Жанр: Триллер
Файлы фараонов
...орта осталась позади. Вертолет летел над
недавно проложенной Суэц-роуд, которая упиралась прямо в город. Невзрачные хибары внизу
сменились предместьями столицы. Вскоре показались купола и минареты мечетей, можно было
различить даже телевизионные антенны на крышах домов. По серым от дымки артериям
городских улиц ползли похожие на разноцветные кровяные шарики автомобили. Из окон домов
торчали деревянные шесты с развешанной на них после стирки одеждой.
Мэннинг вновь взял управление на себя, прибавил газу, и вертолет набрал высоту. В
безликом скопище зданий на восточном берегу Нила Лерой угадал небольшой промежуток
площади Тахрир с пугающей статуей Рамзеса, высившейся на берегу крошечного озера - оно
тоже носило имя великого фараона. Улицы были запружены транспортом: красными и белыми
автобусами, оранжевыми такси, трамваями, легковыми автомобилями, мотоциклами. По
проезжей части муравьями сновали пешеходы, и - о чудо! - в этой мешанине существовал
какой-то порядок, движение ни на мгновение не останавливалось.
Чуть в стороне от площади правильными гранями огромного кристалла льда к небу
устремлялась башня принадлежавшего корпорации "РКГ" отеля "Олимпиад-Нил". На крыше
его отчетливо виднелись белые буквы "Н", обозначавшие места для посадки вертолетов.
- Лакомый кусочек недвижимости! - прокричал Лерой.
- Но не самый лучший. Тот, что в Ванкувере, нравится мне больше. И я заставил их
построить оба здания рядом с аквариумом.
Лерой скептическим взглядом окинул выцветшие джинсы, старую кожаную куртку и
стоптанные кроссовки своего соседа. С каких это пор "Гилкрест" поручает строительство
отелей какому-то пилоту? Кто будет его спрашивать!
- Похоже, тебя очень ценят, если не возражают против такой формы одежды.
Бородач улыбнулся:
- Должен же председатель иметь хоть какие-то преимущества.
Мэннинга охватило тошнотворное чувство - похоже, он допустил непоправимую
ошибку.
До самой посадки ни один из них не проронил ни слова. Движения Лероя стали
отточенными и от этого чуть скованными - в отличие от обычной небрежной манеры
профессионала. Вертолет опустился на площадку точно в центр круга с белой литерой "Н"
посредине.
- Ты можешь вернуться сюда через час? - спросил у Мэннинга Гилкренски, принимая
из рук Кроуи "Минерву" и спрыгивая на крышу отеля.
- Нет проблем!
- Отлично! Только не забывай про заслонку!
Двое телохранителей, Томас и Джеральд, быстро осмотрели лестничный пролет. За ними
к ступеням проследовали Гилкренски, Кроуи и египетский полковник. Спустившись на один
марш, где рокот турбины стал почти неслышен, египтянин остановился и протянул Тео руку:
- К сожалению, это первая возможность представиться. Меня зовут Селим, управление
национальной безопасности. Пока вы являетесь гостем нашей страны, я несу ответственность за
вас.
- За стенами этого здания, - уточнил Кроуи.
- Повсюду, майор. Вы увидите, что до пентхауса можно добраться только двумя
лифтами, не считая, конечно, лестницы на вертолетную площадку. Доктор Гилкренски будет
жить в президентском "люксе", это в самом конце коридора, майор Кроуи и двое других
джентльменов - в номерах по левую сторону. Если вам потребуется провести совещание -
конференц-зал расположен справа. Теперь, с вашего согласия, я готов обговорить меры
безопасности за пределами отеля.
- Не согласитесь ли вы подождать минут пять? Нам необходимо распаковать кое-какие
вещи, - обратился к полковнику Кроуи.
Египтянин едва заметно нахмурился:
- Если вам так угодно.
- Благодарю вас, - кивнул Гилкренски.
Майор прошел в конец коридора, распахнул дверь президентских апартаментов и вошел.
