Жанр: Триллер
Полночное воспоминание
... его зовут. У меня была
подруга, которая все стремилась покончить жизнь самоубийством. После курса
лечения у него она забыла об этом и думать. Хочешь пойти к нему?
"Вдруг он скажет, что я сумасшедшая? А если я и в самом деле
сумасшедшая?"
- Хочу, - ответила Кэтрин неохотно.
- Я постараюсь договориться о визите. Он очень загружен.
- Спасибо, Эвелин. Очень мило с твоей стороны.
Кэтрин направилась в кабинет Уима. "Он обидится, если я не расскажу
ему о Кирке", - подумала она.
- Уим, ты помнишь Кирка Рейнольдса? Несколько дней назад он разбился,
катаясь на лыжах.
- Да? Вестминстер 0471.
Кэтрин опешила:
- Что?
Внезапно она сообразила, что Уим назвал номер телефона Кирка. Как Уим
представлял себе людей? Как цепь номеров? Неужели он начисто лишен чувств?
Не может любить, ненавидеть или жалеть?
"Наверное, ему лучше, чем мне, - вздохнула Кэтрин. - По крайней мере,
он не способен чувствовать той ужасной боли, что мы все".
Эвелин договорилась, что доктор Гамильтон примет Кэтрин в следующую
пятницу. Кэтрин собралась было позвонить Демирису и рассказать ему об
этом, но потом решила, что не стоит беспокоить по столь незначительному
поводу.
Приемная Алана Гамильтона находилась на улице Уимрол. Когда Кэтрин
шла туда в первый раз, она была раздражена и ее терзали мрачные
предчувствия. Она боялась того, что он может сказать о ней, и злилась,
потому что ей приходилось обращаться за помощью к совершенно незнакомому
человеку, вместо того чтобы выпутаться из своих проблем самостоятельно.
Женщина в регистрационном окне обратилась к ней:
- Доктор Гамильтон ждет вас, мисс Александер.
"Да, но хочу ли я видеть его? - засомневалась Кэтрин. Неожиданно ее
охватила паника: - Что я здесь делаю? Зачем мне полагаться на какого-то
шарлатана, возможно возомнившего себя богом?"
- Я... я передумала, - сказала она. - Мне, в общем-то, не нужен врач.
Я с удовольствием заплачу за визит.
- В самом деле? Подождите минуточку, пожалуйста.
- Но...
Женщина исчезла за дверью кабинета.
Через несколько секунд дверь отворилась и показался Алан Гамильтон.
Это был высокий блондин лет сорока с небольшим, с яркими голубыми глазами
и спокойными манерами.
Он взглянул на Кэтрин и улыбнулся.
- Вы принесли мне удачу, - сказал он.
Кэтрин нахмурилась:
- Каким образом?
- Я и не подозревал, какой я блестящий врач. Не успели вы войти в
приемную, как вам сразу стало легче. Нечто вроде рекорда.
Кэтрин попыталась защититься:
- Простите. Я ошиблась. Мне вовсе не нужна помощь.
- Рад слышать, - заметил Алан Гамильтон. - Хотелось бы пожелать того
же всем моим пациентам. Раз вы уже здесь, мисс Александер, может, все-таки
зайдете на минутку? Выпьем по чашечке кофе.
- Нет, благодарю вас. Я не...
- Обещаю, можете пить кофе стоя.
Кэтрин заколебалась:
- Хорошо, но только на минутку.
Она прошла за ним в кабинет. Там все было просто, но выполнено с
большим вкусом. Обстановка больше напоминала гостиную, чем кабинет. На
стенах висели картины в спокойных тонах, а на журнальном столике стояла
фотография прелестной женщины с мальчиком. "Ладно, у него симпатичный
кабинет и привлекательная жена. Ну и что?"
- Право, мне не стоило бы отнимать у вас время, доктор. Я...
- Об этом не беспокойтесь. - Он сел в кресло, внимательно разглядывая
ее. - Вам пришлось много пережить, - заметил он сочувственно.
- Откуда вы это знаете? - резко спросила Кэтрин. Тон был значительно
агрессивнее, чем ей бы того хотелось.
- Я расспросил Эвелин. Она рассказала мне, что случилось в
Сент-Морице. Мне очень жаль.
