Жанр: Триллер
Крысы 1-3.
...ом льется по его телу,
несмотря на то, что ноги онемели от холода. Видимо, слишком огромное усилие
прилагал он для того, чтобы, преодолевая поток, помогать передвигаться раненому
Брайсу. Он вспомнил, в который уж раз, свое первое путешествие по этому туннелю:
гулкую тишину, эхом разносящую любой шорох, изуродованные трупы, которые он
впервые увидел здесь, огромных крыс-мутантов, пожирающих человеческую плоть, и
окаменевшую от ужаса девушку в нише туннеля. Кэт! Он ни разу не подумал о ней за
эти два часа сплошного кошмара. А сейчас вдруг понял, что соскучился и хочет
поскорее увидеть ее.
Брайс неожиданно начал медленно падать.
- Помогите мне, Фэрбенк, - крикнул Калвер, удерживая Брайса. Фэрбенк
подхватил Брайса, помог ему стать на ноги и прислонил его к стене. Брайс задыхался.
Он попытался что-то сказать, но не смог.
- Он не дойдет, - прокричал Фэрбенк Калверу.
Калвер тоже отдыхал, прислонившись спиной к стене туннеля, и обдумывал, что
делать дальше. Он наклонился к Брайсу и сказал громко, чтобы тот расслышал его
слова:
- Брайс, до убежища уже недалеко. Нам осталось пройти совсем немного. Мы
обязательно дойдем, но вы должны помочь нам.
Брайс покачал головой. Глаза его были закрыты, и казалось, что последние силы
покинули его.
Калвер снял с плеча кобуру с пистолетом, выбросил в воду фонарь и вместо него
засунул за пояс пистолет. Интуиция подсказывала ему, что пистолет может
пригодиться скорее, чем фонарь. Затем ремнем от кобуры привязал неповрежденную
руку Брайса к своей.
- Вы должны помочь мне, Брайс, - крикнул он. - Один я не справлюсь.
Опирайтесь на меня изо всех сил, чтобы течение не сносило вас. Фэрбенк, держитесь
ближе, черт побери.
- Не беспокойтесь, я ни на шаг не отстану от вас, - отозвался Фэрбенк, как
всегда некстати улыбнувшись.
Все это напоминало подъем в гору, когда ветер валит с ног, а тяжелый груз тянет
назад, но дюйм за дюймом, фут за футом, стон за стоном они продвигались вперед.
Через некоторое время они заметили, что поверхность воды покрыта пеной и вода
поднялась еще выше.
- Мы должны перейти к противоположной стене, - прокричал Калвер,
мысленно проклиная себя за то, что не подумал об этом раньше, когда идти было
легче.
Поток несся с оглушительным ревом им навстречу, и Калвер не был уверен, что
они услышали его слова. Он махнул рукой, и Фэрбенк кивнул в ответ.
Калвер отпустил кабель, за который держался, и, сделав глубокий вдох на случай,
если упадет в воду, шагнул поперек потока. Его сразу же чуть не сбило с ног сильным
течением, он покачнулся, но Фэрбенк помог ему удержаться.
- Давайте я пойду первым, - прокричал Фэрбенк, - мы образуем цепочку: я,
потом Брайс, потом вы. Так мы сможем дотянуться до противоположной стены. МакИвен
пойдет сзади и будет страховать вас с Брайсом.
Калвер шагнул назад и снова ухватился за кабели.
- Идите, Фэрбенк.
Держась за кисть поврежденной руки Брайса, Фэрбенк преодолел половину
расстояния от стены до стены, стараясь не наступить на скрытые под водой рельсы.
Брайс, одной рукой привязанный к Кал-веру, шел за ним. Фэрбенк остановился, борясь
с потоком и стараясь сохранить равновесие. Ему казалось, что чьи-то ледяные руки
схватили его за ноги и тащат назад. Он понял, что, если хочет перебраться на другую
сторону, ему понадобятся все его силы и ловкость. И еще он понял, что ему придется
оставить Брайса.
- Держите его, - крикнул он и бросился к противоположной стене, подпрыгивая
так, что вода захлестывала грудь.