Следом за ним двигался Джеральд Макгуайр с тяжелым чемоданом в руке. За дверью открылся
небольшой холл, из которого выходил довольно короткий коридор с двумя дверями: правая
вела в просторную гостиную, а левая - в спальню. Упирался же коридор в дверь на пожарную
лестницу.
- Опечатать и установить сигнализацию! - распорядился Кроуи. - Джеральд, Том,
приступайте. Начните с входной двери, а я осмотрю остальные помещения. Доктор Гилкренски,
будьте любезны выйти ненадолго в коридор.
Стоя за порогом номера, Тео наблюдал за тем, как Кроуи извлек из своего чемоданчика
плоскую черную коробочку размером с пачку сигарет и начал водить ею вдоль картин, вокруг
выключателей и дверных ручек. По периметру входной двери оба телохранителя принялись
монтировать тонкий электрический кабель.
- Я могу войти, майор?
- Думаю, здесь все чисто. Перед самой посадкой я обратил внимание, что стекла
зеркальные, так что и снаружи ничего не будет видно.
- Гм-м, - протянул Гилкренски, кивнул и подошел к окну, откуда открывался вид на
широкий Нил, мост Тахрир, Кейро-Тауэр и дорогой спортивный клуб "Газира". На горизонте,
за бесчисленными минаретами, вставали четкие исполины пирамид.
- И... сэр, старайтесь не оставаться подолгу на одном месте. Вряд ли стекла в номере
пуленепробиваемые.
- Как стрелять, когда не видишь цели, майор?
- Термальное излучение. Цель видно, хотя опознать ее невозможно.
- Это успокаивает, - с усмешкой заметил Тео, опускаясь на софу.
Раздавшийся стук в дверь был тут же заглушён громким тревожным звоном охранной
сигнализации.
- Металлодетектор, во всяком случае, исправен, - с удовлетворением отметил майор.
Стоявший на пороге Селим засовывал темные очки в нагрудный карман кителя. Его
тяжелый автоматический пистолет находился в руках Джеральда Макгуайра. Египтянин явно
был не очень доволен этим обстоятельством.
- Вы должны извинить меня, полковник, - сказал Селиму Кроуи, - но я категорически
против присутствия здесь людей с оружием. Ничего личного, как вы понимаете. Обычная
предосторожность.
Глаза Селима сузились, но он тут же улыбнулся:
- Безусловно. И, в свою очередь, предлагаю вам перенести Металлодетектор вместе с
постом охраны ближе к лифту. Если злоумышленнику удастся все же подойти к двери, у вас не
останется пространства для маневра. Обычная предосторожность, как вы понимаете.
Теперь уже улыбался и Гилкренски.
- Спасибо, полковник. Заходите, прошу вас. Мы хотели поговорить о мерах
безопасности.
- Совершенно верно. Вы, без сомнения, слышали об активности различных
экстремистских группировок в Египте. Деятельность свою они начали еще во времена
английской оккупации, но настоящий вкус к терроризму почувствовали, когда президент Садат,
рассчитывая добиться экономической помощи США, пошел на сближение с Западом.
Определенные круги были весьма недовольны этим. В ответ Садат бросил за решетку более
полутора тысяч их сторонников, за что и поплатился жизнью, пав от пуль наемных убийц.
- Почему у вас не было исламской революции, как, например, в Иране?
- Насилие по сути своей чуждо жителям страны, поэтому террористы никогда не
пользовались поддержкой народа. Не так давно при попытке покушения на премьер-министра
погибла пятнадцатилетняя девочка. В другом случае спрятанная в багажнике автомобиля бомба
была предназначена для министра внутренних дел, однако взрыв унес жизни четырех невинных
людей, от тяжелых ран пострадали еще девятнадцать прохожих. А случай у музея неподалеку
отсюда, когда неизвестные обстреляли из автомата автобус с туристами? А жуткая резня в
Луксоре? В цивилизованном обществе нормальные люди не могут одобрять подобные выходки.
- Считаете ли вы, Селим, что экстремисты представляют угрозу национальной
безопасности Египта?
