Жанр: Триллер
джек ричер 3. Убедительный довод
...надул сирийца.
Я кивнул.
- Согласен с тобой. Он его просто обобрал.
- Так что же нам делать?
- Ничего. Потому что если мы обвиним Куинна в том, что он обманывал сирийца
в целях личного обогащения, тот не задумываясь скажет: "Нет, ничего подобного не
было, я проводил специальную операцию. Не верите - предлагаю доказать обратное".
А затем в не слишком вежливой форме посоветует нам не совать нос в дела разведки.
Коль молчала.
- И знаешь еще что? - продолжал я. - Даже если Куинн действительно надул
сирийца, я не знаю, какие ему можно будет предъявить обвинения. Разве устав
запрещает брать у идиотов-иностранцев деньги в обмен на чемоданчики с чистым
воздухом?
- Не знаю.
- И я не знаю.
- В любом случае, сирийцы будут взбешены, - сказала Коль. - Разве не так?
Они заплатили ему полмиллиона долларов. Они должны будут как-то отреагировать.
Задета их честь. Даже если Куинн выполнял официальное задание, он шел на слишком
большой риск. С ним обязательно попытаются расквитаться. А Куинн не может просто
взять и исчезнуть. Он должен оставаться на своем месте. Для сирийцев он будет
неподвижной мишенью.
Помолчав, я взглянул на нее.
- Если Куинн не собирается никуда исчезать, почему он переводит деньги?
Коль промолчала. Я сверился с часами. Размышляя: "Не то, а это". Или, возможно,
в кои-то веки то и это.
- Полмиллиона - это очень большие деньги, - сказал я.
- Что ты хочешь сказать?
- Я хочу сказать, дело того не стоит. Вскоре будет выпущен опытный образец.
Затем установочная партия. В течение считанных месяцев появится не менее сотни
готовых устройств. Тысяч за десять долларов можно будет купить одно из них
целиком. У какого-нибудь нечистого на руку капрала. Может быть, даже просто
украсть, бесплатно. А затем восстановить технологические процессы.
- Хорошо, сирийцы отвратительные торговцы, - сказала Коль. - Но мы же
слышали запись разговора Куинна с банком. Он переводит полмиллиона долларов.
Я снова посмотрел на часы.
- Согласен. Это неоспоримый факт.
- И?
- Все равно, сумма очень большая. Сирийцы не настолько глупы. Никто не
заплатит полмиллиона долларов за дротик для дартса.
- Но ведь они же заплатили. Ты сам только что назвал это неоспоримым фактом.
- Нет, - возразил я. - Нам известно, что Куинн перевел в банк полмиллиона.
Это факт. Но из этого вовсе не следует, что эти полмиллиона ему заплатили сирийцы.
Это были лишь наши предположения.
- Что?
- Куинн является специалистом по Ближнему Востоку. Сколько на Ближнем
Востоке сомнительных политических режимов? Минимум, четыре или пять.
Предположим, он вел переговоры параллельно с двумя или тремя из них? Или даже со
всеми сразу? Убеждая каждого в том, что других нет?
В этом случае можно будет объяснить, как Куинну удалось получить полмиллиона
долларов за то, за что никто по отдельности такие деньги не выложит.
- И он собирается обмануть всех?
Я снова взглянул на часы.
- Возможно. А может быть, с кем-то одним он ведет игру по-честному. Возможно,
с этого все и началось. Куинн с самого начала собирался вести честную игру с одним
избранным клиентом. Но не смог добиться от него желаемой суммы. Тогда он решил
собрать урожай многократно.
- Я должна была следить за Куинном и дальше, - сказала Коль. - Не
ограничиваться одним сирийцем.
- Вероятно, Куинн ходит по устоявшемуся маршруту, - сказал я. - Устраивает
одну за другой встречи с разными людьми. Обходит их как почтальон, черт побери.
Коль тоже посмотрела на часы.
- Значит, сейчас Куинн отвозит деньги сирийца домой.
Я кивнул.
- А затем он сразу же поедет на следующую встречу. Так что хватай Фраскони и
продолжай наблюдение. Найдите Куинна по дороге обратно в город. Хватайте
каждого, с кем он обменяется чемоданчиком. Возможно, дело кончится тем, что ты
лишь соберешь кучу пустых чемоданчиков, но, возможно, один из них окажется
непустым, и в этом случае мы снова примемся за работу.