Фэрбенк не сразу нашел, за что можно ухватиться, и его отнесло на несколько
ярдов в сторону. Но все он же разглядел какой-то маленький выступ в стене, до
которого ему удалось дотянуться. Немного отдохнув и отдышавшись, он посмотрел на
своих спутников, едва различимых в слабом свете фонаря Мак-Ивена. Брайс все еще
стоял в середине потока, но Фэрбенк понял, что тот сейчас упадет. Нашарив одной
рукой кабели, он крепко ухватился за них и попытался дотянуться до Брайса, держась
на вытянутой руке. Но между ними оставалось расстояние в несколько футов.
- Мак-Ивен, хватайтесь за мою руку и попытайтесь перебраться сюда, чтобы
помочь Брайсу, - сказал Фэрбенк. - Если я смогу вас всех удержать, то,
выстроившись в цепочку поперек потока, вы один за другим перейдете на эту сторону.
Мак-Ивен двинулся вперед, вытянув руку. Коснувшись кончиками пальцев ладони
Фэрбенка, он попытался ухватиться за нее, но ему мешал фонарь, который он держал в
этой же руке.
- Отдайте мне фонарь, - сказал Фэрбенк, - иначе у нас ничего не получится.
Мак-Ивен медленно, боясь выпустить руку Фэрбенка, передал ему фонарь. Поток
буквально валил его с ног, почти ничего не было видно, и Мак-Ивен боялся, что
потеряет равновесие и уже не сумеет подняться.
Оставшись один у противоположной стены, Калвер удерживал Брайса, который
слабел с каждой минутой.
- Поторопитесь, Мак-Ивен, - прокричал он, - Брайс вот-вот упадет.
Уцепившись за ладонь Фэрбенка, Мак-Ивен схватил покалеченную руку Брайса,
стараясь не глядеть на обгрызенные собакой пальцы, с которых давно соскочила
повязка. Он думал только о том, что ему нужно как можно скорее подтянуть Брайса к
себе. Калвер тоже сделал шаг поперек потока, задел ногой рельсы и чуть не упал, но
все-таки сумел удержать равновесие и, согнувшись под углом к потоку, чтобы легче
было устоять, медленно двинулся вперед, подталкивая локтем Брайса. Он отпустил
кабель, за который держался, и почувствовал чудовищное давление потока воды,
доходившей ему до пояса.
Фэрбенк слегка потянул их на себя, Калвер подтолкнул вперед Брайса, и так шаг за
шагом они дошли бы до противоположной стены, но тут неожиданно вскрикнул и
дернулся Мак-Ивен. Поток вынес на него какой-то предмет, который с силой ударил
Мак-Ивена в живот, а затем, развернувшись, стал толкать и всех остальных, так как
они служили ему преградой.
Мак-Ивен попытался разглядеть, что это такое, и увидел лицо покойника,
оскаленное в усмешке, с безжизненными глазами, в которых навсегда застыл ужас.
Казалось, чего только не пережили они за эти несколько часов, а тут вдруг Мак-Ивен
почувствовал, что у него внутри что-то сломалось. Он снова вскрикнул и разжал обе
руки.
Уже в следующее мгновенье, поняв, что совершил непоправимое, он попытался
восстановить равновесие, но безжалостный поток, воспользовавшись моментом,
подхватил его и понес, не давая опомниться.
Брайс, потерявший опору с той стороны, где стоял Мак-Ивен, всем своим весом
навалился на Калвера, у которого не хватило сил удержать их обоих, и они рухнули в
воду.
Фэрбенк, прижавшись к стене, с отчаянием смотрел, как его спутники неслись в
бешеном потоке. Еще какое-то время луч его фонаря выхватывал их головы,
торчавшие над поверхностью воды, но вскоре он уже потерял их из виду, и только
крики Мак-Ивена доносились до него сквозь рев потока. Фэрбенк закрыл глаза и
шептал безостановочно:
- О Господи, о Господи, о Господи...