- Я так не думаю. Это горстка отщепенцев, платных агентов Ирана. Их действия
подрывают нашу индустрию туризма, поскольку каждый варварский акт получает широкую
огласку в прессе.
- А есть ли угроза для моей жизни?
- Вы - совсем другое дело, сэр. Вы - руководитель транснациональной корпорации,
один из богатейших людей мира. В любом уголке земного шара вы представляете собой
желанную добычу для похитителей или мишень для наемных убийц.
- Звучит весьма лестно.
- Боюсь, известность всегда связана с риском. Вот почему нам следует принять разумные
меры предосторожности. Я поставлю своих людей в вестибюле на первом этаже и еще одну
группу - на крыше, вокруг вертолетной площадки.
Кроуи что-то буркнул, и египтянин поднял на него вопросительный взгляд.
- Я не могу допустить присутствия людей, которых не проверял лично, - ни на крыше
здания, ни на этом этаже, ни вообще поблизости от председателя, - пояснил майор.
Селим откинулся на спинку стула.
- Но вы гость этой страны. Для вас было бы благоразумнее последовать моему совету.
- Полностью отдаю себе в этом отчет, полковник. Я признателен вам за помощь, однако,
как мне представляется, наши враги не собираются стрелять из мощной винтовки с оптическим
прицелом или готовить взрывное устройство с дистанционным управлением. Скорее, наши
потенциальные противники - это фанатики, адепты "священной войны против неверных".
Один из таких людей может войти сюда с динамитом и будет счастлив взлететь на воздух
вместе со всем зданием - уверенный, что душа его направится прямиком в рай.
- Согласен с вами, майор.
- Это может быть любой прохожий. Вспомните, ведь президента Садата убили офицеры
его личной гвардии, выходцы из добропорядочных семей, убежденные в правоте своего дела.
Не обижайтесь на мои слова, полковник, но на их месте вполне могли быть и вы!
Селим усмехнулся:
- Полагаю, я должен сейчас испытывать шок. Однако признаюсь, приятно иметь дело с
человеком, добросовестно выполнившим свое домашнее задание. Договорились. Сферу
собственной ответственности я ограничу нижними этажами отеля и вестибюлем, во всяком
случае, до той поры, пока буду уверен, что ваши сотрудники в силах обеспечить безопасность
президентских апартаментов. Могу я поинтересоваться маршрутами ваших поездок?
- Мы планируем побывать на месте падения самолета, в аэропорту и других
государственных учреждениях, где рассчитываем получить детальную информацию о причинах
катастрофы. По мере возможности председатель будет передвигаться на вертолете. Кстати, он
должен прилететь с минуты на минуту. Нам хотелось бы поскорее увидеть упавший лайнер.
- Хорошо. Если потребуется сопровождение, готов вам его предоставить. У нас есть два
вертолета с оружием на борту, они совершают регулярные облеты столицы.
- Спасибо за предложение, полковник. Думаю, эти вертолеты нам не понадобятся.
- Тем лучше. Что ж, мы выяснили позиции друг друга. Остались лишь небольшие
формальности: визы, регистрация и прочее. Я беру все это на себя.
ГЛАВА 11. ФУНДАМЕНТАЛИСТ
Из такси Юкико вышла у автобусной станции на площади Тахрир. Убедившись в том, что
машина отъехала, она прошла в здание, отыскала в туалете пустую кабинку и, не обращая
внимания на резкий неприятный запах, достала из дорожной сумки сверток с длинной галабией,
которая скрыла ее с головы до пят. Затем Юкико вывернула сумку голубой изнанкой наружу,
сунула в нее бинокль и вышла, чтобы поймать другое такси.
По мосту Тахрир она пересекла Нил и оказалась на острове Газира, в фешенебельном
районе города со множеством музеев, посольств и дорогих особняков. Следуя вдоль берега
реки, машина пронеслась мимо Кейро-Тауэр, спортивного клуба с полями для крокета и гольфа,
нырнула под мест, миновала отель "Мариотт". На противоположном берегу сверкнули
стеклянные грани здания "Олимпиад", и секунду-другую Юкико не сводила с него глаз.
