Жанр: Триллер
Паук 7. Фиалки синие
... У нее для каждого находилось хлесткое словцо. Она несколько раз провела рукой по лицу,
будто пытаясь отделаться от наваливающегося сна.
- Наверное, ты слишком напряжена, - заговорила Джамилла. - Расслабься, девочка.
Нам известно, что те двое причинили тебе массу боли.
Дос Сантос фыркнула.
- Причинили массу боли? Да они сломали мне два ребра и руку. Раз шесть меня вообще
вырубало. К счастью, в один прекрасный момент я полетела вниз с горы, точнее, с холма. А
потом вскочила на ноги и что было сил рванула прочь.
- Сначала ты заявила, что ни одного из преступников толком не рассмотрела. А позднее
сказала, им обоим лет по сорок - пятьдесят?
Дос Сантос пожала плечами:
- Не знаю. Стоял туман - или мне так показалось. Чуть раньше в тот же вечер я ездила в
клуб "Клык" на Уэст-Пико. Это единственное место, где можно встретить настоящих вампиров
и что-нибудь о них узнать. В те времена я наведывалась в разные готические клубы - в
"Стигматы", "Шабаш тринадцати", "Вампирикус", что в Лонг-Бич. И работала в
"Некромании". Что такое "Некромания"? - спросила она, словно зная наверняка, что мы
сейчас же зададим ей этот вопрос. - Специализированный бутик для тех людей, которые
интересуются смертью. Там можно купить настоящий человеческий череп. Кости пальцев -
рук и ног. Да хоть целый скелет, если захочешь.
- Мы не захотим, - ответила Джамилла. - Однажды и мне довелось побывать в
подобном магазине. В Сан-Франциско. Он называется "Коронер".
Дос Сантос взглянула на нее с пренебрежением.
- Очень смешно, черт возьми! Думаешь, произвела на меня впечатление? Считаешь себя
шибко умной?
Я вновь попытался вставить слово:
- Мы хотим помочь вам...
Дос Сантос перебила меня:
- Врешь! Вы хотите помочь только себе. Просто произошло еще что-то. Те ужасные
убийства в Сан-Франциско, правильно? Читать я умею, уважаемые. В противном случае о
проблемах Глории Дос Сантос никто и не вспомнил бы. А у меня их целая тьма! Гораздо
больше, чем вы думаете. Но всем на меня плевать!
- В парке "Золотые ворота" убили мужчину и женщину. Убили зверски. Вам об этом
известно. Вполне вероятно, что убийцы - те же самые люди, которые напали и на вас, -
сказал я.
- Хм, м-да. А знаете, я, пожалуй, сообщу вам нечто такое, во что вы сразу же должны
поверить. Те двое, что напали на меня, были вампирами! Слышите? Понимаю, вам трудно
воспринять подобное своими крошечными мозгами, но эти парни - вампиры. Они
отстранились от мира людей и теперь совсем не такие, как вы!
Я тогда чуть не распрощалась с жизнью. Их собратья любят поохотиться в
Беверли-Хиллз. Они каждый божий день убивают в Лос-Анджелесе! И пьют кровь своих жертв,
так сказать, насыщаются. Вижу, вы мне не верите. А должны поверить!
Дверь неслышно растворилась, и в проеме показалась голова полицейского, который
что-то прошептал детективу Киму.
Ким нахмурился, взглянул на нас, потом на Дос Сантос. - На бульваре Сансет совершено
убийство. В гостиничном номере "люкс" искусали и повесили человека.
Лицо Глории Дос Сантос исказилось до неузнаваемости. Ее глаза сделались маленькими и
злыми. Ее охватил приступ ярости и она оглушительно громко заорала:
- Они следили за вами, придурки! Они следили за вами! Не врубаетесь? Следили!.. О
Господи! Им известно, что я здесь. Боже мой! Я пропала. Из-за вас мне теперь крышка.
Часть вторая
Жажда крови
Глава 22
В команде с Кайлом Крэйгом я всегда работал над распутыванием серьезных убийств с
огромным удовольствием, поэтому с нетерпением ждал момента, когда позднее в тот же день
он присоединится к нам с Джамиллой Хьюз в Лос-Анджелесе. И сильно удивился, увидев
Кайла уже на месте преступления, в Беверли-Хиллз, куда мы незамедлительно отправились.