"Опять это проклятое слово".
- В самом деле? Уж раз вы такой замечательный доктор, то, может,
вернете Кирка к жизни?
Вся горечь, которая накапливалась в ней, вдруг прорвалась бурным
потоком, и, к своему ужасу, Кэтрин поняла, что она безудержно рыдает.
- Оставьте меня в покое, - закричала она. - Оставьте меня в покое.
Алан Гамильтон, сидел, молча глядя на нее.
Перестав наконец рыдать, Кэтрин сказала устало:
- Мне очень стыдно. Извините меня. Мне нужно идти. - Она встала и
направилась к двери.
- Мисс Александер, я не уверен, что смогу помочь вам, но мне хотелось
бы попытаться. Единственное, что я могу вам обещать, так это то, что не
причиню вам вреда.
Кэтрин в нерешительности стояла у двери. Повернулась к нему, и глаза
снова наполнились слезами.
- Не понимаю, что со мной, - прошептала она. - Я чувствую себя такой
потерянной.
Алан Гамильтон встал и подошел к ней:
- Почему бы нам не попытаться узнать, что с вами? Вместе. Садитесь.
Посмотрю, как там насчет кофе.
Те пять минут, что он отсутствовал, Кэтрин сидела, размышляя, как это
он уговорил ее остаться. От него веяло спокойствием. Что-то в его манерах
внушало доверие.
"Может, он и сможет мне помочь", - подумала она.
Алан Гамильтон вернулся в кабинет с двумя чашками кофе:
- Хотите сахар или сливки?
- Нет, благодарю вас.
Он уселся напротив нее.
- Как я понял, ваш приятель разбился, катаясь на лыжах?
Было больно все это ворошить.
- Да, он оказался на спуске, который был закрыт. Ветром снесло
указатели.
- Это первая смерть среди ваших близких?
Как ответить на этот вопрос?
"О нет. Моего мужа и его любовницу казнили за попытку меня убить. Все
вокруг меня умирают... Это его встряхнет. А то сидит тут, самоуверенный
сукин сын, ответа дожидается". Что же, такого удовольствия она ему не
доставит. Ее жизнь - ее личное дело. "Ненавижу его".
Алан Гамильтон заметил, что ее лицо исказилось от гнева. И умышленно
переменил тему.
- Как там Уим? - спросил он.
Вопрос застал Кэтрин врасплох.
- Уим? Нормально. Эвелин сказала, что он ваш пациент.
- Правильно.
- Как вы объясните, почему... почему он такой?
- Уим обратился ко мне, потому что его постоянно увольняли с работы.
Он - довольно редкое явление, натуральный человеконенавистник. Не буду
вдаваться в подробности, но главное - он ненавидит людей. Не может
поддерживать с ними нормальные отношения.
Кэтрин вспомнила слова Эвелин: "У него нет чувств; он никогда не
сможет ни к кому хорошо относиться".
- Но Уим - математический гений, - продолжил Алан Гамильтон. - Теперь
у него есть работа, где он может применить свои способности.
Кэтрин согласно кивнула:
- Никогда не встречала таких людей.
Алан Гамильтон наклонился вперед:
- Мисс Александер, у вас сейчас трудное время, но я думаю, что смог
бы облегчить вам жизнь. Мне хотелось бы попытаться.
- Я... право не знаю, - сказала Кэтрин. - Все так безнадежно.
- Из такого состояния, в котором вы находитесь, есть только один
выход - вперед, - улыбнулся Алан Гамильтон. У него была обаятельная
улыбка. - Давайте назначим еще одну встречу. Если после нее вы все еще
будете меня ненавидеть, поставим на этом точку.
- Я не ненавижу вас, - сказала Кэтрин извиняющимся голосом. - Разве
что совсем чуть-чуть.
Алан Гамильтон подошел к столу и принялся изучать свой календарь. Все
его время было расписано.
- Как насчет понедельника? - спросил он. - В час?
Это было обеденное время, но он готов был пропустить обед. Эта
женщина несла на своих плечах невыносимый груз, и он во что бы то ни стало
должен был помочь ей.
Кэтрин долго смотрела на него.
- Договорились.