Она расплатилась с таксистом, дождалась, пока автомобиль скроется в потоке транспорта,
и зашагала вперед, посматривая на таблички с названиями роскошных кварталов: Парк-лейн,
Нил-Вью, Дорчестер-Хаус. У двери одного из домов Юкико остановилась и нажала кнопку
звонка.
Человека, который распахнул дверь, можно было принять за профессионального
спортсмена: высокий, черноволосый, мускулистый, с оливковой кожей и небольшими усиками.
Юкико знала, что для непосвященных он - преуспевающий фотограф и в его просторном
жилище, фасад которого выходил на реку, есть прекрасно оборудованная лаборатория и
роскошная студия. Она ничуть не удивилась, увидев на достаточном удалении от окна штатив:
дорогой "Никон" с мощным объективом был направлен на крышу отеля "Олимпиад".
Раскрыв сумку, Юкико достала бинокль и протянула хозяину квартиры:
- Снимки сделаны в аэропорту около часа назад. На них интересующий нас объект и его
телохранители. Знаете, как достать пленку?
Мужчина повертел бинокль в руках.
- Я удивлен, что столь ответственное задание поручили даме. Да, я смогу достать ее.
Юкико промолчала, наблюдая за тем, как фотограф, нажав на скрытую кнопку,
перематывает пленку. Покончив с этим, он ловким движением разъединил тубы бинокля и
вынул из него обычный желтый цилиндрик "Кодака".
- Я дам вам знать, когда снимки будут готовы. - Мужчина улыбнулся, но глаза его
остались совершенно холодными. Глаза фанатика.
Проводив японку до двери, Заки эль-Шаруд методично закрыл все замки, прошел в
лабораторию, взял с полки бачок для проявки пленки, разобрал его и положил на рабочий стол
так, чтобы части можно было без труда найти в темноте. Затем выключил свет, вскрыл кассету,
заправил пленку в бачок и плотно закрутил крышку. Теперь можно было включить свет.
Сняв пробку с проявителя, Заки осторожно залил жидкость в бачок. Это могло показаться
странным, но после многих тысяч сделанных за годы карьеры снимков во время проявки
пленки Заки всегда вспоминал кадры, на которых были запечатлены события того рокового дня
в октябре
Тогда ему только исполнилось двадцать три года. Он получил первое в своей жизни
назначение: младший фотокорреспондент каирской "Аль-Ахрам". Идеальное прикрытие для
того, чем молодой человек собирался заняться в действительности. Никто из опытных
газетчиков не возражал, когда новичок, за спиной которого была лишь университетская скамья
да служба в армии, вызвался снимать скучную церемонию парада. Многие даже посмеивались:
"Заки, почему бы тебе просто не провести время в свое удовольствие, а фотографии принесешь
прошлогодние, из архива. Что неожиданного можно увидеть на параде?
Но они ошиблись.
На площадь Заки пришел рано, чтобы установить штатив напротив президентской
трибуны. На груди у него был длиннофокусный "Никон", с плеча свешивался "Пентакс" с
обычным объективом, карманы набиты кассетами с пленкой. Под рубашкой к телу куском
пластыря крепилась миниатюрная рация, и вряд ли кто-нибудь мог заметить под капюшоном
легкой ветровки крошечный микрофон с наушником.
День выдался идеально ясный. Собрались, как обычно, толпы горожан, прибывали
высокие сановники. Подняв "Никон", Заки с большого расстояния начал вести съемку. На
трибуне стояли министры, зарубежные гости, члены правительства, вице-президент Хосни
Мубарак. В самом центре, сидя на специальном возвышении, в великолепной военной форме от
Кардена с двумя золотыми лотосами в петлицах благожелательно улыбался президент страны
Анвар Садат.
Заки опустил мощный объектив ниже - в него попали лица солдат, стволы
артиллерийских орудий и приближавшийся к трибуне военный грузовик. Заки повернулся,
чтобы вновь посмотреть на трибуну: лица людей, стоявших на ней, оставались спокойными,
ничто не говорило о настороженности охраны.