Калвер ушел под воду, его закрутило потоком, и он никак не мог вынырнуть, чтото
тянуло его вниз, словно камень. Это был Брайс. Калвер с отчаянием вспомнил, что
сам привязал руку Брайса к своей. По-видимому, тот потерял сознание или был в шоке
- этого Калвер не знал. Но то, что Брайс никак не сопротивлялся, не пытался
преодолеть течение, помочь ему, Калверу, вытащить их на поверхность, он чувствовал
с каждой минутой все сильнее. Он наглотался воды так, что она уже заполнила легкие.
С усилием выныривая на бурлящую пенистую поверхность потока, Калвер судорожно
откашливался, отплевывался и старался сделать как можно более глубокий вдох,
чтобы подольше продержаться под водой.
На миг мелькнула предательская, но навязчивая мысль: если бы он смог
освободиться от Брайса, у него хватило бы сил выплыть. Он гнал от себя эту мысль, но
она неотступно преследовала его. Вынырнув в очередной раз, он попытался вытащить
на поверхность обмякшее тело Брайса. Это было неимоверно трудно, но все же ему
удалось, и голова Брайса оказалась рядом с его головой. Брайс дергался и судорожно
ловил ртом воду.
Калвер почувствовал, что кожаные ремешки, стягивающие их руки, ослабли и
поток относит Брайса в сторону. Соблазн снова овладел Калвером: это было бы
наилучшим исходом. У самого Калвера, не обремененного никакой ношей, хватило бы
сил выбраться. Но воспоминания из прошлого неожиданно всколыхнулись в нем, и
подспудное ощущение вины, долгие годы не оставлявшее его, подстегнуло Калвера к
решительным действиям.
Он схватил Брайса под мышки, при этом ему удалось встать на ноги, и, вонзая
каблуки в землю, как крюки при восхождении в гору, он медленно стал продвигаться к
стене туннеля. Их подхватило потоком, несколько раз перевернуло, они врезались в
стену, и Калверу удалось ухватиться одной рукой за какую-то опору, а другой рукой
он мертвой хваткой удерживал Брайса на поверхности воды, не давая ему
захлебнуться. Калвер ужасно устал, никак не мог восстановить дыхание и молил Бога
о том, чтобы вода больше не поднималась.
Немного придя в себя, он позвал Мак-Ивена, но ответа не было. Конечно, может
быть, его отнесло течением так далеко, что он просто не слышит Калвера. Кроме того,
возможно, ему удалось выплыть и найти какую-то опору гораздо раньше, чем Калверу,
- ведь ему никто не мешал. Хуже, если Мак-Ивена пронесло потоком дальше, за
пределы туннеля, потому что на станции стены гладкие и не за что ухватиться. Тогда у
Мак-Ивена был только один шанс - выбраться на платформу, иначе его смыло
потоком в другой туннель, и тогда ему уже не спастись.
Неожиданно он увидел луч фонаря над поверхностью воды. Фэрбенк! Фэрбенк
идет им навстречу! Он громко окликнул Фэрбенка, но, видимо, тот не слышал его. В
этот момент зашевелился Брайс, и Калвер, приблизившись к его лицу, спросил:
- Вы можете двигаться, Брайс? Нам надо быстрее вернуться в туннель. Вода
может подняться еще выше, и тогда у нас не будет шансов добраться до убежища.
Вдруг Калвера пронзила страшная догадка. Он тут же отогнал эту мысль, заставляя
себя думать об одном, только об одном: им нужно как можно быстрее доставить
Брайса в убежище.
Брайс, будто вопрос Калвера дошел до него с некоторым опозданием попытался
что-то ответить, но голос его был настолько слаб, что Калвер не разобрал ни одного
слова.
Крепко держа Брайса за руку, Калвер отправился в обратный путь, ц глубь
туннеля. Мимо них проплывали трупы, один за другим, почти все они лежали на
спине лицом вверх, и в слабом свете фонаря, освещавшем поверхность воды, их лица
выглядели как маска - одна страшная маска смерти. "О Господи, - подумал Калвер,
- по всему городу люди искали убежище на станциях метро, в туннелях, возможно
даже в канализационных трубах, и теперь их всех смыло потоком. Вся эта система
стала общей могилой для тех, кто пытался найти здесь спасение".
Свет фонаря приблизился к ним, и Калвер понял, что Фэрбенк уже где-то совсем
рядом. Это придало ему силы, и он начал продвигаться быстрее. Брайс, будто тоже
осознав что-то, немного ожил и даже стал помогать Калверу.
