Жанр: Триллер
Гулы
...Они убьют население города с помощью газа.
На мгновение после слов Аз Гохара в "ланче" смолкли все звуки, потом
комиссар протянул:
- Вы ошибаетесь. То, что вы говорите, попросту не может быть правдой.
Скорее всего, это опылительные самолеты - там, где они летят, находятся
кукурузные поля, и я думаю, что они...
- Не обманывайте самого себя, комиссар! - отрезал старик. - Мы проиграли
- гулы опередили нас, и теперь все будет развиваться по предсказанномуосуществится
Пророчество: погибнут жители города, и в нем разыграется
схватка - гулы против кахмаров!
- Прекратите! - выкрикнул Борзо. - Прекратите говорить сказками - делайте
что-нибудь! У меня здесь дочь и жена - их нужно спасти!
- Мы ничего не можем сделать, синьор, - сказал Аз Гохар. - Город
погибнет, и изменить этого невозможно...
Борзо ударил кулаком в окно, но бронированное стекло выдержало удар, он
попытался открыть дверь, однако внутри не было ручки.
- Сидите спокойно, - повторил Аз Гохар и добавил: - Комиссар, сколько
времени вам понадобится, чтобы выехать из Террено?
Гольди бросил взгляд вправо - впереди показался сверкающий зеркальными
вывесками супермаркет "Гран Паолино", - следовательно, они находились в трех
с половиной километрах от южного выезда.
- Три минуты - не меньше.
- Увеличьте скорость.
- Это невозможно - мы в кого-нибудь врежемся.
- Не имеет значения, - бесцветным голосом проговорил Аз Гохар, - жители
города обречены.
Гольди сглотнул, пораженный услышанным. Случайно он заметил выражение
лица Паолы - девушка, очевидно, не понимала происходящего и переводила
испуганный взгляд со старика на Андрея.
- Я не могу увеличить скорость, - повторил комиссар. - Мы в кого-нибудь
врежемся и перевернемся.
Аз Гохар наклонился к Джей Адаме, выглядывая в окно. Самолеты, висящие в
небе, быстро перемещались на юг. За то время, что они разговаривали, силуэты
с шлейфами сместились на значительное расстояние и сейчас видны были не
сзади "ланчи", а сбоку.
Какое-то время он сидел неподвижно, не обращая внимания на попытки Борзо
открыть дверь, а потом протянул:
- Они замыкают круг.
- Что?
- Они делают кольцо - замыкают круг вокруг города, чтобы никто не мог
выбраться из Террено... - Аз Гохар подался к решетке. - Комиссар, вы должны
опередить их- если самолеты пролетят над южной окраиной раньше, чем мы
выедем из Террено, мы окажемся в отравленной зоне!
Гольди ощутил укол страха, повернул влево и обошел пару машин. Вернувшись
на свою полосу, бросил взгляд в небо и увидел два самолета - они двигались
быстро и действительно направлялись на юг. В сознании его промелькнуло: как
глупо было предполагать, что самолеты эти опыляют кукурузу.
Облизнув губы, он бросил:
- Я постараюсь успеть.
- Старайтесь, комиссар, - ответил старик, снова выглядывая в окно, Гольди
же утопил педаль газа и начал обходить машины одну за другой.
Сейчас движение на корсо Чентрале было весьма оживленным: многие горожане
ехали за покупками, часть машин двигалась к реке, другие направлялись в
Милан. Поток машин к выезду из города был особенно плотен, навстречу же
ехало меньше автомобилей. Этим и пользовался комиссар: включив маячок, он
обходил машины, поминутно выскакивая на встречную полосу и рискуя превратить
"ланчу" в груду железа. Сирену он не включал и поначалу не отдал себе отчет
почему, Глядя сквозь лобовое стекло, он старался смотреть на дорогу, а не на
лица идущих людей. Оставив позади дюжину перекрестков, "ланча" подлетела к
светофору, на котором горел красный цвет, и Гольди направил машину между
двух легковушек: едва не срезав зеркала о двери машин, она скользнула в
проход и через миг оказалась па другой стороне перекрестка. В следующую
секунду сзади раздался визг тормозов, и почти сразу же комиссар понял,
почему не включил сирену: он не мог этого сделать. С него достаточно маячка
- ведь сейчас они бегут из Террено, зная, что он обречен: если прав Аз
Гохар, все эти люди скоро умрут, но вместо того, чтобы остановиться и
предупредить тех, кого еще можно спасти, он едет из города, чтобы спастись
самому, оставляет здесь кучу знакомых, зная, что они обречены.
