Жанр: Триллер
Голубое нигде
...ом и Свэнгом.
Бишоп пролистал остальные распечатки, каждая страница содержала какие-то детали или
слухи о "Лазейке". Имя "Трипл-Х" упоминалось в нескольких из них.
Нолан постучала по одному из листов:
- Мы можем найти информацию в заголовке, которая приведет нас к машине Трипл-Х?
Джилет объяснил Бишопу и Шелтону:
- Заголовки посланий в сетевых конференциях или электронной почте показывают путь
сообщения, идущего от компьютера отправителя к машине получателя. Теоретически можно
посмотреть на заголовок и проследить сообщение обратно, чтобы обнаружить местоположение
компьютера отправителя. Но я уж проверил. - Он кивнул на страницу. - Они фальшивые.
Большинство серьезных хакеров подделывают заголовки, чтобы никто их не нашел.
- Значит, тупик? - пробормотал Шелтон.
- Я только быстро все просмотрел. Надо почитать еще раз, внимательно. - Джилет
кивнул на распечатки. - Потом я напишу собственный бот. Он будет искать любые
упоминания слов "Фейт", "Свзнг", "Лазейка" или "Трипл-Х".
- Настоящая рыбалка, - усмехнулся Бишоп. - Только через "ph" .
Все в написании... Тони Мотт предложил:
- Давайте позвоним в СЕРТ. Узнаем, слышали ли они что-нибудь.
Хотя сама организация это отрицает, все гики в мире знают, что аббревиатура означает
группу компьютерной "скорой помощи". СЕРТ располагается в Питсбурге, на территории
Карнеги-Мелон, и является центром обмена информации о вирусах и других компьютерных
угрозах. Она также предупреждает системных администраторов о предстоящих атаках хакеров.
Бишоп кивнул:
- Давайте позвоним.
Нолан добавила:
- Но не говорите ничего об Уайетте. СЕРТ связана с министерством обороны.
Мотт позвонил и поговорил с каким-то своим знакомым в организации. После короткого
разговора повесил трубку.
- Они никогда не слышали ни о "Лазейке", ни о чем подобном. Хотят, чтобы мы
держали их в курсе.
Линда Санчес смотрела на фотографию дочери Энди Андерсена на его столе. Потом
встревоженно прошептала:
- Значит, в Интернете никто не остается в безопасности.
Джилет заглянул в круглые карие глаза женщины.
- Фейт может узнать все ваши секреты. Может притвориться вами, прочитать вашу
медицинскую карточку. Опустошить ваш банковский счет, сделать незаконные политические
заявления от вашего лица, сотворить вам фальшивого любовника и послать вашей жене или
мужу копии фальшивых любовных писем. Может устроить вам увольнение с работы.
- Или, - тихо добавила Патриция Нолан, - убить вас.
- Мистер Холлоуэй, вы с нами? Мистер Холлоуэй!
- Гм?
- "Гм?", "Гм?" Разве так отвечает приличный студент? Я дважды задавал вам вопрос, а
вы все смотрите в окно. Если не будете делать домашние задания, у нас возникнут проб...
- Какой был вопрос?
- Дайте мне закончить, молодой человек. Если вы не будете делать домашние задания, у
нас возникнут проблемы. Вы знаете, сколько достойных студентов жаждут поступить в эту
школу? Конечно, не знаете и не хотите знать. Вы читали задание?
- Не совсем.
- "Не совсем". Понимаю. Итак, вопрос: дайте определение восьмеричной системы и
вычислите двоичный эквивалент восьмеричных чисел 05726 и 12438. Но зачем вам вопрос,
когда вы даже не читали задание? Вряд ли вы сможете ответить...
- Восьмеричная система - система счисления, имеющая восемь символов, так же как
десятичная - десять, а двоичная - два.
- Так. Значит, вы помните кое-что с канала "Дискавери".
- Нет, я...
- Если вы так много знаете, почему бы вам не выйти к доске и не перевести для нас
данные числа? К доске, быстро к доске!
