Жанр: Триллер
Дитя колорадо
... если ведется дело, и в нем
фигурируют некие улики. Штат может продемонстрировать надежность системы их хранения с
того момента, как вещь была найдена на месте преступления, до того, как она появится в одном
из залов суда под названием "вещественное доказательство №1".
- Хорошо объяснила. Может, в писатели подашься?
- Очень смешно, - ответила Стефани.
- Да, мэм, наш Винсент настоящий Оскар Уайлд, - сказал Дэйв, - По крайней мере,
тогда, когда перестает на время быть Оскаром Брюзгой. В общем, я видел, как молодой
человек, Девэйн, написал свое имя на бланке и положил документ обратно в конверт,
прикрепив его на сумку с уликами. Затем я видел, как он обернулся посмотреть на здоровяков,
грузивших тело в катафалк. Винс в то время был уже здесь, в редакции, начинал писать статью,
я тоже собрался уходить. Вокруг дурацкой полосатой ленты, к которой людей тянуло, словно
мух на варенье, уже собралась кучка зевак, на чьи вопросы я отвечал, что они смогут обо всем
прочитать завтра всего за 25 центов; столько в те дни стоил "Островитянин".
Так или иначе, но в последний раз видел Пола Девэйна, когда он стоял и смотрел на
широкоплечих ребят, грузящих труп в катафалк. Но мне известно, что молодой человек
ослушался приказа О'Шенни не заглядывать в сумку, потому что Девэйн позвонил в редакцию
"Островитянина" 16 месяцев спустя. К тому времени он оставил мечты, связанные с
криминалистикой, и вернулся в колледж, чтобы учиться на юриста. Плохо или хорошо то, что
благодаря детективам О'Шенни и Моррисону из министерства юстиции, он поменял
специальность, но именно Пол Девэйн превратил Джона Доу с пляжа Хэммок в дитя Колорадо
и помог полиции со временем установить его личность.
- А мы получили сенсацию, - сказал Винс, - в основном благодаря Дэйву Боуи,
который купил парню пончики и проявил сочувствие, а последнее не оценить никакими
деньгами.
- Ты преувеличиваешь, - отозвался Дэйв, повернувшись на стуле. - Я пробыл с ним не
больше получаса. Может, минут 45, если учитывать время, которое мы простояли в очереди за
выпечкой.
- Иногда этого достаточно, - заметила Стефани.
А Дэйв ответил:
- Пусть так, иногда этого достаточно, что в этом особенного? Сколько, вы думаете,
человеку нужно времени, чтобы подавиться насмерть куском мяса?
Ответа ни у кого не нашлось. В заливе гудели яхты богачей, и этот звук, полный глупой
самоуверенности, долетал до пристани Тиннока.
9
- Оставим ненадолго Пола Девэйна. Через несколько минут ты узнаешь от Дэйва
остальное. А пока, думаю, я должен рассказать о вскрытии.
- Пусть так, - сказал Дэйв. - Это не история, Стеффи, но все равно лучше
рассказывать все по порядку.
- Не надо думать, что Каткарт сразу же сделал вскрытие. Это не так. Во время пожара в
многоэтажке погибло два человека, что и привело О'Шенни и Моррисона в нашу глушь.
Сначала Каткарту пришлось заняться погибшими на пожаре, но не потому, что они умерли
раньше, а потому что считались жертвами убийства, в то время как Джон Доу погиб в
результате несчастного случая. Когда Каткарт до него добрался, детективы уже уехали в
Августу, и скатертью дорога.
Я присутствовал на вскрытии, когда оно, наконец, было произведено, потому что в те дни
я был единственным доступным фотографом, и нужно было сделать "сонные снимки". Это
европейский термин, которым называют приемлемые для газеты фотографии умерших. Мне
нужно было так сфотографировать труп, чтобы он выглядел, как задремавший человек.
Стефани была потрясена и удивленно спросила:
- Ну и как, получилось?