Тело обнаружили в отеле "Шато-Мармон", где когда-то умер от передозировки Джон
Белуши.
Выглядел этот отель, как французский замок, и возвышался над бульваром Сансет на семь
этажей. Когда я вошел в фойе, у меня сразу возникло ощущение, будто вся обстановка в нем из
двадцатых годов. По-моему, директор одной из киностудий как-то раз сказал Уильяму
Холдену:
- Если захочешь проблем на свою задницу, поищи их в "Шато-Мармон".
Кайл встретил нас у двери гостиничного номера. Его темные волосы были гладко
зачесаны назад, а еще мне показалось, что он немного загорел. Очень непривычно. В первое
мгновение я даже не узнал его.
- Познакомься: Кайл Крэйг, ФБР, - сказал я Джамилле. - Пока я не встретил тебя,
считал, что среди тех, с кем мне доводилось расследовать убийства, Кайл - лучший.
Кайл и Джамилла обменялись рукопожатиями, и мы проследовали за Кайлом внутрь
номера. По сути, номер больше походил на одноэтажный дом с верандой, какие строят лишь за
городом: здесь были две спальни, гостиная с камином и отдельный выход на улицу.
Вид убитого, как и во всех предыдущих случаях, повергал в ужас. На ум опять пришли
пессимистические идеи одного философа, который мне вспомнился на жутком месте
преступления в Северной Каролине. Я о Шопенгауэре, утверждавшем, что наше существование
- ошибка. Сегодня твои дела плохи, завтра проблем еще больше, а заканчивается все полной
трагедией. Моя личная философия отличалась от шопенгауэровской большим оптимизмом,
хотя порой и мне его рассуждения казались убедительными.
Полная трагедия приключилась с двадцатидевятилетним управляющим фирмой
звукозаписи Джонатаном Мюллером, и наистрашнейшим образом. Его шея была искусана.
Ножевых ранений на его теле я не заметил.
Мюллер висел на люстре, по-видимому, не очень долго. Его кожа выглядела восковой и
прозрачной.
Мы трое подошли к покачивавшемуся телу ближе. Из него до сих пор вытекала кровь.
- Большинство укусов на шее, - сказал я. - Похоже, и здесь побывали те, кто считает
себя вампирами. Повешение, должно быть, их ритуал. Или же автограф.
- Как чудовищно, - прошептала Джамилла. - Бедный парень, из него вытекла чуть не
вся кровь. По-моему, это преступление на сексуальной почве.
- Я тоже так думаю, - сказал Кайл. - Мне кажется, сначала они его соблазнили.
В эту самую секунду в моем кармане зазвонил сотовый. Момент был самый что ни на есть
неподходящий.
Прежде чем ответить, я посмотрел на Кайла.
- Скорее всего это опять он. Дирижер.
Я приложил трубку к уху.
- Как тебе Лос-Анджелес, Алекс? - монотонно произнес Дирижер. - Убийства
чертовски похожи что здесь, что там, не правда ли?
Я кивнул Кайлу. Он понял, что мне звонит Дирижер, и жестом попросил передать ему
трубку. А едва поднеся ее к уху, сильно нахмурился.
- Связь оборвана, - сообщил он, возвращая мне телефон. - Такое впечатление, будто
этот подонок каким-то образом узнал, то ты его уже не слушаешь. Разве такое возможно,
Алекс? Откуда ему все известно? Что он хочет от тебя, черт возьми?
Я уставился на медленно раскачивающийся труп, не имея понятия, что отвечать. Ответов
у меня не было. Такое впечатление, будто кровь выпили у меня.
Наступила пятница, а мы продолжали всецело отдаваться расследованию этого
немыслимого, устрашающего безумия и не имели понятия, когда оно закончится. Днем мне
предстояло нечто крайне сложное - позвонить домой, в Вашингтон. Трубку после пары гудков
подняла мама Нана, и мне страстно захотелось, чтобы вместо нее это сделал кто-нибудь из
детей.
