Жанр: Триллер
Гром
...ть - пожилого охранника, обнаруженного на заднем сиденье той
машины, - наступила в результате инфаркта и является фактически частью того же
самого преступления, но, по логике событий, она не была запланирована. Сегодня
спецподразделение полиции сделает специальное сообщение для печати на эту тему,
но уже сейчас могу сказать следующее: судебные эксперты по взрывным устройствам
оценивают, что было использовано тысяча фунтов пластиковой взрывчатки марки Си4.
То, что она была размещена в фойе, выбор взрывчатого вещества, а также
изощренность нападения - все указывает на то, что разрушение здания не являлось
целью террористов.
Фотоаппараты защелкали, но они все спешили запечатлеть свидетеля от ЦРУ, а не
негодование сенатора.
- Тогда в чем состоя'а их чегтова це'ь? - поинтересовался Бауман.
- Послать таким образом сообщение некоторого сорта, - ответил Аллен.
- Хогошо, чегт возьми, я по'учи' его: "Добго по-жа'овать в новый миг! Вы не
спасетесь и вы не сможете ничего сде'атьс этим!"
- Сенатор, при всем нашем к вам уважении мы вынуждены не согласиться с вами.
Благодаря действующим в настоящее время программам ЦРУ - если они будут
должным образом финансироваться - будет создана глобальная разведывательная
сеть, ориентированная на борьбу с терроризмом...
- Пгедпо'ага'ось, что именно это будет де'ать этот новомодный центг по богьбе с
теггогизмом! - ухватился Бауман. - Звучит так, как будто ваша сеть пгедназначена
д'я незаконной 'ов'и гыбы в их водах, и это способно запутать 'юбого!
Аллен сплел пальцы рук вместе, положив этот переплетенный кулак на стол.
- Сенатор, как вам должно быть известно, ЦБТ - это ответный шаг управления,
он должен всего лишь координировать усилия, мы протянули свою руку другим
группам, занимающимся вопросами безопасности, объединяя...
- Хганя все в безопасном месте и центга'изованно, пгави'ьно? - прервал Бауман.
- Ответьте мне вот на что: где они газдобы'и такое ко'ичество взгывчатки?
- Сенатор, за последний год только в нашей стране похищено свыше ста тысяч
фунтов взрывчатых веществ. Наверное, единственным оружием, которое до сих пор ни
разу не было похищено, является атомная бомба.
- Вы увегены в этом?
- Да, сэр.
- Тегтогисты сде'а'и эту бомбу в Нью-Йогке - пгави'ьно?
- Ни одна группа не утверждала этого с уверенностью, но все указывает на то, что
вы правы, сенатор Бауман.
Эти слова слегка успокоили Баумана. Аллен продолжил:
- Коркоран-центр восстановлен - дипломатические представительства трех
стран, которых пять лет назад еще вообще не было на карте, японский банк, офисы
служб города и штата, пять транснациональных корпораций, адвокатские конторы,
офисы федеральных организаций. Дантисты. Психиатры. В соответствии с данными
особого отряда полиции, 9174 человеко-часа было потрачено на расследование, но все
попытки обнаружить какой-нибудь мотив совершенного преступления, кроме как
терроризм, потерпели неудачу.
"Ссылается на громадное количество человеко-часов, потраченных на
расследование (не мешало бы уточнить, бесплодно или нет), - подумал Джон, -
таким образом пытаясь доказать собственную компетенцию и оправдать свое
существование. Прямо из руководства Дж. Эдгара Гувера: "Как обойти надзор
конгресса".
Глаза-бусинки сенатора Баумана впились в лицо Аллена.
- У вас есть список тегтогистических ггупп, подозгеваемых во взгыве Когкоганцентга?
- Прошу прощения? - сказал Аллен.
Джон увидел, что Мигель Зелл заерзал на своем месте: этот вопрос не был
предусмотрен. Джон заметил взгляд, который Аллен бросил на
председательствующего. Новый административный помощник Баумана, в обязанности
которого входило проявление лояльности по отношению к шефу, уставился в потолок.
Сенатор Бауман прочитал - очевидно, что прочитал, - вопрос еще раз.
