порывался
приказать водителю повернуть обратно. Пожалуй, не стоило бы так рисковать.
Но он понимал, что зашел слишком далеко. Возврата нет. Правда, может, волноваться
нет причин? Вероятнее всего, Лесли и не подумает явиться.
Ровно в восемь Рассел выглянул из окна и увидел на подъездной дорожке машину.
Лесли вышла и направилась к дому. Оливер распахнул дверь. Оба застыли на месте, не
сводя друг с друга глаз... Время каким-то образом повернуло вспять, и они снова были
молоды и влюблены, и ничто на свете не могло их разлучить.
- Боже! - с трудом выговорил наконец Оливер. - Прошлой ночью, когда мы
встретились... Знаешь, я почти забыл, как ты прекрасна.
Он взял ее за руку и повел в гостиную.
- Хочешь выпить чего-нибудь?
- Нет, спасибо.
Оливер усадил Лесли на диван и сел рядом.
- Лесли, милая, неужели ты так ненавидишь меня?
Она медленно покачала головой:
- Нет, но очень долго была в этом уверена. - И, сухо улыбнувшись, добавила: - Повидимому,
в этом и кроется причина моего ошеломительного взлета.
- Не понимаю.
- Я хотела отплатить тебе, Оливер. Скупала газеты и телестудии, чтобы изводить тебя
нападками. Единственный мужчина, которого я любила, безжалостно бросил меня, и
вынести такое не под силу ни одной женщине.
Лесли едва сдерживала слезы, готовые вот-вот хлынуть по щекам. Оливер обнял ее за
плечи.
- Лесли...
Но он не успел договорить. Их губы слились в жгучем поцелуе.
- О Господи, - выдохнула наконец Лесли. - Я совсем не ждала этого.
Они снова обнялись и, не сговариваясь, направились в спальню и принялись срывать
друг с друга одежду.
- Скорее, любимый, - бормотала Лесли. - Скорее...
Они не помнили, как очутились на кровати как обнаженные тела соприкоснулись и
слились Все было как тогда - нежность, исступление, иссушающая жажда и безудержное
наслаждение. Начало и конец. Безумие и покой.
Они лежали рядом, отдыхая, счастливые, из мученные.
- Смешно... - пробормотала Лесли.
- Что именно?
Да те гадости, что я публиковала о тебе. Знаешь, все для того, чтобы ты обратил на
меня внимание. - Она прижалась к любовнику. - И мне это удалось, правда?
- Еще как! - расплылся в улыбке Оливер.
- Я так горжусь тобой! Подумать только, президент Соединенных Штатов!
- Поверь, Лесли, я стараюсь стать лучшим президентом во всей американской истории.
Не представляешь, как это важно для меня! И я добьюсь, вот увидишь. - Он с сожалением
посмотрел на часы. - Боюсь только, что времени совсем не осталось. Нужно возвращаться.
- Конечно, дорогой. Выходи первым.
- Когда я снова увижу тебя, Лесли?
- В любое время, как только захочешь.
- Прости, что напоминаю, но нам нужно быть очень осторожными.
- Знаю. Не беспокойся.
Одевшись, Оливер склонился над Лесли:
- Ты - мое чудо.
- А ты - мое. И всегда им оставался.
- Завтра позвоню, - пообещал он, целуя ее. По дороге в Вашингтон Оливер вспоминал,
как несправедливо обошелся когда-то с Лесли. Все возвращается на круги своя. Но теперь
он ни за что больше не ранит ее - слишком дорогую цену пришлось заплатить этой
необыкновенной женщине. Он поднял трубку и набрал номер. Ответил сам сенатор.
- Алло?
- Это Оливер.
- Где ты?
- Возвращаюсь в Вашингтон. У меня неплохие новости. Кажется, удалось решить эту
проблему. Все под контролем.