Фэрбенку было легче - он шел по течению, и, когда луч его фонаря выхватил из
темноты Калвера, поддерживающего Брайса, он бросился им навстречу.
- Слава Богу, вы живы! - закричал он вне себя от радости. - Я думал, что уже
больше никогда вас не увижу. А где Мак-Ивен?
Калвер молчал.
Фэрбенк стал освещать фонарем ту часть туннеля, откуда пришли Калвер и Брайс.
Он высвечивал поверхность воды и стены в надежде увидеть пропавшего Мак-Ивена.
Но это были тщетные усилия, только трупы проплывали мимо - их несло вниз по
течению, и Мак-Ивена среди них быть не могло.
Наконец Фэрбенк обернулся к Калверу. Они обменялись взглядами и без слов
поняли друг друга.
- Ну что - делаем еще одну попытку добраться до убежища? - спросил
Фэрбенк.
- А вы считаете, что у нас есть выбор? - вопросом на вопрос ответил Калвер.
- Нет, у нас есть только один путь.
- Тогда не будем терять времени. Если вода начнет прибывать, нам не дойти. Да
и Брайс совсем плох.
Фэрбенк повернулся и двинулся в обратном направлении, против течения, туда,
где ждала их заветная дверь, ведущая в убежище. Как рвались они оттуда на волю!
Казалось, с тех пор прошла вечность.
- Фэрбенк, подождите, - окликнул его Калвер. - Знаете, о чем я подумал
несколько минут назад? Что будет, если мы не сможем попасть в убежище? Вдруг его
тоже затопило водой?
- Это невозможно, Калвер, разве вы не заметили, что дверь обеспечивает полную
герметичность. Все предусмотрено, она должна выдержать любой напор воды.
- Ну хорошо, пусть так, - с сомнением продолжал Калвер. - Но для того, чтобы
впустить нас, им придется открыть дверь. Что будет тогда?
Некоторое время Фэрбенк молчал, озадаченный вопросом Калвера, затем
прокричал:
- Мы уже решили, что выбора у нас нет: надо добраться до убежища. Больше
идти некуда.
Фэрбенк шел впереди, Калвер - сзади, а Брайс, поддерживаемый ими с двух
сторон, - посередине. Это был долгий, очень долгий и трудный путь, они медленно
продвигались, с трудом преодолевая напор воды. С каждым шагом сил становилось все
меньше и меньше. К счастью, течение не стало сильнее, а все остальное не имело
значения. Они не замечали проплывающие мимо трупы, не чувствовали обжигающего
холода воды и совершенно забыли о черных чудовищах, которые, возможно, были гдето
здесь, поблизости.
Они шли и шли, и уже казалось, этому не будет конца, но вдруг Фэрбенк закричал:
- Дверь! Я вижу дверь!
Собрав последние силы, они бросились в нишу, окружающую вход в убежище.
Здесь напор воды был гораздо слабее, чем в туннеле. Они перевели дыхание и даже на
какое-то короткое мгновение почувствовали прилив сил - это был эмоциональный
всплеск: радость, облегчение, спасение! Калвер подумал, что ему снова удалось
выжить, в который уже раз за эти последние недели он был на волоске. И все же жив!
Он вспомнил, как они с Дили радовались, впервые дойдя до убежища. Тогда это
спасло их от мчащегося по туннелю огненного шара, испепеляющего все на своем
пути, сейчас - от разбушевавшегося потока воды, унесшего многие человеческие
жизни, поглотившего Мак-Ивена и готового утопить их в своей пучине.
Фэрбенк барабанил фонарем по металлической обшивке двери.
- Открывайте, вы, ублюдки! - яростно кричал он. - Откройте эту проклятую
дверь! Вы что, оглохли, дерьмо собачье!
Он стучал и кричал, подстегиваемый яростью. А Калвер чувствовал, что Брайс еле
стоит на ногах, да и сам он теряет силы и долго не выдержит - упадет и не сумеет
удержать Брайса, которого они с таким трудом дотащили до этой чертовой двери.
