Жанр: Триллер
Единственный выживший
...вечером, - ответила Джорджина. - Мы как раз собирались ужинать. Она
потребовала у нас обещания, что мы не станем никому рассказывать о том, что она сообщит
нам... во всяком случае, до тех пор, пока она не посетит хотя бы еще несколько семей
погибших. Но Лиза... в последний год она выглядела совершенно подавленной и мрачной, да
к тому же она и Роза были близкими подругами, поэтому мы решили, что никому не
причиним вреда, если пригласим ее к себе и расскажем о том, что тут произошло.
- Я здесь не как репортер, - вставила Лиза.
- Ты не можешь не быть репортером, - отозвался Джо.
- Роза дала нам это... - продолжила Джорджина, доставая из кармана рубашки
фотографию и кладя ее на стол перед Джо. На снимке была запечатлена могила Анжелы
Дельман.
- Что вы видите здесь, Джо? - спросила Джорджина и выжидательно посмотрела на
него, ярко сверкнув глазами.
- Я думаю, следует поставить вопрос по другому. Что вы здесь видите?
Где то в глубине полутемной кухни загремел посудой Чарльз Дельман. Джо отчетливо
слышал, как он открывает полки, выдвигает ящики и перебирает их позвякивающее
содержимое, разыскивая штопор.
- Мы уже рассказали Лизе, - ответила Джорджина и бросила взгляд в дальний конец
комнаты. - Потерпите немного, Джо, сейчас вернется Чарли, и я все вам расскажу.
- Это чертовски странная история, Джонни, - заявила Лиза. - И, признаться откровенно,
я еще не знаю, как мне быть с тем, что я узнала. Единственное, что я могу сказать наверняка,
- это то, что все это здорово меня пугает.
- Пугает? - удивленно переспросила Джорджина. - Лиза, дорогая, почему?!
- Ты сам поймешь, - сказала Лиза, обращаясь к Джо, и он заметил, что эта женщина,
отличавшаяся завидным мужеством и умевшая быть стойкой, как камень, дрожит, как
тростинка на ветру. - Единственное, что я должна тебе сказать, это то, что Чарльз и
Джорджина - одни из самых трезвых и здравомыслящих людей, которых я когда либо
встречала. Постарайся не забыть об этом, когда они начнут свой рассказ.
Джорджина взяла со стола фотографию и посмотрела на нее таким взглядом, словно
хотела не просто запечатлеть изображение в памяти, а сделать его составной частью своего
физического естества, оставив фотобумагу девственно чистой. Покосившись на нее и чуть
слышно вздохнув, Лиза сказала:
- У меня тоже есть что добавить к этой в высшей степени странной истории. Ровно год
назад я была в Лос Анджелесском международном аэропорту, ожидая приземления самолета,
на котором летела Роза Такер.
При этих словах Джорджина оторвала взгляд от снимка.
- Ты ничего не говорила нам об этом, - заметила она с легким удивлением, но без тени
упрека.
- Я как раз собиралась, - призналась Лиза, - но тут как раз Джо позвонил в дверь, и я не
успела.
Из дальнего угла кухни донеслось негромкое "хлоп!" упрямой пробки, покидающей
горлышко винной бутылки, и Чарльз Дельман довольно крякнул.
- Почему я не видел тебя в аэропорту? - спросил Джо.
- Потому что я старалась держаться в тени. Я развывалась между Роз и... собственным
страхом.
- Но ты приехала туда для того, чтобы встретиться с ней, не так ли?
- Роз позвонила мне из Нью Йорка и попросила приехать в аэропорт вместе с Билетом
Хэннетом.
Хэннет был тем самым знаменитым фоторепортером, чьи снимки природных и
техногенных катастроф украшали собой стены приемной в редакции "Пост".
Джо внимательно посмотрел на Лизу и увидел тревогу в ее светло голубых глазах.
- Роз очень нужно было встретиться с репортером, а я была единственной, кого она
знала и кому могла доверять.
- Чарли! - позвала мужа Джорджина. - Иди сюда! Тебе обязательно нужно это
услышать.