- Привет, это Алекс. Как дела?
Нана ответила:
- На завтрашний концерт Деймона ты не явишься, правильно, Алекс? Или, может, ты
вообще о нем забыл? О, Алекс, Алекс! Почему ты вечно нас бросаешь? Так нельзя, согласись.
Я очень люблю Нану, но, случается, в своем стремлении что-то доказать мне она заходит
слишком далеко.
- Может, пригласишь к телефону Деймона? Я бы хотел поговорить с моим мальчиком, а
не с тобой.
- Мальчиком ему оставаться недолго. Очень скоро он превратится в такого же упрямца,
как и ты, и перестанет слушать всех и вся. Вот тогда ты и поймешь, каково это. Уверяю тебя, ты
не обрадуешься, - сказала Нана.
- Я и так чувствую себя препаршиво и мучаюсь сознанием своей вины. Нет
необходимости усугублять мои страдания.
- А я буду усугублять, так как считаю это своим долгом. И отношусь к подобным
разговорам со всей серьезностью, так же, наверное, как ты - к работе, - произнесла Нана.
- Нана, люди то и дело умирают. Первого человека убили в Вашингтоне, тогда-то я и
ввязался в расследование этой дикости. Преступники и не думают останавливаться. Я обязан
выявить какую-то закономерность происходящего, по крайней мере попытаться.
- Да, люди умирают, Алекс, я все понимаю. А другие люди взрослеют, практически не
видя отца, в котором остро нуждаются, - в особенности потому, что у них нет матери. Об этом
ты никогда не задумываешься? Я не могу заменить нашим детям обоих родителей.
Я закрыл глаза.
- Ты права, Нана, я во всем с тобой согласен, хочешь верь, хочешь нет. Ты пригласишь
Деймона? - вновь спросил я. - Обещаю, сразу по окончании этого разговора я сосредоточу
все свои усилия на поиске для наших детей подходящей матери. Кстати, моя напарница -
женщина очень милая. Тебе она определенно понравилась бы.
- Деймона нет дома. Он попросил передать тебе, если ты позвонишь и скажешь, что
задерживаешься, большое спасибо.
Я покачал головой и невольно улыбнулся.
- Ты прекрасно сымитировала его интонацию. Где он?
- Играет с друзьями в баскетбол. Между прочим, у него здорово получается. Не
удивлюсь, если наш мальчик станет выдающимся баскетбольным защитником. А ты, наверное,
и понятия не имел, что у него прекрасные данные?
- Почему же? Имел. У Деймона ловкие руки и реакция что надо. Я об этом всегда знал.
А с какими он играет друзьями? Тебе известно?
- Естественно, известно. А тебе? - парировала Нана. Она умеет быть беспощадной,
если уж на кого-то нападает. - Ладно, так и быть. Он с Луисом и Джамалом. Отличные ребята.
- Мне пора идти, Нана. Пожалуйста, передай Деймону и Дженни, что я очень их люблю.
А малыша Алекса крепко обними.
- Сам их обнимай, сам говори, что любишь, - ответила Нана и повесила трубку.
Никогда раньше она не поступала так. Точнее, поступала, но очень редко.
Я сидел, будто приклеенный к стулу, снова и снова прокручивая в голове разговор и
пытаясь понять, действительно ли я настолько виновен. С детьми я проводил гораздо больше
времени, чем многие другие отцы, но, как верно отметила Нана, росли мои сыновья и дочь
чересчур быстро, причем без матери. Я должен был стараться для них еще больше, а не искать
своему поведению чертовы оправдания.
Я попытался вновь позвонить домой, потом еще раз. Никто не ответил. Я понял, что
наказан. С Деймоном мне удалось связаться часов в шесть вечера. Он только что вернулся с
репетиции хора перед завтрашним концертом. Услышав его голос, я пропел несколько строчек
из рэп-песенки, которая нравилась Деймону.
Он нашел это забавным, и я понял, что все в порядке. Сын простил меня. Чудесный
мальчик, мой Деймон, каждый родитель такому порадовался бы. Я вдруг вспомнил о своей
жене, Марии, и при мысли, что она не может видеть, каким стал наш сын, на душе у меня
сделалось гадко. Ты была бы довольна им, Мария. Как ужасно, что тебя с нами нет.
