Жанр: Триллер
Тьма
...никогда не осознавали, или, если хотите, мы забыли на протяжении столетий о том, что
это не просто поэтические образы, а фундаментальные научные понятия. Похоже,
Прижляк действительно научился использовать эти силы. Он досконально изучил
анимизм, и это помогло ему найти разгадку. В прошлом этого добивались и другие, но мы
никогда не признавали этого факта. Но они сами, вероятно, до конца этого не сознавали.
Вспомните хотя бы тиранов, массовые убийства или злых гениев прошлого. Как мог такой
заурядный человек, как Адольф Гитлер, получить такую невероятную власть?
- Превосходно, Джейкоб! - сказала высокая. - Вы действительно могли бы
пригодиться Борису.
- Однако в чем же разгадка? - Кьюлек непроизвольно подался вперед, но резкий
укол ножа заставил его тотчас же отпрянуть.
- Неужели вы не догадываетесь, Джейкоб? Ах да, конечно, вы же не ученый! Вы
почти ничего не знаете о возможностях чистой энергии. Вы представляете, какая
огромная энергия заключена в сознании каждого отдельного человека? Вы имеете
представление об электрических импульсах, возникающих в результате химических
реакций, благодаря которым наш организм функционирует на протяжении жизни? О той
энергии, которая не может исчезнуть и раствориться после смерти? Об электрической
силе, Джейкоб, которой можно овладеть. Ее потенциал беспределен. Имеете ли вы хотя
бы какое-то представление о совокупной силе этой энергии? - Лиллиан засмеялась,
наслаждаясь минутой торжества, и ее сообщница тоже едва заметно ухмыльнулась. -
Конечно нет! Да и никто из нас! Но скоро мы все узнаем. Скоро!
- Электрическая энергия? - Кьюлек смертельно побледнел. - Это невозможно!
Человек - это нечто гораздо большее.
- Человек и есть нечто большее, Джейкоб. Но тогда и сама эта энергия является
чем-то большим. Это материальное явление, но мы, как вы знаете, всегда недооценивали
материю. Сверхъестественное совершенно естественно. Нам просто необходимо его
понять. Я полагаю, это одно из главных ваших убеждений.
- Явления, которые сегодня мы воспринимаем как необычные, в будущем
перестанут быть таковыми.
- Да, и об этом позаботится научный прогресс. А темпы познания стремительно
растут. Борис намного опередил всех нас, и у него хватило мужества совершить
последний шаг, чтобы доказать, подтвердить свое открытие.
- Посредством самоубийства?
- Посредством освобождения.
- Здесь должно быть что-то еще.
- Разумеется, и это "что-то" очень простое. Для такого человека, как Борис,
конечно.
- Вы нам не расскажете?
- Думаю, что нет. Довольно скоро вы сами все узнаете.
- Зачем же вы нас здесь держите? - спросил Бишоп. - Чего вы ждете?
- Увидите. Осталось совсем немного.
- Не имеет ли это отношение к сегодняшним событиям на том берегу реки?
- Да, и самое непосредственное.
- Что там происходит, Крис? - спросила Джессика. - По телефону вы сказали,
что в тюрьме вспыхнул бунт.
- Единственное, что я знаю наверняка, - это то, что вся полиция поднята на ноги.
И не только из-за бунта.
Кьюлек тяжело вздохнул:
- Это Тьма, не так ли? И она делается все более могущественной.
В ответ на это женщины обменялись многозначительными улыбками.
- Больше никаких вопросов, - отрезала высокая.
Бишоп был озадачен. Только что Кьюлек упомянул тьму, как если бы она была
какой-то особой сущностью и самостоятельной силой. Перед этим он говорил о Силах
Тьмы. Неужели ночь действительно скрывает в себе столь гибельный потенциал? Бишоп
испытывал замешательство, но заставил себя отогнать эти мысли и сосредоточиться на
более неотложных проблемах. Он оказался совершенно беспомощным. Если он сделает
хоть малейшее движение в сторону высокой, Кьюлек сразу получит удар ножом в сердце.
Если он попытается напасть на низкорослую, то ему самому тотчас выстрелят в голову.
