Жанр: Триллер
Голубое нигде
...ре рядом с лабораторией и
сложил на груди руки, как вышибала с плохим характером.
"Если ты вдруг сделаешь малейшее движение, которое мне не понравится, кому-то сильно
не поздоровится...".
В лаборатории Джилет прошел к машине Лары Гибсон. Ничем не примечательный,
устаревший аналог "IBM".
Однако для начала он не стал ничего делать с ее компьютером. Сел рядом с рабочей
станцией и написал клудж - черновую версию программы. Через пять минут закончил с
исходным кодом. И назвал программу "Детектив", потом компилировал и скопировал ее на
загрузочный диск, полученный от Санчес. Вставил диск в дисковод машины Лары Гибсон.
Включил компьютер, дисководы приятно, знакомо зажужжали и защелкали.
Сильные пальцы Уайетта Джилета с радостью скользнули на прохладный пластик
клавиш. Он поставил кончики пальцев, затвердевшие от стольких лет битья по клавиатуре, на
крошечные выступы ориентировочных клавиш "о" и "а". Загрузочный диск миновал "Windows"
компьютера и направился прямо к менее известному "Microsoft DOS" - знаменитой дисковой
операционной системе, которая является базой для более доступных для пользователя окон. На
черном экране быстро вспыхнуло "С:\".
Сердце хакера учащенно забилось, когда он увидел гипнотически пульсирующий курсор.
Потом, не глядя на клавиатуру, Джилет нажал клавишу "d" - первую букву в его
командной строке, "detective.ехе", она запустит программу.
В Голубом Нигде время течет иначе, чем в известном нам реальном мире, и в тысячную
долю секунды после того, как Уайетт Джилет нажал клавишу, случилось следующее:
электрический заряд, летящий по плате под клавишей "d", слегка изменился;
процессор клавиатуры заметил изменение в текущем состоянии и передал сигнал
прерывания самому компьютеру, тот моментально послал дюжину заданий, выполняющихся на
данный момент, на склад памяти, известный как стек, и затем создал специальный
приоритетный путь для кодов, идущих от клавиатуры;
код для буквы "d" процессор клавиатуры направил по этому пути в главную
компьютерную систему ввода-вывода - BIOS - она проверила, не нажал ли Уайетт Джилет
смену регистра, клавишу управления или обе одновременно с "d";
удостоверившись в обратном, BIOS перевела клавишный код для маленькой "d" в другой,
свой американский стандартный код обмена информацией, а его, в свою очередь, послала на
графический адаптер компьютера;
адаптер перевел код в цифровой сигнал, переправил его к электронным пушкам в задней
части монитора;
пушки выстрелили сгустком энергии на химическое покрытие экрана. И как по
мановению волшебной палочки, белая буква "d" зажглась на черном экране в реальности.
Все за доли секунды.
И в оставшееся от секунды время Джилет напечатал остальные буквы своей команды,
"elective.ехе", и нажал клавишу ввода правым мизинцем.
Появилось больше букв и графики, и вскоре, как хирург в поисках неуловимой опухоли,
Уайетт Джилет принялся осторожно "прощупывать" компьютер Лары Гибсон - единственное,
что осталось от женщины, пережило варварское нападение, сохранило тепло и кое-какие
воспоминания о том, кем была его хозяйка и что она сделала за свою короткую жизнь.
Глава 00000111/семь
"Он идет в типичной хакерской неуклюжей манере", - подумал Энди Андерсен,
наблюдая за возвращающимся из лаборатории Уайеттом Джилетом.
Люди, занимающиеся машинами, обладают самой плохой осанкой из всех
профессионалов.
Уже почти одиннадцать утра. Хакер потратил на компьютер Лары Гибсон только полчаса.
Боб Шелтон, теперь тащивший Джилета обратно в главный офис, спросил, к явному
раздражению хакера:
- Ну, и что ты нашел?