- Прекрасно. Значит, я жду вас. А если я вам понадоблюсь раньше, - он
протянул ей визитную карточку, - вы найдете здесь номера моего рабочего и
домашнего телефонов. Я легко просыпаюсь, так что не стесняйтесь, звоните.
- Спасибо, - сказала Кэтрин. - Я приду в понедельник.
"Такая красивая и такая уязвимая, - думал доктор Алан Гамильтон,
наблюдая, как Кэтрин выходит из кабинета. - Нужно быть очень осторожным. -
Он взглянул на фотографию на своем столе. - Интересно что бы по этому
поводу сказала Анджела?"
Телефонный звонок раздался в полночь.
Константин Демирис снял трубку, и, когда он заговорил, в голосе его
звучало неподдельное изумление:
- "Теле" затонул? Не может быть!
- Тем не менее это правда, мистер Демирис. Береговой патруль
обнаружил обломки.
- Кто-нибудь спасся?
- Нет, сэр. Боюсь, что нет. Вся команда погибла.
- Ужасно. Кто-нибудь знает, что случилось?
- Боюсь, мы никогда этого не узнаем, сэр. Все на дне моря.
- Море, - пробормотал Демирис, - жестокое море.
- Нам пора требовать страховку?
- Тяжело думать о делах, когда столько стоящих людей погибло.
Впрочем, да, начинайте заниматься страховкой. - А ваза останется в его
личной коллекции.
Теперь самое время заняться братом жены.
18
Спирос Ламброу с едва сдерживаемым нетерпением ожидал сообщений об
аресте Константина Демириса. Он практически не выключал радио в своем
кабинете и внимательно просматривал все газеты. "К этому времени должны
уже были поступить какие-то новости, - думал он. - Полиция уже должна была
его арестовать".
После того как Риццоли сообщил ему, что Демирис находится на борту
"Теле" и собирается отплыть, он сразу же известил американскую таможню
(анонимно, разумеется), что на судне находится груз героина.
"Они уже должны были его схватить. Почему же нет ничего в газетах?"
Зазвучал зуммер переговорного устройства:
- С вами хочет говорить мистер Демирис.
- Кто-то звонит от его имени?
- Нет мистер Ламброу. Мистер Демирис хочет поговорить с вами лично.
От этих слов его пробрала дрожь. Немыслимо! Ламброу, нервничая,
схватил трубку:
- Коста?
- Привет, Спирос, - сказал Демирис жизнерадостно. - Ну, как дела?
- Все прекрасно. А ты где?
- В Афинах.
- Вот как! - Ламброу почувствовал, что у него перехватило дыхание. -
Давно не виделись, - заметил он.
- Да, все дела. Может, пообедаем сегодня? Ты свободен?
У Ламброу была назначена важная встреча.
- Да. Рад буду повидать тебя.
- Значит, договорились. Встретимся в клубе, в два.
Ламброу опустил трубку на рычаг, руки дрожали. Что же случилось?
Впрочем, очень скоро он все узнает.
Ламброу пришлось ждать Константина Демириса почти полчаса. Наконец он
появился и бросил коротко:
- Извини, я опоздал.
- Ничего.
Спирос внимательно разглядывал Демириса, надеясь найти на его лице
следы недавних переживаний. Ничегошеньки!
- Есть хочу! - весело сказал Демирис. - А ты? А ну, посмотрим, чем
они сегодня кормят? - Он занялся меню. - А, stridia. Как ты думаешь, не
начать ли нам с устриц, Спирос?
- Да нет, я не хочу. - Аппетит у него совершенно пропал.
Жизнерадостность Демириса будила в нем самые ужасные предчувствия.
После того как они заказали обед, Демирис сказал:
- Хочу тебя поблагодарить, Спирос.
Спирос настороженно посмотрел на него:
- За что?
- Как за что? За такого хорошего клиента, мистера Риццоли.
Ламброу провел языком по губам:
- Так ты... с ним встречался?
- Конечно. Он пообещал, что в будущем у нас с ним будет много
работенки. - Демирис вздохнул. - Боюсь только, что насчет будущего у
самого мистера Риццоли плоховато.
Спирос вздрогнул:
- Что ты хочешь этим сказать?