- Не представляешь, как я рад, - облегченно выдохнул Дэвис.
- Я тоже, Тодд.
За завтраком Оливер, как всегда, просматривал газеты. На первой странице
"Вашингтон трибюн" красовался снимок загородного дома сенатора в Манассасе с
подписью:
ТАЙНОЕ ЛЮБОВНОЕ ГНЕЗДЫШКО ПРЕЗИДЕНТА РАССЕЛА

Глава 14


Оливер, задыхаясь, уставился на газету. Как она могла? После всего, что было между
ними?! Неужели он ошибся и страсть Лесли питалась не любовью, а ядом ненависти?
Теперь всему конец - он никогда не сумеет остановить ее.
Сенатор в ярости отшвырнул газету. Так, значит, эта сучка опять за свое? Власть
прессы почти безгранична, и Дэвис прекрасно представлял, к чему может привести
подобная вендетта. По-видимому, Оливер ни на что не способен. Значит, придется
действовать самому.
Добравшись до своего кабинета в сенате, Тодд позвонил Лесли.
- Давно не виделись, дорогая, - с искренней теплотой начал он. - Слишком давно. Я
очень высокого мнения о вас. Вы молодец, мисс Стюарт.
- Я так благодарна вам, сенатор. Собственно говоря, я обязана вам всем, чем владею.
- Бросьте, мисс Стюарт, какая чепуха! - хмыкнул сенатор. - Я был счастлив помочь вам
в беде.
- А теперь, кажется, настала моя очередь?
- Вовсе нет, мисс Стюарт. Наоборот, это мне хотелось бы кое-что для вас сделать.
Знаете, я один из ваших преданных читателей и считаю "Трибюн" прекрасной газетой. И
представьте, лишь недавно сообразил, что мы до сих пор не давали вам рекламы.
Придется исправить положение. Я совладелец нескольких больших компаний, которые
обычно широко рекламируются. Подчеркиваю, очень широко. И думаю, что большая часть
объявлений должна публиковаться в такой известной газете, как "Вашингтон трибюн".
- Превосходно, сенатор. Лишние деньги еще никому не помешали. Куда направить
моего начальника рекламного отдела?
- Это от нас не уйдет. Прежде всего, я думаю, неплохо бы нам уладить небольшую
проблему!
- Какую именно? - удивилась Лесли.
- Это касается президента Рассела.
- Вот как?
- Вопрос весьма деликатный, мисс Стюарт. Вы сами сказали, что обязаны мне всем,
чем владеете. Теперь я прошу вас о небольшом одолжении.
- Если это в моих силах.
- По правде говоря, в какой-то степени благодаря мне мистера Рассела избрали на этот
пост.
- Знаю.
- И он честно трудится на благо страны. И когда такая влиятельная газета, как
"Трибюн", вставляет палки в колеса, мистеру Расселу нелегко приходится.
- И о чем же вы просите меня, сенатор?
- Ну... я был бы крайне благодарен, если бы эти нападки прекратились.
- И в обмен я получу право рекламировать ваши компании?
- Неограниченное, мисс Стюарт.
- Благодарю, сенатор. Почему бы вам не позвонить снова, когда действительно найдете
что предложить?
И она спокойно положила трубку.
В эту минуту Мэтт Бейкер тоже просматривав газету.
- Кто, черт возьми, велел поставить это в номер? - набросился он на заместителя.
- Ее величество.
- Мать ее за ногу! Какого черта она лезет не в свое дело?!
И почему, спрашивается, он до сих пор с этим мирился? Да что тут лицемерить -
триста пятьдесят тысяч в год плюс премиальные плюс право покупки акций по льготной
цене. Кто бы не согласился на такие условия?
Каждый раз, когда Мэтт собирался увольняться, хозяйка подкупала его новой
прибавкой к жалованью и наделяла еще большими правами. Кроме того, откровенно
говоря, ему было интересно работать на одну из самых богатых и влиятельных женщин
мира. Хотя... хотя Мэтт так и не смог раскусить ее до конца. Был в ней какой-то
непонятный надлом, причина которого так и оставалась неизвестной.
На следующий день после покупки "Трибюн" Лесли позвонила Мэтту:
- Я хочу взять на работу астролога. Золтера.
- Но он печатается у наших конкурентов.
- Не важно. Предложите ему в два раза больше.
- Я навел справки о Золтере, - сообщил Бейкер к вечеру. - Перекупить его контракт
можно, но неустойка обойдется слишком дорого.
- Заплатите сколько потребуют.
Со следующей недели Золтер, которого в миру звали, как оказалось, Дэвид Хейуорт,
перешел в "Вашингтон трибюн". Мэтт не знал, что и думать. Лесли вроде бы не из тех
истеричек, кто помешан на астрологии. И насколько ему известно, не общается с
Хейуортом.
Однако Бейкер не подозревал, что всякий раз, принимая серьезное решение, Лесли
приглашала астролога к себе домой.
В первый же день Мэтт велел напечатать в списке редколлегии имя и должность
владелицы: "Издатель - Лесли Чеймберс".