- Нет, - ответил Винс. - Только ребенок мог бы сказать такое о моих снимках. Или
тот, кто взглянул бы на них мельком, закрыв один глаз. Я должен был сделать фотографии до
вскрытия, потому что Каткарт решил, что возможно из-за закупорки горла трупа, ему придется
далеко оттянуть нижнюю челюсть.
- И вы решили, что он вряд ли будет похож на спящего с ремнем под подбородком,
благодаря которому рот остается закрытым? - спросила Стефани, улыбаясь вопреки мыслям о
том, что смеяться над такими вещами ужасно; какое-то чудовище вызывало в ее мозгу одну за
другой карикатурные картинки на тему смерти и похорон.
- Да, именно так, - согласился Винс, улыбаясь. И Дэйв улыбался. Значит, если она
ненормальная, то, по крайней мере, не одна она такая. Слава богу. - Думаю, это было бы
похоже на труп, страдающий от зубной боли.
Все трое засмеялись. И Стефани поняла, что любит этих старых чертей.
- Можно и поерничать над старухой с косой, - сказал Винс, схватив с перил стакан с
колой. Глотнул и поставил его на место. - Особенно в моем возрасте. Я чувствую эту шельму
за каждой дверью, а когда выключаю свет, слышу ее дыхание рядом на подушке, где раньше
спали мои жены, храни господь их обеих.
- Да, надо смеяться над смертью.
- В общем, Стеффи, я сделал фотографии головы - "сонные снимки" - и они
получились именно такими, как мы их только что описали. На самой удачной парень выглядел
так, словно напился в стельку и уснул, или был в коме. Ее-то мы и напечатали в газете, неделю
спустя. Она также появилась в "Бангор Дейли Ньюс", а еще в газетах Элсуорта и Портланда.
Ничего хорошего, конечно, из этого не вышло, снимки только пугали тех, кто узнал этого
парня. Но в итоге оказалось, что от этого была кое-какая польза.
Между тем, поскольку Каткарт вернулся к своим делам, а два балбеса из Августы уехали
туда, откуда прибыли, то никто не запрещал мне отираться поблизости; Каткарт разрешил мне
присутствовать при вскрытии с тем условии, что никто об этом не узнает. Я дал чесслово, что
никому не скажу, и, конечно, сдержал свое обещание.
Работая сверху вниз, он первым делом обнаружил мясную затычку, которую в горле
мертвеца первым увидел доктор Робинсон. "Это причина смерти, Винс", - сказал он, и
церебральный эмболизм (о котором он узнал намного позже, чем я вернулся на пароме на
Лосиный остров) не повлиял на его решение. Он утверждал, что если бы рядом с парнем был
кто-нибудь, способный применить прием Хеймлича , или если бы пострадавший смог сделать
это сам, то не оказался на металлическом столе с вывороченными наружу внутренностями.
И вот перед нами содержимое желудка №1, под которым я подразумеваю то, что
находилось в его верхней части, ночной ланч, которого едва коснулось пищеварение, прежде
чем человек умер и в нем все остановилось. Только мясо. Он успел откусить шесть или семь
раз, хорошо пережевывая пищу. Каткарт оценил вес в четыре унции.
Затем появилось содержимое желудка №2. Я говорю об ужине того человека. Эта масса
была довольно сильно - ну, мне не хотелось бы вдаваться в подробности; скажем так, что
пищеварительный процесс прошел много стадий, поэтому без подробного анализа Каткарт мог
сказать только то, что парень ел рыбу, возможно с салатом, и картофельный гарнир
приблизительно за шесть или семь часов до смерти.
"Я не Шерлок Холмс, - сказал я тогда, - но я могу вам помочь".
"Неужели?" - недоверчиво спросил он.
"Ага, - ответил я. - Думаю, он ужинал у Керли или "На пристани у Яна" на этом
берегу, либо у Янко на Лосином острове".
"Почему именно там? В радиусе двадцати миль, должно быть, полсотни ресторанов, где
подают рыбные блюда, даже в апреле, - удивился он. - Почему не в "Серой чайке",
например?"
"Потому что в "Серой чайке" не опустятся до того, чтобы подавать рыбу с картошкой, -
ответил я, - а ведь именно этим парень поужинал".