Неимоверным усилием воли Калвер заставлял себя держаться на ногах и не выпускать
Брайса, который буквально ускользал от него. Напряжение достигло предела. Калвер
прошептал:
- Все, больше не могу... Хватит...
В этот момент дверь открылась, и всех троих потоком воды внесло в убежище.
Внизу их подхватили чьи-то руки.
Калвер лежал между сейфом и бетонной стеной и, как в тумане, видел людей,
пытающихся закрыть дверь убежища, чтобы преградить путь потоку воды, хлынувшей
из туннеля. Вода с ревом врывалась на лестницу и водопадом обрушивалась вниз,
грозя затопить станцию. Все кто находился поблизости, бросились к двери. Это было
трудное сражение, но все же на сей раз люди перебороли стихию.
Калвер увидел Дили, тот стоял в стороне и не принимал участие в операции,
однако был явно обеспокоен происходящим, так как вода уже доходила до щиколоток.
Усталый мозг Калвера с трудом воспринимал происходящее, и все же он уловил чтото
странное и в поведении Дили, и в том, как вели себя некоторые другие обитатели
убежища. Он не мог понять, что настораживало его в их действиях, пока не увидел в
руках одного из работников станции пистолет, дуло которого было направлено на
Дили. И тут же заметил инженера Эллисона, который держал под прицелом его,
Калвера.
Глава 15
- Черт побери, кто-нибудь объяснит мне наконец, что здесь происходит?! - в
который уже раз спросил Калвер.
Кэт молча подала ему чашку с горячим кофе. Он нетерпеливо отхлебнул, обжигая
губы и язык, и приятное тепло разлилось внутри, слегка согревая озябшее тело. Он все
еще был в мокрой одежде, ему почему-то не разрешили переодеться. Лица людей,
окруживших его, не были ни враждебными, ни дружелюбными. Скорее на них можно
было прочитать настороженное любопытство.
- Что случилось с Мак-Ивеном? - прокурорским тоном спросил Стрэчен, один
из сотрудников станции.
Он, как и другие, словно не слышал вопроса, который уже несколько раз повторил
Калвер.
Стрэчен сидел на месте, которое раньше занимал Алекс Дили, и это несомненно
свидетельствовало о том, что за время их отсутствия власть здесь, в убежище,
переменилась. Сейчас ни у кого в руках не было пистолетов, но и без того было ясно,
на чьей стороне сила.
- Мы его потеряли, - устало ответил Калвер.
Он был измучен до предела, глаза сами собой закрывались, а голова отказывалась
что-либо воспринимать. Его мозг был перенасыщен информацией и безумными
впечатлениями. Калвер хотел только покоя - отдохнуть, отключиться от всего, снять
мокрую одежду и выспаться.
- Как это случилось? - бесстрастно и холодно спросил Стрэчен.
Это было похоже на допрос.
- В туннеле. Его смыло потоком воды. - Калвер отвечал односложно, у него не
было ни сил, ни желания говорить. - Возможно, ему удалось за что-нибудь
зацепиться. Тогда есть шанс, что он выжил и сможет добраться до убежища.
Он отпил еще кофе и снова задал свой вопрос:
- Может быть, все-таки кто-нибудь расскажет мне, что здесь произошло, пока
нас не было?
- У нас теперь демократия, - сказал Стрэчен.
- Не демократия, а сумасбродство, - немедленно откликнулся сидевший у стены
Дили.
Калвер почувствовал, что тот весь кипит от бешенства и вот-вот взорвется.
- Вы не совсем правы, Алекс. Может быть, в подобных обстоятельствах надо
вести себя именно так, как они предлагают.
К удивлению Калвера, эти слова произнес Фарадей. Он тоже сидел у стены,
прислонившись спиной к карте. Калвер посмотрел на него повнимательнее и понял,
почему не сразу узнал Фарадея. Прежде всегда подтянутый, гладко выбритый,
тщательно одетый, с туго повязанным галстуком - он отличался от других
обитателей убежища своей подчеркнутой, даже, может быть, нарочитой
аккуратностью, - теперь он был без пиджака, рукава рубашки закатаны до локтя,
воротничок расстегнут, а небрежно сбитый набок галстук болтался.