- Мне не надо их выписывать. Восьмеричное число 05726 соответствует десятичному
3030. Со вторым числом вы ошиблись, 12438 - не восьмеричное число. В восьмеричной
системе нет цифры восемь. Только от нуля до семи.
- Я не ошибся, а специально задал вопрос с подвохом. Хотел проверить реакцию класса.
- Как скажете.
- Ладно, мистер Холлоуэй, пришло время навестить директора.
Сидя в офисе-столовой в своем доме в Лос-Альтосе и слушая диск Джеймса Эрла
Джоунса "Отелло", Фейт просматривал файлы юного персонажа, Джеми Тернера, и планировал
вечернее посещение академии Святого Франциска.
Но мысли о студенте навели на воспоминания о собственном академическом прошлом -
в голову пришел эпизод с первокурсником на высшей математике. Ранние ученические годы
Фейта пошли по вполне предсказуемому пути. В первом семестре он получал только отличные
оценки. Но уже весной сваливался на двойки-тройки. Просто первые несколько месяцев Фейт
еще мог переносить эту скуку, но потом даже необходимость идти в класс становилась сущим
наказанием, поэтому он пропускал большинство уроков второго семестра.
Затем родители переводили его в другую школу. И все начиналось сначала.
Мистер Холлоуэй, вы с нами?
Именно в этом и заключалась проблема Фейта. Нет, в сущности, он не был ни с кем, он
находился в нескольких световых годах впереди.
Преподаватели старались. Они помещали его в классы для одаренных, а потом
подключали к программам для одаренных детей продвинутого уровня, но его ничто не
интересовало. А начав скучать, Фейт становился злобным садистом. Учителя, как бедный
мистер Каммингс, математик с первого курса, после инцидента с восьмеричным числом,
переставали вызывать его в страхе, что он будет высмеивать их самих и их ограниченные
умственные возможности.
Через несколько лет родители - оба ученые - просто опустили руки. Занявшись
собственной жизнью (отец инженер-электрик, мать химик в косметической компании), они с
радостью сдавали мальчика после школы армии репетиторов - практически покупая себе
дополнительное время на работу. Они приноровились подкупом заставлять старшего брата
Фейта, Ричарда, занимать ребенка, что обычно заканчивалось подбрасыванием мальчика с
сотней долларов в руке до галереи игровых автоматов в Атлантик-Сити или до ближайшего
торгового центра в десять утра и встречей братьев через двенадцать часов.
Что до одноклассников... они, конечно, не любили Фейта с самого начала. Он становился
Башкой, или Джоном Башкой, или мистером Волшебником. Они избегали его вначале, и по
мере продвижения семестра беспощадно дразнили и оскорбляли. По крайней мере никто не
собирался его бить. Как сказал один футболист: "Даже чертова девчонка сможет вытрясти из
него душу. По мне, не стоит и рук марать".
Чтобы не дать напряжению кипящего мозга разорвать себя на части, Фейт проводил все
больше и больше времени в мире, бросавшем вызов его интеллекту: в мире машин. Так как
мама с папой с радостью тратили деньги, только бы избавиться от обузы, он всегда получал
лучшие персональные компьютеры, которые только можно достать.
В обычный день Холлоуэй вначале кое-как пережидал уроки, потом мчался домой и
исчезал в своей комнате, где пускался в чаты, взламывал коммутаторы телефонных компаний
или проникал в машины Национального научного бонда, Центра контроля заболеваний,
Пентагона, Лос-Аламоса, Гарварда или Европейской организации по ядерным исследованиям.
Родители предпочитали ежемесячные счета за телефон на восемьсот долларов альтернативе -
пропущенной работе и бесконечной череде встреч с учителями и преподавателями - и со
счастливой улыбкой выписывали чеки для "Белл Нью-Джерси".
Однако мальчик явно скатывался по наклонной плоскости - его повышенная
замкнутость и злобные выпады вне Интернета стали очевидны.
Но прежде чем он успел опуститься на дно и, как потом Фейт размышлял задним числом,
последовать примеру Сократа с каким-нибудь хитрым ядом, чей рецепт загрузил из сети,
кое-что произошло.