Коль окинула взглядом кузов грузовичка. Посмотрела на диктофон.
- Забудь об этом, - сказал я. - Времени на премудрости нет. Остаетесь только
вы с Фраскони.
- Склад, - сказал я. - Надо проверить склад.
- Нам понадобится подкрепление, - сказала Даффи. - Там соберутся все.
- Надеюсь.
- Слишком опасно. Нас всего трое.
- На самом деле, я полагаю, сейчас все направляются в другое место. Возможно,
они уже уехали.
- Куда?
- Об этом после. Давайте идти шаг за шагом.
Виллануэва тронулся вперед.
- Подожди, - окликнул его я. - Следующий поворот направо. Сначала я хочу
проверить еще кое-что.
Повернув направо, мы проехали два квартала и снова повернули и наконец
оказались на стоянке, где я оставил Энджела Долла в багажнике его собственной
машины. Виллануэва остановился у пожарного гидранта, и я вышел из машины. Дошел
пешком до въезда и дал глазам привыкнуть к полумраку. Прошел к тому месту, где
оставил машину. Оно было занято. Но там стоял не черный "линкольн" Энджела
Долла. Это была "Субару" цвета серебристый металлик. С кузовом универсал. На
заднем стекле наклейка со звездно-полосатым флагом. Машина патриота. Но не
настолько патриота, чтобы покупать американские автомобили.
Я заглянул в два соседних отделения, чтобы убедиться наверняка, хотя у меня и так
не оставалось никаких сомнений. Не "сааб", а "линкольн". Не пропавшие записи
горничной, а остановившееся сердце Энджела Долла. Никто не знает ни о ком все. Но
теперь Куинну было уже известно обо мне многое, и я был не в восторге от этого. Я
вернулся тем же путем, что и пришел. Поднялся по пандусу и вышел на улицу. Небо
было затянуто тучами, вокруг нависали мрачные здания, и все же мне показалось,
будто меня осветил луч прожектора. Я молча скользнул в "торес" и закрыл дверь.
- Ну? - спросила Даффи.
Я молчал. Она развернулась ко мне лицом.
- Ну?
- Надо срочно вызволять Элиота, - сказал я.
- Почему?
- Они нашли Энджела Долла.
- Кто?
- Люди Куинна.
- Как?
- Не знаю.
- Ты уверен? А может быть, это портлендская полиция? Обратила внимание на
подозрительную машину?
Я покачал головой.
- Полиция первым делом открыла бы багажник. Так что весь гараж был бы
оцеплен как место преступления. И там толпились бы десятки полицейских.
Даффи промолчала.
- Все вышло из-под контроля. Так что звони Элиоту. На сотовый. Прикажи ему
убираться оттуда. Пусть заберет с собой Беков и кухарку. В "кадиллаке". Если
понадобится, пусть ведет под дулом пистолета. Вели ему найти другой мотель и
затаиться там.
Порывшись в сумочке, Даффи достала телефон. Нажала кнопку быстрого набора
номера. Стала ждать. Я мысленно засек время. Один звонок. Два звонка. Три звонка.
Четыре звонка. Даффи обеспокоенно взглянула на меня. Наконец Элиот ответил.
Выдохнув, Даффи выдала ему инструкции, быстро, громко и четко. Затем окончила
связь.
- Все в порядке? - спросил я.
Она кивнула.
- Похоже, он очень обрадовался.
Я кивнул в ответ. Еще бы. Мало радости стоять согнувшись за крупнокалиберным
пулеметом, спиной к морю, вглядываясь в однообразный серый ландшафт, не зная,
чего ожидать и когда.
- В таком случае, поехали, - сказал я. - На склад.
Виллануэва тронулся вперед. Дорогу он знал. Ему уже дважды приходилось
следить за складом вместе с Элиотом. Два долгих дня. Проехав через город на юговосток,
он приблизился к району порта с северо-запада. Все сидели молча. Никто не
говорил. Я пытался определить размеры неприятности. Они были огромными.
Случилась настоящая катастрофа. Но она также принесла избавление. Все прояснила.
