Жанр: Триллер
Двое в пекле
...гент получил задание изъять у
Гиша документы до того, как он будет
готов предоставить их нам.
- Почему же "джентльменское соглашение" не сработало?
- Из-за просчета агента. Он подключил к операции Ника Майло, секретаря
Гиша, знавшего точное местонахождение
документов. Тот согласился, но начал свою игру.
Такого поворота никто не ожидал. С виду безобидный, Майло оказался орешком
покрепче Гиша. Вряд ли он
руководствовался нравственными принципами, скорее секретарь стремился стать
заметной фигурой в политике и обществе.
Причем без особых усилий: мэр проделал всю черную работу и ушел в тень -
секретарю осталось лишь воспользоваться
плодами чужих усилий . Нам удалось предотвратить эту попытку, но не удалось
уничтожить бумаги. Майло пустил в ход
хитроумный трюк с разбивкой доклада на части и использованием нескольких
курьеров, подставного адресата и так далее.
Мы, откровенно говоря. не были готовы к таки м выкрутасам. Люди присланные мне в
помощь из Чикагского синдиката - все
они имеют солидный опыт в подобного рода делах - допустили ряд непростительных
промахов, но это отдельный разговор и
я буду поднимать этот вопрос осенью в Майами, на съезде региона льных
синдикатов. Но, так или иначе, сегодня мы
документами не располагаем.
- И вы спокойно говорите об этом?
- Мы делаем все, чтобы найти их. Мои| люди взяли след. Задействована
полиция. Но| это мои трудности, Эндрюс. Меня
беспокоит мэр. Ради него я и попросил вас о сегодняшней встрече.
- Вы продолжаете видеть в Гише главного противника? Даже после того, как он
лишился документов?
- Сорняк вырывают с корнем, иначе он дает новые всходы. Гиш по-прежнему
опасен. Хотя бы потому, что жив. Он
подготовил документы и не передал их нам в руки. В любой политический подтасовке
он остается жертвой, которая легко
превращается в победителя, пер ейдя в противоположный лагерь. При этом он вполне
может восстановить доклад, наверняка
у него остались кой-какие заготовки. А если он к тому же узнает, что у меня на
руках фактически ничего нет, то сам пойдет в
атаку, не дожидаясь моею хода. В нашем поло жении оставлять мэра в покое
непростительная ошибка. Мы не можем
позволить себе такую роскошь.
- Теперь мне ясно, зачем я вам понадобился. Вы хотите убрать Гиша моими
руками. Я не только отстраняю мэра от
должности, но и несу за это полную ответственность, не так ли?
Эндрюс резко повернулся. Его тон не предвещал собеседнику ничего хорошего.
- У нас с вами нет другого выхода. Гиш болен. Тяжело болен, и
общественность знает об этом. Я не могу его физически
уничтожить, город и так лишился нескольких заметных фигур, смерть мэра
окончательно возбудит обывателя, а это, как вы
понимаете, нам совер шенно ни к чему. Может возникнуть новый скандал, отголоски
которого долетят до Вашингтона.
Поэтому Гиша следует убрать аккуратно. Как только он лишится статуса
государственного деятеля и превратится в персону с
приставкой "экс", я уничтожу его безболезне нно. Но это несколько позже...
- У меня нет никаких оснований для отстранения Гиша.
- Есть, -ледяным тоном возразил Стилл. - Не в моих правилах восстанавливать
память забывчивым администраторам, но
вы вынуждаете меня сделать это. Хочу напомнить вам сумму, в которую обошлись
ваши выборы, хочу напомнить вам также,
кем они финансировались. .. А теперь вспомните, что Гиш был казначеем. В его
докладе есть Глава о расходах. Губернатору
штата Калифорния Уолтеру Эндрюсу принадлежит в ней одно из первых мест. Если
наше объединение будет признано
организацией незаконно финансировавшей предвыборн ую борьбу первых лиц штата, то
в Вашингтоне зададутся вопросом -
чем заслужил уважаемый Эндрюс столь мощную поддержку бизнесменов? И вы знаете,
Эндрюс, у меня найдется для них
ответ. И не один. а целый список, по пунктам.