- Я слышу, слышу! - отозвался из темноты Чарльз Дельман. - Сейчас. Разолью и
приду...
- Роз также продиктовала мне шесть фамилий. Она хотела, чтобы я разыскала их и
привела в аэропорт, - сказала Лиза. - Это были ее старые друзья. У меня было слишком мало
времени, так что я сумела разыскать только пятерых, но никто из них не отказался поехать со
мной. Роз нужны были свидетели.
- Свидетели чего? - быстро спросил Джо. Он был весь внимание.
- Этого я не знаю. В разговоре по телефону Роз была очень сдержанна. Я чувствовала,
что она по настоящему взволнована, но вместе с тем она боялась. Роз сказала только, что
везет с собой нечто такое, что изменит всех нас самым решительным образом и навсегда. И
не только нас, но и весь мир.
- Изменит мир? - переспросил Джо, не скрывая своего скептицизма. - В наши дни это
обещает любой политик с более или менее привлекательной программой и развитыми
способностями к лицедейству.
- Но в данном случае Роза была совершенно права! - с горячностью перебила его
Джорджина, снова протягивая Джо фотографию, и в глазах ее засверкали с трудом
сдерживаемые слезы радости и непонятного восторга. - Это же настоящее чудо!
Джо подумал, что, подобно Алисе из Страны Чудес, он уже давно провалился в
кроличью нору, но в отличие от сказочной героини даже не заметил, как и когда это
произошло. Только теперь он начал обращать внимание на то, что все окружающее с каждой
минутой становится все более странным и каким то сюрреалистическим. Стараясь вернуть
себе ощущение реальности, Джо стал смотреть на лампы на столе, но пламя в них вдруг
подпрыгнуло и потянулось в сужающееся вверху стекло, хотя никакого сквозняка он не
чувствовал. Проворные, как саламандры, отблески огня забегали по стенам, по столешнице,
по скрытой в тени половине лица Лизы, и, когда она тоже поглядела на лампу, оба ее глаза
стали похожи на стоящие низко над горизонтом две желтых луны.
Но пламя быстро успокоилось, и Лиза сказала:
- Да, конечно, это звучало несколько мелодраматично, но из Роз никогда не вышел бы
артист или притворщик. Кроме того, я знаю, что на протяжении семи последних лет она
действительно работала над чем то очень важным. Короче, я ей поверила.
Дверь, ведущая в коридор, закрылась с характерным звуком. Чарльз Дельман вышел из
кухни, не сказав ни слова ни жене, ни гостям.
- Чарли? - окликнула его Джорджина, приподнимаясь со стула, и добавила растерянно:
- Куда же он? Мне так хотелось, чтобы он сам услышал твой рассказ.
- Так вот, Джо... - продолжала Лиза. - Когда за несколько часов до вылета рейса 353 я
разговаривала с Роз по телефону, она сказала, что ее ищут, но те, кто ее преследует, меньше
всего ожидают, что она направится в Лос Анджелес. На случай, если они все таки ее
вычислят и будут поджидать в аэропорту, она и просила нас подъехать к самолету, чтобы мы
могли окружить ее, как только она выйдет, защитив тем самым от ее таинственных врагов,
которые дорого бы дали за то, чтобы заставить ее молчать. Роз обещала, что выложит мне
всю историю прямо там же, в аэропорту.
- Кто за ней гнался? Кто эти таинственные враги? - уточнил Джо.
Джорджина как раз собиралась отправиться на поиски Чарльза, но интерес к рассказу
Лизы пересилил, и она осталась.
- Роз имела в виду людей, на которых она работала, - пояснила Лиза.
- "Текнолоджик Инкорпорейтед", - промолвил Джо, и Лиза поглядела на него с
уважением.
- Ты, как я погляжу, времени даром не терял.
- Да, я пытался кое в чем разобраться, - рассеянно откликнулся Джо, перебирая в уме
самые разные возможности, одна невероятнее другой.
- Надо же, ты, я и Роз - мы все оказались связаны друг с другом. Правду говорят, что
мир тесен!
