Жанр: Триллер
Бэтмэн: по следу спектра
...сердно охраняться. Каждый входящий и выходящий будет тщательно
проверен, и все, что он принесет с собой, пройдет через детекторы.
- Это не остановит умного парня, - заметил Сато.
- Может статься, не остановит, - уступил Бэтмэн, - но, взрывая здание суда, он рискует
жизнью самого Гарсиа.
- Предположим, ему это безразлично, - нашелся Сато. - Предположим, если ему не
удастся добиться освобождения Гарсиа, то у него не останется выбора, кроме убийства
генерала.
- Возможно, - согласился Бэтмэн.
- Будь я наемным убийцей, - сказал Сато, - а вы спрятали бы от меня персону, которую
я хотел бы отправить к праотцам, - и во мне было бы не больше уважения к человеческой
жизни, чем у Спектра, - я взял бы заложника и потребовал бы выдачи моей жертвы в
обмен на жизнь заложника. В случае невыполнения моих условий я бы убил моего
заложника, к тому же в такой манере, что это вызвало бы бурю ужаса и отвращения. А
потом взял бы другого заложника. Может быть, двух. Если б вы опять не согласились с
моими требованиями, в следующий раз я бы увеличил число несчастных и продолжал бы в
том же духе, пока не вынудил бы вас подчиниться моей воле. Одна жизнь за жизни
многих. Не то ли это уравнение, которым руководствуется Спектр в своих действиях в
случае с генералом Гарсиа?
- Да, бьюсь это как раз то, что он собирается предпринять, - сказал Бэтмэн. - Он уже
пообещал взорвать в следующий раз не один, а два объекта. Один - исключительно ради
меня.
- Тогда мы докопались до хода его мыслей, - подвел итог Сато, - и его решение не
лежит на вашей ответственности. Он сделал этот выбор. Подозреваю, он не раздумывая
поступил бы точно так же, будь свидетель под вашей опекой, или в руках полиции.
Поступив так, как считали благоразумным, вы никого не осудили на смерть, мой друг.
Наоборот, вы спасли одну жизнь. Жизнь свидетеля. А теперь вы должны попытаться
спасти остальных. Возможно, вы потерпите неудачу. Но предпринять попытку - дело
чести. Помните одну вещь. Главное различие между вами и этим убийцей-профи в том,
что у вас мысль о кровопролитии вызывает отвращение. Пока вы продолжаете защищать
свидетеля, вы боритесь во имя спасения жизни. Он - тот, кто совершает смертоубийство,
не вы. Однако, если вы спасуете перед его требованиями и отдадите свидетеля ему на
милость, тогда вы не только прекратите борьбу во имя спасения жизни, но и станете
соучастником убийства. Такова холодная логика, но это должно поддерживать вас в
решении, которое вы выбрали. Принимаете?
Бэтмэн кивнул.
- Да, Сенсэй. Я принимаю это.
- Хорошо. Тогда мы сейчас начнем рассуждать как наемные убийцы, вы и я. У меня в
таких делах чуть побольше опыта, поэтому я попробую стать на время вашим гидом. Мы
уже знаем и его цели, и то, что в его действиях существует стереотип. Вы ошибались,
утверждая, что такого стереотипа нет. Это не требует доказательств. Он будет стремиться
ввергнуть в ужас жителей этого города, ударить по заметным целям и добиться
впечатляющего результата - как говорится, много смертей в одно мгновение. И каждую
акцию он преподнесет как захватывающее зрелище, таким образом, чтобы разбудить
сильные эмоции. Давайте думать, как он, и выберем оптимальные мишени в нашем
городе, так много, насколько хватит фантазии. И тогда постараемся держать ухо востро и
следить в оба глаза за этими объектами.
- В нашем городе недостаточно полицейских, чтобы наблюдать за каждой
предполагаемой мишенью, - сказал Бэтмэн.
- А мы будем наблюдать не только глазами полицейских, но и тех, кого наш наемник
выбрал себе в противники. Глазами горожан. Охотник, идущий по следу добычи в
одиночку, имеет меньше шансов на успех, чем тот, кому помогают загонщики, колотя по
кустам палками и выгоняя зверя на стрелка.