В кабинете воцарилась тишина. Ответный ход повис в воздухе. Орсон Стилл
ждал. У него в рукаве была припрятана еще
парочка козырей, но выкладывать их он не торопился. Губернатор не мог переварить
и тех, что ему уже предложили.
- Хорошо. Я все обдумаю и решу, чем смогу помочь вам.
- "Нам", любезный губернатор. Вы молодой крепкий политик. Вам пятьдесят.
Тюрьма не лучшая площадка для
политической деятельности.
Эндрюс ничего не ответил. Он снял плащ со спинки стула, надел шляпу и перед
выходом еле заметно кивнул. Стилл
понял, что губернатор готов и дальше отрабатывать вложенный в него капитал.
Не успела за ним закрыться дверь, как на пороге вырос новый посетитель -
Рик Клептон. Но в каком виде! Казалось,
"профессионал из Чикаго" вот-вот потеряет равновесие и грохнется на пол. Он без
конца ощупывал забинтованную голову,
как бы желая убедиться, что она еще на месте.
- Что скажешь, Рик, кроме того что Элжер отбил ногу о твой зад?
Клептон долго молчал. А когда заговорил, видно было, что каждое слово
дается ему с большим трудом, он часто
останавливался, чтобы перевести дыхание, перемежая слова длительными паузами.
- У Элжера есть сообщник. К тому же я купился на твое предложение и
подключил к делу людей, которых ты мне
рекомендовал. Этим сосункам нельзя доверить даже ловлю черепах.
- Интересно получается: вместо того, чтобы честно признать свою полную
бездарность, он еще в претензии. Ты
забываешь, приятель, кто на кого работает.
Клептону ничего не оставалось, как проглотить заслуженную пилюлю. Но
окончательно сдаваться он не собирался:
- За домом Вилиджа установлено тщательное наблюдение. Если ты выкуришь его
оттуда, то я стазу же возьму его в
оборот. Прикончим, и точка. Из револьвера Элжера как и остальных. Что касается
Чибса, то мы устанавливаем имя
владельца машины, на которой Чибс ездил к Майло. Через хозяина "мерседеса" мы на
него и выйдем.
Сейчас мои люди выясняют адрес. Это вопрос нескольких часов. Единственным
местом, где останавливался Келли,
шофер Майло, было кафе, там его и накрыли. У него была возможность передать
конверт бармену. Мы нажали на него, и он
признался, что видел, как Келли передал пакет человеку, сидящему рядом со
стойкой. По нашим предположениям, это и есть
сообщник Элжера; тогда круг замыкается. Значит, у Элжера три конверта.
Клептон не сказал, что "сообщник" Элжера - юная девушка и что пластырем на
лице он обязан в первую очередь ей.
- Я понял, Рик. Три конверта у Элжера, один у Чибса или Вилиджа, пятый у
меня. Хорошо еще, если это все. Но я не
уверен.
- Мои люди отправились на виллу Майло. В данный момент она пустует, все на
похоронах секретаря. Скоро мы получим
результаты.
- Что делать с Элжером?
- Думаю, пора подключить полицию. Они либо спят, либо ничего не делают.
Извини, ты был занят, и я без твоего ведома
вызвал сюда Карадена. Он в приемной. Этот старый пройдоха озабочен только своим
карманом, а от работы отлынивает.
Пора хорошенько стегнуть его во толстым ляжкам. Пусть поднимет всю полицию
города. Совместными усилиями мы
возьмем Элжера.
- Да, Караден совершенно отбился от рук, в этом ты прав.
Сидя в приемной, обставленной французской мебелью, капитан Караден
чувствовал себя не уютнее, чем в тюремной
камере. Разговор с Орсоном Стиллом ничего хорошего не предвещал Раньше они
встречались не чаще двух-трех раз в
полгода, а теперь капитан вынужден являться к нему второй раз за двое суток. И
это его чрезвычайно раздражало, поскольку
нарушало золотое правило, которому он старался следовать неукоснительно: не
ввязываться в политические перепалки. Ведь
раньше все было просто:
Стилл (финансовая махинация) - Караден (поимка "виновного") - Стилл
(гонорар за услуги). А сейчас - он это понимал -
его втягивают в опасное болото, выкарабкаться из которого вряд ли получится...