Шестнадцатилетний парень наткнулся на форум, где люди играли в
многопользовательскую сетевую игру. Та конкретная игра проходила в средних веках -
рыцари в поисках магического меча или кольца и тому подобное. Он пару минут наблюдал, а
потом застенчиво набрал вопрос:
Можно мне присоединиться к игре?
Один из постоянных игроков тепло приветствовал его и спросил:
Кем ты хочешь быть?
Юный Джон решил стать рыцарем и счастливо отправился с несколькими братьями в
путь, убивая орков, драконов и вражеские войска следующие восемь часов. Той ночью, после
отключения, лежа в кровати, он не мог перестать думать о замечательном дне. Ему пришло в
голову, что необязательно быть Джоном Башкой или всеми презираемым мистером
Волшебником. Весь день он был рыцарем в сказочной стране Кирании, счастливым рыцарем.
Может, и в реальном мире получится кем-то стать.
Кем ты хочешь быть?
На следующий день он записался в школьный кружок, о чем ранее никогда и не
помышлял. Выбрал театр. И вскоре понял, что обладает природной способностью играть.
Остальное время в данной конкретной школе проходило не лучше, чем раньше, - слишком
много крови попортили ему преподаватели и одноклассники, - но Фейт не обращал внимания,
у него созрел план. В конце семестра он попросил родителей перевести его на следующий
предпоследний год обучения в другую школу. Те согласились, поскольку парень взял всю
бумажную работу на себя и обещал, что перевод не нарушит их распорядка.
Следующей осенью среди страждущих студентов, записавшихся на учебу в школу имени
Томаса Джефферсона для одаренных, появился особенно настойчивый молодой человек по
имени Джон Патрик Холлоуэй.
Преподаватели просматривали документацию, присланную по электронной почте из его
предыдущих школ, - аттестаты, показывавшие отличные оценки с самого детского сада, яркие
характеристики воспитателей, описывающие прекрасно освоившегося в обществе ребенка, его
выдающиеся отметки по тестам и некоторое количество рекомендательных писем от бывших
учителей. Личное собеседование с вежливым молодым человеком, производящим отличное
впечатление в темно-коричневых брюках, светло-голубой рубашке и синем свитере, прошло
замечательно, и его приняли в школу с распростертыми объятиями.
Мальчик вовремя выполнял задания и редко пропускал занятия. Он всегда получал
хорошие и отличные оценки - как любой другой студент в школе Томаса Джефферсона.
Прилежно учился и занимался несколькими видами спорта. Сидел на травянистом склоне за
школой, где собиралась его компания, украдкой курил сигареты и шутил о гиках и
неудачниках. Встречался с девушками, ходил на танцы, изготавливал поплавки. Как все.
Сидел на кухне Сьюзан Коин, залезал ей под блузку и наслаждался ее объятиями. Они с
Билли Пикфордом брали старомодный "корвет" отца, выезжали на шоссе, где носились со
скоростью в сотню миль в час, потом мчались домой, где разбирали и перекручивали назад
одометр.
Иногда веселился, иногда печалился, иногда задирался.
Как все.
В возрасте семнадцати лет Джон Холлоуэй при помощи социального инжиниринга
превратил себя в самого нормального и популярного парня в школе.
Он обладал такой популярностью, что похороны его родителей и брата стали самыми
посещаемыми в истории маленького городка в Нью-Джерси, где он жил. (Друзья семьи
отмечали, что юный Джон чудом спасся, выйдя отнести в ремонт компьютер ранним субботним
утром, когда трагический взрыв газа унес жизни его семьи.)
Джон Холлоуэй взглянул на свою жизнь и решил, что Бог и родители опустили его
настолько, что единственный шанс выжить - смотреть на действительность как на большую
многопользовательскую игру.
И теперь он опять будет играть.
Кем ты хочешь быть?
В подвале своего чудесного загородного дома в Лос-Альтос Фейт смыл кровь с ножа
"Ка-Бар" и принялся точить его, наслаждаясь свистом лезвия от прикосновения к стали,
которую купил в "Вильямс-Сонома".
Именно этим ножом он защекотал до остановки сердце очень важного персонажа игры -
Энди Андерсена.