Голос Демириса стал резким:
- Этим я хочу сказать, что Тони Риццоли мертв.
- Каким образом... Что произошло?
- Несчастный случай, Спирос. - Теперь он смотрел Ламброу прямо в
глаза. - То же, что бывает со всеми, кто пытается вести со мной двойную
игру.
- Я не понимаю... Ты...
- Не понимаешь? Это ты хотел покончить со мной. Не вышло. Уверяю
тебя, для тебя куда лучше было бы, если бы твой план удался.
- Я... я не понимаю, о чем ты говоришь.
- Разве? - Константин Демирис улыбнулся. - Скоро поймешь. Но сначала
я уничтожу твою сестру.
Принесли устрицы.
- Выглядят великолепно, - сказал Демирис. - Приятного аппетита,
Спирос.
Позднее Константин Демирис думал об этой встрече с чувством особого
удовлетворения. Ему удалось полностью деморализовать Спироса Ламброу.
Демирис хорошо знал, насколько Ламброу привязан к своей сестре, и поэтому
наказание должны были понести оба.
Имелось и еще одно дело, с которым надо было разобраться не
откладывая: Кэтрин Александер. После гибели Кирка она позвонила ему, что
называется в истерике:
- Это... это было ужасно.
- Мне очень жаль, Кэтрин. Знаю, тебе нравился Кирк. Для нас обоих это
большая потеря.
"Придется изменить планы, - подумал Демирис. - Времени на "Рафину"
сейчас нет". Кэтрин оставалась единственным человеком, знающим все о том,
что произошло с Ноэли Пейдж и Ларри Дугласом. Нельзя было так долго
оставлять ее в живых. Пока она жива, можно доказать его вину. Если она
умрет, он будет в полной безопасности.
Он снял телефонную трубку и набрал номер. Услышав ответ, Демирис
сказал: "Буду в Коулуне в понедельник. Приезжай". И, не дожидаясь ответа,
повесил трубку.
Два человека встретились в пустующем здании, принадлежащем Демирису,
в старой части города.
Его оскорбляли. Он чувствовал, что начинает злиться. Такой вопрос
можно задать только новичку с улицы. Он едва удерживался, чтобы не сказать
с сарказмом: "да, полагаю что справлюсь. Вы предпочитаете, чтобы
несчастный случай произошел в помещении? Тогда, я тогда она упадет с
лестницы и сломает шею". Как танцовщица из Марселя. "Или она спьяну утонет
в ванной". Как наследница из Гстаада. "А может, она переборщит с
героином". Этим способом он покончил с тремя. "Еще она может заснуть с
горящей сигаретой". Так он разделался с шведом-детективом в гостинице на
левом берегу Сены в Париже. "Или вы желаете несчастный случай на свежем
воздухе? К вашим услугам автоили авиакатастрофа, или же исчезновение в
море".
Но ничего такого он не сказал, потому что, говоря откровенно,
человек, сидящий напротив внушал ему страх. Слишком много ужасного о нем
рассказывали, и у него были все основания этим рассказам верить.
Поэтому он ограничился тем, что сказал:
- Да, сэр, я могу организовать несчастный случай. Никто никогда не
узнает.
Едва эти слова слетели с его уст, как его осенило: _о_н _з_н_а_е_т_,
ч_т_о _я _б_у_д_у _з_н_а_т_ь_. Он замолчал. Через окно до него доносился
уличный шум и разноязыкие хриплые выкрики жителей квартала.
Холодные, цвета обсидиана, глаза Демириса продолжали изучать его.
Наконец он заговорил:
- Прекрасно. Как это сделать, решите сами.
- Да, сэр. Женщина в Коулуне?
- В Лондоне. Ее зовут Кэтрин. Кэтрин Александер. Она работает в моей
лондонской конторе.
- Неплохо было бы, если бы меня кто-нибудь ей представил. Кто-нибудь
из работающих там.
Демирис задумался.
- Я направляю группу своих работников в Лондон на следующей неделе.
Поедешь с ними. - Он наклонился вперед и тихо добавил: - Еще одно.
- Да, сэр.
- Сделай так, чтобы никто не смог опознать труп.
Константин Демирис позвонил Кэтрин:
- Доброе утро. Ну как вы сегодня?
