Жанр: Триллер
Прощай, калифорния
...енному право произнести последнее слово перед казнью.
Барроу повернул руки ладонями вверх и обратился к Райдеру:
- Послушайте, мы уже поняли, что вы человек прямой и откровенный.
Пожалуйста, поймите и вы, что мы не считаем ваш приезд бесполезным. Мы
внимательно слушаем.
- Благодарю вас. - Райдер не стал тратить время на вступление. - Вы все
видели, что творится вокруг на улицах. Когда мы сели на вертолетную площадку у вас
на крыше, то увидели сотни таких же улиц. Дорога забиты машинами. Толкотня и
давка. Ничего подобного не было уже очень давно. Люди в страхе бегут отсюда. И я их
не виню. Если бы я жил здесь, то, наверное, тоже пустился бы в бегство. Они верят,
что завтра утром Моро взорвет бомбу. Я тоже не сомневаюсь в этом. Я также уверен,
что он собирается взорвать остальные десять атомных бомб, как и обещал. Зато я ни на
минуту не поверил в его требования. Это полная ерунда, и он прекрасно об этом знает.
Мы должны относиться к его требованиям так, как они того заслуживают: это пустые,
бессмысленные требования, которые не могут быть удовлетворены.
- Возможно, вам следует кое-что знать, - сказал Барроу. - Прямо перед вашим
приездом прошел слух, что Кремль и Пекин через свои посольства в Вашингтоне
заявили протест по этому вопросу. Они клятвенно заверяют, что невинны, как
свежевыпавший снег, что выдвинутые против них чудовищные обвинения не имеют
абсолютно никаких оснований (правда, никто их ни в чем не обвинял) и что все это -
часть разветвленного капиталистического заговора. Впервые на моей памяти они
совершенно согласны друг с другом.
- То есть это нельзя назвать обычным официальным отрицанием?
- Вот именно. Они просто сходят с ума.
- Не считайте их виновными в нашем деле. Подобное предположение
смехотворно.
- Вы уверены, что на ваше суждение не повлиял тот факт, что вы уже отвергли
свидетельства, указывающие на коммунистический след?
- Да, уверен. Впрочем, как и вы.
Митчелл заявил:
- А вот я не уверен.
- Ничего удивительного. Наверное, вы каждую ночь, ложась спать, заглядываете
под кровать.
Митчелл скрипнул зубами.
- А если нет, то что?
Сами слова были достаточно безобидны, но их тон не оставлял сомнений, что этот
человек готов продолжать упорствовать в своем недоверии ко всему, что скажет
Райдер.
- Ну, я как-нибудь это переживу. Все началось, по-видимому, с Филиппин.
Вероятно, вы знаете, какая там обстановка. Я, конечно, не специалист по внешней
политике, но в последние несколько часов мне пришлось прочитать довольно много
литературы по этому вопросу. Сделаю небольшое резюме. На Филиппинах - полная
финансовая неразбериха. Огромные амбициозные планы развития, быстро растущие
внутренние и внешние долга, гигантские военные расходы - в общем, им приходится
туго. Но как и многие другие страны, они прекрасно знают, что надо делать, когда в
кошельке пусто, - обратиться к Дядюшке Сэму. И они находятся в выгодном
положении, поскольку могут оказывать на нас давление. Филиппины - ключевой
пункт военной стратегии США в Тихом океане. Базирование огромного Седьмого
флота в Субик-Бэй и стратегически важная авиабаза в том же районе рассматриваются
Пентагоном как необходимые и вполне стоящие тех денег, которые выплачиваются за
аренду, хотя многим эта сумма представляется чем-то средним между выкупом и
вымогательством.
На юге Филиппин, на острове Минданао, проживают мусульмане. Это
общеизвестно. В отличие от христианства, в исламе нет нравственных запретов на
уничтожение человечества в целом. Правда, были времена, когда запрещались
убийства мусульман. Концепция священной войны является составной частью их
жизни. Именно это они сейчас и реализуют - ведут священный поход против
президента Маркоса и его правительства, которое состоит в основном из католиков.