Необходимость притворяться отпала. Обман рассеялся. Теперь я для них враг. А они
враги для меня. Все ясно и просто. Я облегченно вздохнул.
Виллануэва знал свое дело. Он объехал вокруг склада, оставаясь в трех кварталах.
Мы осмотрели его со всех четырех сторон. Правда, только мельком, через переулки и
промежутки между зданиями. Ни одной машины рядом. Ворота наглухо закрыты. В
окнах нет света.
- Где же они? - удивилась Даффи. - Кажется, выходные обещали быть
напряженными.
- Это действительно так, - подтвердил я. - Выходные очень напряженные. И,
на мой взгляд, то, что они делают, совершенно логично.
- А что они делают?
- Об этом потом, - сказал я. - Сначала посмотрим на "Убедительные доводы".
И на то, что получено взамен.
Виллануэва поставил "торес" за два строения к северу и востоку от склада, у двери
с надписью "Брайанс. Импорт качественной таксидермии". Он запер машину, и мы
прошли на юг и на запад, а затем обошли склад Бека со стороны глухой стены, не
имевшей окон. Дверь в контору была заперта. Заглянув в окно, я никого не увидел. Мы
обогнули здание и заглянули в офис. Там тоже никого. Подошли к некрашеной серой
двери и остановились. Дверь была заперта.
- Как мы попадем внутрь? - спросил Виллануэва.
- С помощью вот этого, - ответил я.
Достав ключи Энджела Долла, я отпер замок. Открыл дверь. Запищала
сигнализация. Пройдя внутрь, я порылся в бумажках, закрепленных на доске, нашел
код и ввел его в систему. Красный огонек сменился зеленым, писк прекратился, и в
здании воцарилась тишина.
- Здесь никого нет, - сказала Даффи. - У нас нет времени на то, чтобы
заниматься исследованиями. Нам нужно найти Терезу.
Но я уже почувствовал запах оружейной смазки. Он висел в воздухе, перекрывая
запах свежей шерсти ковров.
- Пять минут, - сказал я. - А потом БАТО наградит тебя медалью.
- Тебя нужно наградить медалью, - сказала Доминик Коль.
Она позвонила мне из телефона-автомата в университетском студенческом
городке.
- Вот как?
- Куинн у нас в руках. Мы можем пришить ему дело гвоздями. Он влип по уши.
- Так кому он отдал предпочтение?
- Иракцам. Ты можешь в это поверить?
- Что ж, это разумно. Они получили по заднице и хотят быть готовыми к
следующему разу.
- Вот и говори после этого о дерзости.
- Как все прошло?
- Так же, как и в предыдущий раз. Но только чемоданчики были от "Самсонита", а
не от "Халлибертона". У иранца и ливанца мы отобрали пустые. Зато у иракца был
полный комплект. Все чертежи.
- Ты уверена?
- Абсолютно, - подтвердила Коль. - Я связалась с Горовским, и он определил
чертежи по идентификационному номеру в углу.
- Кто был свидетелем передачи?
- Мы оба. Я и Фраскони. А также несколько студентов и персонал. Передача
чертежей состоялась в университетском кафе.
- Какой персонал?
- Мы пригласили профессора с кафедры юриспруденции.
- Что он видел?
- Всё. Но только сам процесс обмена чемоданчиками он под присягой не
подтвердит. Наши друзья действовали очень ловко. Чемоданчики были абсолютно
одинаковые. Этого достаточно?
Вопросы, об ответах на которые я жалею с тех самых пор. Возможно, Куинн
будет утверждать, что иракец уже получил чертежи из неизвестного источника.
Возможно, он будет настаивать, что тот просто любил носить их с собой. Отрицать сам
факт обмена. Но затем я подумал о сирийце, ливанце, иранце. О деньгах на счету
Куинна. Жертвы обмана должны быть очень злы на него. Возможно, они согласятся
дать показания на закрытом процессе. Если государственный департамент предложит
им какую-либо компенсацию. Кроме того, на чемоданчике иракца должны быть
отпечатки пальцев Куинна. На встречу он пришел без перчаток. Это было бы слишком
подозрительно. Одним словом, я решил, что материала у нас достаточно. Мы имели
факт перевода необъяснимых денег на счет Куинна, мы имели совершенно секретные
чертежи, попавшие в руки иракского разведчика, два сотрудника военной полиции и
профессор юриспруденции видели, как они там оказались, и на рукоятке чемоданчика
должны были быть отпечатки пальцев.