Господи, ведь до пенсии считанные дни...
Нет, он не выдерж ит такой нагрузки. Капитану стало жаль себя. Он понимал -
случись что, и ни один человек в городе не
помянет его добрым словом. Кто теперь вспомнит о двадцати годах безупречной
работы, кто оценит риск, которому он сотни
раз подвергал свою жизнь? Однажды оступился - и все. Жизнь покатилась по колее,
в конце которой - тупик.
- Зайдите, капитан, босс ждет вас, - бросил небрежно выходящий из кабинета
Рик.
Караден встал с дивана, поправил галстук и шаркающей старческой походкой
направился к двери. Проводив его
презрительным взглядом, Клептон снял с вешалки шляпу взял трость с костяным
набалдашником и вышел в коридор.
Приемная опустела.
4
Кладбище "Пантеон" находится между Лос-Анджелесом и Пасадиной на высоком
холме в стороне от магистрали. Здесь
хоронят самых достойных и богатых граждан близлежащих городов. Последний приют
для усопших больше похож на паркзаповедник
для прогулок. Бело мраморные обелиски, каждый из которых -
произведение искусства - расположены,
наподобие спирали, вокруг красивейшей церкви начала века. Когда ее строили,
никто не предполагал, что здесь разрастется
такое огромное кладбище. Калифорния в те времена была последним прибежищем
индейцев, беглых каторжников,
проституток и ковбоев. Они и думать не думали, что на этом холме упокоятся те,
кт о найдет в Калифорнии нефть, высадит
апельсиновые рощи, построит первые мосты, плотины, небоскребы, верфи, банки,
корабли. Что канут в прошлое кольты,
винчестеры, дилижансы и придут им на смену самолеты, телеграф, "томпсоны" а вся
культура сведется к феномену, который
будет обозначен одним общим понятием - Голливуд. Душа, ради которой возводили
храмы, очерствеет, а честь станет
измеряться банковским счетом и не останется ничего, что нельзя будет оплатить и
приобрести в собственность.
Джуди добралась до кладбища и полудню. Вдоль западной аллеи тянулась
вереница дорогих лимузинов, которая вывела
девушку к небольшой группе людей в черном. Она остановилась в стороне и
наблюдала, как они, встав полукругом, отдавали
последнюю дань ушедшему из жизни Нику Майло.
Ближе всех к гробу стояли двое: женщина, лица которой, скрытого под вуалью,
она разглядеть не смогла, и юноша лет
двадцати. Высокий, худой, с рыжей шевелюрой и веснушками на узком лице. Молодой
человек поддерживал женщину под
руку, глаза его были полны с лез У остальных - почти у всех - скорбные маски на
лицах плохо сочетались с пустыми, ничего
не выражающими глазами.
Когда гроб с телом опустили в землю, вереница скорбящих, соблюдая строгую
очередность, начала проходить вдоль
могилы; они бросали туда горсть земли останавливались возле вдовы и выказывали
ей свои соболезнования. Многих из тех,
кто пришел проводить Ника Майло в последний путь, Джуди видела на фотографиях в
газетах. Первыми
засвидетельствовали свое скорбное почтение мэр и его супруга, затем остальные.
Этот распорядок как бы подчеркивал
строго официальный характер всей процедуры, словно скончался не личн ый
секретарь мэра одного из городов, а по крайней
мере, сенатор.
Кто-то очень хотел показать всему миру, что из жизни ушел человек, деяния
которого надо высекать в камне в назидание
потомкам. "Спектакль, да и только? - усмехнулась про себя Джуди. Несколько
репортеров фиксировали на пленку скорбную
церемонию. Среди них был и Майк Нильсон - тот самый, что сказал: "Вряд| ли мы
увидим Майло живым". |
Постепенно процессия теряла свою стройность, люди расходились по машинам.