- Вот так, Стеффи. Я продержался почти до конца вскрытия, но вдруг мне стало
нехорошо. "Во всех трех заведениях подают рыбу и картошку, сказал я. - А запах уксуса я
почувствовал, как только ты вскрыл ему желудок". После этих слов мне пришлось бежать в
маленькую уборную, где меня стошнило.
Но я оказался прав. Сделав копии "сонных снимков", я тем же вечером обошел все
заведения, где каждый день подавали рыбу с картошкой.
У Янко этого парня никто не узнал, но официантка "На пристани у Яна" сразу его
вспомнила. Она сказала, что подала ему порцию рыбы с картофелем и колу, или диетическую
колу, она не помнила, какую именно, и это произошло вечером, в последний день его жизни.
Он взял заказ, сел за один из столиков и съел все, глядя на воду. Я спросил, говорил ли тот
посетитель что-нибудь, и она ответила, что, кажется, нет, только "пожалуйста" и "спасибо". Я
спросил, не видела ли она, куда он пошел, когда поел - ужинал он около половины шестого -
и она ответила "нет".
Он взглянул на Стефани.
- Думаю, скорее всего, он направился на городскую пристань, чтобы попасть на
шестичасовой паром до Лосиного острова. Время, по крайней мере, для этого подходящее.
- Пусть так. Я лично всегда был в этом уверен, - сказал Дэйв.
Стефани выпрямилась, словно ее осенило.
- Был апрель. Середина апреля на побережье залива Мэн, но его нашли без пальто. А
было ли оно на нем, когда его обслуживали у Яна?
Оба старика улыбнулись, как будто она только что решила какое-нибудь сложное
уравнение. Но она знала, что даже работа в "Островитянине", которую престижной не
назовешь, заключалась не столько в решении задач, сколько в выяснении того, какие из них
должны быть решены.
- Хороший вопрос, - сказал Винс.
- Замечательный вопрос, - согласился Дэйв.
- Я приберег это на потом, - сказал Винс. - Но поскольку истории, как таковой, нет, то
не стоит и ждать более подходящего момента. Но если тебе нужен ответ, то ничем помочь не
могу. Официантка у Яна не помнила этого, а, кроме нее, парня на фото никто не признал. Я
считаю, что нам и так повезло. Окажись он у прилавка в середине июля, когда посетителей
миллион, и каждый заказывает рыбный обед, котлеты из лобстера и пломбир с начинкой, она
запомнила бы его, только если бы он стянул с себя штаны и показал ей голый зад.
- Да и тогда вряд ли, - произнесла Стефани.
- Точно. Но получилось так, что она его запомнила, правда не могла сказать, было ли на
нем пальто. Я не стал настаивать, понимая, что тогда она вспомнила бы что-нибудь, чтобы
угодить мне или отвязаться от меня. Она сказала: "Припоминаю, что на нем вроде была
светло-зеленая куртка, мистер Тигги, но возможно я ошибаюсь". Может, она и ошибалась, но
мне кажется, что нет. На нем действительно была такая куртка.
- Тогда куда же она делась? - спросила Стефани. - Может, ее кто-нибудь потом
нашел?
- Нет, - ответил Дэйв. - Возможно, никакой куртки и не было, но то, что он в
промозглую апрельскую ночь пошел на пляж без верхней одежды, не укладывается у меня в
голове.
Стефани снова повернулась к Винсу; у нее была тысяча важных вопросов к нему, но ни
один не был до конца сформулирован.
- Чему ты улыбаешься, дорогая? - спросил Винс.
- Не знаю, - она помолчала. - Нет, знаю. У меня чертова куча вопросов, но я не знаю,
с какого начать.
Ее признание было встречено одобрительными возгласами. Дэйв даже вытащил из
кармана платок и промокнул им глаза.
- Ну и дела! - воскликнул он. - Да, мэм. Вот, что я тебе советую, Стеффи: представь,
что ты в отделе дешевок на осенней женской распродаже. Закрой глаза и выбери любую наугад.