- Улик полно, - сказал я. - Отправляйся арестовывать этого типа.
- Куда идти? - спросила Даффи.
- Я покажу, - ответил я.
Я прошел через в офис в кабинет. Оттуда в кабинку на складе. Компьютер Энджела
Долла по-прежнему стоял на столе. Из стула по-прежнему сыпалась труха. Отыскав
нужный выключатель, я зажег свет на складе. Через стеклянную стену было видно все
помещение. Там по-прежнему стояли ряды свернутых ковров. И погрузчик. Но в
центре высились пять стопок уложенных друг на друга ящиков. Разделенных на две
группы. Дальше от ворот три пирамиды видавших виды деревянных ящиков с
надписями, выведенными незнакомыми буквами, в основном кириллицей, поверх
которой шла справа налево арабская вязь. Я предположил, что это импортная поставка,
полученная "Большим базаром". У самых ворот стояли две пирамиды аккуратных
ящиков, подписанных по-английски: "Моссберг. Коннектикут". А это, судя по всему,
предназначенная к отправке партия товара компании "Ксавье экспорт". Импортэкспорт,
бартер в чистом виде. "Честный обмен не является воровством", - как сказал
бы Леон Гарбер.
- Партия не такая уж большая, да? - спросила Даффи. - Я хочу сказать, всего
пять стопок ящиков. И это на сто сорок тысяч долларов? Я полагала, на эти деньги
можно купить чер-те чего.
- Я считаю, партия крупная, - возразил я. - Не столько в количественном
отношении, сколько в качественном.
- Давайте взглянем, - предложил Виллалуэва.
Пройдя на склад, мы с ним опустили на иол верхний ящик "Моссберга". Ящик
оказался тяжелым. От моей левой руки по-прежнему было мало толка. И у меня все
еще болела, грудь. По сравнению с этим разбитая губа казалась пустяком.
Виллануэва нашел на верстаке молоток с гвоздодером. Выдернул с его помощью
гвозди из крышки ящика. Поднял крышку и положил ее на пол. Ящик был заполнен
пенопластовыми шариками. Погрузив в них руку, я вытащил ружье, завернутое в
промасленную бумагу. Разорвал бумагу. Это была модель М500, "Убедительный
довод". Без приклада. Только пистолетная рукоятка. Двенадцатый калибр, ствол
длиной восемнадцать с половиной дюймов, трехдюймовый патронник, магазин на
шесть патронов, вороненая сталь, ложе из черной пластмассы, без прицела. Я
передернул затвор. Он скользнул легко, словно шелк по коже, Я нажал на спусковой
крючок. Курок щелкнул, словно затвор дорогого фотоаппарата.
- Патронов нигде нет? - спросил я.
- Вот они, - откликнулся Виллануэва.
У него в руках была коробка патронов "Бреннеке". На полу лежала открытая
упаковка с десятками таких же коробок. Разорвав две коробки, я вставил шесть
патронов в магазин, передернул затвор, досылая один из них в ствол, и вставил
седьмой патрон. Затем поставил ружье на предохранитель, поскольку "Бреннеке"
заряжены не мелкой дробью. Тяжелая пуля в латунной оболочке весом в целую унцию
вылетит из ствола "Убедительного довода" со скоростью почти тысяча сто миль в час.
Она пробьет в стене из шлакоблоков дыру, в которую может пролезть взрослый
человек. Положив ружье на стол, я достал из ящика другое и развернул его. Зарядил,
поставил на предохранитель и положил рядом с первым. Перехватил недоуменный
взгляд Даффи.
- Именно для этого они и предназначены, - объяснил я. - От незаряженного
оружия нет никакого толка.
Убрав пустые коробки из-под патронов в упаковку, я закрыл крышку. Виллануэва
разглядывал ящики "Большого базара", сверяясь с какими-то бумагами.
- Как по-вашему, это похоже на ковры? - спросил он.
- Не совсем, - сказал я.