- Полный порядок, - негромко проговорил Заки в прижатый к шее микрофон. - Да
хранит вас Аллах!
Теперь у него в руках был "Пентакс". Послышались частые щелчки затвора.
Клик!
В небе над трибуной проносятся истребители, президент улыбается и аплодирует.
Клик!
Перед трибуной останавливается военный грузовик. Из-под тента выпрыгивают четверо с
автоматами Калашникова. Слышатся звуки очередей.
Клик!
Садат, видимо, считает происходящее театрализованной частью парада. Он
приподнимается, начинает аплодировать.
Клик!
Стволы автоматов направляются на трибуну. Президент понимает: что-то не так.
Покушение!
Клик!
Садат кричит: "Парни! Всем стоять!"
Клик!
В президента попадает пуля. Он падает. Брызги крови летят на Хосни Мубарака.
Рикошетом ему задевает кисть руки. При приближении террористов Мубарак опускается на
колени.
Клик!
На трибуну летит граната, но взрыва нет. В беспорядочной стрельбе убиты посол Омана и
епископ коптской церкви.
Клик!
Стрельба стихает. Садат мертв! В его горле, точно по центру, между двумя золотыми
стеблями лотоса на форменном воротнике, зияет пулевое отверстие.
Клик!
В наступившей тишине лидер террористов кричит: "Я - Халид аль-Истамбули! Я убил
фараона! Смерти я не боюсь!"
Заки эль-Шаруд поместил негативы под стекло и сделал несколько контактных
отпечатков. Затем взял мощную линзу и внимательно всмотрелся в лица, сравнивая их с теми,
что видел утром в телевизионном выпуске новостей Си-эн-эн. Особое внимание Заки привлек
высокий худощавый мужчина в потертой кожаной куртке. Нижняя часть лица скрыта бородкой,
в руке - черный чемоданчик.
- Есть!
Заки вставил негатив в увеличитель: ему требовался крупный снимок.
В пустыне Гилкренски оказался впервые. Линия горизонта четко разделяла два цвета:
голубой и темно-желтый. Вертолет летел над бескрайним морем песка.
На пологом склоне дюны показалась глубокая рытвина. Чуть дальше - другая,
окруженная искореженными кусками металла. В широкой борозде валялись сумки и чемоданы.
Одни лопнули при ударе о землю, другие были явно вспороты кем-то. Ветер разносил по
пустыне обрывки тряпья.
Неподалеку высился гигантский остов хвостового оперения самолета. От фюзеляжа почти
ничего не осталось, более или менее невредимыми были лишь носовая часть и пассажирский
отсек, вокруг которых суетились эксперты.
- Неплохо, Лерой! - одобрительно заметил Гилкренски в микрофон. - Как тебе
удалось так быстро найти это место?
Во время полета Мэннинга преследовала одна мысль: чем ему грозит первый, столь
неудачный разговор с председателем корпорации? "Какого дьявола! - сказал он себе в конце
концов. - Будь что-то не так, меня бы уже выгнали".
- Без проблем! Я шел по радиомаяку, который сразу после прибытия установили ребята
из Флориды.
В стороне от отломившегося крыла самолета стояли два легких сборных домика, из
каждого тянулся толстый черный кабель к электрогенератору. Как только вертолет коснулся
земли, откуда-то возник крупный мужчина в клетчатой рубахе и джинсах. Прикрывая глаза от
песка, он приблизился к машине.
- Тео! - Его мощный голос перекрыл рев турбины. - Рад видеть, сынок! Жаль, что при
таких обстоятельствах, но все-таки мы встретились! Эй, это то самое? - Мужчина указал на
чемоданчик с "Минервой".
- Да, Билл, - кивнул Гилкренски. - Только не ори, а то ко мне выстроится очередь.
- Понял. Не терпится взглянуть на нее в действии. А оборудование для виртуальной
реальности? Не забыл?
- Все со мной. Кто сейчас здесь работает?