- Хорошо, - сказала она, хотя сделала не совсем так, как он посоветовал. - Как насчет
отпечатков пальцев и стоматологической карты? Я думала, что при установлении личности их
всегда проверяют, и это надежно.
- В основном так и происходит, - ответил Винс. - Но не забывай, что это был 1980
год, Стеффи, - он улыбался, но взгляд был серьезным. - Все это произошло до компьютерной
революции и задолго до появления Интернета, чудесного изобретения, к которому молодые,
такие, как ты, относятся как к чему-то, само собой разумеющемуся. В 1980 году можно было
сравнить отпечатки пальцев и формулу зубов того, кого в полиции называют не -
неопознанный субъект - с отпечатками и зубами только тех, кем предположительно этот не
является. Проверять данные всей полицейской картотеки пришлось бы годы. А что говорить
обо всех, кто объявлен в розыск на территории Штатов? Это нереально, дорогая, даже если
вести поиск только среди мужчин в возрасте от тридцати до сорока лет.
- Но я думала, что вооруженные силы располагали компьютерными данными уже
тогда...
- Не думаю, - произнес Винс. - А если и так, то вряд ли отпечатки пальцев дитя
Колорадо когда-либо попадали к ним.
- В любом случае, не зубная формула и не отпечатки помогли нам в конце концов
установить личность этого человека, - сказал Дэйв. Он сидел, сплетя пальцы в замок на своей
внушительной груди, и казалось, похорошел при слабом, но еще теплом свете угасающего дня.
- В деле появилась вырезка из газеты.
- Откуда же она взялась?
- А вот теперь вернемся к Полу Девэйну, - сказал Винс. - Мне нравится о нем
говорить, потому что это единственная история во всем нашем рассказе. А истории - моя
стихия. Это мой хлеб, как говорили в старые добрые времена. Девэйн - живое воплощение
мира Горацио Алгера , маленькое, но воодушевляющее. Борись и добивайся. Работай и
побеждай.
- Кровь с молоком, - высказался Дэйв.
- Можно и так, - спокойно сказал Винс. - Пусть будет так, если тебе нравится. Девэйн
уехал с теми двумя глупыми полицейскими, О'Шенни и Моррисоном, как только были готовы
предварительные результаты вскрытия жертв пожара в многоэтажке; на жертву несчастного
случая на Лосином острове детективам было наплевать. А Каткарт тем временем принялся за
вскрытие в присутствии вашего покорного слуги. В заключении о смерти записано: "удушение
вследствие закупорки дыхательных путей", ну или что-то в этом роде. В газетах появились мои
"сонные снимки", которые в викторианское время назывались бы "ликами смерти", что вполне
им соответствует. Но никто не позвонил ни в министерство юстиции, ни в полицию штата,
чтобы заявить, что это чей-то пропавший отец, дядя или брат.
Труп шесть дней хранился в холодильнике тиннокского похоронного дома - этот срок не
установлен никаким сводом правил, но, знаешь, в таком деле многое становится традицией. И
никто не пытается объяснять то, что известно каждому. Уже подходил к концу тот этап, на
котором никем невостребованному покойнику дали имя Джон Доу, и Эйб Карви
забальзамировал его. Затем тело поместили в склеп Приморского кладбища, которое
принадлежало похоронному дому.
- Рассказ становится жутковатым, - сказала Стефани. Ей казалось, что она видит
покойника, накрытого простыней и лежащего почему-то на столе в морге, а не в склепе
(наверное, гроб ему предоставили один из самых дешевых). Никому ненужная посылка в
почтовом отделении смерти.
- Да, есть немного. Ну и пусть, - равнодушно сказал Винс. - Продолжать?
- Я убью вас, если вы этого не сделаете, - сказала она.
Он кивнул и был явно доволен, хотя и не улыбался. Непонятно, как, но она это
почувствовала.
- Прошло лето и половина осени. Наступил ноябрь, а тело все еще было неопознанным и
невостребованным, и тогда было решено его похоронить, - из-за акцента янки, с которым
говорил Винс, слово похоронить вышло похожим на "устрашить" - прежде, чем земля
снова станет твердой, и копать будет очень трудно, понимаешь?
