Жанр: Триллер
Сердца в Атлантиде
...л свои мысли, когда такси проезжало мимо "Гриля Уильяма Пенна",
и у него глаза начали чесаться сзади.
Он поборолся с собой, а потом выпалил худшее, точно коду: он боится, что
поездка его мамы в Провидено с мистером Бидерменом и теми двумя была
ошибкой. Скверной ошибкой.
- Ты думаешь, мистер Бидермен за ней ухаживает? - спросила Кэрол. Они
пошли назад к скамье, где она оставила скакалку. Бобби подобрал ее и отдал
Кэрол. Они пошли к выходу из парка в сторону Броуд-стрит.
- Ну-у.., может быть, - угрюмо сказал Бобби. - Или во всяком случае... -
Тут была часть того, чего он боялся, хотя для этого не было ни названия, ни
образа - будто что-то зловещее, укрытое брезентом. - Во всяком случае, она
думает, что так и есть.
- Он попросит ее выйти за него замуж? Тогда он станет твоим отчимом.
- Черт! - Бобби ни разу не подумал о мистере Бидермене как об отчиме и
отчаянно пожалел, что Кэрол заговорила об этом. От одной только мысли его
взяла жуть.
- Если она его любит, тебе лучше попривыкнуть к этому. - Кэрол говорила,
будто взрослая, опытная женщина, и Бобби стало еще хуже. Наверное, она в это
лето слишком часто смотрела сериалы "Ах, Джон, ах, Марша!" со своей мамой.
И, как ни странно, в чем-то ему было бы все равно, если бы его мама полюбила
мистера Бидермена. Это было бы мерзко, потому что мистер Бидермен - мразь,
но зато понятно. Манера его матери считать каждый цент, ее жлобство имели
какое-то отношение к этому, как и то, что заставило ее вновь закурить, а
иногда и плакать по ночам. Разница между Рэндоллом Гарфилдом, его матери
ненадежным мужем, который оставил после себя неоплаченные счета, и Рэнди
Гарфилдом Аланны, который любил, чтобы проигрыватель включали погромче..,
даже эта разница могла быть частью того же. (А были ли неоплаченные счета? А
был ли аннулированный страховой полис? Зачем бы его матери лгать про все
это?) С Кэрол ни о чем таком он говорить не мог. И не от скрытности. Просто
он не знал, как говорить о таком.
Они пошли вверх по склону. Бобби взял одну ручку скакалки, и они волокли
ее по тротуару между собой. Внезапно Бобби остановился и ткнул пальцем:
- Посмотри!
Впереди с одного из пересекавших улицу электропроводов свисал длинный
желтый хвост воздушного змея. Он изгибался, напоминая вопросительный знак.
- Угу. Я вижу, - сказала Кэрол тихим голоском. Они пошли дальше. - Ему
надо уехать сегодня же, Бобби.
- Он не может. Бой сегодня вечером. Если победит Альбини, Тед должен
получить выигрыш в бильярдной завтра вечером. По-моему, деньги ему очень
нужны.
- Конечно, - сказала Кэрол. - Стоит посмотреть, как он одет, и сразу
ясно, что он на мели. Наверное, он поставил свои последние деньги.
"Как он одет.., это только девчонки замечают", - подумал Бобби и открыл
рот, чтобы сказать ей это. Но тут кто-то позади них сказал:
- Погляди-ка! Да это же Гербер-Беби и Малтекс-Беби. Как делишки,
бебюськи?
Они оглянулись. К ним медленно съезжали с холма на велосипедах трое ребят
в оранжевых рубашках Сент-Габриэля. В корзинках на рулях лежали всякие
бейсбольные принадлежности. Один, прыщавый балда, у которого с шеи свисал на
цепочке серебряный крест, засунул бейсбольную биту в самодельный футляр на
спине. "Выпендривается под Робин Гуда", - подумал Бобби, но все равно
перепугался. Это же были большие парни, старшеклассники, ученики приходской
школы, и если они решили отправить его в больницу, то он отправится в
больницу. "Низкие парни в оранжевых рубашках", - подумалось ему.