- Эхм, у нас есть большой список организаций, которые по своей природе
являются террористическими, - отвечал Аллен.
Сенатор Бауман зачитал:
- Ес'и свидете'ь скажет "да", тогда спгосить его... Административный помощник
Баумана развернулся на своем стуле и теперь рассматривал стену.
- Мне не нужны никакие чегтовы вопгосы! - пронзительно закричал Бауман,
смахнув листки со стола. Коричневые пятна на его лице были островками в пунцовом
море.
- Я хочу список теггогистических ггупп и я хочу, чтобы вы да'и его мне, и я не
же'аю по'учить в качестве ответа "нет"!
Председательствующий прочистил горло.
Бауман тяжело ударил кулаком по столу:
- Нет, я не пгизнаю в качестве ответа "нет"!
- И вы его не получите, сенатор, - сказал Аллен.
Бауман моргнул.
- Хотя, - продолжил Аллен, - я знаю, вы не хотите подвергать опасности
жизни американцев или мешать ведущимся расследованиям, заполучив список в
открытый комитет или обнародовав его каким-либо другим способом. Вы ведь не
захотите принять на себя ответственность за возможные убийства гораздо большего
числа американцев.
Бауман нахмурил брови.
- От вашего имени, - сказал Аллен, - я потребую у группы, расследующей
взрыв Коркорана, предоставить вам список подозреваемых террористических групп,
который мы помогли им составить. Список, конечно, будет доступен только для
ограниченного круга лиц, я имею в виду членов комитета. Именно этого вы и хотели
- правильно?
- Эхм... Ну да. Ну да. Но я хочу по'учить этот список! Я хочу быть в состоянии
выпо'нять мои обещания, данные общественности, что я по'учу этот список!
Председательствующий кашлянул в микрофон:
- Джентльмены, мы исчерпали лимит времени. Хочу еще раз поблагодарить
мистера Аллена, полагаю, что все остальные вопросы будут представлены в
письменном виде и вместе с ответами на них мистера Аллена войдут в стенограмму
слушаний. Раз возражений нет, то будем считать, что предложение принято.
Председательствующий ударил молотком.
Сенаторы вышли через заднюю дверь, ведущую в помещение для сотрудников
комитета.
Джон остался сидеть на своем стуле. Зал вздымался морем проталкивающихся к
выходу людей, о чем-то болтающих между собой. Он потерял Эмму из виду.
Смерть Фрэнка, неуправляемая машина.
Гласс шел перед делегацией ЦРУ, направлявшейся к центральному проходу. Он
сдержанно кивнул Джону.
Аллен и Зелл следовали в нескольких шагах позади Гласса. Их кивки и улыбки
были более выразительными.
"Но все равно пустыми", - подумал Джон. Вудруфт, тоже спустившийся вниз по
проходу, потряс Джону руку.
- Кому нужен бейсбол, когда у нас есть это? - сказал он, с улыбкой оглядывая
пустеющую аудиторию. - Как ты?
- Вчера было хуже.
- Пошли пройдемся, - сказал Вудруфт.
В Харт-билдинг было шесть этажей офисов и залов для слушаний, выстроенных
вокруг атриума - внутреннего двора - величиной с половину футбольного поля. Две
секции абстрактной скульптуры Калдера заполняли атриум: Горы и Облака. Черные
стальные горные хребты вздымались вверх, где двухтонные черные движущиеся
облака из алюминия покачивались на фоне неба. Здание заключало атриум в
стеклянную капсулу; внешние стены офисов, в которых работали сенатские служащие,
были прозрачны.
Старший шпион повел Джона вниз через устланный коврами холл к длинному
пустому, вытянувшемуся вдоль третьего этажа балкону, с которого открывался вид на
атриум. Двухтонные черные облака висели у них прямо перед глазами; отзывались
гулким эхом шаги. Коридор был пуст. Вудруфт говорил очень тихо, хотя здесь никто
не смог бы их подслушать.
- Мы были правы, - сказал он. - Я говорю о Фрэнке. Все оперативные отделы и
центры, ФБР, разведывательное управление министерства обороны, другие военные
агентства, копы из федерального округа - ни у кого не возникло сомнений: шальная
пуля.