Единственное, на что оставалось надеяться, - это то, что в полиции заметят перебой в
связи с сыщиком, дежурившим у дома Кьюлека. Он, надо полагать, должен был регулярно
докладывать обстановку? Но в то же время из-за беспорядков в другой части Лондона этот
перебой может остаться незамеченным. Он видел: сидевшая рядом Джессика умирала от
страха, и протянул к ней руку.
- Стоп! - приказала высокая. - Еще раз шевельнетесь, и я убью вас.
Бишоп уронил руку и попытался ободряюще улыбнуться Джессике:
- По-моему, из-за этого ожидания они нервничают больше, чем мы.
- Закройте рот, - прошипела низкорослая. - Почему мы до сих пор его не убили,
Лиллиан? Он нам не нужен.
- Подождем. Но предупреждаю вас, Кристофер, если вы шевельнетесь или
заговорите, я пристрелю девушку.
С каждой минутой напряжение в комнате нарастало. Бишоп заметил, что
низкорослая то и дело поглядывает на стоявшие на буфете часы под стеклянным
колпаком, а затем - с явным беспокойством - на свою сообщницу.
- У нас мало времени, - сказала она наконец.
- Еще совсем немного. Сосредоточься, Джудит, помоги мне призвать ее сюда.
Лицо высокой стало влажным от пота, глаза то и дело закрывались, рука с
пистолетом начала едва заметно подрагивать. С низкорослой происходило то же самое.
Бишоп сжался в комок в предчувствии подходящего момента.
Неожиданно та, которую звали Лиллиан, глубоко вздохнула, и на ее лице снова
заиграла улыбка.
- Ты чувствуешь ее, Джудит? Она приближается. Она знает.
- Да! Да! - Низкорослая экстатически закатила глаза, однако не ослабила давление
ножа на грудь Кьюлека. Лицо высокой расплылось в гримасе блаженства, и когда у нее
задрожали веки, Бишоп как можно незаметнее подался вперед. Но она разгадала его
намерения и немедленно сосредоточила на нем взгляд.
- Предупреждаю - не двигайтесь! - От бешенства женщина чуть ли не брызгала
слюной.
- Нет!
Джессика и Бишоп разом обернулись на крик Кьюлека. Слепец судорожно вцепился
в подлокотники и запрокинул голову, отчего жилы на его шее проступили словно
натянутые канаты. Его незрячие глаза устремились в потолок.
- Она слишком близко!
Низкорослая захохотала, и ее полные, округлые плечи заходили ходуном Высокая
встала с кресла и подошла к Бишопу - теперь между дулом пистолета и его головой
оставалось всего несколько дюймов.
- Сейчас вы увидите, - произнесла она хриплым, прерывающимся голосом. -
Сейчас вы увидите эту силу.
Он вздрогнул. Напряжение в комнате достигло предела, но теперь к нему
примешивалось какое-то удушающее давление. Услышав прерывистое дыхание
Джессики, Бишоп понял, что она смертельно боится. Да и он испытывал не меньший
безотчетный страх.
И когда в дверях появилась чья-то тень, крик, копившийся в груди Джессики,
вырвался из ее уст.
Глава 23
Молниеносно схватив высокую за руку, Бишоп оттолкнул пистолет от своего
незащищенного лица и сильно ударил ее кулаком в живот. Она вскрикнула и согнулась
пополам, беззвучно хватая ртом воздух. Вскакивая, Бишоп вырвал у нее пистолет и
оттолкнул женщину в сторону Низкорослая не сводила глаз с фигуры, появившейся в
дверях, но, заметив действия Бишопа, размахнулась, намереваясь поразить слепца в
сердце. Однако Кьюлек оказался проворней и успел оттолкнуть ее. Она потеряла
равновесие и схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть, но быстро подскочивший
Бишоп стукнул ее по голове ручкой пистолета. Она взвизгнула и рухнула на пол, но
Бишоп для верности ударил ее еще и под колени. Наклонившись, отобрал у низкорослой
нож, добавив пару ударов кулаком и ручкой пистолета, чтобы не сопротивлялась.
Джессика подбежала к отцу и обняла его.
- Я в порядке, - успокоил ее старик и повернул голову к двери, чувствуя, что там
кто-то стоит.