Но та коротко приказала:
- Немедленно изменить. Не Чеймберс. Стюарт. Тогда Мэтт посчитал это очередным
капризом избалованной дамочки, но ошибся: Лесли решила взять девичье имя, желая,
чтобы Оливер точно знал, кто именно станет причиной его падения.
Вскоре Лесли предложила купить журнал, печатавший статьи и советы известных всей
стране медиков.
- Зачем? - полюбопытствовал Мэтт.
- Последнее время люди все больше интересуются, как сохранить здоровье и бодрость.
Она оказалась права. Журнал пользовался огромным спросом.
- Теперь можно увеличить тираж, - объявила Лесли Мэтту. - Многие люди
интересуются мнением зарубежных врачей.
- Будет сделано.
Кстати, в редакции слишком много толстяков! Распорядитесь уволить тех сотрудников,
кто не собирается сбрасывать вес. Они ни" на что не годны.
- Лесли...
- Мне нужны молодые, вечно голодные и энергичные репортеры.
Каждый раз, когда появлялась новая вакансия, Лесли неизменно присутствовала при
переговорах. Она внимательно слушала претендента и всегда задавала один и тот же
вопрос:
- Играете в гольф?
Зачастую от правильного ответа зависело получение должности.
- Какого дьявола вам нужно? - не выдержал как-то Мэтт. - И при чем тут гольф?
- Мне не нужны люди, которые увлекаются гольфом. Те, кто здесь работает, должны
посвящать все время "Вашингтон трибюн".
Личная жизнь Лесли Стюарт стала предметом бесконечных пересудов в редакции.
Красивая незамужняя женщина, и к тому же с ее именем не связывалось никаких
скандалов. Никто из мужчин не мог похвастаться ее вниманием. Она давала роскошные
приемы, на которых почитали за честь появиться самые богатые и влиятельные люди,
знаменитые актеры и музыканты. Но что она делала, оставаясь одна? Говорили, что мисс
Стюарт страдает бессонницей и по ночам обдумывает новые планы расширения границ
своей империи. Ходили и другие слухи, более пикантные, но пока что бездоказательные.
Лесли интересовалась всем - рекламой, новостями, передовицами. Как-то она
спросила главу рекламного отдела:
- Почему мы не печатаем объявлений "Глизона"?
Речь шла о дорогом универмаге в Джорджтауне.
- Я пытался, но...
- Владелец - мой добрый знакомый. Я позвоню.
Она быстро набрала номер.
- Аллен, почему вы не даете в "Трибюн" рекламу?
Тот весело рассмеялся.
- Лесли, все магазинные воришки почему-то оказываются вашими читателями.
Немного странно, не так ли?
Перед тем как назначить встречу, Лесли старалась узнать о будущем собеседнике все,
что возможно, его слабые и сильные стороны. И, покупая очередную газету или
телестудию, беспощадно торговалась.
- Иногда вы чересчур уж несговорчивы. Нельзя быть такой крутой. Почему бы вам
иногда не уступить, Лесли? - уговаривал Мэтт.
- Ни за что. Я верю в тактику выжженной земли.
Всего за один год "Вашингтон трибюн энтерпрайзис" приобрела газету и
радиостанцию в Австралии, телестудию в Денвере и газету в Хаммонде, штат Индиана.
Как только сотрудники узнавали ужасную новость, начиналась паника. Репутация Лесли
была широко известна. Каждый ожидал немедленных и жестоких репрессий.
Зато Лесли Стюарт ужасно ревновала к Катарине Грэм.
- Ей просто повезло, - шипела она. - И все знали, что она просто злобная сучка.
Мэтта так и подмывало поинтересоваться, известно ли самой Лесли, кем считают ее
окружающие, но риск был слишком велик.
Однажды, войдя в кабинет, Лесли обнаружила, что кто-то подкинул на стол маленькую
деревяшку с двумя крошечными медными яичками.
- Простите, - расстроенно пробормотал Мэтт Бейкер. - Сейчас заберу...