- А вот у таможни не возникло никаких вопросов. Некий Тейлор поставил свою
подпись под декларацией, в которой эти ящики объявляются коврами ручной работы
из Ливии.
- Это будет очень кстати, - сказал я. - Передайте этого Тейлора БАТО. Пусть
проверят его банковские счета. Надеюсь, после этого к вам будут относиться радушнее.
- А что все-таки внутри? - спросила Даффи. - Что такого могут делать в
Ливии?
- Ничего, - ответил я. - Там только выращивают финики.
- Это все произведено в России, - сказал Виллануэва. - После чего дважды
побывало в Одессе. Было экспортировано в Ливию, вернулось назад и снова
отправилось на экспорт. В обмен на две сотни "Убедительных доводов". Похоже, ктото
хочет выглядеть крутым на улицах Триполи.
- А в России этого добра навалом, - заметила Даффи.
Я кивнул.
- Давайте все же взглянем, что это такое.
Всего в трех стопках стояло девять ящиков. Я снял верхний из ближайшей ко мне,
и Виллануэва засуетился с гвоздодером. Когда он снял крышку, я увидел ряд АК-74,
уложенных в деревянные гнезда. Обыкновенные автоматы Калашникова, к тому же
бывшие в употреблении. Чертовская скукотища; красная цена - двести долларов за
штуку, в зависимости от того, где ими торговать. Товар совсем не модный. Я никак не
мог себе представить, что ребята из Коннектикута в пиджаках от "Норт фейс"
променяют свои новенькие "Хеклер и Кохи" на это старье.
Второй ящик был меньше. В нем среди деревянной стружки лежали укороченные
автоматы АКСУ-74. Производные АК-74. Оружие действенное, но грубоватое. Эти
автоматы, хотя и не новые, были в хорошем состоянии. Однако, опять же, ничего
интересного. Есть не меньше полдюжины эквивалентов западного производства.
Спецы НАТО спокойно спят ночью, не тревожась по поводу этих автоматов.
В третьем ящике лежали девятимиллиметровые пистолеты Макарова. В основном
старые, поцарапанные. Очень примитивная и грубая конструкция, содранная с
древнего "вальтера". Советская армия всегда была невысокого мнения о пистолетах,
считая их немногим лучше рогаток.
- Здесь полный мусор, - сказал я. - Единственное применение ему -
переплавить на якоря.
Перейдя к следующей стопке, мы в первом же ящике обнаружили кое-что
поинтереснее. Это были бесшумные снайперские винтовки "вал". Секретное оружие до
1994 года, когда одна винтовка попала в Пентагон. Черные, метал и пластмасса,
складывающиеся приклады. Используют специальные девятимиллиметровые
дозвуковые боеприпасы. Испытания показали, пуля без труда пробивает на расстоянии
пятьсот ярдов любые бронежилеты. Я вспомнил, что в свое время это вызвало
большую озабоченность. Всего в ящике лежало двенадцать винтовок. Еще двенадцать
в следующем. Это было добротное, качественное оружие. Такое подойдет ребятам в
костюмах от "Норт фейс".
- Сколько это стоит? - спросил Виллануэва.
Я пожал плечами.
- Трудно сказать. Полагаю, все зависит от того, что за человек собирается их
купить. Скажем так: новый "вайме" или ЗИГ, приблизительный эквивалент, стоят в
США больше пяти тысяч.
- То есть стоимость только этих двух ящиков около ста двадцати тысяч.
Я кивнул.
- Оружие серьезное. Однако в Лос-Анджелесе ему трудно найти достойное
применение. Так что, думаю, заплатили за него гораздо меньше.
- Нам пора уходить, - сказала Даффи.
Я подошел к стеклянной кабинке и выглянул в окно на улицу.
Вечерело, однако несмотря на пасмурную погоду было еще светло.
- Сейчас, - сказал я.
Виллануэва вскрыл последний ящик во второй стопке.
- Черт побери, а это еще что такое? - недоуменно воскликнул он.
Я подошел к нему. Увидел в куче опилок тонкую черную трубу с короткой
деревянной накладкой, призванной служить плечевым упором. Из дула торчала
наготове раздувшаяся головка гранаты. Я не мог поверить своим глазам.