Джуди отошла в сторону и встала за
деревом. Она уже жалела, что приехала сюда: наверное, ей не удастся улучить
момент для разговора с Алексом. Вряд ли он
станет отвечать на ее вопр осы. Все, чего она добилась - это отвратительный
осадок на душе в желание поскорее убраться
отсюда.
Машины медленно выезжали с кладбища. Джуди, соблюдая дистанцию, почти
механически поплелась за Алексом,
ведшим под руку мать. За воротами кладбища они остановились. Вдова взялась за
ручку дверцы красного "понтиака", но
немного задержалась, что-то говоря сыну. Алекс стоял рядом и внимательно слушал
ее.
Наконец вереница машин двинулась с места и направилась к центральной
магистрали города. Но перед этим Джуди
заметила некоторые странности. Сначала мэр простился с женой и сел в
шестиместный "крайслер" в сопровождении четырех
телохранителей, а она заняла место водителя в черном "линкольне" и поехала одна.
Следом в свою машину села вдова и
присоединилась к общему потоку. Алекс остался один, Джуди на мгновение
растерялась, она не ожидала этого. Он, как ей
показалось, был в полной растерянности.
Первой пришла в себя девушка. Упустить такой шанс было бы непростительно.
- Вы Алекс Майло? - проговорила она, остановившись в двух шагах от юноши.
Черный костюм был явно не с его плеча и
наверняка взят напрокат в фирме похоронных принадлежностей.
Алекс вздрогнул от неожиданности и обернулся. Его глаза были полны слез, а
на лице застыло выражение скорби и
страха. Так смотрят люди, ожидающие нападения.
- Что вам нужно? - голосом с ломкой хрипотцой спросил он.
- Поговорить с вами.
- О чем Кто вы?
- Джуди Лайн. Я кое-что знаю о гибели вашего отца и у меня есть к вам дело.
- Гибели? Мой отец умер от сердечного приступа.
- Возможно, я не так выразилась. Но давайте не будем привлекать к себе
внимание. Отойдем, я не отниму у вас много
времени.
Косые взгляды из окон последних отъезжающих от кладбища машин, как холодные
тусклые лучи фонарей ощупывали
стоящую в воротах пару. Джуди повернулась спиной к дороге и лица ее нельзя было
разглядеть, но она кожей чувствовала
колкую настороженность этих глаз-буравчиков, пронзавших насквозь.
- Хорошо. Я выслушаю вас, - в его голосе не бьхло и тени любопытства.
Они не торопясь побрели по узкой аллее вдоль ограды. Джуди надеялась, что
Алекс достаточно хорошо осведомлен о
делах отца. Даже если это не так, она должна сейчас многое для себя прояснить.
Учитывая состояние мальчишки, его можно
поймать на любой промашк е. Бить следует в лоб, не давая ему много времени на
обдумывание.
Исходя из этого, Джуди и начала разговор.
- Я представляю людей, интересы которых совпадали с интересами вашего отца,
- твердым тоном начала она, стараясь
говорить как можно убедительнее. - Ваш отец перед гибелью... если вам угодно,
перед смертью, хотел предпринять один
очень важный шаг. Ради эт ого шага он пожертвовал жизнью...
Алекс остановился и схватил Джуди за руку.
- Послушай, кукла, не морочь мне голову! Говори, что тебе надо и
проваливай. Не тебе рассуждать о делах моего отца.
Хотя его тон не сулили Джуди легкого разговора, она приободрилась -
настроение парня свидетельствовало о том, что ее
расчет был верен. - От тебя лично мне ничего не нужно. Я говорю о проблемах,
связанных с гибелью твоего отца. Их надо
решить сейчас и мы с тобой способны это сделать, иначе убийствам не будет конца.
- О чем это ты? - Алекс замер.
- Не стой как столб, иди рядом и слушай. Свое мнение выскажешь после, если
оно понадобится.
Джуди высвободила руку и пошла дальше.
- 0'кей. Я помолчу. Но рот ты мне не заткнешь.
- Ну и прекрасно. Я буду краткой. Гибель твоего отца не единственная. Ваш
шофер Боб Келли был убит у меня на глазах.
Секретарь Брюс Хотчер зарезан в отеле "Эмпайр" адвокат Генри Фарб и его
секретарша застрелены в собственном офисе.