- Нана выполнила твою просьбу, Деймон. Поверь, мне очень жаль. Я мечтаю оказаться
завтра на твоем концерте, ты ведь сам это знаешь, но обстоятельства складываются не в нашу
пользу, приятель.
Деймон тяжело вздохнул.
- Мечты, мечты... - пробормотал он.
Одна из любимых поговорок его прабабушки. Я слышал ее сотни раз, начиная с самого
детства.
- Накажи меня за это, поругай.
- Да ладно, пап. Все в порядке, - ответил Деймон и опять вздохнул. - Я ведь понимаю,
тебе надо работать, и скорее всего у тебя очень важные дела. Просто нам от этого часто бывает
грустно. Сам знаешь.
- Я люблю тебя и приеду, как только смогу. И постараюсь во что бы то ни стало прийти
на твой следующий концерт, - произнес я.
- Ловлю тебя на слове, - сказал Деймон.
- Я сам ловлю себя на слове, - ответил я.
Около семи тридцати вечером того же дня я все еще работал в здании полицейского
участка в Брентвуде. Я чувствовал себя смертельно уставшим, когда наконец оторвал глаза от
толстенной стопки отчетов о расследовании варварских преступлений, совершенных в девяти
городах Западного побережья и одного - в округе Колумбия. Описания убийств нагоняли на
меня жуткий страх, и, разумеется, не потому, что я верил в вампиров.
А потому, что верил в существование зверств, проделываемых некоторыми людьми над
своими собратьями: в свирепые укусы, садистские повешения, освобождение убитых от крови,
натравливание на жертв тигров. Мне до сих пор так и не удавалось понять, что представляют
собой убийцы, я не мог вычислить мотивы их поведения. По сей день не справлялись с этой
задачей и бихевиористы из научного отдела ФБР. Потому-то и по ряду других причин Кайл
Крэйг и решил срочно приехать сюда - принять в расследовании личное участие. Кайла эти
убийства тоже приводили в полное замешательство, ничего подобного мы еще не видывали.
Джамилла подошла к моему столу примерно без четверти восемь. Она работала в другом
кабинете, в противоположном конце коридора. Сегодня и ее восхитительное лицо выглядело
утомленным.
Работа полицейского отличается одной особенностью: во время расследования жестоких
убийств уровень адреналина в крови детектива значительно возрастает и автоматически
обостряются чувства. Возрастает и привлекательность, что нередко приводит к
непредвиденным осложнениям. Я не раз испытывал подобное на себе, Джамилла, наверное,
тоже. По крайней мере она вела себя именно так. Может, поэтому, общаясь друг с другом, мы
старались не забывать об осторожности.
Я немного подался вперед и почувствовал легкий аромат духов.
- Я должна вернуться в Сан-Франциско, Алекс. Еду в аэропорт прямо сейчас. Можете
просмотреть с Кайлом записи, которые я сделала, изучив некоторые дела. Знаешь, к какому я
пришла выводу? Убийства совершены не одними и теми же людьми. На сегодня я в этом
убеждена.
- Почему ты так считаешь? - спросил я.
Признаться, мне в голову приходили те же самые мысли. Хотя как-нибудь обосновать
свою догадку я был не в состоянии, она возникла как бы сама по себе, словно вытекала из
длительного анализа накопленных у нас материалов.
Джамилла потерла и слегка наморщила переносицу. Ее гримасы заставили меня
улыбнуться.
- Модели поведения постоянно меняются. Это особенно заметно, если сравнивать
последние убийства с преступлениями годичной или двухгодичной давности. Раньше убийцы
действовали крайне осмотрительно. В недавних случаях - небрежно и более жестоко.
- Не могу не согласиться. Я еще раз внимательно просмотрю все дела. Кайл и его люди в
Квонтико - тоже. Тебя беспокоит что-нибудь еще?
Джамилла на мгновение задумалась.
- Сегодня утром поступило сообщение о другом странном преступлении. В похоронном
бюро в Вудленд-Хиллз. Кто-то надругался над одним из тел. Возможно, подражатель. Я
оставила для тебя папку с документами. Ну, я побежала, а то опоздаю на следующий рейс...