- Да, - тихо сказала Стефани, и она действительно понимала это. На этот раз телепатия
проявилась незаметно для нее, потому что Дэйв, не получив никаких указаний от напарника,
продолжил рассказ.
- Проходя практику с О'Шенни и Моррисоном, Девэйн испил чашу до дна, - сказал
он. - Возможно, он даже подарил им по галстуку или четвертаку, что-нибудь в этом роде, по
прошествии трех месяцев. Кажется, я говорил тебе, Стеффи, что сначала он и не думал уходить,
но в итоге бросил криминалистику, в каком бы колледже не учился - кажется, он назвал
джорджтаунский, но не стоит доверять моей памяти - и начал учиться заново, выбирая
предметы, относящиеся к юриспруденции. И все же, кое-какие события предшествовали
перелому в жизни Пола Девэйна и произошли они как раз перед тем, как закончилась его роль в
нашей истории, которая, по словам Винса, вовсе не история. Во-первых, он заглянул в сумку с
уликами и осмотрел личные вещи Джона Доу. Во-вторых, у него завязались серьезные
отношения с девушкой, и она пригласила его познакомиться со своими родителями. Так обычно
поступают все девушки, когда отношения заходят далеко; у ее отца была как минимум одна
вредная привычка, которая в те времена была гораздо более распространенной, чем сейчас: он
курил.
Какие-то мысли зашевелились в голове Стефани (ее собеседники ожидали этого, уже
оценив способности девушки). Она вспомнила о пачке сигарет, выпавшей на песок пляжа
Хэммок, когда труп упал. Джонни Грэйвлин (теперешний мэр Лосиного острова) подобрал ее и
положил обратно в карман мертвеца. Затем ее поразила догадка. Она дернулась, как ужаленная.
Нога задела стакан, и тот перевернулся. Кола разлилась по дощатому полу, потемневшему от
дождей и ветра, просочилась между досок и закапала вниз, на камни и водоросли. Старики
этого не заметили. Они знали, что такое восторг озарения и, довольные тем, что заметили его
признаки, с любопытством смотрели на свою подопечную.
- Акцизная марка! - почти закричала она. - На каждой пачке должна быть акцизная
марка штата!
Ей зааплодировали, негромко, но искренне.
Дэйв сказал:
- Пора рассказать тебе, Стеффи, что увидел мистер Девэйн, заглянув в запретную сумку
с уликами. Скорее всего, он сделал это назло детективам и не рассчитывал обнаружить
что-нибудь интересное среди тех немногочисленных предметов.
Начнем с обручального кольца Джона Доу, обычное, золотое, без гравировок, даже без
даты.
- Они сняли с... - она осеклась, потому что мужчины так на нее посмотрели, что стало
ясно: она чуть не сморозила глупость. Если бы человека опознали, и его родственники того
захотели, кольцо было бы предано земле вместе с хозяином. Но до той поры оно являлось
уликой, и обращались с ним соответственно.
- Да, - сказала она. - Конечно, сняли. Какая я глупая. Другой вопрос: должна же быть
где-то миссис Доу или Миссис Колорадо, ведь так?
- Да, - довольно скорбно произнес Винс. - И, в конце концов, мы нашли ее.
- И маленьких Доу? - спросила Стефани, подумав о том, что у мужчины такого
возраста их, должно быть, целый выводок.
- Пожалуйста, давай не будем на этом сейчас останавливаться, если ты не против, -
ответил Дэйв.
- Ой, - смутилась Стефани. - Извините.
- Извиняться не за что, - успокоил он ее, сдержанно улыбаясь. - Просто не хочу
портить рассказ. Продолжать будет легче без этих... как их, Винс?
- Без домыслов, - сказал тот. Он тоже улыбался, но взгляд был немного отчужденным.
"Не разговоры ли о маленьких Доу заставили его уйти в себя?" - подумала Стефани.