Комиссар стиснул зубы и приказал себе: "Прекрати! Ты ничего не можешь
сделать, чтобы спасти этих людей. Если ты остановишься, то никого не
спасешь: они все равно умрут, а вместе с ними умрут и те, кто сидит в этой
машине". На мгновение он ощутил горечь в груди, и в этот миг Аз Гохар
бросил:
- Мы не успеваем.
Гольди повернул голову, но увидел только тающий след самолетов. Он
посмотрел через лобовое стекло и увидел, что они почти достигли корсо
Чентрале. На мгновение он подумал: как им удалось так быстро опоясать
Террено? Впрочем, сейчас этот вопрос был второстепенным.
- У вас герметичная машина, комиссар? - спросил старик.
- Нет, если закрыть воздухозаборники, доступ воздуха в салон снизится, но
не исчезнет совсем.
- Это плохо.
Сидевший справа от Гольди Андрей к этому времени разглядел самолеты и не
отрываясь смотрел на них. Замершая у него на коленях девушка делала то же,
но в отличие от беспокойства во взгляде Андрея, в ее глазах светилось
непонимание. Когда Аз Гохар замолчал, Андрей бросил:
- Мы не успеем - они пролетят над выездом раньше, чем мы подъедем туда...
- Он обернулся назад: - Что мы будем делать, Бен?
- Если мы не успеем, придется ехать сквозь газ.
- Но это же невозможно, - возразил Гольди. - Газ попадет в машину, и
тогда...
- Это единственный выход, - отрезал старик. - Если мы остановимся, это
приведет к одному: самолеты сделают второй круг над городом, зона поражения
увеличится, а так как нам все равно нужно будет выезжать из Террено, нам
придется преодолеть большую толщину газа. Правда, здесь есть одно
исключение: если у вас, комиссар, найдутся противогазы для нас?
- У меня нет ни одного.
- Я так и думал... Если нам все-таки придется ехать сквозь газ, придется
задерживать дыхание - как при нырянии. Надеюсь, ни у кого нет проблем с
сердцем?
Аз Гохар обвел взглядом сидящих. Никто ничего не сказал, только Паола,
глядя на Андрея, растерянно протянула:
- Что здесь происходит, Андрей?
Не отрывая глаз от дороги, Гольди сказал:
- Вряд ли сможем задержать дыхание дольше, чем на минуту.
- Этого будет достаточно. Сколько до выезда?
- Полторы минуты.
В этот момент самолеты продвинулись по небу еще на несколько сантиметров
и коснулись невидимого перпендикуляра, соединяющего их с корсо Чентрале.
- Ну, вот и все... - вырвалось у Андрея.
Гольди ощутил холод, проникающий в мозг. Ему вдруг захотелось
остановиться и не ехать дальше, но словно не повинуясь ему, тело продолжало
управлять "ланчей": руки поворачивали руль, обходя машины одну за другой,
нога давила на газ.
- Придется задерживать дыхание, - повторил Аз Гохар и подался к решетке.
- Когда я скажу, все набирают воздух и не дышат, пока мы не окажемся за
городом. Ясно?
Снова никто ничего не сказал, кроме Андрея, который протянул:
- Это сработает, только если газ действует на дыхание. Но мы ничего не
знаем о нем- он может действовать и на кожу.
- Он действует на дыхание, - отрезал старик.
- Откуда вы это знаете?
- Он не может действовать на кожу по простейшей причине: мы не можем
погибнуть, иначе не сбудется Пророчество, некому будет уничтожать гулов.
Гольди подумал, что логика эта более, чем странная, но ничего не сказал.
Бросив взгляд в зеркало, разглядел глаза Борзо: в них светилось отчаяние -
словно тот потерял всякую веру в то, что еще что-то можно спасти. "Задержит
ли он дыхание, когда придет время?" - подумал комиссар.
В этот миг самолеты оказались над пустырем возле Кальва-Монтанья, и их
шлейфы начали опускаться к земле.
"Если Аз Гохар прав, то сейчас газ должен опуститься на землю и начнет
убивать", - подумал Гольди. Он бросил взгляд на спидометр: стрелка застыла
на стокилометровой отметке - для города это была сумасшедшая скорость, - и
неожиданно услышал грохот металла.
- Началось!.. - выдохнул Аз Гохар. - Комиссар, закройте окно и выключите
вентиляцию!