Не выказывай никаких чувств, скажи:
- Значит, таково официальное заключение.
- Возможно, теперь, когда все уже позади, тебе будет легче принять это.
Улыбнись:
- Да.
Глаза Вудруфта сузились.
- Смерть иногда дурачит нас, заставляя думать и делать сумасшедшие вещи.
- Так, как будто правила поменялись.
- Правила никогда не меняются.
- Я этого и не ожидал.
- Ты ведь не... склонен к безрассудным поступкам, Джон?
- Я борюсь за здравомыслие каждый день. До сих пор я выходил победителем.
- Хорошо. Я всегда верил в тебя. Все мы верим. Существует группа,
занимающаяся поведением в кризисных ситуациях. Разрабатывают рекомендации, как
вести себя, когда происходит трагедия, подобная той, что случилась вчера. Возможно,
они захотят обследовать тебя.
- Обследовать. Серьезное обследование?
- Да, - сказал Вудруфт.
Двухтонные облака из черного металла чуть заметно покачивались.
- Мы тут по горло заняты, - заметил Джон.
- Ничего такого, с чем парень вроде тебя не смог бы справиться. Зеллу, возможно,
понадобится твоя помощь в связи с этой непредвиденной суматохой со списком, ну и с
утверждением бюджета, конечно, но в основном мы прикрыты. Надо всего лишь
следовать его указаниям.
Вудруфт еще сильнее понизил свой голос:
- Надеялся, что смогу быть рядом с тобой, - как раз на этот случай, - но в
полдень у меня самолет.
Джон был уже достаточно искушен в искусстве не задавать вопросов.
- Это не входило в мои планы, но в мире происходят перемены, и управление
должно реагировать на них. Мы должны потушить огонь, не дав ему разгореться.
Пора спросить. Главное - выглядеть правдиво.
- Что-нибудь происходит... где-либо... о чем я должен знать - для того, чтобы
выполнять мою работу здесь?
Вудруфт пожал плечами:
- Обычные дела, все как всегда.
Вернись к этому:
- Сенатор Бауман, весь этот шум вокруг терроризма, я думаю, мне следует
обсудить это с Глассом и...
- Зелл разберется с Бауманом, - сказал Вудруфт. - Что же касается Гласса...
Полагаю, тебе не следует с ним встречаться.
- Мне казалось - вы ему симпатизируете.
- Я уважаю его, - сказал Вудруфт. - Он везунчик, как и ты. Везение - это то,
что тебе дается или не дается от рождения, но независимо от этого мы должны
относиться к нему с уважением.
- Гласс - везунчик?
- И еще какой, он женился на богатой женщине, что уже само по себе облегчает
жизнь, однако она... доставляет ему определенные хлопоты. Сорит деньгами направо и
налево, всякие благотворительные фонды, пожертвования в пользу обеих партий -
лишь потому, что она может это себе позволить. Светские рауты. Гласс тратит чертову
уйму времени на то, чтобы контролировать ее.
- Но ведь не это причина, по которой вы его не любите?
- Харлан... Харлан был отличным оперативником, как я уже говорил. Это хорошо,
что человек, занимавшийся оперативной работой, возглавляет центр по борьбе с
терроризмом. И он, и Аллен, и я прошли через многое: Бейрут и все такое.
- Однако...
- Однако Гласс придерживается слишком жесткой позиции. Он лоялен, но... Он
поддерживает эти идеи перемен. Подпускает свой ЦБТ слишком близко к основам, на
которых покоится благополучие нашего управления.
- Но его работа...
- "Работа", "обязанность" и "благоразумие" - все это необходимо для того, чтобы
поддерживать статус таких учреждений, как наше, Джон. Гласс не всегда смешивает их
в правильной пропорции. В отличие от тебя.
- Перемены - это один из законов жизни.
- Перемены должны находиться под контролем, - возразил Вудруфт. - Ты ведь
еще не сталкивался с этими проблемами? Как только это произойдет, твоя спокойная
жизнь на Капитолийском холме закончится.
Уйди в сторону:
- Я знаю, с чем имею дело.