- Это РПГ-7, - наконец сказал я. - По-русски "реактивный противотанковый
гранатомет". Оружие пехотинца, из него стреляют с плеча. Но только на самом деле он
стреляет не гранатой, а реактивным снарядом.
- Что-то вроде подкалиберного снаряда? - спросила Даффи.
- Не совсем. Боеголовка начинена взрывчаткой.
- И из этой штуковины можно подбить танк?
- Для этого она и предназначается.
- В таком случае, кто будет покупать их у Бека?
- Не знаю.
- Наркоторговцы?
- Возможно. Из такого гранатомета можно поразить здание. Или бронированный
лимузин. Если у конкурента бронированный БМВ с пуленепробиваемыми стеклами,
эта штука очень пригодится.
- А может быть, террористы, - предположила Даффи.
Я кивнул.
- А также вооруженные повстанцы.
- Все это очень серьезно.
- Попасть из этого гранатомета сложно, - сказал я. - Граната большая, летит
медленно. В девяти случаях из десяти даже слабый боковой ветер отклонит ее от цели.
Впрочем, это будет слабым утешением тому, в кого она попадет по ошибке.
Виллануэва сорвал крышку со следующего ящика.
- То же самое.
- Надо срочно связываться с БАТО, - сказала Даффи. - И, вероятно, с ФБР.
Прямо сейчас.
- Чуть позже, - сказал я.
Виллануэва занялся одним из двух последних ящиков. Заскрипели выдираемые
гвозди, затрещало дерево.
- Еще что-то непонятное.
Я заглянул в ящик. Увидел толстые металлические трубы, выкрашенные в яркожелтый
цвет. Снизу прикручены электронные модули.
- "Стрела-2М", - сказал я, - Ракета класса "земля-воздух" российского
производства.
- С головкой теплового наведения?
- Совершенно верно.
- Такими сбивают самолеты? - сказала Даффи.
Я кивнул.
- Но особенно хороши они против вертолетов.
- Какова дальность выстрела? - спросил Виллануэва.
- До десяти тысяч футов.
- То есть можно сбить пассажирский авиалайнер.
Я кивнул.
- Если занять позицию недалеко от аэропорта. И стрелять по самолету, который
только что совершил взлет. Например, с катера на Ист-Ривер. Представьте себе, что
будет, если сбить "Боинг-747", взлетевший из Ла-Гуардии. Лайнер рухнет на
Манхэттен, и повторится 11 сентября.
Даффи не могла оторвать взгляда от желтых труб.
- Не могу поверить, - наконец промолвила она.
- Тут речь уже точно идет не о наркоторговцах, - сказал я. - Значит, Куинн
расширил рынок сбыта. И связался с террористами. Другого объяснения быть не
может. Одной этой партии хватит для того, чтобы вооружить целую террористическую
ячейку. С помощью этого оружия можно будет делать практически все.
- Мы должны выяснить, кто выстроился в очередь за этим товаром. И зачем он им
нужен.
И вдруг послышались шаги. Щелчок патрона, досланного в патронник. И голос.
- Мы не спрашиваем, зачем оно им нужно. Никогда не спрашиваем. Просто берем
у них деньги, черт побери.
Глава 14
Это был Харли. Его рот чернел над козлиной бородкой рваной дырой, в которой
желтели гнилые зубы. Харли улыбался. В правой руке у него был П-14 "Пара
ордонанс". П-14, добротная копия "кольта" образца 1911 года канадского
производства, был для него чересчур тяжел. Руки у Харли были тонкие и слабые. Ему
больше подошел бы "глок-19", какой был у Даффи.
- Увидел свет, - объяснил Харли, - Решил заглянуть и проверить.
Он посмотрел на меня.
- Похоже, Поли облажался. А ты, наверное, сымитировав его голос, отвечая
мистеру Ксавье по телефону.
Я посмотрел на указательный палец правой руки Харли. Палец был там где надо,
лежал на спусковом крючке. Полсекунды я злился на себя за то, что позволил Харли
подойти незамеченным. Затем стал думать о том, как исправить эту ошибку. У меня
мелькнула мысль: "Виллануэва будет страшно зол на меня, если я завалю Харли до
того, как мы спросим его о Терезе".