- Один... один мой друг говорил почти то же самое, - сказал Бэтмэн.
- Значит, ваш друг мудр, и вы поступите правильно, прислушавшись к его совету. У
меня много учеников, а у каждого из них много друзей. А у их друзей тоже есть друзья.
Вот вам начало. У вас есть друзья, к кому вы могли бы обратиться?
Бэтмэн кивнул.
- Да. Я думаю, найдется несколько человек.
- Тот, у кого есть несколько друзей - богаче, чем можно измерить, - многозначительно
заметил Сато. - Пусть каждый вытряхнет из карманов свое богатство, и все вместе мы
купим Спектру поражение. А пока давайте пораскинем мозгами, куда мы заложим наши
бомбы, если хотим прикончить побольше людей в одно мгновение...
Он заказал лимузин к отелю "Готэм-Плаза", представившись как "мистер Дэвон
Стюарт из Бладстар рекорда" и сказал, что заплатит шоферу наличными. Он объяснил,
что будет на совещании в баре отеля и попросил позвонить ему туда, когда прибудет
машина.
Когда водитель увидел, как он выходит из дверей отеля, перед ним предстал человек с
черными, ниже плеч волосами, в модных солнцезащитных очках, дорогой черной кожаной
куртке, надетой поверх белой шелковой сорочки, и с белым шелковым шарфом,
повязанным вокруг шеи; в узких черных кожаных штанах, стянутых витым серебряным
ремешком, и высоких ботинках, один из которых словно змея обвивала золотая цепочка.
Также у него был в руках также атташе-кейс.
"Мистер Стюарт" забрался на заднее сиденье и дал указание отвезти его к Клубу 34 -
самому известному злачному местечку в Готэм-Сити, где красивые люди назначают
свидания, куда приходят потанцевать, посмотреть на других и показать себя. Швейцар на
дверях, чья работа была решать, кого впускать из выстроившейся снаружи очереди, - чей
выбор часто зависел от внешности гостя, или супермодного костюма, или сложенной
двадцатидолларовой банкноты, незаметно скользнувшей из ладони в ладонь, -
неожиданно увидел плавно подкативший длинный белый лимузин, шофера, услужливо
открывающего заднюю дверцу для кого-то, на ком со всех сторон так и сияла надпись
"рок-звезда" или "музыкальный продюсер" и прикинул, что это должно быть важная
персона, а потому сразу же пропустил внутрь.
Очутившись в клубе, Спектр немного помедлил, привыкая к атмосфере: громкая рокмузыка,
доносящаяся из концертного зала в сопровождении чуть ли не землетрясения от
ритма лихого ударника, разноцветные вспышки цветомузыки, смешанный аромат
человеческого пота, парфюмерии и одеколона; и, конечно же, беззаботные парочки - одни
кружились на танцплощадке, другие сидели за стойкой бара, соревнуясь в способностях
очаровывать, а те, кто уже преуспел в искусстве обольщения, - целовались и ласкали друг
друга за столиками и в темных уголках. Дорогие наряды, дорогая выпивка и дешевые
трепет и возбуждение. Он протолкался к бару и привлек внимание бармена, небрежно
достав купюру в пятьдесят долларов.
- Да сэр, что приготовить для вас сегодня?
- Только стакан воды, спасибо, но сдачи не надо, если вы будете так добры и
посмотрите за моим кейсом. Мне бы не хотелось рисковать, потеряв его в толкотне, а я не
решаюсь сдать его в гардероб.
- Понятное дело, сэр, никаких проблем. Я поставлю его вот сюда, за стойку, где смогу
приглядывать за ним.
- Огромное спасибо.
- Нет проблем. Ух ты, а эта штучка тяжеленькая. Что вы в нем носите?
- Он набит взрывчаткой.
- Да, точно. - Бармен улыбнулся. - Не беспокойтесь, я перенесу его очень осторожно.
- Спасибо. Я ценю это.
- Всегда пожалуйста, сэр. - Он убрал купюру в карман. Спектр закурил французскую
сигарету и немного отпил из своего стакана.
- Привет.
Он обернулся и увидел молодую женщину. Длинные, светло-медовые волосы, надутые
губки, хорошенькое личико и исключительно облегающее и короткое платье с таким
глубоким вырезом, который почти ничего не оставлял для воображения.