- Хорошо, спасибо, Коста.
- Вам лучше.
- Да.
- Прекрасно. Рад это слышать. Я тут посылаю делегацию наших
сотрудников в Лондон, чтобы они там подучились. Мне бы хотелось, чтобы вы
взяли их под свое крылышко и присмотрели за ними.
- Буду рада. Когда они прибывают?
- Завтра утром.
- Сделаю все, что смогу.
- Знаю, что могу на вас рассчитывать. Спасибо, Кэтрин.
- Не стоит благодарности.
"Прощай, Кэтрин".
Их разъединили.
"Итак, дело сделано!" Константин Демирис долго сидел в кресле,
погруженный в свои мысли. Вместе с Кэтрин исчезнет всякая угроза его
благополучию. И он сможет вплотную заняться своей женушкой и ее братцем.
- У нас сегодня гости. Сотрудники компании. Примешь их как следует.
Прошло так много времени с тех пор, как она в последний раз принимала
гостей своего мужа. Мелина почувствовала радостное возбуждение. "Может
быть, все еще поправится!"
Но тот ужин ничего не изменил. Трое мужчин прибыли, отужинали и
убрались восвояси. Для Мелины вечер прошел как в тумане.
Ее формально представили гостям и оставили сидеть и наблюдать, как ее
муж их очаровывает. Она уж почти забыла, каким очаровательным может быть
Коста. Он рассказывал забавные истории, щедро сыпал комплиментами. Гости
были в восторге. Они находились в гостях у великого человека и не
скрывали, что осознают это. Мелине ни разу не удалось даже слово вставить.
Стоило ей открыть рот, как Коста тут же перебивал ее. Наконец она оставила
все попытки и просто сидела молча.
"И зачем я ему здесь?", - удивлялась она.
Когда гости уже уходили, Демирис сказал: "Завтра рано утром летите в
Лондон. Уверен, вы сделаете все, как нужно".
С тем они и ушли.
Делегация прибыла в Лондон на следующее утро. Состояла она из трех
человек, все - разной национальности.
Джерри Хейли был высоким американцем спортивного типа, с открытым,
приятным лицом и темно-серыми глазами. Таких больших рук, как у него,
Кэтрин никогда не приходилось видеть. Они просто завораживали. Казалось,
они просто живут своей собственной жизнью, постоянно находясь в движении,
переплетаясь и поворачиваясь, как будто они были не в состоянии оставаться
в покое хотя бы минуту.
Француз Ив Ренард, невысокий и полный, был прямой противоположностью
американцу. У него были мелкие черты лица, и его маленькие холодные
глазки, казалось, пронизывали Кэтрин насквозь. Он производил впечатление
отрешенного и погруженного в себя человека. Когда Кэтрин его увидела, ей
показалось, что он все время настороже. "Но почему", - подумала Кэтрин.
Третьим был Дино Маттуси. Это был дружелюбный, веселый и
очаровательный итальянец.
- Мистер Демирис прекрасно о вас отзывается, - заявил Маттуси.
- Вы мне льстите.
- Он сказал, вы присмотрите за нами в Лондоне. Взгляните, я привез
вам небольшой подарок. - Он протянул Кэтрин сверток с маркой Гермеса. В
свертке был великолепный шелковый шарф.
- Спасибо большое, - сказала Кэтрин. - Очень мило с вашей стороны. -
Она взглянула на остальных мужчин. - Не хотите ли посмотреть свои
кабинеты?
Что-то грохнуло у них за спиной. Все обернулись. Молодой паренек в
растерянности смотрел на разбросанные на полу чемоданы. На вид ему было
лет пятнадцать, и он был очень маленького роста. Он выглядел хрупким, у
него были русые волосы и яркие зеленые глаза.
- Ради бога, - рявкнул Ренард, - поосторожнее с вещами.
- Виноват, - нервно произнес паренек. - Извините меня. Куда мне
отнести чемоданы?
- Куда-нибудь, - нетерпеливо ответил Ренард. - Мы их потом заберем.
Кэтрин вопросительно смотрела на мальчика. На помощь пришла Эвелин.
- Он работал рассыльным в Афинах. Нам здесь тоже нужен рассыльный.