Свои действия они считают религиозной войной угнетенного народа. Справедлива та
война или нет, не мое дело. Во всяком случае, война очень жестокая. Мне кажется, что
это всем хорошо известно. Зато вряд ли известно, что они с такой же ненавистью
относятся к Соединенным Штатам. Почему - понять нетрудно. Хотя конгрессмены с
ужасом наблюдают за тем, как Маркое ведет борьбу против гражданских свобод, они,
я бы сказал, с радостью платят за аренду земель, на которых располагаются наши
базы, до семисот миллионов долларов в год. Значительная часть этой суммы
расходуется филиппинским правительством на подавление мусульман. Еще меньше
известен тот факт, что исламисты с такой же ненавистью относятся к России, Китаю и
Вьетнаму. Какого-либо вреда эти страны им не причиняли, но они установили
хорошие дипломатические отношения с филиппинским правительством. Поэтому
филиппинские исламисты автоматически причислили их к вражескому лагерю. Но
сторонникам ислама отчаянно не хватает оружия. Если бы они были вооружены так
же хорошо, как восемьдесят правительственных батальонов, оснащенных благодаря
любезности Дядюшки Сэма, то представляли бы собой весьма значительную силу. До
последнего года они получали вооружение из Ливии. Но Имельда Маркое слетала туда
и уговорила полковника Каддафи и его министра иностранных дел Али Туреки
перекрыть последний источник снабжения экстремистов с Минданао. И что же им
остается делать? Достать оружие или производить свое собственное на Филиппинах
невозможно. Даже если бы они не испытывали никакой ненависти к Америке,
американцы все равно не стали бы вооружать мятежников. Не обратиться им и к
коммунистам, которых они объявили своими врагами. Так что у этих мятежников
остается только один выход - покупать. Любая фирма в мире будет поставлять
оружие кому угодно, если ей заплатят, - деньги не пахнут. Так почему бы им не
воспользоваться этим? Тем более что многие правительства, такие как американское,
французское, британское, постоянно занимаются продажей оружия. Единственная
проблема - где найти деньги. Решение оказалось простым: пусть сам противник это
оружие и поставит. К несчастью, выбор пал на Дядю Сэма. Лучше всего было бы
наносить удар за ударом: сперва неожиданно ограбить, затем задеть его чувства и
одновременно - одним ударом убить двух зайцев - дискредитировать СССР и
Китай, прикрывшись ими как дымовой завесой. Именно это, как мне кажется, и
происходит сейчас в Калифорнии. Самое ужасное заключается в том, что Коран
оправдывает любого мусульманина, убившего иноверца, и тот не испытывает при этом
никаких угрызений совести. А если ваша совесть чиста, то какая разница между одним
человеком и миллионом людей? Если все свободны в проявлении любви и ненависти,
то справедлива и священная война?
- Интересная гипотеза, - сказал Митчелл, показывая своим тоном, что он
вежливый человек и терпеливо выслушал разглагольствования оппонента о всяких
небылицах. - У вас, конечно, есть доказательства в ее подтверждение?
- Ничего такого, что вы сочли бы прямыми доказательствами. Но лучше
косвенные доказательства, чем совсем ничего. Во-первых, следует подчеркнуть, что
это единственная версия, которая полностью объясняет ситуацию, в которой мы
оказались.
- Но вы только что сказали, что им нужны деньги. Если все так, почему же они не
потребовали у нашего правительства именно денег?
- Не знаю. У меня забрезжила одна идея, но мне известно, как вы относитесь к
подобным озарениям. Во-вторых, эксперты-лингвисты считают, что Моро родом из
Юго-Восточной Азии, в которую, кстати, входят и Филиппины. В-третьих, и в этом
нет никаких сомнений, он находится в преступной связи с Карлтоном, заместителем
начальника охраны Сан-Руфино, якобы похищенным преступниками. Не вызывает
сомнений и то обстоятельство, что Карлтон неоднократно посещал Манилу. Вчетвертых,
Моро, похоже, имеет одну слабость - любовь к шифрам, к псевдонимам.