- Привет.
- Меня зовут Линда. А вас?
- Девон.
- Девон. Какое красивое имя. Судя по акценту - вы англичанин.
Он улыбнулся.
- Раньше я вас здесь не видела. Чем вы занимаетесь?
- Я профессиональный убийца.
Она захихикала.
- И много людей вы отправили на тот свет?
- О, очень много. А чем вы занимаетесь?
- О, это зависит от того, что вам больше нравится. Потанцуем?
Они перешли на танцплощадку. Она хорошо танцевала.
Не упуская глазами его взгляд, она постепенно уменьшала расстояние между ними и
позволяла их телам часто соприкасаться. Через минуту они уже двигались в объятиях друг
друга. Она кокетливо запрокинула назад голову, так чтобы он смог поцеловать ее.
- Ммм... - пропела она ему на ухо, - ты просто потрясающе целуешься. Мне кажется, мы
неплохо проведем с тобой этот вечер.
- Да, я в этом уверен. Извини, мне надо на минутку оставить тебя, хорошо? Мне
необходимо найти комнатку для маленьких мальчиков. Будь хорошей маленькой
девочкой. Подожди меня у бара. Договорились?
- Ладно, малыш. Возвращайся побыстрей.
Он пробрался сквозь толпу танцующих и выскользнул через пожарную дверь. Здесь он
сорвал с себя парик и очки, швырнул их в мусорный бак и спокойно пошел к углу здания.
Завернув за угол, он остановился у телефона-автомата и взглянул на часы.
- Прощай, Линда, - сказал он.
Взрыв был достаточно сильным, чтобы разнести вдребезги весь фасад здания и смести
с тротуара гомонящую толпу, терпеливо ожидавшую своей очереди повеселиться в клубе.
В это же время вторая бомба, в похожем атташе-кейсе взорвалась в Отеле Готэм-Плаза.
Спектр поднял трубку телефона и набрал номер. Ему ответила запись автоответчика:
- Привет, это Энрике. Меня сейчас нет дома, но если вы оставите свое имя и номер или
краткое сообщение после сигнального гудка, я свяжусь с вами как только смогу.
В трубке послышался гудок.
- Говорит Спектр. Да, я знаю, где вы живете. Но в этом нет повода для беспокойства.
Мы ведь старые друзья, вы и я. Наверное, вы уже знаете, что я подложил бомбу в Отеле
Готэм-Плаза. Это для того, чтобы напомнить всем о генерале Гарсиа. Я также только что
взорвал Клуб 34. Это за вмешательство Бэтмэна в мои дела. Передайте ему мои самые
теплые пожелания, ладно? Хорошего настроения.
Он повесил трубку и, насвистывая, пошел прочь по улице.
- Привет, это Пол Сантоне...
- ...а я - Джоди Деннис. Добро пожаловать в "Доброе утро, Готэм".
- Обычно в это время, - объявил Сантоне, - мы представляем вам круг наших гостей, а
потом немного болтаем, прежде чем передать слово Биллу Йохансену с утренними
новостями и прогнозом погоды. Но в свете ужасных происшествий вчерашней ночи, нам
кажется очень трудным, даже невозможным вести нашу утреннюю программу как обычно
весело и беззаботно. Для тех из вас, кто еще не знает о двойной трагедии, которая
потрясла город прошлой ночью, мы сразу перейдем к Биллу Йохансену в отдел новостей.
Билл?
Кадр резко оборвался, и на экране появился средних лет человек в сером костюме и
красном галстуке, сидящий за столом в комнате отдела новостей.
- Да, это поистине ужасные события, Пол. Прошлой ночью, примерно через час после
полуночи, Спектр снова нанес удар. И не один, а два, с трагическими, разрушительными
последствиями. Готэм еще не оправился от взрыва Универмага Баррингтона, когда
Спектр снова осуществил свои угрозы, сея ужас среди населения города. Приблизительно
в одно время две бомбы взорвались в Отеле Готэм-Плаза и шикарном ночном Клубе 34. К
этому часу пожарным, после непрерывной ночной работы, удалось потушить пламя в
Клубе 34, но Отель Готэм-Плаза - все еще охвачен пожаром. За подробностями мы
обратимся к Рону Мэтьюзу, разместившему свою съемочную группу на Готэм-Плаза. Рон?