- Как тебя зовут? - спросила Кэтрин.
- Атанас Ставич, мэм. - Казалось, парень сейчас расплачется.
- Все в порядке, Анатас. Там в конце коридора есть комната, поставь
туда чемоданы. Я прослежу, чтобы о них позаботились.
- Спасибо, мэм, - поблагодарил мальчик.
Кэтрин снова повернулась к гостям:
- Мистер Демирис сказал, что вы будете знакомиться с нашими методами
работы. Если что нужно, обращайтесь ко мне. Сделаю что смогу. А теперь,
джентльмены, если вы последуете за мной, я познакомлю вас с мистером Уимом
и остальными сотрудниками.
Они пошли по коридору, время от времени останавливаясь, чтобы
познакомиться с тем или иным работником. Наконец они подошли к кабинету
Уима.
- Уим, это делегация, которую прислал мистер Демирис. Познакомься:
мистер Ив Ренард, Дино Маттуси и Джерри Хейли. Они только-только из
Греции.
Уим взглянул на них:
- Население Греции составляет всего семь миллионов шестьсот тридцать
тысяч.
Удивленные, мужчины переглянулись.
Кэтрин улыбнулась про себя. Они отреагировали на Уима точно так же,
как и она, когда в первый раз его увидела.
- Ваши кабинеты уже готовы, - обратилась она к мужчинам. - Не
пройдете ли за мной?
Когда они вышли в коридор, Джерри Хейли заметил:
- В чем дело, черт побери? А говорили, он тут важная шишка.
- Так и есть, - уверила его Кэтрин. - Уим следит за финансовыми
операциями во всех подразделениях.
- Я бы не доверил ему следить за моим котом, - фыркнул Хейли.
- Когда вы узнаете его получше...
- У меня нет ни малейшего желания узнавать его получше, - пробормотал
француз.
- Я заказала для вас номера в гостиницах, - сказала Кэтрин. - Как я
поняла, вы решили остановиться в разных отелях.
- Верно, - ответил Маттуси.
Кэтрин хотела было что-то сказать, но передумала. Какое ей дело до
того, что они решили.
Он наблюдал за Кэтрин и размышлял: "Не ожидал, что она такая
хорошенькая. Что ж, тем интересней. И она знает, что такое боль. По глазам
видно. Я покажу ей, какой потрясающей может быть боль. Мы насладимся ею
вместе. И когда я с ней покончу, она пойдет туда, где уже нет боли. К
Созидателю или как его там? Получу от этого удовольствие. Да еще какое!"
Кэтрин развела мужчин по кабинетам и, после того как они устроились,
направилась к себе. Из коридора она услышала, как француз орал на
мальчишку.
- Это не мой чемодан, придурок. У меня коричневый. Коричневый, понял!
Ты по-английски понимаешь?
- Да, сэр. Простите, сэр. - В голосе слышался страх.
"Надо что-то придумать насчет парня", - решила Кэтрин.
- Если тебе надо будет помочь, - сказала Эвелин, - ты знаешь, где
меня найти.
- Ты очень добра, Эвелин. Будет надо - скажу.
Когда несколькими минутами позже Атанас Ставич проходил мимо ее
кабинета, Кэтрин окликнула его:
- Зайди ко мне на минутку, пожалуйста.
Мальчик смотрел на нее с испуганным выражением лица.
- Слушаюсь, мэм. - Он вошел с таким видом, будто боялся, что его
выпорют.
- Закрой дверь, пожалуйста.
- Слушаюсь, мэм.
- Садись, Атанас. Тебя ведь Атанас зовут, верно?
- Да, мэм.
Она пыталась помочь ему расслабиться, но ей никак это не удавалось.
- Тут нечего бояться.
- Да, мэм.
Кэтрин разглядывала его, недоумевая, что же такое страшное могло с
ним произойти, чтобы до такой степени испугать его. Про себя она решила,
что следует получше узнать о его прошлом.
- Атанас, если кто-нибудь будет тебя ругать или обижать, приходи ко
мне. Понял?
- Да, мэм, - прошептал он.
Но она не поверила, что у него хватит смелости прийти. Кто-то где-то
навсегда убил в нем силу воли.
- Мы еще поговорим, - сказала Кэтрин.