С улыбкой похлопав его по спине, человек, которому Джон до сих пор доверял
больше, чем кому-либо другому в управлении, ушел, оставив его в одиночестве.
Глава 9
"Осторожность, - думал Джон, наблюдая сверху, как Вудруфт пересекает
внутренний двор, - спокойствие и осторожность".
Джон спустился вниз по винтовой лестнице. Навстречу ему попалась рыжая
секретарша сенатора от Флориды. Ее духи отдавали мускусом. Краем глаза она
проследила за тем, куда направился Джон.
На втором этаже он прошел через широкий холл, миновал офис комитета по
энергетике и природным ресурсам, повернул направо и, пройдя шагов двадцать, вновь
повернул направо, в узкий коридор.
У дверей комитета по делам разведки дежурил полицейский из службы охраны
Капитолия.
Джон показал ему свою сенатскую карточку, открыл портфель для беглого осмотра
и расписался в журнале.
- Как дела? - спросил полицейский. - Очень жаль твоего приятеля. Он был
отличным парнем.
- Да, - сказал Джон. - Спасибо.
- Тяжелый денек для ваших людей.
В длинном списке посетителей Джон успел заметить три явно вымышленные
фамилии с пометкой "Управление". Они пришли в 8:41 и ушли в 10:32.
- Похоже на то, - сказал Джон.
Полицейский впустил его в этот самый дорогой из всех офисов конгресса.
Комитет по делам разведки при сенате представлял собой лабиринт помещений, в
которых не было ни единого окна, в нем обитали 39 служащих сената. Все телефоны
были оборудованы системами защиты от прослушивания. Ни один гость не допускался
внутрь без сопровождения.
В лабиринте стоял гул. Щелкали кнопки клавиатур. Работали телевизоры,
настроенные на каналы Си-Спэн - кабельной сети, которая освещала слушания,
проходившие в конгрессе, события в зале заседания конгресса, а также передавала
выпуски новостей. За неделю до смерти Фрэнка разведывательное сообщество наконец
уступило нажиму комитета, и теперь в офисе можно было принимать сверхсекретные
новости и аналитические обзоры оборонно-разведывательной сети. Эта сеть впервые
вышла в эфир во время войны в Заливе, и первоначально ее пользователями были не
более тысячи должностных лиц в Пентагоне и девятнадцати других военных
подразделениях США.
Как только Джон закрыл за собой дверь, секретарша воскликнула:
- Джон пришел!
Его окружили коллеги. Заместитель управляющего пожал Джону руку.
- Мы все... Такая трагедия!
- Это все чертовы наркотики, - сказал помощник сенатора из Миннесоты.
- Если бы семьи не распадались... - начала женщина, приставленная к сенатору
от Монтаны; она бросила учебу в Гарварде, чтобы "набраться жизненного опыта в
реальном мире".
Ее перебил кремленолог, который, после того как распался Советский Союз,
переименовал себя в "эксперта по Центральной Европе":
- Необходимо просто перестрелять всех этих животных в человеческом обличье!
Заместитель управляющего поднял вверх руку, призывая к тишине.
- Мы... если кто-нибудь из нас может чем-то...
- Все нормально, спасибо.
- Мы тут скинулись. Как ты думаешь, что лучше, венок или цветы на завтрашнее
погребение?
- Цветы, на мой взгляд, более... приватно.
Высокопоставленный служащий отвел Джона в сторону.
- Председатель, естественно, тоже глубоко потрясен случившимся.
- Поблагодарите его за сочувствие.
- Вы будете по-прежнему пользоваться своим кабинетом?
- У мистера Зелла есть текущие дела. Я буду появляться здесь, когда понадобится.
Сенатский служащий кивнул.
- Ваши люди заходили сюда сегодня.
- Неужели?
- Отдел безопасности. Они заходили в круглый аквариум. Забрали личные вещи
Фрэнка. И еще какие-то бумаги.
- Вот как.
- У них были собственные мешки.