Редактор "Голоса" Пит ер Харвей убит на шоссе. Убита жена моего друга у себя в
доме. И наконец, две пули в сердце убили
твоего отца.
- Ты не могла этого знать, если сама не участвовала в убийстве...
- Заткнись! Я была в морге больницы Святого Иоана сегодня ночью. Они все
там. Но не каждому суждено попасть на
престижное кладбище... Многие из них работали в одной упряжке с твоим отцом.
- Откуда ты все это знаешь?! Кем ты себя возомнила? Кто тебе поверит? Глаза
Алекса метали искры.
- Не срывай на мне злость! Ты поверишь. Поверишь, потому что у тебя нет
другого выбора. Каждый погибший получил
конверт с секретными документами от твоего отца и лишился жизни, выполняя его
поручение. Ник Майло не исключение.
Но если ты трус и не способе н завершить дело отца, не мешай другим это сделать.
Джуди видела, что он растерян и что его грубость - не более чем защитная
реакция. Настал момент главного удара.
- Учти, Алекс, если убийцы узнают, что один из конвертов у сына Ника Майло,
то он очень скоро отправится вслед за
отцом.
- Не узнают! - крикнул Алекс и тут же осекся.
Возникла пауза. Молодые люди сверлили друг друга глазами, готовые к драке.
Но ничего подобного не произошло.
Джуди выиграла первый гейм и сбросила обороты.
- Но я-то знаю, - тихо сказала она. - И ты должен понять, что я на твоей
стороне.
- Тоже мне, защитница. Кто мог доверить тебе такое дело? Кто тебя подослал?
- Закон и справедливость.
Джуди достала из сумочки конверт и протянула Алексу. Тот машинально взял
его и распечатал. На фирменном бланке
Окружного суда размашистым почерком было написано:
"М-р Майло! Вы можете доверять моим представителям Дэну Элжеру и Джуди
Лайн. Не могу выйти к вам на связь.
Беспокоюсь за судьбу документов. Прошу подключить к делу моих представителей.
С уважением Р. К."
- Кто это - "Р. К."?
- Роберт Клейн. Окружной судья. Документы предназначались ему.
- А как же Фарб?
- Фарб лишь собирал конверты. Алекс вернул письмо и оглянулся по сторонам.
Рядом никого не было. На площадке возле
ворот выстроились в ряд несколько такси. На кладбище въехала машина с венком на
крыше.
- Ладно. Говори, что делать. Джуди облегченно вздохнула.
- Все документы должны попасть в одни руки. Ты должен передать мне свой
конверт. Если хочешь, отнесем его вместе. Я
знаю, что ты его никому не отдал. Нам удалось перехватить еще три. Осталось два.
- Почему я должен тебе доверять?
- Если бы я была твоим врагом, то не пришла бы к тебе. Пришли бы другие,
которые не любят церемониться и не ведут
переговоров. Они хватают за горло и перерезают его.
- Но почему ты?
- Я детектив. Была бы плохим детективом, окружной судья нашел бы лучшего.
Но он остановил свой выбор на мне.
Внешность не имеет значения в нашем деле.
Алекс выпучил глаза на девушку, несколько раз моргнул и вдруг рассмеялся.
Он смеялся и никак не мог остановиться.
Джуди нахмурилась.
- Ты на кладбище, идиот! - зашипела она. Алекс не услышал. Тогда Джуди
размахнулась и влепила затрещину весельчаку
в трауре. Смех оборвался, как лопнувшая струна - Извини. Хватит терять время, -
Джуди пошла в новую атаку. - Какие тебе
еще нужны доказательства?
- Не надо. Я верю тебе.
- Давно пора. Ты должен понимать, что противник у нас общий. Пока конверт у
тебя, он не имеет веса. Того веса, который
должен упасть на чашу правосудия. Мы обязаны передать его в нужные руки. Сделать
то, чего не успел сделать твой отец.
- Согласен. Но конверт остался в машине матери.
- А куда она поехала?