Джо, которому причиняла мучительную боль мысль о том. что где то есть люди,
способные убить триста девятнадцать ни в чем не повинных пассажиров, чтобы
расправиться с триста двадцатым, сказал:
- Неужели ты думаешь, что они уничтожили самолет только для того, чтобы заставить
замолчать Розу Такер?
Лиза ответила не сразу. Некоторое время она смотрела за окно, на подсвеченный
голубой бассейн, потом снова повернулась к Джо.
- В тот вечер я была в этом уверена, но потом... Следствие не обнаружило никаких
следов взрывного устройства. Не было похоже и на то, что самолет сбили с земли с помощью
ракеты. Насколько я помню, настоящая причина катастрофы так и не была установлена, но
лично я склонна считать, что имели место некоторые технические неполадки, на которые
наложилась ошибка экипажа.
- Так нам, по крайней мере, объявили.
- Мне приходилось иметь дело с Национальной комиссией безопасности перевозок,
Джо. Не в связи с этой катастрофой, а по другим, более общим поводом. Там работают очень
чистые и честные люди, и у каждого за плечами - годы безупречной и не самой легкой
службы. Ни о какой коррупции не может быть и речи - можешь мне поверить. Пожалуй, это
единственный наш государственный орган, который стоит над политикой.
- Но мне показалось, Роза считает себя виноватой в том, что случилось с самолетом, -
вставила Джорджина. - Я бы сказала - она почти уверена в том, что "Боинг" разбился из за
нее. Из за того, что она была на борту.
- Но почему тогда вы так хорошо к ней относитесь, если она, пусть косвенно, виновна в
смерти вашей дочери? - резко спросил Джо. - Что в ней такого чудесного?
Джорджина улыбнулась Джо такой же улыбкой, какой она встретила - и очаровала -
его, когда он только вошел. Джо, однако, никак не мог сориентироваться во множестве
противоречивых и не до конца понятных ему фактов, и поэтому даже эта безмятежная и
счастливая улыбка вызвана у него внутреннюю тревогу и неосознанный протест. Она
казалась ему совершенно неуместной и пугала - совсем как улыбка клоуна, невзначай
встреченного глухой полночью на туманной и темной аллее.
- Вы хотите знать почему, Джо? - спросил "клоун", продолжая улыбаться. - Потому что
Роза способна положить конец миру, каким мы его знаем.
Джо в отчаянии повернулся к Лизе:
- Скажи, кто такая, наконец, эта твоя Роза Такер? Чем она занималась в
"Текнолоджик"?
- Чем конкретно она занималась, я не знаю. Но Роза - специалист по генной инженерии.
Блестящий, талантливейший специалист.
- Насколько я поняла, она специализировалась в области рекомбинации ДНК, -
подсказала Джорджина, снова поднося к глазам Джо фотографию, словно надеясь, что так он
скорее поймет связь между могильным камнем и генетикой.
- Возможно, - кивнула Лиза. - Мне, во всяком случае, эти подробности были
неизвестны. Насколько я поняла, Роз как раз и собиралась посвятить меня во все детали
своей работы, но так и не долетела до Лос Анджелеса. Теперь, впрочем, я о многом
догадываюсь. Роз многое объяснила Джорджине и Чарльзу, когда побывала у них вчера, но я
просто не знаю, как в такое можно поверить.
Джо про себя удивился странной постановке вопроса. Ему почему то казалось, что
перед Лизой уже не стоит дилемма - верить или нет тому, что она узнала. Судя по всему,
вопрос - как верить, волновал ее гораздо больше.
- Что это за компания - "Текнолоджик"? - спросил он. - Я имею в виду - на самом деле...
Лиза тонко улыбнулась.
- У тебя всегда был хороший нюх, Джонни, - ласково сказала она. - И годичный отпуск
нисколько не притупил твоего обоняния. Судя по некоторым туманным намекам и
оговоркам, которые Роза иногда - не чаще, впрочем, чем один или два раза в год, - допускала,
я пришла к заключению, что здесь мы имеем дело с уникальным для капитатистического
мира явлением: с компанией, которая не может прогореть.