Будешь звонить?
- Конечно, буду. Даже не сомневайся. От меня так просто не отделаешься.
Джамилла махнула мне рукой и зашагала прочь подлинному коридору.
Провожая ее взглядом, я чувствовал себя прескверно.
Джем.
Через десять минут после ухода Джамиллы, спешившей в Сан-Франциско, у моего стола
появился Кайл. Сейчас он напоминал потрепанного временем профессора лет сорока с лишним,
который только что выполз из своего кабинета в библиотеке, просидев в нем несколько дней
кряду за изучением пыльных талмудов.
- Ну что, разгадал загадку? - спросил я. - Если да, я улечу сегодня же. Дома на меня за
то, что я пропадаю черт знает где, и так все зуб точат.
- Я не разгадал эту чертову загадку, - ответил Кайл, зевая. - А голова у меня уже
трещит. Такое чувство, что в ней образовалась дыра и что-то из этой дыры постепенно
вытекает.
Он потер висок костяшками согнутых пальцев.
- Ты еще не поверил в существование вампиров? Или хотя бы тех, кто себя за них
выдает?
На губах Кайла появилась кривая полуулыбка.
- А я всегда верил в вампиров. С тех самых пор, как еще ребенком жил в Виргинии, а
потом в Северной Каролине. В вампиров, в привидения, в зомби, в прочих адских тварей,
которые так любят разгуливать по ночам. Все южане верят в подобные вещи. Таково, наверное,
наше наследие. Кстати, самыми реальными нам кажутся призраки. Я серьезно думаю, что они
существуют. И мне очень бы хотелось проснуться вдруг и понять, что весь кошмар, которым
мы сейчас занимаемся, - просто сказка о привидениях.
- Кто его знает? Может, здесь не обходится и без призраков. Одного призрака я видел
собственными глазами буквально несколько дней назад. Его имя Мэри Элис Ричардсон. Эти
ублюдки убили ее и повесили на дереве, очевидно, в разгаре одного из своих сатанинских
праздников.
Примерно в девять мы с Кайлом наконец-то вышли из участка в надежде где-нибудь
неподалеку перекусить и, может, выпить по паре кружечек пива. Перспектива провести вечер в
компании Кайла радовала меня. В голове кружили гнетущие мысли: обрывки чувств,
подозрения и общая паранойя, вызванная нынешним делом. А еще, естественно, мрачные думы
о Дирижере. Он мог позвонить мне или послать факс либо электронное письмо в любой
момент.
По пути в отель мы завернули в небольшой бар под названием "Ноул", показавшийся нам
местечком вполне подходящим для еды и беседы. Когда я работал вместе с Кайлом, мы нередко
ужинали вместе.
- Ну, как тебе тут живется, Алекс? - спросил Кайл, сделав первый глоток пива. - Все в
порядке? Пока держишься? Знаю, ты терпеть не можешь быть вдали от Наны и детей. Жаль, что
все так получается.
Я чересчур сильно устал за сегодняшний день, чтобы вступать с ним в спор.
- Как выразился однажды Тайгер Вудз, "сегодня не мой день". Я вообще в
растерянности, Кайл. Все в этом деле настолько ново и настолько ужасно...
Кайл кивнул.
- Не твой день не только сегодня. Все играет не в нашу пользу. Все. Так как же, черт
побери, твои дела? В последнее время ты слишком напряжен. Все это отмечают. Но ведь
ночевать в "Сент-Энтони" тебе больше не приходится, подобное не должно тебя тревожить.
Я посмотрел на него, вгляделся в глубокие карие глаза. Кайл был моим другом, но в то же
самое время еще и человеком на редкость расчетливым. К чему он клонит? Что за мысли
крутятся в его мозгу?