Эдит Метлок была бледна и напугана. Она растерянно переводила взгляд с одного на
другого, не понимая, что означает представшая перед ее глазами сцена. Обессиленно
прислонившись к двери, она закачала головой из стороны в сторону.
- Я пришла предупредить вас, - вымолвила она наконец.
- Эдит? - спросил Кьюлек.
- Да, отец, это Эдит, - подтвердила Джессика. Бишоп подошел к медиуму.
- Вы пришли как раз вовремя. - Подав Эдит руку, он провел ее в комнату.
- Я пришла предупредить вас, - повторила она. - Дверь была открыта.
- Эти двое ждали кого-то другого. Или чего-то другого.
С пола, отчаянно хватая воздух открытым ртом, на медиума уставилась высокая.
Бишоп время от времени внимательно поглядывал на нее, готовый, если понадобится,
пустить в ход пистолет.
- Эдит, что привело вас сюда? - спросил Кьюлек. - Как вы узнали, что эти две
женщины на нас напали?
- Я этого не знала. Я пришла предостеречь вас от Тьмы. Она идет за вами,
Джейкоб.
Слепец поднялся, и Джессика подвела его к медиуму.
- Как вы узнали об этом, Эдит? - В его голосе звучал не столько страх, сколько
интерес и настойчивость.
Бишоп помог медиуму присесть на канапе, и она в изнеможении откинулась на его
спинку.
- Голоса, Джейкоб. Сотни голосов. Я была дома, спала. И они ворвались в мой сон.
- Они говорили с вами?
- Нет. Но они уже здесь. Я и сейчас слышу их, Джейкоб. Они становятся более
громкими и отчетливыми. Пока не поздно, вы должны отсюда уходить.
- Что они говорят, Эдит? Прошу вас, постарайтесь успокоиться и точно передать их
слова.
Она подалась вперед и схватила Кьюлека за руку.
- Не могу. Я слышу их, но их слишком много. Но я снова и снова слышу, как в этом
гуле они повторяют ваше имя. Они жаждут мести, Джейкоб. Они хотят показать вам, чего
он достиг. И мне кажется, они вас боятся.
- Ха-ха! - Высокая встала на колени, с опаской озираясь на свой собственный
пистолет, нацеленный в ее сторону. - Он ничего не боится! Ему нечего бояться!
- Прижляк? Вы имеете в виду Прижляка, Эдит? - настойчиво спросил слепец.
- Да. Он где-то рядом сейчас.
- Я вызову полицию, - сказал Бишоп.
- Это вам не поможет, глупец! - Высокая скривила лицо в злобной усмешке. -
Полиция не может причинить ему никакого вреда.
- Она права, - сказала медиум. - Ваше единственное спасение - это бегство.
Любому оставалось бы только это.
- И все-таки я вызову полицию - хотя бы для того, чтобы забрали этих двоих.
- Слишком поздно, как вы не понимаете? - У высокой заблестели глаза, и она
стала подниматься на ноги. - Она уже здесь. За окнами.
Рука, внезапно обвившаяся вокруг шеи Бишопа, была полной и на удивление
сильной, а от удара коленом в поясницу он выгнулся дугой. Низкорослая потянулась к
ножу.
Джессика попыталась за волосы оттащить ее от Бишопа, но это привело лишь к
тому, что они оба потеряли равновесие и свалились на пол. Не имея возможности
ослабить хватку вокруг шеи, Бишоп извивался, пытаясь выскользнуть из цепких рук
женщины. Подняв согнутую руку, он резко послал локоть назад, глубоко погрузив его в
жирную плоть. И повторил еще и еще раз, вложив в этот удар все свои силы. Женщина
замолотила под ним ногами. Давление на горло стало ослабевать, и он возобновил свои
усилия. Ему удалось повернуться, и оттого, что она не пожелала отпустить его шею и
руку, нож полоснул низкорослую по ее мясистому бюсту. Из раны брызнула кровь, и она
закричала.
Бишопу наконец удалось высвободиться, и он обернулся, ожидая нападения ее
сообщницы. Но та исчезла.