- Не может прогореть? - переспросила Джорджина.
- Да, - кивнула Лиза, - не может, потому что за ее спиной стоит богатый и щедрый
партнер, покрывающий все издержки и незапланированные потери.
- Военные? - напрямик спросил Джо.
- Или какая то другая правительственная организация с поистине бездонными
карманами. По некоторым намекам Роз я поняла, что проект, над которым она работала,
финансировался более чем щедро, так как только размер исследовательского и резервного
фондов исчислялся сотнями миллионов долларов. Основной же капитал составляет,
наверное, миллиарды и миллиарды.
Откуда то сверху донесся звук выстрела.
Ошибиться было невозможно, хотя выстрел прозвучал приглушенно.
Все трое одновременно вскочили из за стола и замерли в тревоге. Только Джорджина
произнесла слабым голосом:
- Чарли?..
Должно быть, потому, что он только недавно побывал в Кальвер Сити у Боба и
Клариссы Ваданс, Джо сразу подумал о женщине без лица, которая нагой сидела в садовом
кресле и держала в руках нацеленный в живот кухонный нож.
Эхо выстрела затихло, и в доме наступила грозная тишина, какая бывает, наверное,
только после атомного взрыва, когда ничто не шевелится и лишь потоки невидимой,
неощутимой и смертоносной радиации затопляют окрестности, убивая все живое.
- Чарли! - крикнула Джорджина в тревоге и вскочила, собираясь броситься на помощь
мужу, но Джо схватил ее за плечо и удержал на месте.
- Нет, подождите. Я схожу... Лучше позвоните в "Службу спасения", а я схожу.
- Джонни... - прошептала Лиза.
- Я знаю, что это такое, - сказал Джо достаточно резко, чтобы положить конец спорам и
сомнениям.
В глубине души он еще надеялся, что ошибся и что все, происшедшее где то в глубине
дома, не имеет никакого отношения к судьбе Норы Ваданс, но ему хотелось подстраховаться
на случай, если он вдруг окажется прав. Джо не мог допустить, чтобы Джорджина первой
нашла мужа. Строго говоря, ей вообще не следовало видеть это - ни сейчас, ни потом.
- Я знаю, в чем дело, - твердо повторил Джо. - Позвоните по 911.
С этими словами он решительно пересек кухню и толкнул вращающуюся дверь, за
которой начинался ведущий в прихожую коридор.
Электрический светильник в форме подсвечника тревожно мигал, то тускнея, то снова
вспыхивая, как в одном старом фильме про Синг Синг "Синг Синг - известная тюрьма штата
Нью Йорк, существует с 1830 года", когда гонец с помилованием от губернатора прибывает
слишком поздно и обвиняемого уже поджаривают на электрическом стуле.
В прихожей Джо подбежал к лестнице на второй этаж, но остановился, поставив ногу
на первую ступеньку. Он вдруг испугаются того, что он мог увидеть наверху.
По лестнице он все же поднялся, но совсем не так быстро, как того требовали
обстоятельства. Шагая со ступеньки на ступеньку, Джо мучительно размышлял над
возможными причинами происшествия. Существование таинственных бацилл, вызывающих
в человеке непреодолимую тягу расставаться с жизнью, казалось ему такой же чушью, как и
все параноические умопостроения душевнобольных людей, считавших мэра города
управляемым роботом и веривших, что злые инопланетяне следят за каждым их шагом. Чего
Джо никак не мог понять, так это того, как за какие нибудь две минуты Чарльз Дельман
успел перейти от состояния, близкого к эйфории, к отчаянию столь глубокому, что оно могло
убить его. Как, собственно, и Нора Ваданс, которая ни с того ни с сего прервала свой завтрак
и, бросив дочитанный до половины комикс, побежала на задний двор, чтобы совершить
харакири перед объективом видеокамеры, не оставив близким даже записки, которая могла
бы объяснить ее невероятный поступок.