- Ага, никаких домыслов, - сказал Дэйв. Он призадумался, а затем, чтобы доказать, как
далек он от того, чтобы испортить рассказ, быстро пересчитал по пальцам предметы:
- В сумке было обручальное кольцо покойного, семнадцать долларов купюрами -
десять, пять и две по одному - плюс еще около доллара мелочью. Девэйн сказал, что была еще
одна неамериканская монета. Надписи на ней, по его словам, были на русском языке.
- На русском? - изумилась Стефани.
- Так называемая кириллица, - шепнул Винс.
Дэйв продолжал:
- Также была коробочка мятных леденцов и пачка жвачки "Биг Ред", в которой не
хватало одной пластинки. Был коробок спичек с рекламой коллекционных марок на лицевой
стороне - уверен, ты видела такие, их раздают в любом магазине, где это разрешено - и
Девэйн сказал, что на черкаше была одна отметина от удара спичкой, яркая и свежая. И,
наконец, едва початая пачка сигарет, в которой не хватало всего одной или двух штук. Девэйну
показалось, что не хватало только одной, и единственная отметина на коробке подтверждала
это.
- Но бумажника не было, - сказала Стефани.
- Нет, мэм.
- И никаких документов.
- Никаких.
- Кто-нибудь уже высказывал предположение, что некто, проходя мимо, украл у мистера
Доу и последний кусок мяса, и бумажник? - спросила она и хихикнула, не успев прикрыть рот
рукой.
- Стеффи, мы предполагали и это, и многое другое, включая версию, что он был
перенесен на пляж береговыми огнями.
- Около шестнадцати месяцев спустя после того, как Джонни Грэйвлин и Нэнси Арнолт
обнаружили Джона Доу, - продолжал рассказывать Дэйв, - Пол Девэйн был приглашен на
уик-энд к родителям его девушки; дело было в Пенсильвании. И уж о чем он тогда точно не
вспоминал, так это о Лосином острове, пляже Хэммок и Джоне Доу. Он рассказал, что
собирался пойти тем вечером со своей девушкой в кино или что-то в этом роде. Мать с отцом
были на кухне и заканчивали готовить ужин - оставалось только посолить, как говорят в таких
случаях - и хотя Пол предложил свою помощь, его выпроводили в гостиную под предлогом
того, что он не знает, что и как делать. Поэтому он сидел там один, бесцельно глядя в
телевизор. Случайно его взгляд остановился на мягком кресле главы семейства, а рядом, на
приставном столике, лежала газета главы семейства, пепельница главы семейства и пачка
сигарет главы семейства.
Дэйв помолчал, улыбнулся ей и пожал плечами.
- Иногда случаются настолько удивительные совпадения, что начинаешь задумываться,
часто ли дело обходится без них. Если бы пачка сигарет лежала по-другому, и вместо ее
нижней части Пол увидел верхнюю, то Джон Доу так и остался бы Джоном Доу, а не
превратился бы в дитя Колорадо, а после - в мистера Джеймса Коэна из Нидерлэнда, городка
к западу от Боулдера. Но Девэйну попалась на глаза именно нижняя часть пачки, и он разглядел
акцизную марку. Она была похожа на почтовую, это и заставило его вспомнить пачку сигарет
среди улик, которые он когда-то видел.
Видишь ли, Стеффи, один из наставников Пола Девэйна - не помню, О'Шенни или
Моррисон - курил, и поэтому, Пол, выполняя свою поденную работу, не раз покупал ему
сигареты "Кэмэл"; на них тоже была акцизная марка, и он заметил, что она отличалась от той,
что была на пачке из сумки с уликами. Ему показалось, что марка штата Мэн, которая была на
сигаретах детектива, была похожа на чернильную печать, ну вроде тех, что в небольших
городках ставят на руку при входе на дискотеку, или... ну не знаю...
- На ферму Джернерда для прогулки и пикника? - спросила Стефани.
- Точно! - сказал он, направив на нее толстый палец, словно дуло пистолета. - В
любом случае, это было не то открытие, от которого хочется прыгать и кричать: "Эврика!", но
на протяжении всего уик-энда его мысли снова и снова возвращались к этому. Воспоминания о
пачке сигарет среди улик не давали ему покоя. Начнем с того, что Пол Девэйн был уверен, что
на ней должна была быть марка штата Мэн, не важно, откуда человек приехал.