- Все это ерунда, Фарадей. Чушь! - сказал Дили. - Всегда и во всем должен
быть какой-то порядок. И какая-то власть...
- Какая-то власть? - перебил его Стрэчен, улыбнувшись неприятной, кривой
улыбкой.
- Подождите, подождите, - прервал их перепалку Калвер. - Вы хотите сказать,
Стрэчен, что взяли власть в свои руки?
- Ничего подобного. Просто любые решения теперь принимаются всем
коллективом, большинством голосов. И никакого волевого давления. К чему нас
привела твердая власть, мы все видим - к катастрофе. Даже если они сошли с ума,
это не может служить им оправданием.
- Если я вас правильно понял, вы создали нечто подобное правительству
согласия? - Дили говорил ледяным тоном, и по лицу его бродила странная улыбка,
которая так же не понравилась Калверу, как и улыбка Стрэчена. - Но такой
прецедент у нас уже был. И что из этого вышло - всем прекрасно известно.
Дили повернулся к Калверу:
- Прежде чем впустить вас в убежище, они тоже провели голосование. Боялись,
что убежище затопит водой, если откроют дверь. Вашу судьбу решило только то, что
им нужна информация, которую вы собрали.
Калвер допил свой кофе и обвел взглядом всех собравшихся в комнате. Он уже
давно заметил, что его пистолет, который он засунул за пояс, исчез, однако не мог с
уверенностью сказать, что оружие забрали у него здесь, в убежище, вполне возможно,
что он потерял его в туннеле, борясь с потоком.
Стрэчен заговорил, быть может, резче, чем ему хотелось бы, явно выдавая свое
раздражение:
- Отныне все будет решаться в интересах коллектива. Если для вас это звучит как
марксистская или троцкистская фразеология, что ж - это лишь свидетельствует об
ограниченности вашего мировоззрения, Дили. Нас здесь слишком мало, чтобы
устанавливать и поддерживать привычную для вас иерархию, тем более создавать
правительство, состоящее из нескольких дураков. Эти времена кончились, не без
вашего, кстати, участия. Чем скорее вы это поймете, тем будет лучше для вас.
- Вы угрожаете мне? - запальчиво спросил Дили.
- Вовсе нет. И не собираюсь. Я просто объясняю ситуацию, которая сложилась на
сегодняшний день.
- Послушайте, Стрэчен, - снова вмешался в их спор Калвер. - Не могли бы вы
мне рассказать, что намерены предпринять?
- Прежде всего соблюдать независимость...
- Я не об этом, - нетерпеливо перебил его Калвер. - Это меня не интересует. Я
хочу знать, есть ли у вас какой-то конкретный план действий в ситуации, которая, как
вы говорите, сложилась на сегодняшний день?
Некоторое время все молчали. Потом заговорил Эллисон:
- Прежде всего мы решили покинуть убежище... Калвер откинулся на спинку
стула и тяжело вздохнул.
- Это не самое лучшее решение, уверяю вас, - сказал он.
- Объясните почему, - потребовал Фарадей. Калвер не успел ничего сказать в
разговор вмешался молчавший до сих пор Фэрбенк:
- Потому что это безумие: наверху ничего не осталось. Только разрушение и
смерть.
Снова воцарилось тяжелое молчание. Затем Стрэчен сказал, стараясь сохранять
хладнокровие:
- Мы уже приняли решение, поэтому хотим подробно знать обо всем, что вы
видели наверху. Для этого мы и впустили вас сюда.
- Ах, вы уже все решили, - язвительно сказал Фэрбенк. - А как же ваша
демократия, вы не учли наши голоса: мой и Калвера.
- Ваши голоса ничего не изменят. Решение принято подавляющим
большинством.
- Без учета других мнений и, что самое главное, без всякого анализа конкретной
обстановки, - все тем же резким тоном сказал Дили.
- Вы ошибаетесь, Алекс, - вызывающе ответил ему Стрэчен. - Для нас самым
главным является тот факт, что большинство хочет уйти из убежища.
- Первое, что вы должны знать: опасность поджидает вас сразу же за порогом
убежища. И каждый шаг может оказаться последним. Причин слишком много. Я
попробую рассказать вам обо всем, с чем нам пришлось столкнуться за время нашей
вылазки. Но полагаю, что это лишь малая часть того, что подстерегает человека,
который выйдет отсюда.