Первый этап операции, которую он проводит, был связан с добычей ядерного топлива,
вот почему он намеренно взял себе псевдоним по названию атомной станции,
расположенной в заливе Моро, одной из первых ограбленных им. В-пятых, это имя
имеет отношение и к другому названию - к заливу Моро на Филиппинах. В-шестых,
этот залив находится на острове Минданао и является центром восставших
мусульман. В-седьмых, в прошлом году в заливе Моро произошло крупнейшее в
истории Филиппин стихийное бедствие: землетрясение в устье залива - он имеет
форму полумесяца - вызвало гигантскую приливную волну, унесшую пять тысяч
жизней и оставившую без крыши над головой еще семьдесят тысяч жителей. Кстати,
подобную волну нам обещают завтра. Я даже готов поспорить, что на субботу
пообещают землетрясение. Думаю, тут ахиллесова пята Моро. Видимо, само имя
тешит его самолюбие. Ему приятна игра слов, за которой прячутся хищение ядерного
топлива, приливные волны и землетрясения.
- И вы называете это доказательствами? - спросил Митчелл мерзким тоном (но
все-таки не слишком мерзким).
- Согласен, это не доказательства. Скорее указатели, но очень важные. В
полицейской работе вы не можете приступить к делу, пока у вас нет никаких зацепок.
Вы начинаете охоту, как ищейка, вставшая в стойку. Можно выразиться иначе.
Предположим, я ищу магнитный железняк и пользуюсь компасом. Стрелка вертится и
наконец устанавливается в определенном положении, возможно указывая
направление, в котором надо искать магнитный железняк. Я беру второй компас -
стрелка опять показывает в том же направлении. Это может быть только совпадение,
но весьма показательное. Я беру еще несколько компасов, и все они указывают в том
же направлении. И я уже перестаю думать о том, что это только совпадение. У меня
есть семь стрелок, и все они указывают в одном направлении - Минданао. - Райдер
сделал паузу, - Я больше не сомневаюсь, хотя, конечно, понимаю, что вам, господа,
нужны конкретные доказательства.
Барроу сказал:
- Я готов поверить в это хотя бы потому, что не вижу ни одной стрелки,
указывающей в каком-нибудь другом направлении. Но иметь конкретные
доказательства было бы неплохо. Что, по-вашему, можно считать доказательством,
мистер Райдер?
- Для меня доказательством послужит ответ на один из семи вопросов. - Райдер
вынул из кармана листок бумаги. - Откуда родом Моро? Где находится
двухметровый гигант, по всей видимости главный помощник Моро? Какого типа
бомбы проектировал профессор Аахен? Мне кажется, Моро солгал о ее размерах, по
той простой причине, что вообще не было нужды сообщать о них. - Он укоризненно
посмотрел на Барроу и Митчелла. - Я прекрасно понимаю, что Комиссия по атомной
энергии никого не допускает к таким материалам. Но если вы вдвоем не можете
заставить их пойти нам навстречу, то кто другой в состоянии это сделать? Затем, мне
хотелось бы знать, располагаются ли в горах какие-нибудь религиозные или иные
организации, имеющие в своем распоряжении вертолеты, а также грузовики. Этими
двумя проблемами занимается майор Данн. Кроме того, мне хотелось бы знать, будет
ли Моро угрожать нам землетрясением в субботу. Как вы уже слышали, я уверен, что
будет. И наконец, мне хотелось бы знать, существует ли радиотелефонная связь между
Бейкерсфилдом и местом, которое называется Адлерхейм?
- Адлерхейм? - В голосе Митчелла больше не чувствовалось непримиримости.
Вполне разумно было предположить, что он стал директором ЦРУ совсем не
благодаря знакомству двоюродного брата его тетки со стенографисткой из
машинописного бюро ЦРУ. - Что это за место?