Вжик, вжик, вжик...
Доступ...
Пока Фейт натачивал нож, в безупречной памяти всплыл отрывок из статьи "Жизнь в
Голубом Нигде", тщательно переписанной в хакерский блокнот несколько лет назад:
"Граница между реальным миром и миром машин становится в наше время все более и
более смутной. Но дело не в том, что люди превращаются в автоматы или становятся рабами
машин. Нет, люди и машины просто приближаются друг к другу. Мы подчиняем машины
нашим целям и природе. В Голубом Нигде машины влияют на нашу личность и культуру -
язык, мифы, метафоры, философию и дух.
А личности и культуры, в свою очередь, меняются в самом мире машин все больше и
больше.
Подумайте о холостяке, привыкшем возвращаться домой после работы, есть суррогаты и
смотреть всю ночь телевизор. Теперь он обращается к компьютеру и входит в Голубое Нигде,
место, где они с машиной взаимодействуют, - он ощущает клавиатуру пальцами,
обменивается фразами, ему бросают вызов. Он не может больше оставаться пассивным. Ему
необходимо ввести команду, чтобы получить ответ. Он открывает новую ступень
существования, и причина в том, что машины пришли к нему. Они говорят на его языке.
К счастью или к несчастью, машины теперь отражают человеческие голоса, души, сердца
и жизненные цели.
К счастью или к несчастью, они отражают человеческий разум или же отсутствие разума".
Фейт закончил точить лезвие и вытер его. Положил в шкафчик для обуви и вернулся
наверх, чтобы обнаружить, что его деньги как налогоплательщика тратятся не зря.
Суперкомпьютеры Центра исследования защиты как раз закончили работать с программой
Джеми Тернера и раскололи пароль к воротам академии Святого Франциска. Сегодня вечером
он будет играть.
"К счастью или к несчастью..."
После двадцати минут просмотра распечаток Джилета команда так и не нашла ни одной
зацепки. Хакер сел за рабочую станцию писать код для бота, который продолжит поиски в сети.
Потом остановился и поднял голову.
- Нам надо сделать одну вещь. Рано или поздно Фейт поймет, что у вас есть хакер, и,
возможно, придет за нами, чтобы я не нашел его. - Он повернулся к Стивену Миллеру: - К
каким внешним сетям вы имеете здесь доступ?
- К двум: к Интернету через наш собственный домен. Им ты пользовался, чтобы выйти в
сеть. Еще мы подключены к "ISLEnet".
Санчес объяснила значение аббревиатуры:
- Это Интегральная сеть правоохранительных органов штата.
- Она изолирована?
Изолированная сеть состоит из машин, соединенных друг с другом только кабелями, так
что никто не может взломать ее через телефонную линию или Интернет.
- Нет, - сказал Миллер. - Можно подключиться откуда угодно, но необходимо знать
пароль и пройти через несколько брандмауэров.
- В какие внешние сети я могу попасть через "ISLEnet"?
Санчес пожала плечами.
- В любую систему федеральной полиции или полиции штата по всей стране - ФБР,
разведка... даже Скотланд-Ярд и Интерпол. Сработает.
Мотт добавил:
- Так как мы являемся центром по расследованию всех компьютерных преступлений
штата, ОРКП имеет особый корневой каталог в "ISLEnet". И у нас есть доступ к большему
количеству машин и сетей, чем у остальных.
Джилет сказал:
- Тогда нам придется порвать связь.
- Эй-эй-эй, тайм-аут, тайм-аут, - возмутился Миллер. - Порвать связь с "ISLEnet"?
Мы не можем.
- Придется.
- Почему? - спросил Бишоп.
- Потому что если Фейт попадет к нам с демоном "Лазейки", он сможет выйти прямо в
"ISLEnet". И в таком случае получит доступ ко всем сетям правоохранительных органов, к
которым она подключена. Катастрофа.
- Но мы пользуемся "ISLEnet" сотню раз на дню, - запротестовал Шелтон. - Базы
данных автоматического определения отпечатков пальцев, предупреждения, списки
подозреваемых, файлы по делу, исследования...