Вопрос задавался таким холодным тоном, что Андерсен начал гадать, почему Шелтон так
наседает на молодого человека - особенно если вспомнить, что хакер помогает им справиться
с делом, на которое детектив вызвался сам.
Джилет проигнорировал прыщавого копа, сел на вертящийся стул и открыл свой блокнот.
Наконец заговорив, он обратился к Андерсену:
- Здесь есть несколько странных моментов. Убийца был в ее компьютере. Он взял
корневой каталог...
- Черт возьми, - пробормотал Шелтон. - Взял что?
Джилет объяснил:
- Взять корневой каталог означает получить полный контроль над компьютерной сетью
и всеми машинами, в нее входящими.
Андерсен добавил:
- Если есть доступ в корневой каталог, можно переписать программы, уничтожить
файлы, добавить разрешенных пользователей, убрать их, подключиться к сети в качестве
кого-то другого.
Джилет продолжил:
- Но я не могу понять, как он это сделал. Единственное, что я нашел необычным,
несколько перепутанных файлов - я думал, там какой-то зашифрованный вирус, но оказалось,
просто мусор. На машине нет даже следа какой-либо программы, которая позволила бы ему
проникнуть внутрь.
Взглянув на Бишопа, он пояснил:
- Понимаете, я могу загрузить в ваш компьютер вирус, и он позволит мне найти путь к
вашей машине и пробраться внутрь откуда угодно, в любое время, без всякого пароля. Их
называют вирусами "черного хода" - вы будто бы проникаете внутрь дома через заднюю
дверь. Но чтобы они заработали, мне придется каким-то образом реально установить софтвер
на ваш компьютер и активировать его. Я могу послать его вам как приложение к электронному
сообщению, скажем, и вы активируете его, открыв приложение, не зная, что там находится. Или
я могу проникнуть в ваш дом, установить его на ваш компьютер и активировать сам. Но такой
вариант отпадает за неимением улик. Нет, он нашел какой-то другой путь.
Хакер оказался пламенным оратором, заметил Андерсен. Его глаза сияли с тем же
самозабвенным воодушевлением, какое детектив не раз замечал у молодых гиков - даже тех,
что, сидя на скамье подсудимых, практически свидетельствовали против самих себя, описывая
свои достижения судье и присяжным.
- Тогда откуда ты знаешь, что он нашел путь? - спросила Линда Санчес.
- Я написал клудж.
Он передал Андерсену дискету.
- Что он делает? - спросила Патриция Нолан, в которой, как и в Андерсене, взыграло
профессиональное любопытство.
- Он называется "Детектив". И ищет то, что находится вне компьютера. - Он объяснил
для не принадлежащих к ОРКП копов: - Когда ваш компьютер работает, операционная
система - например, "Windows" - сохраняет части необходимых ей программ на жестком
диске. Существует схема: куда и когда она сохраняет файлы.
Показав на дискету, хакер продолжил:
- Он показывает мне, что большинство частей программ перемещали в другие места на
жестком диске. Бессмысленно, если только кто-то не просматривал ее компьютер из другого
места.
Шелтон покачал головой в замешательстве. Фрэнк Бишоп заметил:
- То есть примерно так же ты знаешь, что в доме был преступник, хоть он и ушел до
твоего возвращения, потому как он передвигал мебель и не вернул ее на место.
Джилет кивнул:
- Точно так.
Энди Андерсен - такой же волшебник в определенных областях - взвесил тонкий диск
в ладони. Он не мог сдержать восхищения. Решаясь попросить помощи Джилета, коп
просматривал программы хакера, которые обвинение прилагало в качестве улик. После
изучения превосходных кодов Андерсену пришли на ум две вещи. Первое: если кто и сможет
вычислить, как преступник проник в компьютер Лары Гибсон, так это Уайетт Джилет. Второе:
он испытывал болезненную зависть к способностям молодого человека. По всему миру
существует около десяти тысяч "кододробилок" - людей, спокойно штампующих короткие,
эффективные скрипты для мелких задач, и примерно столько же "кроликов-программистов" -
детей, пишущих безусловно творческие, но нелепые и большей частью бесполезные
программы, просто ради развлечения. И только несколько кодировщиков обладают
одновременно и видением концепции "изящного" софтвера, и способностью его создавать.