Вы меня слышите?
Камера показала молодого репортера в свободном плаще, стоящего напротив
полыхающего отеля, на другой стороне улицы. На заднем плане виднелось несколько
пожарных машин, с которых пожарные направляли потоки пены из брандспойтов. Темное
небо раннего утра озаряли мигалки патрульных полицейских машин и автомобилей
скорой помощи. А в нижнем углу экрана светилась графическая эмблемка телевизионной
станции и надпись "Прямая передача".
- Да, я вас слышу, Билл, - отозвался Рон Мэтьюз, плотнее прижимая наушники, - но это
не так-то просто из-за шума. Я слышу вой сирен с того самого момента, как мы сюда
приехали. Да еще душераздирающие крики людей. Пока не всех удалось спасти из этого
ужасного ада. Я стою на дальнем краю площади - ближе к отелю полиция никого не
подпускает. Но и отсюда хорошо виден хаос и полнейшее разрушение. Несмотря на
ранний час, тротуары по эту сторону заграждений запружены людьми. Как и мне, им
трудно отвести взгляд от шокирующих, невероятных последствий ночной бойни.
Похоже, никто не знает в точности, как это произошло. Я не знаю, видно ли вам на
экранах, но мне видно, что весь фасад левого крыла Отеля Готэм-Плаза - слева от вас и
справа от меня, - просто полностью отсутствует, словно туда попала управляемая ракета.
Часть здания обрушилась, а остальное - охвачено пожаром. К тому времени, когда
подоспели первые пожарные команды, огонь уже вышел из-под контроля и
распространился по всему зданию по внутренним переборкам. Это была долгая и тяжелая
ночь для пожарного департамента Готэм-Сити, да и для полиции тоже. Рядом со мной
стоит пожарник из команды Готэм-Сити, Дэн Замбровски. Несмотря на очевидную
усталость, он согласился дать нам короткое интервью, пока выдалась так необходимая для
него передышка в работе...
Кадр расширился и показал усталого пожарника, шагнувшего ближе к камере.
- Дэн, я вижу, вы, должно быть, сильно устали. И я заметил, как несколько минут назад
вы дышали кислородом из баллонов... Для вас это была тяжелая ночь. Как идут дела у
пожарных?
- Настолько успешно, как только можно было ожидать, Рон. Через пару минут, как
только немного отдышусь, я снова должен вернуться в пекло... Господи, там, внутри -
настоящая преисподняя. Мы делаем все возможное, чтобы вызволить людей из огненной
западни. Внутри все еще остается много людей. Пламя оттеснило их на верхние этажи... С
помощью вертолетов мы сняли с крыши некоторых из них, тех кому удалось туда
выбраться, но... это еще далеко не все...
- У вас есть предположения, какого типа бомба взорвалась на этот раз?
- Откуда мне знать... я не специалист. Мы только выяснили, что ее, скорее всего,
заложили где-то на первом этаже. Но какой бы она не была, это чертовски мощная
зажигательная штука. Взрывной волной, словно ветром, сдуло целый фасад дома, а
интерьер и стены вспыхнули, будто кто-то обмазал их напалмом.
- Как вы думаете, сколько еще пройдет времени, прежде чем удастся сбить огонь?
- Не знаю... надеемся, что час или около того. Но ручаться трудно... Наша главная
задача сейчас - спасти людей.
- Судя по всему, зданию причинен значительный ущерб.
- С ним полностью покончено. Я хочу сказать, не знаю... Я могу ошибиться, но я не
вижу никакой возможности уберечь отель от разрушений.
- Вы можете назвать примерное количество погибших?
Пожарник покачал головой.
- О, Боже, не спрашивайте. Я даже не хочу думать об этом. Я работаю пожарником
пятнадцать лет, и это худшая ночь за всю мою жизнь, Извините, я должен идти...
- Конечно, я понимаю. Спасибо, что уделили нам время из своего перерыва. Будьте там
поосторожнее, Дэн.
- Да, спасибо.
- Что ж, вы слышали его. Он в пожарной службе уже пятнадцать лет, и это - худшая
ночь за всю его жизнь. Это доходчиво говорит о том, что здесь творится. Пока все, Билл.