Калвер говорил долго, превозмогая усталость и стресс, он слишком хорошо
понимал, что люди должны как можно подробнее узнать обо всем, что пришлось
увидеть и пережить их группе.
Его голос звучал в полной тишине, казалось, все перестали дышать. Каждый был
погружен в себя, в безысходность собственного отчаяния.
Когда Калвер замолчал, все та же тишина тяжелым облаком висела в комнате.
Первым пришел в себя Стрэчен. Слегка прокашлявшись, он сказал:
- Все, что вы рассказали, страшно. Но это ничего не меняет. У большинства из
нас в городе остались семьи, мы хотим разыскать их. Если верить вам, то в Лондоне
мало кто уцелел по той или иной причине, хотя вы и не видели весь город. Но у
многих дома в пригороде, даже в других графствах. Мы попробуем добраться туда,
разыскать своих близких, и, может быть, нам удастся спасти кого-нибудь.
Калвер сидел неподвижно, слегка наклонившись вперед и положив руки на
колени. Ему нечего было возразить Стрэчену.
- Конечно, принимать решение каждый должен сам, - сказал Кал-вер спокойно.
- Я только хочу, чтоб вы помнили: там бродят бешеные собаки; вам могут
встретиться люди, которые умирают в страшных муках и молят о помощи, но их
слишком много, чтобы им можно было помочь; там рушатся дома, и в любой момент
можно оказаться погребенным под обломками. Там, наверху, все рушится,
разлагается, гибнет. А дождь лишь усугубляет обстановку.
Он попросил Кэт налить ему еще кофе и продолжал:
- Вскоре неизбежно вспыхнут и будут распространяться тиф, холера и другие
болезни, о которых говорила доктор Рейнольдс. Тучи насекомых, роящихся над
разлагающимися трупами, будут разносить их с места на место, и от этого не будет
спасения. И наконец, самое страшное - черные крысы-мутанты, бродящие по
туннелям, а сейчас, может быть, даже и по земле. Мы видели их трупы на станции
метро и видели изуродованных, покалеченных, заживо обглоданных ими людей, их
огромное множество. Если на вас нападет несколько крыс - шансов выжить не будет.
Даже одна крыса может убить вас.
- Слушайте, слушайте его внимательно, - почти торжествующе вскричал Дили.
- Вы не хотели верить мне как представителю властей, но Калвер - нейтрал, а
говорит то же самое. Я предупреждал вас обо всех этих опасностях, но вы...
- Замолчите, Дили, - оборвал его Калвер.
От неожиданности Дили закрыл рот и уставился на Калвера, будто впервые видел
его. Калвер тоже смотрел на него, пытаясь взглядом внушить, что ситуация здесь, в
убежище, гораздо серьезнее, чем это представляется Дили. Несмотря на предельную
усталость, Калвер чувствовал, как во время его рассказа нарастало нервное
напряжение, и сейчас оно достигло пика. В любой момент мог произойти срыв,
последствия которого были непредсказуемы, тем более что многие люди вооружены.
Калвер понимал, что именно попытки Дили любой ценой удержать власть, его
желание заставить всех подчиниться приказам сверху, то есть действовать по его
указке, привели к тому, что люди взялись за оружие. Он спровоцировал их на это, не в
состоянии смириться с тем, что ни закона, ни порядка, которым он привык
поклоняться и слепо следовать, больше не существует. Даже бывшие союзники Дили
поняли это и отступились, приняв новую ситуацию.
Упорствовал лишь один Дили. Он не желал сдавать свои позиции, это было видно
по нездоровому блеску его глаз. Впрочем, так же лихорадочно блестели и глаза
Стрэчена.
Калвер понимал, что главное сейчас - не допустить нового столкновения.
- О, как у вас здесь уютно, - сказала, войдя в комнату. Клер Рейнольдс.
Калвер подумал, что Клер появилась как нельзя более кстати. Он не представлял,
каким образом можно разрядить обстановку.
- Я думаю, вы не
...Закладка в соц.сетях