- Привет, Уилли, - сказала Кэрол одному из них. Но не балде с битой за
спиной. Она говорила спокойно, даже весело, но под небрежностью ее тона
Бобби ощутил страх, трепещущий, как птичьи крылышки. - Я смотрела, как вы
играли. Ты здорово ловил.
У того, кому она это сказала, было уродливое недолепленное лицо под
густыми, зачесанными назад каштаново-рыжими волосами и над торсом взрослого
мужчины. Велосипед "хаффи" выглядел под ним нелепо маленьким. Бобби подумал,
что он похож на тролля из волшебной сказки.
- Тебе-то что, Гербер-Беби? - спросил он. Все трое сентгабцев поравнялись
с ними. Затем двое - с болтающимся крестом и тот, которого Кэрол назвала
Уилли, - продвинулись чуть дальше, опустив ноги до земли и ведя велосипеды.
С возрастающим отчаянием Бобби понял, что они с Кэрол окружены. Он ощущал
смешанный запах пота и "виталиса", исходивший от ребят в оранжевых рубашках.
- Ты кто такой, Малтекс-Беби? - спросил третий сентгабец у Бобби. Он
наклонился над рулем своего велосипеда. - Никак Гарфилд? А? Билли Донахью
тебя все еще разыскивает с того случая прошлой зимой. Хочет зубы тебе
повышибать. Может, мне сейчас выбить парочку прямо тут, проложить ему
дорожку?
У Бобби в животе словно что-то зашевелилось, будто змеи в корзинке. "Я не
заплачу, что бы ни было, я не заплачу, пусть хоть в больницу попаду. И я
попытаюсь защитить ее".
Защитить ее от таких верзил? Смешно.
- Почему ты сейчас такой грубый, Уилли? - спросила Кэрол. Она обращалась
только к парню с каштаново-рыжими волосами. - Ты же не такой, когда ты один.
Так почему сейчас?
Уилли покраснел. Благодаря темной рыжине его волос, гораздо более темной,
чем у Бобби, могло показаться, что он запылал огнем от шеи и до макушки. Он
не хотел, сообразил Бобби, чтобы его дружки узнали, что без них он ведет
себя по-человечески.
- Заткнись, Гербер-Беби! - рявкнул он. - Лучше заткнись и поцелуй своего
прилипалу, пока у него еще все зубы целы.
На третьем парне был мотоциклетный пояс с пряжкой на боку и старые бутсы,
все в пыли бейсбольного поля. Он стоял позади Кэрол. Теперь он подошел
поближе, все еще ведя свой велосипед, и обеими руками ухватил ее за волосы.
И дернул.
- Ой! - почти взвизгнула Кэрол. И словно бы не только от боли, но и от
удивления. И вырвалась таким рывком, что чуть не упала. Бобби подхватил ее,
и Уилли - который, если верить Кэрол, без своих дружков был нормальным
парнем - захохотал.
- Зачем вы это? - закричал Бобби на парня с мотопоясом, и едва слова
вырвались у него изо рта, ему показалось, что он слышал их уже тысячу раз
прежде. Будто какой-то обряд: формулы, которые положено произносить, прежде
чем начнутся подлинные тычки и толчки и заработают кулаки. Он снова вспомнил
"Повелителя мух" - Ральф убегает от Джека и остальных. На острове Голдинга
были хотя бы джунгли. А им с Кэрол бежать некуда.
"Он скажет: "Потому что мне так нравится". Это следующие слова".
Но прежде чем парень с поясом, застегнутым на боку, успел их сказать, за
него положенные слова произнес Робин Гуд с битой в самодельном футляре на
спине:
- А потому, что ему так нравится. И как ты ему помешаешь, Малтекс-Беби?
Внезапно он змеиным движением протянул руку и шлепнул Бобби по лицу.
Уилли снова захохотал.
- Давайте вздуем этого недоноска, - сказал парень с мотопоясом. - Меня от
его морды воротит.
Они сдвинулись, шины их велосипедов торжественно зашуршали. Потом Уилли
уронил свой велосипед набок, будто сдохшего пони, и шагнул к Бобби. Бобби
выставил перед собой кулаки в жалком подражании стойке Флойда Паттерсона.
- Эй, ребятишки, что у вас там? - спросил кто-то за спиной у них.