- Уайетт прав, - перебила Патриция Нолан. - Вспомните, убийца уже взломал
ВИКАП, две полицейские базы данных. Мы не можем рисковать, пуская его в другие системы.
Джилет подтвердил:
- Если вам понадобится "ISLEnet", придется ехать куда-то в другое место - например, в
главное управление.
- Смешно, - ответил Стивен Миллер. - Мы не можем ехать за пять миль, чтобы
подключиться к базам данных. Расследование только затянется.
- Мы и так уже плывем против течения, - не согласился Шелтон. - Преступник
опережает нас. Не надо предоставлять ему новые привилегии.
Он умоляюще взглянул на Бишопа.
Худощавый детектив посмотрел вниз на неряшливый конец рубашки и заправил его в
штаны. Потом проговорил:
- Валяйте. Делайте, что он говорит. Обрежьте связь.
Санчес вздохнула.
Джилет быстро набрал команды, обрывающие внешние связи, Стивен Миллер и Тони
Мотт с несчастным видом наблюдали за его действиями. Он также переименовал домен ОРКП
в caltourism.gov, усложнив задачу для Фейта, если тот попытается выследить и взломать их
систему. Потом закончил работу и взглянул на команду.
- И еще одно... С настоящего момента никто не выходит в сеть, кроме меня.
- Почему? - спросил Шелтон.
- Потому что только я могу почувствовать присутствие демона "Лазейки" в нашей
системе.
- Как? - кисло спросил прыщавый коп. - Горячая линия друзей медиума?
Джилет ровным голосом ответил:
- Чувство клавиатуры, задержка в ответе системы, звуки жесткого диска - я упоминал
ранее.
Шелтон покачал головой. И спросил Бишопа:
- Ты же не собираешься мириться и с этим? Вначале нам вообще не полагалось
позволять ему подключаться, а закончилось тем, что он уже исколесил весь чертов Интернет.
Теперь он говорит, что только он один может туда лазить, а мы - нет. Все перевернулось с ног
на голову, Фрэнк. Он что-то затевает.
- Я просто знаю, что делаю, - заспорил Джилет. - Когда становишься хакером,
начинаешь чувствовать машину.
- Согласен, - заметил Бишоп.
Шелтон беспомощно поднял руки. Стивен Миллер не повеселел ни на йоту. Тони Мотт
ласкал рукоятку своего большого пистолета и, казалось, думал не о машинах, а о том, как же он
хочет наконец взять на мушку убийцу.
Зазвонил телефон Бишопа, он ответил. Послушал пару минут и не то чтобы улыбнулся, но
на лице его проявились хоть какие-то эмоции. Детектив подхватил ручку и принялся
набрасывать заметки. Через пять минут отключил телефон и взглянул на команду.
- Теперь нам больше не придется называть его Фейтом. У нас появилось настоящее имя
преступника.
Глава 00001101/тринадцать
- Джон Патрик Холлоуэй.
- Холлоуэй?! - Патриция Нолан почти взвизгнула от удивления.
- Вы его знаете? - спросил Бишоп.
- О, конечно. Как и большая часть людей из компьютерной безопасности. Но никто не
слышал о нем уже много лет. Я думала, Холлоуэй стал законопослушным гражданином или
умер.
Бишоп обратился к Джилету:
- Мы нашли его благодаря тебе - то предположение о версии "Unix" с восточного
побережья. Полиция штата Массачусетс сравнила отпечатки и получила подтверждение.
Бишоп прочитал свои заметки.
- У меня маленькая история. Ему двадцать семь лет. Родился в Нью-Джерси. Родители и
единственный брат умерли. Учился в Рутгерсе и Принстоне, хорошие оценки, превосходный
программист. Пользовался популярностью среди студентов, посещал множество кружков.
После выпуска приехал сюда и получил работу в "Сан Майкросистемс", занимался
исследованиями суперкомпьютеров и искусственного разума. Уволился и перешел в "НЭК".