Документы, привезенные членами делегации, говорили о том, что все они
в разное время работали в различных подразделениях империи Демириса.
Поэтому они должны были достаточно разбираться в делах организации. Больше
всех удивлял Кэтрин симпатичный итальянец, Дино Маттуси. Он засыпал ее
вопросами, на которые ему следовало бы знать ответы, и даже не старался
проявить интерес к деятельности лондонского подразделения. Одним словом,
личная жизнь Кэтрин интересовала его куда больше, чем дела компании.
- Вы замужем? - спросил Маттуси.
- Нет.
- Но вы были замужем?
- Да.
- Разведены?
Ей захотелось кончить разговор:
- Я вдова.
Маттуси ухмыльнулся:
- Готов поспорить, что у вас есть дружок. Понимаете, что я хочу
сказать?
- Я понимаю, что вы хотите сказать, - сухо ответила Кэтрин. "И это не
ваше дело". - А _в_ы_ женаты?
- Si, si. У меня жена и четверо прелестных bambini. Когда я уезжаю,
они так по мне скучают.
- Вы много путешествуете, мистер Маттуси?
Он сделал вид, что обиделся:
- Дино, зовите меня Дино. Это мой папа - мистер Маттуси. Да я много
путешествую. - Он улыбнулся Кэтрин и понизил голос: - Но иногда
путешествия приносят бездну удовольствий. Вы меня понимаете?
Кэтрин улыбнулась:
- Нет.
В четверть первого Кэтрин отправилась на прием к доктору Гамильтону.
К своему удивлению, она ждала понедельника с нетерпением. Она помнила, как
была расстроена, когда была у него в первый раз. Теперь же она вошла в
кабинет, ожидая чего-то хорошего. Регистраторша ушла обедать, и дверь в
кабинет доктора была открыта. Алан Гамильтон ждал ее.
- Входите, - пригласил он.
Кэтрин вошла в кабинет и села в предложенное кресло.
- Так-так. Ну, как прошла неделя?
"Как прошла неделя? Да никак". Ей так и не удалось выбросить из
головы Кирка Рейнольдса.
- Нормально. Много работы.
- Это помогает. Вы давно работаете у Константина Демириса?
- Четыре месяца.
- Нравится?
- Помогает не думать о... о многом. Я очень обязана мистеру Демирису.
И сказать не могу, как много он для меня сделал. - Кэтрин уныло
улыбнулась. - Да, видимо, придется рассказать, не так ли?
Алан Гамильтон покачал головой:
- Вы мне расскажете только то, что сами захотите.
Они помолчали. Наконец она заговорила:
- Мой муж работал у Константина Демириса. Он был летчиком. А со
мной... произошел несчастный случай на озере, и я потеряла память. Когда
память вернулась ко мне, мистер Демирис предложил мне эту работу.
"Я не хочу рассказывать о боли и ужасе? Или мне стыдно говорить, что
мой муж пытался меня убить? Я что, боюсь, что он во мне разочаруется?"
- Всем нам трудно говорить о прошлом.
Кэтрин молча смотрела на него.
- Вы сказали, что теряли память?
- Да.
- И с вами был несчастный случай на озере.
- Да. - Кэтрин сжала губы. Казалось, она изо всех сил старается
сказать ему как можно меньше. Ее раздирали сомнения. Ей хотелось
рассказать ему все и попросить о помощи. И в то же время не хотелось
ничего говорить ему, только бы ее оставили в покое.
Алан Гамильтон задумчиво смотрел на нее:
- Вы разведены?
"Да. Залпами выстрелов".
- Он... мой муж умер.
- Мисс Александер. - Он колебался. - Не возражаете, если я буду звать
вас Кэтрин?
- Нет.
- Меня зовут Алан. Кэтрин, чего вы боитесь?
Она замерла:
- Почему вы думаете, что я боюсь?
- Разве нет?
- Нет. - На этот раз молчание затянулось. Она боялась облечь свои
мысли в слова и произнести их вслух. - Люди вокруг меня... они умирают.
Если он и удивился, он не показал этого.
- И вы считаете, что вы в этом виноваты?
- Да. Нет. Не знаю. Все так запу
...Закладка в соц.сетях