Гольди автоматически нажал кнопку стеклоподъемника и перекрыл доступ
воздуха в салон "ланчи". За мгновение до того, как закрылось стекло, он
услышал еще один громкий удар.
В следующий миг они обогнули замерший у светофора фургон и увидели две
столкнувшиеся машины: ярко-красный "альфа-ромео" и белый "ситроен" замерли
посреди улицы, сцепившись искореженными радиаторами. Видимо, столкнулись они
за мгновение до того, как "ланча" обогнула фургон, - у "альфы" из выхлопной
трубы еще поднимался дымок. Внезапно из развороченного радиатора "ситроена"
выскочила пробка и повалил густой пар. Это послужило сигналом - Аз Гохар
выдохнул: "Задерживайте дыхание!" и первым втянул в себя воздух, Гольди
непроизвольно глотнул, краем глаза заметив, как то же самое сделали Паола и
Андрей, Андрей закрыл девушке рот.
Через три секунды они подлетели к столкнувшимся автомобилям. Голъди
повернул вправо, обходя "ситроен", и наехал правым колесом на придорожный
бордюр. "Ланча" подпрыгнула в воздух, комиссар метнул взгляд в сторону
проспекта, на котором три десятка машин, словно в плохом детективе,
сталкивались и разлетались, отскакивая на середину улицы и врезаясь в дома,
а фигурки людей падали на тротуаре, словно подкошенные, и взглянул на
"альфа-ромео": в салоне его сидели две девушки - обе не шевелились, хотя
крови в машине не было, - наверное, их убил газ.
В этот миг в двадцати метрах от них в салон парикмахерской влетел
новенький "мерседес" - машина ударилась в стеклянную стену, отчего она
брызнула в стороны рождественским фейерверком. Комиссар вывернул руль, и
машина промчалась в считанных сантиметрах от багажника "мерседеса". По
лобовому стеклу простучал дождь осколков. Гольди бросил взгляд вправо и
увидел двух человек, неподвижно лежащих на тротуаре, из чего заключил, что
какой бы газ ни использовали гулы, убивает он быстро - в считанные секунды.
Словно подтверждая эту догадку, перед ним возникла следующая картина - в это
мгновение они оказались у открытого бара, и за его столиками Гольди увидел
людей: не меньше дюжины посетителей лежали возле столов, пара навалилась на
столы грудью...
Внезапно он заметил движение, и время для него словно остановилось: возле
одного из столов на коленях стоял человек - он был еще жив, но лицо его
покраснело, а на лбу вздулись вены. Мужчина замер, широко открыв рот, и
словно хотел, но не мог вдохнуть воздух. Неожиданно он рванул ворот рубахи,
потом его правая рука подломилась, и он упал на бок, подняв руки к горлу и
опрокинув стол.
Время вновь понеслось вскачь - бар умчался назад, Голъди перевел взгляд
на дорогу, и в его мозгу вспыхнуло: Аз Гохар оказался прав - газ действует
на дыхание.
Непроизвольно он прислушался к своему телу: пока сердце билось нормально
- прошло лишь десять секунд, как они не дышали, но еще секунд двадцать, и
начнутся проблемы. Сколько до выезда? Он прикинул, что до автозаправочной
станции на выезде из Террено остается секунд сорок при той скорости, на
которой они движутся. А сколько составляет ширина зараженной зоны? Этого он
не знал, но наверняка за окраиной города газа нет. Сорок секунд он
как-нибудь выдержит, и дай бог, чтобы он не ошибся, иначе они все погибнут.
В этот момент в ста метрах от "ланчи" на корсо Чентрале выскочил "форд":
серебристый автомобиль вылетел на проспект из боковой улицы, его занесло, он
проскользил на противоположную сторону, ударился боком о припаркованный джип
и помчался к центру Террено... На мгновение Гольди ощутил холод в спине:
сейчас движение на проспекте практически замерло - кучи машин застыли,
столкнувшись, идущих по тротуару людей видно не было, - и этот "форд" был
как призрак посреди моря мертвых. Он двигался быстро, но не по прямой, а
зигзагами. Наверное, водитель наглотался газа, понял Гольди и испугался, что
сейчас тот потеряет сознание и врежется в них, а это будет концом - ведь
любая остановка сейчас равна смерти... Он крепче сжал руль, глядя на
петляющий "форд", и слегка снизил скорость, чтобы успеть сманеврировать, -
хотя и это было опасно, - но ему не пришлось маневрировать: когда до
столкновения оставалась секунда, "форд" вильнул влево, наехал колесом на
металлический парапет и, словно с трамплина, подпрыгнул. В глаза Гольди
бросилось, как взлетев в воздух, серебристый автомобиль пролетел над
дорогой, в сознании его отпечатались четыре крутящиеся колеса, а в следующую
секунду "форд" тяжело рухнул на врезавшийся в стену бара "сеат".