Низкорослая вцепилась ногтями Бишопу в лицо, и он снова переключил внимание на
извивающуюся под ним женщину. Вся ее грудь превратилась в липкое кровавое месиво,
но она продолжала бороться, обнажая в оскале желтые испорченные зубы. Взгляд у нее
помутился, а звуки, которые она издавала, походили на рычание взбесившейся собаки. Но
рана истощала силы, и атаки стали постепенно ослабевать. Сбросив наконец с себя ее
руки, Бишоп встал и без всякого сожаления посмотрел, как она царапает воздух.
- Крис! - Джессика схватила его за руку. - Бежим отсюда! Вызовем полицию
откуда-нибудь из другого места!
- Слишком поздно, - без всякого выражения произнесла Эдит Метлок и
посмотрела через плечо на стеклянную стену. - Она уже здесь.
Бишоп видел в темноте за стеной только их собственные отражения.
- О ком вы, черт возьми, говорите? - неожиданно для себя заорал он. - Там же
ничего нет!
- Крис, - тихо сказал Кьюлек. - Проверьте, пожалуйста, заперта ли дверь.
Джессика, включи поскорее в доме все лампы, в том числе и наружные.
Бишоп посмотрел на него, онемев от удивления.
- Сделайте, как он велел, - с нажимом сказала Джессика.
Она выбежала из комнаты, и Бишоп последовал за ней. Дверь на улицу была
приоткрыта, но прежде, чем запереть ее, Бишоп всмотрелся в ночную тьму. Ему едва
удалось разглядеть деревья вдоль узкой дорожки, ведущей к дому. Захлопнув и заперев
дверь на засов, он столкнулся с Джессикой, включавшей свет в прихожей. Не
останавливаясь, она пронеслась мимо Бишопа к лестнице, ведущей на верхний этаж.
Бишоп последовал за ней.
- Сюда, Крис! - показала Джессика на одну из дверей, выходящих в коридор
второго этажа, и скрылась в другой. Все еще недоумевая, Бишоп подчинился и зашел в
большую L-образную спальню. Окна в этой части дома выходили на город, и он
прикинул, что отсюда по ночам должно открываться ослепительное сияние уличных
огней. Но сегодня в мерцающем свечении города появилось что-то странное. Огни
мигали, готовые вот-вот затухнуть, затем снова вспыхивали. Такое впечатление, будто он
смотрел на город через колеблемый ветром кружевной занавес. Это не напоминало туман,
равномерно окутывающий все сероватой мглой; это была скорее переползающая с места
на место чернильная тьма, прорезанная кое-где наиболее яркими огнями и приглушающая
свет более отдаленных, поглощающая их яркость.
- Крис? - В комнату вошла Джессика. - Вы так и не включили свет.
Он показал на стеклянную стену:
- Что это, Джессика?
Вместо ответа она дернула шнур светильника, затем поспешно подошла к ночнику у
кровати и тоже его включила. Быстро вышла из спальни, и Бишоп услышал, как она
открыла следующую дверь. Он отправился за ней и поймал ее за руку, когда она
выскочила из очередной комнаты.
- Джессика, вы должны наконец объяснить мне, что происходит.
- Неужели вы не понимаете? Это Тьма, это живое существо, Крис. Мы должны
преградить ей путь.
- Включая свет?
- Это единственное, что мы можем сделать. Помните, как боролась с нею Эдит?
Она инстинктивно чувствовала, что это - единственный способ.
- Но как Тьма может нам повредить?
- Она воздействует на людей. По-видимому, Тьма овладевает слабыми или
порочными душами и каким-то образом приводит к тому, что они начинают
руководствоваться самыми низменными своими устремлениями. Неужели вы не поняли
что происходит? Скажем, тогда, в клинике, - неужели вы не поняли, как она
воспользовалась их неустойчивой психикой? - Бишоп заметил в ее глазах боль. -
Простите, Крис, но разве вы не поняли, как она повлияла на вашу жену? Линн снова
пыталась вас убить; того же домогались все остальные. Ими управляли, понимаете? Их
сознанием управлял кто-то другой. Та же история произошла и на футбольном матче. И на
Уиллоу-роуд. Прижляк открыл метод использования порочного начала, заложенного в
подсознании каждого человека. Чем сильней это начало или чем слабей сознание
человека, тем легче...