Потом работал на "Эппл", в Купертино. Годом позже вернулся на восточное побережье,
занялся моделированием продвинутых телефонных коммутаторов в "Вестерн электрик" в
Нью-Джерси. Потом получил место в научной компьютерной лаборатории Гарварда. Кажется,
он олицетворял собой безупречного служащего - игрок команды, участник кампании
"Объединенный путь" и тому подобное.
- Типичный кодировщик - оператор микросхем среднего класса из Кремниевой
долины, - подвел итог Мотт.
Бишоп кивнул.
- Кроме одной проблемы. Днем он играл роль мистера Добропорядочного Гражданина, а
ночью занимался хакингом и руководил кибербандами. Наиболее известная из них - Рыцари
Доступа. Он основал ее с другим хакером, неким Человеком Долины. Настоящее имя
последнего неизвестно.
- РД? - переспросил Миллер озабоченно. - Они принесли немало хлопот. Напали на
Мастеров Зла - банду из Остина. И на Обманщиков из Нью-Йорка. Он взломал серверы обеих
банд и послал их файлы в главный офис ФБР в Манхэттене. Половину арестовали.
- Возможно, именно Рыцари на два дня отключили "девять-один-один" в Окленде, -
просматривая свои записи, заметил Бишоп. - В результате несколько человек погибли, -
вызывали неотложку, а она так и не приехала. Но прокурор округа ничего не смог доказать.
- Сволочи, - сплюнул Шелтон.
Бишоп продолжил:
- Холлоуэй тогда не назывался Фейтом. Он избрал ник Явная Смерть.
Он повернулся к Джилету:
- Ты знаешь Холлоуэя?
- Не лично. Но слышал о нем. Каждый хакер слышал. Он возглавлял список
волшебников несколько лет назад.
Бишоп вернулся к записям.
- Кто-то накапал на Холлоуэя, когда он работал на Гарвард, и полиция штата
Массачусетс почтила его визитом. Оказалось, что вся его жизнь - фальшивка. Он воровал
софтвер и части суперкомпьютеров у Гарварда и продавал их. Полиция связалась с "Вестерн
электрик", "Сан", "НЭК" - всеми его работодателями - и, похоже, там Холлоуэй занимался
тем же самым. Он сбежал из Массачусетса, и никто не слышал о нем три или четыре года.
Заговорил Мотт:
- Давайте достанем файлы из Массачусетса. Из полиции штата. Там обязательно
найдется пара хороших зацепок, которые мы сможем использовать.
- Исчезли, - ответил Бишоп.
- Он и эти файлы уничтожил? - угрюмо спросила Линда Санчес.
- А как же! - фыркнул Бишоп и посмотрел на Джилета. - Можешь изменить своего
бота? Добавь имена Холлоуэя и Человека Долины.
- Раз плюнуть.
Джилет заново начал вводить код.
Бишоп позвонил Гуэрто Рамиресу и поговорил с ним пару минут. Повесив трубку,
повернулся к команде:
- Гуэрто говорит, что на месте убийства Энди Андерсена улик нет. Он собирается
проверить имя Джона Патрика Холлоуэя через ВИКАП и сети штата.
- Быстрее просто залезть в "ISLEnet", - пробормотал Стивен Миллер.
Бишоп проигнорировал поддевку и продолжил:
- Потом он возьмет копию фотографии Холлоуэя в Массачусетсе. Они с Тимом
Морганом оставят несколько фотографий по Маунтин-Вью, рядом с магазином театральных
товаров, на случай если Фейт снова отправится за покупками. Потом позвонят всем его бывшим
работодателям, чтобы получить любые внутренние отчеты о преступлениях.
- Если предположить, что они все еще целы, - пессимистично пробормотала Санчес.
Бишоп посмотрел на часы. Почти четыре. Он покачал головой.
- Надо шевелиться. Если он поставил целью убить как можно больше людей за неделю,
то скорее всего преступник уже наметил новую жертву.
Он взял маркер и начал переносить свои заметки из блокнота на белую доску.
Патриция Нолан кивнула на доску, где слово "Лазейка" выделялось черным цветом. И
сказала:
- Вот оно, преступление нового века. Насилие.
- Насилие?
- В двадцатом веке люди воровали деньги. Теперь воруют секреты, фантазии, личную
жизнь.