Уилли отвел назад один кулак. Все еще держа его наготове, он оглянулся. И
Робин Гуд оглянулся, и парень с мотопоясом. У тротуара стоял старый голубой
"студебекер" с поржавелыми крыльями и Христом, примагниченным над приборной
доской. Перед ним, очень грудастая и необъемная в бедрах, стояла Рионда,
приятельница Аниты Гербер. Летняя одежда не была ей лучшим другом (это даже
Бобби заметил), но в тот момент она казалась богиней в бриджах.
- Рионда! - закричала Кэрол, не плача, но почти. Она протолкнулась между
Уилли и парнем с мотопоясом. Ни тот ни другой не попытались ее схватить. Все
трое сентгабцев уставились на Рионду. Бобби поймал себя на том, что смотрит
на сжатый кулак Уилли. Иногда Бобби просыпался утром, а у него там было
тверже камня и торчало вверх, будто лунная ракета или еще что. Пока он шел в
ванную помочиться, там обмякало и съеживалось. Рука Уилли со сжатым кулаком
на ее конце обмякла точно так же, кулак развертывался назад в пальцы. От
такого сравнения Бобби потянуло на улыбку. Но он справился с собой. Если они
увидят, что он улыбается, сейчас они сделать ничего не смогут. Однако
потом.., в какой-нибудь другой день...
Рионда обняла Кэрол и прижала девочку к своей объемистой груди. Оглядела
ребят в оранжевых рубашках и - улыбнулась! Заулыбалась, не стараясь спрятать
улыбку.
- Уилли Ширмен, верно?
Только что взведенная рука Уилли повисла вдоль бока. Что-то бормоча, он
нагнулся поднять свой велик.
- Ричи О'Мира?
Парень в мотопоясе посмотрел на пыльные носки своих бутс и тоже пробурчал
что-то. Щеки у него пылали.
- Во всяком случае, кто-то из младших О'Мира - теперь вас так много, что
я всех не упомню. - Взгляд ее перешел на Робин Гуда. - А ты кто, верзила?
Кто-то из Дедхемов? Похож-похож на Дедхемов!
Робин Гуд уставился на свои руки. У него на пальце было школьное кольцо,
и теперь он начал его крутить.
Рионда все еще обнимала Кэрол за плечи. Кэрол одной рукой обнимала Рионду
за талию, насколько хватало руки. Она не смотрела на парней, когда Рионда
вместе с ней сошла с мостовой на полоску травы перед тротуаром. Она все еще
смотрела на Робин Гуда.
- Отвечай, когда я с тобой говорю, сынок. Если я захочу, найти твою мать
будет нетрудно. Спрошу отца Фитцжеральда - и дело с концом.
- Ну, я Гарри Дулин, - сказал наконец парень, еще быстрее крутя свое
кольцо.
- Значит, я не так уж и промахнулась, верно? - ласково спросила Рионда,
сделала еще два-три шага вперед и оказалась на тротуаре. Кэрол, испугавшись,
попробовала ее удержать, но Рионда все равно надвигалась на парней. -
Дедхемы и Дулины женились-переженились. Еще в графстве Корк, тра-ля-ля.
И никакой не Робин Гуд, а парень по имени Гарри Дулин с дурацким
самодельным футляром для биты за спиной. Не Марлон Брандо в "Дикаре", а
парень по имени Ричи О'Мира, который раньше чем через пять лет никак не
обзаведется "харлеем" к своему мотопоясу.., если вообще когда-нибудь им
обзаведется. И Уилли Ширмен, трусящий по-хорошему поговорить с девочкой,
если рядом его дружки. И для того чтобы они съежились до своих подлинных
размеров, оказалось достаточно одной толстухи в бриджах и длинной блузке без
рукавов, которая примчалась спасать не на белом боевом скакуне, но в
"студебекере" 1954 года. Эта мысль должна была бы утешить Бобби, но не
утешила. Он вдруг вспомнил, что сказал Уильям Голдинг: мальчиков на острове
спасла команда линейного крейсера.., но кто спасет команду?