Если Джо не ошибся относительно природы выстрела, слабый шанс на то, что Дельман
еще жив, все еще оставался. Может быть, одной пули оказалось недостаточно, может быть,
его еще можно спасти...
Возможность спасти чью нибудь жизнь - особенно после того, как столько чужих
жизней проскользнули между его пальцев, словно мелкий песок пляжа, - заставила Джо
позабыть о страхе и ринуться вверх по лестнице со всей возможной скоростью. Остаток пути
он преодолел за считанные секунды, прыгая через две ступеньки.
Оказавшись в коридоре верхнего этажа, Джо бросил быстрый взгляд на закрытые двери
гостевых спален и, не увидев нигде света, побежал вперед. И сразу его внимание привлекла
полуоткрытая дверь в дальнем конце коридора, из за которой пробивалась наружу полоска
зловещего красноватого света.
Дверь, которую заметил Джо, вела не прямо в хозяйские апартаменты, а в небольшую
отдельную прихожую, из которой можно было попасть в кабинет, в спальню и в туалет. Свет
горел не в прихожей, а в спальне, и Джо, широко распахнув еще одну дверь, ворвался в
просторную, слабо освещенную комнату с высоким потолком.
Спальня Дельманов была обставлена современной, под цвет светлой кости, мебелью.
Изящные, покрытые бледно зеленой эмалью вазы и горшки эпохи династии Сун на
стеклянных полках словно парили в воздухе, подчеркивая общее впечатление мира и покоя.
Чарльз Дельман лежал, вытянувшись, на узкой китайской кровати, а поперек его груди
был брошен помповый "моссберг" двенадцатого калибра с пистолетной рукояткой. Ствол
дробовика был достаточно коротким, и Чарльз, сжав его зубами, без труда дотянулся до
спускового крючка.
Даже при здешнем скудном освещении Джо ясно видел, что он мертв.
Машинально Джо перевел взгляд на ночной столик, где стоял светильник с витой
ножкой и зеленовато серым матовым абажуром. Свет, который он давал, казался красным
потому, что абажур был залит кровью.
...Примерно десять месяцев назад, также субботним вечером, Джо отправился в
городской морг, чтобы закончить почти готовый репортаж. В морге его сразу же окружили
трупы - голые и в мешках, на столах и на каталках, - которые терпеливо ждали, пока
патологоанатомы закончат очередное вскрытие и займутся ими. Джо тоже ждал, и
неожиданно им овладело совершенно иррациональное убеждение, что эти мертвые тела - все
мертвые тела - принадлежат его жене и дочерям.
Он как будто попал на съемки научно фантастического фильма о клонировании
биологических объектов. Во всяком случае, вокруг себя он видел только мертвую Мишель,
повторенную бессчетное количество раз, а из камер холодильника, где, несомненно,
хранились другие трупы, до него вдруг донеслись приглушенные стальными дверями голоса
его девочек, звавших папу и умолявших выпустить их отсюда, отвести обратно в мир живых,
и Джо испытал почти непереносимое желание заткнуть уши, а тут еще совсем рядом с ним
помощник коронера расстегнул "молнию" на эвакомешке, и он увидел бескровное, словно
заиндевевшее лицо мертвой женщины, на котором ярко, словно раздавленная на снегу ягода
клубники, выделялись накрашенные губы. В следующее мгновение вместо незнакомого лица
перед ним появились лица Мишель, Крисси и Нины, а в ее незрячих голубых глазах
отразилось его собственное нарастающее безумие.
Это было уже свыше его сил. Бросив все, Джо пулей выскочат из морга и в тот же день
принес Цезарю Сантосу заявление об уходе.
Вот почему сейчас он малодушно отвернулся от мертвого Чарльза Дельмана. Джо
очень боялся увидеть любимые лица вместо того, что осталось от головы врача.
Потом его внимание привлекло странное мокрое шипение, словно Дельман пытался
вдохнуть воздух своим изуродованным ртом. Не сразу Джо понял, что слышит свое
собственное хриплое дыхание.