Джон поблагодарил его за участие. Идея разместить служащих ЦРУ,
осуществляющих взаимодействие с сенатом, в офисах соответствующих комитетов
родилась в бюрократических дебрях. Как в ЦРУ, так и в сенате были противники этого
плана; их докладные записки вопили о "лисе в курятнике", с одной стороны, и о
мальчиках для битья, которых заполучит конгресс, - с другой.
В конце концов даже сторонники жесткой линии в ЦРУ осознали, что "жертва",
которую они вынуждены были принести, оказалась не напрасной. После вьетнамской
войны ЦРУ заметно сдало свои позиции, и это при том, что службы технического
шпионажа, создаваемые Пентагоном, набирали обороты. Присутствие двух
представителей ЦРУ в сенате повышало престиж этого учреждения: военные службы
уже имели на Холме свой офис.
Место для комитета было выделено в Харт-билдинг.
Все называли его аквариумом. Аквариум был устроен в углу уже существовавших
апартаментов, поэтому было необходимо достроить лишь две стены. Одна была
бетонная, другая - стеклянная. Это означало, что "лисы" могли следить за
происходящим снаружи, а сторожевые псы - заглядывать внутрь. Это, конечно же,
никого не устраивало.
Поэтому были установлены вертикальные жалюзи, закрывающие стеклянную стену
аквариума снизу доверху. Они закрывались и открывались щелчком выключателя.
Так как ни одна из сторон не желала уступить право контроля за видимостью, то
пришлось устанавливать жалюзи с обеих сторон. Синие полупрозрачные пластины
скрывали все происходящее снаружи. Фрэнк и Джон взяли себе за привычку держать
жалюзи по возможности открытыми и всегда оставлять открытыми в конце рабочего
дня.
Этим утром жалюзи внутри аквариума были закрыты. Джон открыл хитроумную
систему запоров.
Вошел внутрь. Дверь за его спиной с легким щелчком захлопнулась.
Просачивающийся снаружи свет окрашивал комнату в мягкие голубые тона.
Стол Джона был пуст. Стол Фрэнка тоже. Абсолютно голыми были и стены, на
которых еще в понедельник висели календари и фотографии членов комитета.
Отсутствовали компьютеры. Ящики для папок были раскрыты и пусты. Пуст лоток для
бумаги в копировальной машине. На своем столе Джон обнаружил две скрепки для
бумаг и порванное резиновое колечко. Выдвижные ящики стола Фрэнка хранили одну
только пыль.
Джон выключил верхний свет и сел за свой стол. Сумрачный синий свет вызвал у
него ощущение, что он находится под водой.
Телефоны были защищены от прослушивания врагами.
А друзьями?
Джон набрал номер телефона. Линия звучала, как всегда, на третьем звонке
произошло соединение. Секретарь, взявший трубку, сообщил Джону, что "он" только
что пришел.
- Этим утром на нас совершили налет, - сказал Джон своему боссу Мигелю
Зеллу. - Люди из службы безопасности Корна - "Смит, Браун и Джонс". Они...
- Джон...
- ...они здесь все опустошили. Папки, компьютеры. Личные вещи Фрэнка и мои.
Ручки. Они взяли даже банку с кофе и...
- Ты неверно все истолковываешь.
Джон замолчал.
- Я прошу прощения за то, что не нашел времени, чтобы предупредить тебя, -
сказал Зелл. - Я сам узнал подробности только этим утром, когда мы возвращались в
штаб-квартиру с заместителем директора Алленом и... Корном.
- На вас не совершали "налета", - продолжал увещевать голос Зелла в телефон
ной трубке. - Катастрофа, случившаяся с Фрэнком, требует принятия некоторых мер
предосторожности.
Джон ничего не сказал в ответ.
- Не ошибается тот, кто ничего не делает. Возможно, мы несколько
перестарались.
- Я стараюсь не ошибаться. А есть еще какие-нибудь "меры предосторожности", о
которых я не знаю?
- Ничего такого, о чем тебе стоило бы беспокоиться, - сказал Зелл. - Слушания
уже фактически закончились, почему бы тебе не взять небольшой отпуск? Исчезнуть
на какое-то время?
Джон почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Будь осторожен:
- У меня были поручения. Некоторые дела, которые я должен закончить.