Глупо, конечно, уж кто-кто, а Рионда в этот момент никак и ни в каком
спасении словно бы не нуждалась. Но слова эти все равно порадовали Бобби. А
что, если взрослых вообще нет? Вдруг самое понятие "взрослые" - обман? Что,
если их деньги - это только игральные фишки, их деловые сделки - не больше
чем выменивание бейсбольных карточек, их войны - игры с игрушечным оружием в
парке? Что, если внутри своих костюмов и выходных платьев они все еще
сопливые малыши? Черт! Этого же не может быть, правда? Это было бы так
страшно, что даже подумать и то жутко.
Рионда все еще смотрела на сентгабцев с жесткой и довольно опасной
улыбкой.
- Вы, трое здоровенных парней, ведь не стали бы цепляться к тем, кто вас
меньше и слабее, верно? Да еще к девочке вроде ваших младших сестренок?
Они теперь молчали, даже не буркали себе под нос. Только переминались с
ноги на ногу.
- Я в этом уверена: это ведь была бы подлость и трусость, верно?
Вновь она дала им возможность ответить - и порядочно времени послушать
собственное их молчание.
- Уилли? Ричи? Гарри? Вы же к ним не цеплялись, верно?
- Да нет, конечно, - сказал Гарри, и Бобби подумал, что если он начнет
вертеть это кольцо чуть побыстрее, палец у него загорится.
- Если бы я поверила в такое, - сказала Рионда, все еще улыбаясь своей
опасной улыбкой, - я бы пошла поговорить с отцом Фитцжеральдом, верно? Ну а
падре, возможно, решил бы, что ему следует поговорить с вашими отцами, ну а
ваши отцы, возможно, решили бы согреть вам задницы.., и за дело, мальчики,
верно? За то, что цеплялись к тем, кто меньше и слабее.
Трое парней, снова перекинувшие ноги через свои нелепо маленькие
велосипеды, продолжали хранить молчание.
- Они к тебе цеплялись, Бобби? - спросила Рионда.
- Нет, - сразу же ответил Бобби. Рионда подсунула палец под подбородок
Кэрол и повернула ее лицо к себе.
- А к тебе они цеплялись, деточка?
- Нет, Рионда.
Рионда улыбнулась ей сверху вниз, и Кэрол, хотя у нее в глазах стояли
слезы, улыбнулась в ответ.
- Ну, мальчики, вроде вам опасаться нечего, - сказала Рионда. - Они
говорят, что вы не делали ничего такого, что могло бы доставить вам лишние
неприятные минутки в исповедальне. Думаю, вам следует вынести им
благодарность.
Сентгабцы: бур-бур-бур.
"Пожалуйста, кончи на этом! - безмолвно умолял Бобби. - Не заставляй их и
правда благодарить нас. Не доводи их!"
Быть может, Рионда услышала его мысли (Бобби теперь верил, что такое
возможно).
- Ну, - сказала она, - пожалуй, обойдемся без благодарностей.
Отправляйтесь по домам, мальчики. И Гарри, когда увидишь Мойру Дедхем, скажи
ей, что Рионда велела передать: она все еще ездит в Бриджпорт в "Бинго"
каждую неделю, так если ее нужно будет подвезти...
- Ладно, обязательно, - сказал Гарри, сел в седло и поехал вверх по
склону, все еще вперяя взгляд в тротуар. Если бы ему навстречу шли прохожие,
он наткнулся бы на них. Двое его дружков последовали за ним, нажимая на
педали, чтобы нагнать его.
Рионда провожала их взглядом, и ее улыбка медленно исчезала.
- Ирландцы-голодранцы, - сказала она наконец. - От них ничего хорошего не
жди. Ну, да черт с ними. Кэрол, ты правда ничего?
Кэрол сказала, что да, правда.
- Бобби?
- Все в порядке. - Ему требовалась вся сила воли, чтобы не начать дрожать
перед ней, будто клюквенное желе, но если Кэрол держится, так он и подавно
должен.
- Лезь в машину, - сказала Рионда Кэрол, - я тебя подвезу. А ты давай на
своих двоих, Бобби. Бегом через улицу и в дом. Эти ребята к завтрему
позабудут и про тебя, и про мою Кэрол-детку, но сегодня вечером вам обоим
стоит посидеть дома.