На ночной тумбочке рядом со светильником ярко мерцал зеленый циферблат
электронных часов. Электроника словно взбесилась: цифры на табло менялись с
лихорадочной поспешностью, и Джо заметил, что будильник отсчитывает время в обратном
порядке и показывает полдень прошедшего дня.
На мгновение его посетила безумная мысль, что часы, несомненно поврежденные
шальной дробинкой, на самом деле способны повернуть время вспять. Еще немного, и
свинцовые шарики с глухим стуком ссыплются обратно в ствол ружья, страшные раны
зарастут плотью, и Чарльз Дельман оживет, а Джо вернется сначала на пляж в Санта
Монике, а оттуда волшебным образом перенесется в свою освещенную луной
однокомнатную квартирку, откуда он звонил Бет Маккей, и дальше, дальше, дальше в
прошлое... На год назад, в то счастливое время, когда борт 353 еще не рухнул на холмы
Колорадо, разбудив окрестности грохотом взрыва.
Снизу, из кухни, донесся отчаянный крик, разрушивший волшебный замок его
фантазий. Потом еще один, еще более громкий и пронзительный.
Джо показалось, что кричала Лиза. Ему было нелегко поверить, что такая женщина
вообще способна испугаться, но услышанный им вопль был воистину исполнен
глубочайшего ужаса.
С тех пор как Джо вышел из кухни, едва ли прошло больше пяти минут. Что могло там
случиться за это время?
Рука его непроизвольно потянулась к дробовику Дельмана. Джо был уверен, что в
магазине еще остались патроны.
"Нет, - остановил он себя. - Там, где произошло самоубийство, нельзя ничего трогать.
Стоит только прикоснуться к оружию, и комната, где произошло самоубийство, превратится
в место преступления. Убийства. И главным подозреваемым будет не кто иной, как Джо
Карпентер".
Он отдернул руку и оставил ружье лежать на груди Чарльза.
Напряженно прислушиваясь, Джо выскочил из спальни в коридор, куда почти не
проникал красноватый свет забрызганного кровью ночника, где царило могильное
спокойствие и неподвижные тени стояли словно почетный караул у орудийного лафета с
гробом видного военачальника. Не услышав ничего подозрительного, он поспешил к
лестнице, над которой, словно застывшие в воздухе капли дождя, сверкали каскады
многоярусной хрустальной люстры. На ходу Джо подумал, что огнестрельное оружие в его
руках все равно было бы бесполезно - он просто не смог бы выстрелить в живого человека.
Да и были ли в доме посторонние? Похоже, что нет. Только он, Джорджина и Лиза. И никого
больше. Никого...
Прыгая через ступеньки, Джо побежал вниз по лестнице. На площадке под люстрой -
прямо под неподвижным водопадом неестественно вытянутых хрустальных слез - он
оступился и, стараясь удержать равновесие, схватился рукой за перила, но его влажная от
пота ладонь соскользнула с отполированного деревянного бруса, и Джо лишь чудом не упал
и не сломают себе шею.
Только в коридоре первого этажа Джо расслышал за топотом своих собственных ног
какую то визгливую, дикую мелодию. Собственно, это была даже не мелодия, а какофония
странных, нечеловеческих звуков, однако Джо некогда было раздумывать о том, что это
может быть. Всем телом ударившись в дверь кухни, он ввалился внутрь и увидел, как
медные кастрюли и таганы приплясывают на полках и как, несильно ударяясь друг о друга и
позвякивая, раскачиваются на крюках сковороды, ножи и поварешки.
Кухня по прежнему была освещена так же скупо и скудно, как и тогда, когда он отсюда
уходил. Галогеновые светильники под потолком едва тлели, и Джо машинально поискал
взглядом панель переключателей, но она так и не попалась ему на глаза.
Лиза Пеккатоне стояла у стола в дальнем от входа конце кухни и с силой прижимала к
вискам сжатые кулаки, словно ее голова раскалывалась изнутри и она пыталась не дать ей
развалиться на части. Свет масляных ламп бил ей в спину, но Джо видел ее лицо достаточно
отчетливо. И слышал. Лиза больше не кричала, она лишь негромко жалобно всхлипывала,
стонала и произносила какие то не слишком разборчивые слова, которые Джо расшифровал
как "О Боже... Боже мой!".