Зелл бросил в ответ "прекрасно" и попрощался. Некоторые дела, которые я
должен закончить. Раздался звонок в дверь офиса. Открыв дверь, он увидел Эмму
Норс.
- Можно к тебе? - спросила она.
Дверь защелкнулась за ее спиной. Джон уловил аромат ее кокосового шампуня,
когда она прошла мимо него.
- Что за чертовщина? - сказала она, разглядывая пустые столы и голые стены.
Она повернулась к Джону. - Только не говори мне, что ты уезжаешь.
У нее были большие голубые глаза. Печальные.
- Я не собираюсь никуда уезжать, - ответил Джон.
- Ты в порядке? Я звонила тебе прошлой ночью...
- Спасибо.
- Хотела убедиться... Такой ужас...
- Как ты узнала, что я здесь?
- Я видела тебя на слушаниях, но не была уверена, что ты пойдешь потом сюда,
и... я подкупила полицейского у входа, чтобы он позвонил мне, если ты появишься.
- Подкупила?
- Пообещала, что в следующий раз, когда мне понадобится что-нибудь передать
сюда, я пошлю это с Крисси. Это шикарная блондинка из моего офиса.
- О-о.
- Ловко, да? - Резкий смех. - По-моему, очень.
Эмме было тридцать два. На полголовы ниже Джона. Повернувшись к нему
спиной, она рассматривала пустые стены.
- Видимо, мне не стоит расспрашивать тебя о том, что произошло?
- У меня нет ни одного достойного ответа.
- Ну-ну.
Элегантная фигура. Округлые бедра. Красавица.
- Ты так и не ответишь мне? - Она подошла к столу Фрэнка. Походка
танцовщицы. Провела рукой по его поверхности, уселась на него, - Как ты?
- Все спрашивают. Я чувствую себя хорошо настолько... Что за идиотская фраза:
хорошо, насколько можно. Никогда не думал, что попаду в подобный переплет.
- Да, тебе здорово досталось. - Она покачала головой. - Но с тобой все будет в
порядке. Ты не похож на неудачника.
- Неудачника?
- Да. Тебя нелегко сломить. Скоро опять будешь как огурчик.
- Ты начиталась шпионских романов.
- Я не читаю их, и я знаю неудачников. Спроси моего бывшего.
- Уволь меня от этого. Я сильно сомневаюсь, что мы найдем с ним общий язык.
Она скрестила ноги. Очень привлекательные ноги. Короткая юбка открывала
колени. Ее голубые глаза блестели.
- Фрэнк... Черт, просто не могу поверить.
- Да уж.
- Это слишком ужасно, чтобы быть правдой.
Они оба помолчали. Потом она заставила себя улыбнуться:
- Хорош Бауман, нечего сказать! Читать инструкции своего помощника вслух!
Похоже, он впал в маразм!
- Что-то в этом роде, - сказал Джон.
- Интересно, как ваши парни, а не спецподразделение, собираются получить на
материалах Коркорана хорошие отзывы прессы, - заметила она.
- Мы просто распутаем это дело.
Джон позволил себе улыбнуться.
- В какое время мы живем? - сказала она. - Прошло всего лишь два месяца, а
взрыв заслуживает уже лишь четвертой страницы.
- Беда в том, что мы живем в интересное время.
- Когда любое событие привлекает внимание лишь ненадолго, - добавила она.
- Единственная хорошая новость, что я убедила людей Обета задавать на слушаниях
поменьше вопросов, касающихся нераспространения ядерного оружия в Центральной
Азии.
- Спасибо, это сильно облегчает нашу задачу.
- Я тоже так считаю, - сказала она.
- Чего добивается твой босс своими нападками на нас? - поинтересовался Джон.
- После шестидесятых годов он не испытывает к ЦРУ теплых чувств. - Она
улыбнулась. - Однако его позиция открыта для обсуждения.
- Чувствую, нам придется нелегко.
Они оба принялись рассматривать пустые стены. Возникла неловкая пауза. Джон
думал о том, что следует сказать Эмме. Он знал, что она тоже сначала обдумывала
слова, которые собиралась ему сказать. В большинстве случаев безо всякой задней
мысли. Автоматически. Вообще же они говорили на одном и том же языке. Знали одни
и те же песни. Оба выросли в небольших городках, учились в неэлитных школах. В
общем, их сближала не только работа.