- Нет. Оставьте.
- Но...
- Оставьте.
Во время очередного совещания в кабинете Мэтта раздался писк зуммера интеркома.
- Мэтт, зайдите ко мне, - велела Лесли.
Ни "пожалуйста", ни "доброе утро". Должно :быть, опять встала с левой ноги.
Снежная королева в своем репертуаре.
- На сегодня закончили, - буркнул он присутствующим и, пройдя бесчисленными
коридорами, поднялся в "Белую Башню", где располагался роскошный кабинет
издательницы. В комнате уже собралось с полдюжины начальников отделов. За
гигантским столом восседала Лесли Стюарт. При виде Бейкера она коротко кивнула:
- Давайте начнем.
Она созвала редакционное заседание! Мэтт вспомнил, как Лесли обещала, что он, и
только он, будет руководить газетой, а она ни за что не станет вмешиваться. Неужели
бесчисленные уроки ничему его не научили? Она не имела права лезть не в свое дело! Это
его работа! Но с другой стороны... она полновластная хозяйка "Вашингтон трибюн" и
вольна поступать, как ей заблагорассудится. Но и Мэтта так просто не сломишь.

- Я хотел бы поговорить с вами о любовном гнездышке президента Рассела.
- Здесь не о чем говорить, - отрезала Лесли, протягивая ему экземпляр "Вашингтон
пост", их злейшего конкурента. - Видели это?
- Естественно, но не...
- В прежнее время это называлось "сорвать куш", Мэтт! Нас опередили, и кто? Кстати,
где были вы и ваши репортеры, когда "Пост" раскопала эту сенсацию?
Мэтт молча уставился на заголовок:
УЖЕ ВТОРОМУ ЛОББИСТУ ПРЕДЪЯВЛЕНО
ОБВИНЕНИЕ ВО ВЗЯТКАХ МИНИСТРУ
ОБОРОНЫ
Почему не мы раскопали эту историю?
- Потому что официального подтверждения еще не было. Я проверял. Это всего лишь...
- Мне не нравится быть на втором плане. Мэтт только вздохнул и поудобнее устроился
в кресле. Жди бури.
- Мы либо номер один, либо ноль, - объявила Лесли собравшимся. - А если
превращаемся в ноль, вряд ли кто-нибудь сохранит свою должность. Арни, - обратилась
она к редактору воскресного приложения, - когда люди просыпаются в выходной, они
должны первым делом тянуться к вашему журналу. Мы ведь не хотим, чтобы он
действовал как снотворное и снова укладывал их в постель. Я чуть не умерла со скуки,
читая последний выпуск.
"Будь ты мужчиной, я..." - подумал Арни, но вслух лишь покорно пробормотал:
- Простите, этого больше не повторится. Лесли, не дослушав, набросилась на Джеффа
Коннорса, главу спортивного отдела, привлекательного, атлетически сложенного
блондина лет тридцати пяти, с серыми глазами, светившимися умом и добродушным
юмором. Он держался уверенно, с видом человека, сознававшего, что профессионально и
точно выполняет свое дело. Сплетничали, что Лесли заигрывала с ним, но Джефф дал ей
от ворот поворот.
- Вы написали, что Филдинга перекупили "Пираты"?
- Мне сказали...
- Значит, соврали! И теперь оказалось, что "Трибюн" напечатала "утку", не имеющую
под собой ни малейших оснований!
- Но я получил сведения от его менеджера, - невозмутимо возразил Джефф. - Он