- Понятия не имею. Сказала, что вернется поздно. Она вообще ведет себя
странно в последнее время. Дала мне денег и
велела взять такси.
- Надо попытаться догнать ее. Будем надеяться, что она едет не на большой
скорости. До города миль двадцать. Если
постараться, то перехватим ее на подъезде к городу.
Они вернулись на площадку и сели в первое такси. Чернокожий парень в
форменной каскетке игриво хмыкнул.
- Помирились? Ну и...
- Чем меньше мы будешь смотреть по сторонам и совать свой нос в чужие дела,
тем больше заработаешь, - резко оборвал
таксиста Алекс.
Сейчас он выглядел совершенно не так, как полчаса назад: решительный
молодой мужчина, не любящий бросать слов на
ветер, и твердо знающий, что ему нужно. Джуди не узнавала его.
- Ну что вы, сэр. Это я так.
- Минут десять назад отсюда отъехал красный "понтиак". Если ты его
догонишь, получишь двойную цену.
- 0'кей! Держитесь на виражах, леди и джентльмены!
Мотор взревел, как бульдозер, и машина рывком соскочила с места. Пассажирам
и впрямь пришлось держаться на крутых
поворотах за поручни. Джуди схватила Алекса за руку и прильнула к его уху:
- Как конверт попал в машину?
- Долгая история.
- У нас есть время, но не теряй его попусту. Рассказывай.
- ...В ночь, когда погиб отец, я не спал, ко мне пришла моя подружка.
Родители не любят ее, она полукровка. В нашем
саду много лазеек и мы часто используем их. Но есть место, которое не обойдешь:
чтобы попасть в мою комнату, надо
пройти мимо отцовского к абинета. Мы сидели в беседке и ждали, когда он погасит
свет и уйдет в спальню, дверь черного
хода я оставил открытой. Ждали долго, но свет в кабинете все продолжал гореть.
Лестница черного хода выходит на
площадку второго этажа прямо к дверям кабинета, а отец всегда работает с
открытой дверью. Обычно он не засиживается
позже часа ночи, а тут... Моя подружка начала хныкать. В два часа нам все это
надоело. Сколько можно?! Но из-за упрямства
я все же решил дождаться. В конце концов, не будет же он до утра торчать за
письменным столом! Я видел, как в комнате
мелькнула тень, это в кабинет вошла мать. Ну слава богу, значит, скоро уведет
его в спальню. Но я ошибся, ... В третьем часу
ночи в саду объявился Боб Келли. Он подошел к черному входу и достал ключи.
Правда, они ему не понадобились.
Осмотревшись по сторонам. Боб вошел в дом. Моя девушка не выдержала и ушла. А
мне стало интересно, чем все это
кончится. Я, конечно, не думал, что Боб имеет дурные мысли, он очень предан
отцу, но все же какая-то тревога о владела
мной. В нашем саду много старых деревьев. Их высаживал еще мой прадед.
Взобравшись на одно из них, я отчетливо увидел,
что отец разговаривает с Бобом. Потом тот вышел в сад, выгнал машину из гаража и
залил бак бензином. Я решил, что отец
куда-то уезжает. Но почему ночью? Однако он не вышел из дома; наоборот, кто-то
прикатил к нему. Боб распахнул въездные
ворота и на территорию бесшумно въехала машина. Под светом луны она казалась
серебристой. "Меркурий".
Последняя модель.
Пассажира Боб проводил в дом. Раньше я этого человека никогда не видел. Все
выглядело как в детективе. Ясно было, что
этот визит - тайна. От кого? От мэра? Но ведь отец много лет работал только с
ним, а мать считает жену мэра своей лучшей
подругой. Через полчаса после того, как уехал последний посетитель, прибыл
гость. Боб впустил в сад спортивный
"мерседес". Когда его владелец поднялся к отцу, я хорошо его разглядел: это был
Дэвид Чибс, спортивный комментатор. Его
знают все, кто увлекается футболом и б ейсболом. Года два назад этот парень
исчез из поля зрения болельщиков, и его
появление в доме отца было более чем странным. Но и комментатор был не последний
гость. Вслед за ним прибыл человек
на белом "кадиллаке". Редактор газеты "Голос" Питер Харвей. Э то я узнал только
теперь, из газет, где опубликовали его
фотографии с некрологом. Потом приехал какой-то богатей - этого сопровождали
телохранители, но в дом они не заходили.