- Я его знаю, - раздался голос Барроу. - Находится в Сьерра-Неваде. Его еще
называют "капризом фон Штрайхера", если не ошибаюсь.
- Да. Мне кажется, именно там мы и найдем Моро. Вы не возражаете, если я
закурю?
Никто не возражал. Никто, похоже, даже не услышал его слов. Все были заняты:
кто-то, закрыв глаза, вглядывался в свой внутренний мир, кто-то изучал лежащие
перед ним бумаги, кто-то уставился в бесконечность. Райдер успел выкурить почти
всю сигарету, прежде чем вновь заговорил Барроу:
- А это мысль, мистер Райдер. Мне представляется, что вы ничего не упустили из
виду. - Он старался не смотреть на Митчелла. - Как вы считаете, Сассун?
- Я услышал вполне достаточно и, думаю, не выставлю себя дураком, если скажу,
что ваши стрелки вас не обманывают, мистер Райдер, - с улыбкой ответил Сассун,
впервые за все это время подавший голос.
- В том числе и та, о которой вы еще не знаете. В зашифрованной записке,
которую оставила моя жена, когда ее похитили, она пишет о том, что Моро упоминал
о свежем воздухе и о местечке, где они не промочат ноги. То есть о горах. В горах
базируется группа мусульман, причем совершенно открыто, что вполне характерно
для самоуверенного и наглого Моро. Называется она "Храм Аллаха" или что-то в этом
роде. Полиция официально защищает ее неприкосновенность - факт, говорящий об
извращенном чувстве юмора у Моро. Адлерхейм находится неподалеку от
Бейкерсфилда, с которым у Левинтера были телефонные контакты. У них наверняка
имеется и вертолет, о чем мы скоро узнаем. Вы скажете, что все это только
предположения, и к тому же уж слишком очевидные. Таким очевидным фактам умный
следователь не придал бы особого значения. А я, дурак, хватаюсь за них, и как раз
этого Моро от нас, по-видимому, не ожидает.
- Вы случайно не знакомы с Моро? - спросил Барроу.
- К счастью, нет.
- Однако в его психологии вы разобрались неплохо. Остается только надеяться,
что ваши выводы верны.
Паркер вполголоса заметил:
- Вообще-то он прекрасно разбирается в людях. И это не просто слова. Сержанту
Райдеру удалось засадить за решетку больше преступников, чем любому другому
детективу в нашем штате.
- Будем надеяться, удача не изменит ему и на сей раз. У вас все, мистер Райдер?
- Да. Только две мелочи. Во-первых, когда все закончится, вам придется
выписать наградные документы на мою жену. Если бы она не заметила, что у
преступника на глазу черная повязка, и не почувствовала, что что-то не так с его
руками, мы бы до сих пор бродили в потемках. Мы даже сейчас не совсем уверены,
права она или нет. И во-вторых, есть кое-что забавное и не относящееся к делу, но
касающееся своеобразного чувства юмора у Моро. Кто-нибудь из вас знает, почему
фон Штрайхер построил Адлерхейм высоко в горах?
Никто не ответил.
- Готов спорить, что Моро это знал. Фон Штрайхер смертельно боялся
приливной волны.
На какое-то мгновение все лишились дара речи. Наконец Барроу встрепенулся и
дважды нажал на кнопку звонка. Дверь открылась, и в комнату вошли две девушки.
- Нам нужно выпить, - сказал Барроу.
Девушки подошли к одной из стен комнаты и отодвинули в сторону скользящую
деревянную панель.
Несколько минут спустя Барроу поставил стакан на стол.
- На самом деле я вовсе не хотел пить. Мне просто надо было время, чтобы
подумать. Но ни передышка, ни виски мне не помогли.
- Займемся напрямую Адлерхеймом? - Судя по тону голоса, Митчелл решил на
время отказаться от своей агрессивности.