Грохот удара сработал как выключатель: комиссар оторвал взгляд от
"форда", вывернул руль, объезжая скопление из пяти легковушек, и притопил
педаль газа, увеличивая скорость до ста двадцати...
Меньше чем за десять секунд "ланча" промчалась два квартала, на которых
отсутствовало движение, в сознании Гольди запечатлелись искореженные машины
и люди, лежащие на тротуарах в неестественных позах... Когда автомобиль
оказался в ста метрах от выезда из Террено, комиссар ощутил укол в сердце.
Укол этот отозвался болью в висках, заставив понять, что заканчивается
кислород. Хотя не дышал он лишь тридцать секунд, сейчас это много: ведь одно
дело задерживать дыхание на спор, другое - управляя машиной. Осталось
немного, и сердце начнет колотиться, как обезумевший колокол.
Мимо машины промелькнули последние дома городской окраины, междугородный
автобус, съехавший с дороги в кювет, и открылось шоссе, в левой стороне от
которого сверкали стекла автозаправочной станции.
Внезапно комиссар заметил движение: сидящая справа от него девушка
дернулась телом, словно хотела избавиться от руки демонолога, крепко
сжимавшей ей рот, - лицо у нее покраснело, на шее пульсировала жилка. Сердце
Гольди скакнуло в груди - гораздо сильнее, чем в первый раз, - а затем
принялось стучать все быстрей. Комиссар поднял скорость, и "ланча" помчалась
к автозаправочной станции. В мозгу его билась одно: там безопасно - никто не
станет отворачивать от города, чтобы тратить газ на двух человек.
Внезапно резко усилилось жжение в горле. Гольди захотелось вздохнуть,
вместо этого, он сделал глотательное движение, не открывая рта, - на
мгновение резь в горле исчезла, зато увеличилось давление в животе, а через
секунду воздух снова подступил к горлу, пытаясь выйти наружу.
Пролетев по пустому шоссе, "ланча" оказалась у автозаправочной станции,
преодолела последние метры и поравнялась с бензоколонками. Гольди бросил
взгляд под навес, но служащих не увидел - машин на автозаправочной не было.
"Неужели они все-таки убили их газом?" - промелькнуло в сознании
комиссара, и он сильнее надавил на акселератор.
Теперь Гольди чувствовал, что сердце его готово выпрыгнуть из груди -
сжатый между горлом и легкими воздух давил в ребра, грозя разорвать грудь,
как баллон, все его внутренности превратились в один пульсирующий комок
боли. Комиссару хотелось вдохнуть - хотелось, как никогда, - но он не делал
этого, опасаясь, что в салон попал газ. Он досчитает до двадцати, решил он,
и лишь тогда остановит машину.
"Один..." - начал Гольди.
Внезапно боковым зрением он заметил лицо Паолы - оно было красным, как
помидор, на лбу демонолога блестела испарина. Он не смотрел в зеркало,
поэтому не видел лиц Джей Адаме и Аз Гохара, но прекрасно их себе
представлял. "Пять, шесть..."
Когда он дошел до двенадцати, и сердце, казалось, готово было пробить
грудь, он нажал тормоз. Покрышки отозвались пронзительным воем, стрелка
спидометра качнулась к нулю.
На счете шестнадцать он нажал кнопки, блокирующие задние двери.
"Семнадцать, восемнадцать..."
На девятнадцати ему показалось, что сейчас его грудь взорвется, как
перекачанная покрышка.
На двадцать "ланча" остановилась.
Гольди толкнул дверь и выскочил на дорогу. Не открывая рта, сбежал с
шоссе на траву, сделал десять шагов и упал на колени. "Мертвый" воздух
вырвался из легких, и комиссар сделал глоток. Красная пелена, похожая на
взрыв фейерверка, закрыла глаза, но за мгновение до того он заметил, как
пять фигур выскочили из "ланчи" и бросились в разные от нее стороны...
В половине двенадцатого в километре к северу от юго-западного въезда в
Террено остановился автомо-биль. Из него вылез парень лет двадцати, одетый в
джинсы и кожаную куртку, голову его украшали длинные волосы цвета угольной
пыли... Если бы кто-то случайно мог расстегнуть его куртку, он бы увидел
изрешеченную пулями тенниску: не менее десяти отверстий располагалось на
груди человека, столько же сзади, однако возле отверстий не было крови.