Уайетт Джилет оказался как раз таким специалистом.
И снова Андерсен заметил, как Фрэнк Бишоп отсутствующим взглядом обводит комнату,
явно находясь совсем в другом месте. Он гадал, не стоит ли позвонить в главное управление и
попытаться взять другого детектива. Пусть Бишоп гоняется за своими грабителями банка, если
ему они так чертовски нужны, а мы заменим его кем-нибудь, кто хотя бы будет обращать
внимание на происходящее.
Коп ОРКП обратился к Джилету:
- Итак, в итоге он забрался в ее систему благодаря новой, неизвестной программе или
вирусу.
- Примерно так.
- Ты можешь узнать о нем еще что-нибудь? - спросил Мотт.
- Только то, что вы уже знаете, - он привык к "Unix".
"Unix" - компьютерная операционная система, как DOS или "Windows", только он
управляет гораздо более мощными, объемными машинами, чем персональные компьютеры.
- Стой, - перебил Андерсен. - Почему ты считаешь, что мы это уже знаем?
- Ну, та его ошибка.
- Какая ошибка?
Джилет нахмурился.
- Когда убийца находился внутри системы жертвы, он набрал несколько команд, чтобы
открыть файлы. Но такие команды действуют в "Unix" - он, наверное, ввел их по ошибке,
забыв, что ее компьютер работает в "Windows". Вы просто не могли их не заметить.
Андерсен вопросительно посмотрел на Стивена Миллера. Компьютер жертвы
анализировал явно он. Миллер неловко ответил:
- Я заметил пару строчек "Unix", да. Но решил, что их набрала женщина.
- Она гражданская, - покачал головой Джилет, используя хакерский термин для
обычного компьютерного пользователя. - Не думаю, чтобы она слышала о "Unix", не говоря
уже о знании команд.
В операционных системах "Windows" и "Эппл" люди управляют машинами, просто
кликая на картинках и набирая обыкновенные слова в качестве команд. "Unix" требует знания
нескольких сотен сложных кодов.
- Я не подумал, извините, - защищаясь, сказал похожий на медведя коп.
Миллер, казалось, расстроился из-за выговора за то, что он, очевидно, полагал
безделицей.
"Значит, Стивен Миллер сделал еще одну ошибку", - раздумывал Андерсен. Проблема
эта существовала с тех пор, как Миллер присоединился к ОРКП. В 1970-х Миллер возглавлял
перспективную компанию, где производили компьютеры и разрабатывали софтвер. Но его
продукты всегда оставались на шаг позади "IBM", "Диджитал экуипмент" и "Майкрософт", и
он постепенно разорился. Миллер жаловался, что часто предвидел СБО ("Следующее большое
открытие" - фраза Кремниевой долины, обозначающая нововведение, которое произведет
революцию в индустрии), но "большие парни" постоянно саботировали его.
После банкротства компании Стивен развелся и покинул мир машин на несколько лет,
потом всплыл в качестве независимого программиста. Миллер перешел к обеспечению
безопасности компьютеров и, наконец, попробовал силы в полиции штата. Андерсен никогда
бы не стал выбирать его на должность компьютерного копа, но опять же ОРКП имело на выбор
слишком мало квалифицированных соискателей (зачем зарабатывать шестьдесят тысяч
долларов в год на работе, где тебя могут застрелить, когда ты в состоянии получить в десять раз
больше в одной из компаний - легенд Кремниевой долины?).
К тому же Миллер - так и не женившийся во второй раз и, кажется, практически не
имевший личной жизни - остается в отделе допоздна. Его можно найти в логове динозавра,
когда все уже давно ушли. Он также берет работу домой, то есть в один из местных
университетских компьютерных отделов, где друзья позволяют ему запускать проекты ОРКП
на современных суперкомпьютерах бесплатно.