- Ладно, - сказал Бобби, зная, что про них не забудут ни завтра, ни к
концу недели, ни к концу лета. Ему с Кэрол придется долгое время опасаться
Гарри и его дружков. - Пока, Кэрол.
Бобби перебежал Броуд-стрит. На другой стороне остановился и следил, как
старая машина Рионды подъехала к дому, где жила Кэрол. Когда Кэрол
выпрыгнула, она поглядела вниз со склона и помахала. Бобби помахал в ответ,
а потом поднялся по ступенькам крыльца дома ј 149 и вошел внутрь.
Тед сидел в гостиной, курил сигарету и читал журнал "Лайф" с Анитой
Экберг на обложке. Бобби не сомневался, что три чемоданчика Теда и бумажные
пакеты уже упакованы, но их нигде не было видно. Наверное, оставил наверху в
своей комнате. Бобби обрадовался. Ему не хотелось смотреть на них. Довольно
и того, что он знает про них.
- Что поделывал? - спросил Тед.
- Да так, - сказал Бобби. - Я, пожалуй, полежу в кровати и почитаю до
ужина.
Он ушел в свою комнату. На полу возле кровати стопкой лежали книги из
взрослого отдела харвичской публичной библиотеки - "Космические инженеры"
Клиффорда Д. Саймака, "Тайна римской шляпы" Эллера Куина и "Наследники"
Уильяма Голдинга. Бобби выбрал "Наследников" и улегся ногами на подушке. На
обложке были пещерные люди, но они были нарисованы почти абстрактно - на
обложках книжек для детей таких пещерных людей не увидишь. Клево, когда у
тебя карточка во взрослый отдел.., но почему-то уже не так клево, как
казалось вначале.
В девять часов начался "Гавайский глаз", и при обычных обстоятельствах
Бобби был бы заворожен (его мать считала, что программы вроде "Гавайского
глаза" или "Неприкасаемых" слишком полны насилия, и, как правило, не
разрешала ему включать их), но в этот вечер он все время переставал следить
за происходящим на экране. Менее чем в шестидесяти милях отсюда Эдци Альбини
и "Ураган" Хейвуд вот-вот сойдутся на ринге. Красотка Голубых Лезвий
"Жиллетт", одетая в голубой купальник и голубые туфли на высоком каблуке,
будет обходить ринг перед началом каждого раунда и поднимать табличку с
голубым номером на ней. 1...2...3...4...
К половине десятого Бобби не сумел бы распознать на экране даже частного
детектива, а уж тем более угадать, кто убил великосветскую блондинку.
"Ураган" Хейвуд проиграет нокаутом, в восьмом раунде", - сказал ему Тед. Это
знал старик Джи. Но что, если что-нибудь не задастся? Бобби не хотел, чтобы
Тед уезжал, но уж если иначе нельзя, ему была нестерпима мысль, что он уедет
с пустым бумажником. Ну да, конечно, такого случиться не может.., а если?
Бобби видел телефильм, в котором боксер должен был лечь, но вдруг передумал.
Что, если так будет и сегодня? Разыграть нокаут - это обман. (Да неужто,
Шерлок? С какой улики вы начали?).., но если "Ураган" Хейвуд на обман не
пойдет, Теду придется плохо: "по уши в луже, если не хуже", - сказал бы
Салл-Джон.
Половина десятого, если верить часам на стене. Если Бобби не запутался в
арифметических действиях, начался решающий восьмой раунд.
- Нравятся тебе "Наследники"?
Бобби так глубоко ушел в свои мысли, что даже вздрогнул. На экране телика
Кинэн Уинн стоял перед бульдозером и говорил, что готов милю прошагать ради
пачки "Кэмела".
- Потруднее "Повелителя мух", - сказал он. - Вроде бы есть две маленькие
семьи пещерных людей, которые бродят туда-сюда. И одна семья
посообразительнее. Но другая семья, дураки, они герои. Я чуть не бросил, но
тут стало поинтереснее. Думаю, я дочитаю.
- Семья, с которой ты знакомишься первой, с маленькой девочкой, это
неандертальцы. Вторая семья - только на самом деле это племя (Голдинг и его
племена!) - это кроманьонцы. Кроманьонцы и есть наследники. То, что
происходит между этими группами, вполне соответствует определению трагедии:
события ведут к несчастливому исходу, которого нельзя избежать.