Выбравшись из машины, длинноволосый огляделся по сторонам. Машина стояла
на прямоугольной площадке перед воротами, за которыми виднелись четыре
здания, образующие квадрат, на бетонной арке ворот белые буквы складывались
в слова: "Рете элеттрика", слева от ворот находились калитка и будка
привратника.
Парень обогнул автомобиль и двинулся мимо машины, на водительском сиденье
которой, привалившись плечом к дверце, сидел человек. Глаза его были
открыты, лицо - перекошено болью. Не обращая внимания на покойника,
длинноволосый прошел по стоянке, толкнул вертушку калитки и оказался в узком
проходе между будкой привратника и бетонным створом ворот. Бросив взгляд
сквозь окно, увидел пожилого мужчину с пепельными волосами - мертвый
привратник сидел за столом, навалившись на него грудью, правая щека его
покоилась на регистрационном журнале, левая смотрела в потолок. Справа от
покойника лежали недоеденная пицца и открытый пакет кефира. Видимо, пакет
открыли недавно: белая жидкость успела вытечь из него, образовав лужицу, но
отдельные капли еще сочились на стол. Длинноволосый протянул руку в окошко,
осторожно снял с головы привратника кепку с золотистым тиснением "Рете
элеттрика", вытащил руку и надел кепку себе на голову.
Через секунду он толкнул внутреннюю вертушку и оказался в четырехугольном
дворе. Слева и справа от него располагались два двухэтажных здания, впереди
- огромное строение с гигантскими окнами на фасаде. В правом углу двора
находились электрическая вышка и трансформаторный узел, за центральным
строением высились три высоковольтных столба, от которых во все стороны
тянулись провода, похожие на паутину гигантского тарантула.
Осмотревшись по сторонам, длинноволосый двинулся к центральному зданию.
От ворот к нему вела чисто выметенная дорожка, по обеим сторонам от которой
были разбиты клумбы с астильбами, однако в дальнем конце ее, перед самым
строением, лежали три человека.
Длинноволосый прошел по дорожке и оказался пе
ред входом в главное здание. Бросив взгляд на покой
ников - женщину и пару мужчин, - переступил через
них и остановился у двери, взявшись за ручку, потянул
ее на себя, однако почувствовал, что дверь что-то
держит... Тогда он опустил голову и увидел, что паль
цы правой руки женщины вощли под дверь и заклини
ли ее. Подцепив руку ботинком, длинноволосый отки
нул ее и шагнул в тамбур.
Внутри здания слышалось легкое гудение, похожее на гул роя пчел.
Длинноволосый повернул вправо, прошел по темному коридору и вступил в
огромный зал операторской. Справа от входа находились гигантские окна, через
которые в помещение падал свет, слева располагался пульт с разноцветными
датчиками, на стене напротив окон была нарисована огромная карта-схема
Террено. Различные районы города были выделены на ней разными цветами: всю
карту усеивали многочисленные лампочки, большинство из которых были
зелеными, лишь некоторые светились малиновым светом. Внизу стены, на столе,
стояла пара компьютеров, на экранах которых виднелась такая же, но в
миниатюре, карта Террено. Наконец, на стене напротив двери располагались
ряды ручных выключателей.
Пройдя от двери, длинноволосый остановился в центре операторской и
какое-то время изучал карту. Затем приблизился к стоящему на столе
компьютеру и осторожно нажал пару клавиш - на экране компьютера выскочило
меню управления. Пару секунд длинноволосый смотрел на него, после чего
выбрал пункт "Отключение энергии", выделил на карте район, щелкнул "мышью" и
поднял голову - зеленый участок возле реки сменил цвет на малиновый.
Длинноволосый довольно кивнул и принялся водить "мышью", выбирая огромные
участки на карте и отключая их от сети...
Через короткое время вся карта Террено светилась топазовым цветом - лишь
район аэропорта, центр города с муниципальными службами и комиссариатом, да
само здание станции оставались зелеными, предохранительный щит натужно гудел
под действием увеличившейся нагрузки. Длинноволосый щелкнул парой клавиш и
высвободившаяся энергия направилась по "холостому" кольцу, циркулируя по
внешнему обводу города и убегая в Варесе, - электричество в Террено было
отключено...