- Нет, - решительно покачал головой Райдер. - Я уверен, что прав. Не мог
ошибиться. В любом случае, я меньше всего думаю о доказательствах и законности, но
меня заботит кое-что другое. Это физический фактор. Штурмовать замок нельзя. Я
уже говорил вам, что он неприступен. Если Моро действительно находится там, то
замок охраняется не хуже Форт-Нокса . Если мы устроим штурм и нам окажут
вооруженное сопротивление, то мы убедимся, что он там, и что тогда? Использовать
танки или артиллерию в горах нельзя. Прибегнуть к самолетам с ракетами и бомбами?
Лучше не придумаешь, если учесть тридцать пять мегатонн водородных бомб,
которые там находятся.
- Вот это был бы взрыв! - воскликнул Митчелл. Теперь он вел себя почти как
нормальный человек. - Да еще какой взрыв! Сколько будет погибших? Десятки
тысяч? Сотни? Миллионы? Радиоактивные осадки выпадут во всех западных штатах.
Да, скорее всего, миллионы.
- Не говоря уже об образовании дыры в озоновом слое, - заметил Райдер.
- А это что еще такое?
- Не важно.
- Как бы то ни было, это предложение отпадает, - сказал Барроу. - Только
главнокомандующий может дать разрешение на подобный штурм. И чем бы он ни
руководствовался, политическим цинизмом или любовью к человечеству, ни один
президент не решится войти в историю в качестве человека, ответственного за гибель
миллионов своих сограждан.
- Это лишь часть проблемы, - возразил Райдер. - Боюсь, мы упускаем из виду
самое главное: бомбы настроены на определенную радиоволну, и Моро может нажать
на кнопку в любую минуту. Если бомбы уже подготовлены к взрыву, а это вполне
допустимо, ему остается только нажать на кнопку. Даже если он сидит на этих
бомбах, он все равно завершит задуманное. Это будет превосходный способ отомстить
американцам за военную помощь и предоставление миллионов долларов
правительству Маркоса в его борьбе с мусульманами. Для исламистов жизни
американцев ничего не значат, как, впрочем, и свои собственные. Когда объявлена
священная война, они ничего не теряют - врата рая для них широко раскрыты.
Наступила длинная пауза. Наконец Сассун сказал:
- Что-то здесь похолодало. Никто не желает виски, бурбона или чего-то еще?
Похоже, все заметили, что температура понизилась. Последовала еще одна пауза,
более длинная. Митчелл спросил чуть ли не жалобным голосом:
- И как же нам добраться до этих атомных бомб?
- Вы до них не доберетесь, - ответил Райдер. - У меня было достаточно
времени подумать об этом. Бомбы под постоянной охраной и наблюдением. Стоит
подойти к одной из них - и она взорвется прямо у вас перед глазами, а я бы не хотел,
чтобы у меня перед глазами взорвалась бомба в три с половиной мегатонны. - Он
закурил очередную сигарету. - Впрочем, не знаю. По крайней мере, тогда ни о чем не
надо будет волноваться. В распыленном состоянии я все равно не смог бы ничего
сделать. Забудем пока о бомбах. Нам нужно добраться до кнопки раньше, чем Моро
нажмет до нее.
- То есть проникнуть туда? - спросил Барроу.
- А что же еще?
- Как?
- Воспользовавшись его самоуверенностью и колоссальной самонадеянностью.
- Но как?
- Как? - Райдер проявил первые признаки раздражения. - Вы, кажется, забыли,
что я занимаюсь этим делом неофициально.
- Что касается меня - а во всех Соединенных Штатах я действительно
единственный, кого это касается, - то отныне вы зачислены в штат ФБР как
полномочный и высокооплачиваемый сотрудник.
- Что ж, огромное вам спасибо.
- Так как?
- Господи, если бы я только знал!
Наступила гробовая тишина. Барроу медленно повернулся в сторону Митчелла.
- Ну, что будем делать?
- С ФБР всегда так! - прорычал Митчелл, не обращаясь ни к кому персонально.
- Всегда стремятся подставить нам подножку. Я как раз хотел задать вам тот же
вопрос.