Последним уехал Боб. Я понял, что визитеров больше не будет - некому открывать и
закрывать ворота. Шел шестой час, я
страшно продрог и решил идти спать.
Когда я поднимался наверх, отец заметил меня. Он не стал ругаться или
ворчать, мне даже показалось, что его это
обрадовало. Обычно очень уравновешенный и спокойный, теперь он показался мне
сильно встревоженным и непривычно
суетливым. Ничего подобного я раньше за ним не замечал. Отец попросил меня
зайти. Первое что бросилось мне в глаза - это
лежащий на столе револьвер. Сроду не видел у отца оружия, да и вряд ли он умел
им пользоваться. Своими первыми словами
он окончательно сбил меня с толку. "Очень х орошо, что в эту минуту ты здесь.
Пора тебе, сын, взяться за дело. Ты уже
достаточно взрослый, Алекс, и я хочу доверить тебе важное поручение. Ко мне не
смог приехать человек, которого я очень
ждал. Теперь тебе придется выполнить мою весьма серьезную про сьбу. В конце
концов, у меня есть сын, не так ли, и он, я
уверен, достоин доверия. Скажу сразу - задание опасное, требует осторожности и
ответственности". Отец помолчал немного
и добавил: "Знай, -сын то, что я тебе доверяю, важно не только для меня. Не
люблю громких слов, но эти документы
способны уничтожить змеиное гнездо преступности в нашем штате. Долг обязывает
нам помочь правосудию". Так он сказал.
Доверие отца, который всегда относился ко мае как к мальчишке, меня
поразило. И если уж до конца быть честным,
признаюсь - я чуть было не разревелся. "Что мне надо сделать, отец?" - Я был
готов на все, чтобы доказать, что достоин его
доверия. "Ты должен передать этот конверт адвокату Фарбу. В во семь утра он
будет ждать тебя в своем, офисе, - отец
написал адрес на конверте. - Но учти - никто не должен знать о существовании
этого конверта, даже полиция, если ты вдруг
наткнешься на нее. Там далеко не все безупречно честные люди. Никому не доверяй
конверта, только Фарбу, он один знает,
что с ним делать". Я забеспокоился, что не успею к восьми: "До города добираться
не меньше двух часов.
Сейчас шесть. Извини, но я знаю, что на твоей машине уехал Боб... Возьми
машину матери и выезжай сейчас же. Не т
еряй времени". Это были его последние слова.
Я тут же отправился в гараж. Мать всегда оставляет ключи в машине, с этим
проблем не было. Следуя совету отца, я
упаковал его в пластиковый пакет и засунул в багажник, в покрышку запасного
колеса. Работа заняла немало времени, но
зато я обеспечил надежно сть тайника. Когда я распахнул ворота, чтобы выгнать
машину, до меня донеслись два глухих
выстрела. Стреляли в доме. Мгновенно перед глазами возник револьвер на столе
отца, Я бросился в дом, забыв обо всем на
свете. Перескакивая через три ступени, вбежал наверх в кабинет. Отец лежал на
полу весь в крови. Я встал на колени и
склонился над ним. Он уже не дышал. Можешь себе представить, что я испытал... Не
помню уже сколько прошло минут,
может одна, может, две. Внезапно перед глазами что-то вспыхнуло. Я по чувствовал
резкую боль в голове и тут же
провалился в бездонную черную яму.
Не знаю, сколько прошло времени до того момента, как я услышал слабые
звуки, затем они превратились в голоса и
только потом я смог открыть глаза. Возле меня сидела миссис Гиш и похлопывала
меня по щекам.
- Ты в порядке, Алекс? - услышал я далекий голос. - Ты слышишь меня?
В плавающем тумане я наконец различил несколько силуэтов. Мать сидела в
кресле и безудержно рыдала. Капитан
Караден разговаривал в дверях с мэром. Люди в белых х
...Закладка в соц.сетях