- Спасибо, Рон. Будь поблизости и держи нас в курсе дела.
- Да, хорошо.
- А если этот сюжет был недостаточно зловещим, мы обратимся к Сюзан Шапиро и
событиям у Клуба 34. Сюзан?
На экране появилась симпатичная молоденькая брюнетка в черной кожаной куртке.
Она стояла на тротуаре, по другую сторону улицы от мрачных развалин, которые недавно
были Клубом 34.
- Билл, за моей спиной - то, что осталось от шикарнейшего ночного притона ГотэмСити!
Известного когда-то как ночной Клуб 34. Я даже не знаю, как начать... как описать
вам эту сцену... Мы просто подкатим камеру поближе, и вы сами все увидите.
- Мой Бог, - отозвался из-за кадра голос Билла Йохансена.
- У меня просто нет слов, - продолжала Сюзан Шапиро. - Только недавно пожарным
удалось потушить огонь, и вы можете ясно увидеть, что оставшееся от некогда
популярнейшего местечка - не более, чем дымящиеся руины. Это напоминает зону
военных действий. Это мог быть Бейрут, или Дрезден времен второй мировой войны
после бомбардировки. Полиция и пожарные разбирают дымящиеся обломки, пытаясь
освободить тела погибших и возможных уцелевших. Хотя трудно представить, что ктонибудь
мог выжить. Это... это просто непостижимо.
- Сюзан, - прервал ее Йохансен, - можно как-нибудь установить, сколько людей
находилось внутри?
- Билл, об этом тяжело рассуждать. Клуб был забит до отказа. Ведь была субботняя
ночь. В этот день недели сюда всегда стекается море народа. А многие стояли в очереди у
дверей. Из них почти никто не уцелел. Рядом со мной находится выживший очевидец
взрыва. Сэр, подойдите, пожалуйста, поближе.
В кадр шагнул молодой человек в модной, "крутой" одежде, но его кожаную куртку
покрывал слой пыли, белая сорочка с расстегнутым воротником была грязной, а
беспорядок на голове никак нельзя было назвать прической.
- Ваше имя...
- Романелли. Тони Романелли.
- Мистер Романелли, чтобы объяснить телезрителям ваш внешний вид, я сразу же
скажу, что вы оставались здесь на протяжении всей ночи, помогая вести спасательные
работы.
- Да, верно. Я хочу сказать... знаете, я просто не мог уйти. Боже, я должен был сделать
что-нибудь.
- Это правда, что вы на самом деле стояли в очереди около клуба за минуту до того, как
произошел взрыв?
- Да, верно. Я отошел за сигаретами и попросил парня, который стоял за мной, чтобы
он сохранил для меня место, пока я сбегаю в бар на противоположной стороне улицы.
- И это спасло вам жизнь?
- Да. Вы можете поверить? Я ведь собирался бросить курить. Почти все, кто стоял в
этой очереди погибли. Просто невероятно. Меня все еще пробирает дрожь.
- Значит, вы были в баре напротив, когда рванула бомба?
- Да, я как раз вошел внутрь, чтобы воспользоваться автоматом с сигаретами. Я не
пробыл там и пяти секунд, когда все взлетело на воздух. Бар находится в полуподвале,
поэтому там только одно небольшое окошко около двери. Его выбило, а осколки
разлетелись по всему бару. Взрыв ощущался даже там. Зеркало на задней стене разбилось,
бутылки разбились, а тех, кто сидел у двери, швырнуло со стульев на пол.
- Эта забегаловка прямо через дорогу?
- Да, верно.
- А был ли с вами кто-нибудь в очереди? Я имею в виду, вы пришли в клуб один?
- Со мной была пара друзей с работы. Я не знаю, что сейчас с ними. Мне кажется, они
погибли. Вы знаете, странно, я даже не думал об этом. Я был словно в оцепенении. Я не
мог уйти домой. Я хочу сказать: если б я ушел, то не перенес бы напряжения, я уверен. Я
не могу думать сейчас об этом. Я, не хочу больше говорить, о'кей?
- Конечно. Спасибо, мистер Романелли. Вам крупно повезло.