заявил, что...
- Прошу в следующий раз проверять все как следует и не единожды!
Обернувшись, Лесли показала на пожелтевшую газетную статью, висевшую в рамке на
стене, - передовицу "Чикаго трибюн" за третье ноября 1948 года. Огромные буквы
заголовка бросались в глаза с противоположного конца комнаты:
ДЬЮИ НАНЕС ПОРАЖЕНИЕ ТРУМЭНУ!
- Для газеты нет ничего ужаснее, чем искажение фактов! В нашем бизнесе такого
просто нельзя позволить себе - слишком дорого обходится. Прошу на будущее хорошенько
это запомнить. У меня пока все. Ожидаю, что каждый примет сказанное к сведению.
Мужчины потянулись к выходу, но Лесли попросила Мэтта остаться. Тот вздохнул и
снова устроился в кресле.
- Я, кажется, была слишком резка? - нерешительно спросила Лесли.
- Вы добились всего, чего хотели. Они готовы повеситься.
Мы собрались здесь не для того, чтобы сюсюкать, обниматься и клясться в дружбе, а
для того, чтобы выпускать газету. - Она снова взглянула на старую страницу в рамке. -
Можете представить, что чувствовал издатель после выхода этого номера, когда
выяснилось, что президентом все-таки стал Трумэн? Мне не хотелось бы быть на его
месте, Мэтт. Никогда.
- Кстати, об искажении фактов, - заметил Бейкер. - Эта история о Расселе больше
подходит для дешевых бульварных листков! Почему вы продолжаете цепляться к нему?
Оставили бы его в покое! Дайте Расселу шанс показать себя.
- Я уже давала ему шанс, - загадочно бросила Лесли и, вскочив, принялась нервно
вышагивать по комнате. - Кстати, до меня дошли слухи, что президент собирается
наложить вето на новый законопроект о средствах массовой информации. Это означает,
что придется отказаться от покупки студий в Сан-Диего и Омахе.
- Но что тут поделать?
- Не сомневайтесь, я сумею своего добиться. Я хочу скинуть его, Мэтт. Мы поможем
попасть в Белый дом кому-нибудь другому, человеку, который знает, что делает.
Мэтт понял, что заступаться за президента не имеет смысла. Лесли уже все решила.
Она просто зациклилась на уничтожении Оливера Рассела, и теперь ее не урезонить.
- Рассел недостоин этого поста, и я готова пойти на все, чтобы он потерпел поражение
на следующих выборах.


Филип Коул, глава корреспондентского отдела, ворвался в кабинет Мэтта как раз в тот
момент, когда главный редактор уже собрался уходить.
- Мэтт, у нас беда! - встревоженно воскликнул он.
- Такая, что не может подождать до завтра? Я опаздываю на...
- Это насчет Дейны Эванс!
- А что с ней?! - резко спросил Мэтт.
- Она арестована.
- Арестована? - ошеломленно повторил Мэтт. - За что?
- Шпионаж. Хотите, чтобы я...
- Нет! Я сам этим займусь.

Мэтт поспешил к столу и набрал номер госдепартамента.

Глава 15


С нее сорвали одежду и поволокли из камеры в холодный темный двор. Она бешено
сопротивлялась, но ничего не могла поделать с двумя мужчинами,

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.