Тед продолжал говорить о пьесах Шекспира, и стихотворениях По, и романах
типчика по имени Теодор Драйзер. В другое время Бобби было бы интересно, но
в этот вечер его мысли все время уносились в Мэдисон-Сквер-Гарден. Он видел
ринг, освещенный так же яростно, как те немногие бильярдные столы в "Угловой
Лузе", на которых шла игра. Он слышал, как вопят зрители, когда Хейвуд
перешел в атаку, обрабатывая растерявшегося Эдци Альбини свингами слева и
справа. Хейвуд не собирался сдать бой - точно так же, как боксер в
телефильме, он намеревался отделать своего противника на все сто. Бобби
ощущал запах пота, слышал тяжелые хлопы и хлапы перчаток по корпусу. Глаза
Эдди Альбини выпучились двумя нолями.., колени подогнулись.., зрители
вопили, повскакав на ноги...
- ..идея рока как силы, избежать которой невозможно, видимо, возникла у
греков. Драматург по имени Еврипид...
- Позвоните, - сказал Бобби, и, хотя он в жизни не закурил сигареты (к
1964 году он будет выкуривать за неделю больше блока), голос у него
прозвучал так же хрипло, как у Теда поздно вечером после целого дня
"честерфилдок".
- Извини, Бобби?
- Позвоните мистеру Файлсу, узнайте, как там бой?.. - Бобби посмотрел на
стенные часы. Девять сорок девять. - Если было всего восемь раундов, то,
значит, бой уже кончился.
- Согласен, что он кончился, но если я позвоню Файлсу так рано, он может
заподозрить, что мне было что-то известно, - сказал Тед. - А по радио я ведь
ничего узнать не мог - этот бой, как известно нам обоим, по радио не
передают. Лучше выждать. Безопаснее. Пусть верит, будто я полагаюсь на
предчувствия. Я позвоню в десять, будто считаю, что бой кончился не
нокаутом, а по очкам. А пока, Бобби, не тревожься. Говорю же тебе, это
просто прогулка по подмосткам.
Бобби бросил смотреть "Гавайский глаз", а просто сидел на диване и
слушал, как вякают актеры. Мужчина орал на толстого гавайского полицейского.
Женщина в белом купальнике вбежала в прибой. Машина гналась за машиной под
барабанный бой на звуковой дорожке. Стрелки часов на стене еле ползли,
спотыкаясь, к десяти и двенадцати, будто брали последние несколько сот футов
вершины Эвереста. Убийца великосветской блондинки был сам убит, пока бежал
по полю ананасов, и "Гавайский глаз" наконец кончился.
Бобби не стал ждать показа кадров из телефильмов будущей недели. Он
выключил телик и сказал:
- Позвоните, а? Ну, пожалуйста!
- Одну минутку, - сказал Тед, - по-моему, я выпил рутбира сверх моего
предела. Мои цистерны словно бы ужались с возрастом.
Он прошаркал в ванную. Наступила нескончаемая тишина, а затем раздался
плеск струи, разбивающейся в унитазе.
- А-а-а! - сказал Тед с большим удовлетворением.
Бобби уже не мог усидеть на месте. Он вскочил и начал бродить по комнате.
Он не сомневался, что именно сейчас Томми "Ураган" Хейвуд окружен
фоторепортерами в своем углу на ринге "Гарден", не без синяков, но сияя
улыбкой в белых вспышках. Рядом с ним Девушка Голубых Лезвий "Жиллетт" - она
обнимает его за плечи, он ее за талию, а Эдди Альбини никнет забытый в своем
углу; его затуманенные глаза совсем заплыли, и он еще не пришел в себя после
встряски, которую получил.
К тому времени, когда Тед вернулся, Бобби впал в полное отчаяние. Он
твердо знал, что Альбини проиграл бой, а его друг потерял пятьсот долларов.
Останется ли Тед, если окажется совсем без денег? Может быть... Но если да,
а низкие люди явятся...
Сжимая и разжимая кулаки, Бобби смотрел, как Тед взял трубку и начал
набирать номер.