- Джессика! - позвал из прихожей Джейкоб Кьюлек.
- Иду, отец! - Она сурово посмотрела на Бишопа: - Помогите же нам, Крис!
Надо постараться, чтобы она сюда не проникла.
Он кивнул, но в голове у него царил полный сумбур. Однако все, что он увидел и
услышал в последнее время, каким-то странным образом подтверждало слова Джессики.
- Спускайтесь к отцу, я включу остальные лампы.
Бишоп проверил каждую комнату и даже включил свет в ванной, поскольку,
несмотря на то что стены ванной были кирпичными и представляли собой один из
немногочисленных глухих элементов в конструкции здания, ее потолок был стеклянным.
Он даже повернул настенные светильники и направил их к потолку, а когда спустился,
Джессика уже включила наружные фонари, которые ярко осветили участок вокруг дома.
Бишоп, Джессика и Кьюлек вернулись в гостиную, где Эдит Метлок пыталась с
помощью большого льняного полотенца остановить кровотечение у раненой женщины. Та
лежала неподвижно, устремив взгляд в потолок и время от времени поглядывая на
огромную стеклянную стену.
- Что теперь? - спросил Бишоп.
- Нам остается только ждать, - ответил Кьюлек. - И, возможно, молиться. Хотя я
почти уверен, что это уже не поможет, - добавил он еле слышно.
- Попробую дозвониться до Пека, - сказал Бишоп, выходя в коридор. - Да и
"скорую" надо вызвать - для нее. - Он кивнул на раненую, распростертую посреди
пола.
Джессика прижалась к отцу - оба чувствовали, что над их домом что-то нависло.
- Неужели это действительно возможно? Неужели Прижляк в самом деле овладел
этой энергией, отец?
- Думаю, да, Джессика. Все, кто изучал этот предмет, всегда знали, что такая
вероятность существует. Вопрос стоит так: Прижляк управляет этой силой или она
Прижляком? Скоро мы, очевидно, убедимся, насколько соответствовали истине слова
женщины по имени Лиллиан. Не могла бы ты найти мою трость? И помоги Эдит
перевязать раненую.
Джессика отыскала увесистую трость Кьюлека за креслом, на котором он сидел, и
подошла к медиуму, все еще стоявшей на коленях возле распластанной на полу женщины.
- Как она?
- Я... я не знаю. Кажется, она в шоке. Если даже ей больно, она этого не
показывает. - Льняное полотенце уже не было белым. Прижимая его к длинному порезу
на груди женщины, Эдит сама вся перепачкалась ее кровью. - Я думаю, рана не очень
глубока, но крови она потеряла уйму.
- Принесу еще одно полотенце. Надо бы расстегнуть ей блузку и перевязать как
следует.
Внимательно посмотрев на женщину, Джессика невольно вздрогнула. Неподвижные
зрачки раненой превратились в малюсенькие точки, а на лице, неизвестно почему,
появилось слабое подобие улыбки. Казалось, она к чему-то прислушивается.
Медиум подняла голову и посмотрела на стеклянную стену. Она тоже что-то
услышала.
- Эдит, что это? - окликнула ее Джессика.
- Они нас окружили.
Джессика посмотрела в окно, но не увидела ничего, кроме светящихся пятен
фонарей. Ей показалось, что они горят не так ярко, как обычно.
В комнату с решительным видом вошел Бишоп.
- Связаться с Пеком по-прежнему не удалось, но кто-то из сотрудников его
управления сказал мне, что беспорядки уже перебросились на эту сторону реки. Срочные
вызовы идут непрерывным потоком, а людей в полиции катастрофически не хватает. Он
посоветовал держаться собственными силами, а как только появится возможность, он
кого-нибудь пришлет. Даже сообщив, что здесь рядом с домом убит полицейский, я
ничего не смог добиться. Видимо, наш бедняга страж - всего лишь один из множества
погибших в эту ночь полицейских. - Бишоп вынул из кармана пистолет, который
отобрал у Лиллиан. - Если кто-нибудь будет сюда ломиться, попробую остановить вот
этим. А еще какие-нибудь пистолеты у вас в доме есть, Джейкоб? Слепец отрицательно
покачал головой:
- Я в этом не нуждаюсь. Кроме того, мне кажется, что оружие такого рода нам не
поможет.