Доступ - бог...
- Но все-таки, - размышлял Джилет, - надо признать, что "Лазейка" просто
великолепна. Совершенная программа.
Позади него раздался гневный голос:
- Совершенная? То есть как?
Джилет не удивился, что вопрос исходил от Боба Шелтона.
- Я имел в виду простой и мощный софтвер.
- Иисусе! - вздохнул Шелтон. - Выглядит так, будто ты сам хотел бы написать
подобное чудовище?
Джилет пожал плечами:
- "Лазейка" - поразительная программа. Я не понимаю, как она работает, но хотел бы
понять. Вот и все. Просто любопытно.
- Любопытно? По-моему, ты кое-что запамятовал: он с ее помощью убивает людей.
- Я...
- Ты, ослиная задница... Для тебя это тоже игра, так? Ты такой же, как и он!
Он выскочил из ОРКП, крикнув Бишопу:
- Давай уберемся отсюда и найдем свидетеля. Вот так мы и прижмем сволочь. Без всякой
компьютерной чуши!
Какой-то момент никто не двигался. Команда неловко рассматривала белую доску, или
компьютерные терминалы, или пол.
Бишоп кивнул Джилету, приглашая его за собой в кухоньку. Там детектив налил кофе в
стаканчик из пенопласта.
- Дженни, моя жена, держит меня в рамках, - сказал Бишоп, глядя на черную
жидкость. - Люблю кофе, но из-за него у меня появились проблемы со здоровьем. Следующая
ступень - язва, как говорит доктор. Как-то дико звучит, правда? Будто я специально
тренируюсь, чтобы ее заработать.
- А у меня рефлюкс, - отозвался Джилет. Он коснулся своей груди. - Как у
большинства хакеров. От кофе и содовой.
- Слушай, насчет Боба Шелтона... С ним произошло кое-что несколько лет назад.
Детектив хлебнул кофе, взглянул вниз на непокорную рубашку. И снова, как всегда,
заправил ее в штаны.
- Я читал письма из твоего досье - электронные послания от отца с просьбой о
помиловании к судье. Похоже, у вас отличные отношения.
- Действительно отличные, да, - кивнул Джилет. - Особенно после смерти матери.
- Ну, тогда, я думаю, ты поймешь. У Боба был сын.
- Был?
- Он его очень любил - как твой отец, похоже, любит тебя. Только несколько лет назад
ребенок погиб в автомобильной катастрофе. Ему исполнилось шестнадцать. Боб с тех пор сам
не свой. Я знаю, что прошу невозможного, но постарайся с ним помягче.
- Мне жаль.
Джилет внезапно вспомнил о своей бывшей жене. Как он проводил часы в тюрьме, жалея,
что больше не женат, мечтая, чтобы у них с Элли родился сын или дочь, удивляясь, как он мог
так скверно вляпаться и потерять шанс на полноценную семью.
- Я постараюсь.
- Спасибо.
Они вернулись в главный офис. Джилет снова сел за рабочую станцию. Бишоп кивнул на
стоянку.
- Мы с Бобом проверим свидетеля у "Веста гриль".
- Детектив, - встал Тони Мотт. - Можно мне с вами?
- Зачем? - нахмурился Бишоп.
- Думал, смогу помочь - здесь у вас хватит людей для компьютерной части дела -
Уайетт, Патриция, Стивен. А я бы помог опрашивать свидетелей.
- Ты когда-нибудь опрашивал свидетелей?
- Конечно. - Через пару секунд он усмехнулся. - Ну, не после совершения
преступления, на улице. Но брал интервью у многих людей в режиме реального времени.
- Может, позже, Тони. Думаю, мы с Бобом справимся вдвоем.
Он вышел из офиса.
Молодой коп вернулся к своей рабочей станции, явно расстроенный. Джилет гадал,
огорчился ли он из-за того, что ему не дали пообщаться с гражданскими, или на самом деле
ждал шанса использовать свой огромный пистолет, чья рукоятка билась о мебель в офисе.
Через пять минут Джилет закончил бот.
- Готов, - объявил он.
Подключил
...Поділитися у соцмережах