- Да, я тоже так думаю. Забавно, но я не чувствую, себя таким счастливым.
- Тебе слово, Билл.
- Спасибо, Сюзан. Мы отыскали Росса Карнера у Центральной Больницы Готэм-Сити...
Не сказав ни слова, Альфред подошел к телевизору и выключил его.
- Оставьте, - сказал Брюс.
- Нет, хозяин, - мягко возразил дворецкий. - Вы уже достаточно видели. Не изводите
себя. Вы бодрствовали всю ночь напролет. Вам необходим отдых.
Брюс Уэйн поднял голову.
- Как, Альфред? - спросил он хрипло. - Как я могу спать, когда этот монстр разгуливает
по улицам города? И в любой момент может ударить снова? Как? Объясни мне!
- Вам еще понадобятся силы, - ответил Альфред. - Вам еще понадобятся все ваши
способности, быть может, как никогда раньше. Я знаю, вам заснуть будет нелегко, Я могу
дать вам легкое успокоительное...
- Мне будет это сниться, Альфред. Реальность и так достаточно ужасна. Я не хочу
окунуться в ночной кошмар.
- Вы должны отдохнуть, хозяин. Вы должны.
- Для меня нет отдыха, Альфред. До тех пор, пока он на свободе. - Брюс поднялся с
кресла. - Я иду в Бэткейв. Мне надо многое сделать.
8
- Я не думал, что вам удастся организовать встречу так быстро, - сказал Чэмберс, когда
они переезжали мост в машине Гордона.
- Но я ничего не организовывал, - возразил Гордон. - Бэтмэн сам попросил о встрече. И
он особо настаивал на вашем присутствии.
- Вы не шутите? Как же он с вами связался?
- По телефону, - ответил Гордон. - И если вы думаете спросить меня, нельзя ли его
выследить, то лучше забудьте об этом. Мы уже пробовали.
- И?
- Мы мотались по всему городу, и как оказалось, за своим же собственным хвостом. Не
знаю каким образом, но он умудрился подключиться к компьютерным линиям
телефонной компании и устроил изрядную неразбериху во всей системе. В Готэм-Бэлл до
крови кусали локти, пытаясь докопаться, что он напортачил и как. Они так и не
разобрались, в чем дело.
- Значит, в добавление ко всему остальному он еще и компьютерный хэкер?
- Бэтмэн - понятие широкое и разностороннее, - сказал Гордон.
- Знаете, мне неловко признаваться в этом, но в каком-то смысле я начинаю ощущать
раболепное восхищение перед этим парнем. Представляете?
- Это не так уж трудно представить, - отозвался Гордон. - Я - полицейский, вы - агент
ФБР. Каждый из нас мог бы зарабатывать куда больше, занимаясь каким-нибудь другим
делом, вот только мы упрямо занимаемся своим. Почему? Возможно, потому что наши
отцы служили в системе правопорядка. А может быть потому, что Мэгг Диллон сильно
повлиял на нас в детстве или Том Микс, Ред Ралдер или Дюк.
Чэмберс усмехнулся.
- Это не мое поколение, - сказал он. - Для меня это был Боб Конрад в "Диком, диком
западе".
- Государственный агент, всегда в костюме и никогда не улыбается, - вспомнил
Гордон. - Да. Понимаю, почему вы поступили в ФБР.
Чэмберс загоготал.
- Неужели вы и вправду думаете, что все так просто?
- Конечно нет, - признал Гордон, - но это важный фактор. Герои детства формируют
наши ценности. Быть может мы не воспринимаем это сознательно, но тем не менее это
так.
- Кто же был для вас таким героем? - поинтересовался Чэмберс.
- Только не смейтесь.
- Хорошо, я обещаю.
- Зеленый Шершень.
- Зеленый Шершень?
- Вы обещали не смеяться.
- Я не смеюсь. Но... Зеленый Шершень? Но почему этот герой, из старого радиошоу?
- Полагаю, что для меня, маленького мальчика, Зеленый Шершень символизировал
добродетель. Он был чистым. В нем не было места для серого, неясного. Он принимал
людей либо как плохих, либо как хороших. А хороший человек не знал ситуаций, в
которых позволительно быть плохим или даже чуть-чуть плохим. Компромиссов не
существовало.