- Успокойся, Бобби, - сказал ему Тед. - Все в полном порядке.
Но Бобби не мог успокоиться. В животе у него будто свивались клубки
проволок. Тед прижимал трубку к уху и ничего не говорил целую вечность.
- Ну, почему они не отвечают? - в ярости почти крикнул Бобби.
- Было всего два гудка, Бобби. Почему бы тебе... Алло, говорит Тед
Бротиген, Тед Бротиген. Да, мэм, сегодня днем. - Как ни невероятно, но Тед
подмигнул Бобби. Ну как он может оставаться таким невозмутимым? Да будь он
на месте Теда, так трубки бы у уха удержать не смог бы. А уж подмигивать! -
Да, мэм, он здесь. - Тед обернулся к Бобби и сказал, не прикрыв трубку
ладонью. - Аланна спрашивает, как там твоя девочка?
Бобби попытался заговорить, но только хрипел.
- Бобби говорит, что чудесно, - сказал Тед Аланне. - Хороша, как летний
день. Можно мне поговорить с Леном? Да, я подожду. Но, пожалуйста, скажите
мне про бой. - Наступила пауза, которой, казалось, не будет конца. На лице
Теда не было никакого выражения. На этот раз он прикрыл трубку ладонью. -
Она говорит, в первых пяти раундах Альбини получил порядочную трепку, в
шестом и седьмом держался хорошо а потом выдал хук правой неизвестно откуда
и уложил Хейвуда на канаты в восьмом. Похоронный марш по "Урагану". Вот
сюрприз, верно?
- Да, - сказал Бобби. Губы у него как закаменели. Все было правдой. Все.
В пятницу к этому часу Тед уже уедет. С двумя тысячами камешков в кармане
можно долго бегать от низких людей, с двумя тысячами камешков в кармане
можно проехать на Большом Сером Псе от океана до сверкающего океана.
Бобби пошел в ванную и выдавил "ипану" на зубную щетку. Его ужас,
рожденный убеждением, что Тед поставил не на того боксера, исчез, но печаль
из-за близкой потери осталась и росла. Ему бы и в голову не пришло, что
что-то, еще даже не случившееся, может причинять такую боль. "Через неделю я
не смогу вспомнить, что в нем было такого. Через год я о нем позабуду".
Правда? Черт, неужели это правда?
"Нет, - подумал Бобби. - Не выйдет! Я не позволю".
В комнате Тед разговаривал с Леном Файлсом. Вроде бы по-дружески, так,
как Тед ожидал.., и, да, вот Тед говорит, что поставил на предчувствие,
очень сильное, такое, что нельзя не сделать ставки, если себя уважаешь.
Конечно, полдесятого завтра вечером будет в самый раз для расчета при
условии, что мать его друга вернется к восьми. А если она подзадержится, так
Лен его увидит между десятью и одиннадцатью. Это удобно? Тед опять
засмеялся. Значит, толстому Файлсу это было удобней удобного.
Бобби поставил зубную щетку в стакан на полке под зеркалом, потом сунул
руку в карман штанов. Там среди привычного хлама было что-то, чего его
пальцы не узнали. Он вытащил кольцо для ключей с зеленым брелоком - свой
особый сувенир из Бриджпорта, той его части, о которой его мать ничего не
знала. Части "там, внизу". "УГЛОВАЯ ЛУЗА": БИЛЬЯРД, ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ. КЕНМОР
8-2127".
Ему, конечно, давно надо было спрятать кольцо (или вообще от него
избавиться), и тут ему пришла в голову мысль. В этот вечер ничто не могло
развеять уныние Бобби Гарфилда, но эта мысль все-таки принесла с собой
радость. Он отдаст кольцо с брелоком Кэрол Гербер, предупредив, чтобы она ни
в коем случае не проговорилась его маме, откуда оно у нее. Он знал, что у
Кэрол есть минимум два ключа, которые можно повесить на кольцо, - ключ от
квартиры и ключик от дневника, который Рионда подарила ей на день рождения.
(Кэрол была на три месяца старше Бобби, но она никогда из-за этого не
задавалась.) Подарить ей кольцо для ключей - это же почти как попросить ее
быт
...Закладка в соц.сетях