- Что это нам дает? - спросил Шелтон. - Ну, знает он ваш "Unix".
Ответил Андерсен:
- Для нас плохие новости. Вот что это дает. Хакеры, использующие системы "Windows"
или "Эппл", обычно незначительны. Серьезные хакеры работают в "Unix" или операционной
системе "Диджитал экуипмент", "ВМС".
Джилет согласился с ним. И добавил:
- "Unix" еще и операционная система Интернета. Всякий, кто хочет взломать крупный
сервер или путь в сети, обязан знать "Unix".
Телефон Бишопа зазвонил, и он ответил. Потом огляделся, присел за соседнюю рабочую
станцию и принялся набрасывать заметки. Он сидел прямо, без всякой хакерской сутулости,
заметил Андерсен. Когда линию отсоединили, Бишоп сказал:
- Есть кое-какие зацепки. У одного из полицейских появилась информация от КИ.
Только через несколько секунд Андерсен вспомнил, что означает аббревиатура.
Конфиденциальные информаторы. Осведомители.
Бишоп продолжал тихим, ровным голосом:
- Некто по имени Питер Фаулер, белый мужчина около двадцати пяти лет, из
Бакерсфилда, продавал оружие в данном районе. И "Ка-Бары" тоже предлагал, - кивок на
белую доску, - похожие на нож убийцы. Его видели примерно час назад у кампуса Стэнфорда
в Пало-Альто. Какой-то парк рядом с Пейдж-Милл, четверть мили к северу от двухсот
восьмидесятой.
- Хакерский холм, босс, - пояснила Линда Санчес. - В парке Милликен.
Андерсен кивнул. Он хорошо знал холм, и не удивился, когда Джилет также признался,
что понимает, о чем речь. Заброшенная травяная площадка рядом с кампусом, где собирались
студенты, специализирующиеся на теории вычислительной техники, хакеры и чип-джоки. Они
торговали краденым программным обеспечением и сплетничали, курили травку.
- Я там кое-кого знаю, - заметил Андерсен. - Пойду проверю, когда мы здесь
закончим.
Бишоп снова сверился со своими записями и сказал:
- Отчет из лаборатории показал, что адгезив на бутылке действительно клей,
используемый в театральном макияже. Пара наших людей проверила телефонную книгу на
наличие магазинов. Поблизости есть только один - "Театральные товары Олли" на
Эль-Камино Реал в Маунтин-Вью. Они продают много клея каждый день, как сказал нам
служащий. И не ведут записей продаж, но дадут нам знать, если кто-то снова за ним придет.
Дальше, - продолжил Бишоп, - у нас есть шанс узнать машину преступника. Охранник
в офисе напротив "Весты", ресторана, где убийца встретился с Гибсон, заметил светлый седан
старой модели, припаркованный на стоянке компании примерно в то время, когда жертва
находилась в баре. Ему показалось, что внутри седана кто-то был. Если так, то водителю
открывался прекрасный вид на автомобиль убийцы. Нам следует опросить всех служащих
компании.
Андерсен обратился к Бишопу:
- Проверите это, пока я схожу на хакерский холм?
- Да, сэр, именно так я и собирался поступить.
Еще один взгляд в записи. Потом взмах жесткими от лака волосами в сторону Джилета:
- Эксперты с места преступления нашли-таки счет на мартини и светлое пиво в корзинах
с мусором. Они сняли несколько отпечатков. И послали их в бюро для САИОП.
Тони Мотт заметил, как Джилет нахмурился от любопытства.
- Система автоматической идентификации отпечатков пальцев, - расшифровал он для
хакера. - Она обратится к федеральной системе и затем начнет поиск от штата к штату. Чтобы
охватить всю страну, потребуется немало времени, но если его задерживали за что угодно в
последние восемь-девять лет, у нас появится шанс.