- Группа, которой поручено официальное расследование. И еще куча египетских
чиновников - они представляют страну, где произошла катастрофа. Затем я как представитель
страны-производителя и, само собой, компании, собиравшей самолет. Есть еще англичанин из
лондонского министерства транспорта и парень по имени Мэлоун - из управления
гражданской авиации. А кого привез ты?
- Тот мужчина - один из моих телохранителей, Джеральд Макгуайр. А это,
познакомься, новый руководитель службы безопасности майор Кроуи.
- Безопасность, говоришь? Только о ней и слышим. С нами уже общался некий
полковник. Вчера вечером он расставил вокруг самолета охрану, сказал, что для защиты от
грабителей.
- Похоже, это был полковник Селим, - заметил Кроуи. - Мы с ним токе успели
познакомиться.
- Непростой человек, а? Но дело свое, похоже, знает. Хотите взглянуть на машину?
- С удовольствием, Билл. "Черный ящик" нашли?
- Нет. И я сообщу тебе еще кое-что похуже. Узел "Дедала" разбит. Извлечь из него
информацию, боюсь, не удастся.
- Разбит? - Гилкренски удивился. - Но это невозможно!
- Да, знаю. Невозможно в случае обычной катастрофы. Однако грабители, видимо,
проникли в салон еще до прибытия Селима и поработали там пожарным топориком.
- В любом случае титановый кожух должен был предохранить чип с памятью.
- Через минуту все увидишь сам. Ко мне египтяне отнеслись весьма настороженно и
подпустили к самолету с большой неохотой. Но и я, в свою очередь, настоял на том, чтобы они
держались от машины подальше, а то не дай Бог... Пойдем посмотрим.
Маккарти подвел их к легкой алюминиевой лестнице, что была приставлена к люку. Не
выпуская из рук "Минерву", Тео поднялся в обгоревший салон.
- Жутковато, - вздохнул Билл. - Огонь вспыхнул в хвостовой части после того, как
пассажиры выбрались наружу, и начал распространяться вперед. Обрати внимание, мы
заправляем наши машины только концентрированным, желеобразным керосином, а не
привычным авиационным топливом. Он менее воспламеним. Вовремя сработали
автоматические огнетушители и сбили пламя. Посмотри на обшивку кресел - она почти не
пострадала. Специальная огнестойкая ткань, не горит, а тлеет.
Кроуи сделал шаг вперед и носком ботинка пнул что-то на полу. Кукла. Маккарти
склонился, поднял игрушку, провел пальцами по когда-то белокурым волосам. Мысли его на
мгновение унеслись в далекое прошлое. Повернувшись, он сказал:
- Не переживайте, майор. С девочкой ничего не случилось. Обеспечение безопасности
пассажиров - мой конек, а этот самолет вообще должен был стать самым надежным в мире.
Все кресла обращены к хвостовой части. В случае падения основной удар принимает на себя
спинка, поэтому сила инерции не посылает пассажира со скоростью пули вперед. Прочтите
материалы расследования: серьезно пострадала только стюардесса, которая в момент аварии
стояла в проходе.
- Вы спасли жизни многих людей, сэр.
Маккарти усадил куклу в кресло, личиком к хвосту самолета.
- Жаль, что я не смог сделать этого несколько лет назад, - с грустью вздохнул он. -
Тогда моя старшая дочь Энджи и ее ребятишки остались бы живы. О'кей, Тео, у тебя нет
желания... Тео!
Гилкренски сидел в кресле пилота, склонившись над разбитым кожухом "Дедала".
- Здесь действительно орудовали сумасшедшие. - Он сокрушенно покачал головой. -
Что они хотели тут найти?
По кабине будто промчался ураган. Стекла приборной доски в трещинах, ручки
тумблеров сорваны, сверху свисают жгуты разноцветных проводов. Под ногами ступившего в
кабину Кроуи хрустнули обломки пластика.
- А вот и орудие вандалов. - Майор указал на застрявший между педалями пожарный
топорик. - Интересно, почему грабители не прихватили его с собой?
- Судя по всему, здесь произошла драка, - медленно проговорил Маккарти.