- Кажется, я знаю, что мне делать. - Райдер поднялся, отодвинув стул назад. -
Майор Данн, надеюсь, вы не забыли, что обещали подбросить меня до Паса-дины?
В дверь постучали, и в зал вошла девушка с конвертом в руке.
- Кто здесь майор Данн? - спросила она.
Данн протянул руку, взял конверт, достал из него листок бумаги и прочитал
написанное, затем посмотрел на Райдера.
- Котабато, - произнес он.
Райдер вновь пододвинул стул к столу и сел. Данн передал письмо Барроу,
который, ознакомившись с его содержанием, передал Митчеллу. Дождавшись, пока
тот закончит читать, он вновь взял письмо и вслух прочитал его.
- Письмо из Манилы, от начальника полиции. Подписано также генералом
Сельва, с которым я хорошо знаком. Тут сказано: "Описание человека по фамилии
Моро полностью совпадает с внешностью хорошо известного нам разыскиваемого
преступника. Подтверждаем, что у него сильно повреждены руки и потерян один глаз.
Эти ранения получены во время попытки одной из групп заговорщиков, состоящей из
трех человек, взорвать загородную резиденцию президента. Второй участник группы,
человек огромных размеров, известный как Дюбуа, не пострадал. Третьему члену
группы, невысокому человеку, отстрелило руку".
Он сделал паузу и посмотрел на Райдера, который заметил:
- Мир тесен. Снова наш огромный друг. А третий, вероятно, тот тип с протезом,
что участвовал в похищении моей дочери в Сан-Диего.
- Очень похоже. "Подлинное имя Моро - Амарак. Осведомители подтверждают
наше предположение, что он находится в вашей стране. Вынужденная эмиграция. За
его голову обещан миллион долларов. Уроженец местечка Котабато, центра
исламских мятежников Минданао. Амарак - глава НОДМ, то есть Национального
освободительного движения Моро".
Глава 11
- Иногда просто теряешь веру в людей, - пожаловался профессор Алек Бенсон.
- Мы здесь находимся в тридцати километрах от океана, а они все-таки продолжают
упорно идти на восток - ведь если машина движется со скоростью два километра в
час, то она все равно что идет. Приливная волна угрожает им здесь в той же мере, как
если бы они жили в Колорадо, но они не остановятся, пока не разобьют лагерь на
вершине гор Сан-Габриель.
Он отвернулся от окна, взял указку и нажал на кнопку. На стене осветилась
большая карта Калифорнии.
- Ну а теперь, господа, о нашей Программе предотвращения землетрясений, или,
как мы обычно говорим, ППЗ. Где мы выбрали места для бурения и почему - это в
принципе один и тот же вопрос. Как я объяснял во время нашей последней встречи,
существует теория, согласно которой с помощью жидкости, закачанной в
определенные участки разломов, можно уменьшить трение между тектоническими
плитами, и таким образом они будут скользить относительно друг друга с
минимальным напряжением, вызвав несколько слабых толчков через небольшие
промежутки времени, что позволит избежать мощных землетрясений, происходящих
через значительные временные интервалы. Если коэффициент трения бесконтрольно
растет до тех пор, пока горизонтальное давление не становится недопустимым, то чтото
происходит и одна из плит дергается вперед примерно на семь метров по
отношению к другой. И тогда мы имеем сильное землетрясение. Наша единственная
задача и, возможно, единственная надежда - постепенно уменьшать коэффициент
трения.
Он постучал указкой по карте.
- Начнем снизу, с юга. Здесь мы начали бурить первую нашу скважину, одну из
так называемых скважин закачки. Находится она в долине Импириал, точнее, между
Импириал и Эль-Сентро, где в 1915 году было землетрясение мощностью 6,3 балла по
шкале Рихтера, другое достаточно крупное, силой 7,6 балла, произошло в 1940 году, и
еще одно незначительное отмечено в 1966 году. Это единственная часть разлома СанАндреас,
проходящая вдоль американо-мексиканской границы.
Он передвинул указку.