Хотя Мотт и обладал настоящим талантом в отношении компьютеров, его просто
завораживало то, что он называл "настоящей работой полицейских". Тони постоянно доставал
Андерсена просьбами о переводе в отдел убийств или особо тяжких преступлений, чтобы он
смог ловить "настоящих преступников". Во всей стране Мотт явно был единственным
киберкопом, носившим под боком автоматический пистолет сорок пятого калибра, способный
остановить автомобиль.
Заговорил Бишоп:
- Вначале они остановятся на западном побережье. Калифорния, Вашингтон, Орегон и...
- Нет, - возразил Джилет. - Продвигайтесь с востока на запад. Нью-Джерси,
Нью-Йорк, Массачусетс и Северная Калифорния для начала. Потом Иллинойс и Висконсин.
Потом Техас. Последняя Калифорния.
- Почему? - спросил Бишоп.
- Помните те команды в "Unix"? Версия восточного побережья.
Патриция Нолан объяснила, что существует несколько версий операционной системы
"Unix". Использование команд восточного варианта предполагает, что преступник родился на
Атлантическом побережье. Бишоп кивнул и передал информацию в главное управление по
телефону. Потом снова глянул в блокнот и сказал:
- Появились еще кое-какие детали к портрету убийцы.
- Какие? - поинтересовался Андерсен.
- Разведывательный отдел докладывает, что, похоже, с преступником произошел
какой-то несчастный случай. У него нет кончиков большинства пальцев. Остались части
подушечек, достаточно для получения отпечатков, но самые кончики обрываются шрамами.
Эксперты разведывательного отдела считают, что он скорее всего получил ожоги при пожаре.
Джилет покачал головой:
- Мозоли.
Копы посмотрели на него. Джилет протянул свои руки. Плоские кончики пальцев
заканчивались желтыми мозолями.
- Их называют "маникюром хакеров", - объяснил он. - Когда стучишь по клавишам
по двенадцать часов в день, мигом обзаводишься мозолями.
Шелтон записал на белой доске.
Джилет сказал:
- Теперь я собираюсь подключиться к Интернету и проверить пару незаконных
хакерских сетевых телеконференций. Что бы там ни придумал убийца, подобная вещь
обязательно поднимет большой шум в подпольных...
- Нет, ты не подключишься к Интернету, - оборвал его Андерсен.
- Что?
- Нет, - твердо повторил коп.
- Но мне просто необходимо...
- Нет. Таковы правила. Тебе нельзя подключаться к сети.
- Минутку, - вмешался Шелтон. - Но он уже подключался. Я видел.
Андерсен резко повернулся к копу.
- Правда?
- Да, в той комнате - в лаборатории. Я следил за ним, когда он проверял компьютер
жертвы. - Он взглянул на Андерсена. - Я решил, что вы ему позволили.
- Нет, не позволял.
Андерсен спросил Джилета:
- Ты входил в сеть?
- Нет, - твердо заявил Джилет. - Он, наверное, видел, как я писал клудж, и решил, что
я в сети.
- По мне, так и было, - проворчал Шелтон.
- Вы ошибаетесь.
Шелтон кисло улыбнулся, его уверенность в провинности хакера только укрепилась.
Андерсен мог бы проверить для верности входные файлы компьютера ОРКП. Но потом
решил, что подключение к Интернету не имело большого значения. Работа Джилета здесь
закончена. Он взял трубку и позвонил в главное управление.
- У нас здесь заключенный, его надо препроводить обратно в исправительное
учреждение Сан-Хосе.
Джилет повернулся к нему со смятением в глазах.
- Нет, - проговорил он. - Вы не можете отправить меня обратно.
- Я прослежу, чтобы ты получил обещанный лэптоп.
- Нет, вы не понимаете. Я не могу останавливаться сейчас. Нам нужно узнать, что парень
сделал, чтобы проникнуть к ней в компьютер.
Шелтон заворчал:
- Ты сказал, что не можешь ничего найти.
- В этом-то и проблема. Если бы я что-нибудь нашел, мы смогли бы его понять. Но я не
нашел. Поэтому то, что он делает, так меня пугает. Я должен продолжить.