- Джейкоб, фонари на улице потускнели. - В голосе Эдит Метлок звучал
смертельный ужас.
- Должно быть, упало напряжение, - высказал предположение Бишоп, подходя к
стеклянной стене.
- Нет, Крис, - возразила Джессика. - Это же ничуть не повлияло на внутреннее
освещение.
Кьюлек повернулся на звук голоса Бишопа.
- Крис, вы у окна? Отойдите оттуда, пожалуйста.
- Там ничего нет. Никакого движения, кроме...
- В чем дело? Джессика, скажи, что там происходит?
- Тени, отец. К нашему дому подступают какие-то тени.
- Фонари еле теплятся, - сказал Бишоп. - К дому подползает какая-то... чернота.
Она всего в нескольких футах от окна. И в непрестанном движении. - Он попятился от
стеклянной стены и остановился, наткнувшись на канапе, В окнах ничего не было видно,
кроме их собственных отражений; фонари почти совсем потухли. Ощущение
подавленности все нарастало: на них навалилась какая-то сокрушительная внешняя сила,
для которой даже стены дома не явились преградой.
Эдит Метлок тяжело опустилась на канапе и закрыла глаза. Джессика хотела
подойти поближе к отцу, но от страха не могла и шевельнуться. Кьюлек вперился во тьму,
будто мог ее увидеть, - и он действительно видел ее своим внутренним зрением. Бишоп
направил пистолет в стеклянную стену, прекрасно понимая, что едва ли нажмет на
спусковой крючок.
- Она не может сюда проникнуть! - неожиданно воскликнул Кьюлек. - Она же
лишена материальной формы!
Но вспучившиеся стеклянные панели, соединенные тонкими полосками металла,
опровергли его слова.
- Господи, это невозможно! - Бишоп не верил своим глазам. Стекло выгнулось,
как кривое зеркало в "комнате смеха" на ярмарке. Не сомневаясь, что оно сейчас лопнет,
он прикрыл глаза ладонью.
Раненая вдруг рывком перевела себя в сидячее положение, окровавленное полотенце
упало с груди, и кровь ручьем потекла ей на колени. Она смотрела на окно и смеялась. Но
пузыри на стеклах начали без всякой видимой причины неожиданно опадать, и окна
приобрели свой обычный вид. Женщина сразу прекратила кудахтать. Несколько секунд
никто не решался сказать ни слова.
- Неужели все кон... - Оглушительный треск не дал Джессике договорить, и все в
панике отшатнулись от окна.
Центральная секция стены раскололась сверху донизу, и от главной трещины
зигзагообразными молниями разбежались ломаные прожилки. Резкий звук треснувшего
стекла повторился, и все они, оцепенев от ужаса, увидели, что соседняя секция тоже
раскололась. Тонкие трещины разошлись во всех направлениях, начертив на закаленном
стекле какой-то замысловатый узор. Не прошло и минуты, как все стекло на глазах
покрылось паутиной трещин. Снова треск - и снова лопнула еще одна секция,
расположенная по другую сторону центральной части стены. На этот раз от основания
побежали две большие трещины и соединились наверху, образовав рисунок в виде
ломаной конусообразной формы.
Все три секции одновременно разлетелись вдребезги, обдав обитателей комнаты
градом осколков. Казалось, стреляют из сотни пистолетов сразу. Волосы и одежду
Бишопа покрыли мелкие серебристые стеклышки, и он отбежал за канапе. Кьюлек
инстинктивно отвернулся и пригнул голову; его пижаму мгновенно усеяли крошечные
осколки, похожие на иглы дикобраза. Джессика в беспамятстве бросилась на пол, и
длинное канапе, стоявшее между ней и окном, в какой-то мере защитило ее. Но в момент
падения огромный кусок стекла размером с суповую тарелку задел ее по руке. Она
закричала. Эдит Метлок и низкорослая надежно спрятались от разлетающегося стекла за
спинкой канапе.