- Знаешь, я окончательно вымотался, - сказал я. - А впрочем, нет все в порядке. Дети
в норме, и я счастлив. Мое самое сильнодействующее лекарство - малыш Алекс. Дженни и
Деймон тоже радуют. Я до сих пор скучаю по Кристин, страшно ее не хватает. Тревожит меня
единственный вопрос: как долго я еще буду заниматься расследованием чудовищных, не
укладывающихся в голове убийств? В остальном у меня полный порядок. Кайл ответил:
- К тебе обращаются, потому что ты классный специалист. Твоя интуиция, твой уровень
интеллектуального развития... Ты стоишь на ступень выше всех остальных копов.
- Может, пора перестать быть классным специалистом? Я все чаше и чаще думаю об
этом. Понимаешь, убийства проникли во все сферы моей жизни, боюсь, они постепенно
изменяют мою личность... Ладно, хватит об этом. Расскажи-ка мне лучше что-нибудь о смерти
Бетси Кавальерр. Наверняка тебе известно что-то такое, чего не знаю я.
Кайл покачал головой. Его глаза погрустнели.
- Абсолютно ничего, Алекс. И о Дирижере тоже. Этот придурок до сих пор названивает
тебе в любое время дня и ночи?
- М-да. Но о Бетси и ее смерти больше не упоминает.
- Надо бы попытаться еще разок проследить его звонок. Я об этом позабочусь.
- А что толку?
Кайл продолжал пристально смотреть мне в глаза. Я чувствовал, что он чем-то озабочен.
- Полагаешь, этот ублюдок наблюдает за тобой?
Я кивнул:
- Да, иногда у меня возникает такое ощущение. Можно задать тебе один вопрос, Кайл,
раз уж мы сидим здесь? На кой черт ты так упорно продолжаешь втягивать меня во всю эту
дьявольщину, а? Мы вдвоем работали над делом Казановы в Дареме, над похищением Данн и
Голдберга, над ограблениями банков. А теперь влезли еще и в это дерьмо.
Кайл ответил незамедлительно:
- Ты лучший из лучших, Алекс. Твое чутье почти всегда ведет нас, куда нужно. Иногда
ты распутываешь дела, иногда нет, но всегда подходишь очень близко к разгадке. Почему бы
тебе не перейти к нам в Бюро, а? Я серьезно, воспринимай мои слова как деловое предложение.
Так вот что Кайл задумал, вот для чего затеял эту встречу в неофициальной обстановке.
Захотел, чтобы я согласился работать с ним в Квонтико.
Я разразился хохотом, Кайл тоже.
- Честно сказать, в данном случае я до сих пор не знаю, в каком направлении двигаться.
Я как будто в тупике, Кайл.
- Не торопись с выводами, - ответил он. - Мое предложение в любом случае останется
в силе - выиграешь ты на этот раз или проиграешь. Я очень надеюсь, что ты его примешь и мы
будем работать вместе. Тогда ты прямо-таки осчастливишь меня.
Для смены впечатлений нельзя было найти ничего более подходящего. На подобный
поворот событий они даже не надеялись. За двумя лихими ищейками Уильям и Майкл следили
от самого полицейского участка в Брентвуде. На приличном удалении, из своего фургона.
Причем не ставя перед собой задачи ни в коем случае не упустить этих двоих из виду - в
каком отеле они живут и где их можно найти, братьям было прекрасно известно.
Они знали и имена этой парочки.
Кайл Крэйг, ФБР. Ответственный помощник директора Бюро из Квонтико. Специалист по
"особо сложным делам". Один из лучших в ФБР.
Алекс Кросс, полиция Вашингтона. Судебный психолог, настоящий профессионал.
Уильяма так и подмывало подойти к ним и прошептать на ухо: "Начнешь охоту на
вампира, и вампир станет охотиться на тебя".
Эти слова соответствовали действительности, но слишком уж сильно смахивали на
правило. А Уильям плевать хотел на правила и установки, он ненавидел их. Правила
сопряжены с предсказуемостью, они лишают человека индивидуальности. А еще свободы,
истинности, самобытности. В итоге из-за этих же правил ты попадаешься.
Уильям едва надавил на педаль тормоза. Выловить этих двоих, прикончить их, как
паршивых собак, - такой план не особенно ему нравился. В Лос-Анджелесе они могли найти
развлечения и поинтереснее.