Яркое солнце, укрытое облаками, висело высоко в небе, дующий с юга ветер
пригибал растущую вдоль дороги траву, и она колыхалась огромными волнами,
похожими на волны прибоя. Дорога с желтой разметкой выделялась на фоне травы
сверкающей лентой. В трехстах метрах к востоку виднелась автозаправочная
станция, за которой начиналась низина, ведущая к Олоне, с левой стороны от
шоссе травяная поляна переходила в деревья, за которыми находился
заброшенный виноградник, а еще дальше, закрывая западную часть горизонта,
высилась Кальва-Монтанья. Городская окраина, оставшаяся на севере,
угадывалась лишь по двум высоковольтным столбам. Никаких звуков не
доносилось со стороны города - возможно, виной тому был дующий ветер, а
может быть, их не было слышно, потому что их не было? Слышался только шорох
травы, да мерно урчал двигатель "ланчи", но подтверждением тому, что
случившееся минуту назад не было сном, были два самолета: кажущиеся отсюда
двумя крестообразными точками, они висели высоко в небе, а за ними тянулись
расплывающиеся в воздухе шлейфы. Последние казались такими красивыми и
безобидными, что невозможно было поверить в то, что они несут смерть, -
невозможно, если бы он не видел покойников.
Стоя в шести метрах от шоссе, комиссар смотрел в небо. Сейчас самолеты
удалились от южного въезда в Террено и летели над Рионе Нуово: две точки
двигались метрах в двухстах друг от друга, а выпускаемый ими газ опускался к
земле, рассеиваясь и накрывая полосу метров в пятьсот... "Они замыкают
кольцо", - сказал Аз Гохар, и комиссар понимал, что старик прав. Гулы
окольцевали Террено, сделав выезд из города невозможным, а теперь не спеша
убьют его жителей, - для этого им потребуется сделать не более четырех
кругов...
Сколько времени прошло, как они выскочили из машины? Минута, три, пять? -
Он не знал. Сейчас его организм пришел в норму: горло не разрывал сжатый
воздух, а сердце не пробивалось сквозь ребра, но от этого ему не было легче
- он чувствовал полную опустошенность и что-то еще - что-то, чему он не мог
найти определения: отчаяние, смешанное с растерянностью и полной
беспомощностью... "Все кончено, - билось у него в голове,- все уже
кончено..." Он обычный полицейский - пусть занимающий пост комиссара
криминальной полиции, - но обычный. Его работа- раскрытие убийств: пьяная
поножовщина, смерть наркоманов от передозировки наркотиков, несчастные
случаи на реке, редко - убийства из огнестрельного оружия. Но все это обычно
и, как ни странно звучит, буднично. Все это всегда было и будет, ибо
составляет неотъемлемую часть человеческой жизни: ревность, зависть и
ненависть - пока существует все это, будут существовать убийцы и их
жертвы... Но то, что произошло в этом городе, не вписывается в это по
простейшей причине: убийцы - не люди. Стоя по колено в траве, Гольди с
пугающей ясностью понимал, что не знает, что делать теперь. Что можно
предпринять? Бросить сюда полк карабинеров, антитеррористический отряд,
армию? Но что они сделают? Не постигнет ли и их участь миланских
карабинеров?
Глядя на летящие самолеты, он краем глаза видел пять человек: Джей Адаме
и Аз Гохар замерли возле него, Борзо, Паола и Андрей стояли по другую
сторону от шоссе, не отрываясь глядя на север. За время, прошедшее с момента
остановки, никто ничего не сказал. Гольди понимал причину последнего: никто
просто не знает, что можно сказать, когда на твоих глазах гибнет восемьдесят
тысяч человек - особенно, если среди них есть твои знакомые и родные.
Внезапно он вспомнил о Торне, находящейся в Риме, и почти сразу же после
этого - слова Борзо. Его дочь и жена остались в Террено, у этой девушки,
Паолы, наверняка, в городе тоже есть родственники, да и у него самого там
куча родни. Неожиданно он ощутил комок в горле - словно выпил крепкого
кьянти и сейчас его вырвет, - все эти люди погибли!
Комиссар провел рукой по лицу. Все это не укладывалось в голове, казалось
нелепицей или дурным сном, от которого хотелось проснуться. Но разве не
видел он того, что сделали гулы в Террено?.. Он вспомнил монастырь,
карабинеров на площади. В сознании его промелькнули картины сталкивающихся
машин, мертвецы в баре, толстяк, разрывающий ворот рубахи, крутящиеся в
воздухе колеса "форда"... "Все
...Закладка в соц.сетях