- Почему?
- Потому что не хватало всего одной сигареты. Что это за курильщик, который курит раз
в шесть часов?
- Начинающий?
- Если человек, у которого в кармане целая пачка, закуривает один раз за шесть часов, то
это не начинающий курильщик. Это вообще не курильщик, - мягко сказал Винс. - Еще
Девэйн видел его язык. Я тоже - я стоял на коленях возле мертвеца, освещая отоскопом
доктора Робинсона его рот. Язык был розовый, как фруктовый леденец. У курильщиков таких
не бывает.
- Ах, да. И коробок, - задумчиво сказала Стефани. - Одна отметина?
Винс Тигги улыбнулся ей и кивнул.
- Одна отметина, - сказал он.
- Никакой зажигалки?
- Никакой зажигалки, - мужчины сказали это хором и засмеялись.
- Девэйн дождался понедельника, - сказал Дэйв, - и поскольку история с сигаретами
никак не шла у него из головы - хотя прошло уже полтора года с той поры, как он побывал на
Лосином острове - он позвонил мне и сказал, что предполагает, только предполагает, что
сигареты, найденные у Джона Доу, куплены не в штате Мэн. И если это так, то на нижней части
пачки должна быть акцизная марка того штата, откуда этот человек приехал. Он высказал
предположение, что Джон Доу вообще не курил, но, несмотря на это, марка могла быть
подсказкой. Я с этим согласился и спросил, почему он позвонил именно мне. Он ответил, что не
знает, кому еще может быть интересно это давнишнее дело. Он оказался прав: мне все еще
было интересно, и Винсу тоже. Парень также не ошибся и насчет марки.
- Сам-то я не курю, и никогда не курил. Возможно поэтому в свои 65 я в такой отличной
форме...
Винс что-то буркнул и отмахнулся от него. А Дэйв невозмутимо продолжал:
- Поэтому я прогулялся до магазина "Бэйсайд Ньюс" и попросил показать мне пачку
сигарет. Мою просьбу выполнили, и я действительно увидел наклейку, похожую на
чернильную печать, а не на почтовую марку. Затем я позвонил в министерство юстиции и
поговорил с одним парнем по имени Мюррей из отдела получения, систематизации и хранения
вещественных доказательств. Я был крайне вежлив, Стефани, потому что те два болвана
детектива могли все еще работать там.
- А они, возможно, просмотрели очень важную улику? - спросила Стефани. - Ту,
которая облегчила бы установление личности Джона Доу, сузив поиски до одного штата.
Подсказка была у них под носом.
- Ага, - сказал Винс. - Свалить вину на практиканта они не могут, потому что
запретили ему заглядывать именно в эту сумку. А к тому времени, как выяснилось, что он их
ослушался...
- Он был уже вне их досягаемости, - закончила она фразу.
- Ты и сама все понимаешь, - сказал Дэйв. - Но в любом случае, им бы несильно
досталось. Помнишь, они ведь расследовали в Тинноке настоящее непреднамеренное убийство;
двое людей сгорели заживо, а Джон Доу просто случайно подавился.
- И все же... - нерешительно начала Стефани.
- И все же они болваны. Не нужно быть излишне вежливой, когда находишься в кругу
друзей, - с ухмылкой сказал Дэйв. - Но у "Островитянина" не было цели подкинуть проблем
тем детективам. Я ясно дал понять это Мюррею и объяснил, что хочу просто выяснить, откуда
тот бедняга, потому что где-то должны быть люди, которые потеряли его и хотели бы узнать,
что с ним случилось. Мюррей сказал, что свяжется со мной через некоторое время. Я этого
ожидал, но день все равно прошел в сомнениях, правильно ли я разыграл карты. Ведь я мог бы
повести себя иначе, знаешь. Например, можно было попросить доктора Робинсона позвонить в
Августу или даже подключить Каткарта
...Закладка в соц.сетях