Андерсен сказал:
- Если мы найдем машину убийцы - или еще одной жертвы - и нам понадобишься ты
для анализа, мы тебя вызовем обратно.
- Но чаты, телеконференции, хакерские сайты... там могут обнаружиться сотни ниточек.
Люди просто не могут не говорить о подобных программах.
Андерсен увидел на лице Джилета отчаяние наркомана, как и предупреждал начальник
тюрьмы.
Киберкоп натянул плащ и твердо сказал:
- Отсюда мы справимся сами, Уайетт. И еще раз спасибо.
Ему не справиться, в смятении понял Джеми.
Уже почти полдень, и он сидел один в холодном, туманном компьютерном классе, все еще
в мокрой спортивной форме ("игра в футбол во время дождя вовсе не закаляет характер, Бути,
она только заставляет тебя чертовски вымокнуть"). Но парень не собирался терять время на
душ и смену одежды. Когда он играл на футбольном поле, в голову лезла только одна мысль:
сумел ли компьютер колледжа, в который он вломился, расшифровать пароль к внешним
воротам.
И теперь, вглядываясь в монитор через толстые запотевшие очки, Джеми видел, что
"Край", возможно, не сумеет вычленить зашифрованное слово вовремя. Он прикинул, что для
взлома кода понадобится еще дня два.
Подумал о брате, о концерте Сантаны, о проходе за сцену - они все так же оставались
вне досягаемости - и чуть не заплакал. Мальчик принялся набирать команды, пытаясь
подключиться к другому компьютеру школы - более быстрому, в кабинете физики. Но там
обнаружилась огромная очередь пользователей, ожидающих своего времени. Джеми откинулся
на спинку и от отчаяния, вовсе не от голода, проглотил пачку "М&М".
Он почувствовал мучительный озноб и быстро оглядел темную, пропахшую плесенью
комнату. Поежился от страха.
Опять этот чертов призрак...
Возможно, стоит просто забыть о концерте. До смерти надоело бояться, до смерти надоел
холод. Надо уйти отсюда к черту, пойти зависнуть с Дэйвом и Тоттером или другими парнями
из Французского клуба. Руки потянулись к клавиатуре, чтобы остановить "Взломщика" и
запустить маскировочную программу, уничтожающую следы хакинга.
Но вдруг что-то случилось.
На экране перед ним внезапно появился корневой каталог компьютера колледжа. До чего
странно! Потом сам по себе компьютер подключился к другому, находящемуся вне школы.
Машины обменялись информацией, и минутой позже "Взломщик" Джеми Тернера и файл с
паролем Бути перешли ко второму компьютеру.
Что, черт возьми, происходит?
Джеми Тернер неплохо ладил с компьютерами, но такого не видел никогда. Единственное
объяснение: первый компьютер - в колледже - имел какое-то соглашение с другим
компьютерным отделением так, что все задачи, занимавшие слишком много времени,
автоматически передавались более быстрым машинам.
Но, что еще более странно, машина, куда переслали софтвер Джеми, являлась массивной
параллельной цепью суперкомпьютеров Центра исследования защиты в Колорадо-Спрингс,
одной из самых быстрых компьютерных систем в мире. А также одной из самых безопасных и
теоретически неподверженной взлому (Джеми знал по опыту). Она содержала информацию
высокой секретности, и ни одному гражданскому не позволялось использовать ее в прошлом.
Джеми решил, что они начали сдавать систему, чтобы оправдать непомерные расходы на* * *
Фейт, сидя в своем офисе в столовой, наблюдал за тяжкой работой программы Джеми
Тернера в суперкомпьютерах Центра исследования защиты, куда только что заслал ее вместе с
парольным файлом.
Незамеченные системными администраторами ЦИЗ громадные компьютеры в настоящий
момент находились под его полным контролем и сжигали двадцать пять тысяч долларов
компьютерного времени с единственной целью: дать второкурснику открыть запертые ворота.