"Сейчас, - подумал Джон, - необходимо быть крайне внимательным в выборе
слов".
- Слушай, ты не в курсе... Фрэнк занимался чем-нибудь особенным для тебя или
для твоего босса? - спросил Джон.
- Только не для меня. Почему ты спрашиваешь?
- Я пытаюсь сложить воедино разрозненные куски.
- Я могу тебе чем-нибудь помочь?
Аккуратней. Будь с ней аккуратней.
- Ты хорошо знаешь парня, который работает личным помощником сенатора
Фаерстоуна? - спросил он.
- Стива? Его персона интересует разведку?
- Да.
- Знаю немного. Они там все лихие ребята. Работать с ними? Такая новость
достойна газетной передовицы, но твой босс не пойдет на это. Конечно, в эти дни
никто не захочет разделить с Фаерстоуном газетные заголовки.
Меньше недели назад сенатор Чарльз Фаерстоун и женщина на тридцать четыре
года моложе его, задерживавшаяся ранее полицией за проституцию, получили
незначительные травмы, попав в аварию.
- Со Стивом все в порядке, - сказала Эмма. - Но его босса сейчас интересует
только одно, и это вовсе не надзор за ЦРУ и не законодательная деятельность. Сейчас
помощник Фаерстоуна наверняка поставлен перед выбором: или ему удается
предотвратить скандал в прессе, или ему придется искать себе другую работу. А
почему ты спросил про Стива? - поинтересовалась она.
- Ничего особенного. Я просто не очень хорошо его знаю.
- Ты всегда обманываешь женщин? - спросила Эмма.
- Обманывать всех и каждого - это моя работа.
- Прелестно!
Она улыбнулась. Тонкие губы. Алая помада.
Что делать?
Спросить ее и тем самым втянуть в это дело.
Позволить ей уйти и упустить шанс.
- Есть одно дело, в котором ты могла бы мне помочь. - Он сглотнул.
- Всего лишь одно?
Постарайся лгать не больше, чем это необходимо.
- Просто один парень задал мне странный вопрос.
- Член комитета? Помощник?
- Эй! Могу я иметь некоторые секреты!
- Да ну? Ну и что мне необходимо сделать?
- Он интересовался, известно ли мне что-нибудь о пребывании в Париже
американца, которого зовут Клиф Джонсон.
Эмма пристально посмотрела Джону в глаза:
- Никогда про такого не слышала.
- Я тоже. Этот парень не уверен, но он думает, что Джонсон умер в этом году.
- Бурный выдался годок.
- Да, бурный. Мне кажется, что этот ретивый помощник - просто дерьмо
собачье. Хочет заставить управление прыгать для него через кольца. Мне бы следовало
сразу же подробно расспросить его и вывести на чистую воду. Однако я не сделал
этого, а если я начну расспрашивать его сейчас, то буду выглядеть как круглый дурак, а
наш офис будет выглядеть некомпетентным.
- Ты вовсе не дурак, - уточнила она.
- Что, если мы сделаем следующее. Твой компьютер соединен с банком данных
по газетам библиотеки конгресса?
- А твой как будто нет? - Она еще раз оглядела ободранный офис. - По крайней
мере был подключен?
- Здесь такой бедлам... ну, ты знаешь.
- Да. Я знаю. Проклятый мир. - Эмма вздохнула: - Ты хочешь объявить розыск
этого Клифа Джонсона?
- Клифа Джонсона, и не надо суеты. Достаточно посмотреть "Интернэшнл
геральд трибюн", "Нью-Йорк таймс", парижские газеты, если сможешь.
Эмма нахмурилась:
- Да нет ничего проще. Такие вещи сможет сделать даже старшеклассник. Почему
ты просишь меня?
- Я не знаю старшеклассника, которому мог бы доверять.
Эмма насмешливо улыбнулась:
- А мне доверяешь.
- Если я прошу тебя о слишком многом...
- Не обращай внимания. Я сделаю это сег
...Закладка в соц.сетях