Джорджины Дельман нигде не было видно.
Медный перезвон посуды, напоминающий странную музыку подземных жителей
троллей, неожиданно стих, и Джо бросился к Лизе. Краем глаза он заметил на разделочном
столе оставленную Чарльзом Дельманом бутылку вина и три хрустальных бокала с вином,
которые продолжали чуть подрагивать, играя гранями и рассыпая красные и желтые блики, и
Джо мимолетно подумал о том, что могло быть в вине - яд, наркотик или что то другое.
Увидев приближающегося к ней Джо, Лиза отняла руки от головы и раскрыла ладони.
Ее пальцы были красными; они мокро блестели, как розовые лепестки в росе, и с них что то
капало на пол. Губы Лизы приоткрылись, и неистовый, дикий, уже почти нечеловеческий
крик, в котором было гораздо больше отчаяния и муки, чем в любых словах, ударил даже не
в уши, а прямо в грудь Джо.
На полу возле разделочного стола лежала, свернувшись в комок, Джорджина Дельман,
однако в этой позе неродившегося младенца было нечто такое, что заставляло думать не о
страхе перед жизнью, а о готовности сдаться смерти и вернуться в небытие. Руки ее все еще
сжимали рукоять ножа, который, словно стальная пуповина, приковал Джорджину к миру
мертвых, губы все еще были широко раскрыты в крике, который она так и не издала, а в
потускневших, утративших глубину глазах все еще стояли слезы.
Резкий запах свежей крови потряс Джо до такой степени, что он снова почувствовал,
как земля уходит у него из под ног и он начинает проваливаться в пустоту, однако на этот
раз ему удалось огромным усилием воли одолеть приступ. Джо слишком хорошо понимал,
что стоит ему поддаться слабости, и он уже не сможет помочь ни Лизе, ни себе.
Отвернуться от сжавшегося в комок тела ему не стоило почти никакого труда; много
труднее оказалось отступить от края обрыва и не дать себе сорваться в пропасть, в которой
растворились бы и здравый смысл, и все его чувства, кроме одного...
Джо шагнул к Лизе, чтобы обнять ее за плечи, утешить, увести ее отсюда, но она уже
стояла к нему спиной. Хрустнуло, звякнуло стекло, и Джо нервно вздрогнул, поскольку ему
показалось, что кто то пытается вломиться в кухню через окно.
Но это разбилось не окно, а стекла двух масляных ламп, которые Лиза схватила за
суживающиеся верхние части, словно это были бутылки. Прежде чем Джо успел ей
помешать, она ударила их друг об друга, и из ламп брызнуло во все стороны горящее масло.
Вязкие огненные капли растекались по столешнице и соединялись в небольшие озера,
подбираясь к краю стола.
Джо схватил Лизу сзади и попытался оттащить от разгорающегося пламени, но она с
неожиданной силой вырвалась и схватила третью лампу.
- Лиза! Нет!!!
Вспыхнул лежащий на столе снимок могилы Анжелы Дельман, и Джо увидел, как
мрамор и бронза памятника корчатся в огне, точно сухие листья.
Лиза осторожно сняла с лампы стекло и наклонила ее так, что масло с плавающим в
нем горящим фитилем потекло ей прямо на платье.
Джо стоял неподвижно. Ужас парализовал его.
Масло окатило Лизу от груди до ног, но горящий фитиль отскочил от лифа ее платья и,
скользнув по талии, погас в складках юбки.
Горящее масло с шипением и треском закапало со стола на пол.
Джо слегка пришел в себя и снова потянулся к Лизе, но она оттолкнула его и,
наклонившись вперед, набрала полные пригоршни жидкого огня. Выпрямляясь, Лиза резким
движением плеснула пламя себе на грудь. Пропитанный маслом перед ее платья
моментально вспы
...Закладка в соц.сетях