Например, сходить в церковь Вампира, куда они с Майклом уже не раз наведывались, - в
пристанище тех, "кто ищет дьявола". Это и впрямь была церковь - огромная, с высокими
сводами, множеством залов, наполненных старинной мебелью в викторианском стиле,
замысловатыми золотыми канделябрами, человеческими черепами и другими костями,
гобеленами и запечатленными на полотнах обожателями крови. В основном в этой церкви
собирались люди, лишь корчившие из себя вампиров. Но появлялись и вампиры настоящие.
Как Уильям и Майкл.
В церкви Вампира выдавалась возможность пережить события поистине незабываемые:
садистско-эротические, будоражащие кровь, мучительная боль во время которых плавно
переливалась в исступленный восторг. При одном воспоминании о предыдущем посещении
церкви по телу Уильяма пробегал электрический разряд. Он встретил тогда светловолосого
мальчика лет семнадцати. Истинного ангела. Одет был мальчик во все черное, даже глаза его в
контактных линзах казались агатовыми. Желая доказать Уильяму, что он вампир, красавец
проткнул собственную сонную артерию и принялся пить свою кровь. А спустя некоторое время
пригласил Уильяма присоединиться к нему.
Когда Уильям и Майкл вешали мальчика, чтобы заполучить всю его кровь, ими правили
только любовь и восхищение прекрасным юношеским телом. Они лишь всего-навсего
удовлетворяли свои естественные садистско-эротические потребности.
Уильям очнулся от блаженной мечтательности, когда двое типов, за которыми они
следили, свернули к бару "Ноул" недалеко от бульвара Сансет. К мирскому, скучному
заведению, как раз для таких, как они.
- Собираются выпить, - сказал Уильям Майклу. - Товарищество ищеек.
Майкл хихикнул и закатил глаза.
- Два старика, совершенно беззащитные. Беззубые.
Он рассмеялся над собственной шуткой.
Уильям наблюдал за Алексом Кроссом и Кайлом Крэйгом, пока они не исчезли из виду.
- Нет, - произнес он. - С этими надо быть поосторожнее. Один из них очень опасен. Я
почувствовал его энергию.
Наконец-то я нашел зацепку, спасибо Тиму, другу Джамиллы из "Сан-Франциско
икзэминер". Дело сдвинулось с мертвой точки, во всяком случае, я на это надеялся. На
следующее же утро я отправился по 101-му шоссе в Санта-Барбару - примерно в ста сотнях
миль на север от Лос-Анджелеса.
Наблюдать за темнеющим на глазах небом и медно-ссрым густым смогом, окутывавшим
город, из которого я только что выехал, было неприятно. Меня обуревали мрачные мысли.
В Санта-Барбаре в библиотеке Калифорнийского университета мне предстояло
встретиться с человеком по имени Питер Уэстин. В библиотеке хранится самое полное
собрание книг о вампирах и вампирской мифологии во всех Соединенных Штатах. Уэстина как
эксперта в этом вопросе мне порекомендовал Тим. Джамилла предупредила меня, что Уэстин
считается человеком весьма эксцентричным, но о вампирах - нашего времени и прошлых
веков - знает больше, чем кто бы то ни был.
Уэстин принял меня в небольшой личной гостиной, примыкавшей к основному
читальному залу библиотеки. На вид я дал ему лет сорок с небольшим. На нем были
фиолетовые и черные одежды, даже на его ногтях темнел лиловый лак. По словам Джамиллы,
он владел магазином одежды и аксессуаров в небольшом торговом центре под названием "Эль
Пасео" на Стейт-стрит в Санта-Барбаре. У него были длинные черные волосы с седыми
прядями, а весь его вид говорил о мраке и угрозе.
- Детектив Алекс Кросс, - произнес я, пожимая Уэстину руку.
Несмотря на покрытые лаком ногти, хватка у этого типа была крепкая.
- Уэстин, потомок Влада Цепеша . Приветствую вас, мистер Кросс. Ночь холодна, а вы,
должно быть, нуждаетесь в пище и отдыхе, - напыщенно произнес Уэстин.
Я поймал себя на том, что улыбаюсь, - его речь показалась мне заранее подготовленной
и очень знакомой.
- Вы разговариваете, пря
...Закладка в соц.сетях