Фейт оценил мощность первого суперкомпьютера из близлежащего колледжа, который
использовал Джеми, и сразу понял, что он не расколет код вовремя, чтобы парень сбежал из
школы на рандеву с братом в полседьмого.
То есть мальчишка останется надежно запертым в школе, и Фейт проиграет раунд игры. А
это неприемлемо.
Но, как он знал, параллельная цепь ЦИЗ с легкостью взломает код до часа икс.
Если бы Джеми Тернер действительно попал на концерт вечером - чего теперь точно не
случится, - ему следовало бы благодарить Фейта.
Потом Фейт вломился в компьютерные файлы плана города и районирования Сан-Хосе и
нашел предложение о строительстве, подписанное директором школы Святого Франциска: тот
хотел поставить стену с воротами и нуждался в одобрении планирования и районирования.
Фейт загрузил документы и распечатал схемы самой школы и ее двора.
Пока он изучал схемы, машина пискнула, и на экране вспыхнул почтовый ящик, сообщая,
что принято сообщение от Свэнга.
Он почувствовал укол возбуждения, как всегда при получении письма от Свэнга. Такая
реакция казалась ему значительной, важной для понимания его, Фейта, - нет, пусть лучше
Джона Холлоуэя - личного развития. Он вырос в семье, где любовь обратно пропорционально
деньгам появлялась редко, и знал, что вырос холодным, сухим человеком. Такими стали и его
чувства ко всем - семье, коллегам по работе, одноклассникам и нескольким людям, с
которыми он пытался завязать какие-то отношения. И все же глубина того, что Фейт испытывал
к Свэнгу, определенно говорила: он не умер для эмоций, внутри его таится море любви.
Желая поскорее прочитать сообщение, Фейт отключился от планирования и
районирования и вызвал электронную почту.
Но по мере чтения четких слов улыбка сползала с его лица, дыхание учащалось, пульс
бился все сильнее.
- О Боже, - прошептал Фейт.
Суть послания состояла в том, что полиция продвинулась по его следу гораздо дальше,
чем он думал. Они даже знали об убийствах в Портленде и Виргинии.
Потом хакер взглянул на второй абзац и не продвинулся дальше замечания о парке
Милликен.
Нет, нет...
Теперь у него настоящие проблемы.
Фейт встал из-за стола и поспешил по лестнице в подвал дома. Взглянул на еще одно
пятно высохшей крови на полу - от персонажа по имени Лара Гибсон - и открыл шкафчик.
Оттуда вытащил свой темный, перепачканный нож. Подошел к шкафу, открыл его и включил
свет.
Десятью минутами позже он сидел в "ягуаре", набирая скорость по автостраде.
Вначале Бог создал сеть Управления перспективных исследований, и она получила имя
Арпанет, и Арпанет процветала и породила Милнет, а Арпанет и Милнет породили Интернет, а
Интернет и его отпрыски, конференции пользовательской сети и всемирная паутина, стали
троицей, которая изменила жизнь Его народа на веки вечные.
Энди Андерсен - описывавший таким образом сеть на своих классах по компьютерной
истории - размышлял над собственным, наверное, чрезмерно мудреным определением теперь,
проезжая по Пало-Адьто около университета Стэнфорд. Потому что именно около
Стэнфордского исследовательского института министерство обороны открыло
предшественника Интернета в 1969 году, чтобы соединить институт с Калифорнийским
университетом в Лос-Анджелесе, Калифорнийским университетом в Санта-Барбаре и
университетом в Юте.
Почтение, которое Андерсен испытывал к месту, однако, быстро увядало по мере того,
как он продвигался через туман и дождь и начинал различать заброшенный хакерский холм
впереди, в парке Джона Милликена. Обычно здесь собиралась толпа молодых людей,
распространявших софтвер и рассказы о собственных киберуспехах. Сегодня, правда, холодная
апрельская морось прогнала всех по домам.
Андерсен припарковался, натянул серую шляпу с полями от дождя, подаренную на день
рождения шестилетней дочерью, вылез из ма
...Поділитися у соцмережах