- Ты не собираешься нас представить? - насмешливо спросил Харли.
- Это Харли, - сказал я.
Никто не произнес ни слова.
- Кто эти люди? - спросил у меня Харли.
Я промолчал.
- Мы сотрудники федерального управления, - сказала Даффи.
- В таком случае, что вы здесь делаете? - недоуменно спросил Харли.
Он произнес это таким тоном, словно ему действительно было любопытно. Теперь
на нем был другой костюм. Из черной ткани с блеском. На шее серебристый галстук.
Харли принял душ и вымыл голову. Его хвостик был перехвачен аккуратной
коричневой резинкой.
- Мы здесь по долгу службы, - сказала Даффи.
Харли кивнул.
- Ричер видел, как мы поступаем с женщинами, работающими на правительство.
Видел своими собственными глазами.
- Харли, тебе лучше поскорее бежать с этого корабля, - сказал я. - Он тонет.
- Ты так думаешь?
- Знаю наверняка.
- Видишь ли, порывшись в компьютерах, мы пришли к другому заключению.
Наша с тобой подружка, которая лежала в мешке, она ведь никому ничего еще не
сказала. От нее до сих пор ждут первую весточку. Кстати, похоже, про ее
существование вообще просто забыли.
- Мы не имеем никакого отношения к компьютерам.
- Еще лучше, - усмехнулся Харли. - Раз вы вольные охотники, никто не знает о
том, что вы здесь, а я держу вас под прицелом.
- Поли тоже держал меня под прицелом, - сказал я.
- У него был пистолет?
- Даже два.
Харли вздрогнул, но тотчас же снова взял себя в руки.
- Я поумнее Поли. Руки за голову!
Мы положили руки за головы.
- У Ричера есть "беретта", - продолжал Харли. - Это мне точно известно. А
еще, думаю, здесь есть два "глока". Скорее всего, модели 17 и 19. Я хочу увидеть все
это на полу. Аккуратно, не торопитесь. По одному.
Никто не двинулся с места. Харли повел П-14 на Даффи.
- Начнем с женщин. Большим и указательным пальцами.
Сунув левую руку за пазуху, Даффи вытащила "глок", держа его большим и
указательным пальцами. Положила его на пол. Я начал было поднимать руку к
карману.
- Подожди! - остановил меня Харли. - Ты тип ненадежный.
Шагнув вперед, он приставил дуло П-14 к моей нижней губе, туда, куда меня
ударил Поли. Затем погрузил левую руку в мой карман. Выудил оттуда "беретту ".
Бросил ее на пол к "глоку" Даффи.
- Теперь ты, - приказал он Виллануэве.
Оставив П-14 там, где тот находился. Холодное, жесткое дуло давило мне на
расшатанные зубы. Виллануэва бросил свой "глок" на пол. Харли сгреб ногой все три
пистолета. Затем шагнул вперед.
- Отлично. Теперь по одному становитесь к стене.
Он развернул нас, выстроив вдоль стены, при этом сам оказался рядом с ящиками.
- С нами был еще один человек, - сказал Виллануэва. - Его здесь нет.
"Ошибка", - подумал я. Харли усмехнулся.
- Так позовите же его. Пусть идет сюда.
Виллануэва промолчал. Это был тупик. Внезапно превратившийся в западню.
- Зовите же его, - повторил Харли. - Живо, иначе я начну стрелять.
Никто не шевелился.
- Зовите его, иначе женщина получит пулю в бедро.
- Телефон у нее, - сказал Виллануэва.
- В сумочке, - подтвердила Даффи.
- А сумочка?
- Осталась в машине.
"Хороший ответ", - подумал я.
- Где машина? - спросил Харли.
- Рядом.
- Тот "торес", что стоит перед магазином чучел?
Даффи кивнула. Харли заколебался.
- Можно воспользоваться телефоном в конторе, - наконец сказал он. - Звони
вашему человеку.
- Я не знаю его номер, - сказала Даффи.
Харли молча посмотрел на нее.
- Он в памяти телефона, - пояснила она. - Наизусть я его не помню.
- Где Тереза Даниэль? - спросил я.
Харли лишь усмехн
...Закладка в соц.сетях