- Другими словами, никакой ситуационной этики, - поддакнул Чэмберс.
- Верно. Хотя, будучи маленьким мальчиком, что я мог понимать в ситуационной
этике? Я знал: если ты хороший человек - ты и поступаешь хорошо, помогаешь другим
людям. А ближе всех к идеалу Зеленого Шершня был мой старик.
- Который был полицейским.
- Обыкновенным патрульным в Чикаго, - подтвердил Гордон. - И в те времена, когда
многие полицейские в Чикаго были коррумпированы. Но только не мой отец. Каждый в
округе знал, на чем он стоял. Люди снимали перед ним шляпы, когда он шел по улице. Он
заботился о людях и пытался помочь им. Он был большим человеком и сильным, и
хорошим, и казалось, нет такой вещи, с какой он не смог бы справиться. Для меня мой
отец был совсем как Зеленый Шершень.
- Так вы стали полицейским, - заключил, кивнув, Чэмберс. - Да, звучит логично. - Он
вздохнул. - Но быть полицейским в наши дни - совсем другое дело. Вы когда-нибудь
жалели о своем выборе?
- Ни секунды.
- Правда?
- Правда. А вы?
- Иногда, - признался Чэмберс. - Были времена, когда нужно было стать юристом,
чтобы вступить в ФБР. Теперь это положение, конечно, изменилось, но иногда я
спрашиваю себя: не лучше ли мне было стать юристом?
- И, конечно же, прокурором, - предположил Гордон.
- Конечно. Я разоблачал бы нехороших людей, а может быть, стал бы писателем.
- Писателем?
- Да. Тогда я бы писал красивые истории и всегда с хорошим концом. Романы, в
которых хорошие ребята всегда побеждают. Романы, в которых не страдают невинные
люди, а наш мир - лучшее место для жизни.
- Вы бы разорились, - сказал Гордон.
- Да, наверное, вы правы.
Они выехали на лужайку для пикников, хорошо укрытую от дороги небольшой
рощицей.
- Это то самое место? - спросил Чэмберс.
- Нет, мы просто остановились на пикник, - пошутил Гордон.
- Забавно.
Они выбрались из машины.
Чэмберс огляделся вокруг.
- Укромное местечко, но не похоже, что это самая безопасная лужайка на свете. Он не
боится попасть в западню?
- Нет, не боится, - произнес глубокий голос из тени деревьев.
Рука Чэмберса инстинктивно рванулась к пистолету, но Гордон заранее освободил его
от этой тяжелой обузы. Он настоял на своем и запер оружие в бардачке машины.
Бэтмэн вышел из тени. Чэмберс был готов увидеть необычный костюм Летучей мыши,
но не был готов к такому облику. В нем было больше шести футов
росту, а по комплекции он походил на Мистера Олимпия. Под костюмом был не
набивочный материал, а груда твердых мускулов. И что-то еще было в этом человеке. Чтото
невероятное в самом его образе. Не только в том, как он выглядел, но и как он держал
себя, как двигался... Он притягивал внимание. Чэмберс медленно вытащил руку из-под
пиджака, где была лишь пустая кобура.
- Здравствуйте, комиссар. А вы, должно быть, мистер Чэмберс?
Он шатнул вперед и протянул Чэмберсу руку. Рукопожатие у него было крепким.
- Разве вы не рискуете, встречаясь со мной? - спросил агент ФБР. - Что, если бы я
вытащил пистолет и ткнул вам в лицо?
- Я бы отобрал его у вас, - сказал Бэтмэн. Он сказал это так мягко, просто и как бы
между прочим, что у Чэмберса не осталось никаких сомнений, что он без труда именно
так бы и сделал. - Кроме того, - продолжил Бэтмэн, - вам нужен не я, а Спектр.
- Можете повторить эти слова, - согласился Чэмберс. - Сейчас вы - та проблема,
которая меня волнует меньше всего. Вы знаете, что этот ублюдок сделал прошлым
вечером?
- Да, - мягко сказал Бэтмэн, - я знаю. Вот почему я искал встречи с вами. Его
необходимо остановить.
- В этом пункте наши точки зрения совпадают, - сказал Чэмберс
...Поділитися у соцмережах