Обшивку кресла пилота покрывали темные пятна высохшей крови. Ее запекшиеся капли
виднелись на приборной доске и вокруг защитного кожуха "Дедала". Гилкренски приподнял
вырванную из креплений измятую полусферу. Узел был сильно поврежден: на месте дисплея
зияла дыра, клавиатура превратилась в крошево, прикрывавшая датчики мембрана сорвана, как
крышка с консервной банки. И все забрызгано кровью.
- Похоже, кто-то пытался вырвать узел из гнезда, - сказал Гилкренски.
- Промышленный шпионаж? - предположил Кроуи. - Может, их интересовал
нейрочип?
- Какой смысл? В "Дедале" мы использовали модель "1000", которую без всяких
проблем можно купить. В Японии и Америке ее выпускают уже года три.
- Может, грабители решили, что это радиоприемник? Маккарти расхохотался:
- Бросьте, майор! Речь идет о самолете, а не об угнанной машине вашего соседа!
Гилкренски вытащил из кармана перочинный нож и со стороны кресла пилота осторожно
отделил пластиковую стенку узла.
- Гадать мы можем часами, - пробормотал он. - Не лучше ли посмотреть, удастся ли
что-то извлечь из памяти прибора? Будьте добры, сделайте так, чтобы пару минут меня никто
не беспокоил.
Из внутреннего кармана куртки Тео достал толстый серый кабель, один его конец вставил
в порт "Дедала", другой - в такое же гнездо "Минервы".
Маккарти и Кроуи вышли в салон. Из хвостовой части самолета к ним пробирались двое
египтян. Сзади послышались негромкие слова Гилкренски:
- Скопируй все команды главного компьютера и периферию за последние сорок восемь
часов.
- Что такое, Тео?
- Все в порядке, Билл. Это я сам с собой разговариваю.
Маккарти сделал шаг навстречу египтянам. За его спиной Тео отдал "Минерве" новый
приказ, и Биллу почудилось, что в ответ послышался женский голос.
- Египтяне очень расстроились, увидев меня в кабине, - сказал Гилкренски, вернувшись
в домик Билла Маккарти.
"Минерву" он осторожно положил на походный стол, стоявший вплотную к
промышленной рентгеновской установке.
- По-моему, дело в другом, - неторопливо ответил Маккарти. - В соответствии с
международной конвенцией мы имеем право на осмотр места катастрофы, доступ ко всем
материалам расследования и можем опрашивать очевидцев. Они были недовольны по другой
причине - ты не дал им посмотреть, что у тебя в чемоданчике.
- Я не мог позволить им увидеть "Минерву"! Пока существуют только два опытных
образца.
- Тебе удалось извлечь информацию?
- Еще не знаю. Сначала "Минерва" должна обработать данные. Допускаю, что чип
"Дедала" слишком поврежден, чтобы сохранить что-либо. Возьми ноутбук, попытай счастья
сам. И сделай это на виду у египтян, пусть знают, нам нечего скрывать.
- Но тогда зачем ты привез "Минерву"?
- Если информацией "Дедала" все-таки можно воспользоваться, я хотел бы
проанализировать ее первым. Не люблю сюрпризов, Билл. Говоришь, мы имеем право
опрашивать очевидцев?
- Да. Это так. Но если ты собираешься общаться с экипажем, прихвати с собой Мэлоуна
или еще кого-нибудь. Нам нужен независимый свидетель, в противном случае подумают, что
ты решил надавить на возможных виновников.
- Ладно. Пойдем разыщем мистера Мэлоуна. Пусть твои люди позвонят в отель и
передадут капитану Дэнверсу, что через час я жду его вместе с экипажем в конференц-зале.
Слишком много здесь несовпадений и странностей.
Вертолет опустился на крышу "Олимпиад-Нил" под вечер, в шестом часу. Человек
сведущий мог бы заметить, что на подлете к зданию машина чуть отклонилась в сторону - это
Гилкренски попросил Мэннинга вновь доверить ему штурвал и на собственном опыте
убедился:
...Поділитися у соцмережах