- А вот здесь мы сделали скважину около города Хемет. Тут, в районе ущелья
Кайон, было очень мощное землетрясение в 1899 году, но, к сожалению, о нем нет
никаких сейсмологических данных. Другое произошло в 1918 году, мощностью 6,8
балла, в той же самой трещине. Именно тут проходит разлом Сан-Хасинто. Третья
скважина расположена ближе всего к нам, в районе Сан-Бернардино. Последнее
землетрясение мощностью всего 6 баллов было зарегистрировано семьдесят лет назад.
У нас есть сильное предчувствие, что дремлющее здесь землетрясение вот-вот
проснется; но, возможно, это потому, что мы живем слишком близко к этой чертовой
штуке.
- Каковы последствия таких землетрясений, если они происходят? - спросил
Барроу. - Я имею в виду крупные землетрясения.
- Любой из этих трех районов принесет жителям Сан-Диего немало
неприятностей. Что же касается второго и третьего районов, то здесь прямая угроза
для Лос-Анджелеса. - Он вновь передвинул указку. - Следующая скважина - в
разломе, где ничего не происходило до 1971 года. Тогда отмечались толчки
мощностью 6,6 балла в долине Сан-Фернандо. Мы надеемся, что уменьшение
давления в этом районе в какой-то степени может снять напряжение в разломе
Ньюпорт-Инглвуд, который, как вам известно, проходит прямо под Лос-Анджелесом,
где в 1933 году было землетрясение силой 6,3 балла. Я говорю "мы надеемся", потому
что точно ничего утверждать нельзя. Мы, например, даже не знаем, каким образом
разломы связаны между собой, и вообще, связаны ли они. Нам очень многое не
известно, и поэтому зачастую мы в своих действиях руководствуемся только
догадками. Одно несомненно: землетрясение, происходившее в этом районе,
существенно сказалось на Лос-Анджелесе. В конце концов, округ Силмар, наиболее
сильно пострадавший во время землетрясения, находится в границах Лос-Анджелеса.
Указка вновь передвинулась.
- Ущелье Тиджон. Оно у нас вызывает сильные опасения. Здесь давно уже не
наблюдалось никакой сейсмической активности. Последнее землетрясение отмечено
сто двадцать лет назад. Самое сильное землетрясение в истории Южной Калифорнии,
хотя оно не было таким разрушительным, как землетрясение 1873 года в долине
Оуэнса, - кстати, крупнейшее во всей истории Калифорнии. Мы отделены узким
ущельем, поэтому долина Оуэнса не относится к Южной Калифорнии. Но сильный
толчок в этом районе невольно заставит жителей Лос-Анджелеса призадуматься.
Лично я, если бы узнал о возможности подобного толчка заранее, поспешил бы
покинуть город. Ущелье Тиджон располагается на разломе Сан-Андреас. Поблизости
отсюда, в районе Фрейзиер-Парка и Форт-Тиджона, пересекаются разломы СанАндреас
и Гарлок. В районе Гарлока, насколько известно, крупных землетрясений не
наблюдалось. Последние небольшие толчки могли быть вызваны нашим другом Моро,
хотя не исключено, что он не имеет к этому никакого отношения. Во всяком случае,
никаких толчков там мы не ожидали. Но и в Сан-Фернандо в 1971 году тоже никто не
ожидал землетрясения.
Указка передвинулась дальше.
- А здесь у нас, дайте-ка подумать, шестая скважина. Находится она на разломе
"Белый волк". Именно здесь...
Его прервал телефонный звонок. Трубку взял один из его помощников и оглядел
присутствующих:
- Кто из вас майор Данн?
Данн взял трубку, выслушал, поблагодарил звонившего и повесил ее.
- В Адлерхейме самый настоящий транспортный парк. У них не один, а целых
два вертолета, два грузовика без опознавательных знаков и джип. - Он с улыбкой
посмотрел на Райдера, - Вот вам еще две стрелки на заметку, сержант.
Райдер кивнул. Если он и испытывал удовлетворение, то никак этог
...Закладка в соц.сетях