Бишоп бросился на пол и перекувырнулся через раненую. Ожидая, пока стихнет
звон в ушах, он несколько секунд лежал неподвижно, затем заставил себя подняться.
Кьюлек ощупью пробирался к Джессике и окликал ее по имени.
- Я невредима, отец. - Она привстала, опираясь на локоть, и Бишоп вздрогнул,
увидев на ее руке глубокую рану. Он подбежал к девушке в тот момент, когда Кьюлек
наклонился, чтобы помочь дочери встать, и осколки снежной пылью посыпались с них
обоих. У Джессики образовалось множество мелких порезов на лбу, шее и ладонях, но
наиболее болезненной оказалась длинная рана на руке. Бишоп и Кьюлек подняли
девушку, и они втроем оглянулись на стеклянную стену. Ветер, не встречая препятствия,
залетал в комнату, и они начали мерзнуть.
Снаружи не было ничего, кроме черноты.
Едва дыша и не смея пошевелиться, они ждали, что случится дальше. Вот кто-то
появился: человек стоял у самой границы освещенного пространства, поэтому его
очертания были плохо различимы. Бишоп вспомнил, что обронил пистолет.
- Кто это? - тихо спросил Кьюлек, обращаясь к Бишопу и Джессике. Никто не мог
ответить.
Человек медленно повернулся к ним, и даже под покрывавшим его слоем грязи они
увидели, какое изможденное и безжизненное у него лицо. Мутные серовато-желтые глаза
были полузакрыты. Он медленно приближался, но его движения были вялыми и
неуклюжими.
Джессика попятилась, увлекая за собой отца, но Бишоп решил не отступать. У
выходца из тьмы было лишенное всякого выражения лицо, и ухмылка делала его еще
более мерзким. Бишоп с отвращением заметил, что на его подбородке засохли слюна и
слизь.
Бишоп бросился вперед. Страх не исчез, но он был достаточно зол, чтобы
уничтожить наконец это существо, как какого-нибудь мерзкого паука. Толкнув
пришельца, Бишоп, к своему удивлению, не ощутил никакого сопротивления; перед ним,
оказывается, была всего лишь полуживая иссохшая оболочка, лишенная каких бы то ни
было сил. Человек пошатнулся, и Бишоп легко отбросил его обратно во тьму и
остановился, дрожа не столько от напряжения, сколько от страха, всматриваясь в ночь.
Темнота так и кишела множеством подобных пришельцев, и все они не сводили глаз с
дома.
Как только Бишоп сделал шаг назад, из темноты выбежали трое и, запрыгнув в
гостиную, замерли, ослепленные ярким светом. Двое мужчин были одеты в серые
холщовые робы, один был босиком; на женщине - обычная одежда. Бишоп сразу
заметил, что, в отличие от первого, эти трое не окончательно одичали. Он быстро
огляделся в поисках пропавшей "беретты" и, увидев пистолет под канапе, бросился к
нему. И еще стоял, не успев подняться, на коленях, когда вдруг раздался крик Джессики;
обернувшись, Бишоп увидел одного из мужчин, бегущего прямо на него. Сначала он
собирался просто припугнуть незваного пришельца пистолетом, но потом, не раздумывая,
поднял пистолет и выстрелил. Его несостоявшийся противник закрутился волчком и,
раненный в плечо, рухнул на пол. Женщина упала сверху, но третий, обогнув лежащие на
полу тела, ринулся прямо на Бишопа, еще не успевшего встать на ноги. Следующая пуля
продырявила шею и этому человеку.
- Крис, во дворе их еще больше! - предупредила Джессика. Бишоп увидел, что
толпа замешкалась на границе освещенной зоны.
- Быстро наверх! Здесь мы все пропадем! Перепрыгнув через спинку канапе, он
поднял на ноги Эдит Метлок.
- Помогите отцу, Джессика. Мы поднимемся следом. - Бишоп не разрешал себе
отводить взгляда от тьмы, зияющей в провале стены, и слегка подрагивающей рукой
направлял туда пистолет. Первые два выстрела оказались удачными; хотя он был
совершенно не знаком с этим оружием и не привык никого убива
...Закладка в соц.сетях
