Жанр: Триллер
Невезение (Майкл тоцци 3)
...и Хиллбилли", - сказала она таким тоном, будто
он непременно должен был знать этот чертов мюзикл.
Она продолжала негромко мурлыкать, и Сэл знал, что Сидни не замолчит, пока он
не скажет того, что она хотела услышать. Наверно, думает, что это очень остроумно. В
последний раз она распевала песенку из "Мистера Эда", а перед этим из мюзикла
"Кремень" - "баб-ба, даб-ба", черт побери. Он не выносил ее песенок, но ему нужно
было узнать про Томаззо.
Он терпеливо ждал, надеясь, что она замолчит, но не тут-то было. Что ж, придется
подыграть ей. Он закусил губу и выпучил глаза на манер Ральфа Крэмдена.
- Ладно, хватит, слышишь?
В ответ она перешла на громкое "ля-ля-ля".
- Сидни, заткнись, прошу тебя по-хорошему, - сказал он.
Она широко улыбнулась, продолжая напевать.
- Хватит, замолчи, пожалуйста.
Теперь в его голосе слышались просительные нотки.
Сидни никак не отреагировала.
- Сидни, выслушай же меня. Твой Томаззо отличный парень. С ним все в
порядке. Ну что? Ты довольна?
Она мельком поглядела через плечо, продолжая мурлыкать и обихаживать
ноготки. Ей нужно было услышать нечто большее, чем просто извинение.
Он сложил руки, словно для молитвы, и уставился в потолок.
- Господь свидетель, - сказал он, - если бы ты была моей женой, я не стал бы с
тобой разводиться. Я просто прикончил бы тебя.
Это было вполне в ее вкусе - англосаксонское поведение на итальянский лад,
крутой парень с крепкими бицепсами, готовый вот-вот взорваться. Очень смешно.
Шлюха поганая.
Она снова улыбнулась, но не замолчала. Нет, вы только поглядите на нее. Просто
неподражаема. Супербогачи, мать ее так. Ручаюсь, жена Ли Якокки не смотрит
дешевые телешоу. Может, когда эта тварь была женой другого парня, она целые дни
просиживала у телевизора? Жуткая стерва. Она способна пропеть всю ночь. И ничего
не сказать про Томаззо.
- Понимаешь, - начал он, - тут нет ничего интересного. Совсем не то, что ты
думаешь. У меня с Рассом есть дела, и они действительно касаются бокса. Хочешь
знать какие? Я скажу тебе. Речь идет о Профсоюзах.
Сидни поглядела на него весьма скептически.
- Да, о профсоюзах мусорщиков и уборщиков. Твой муж хочет, чтобы все было
прибрано сразу после боя, в ту же ночь. То есть людям придется работать в
воскресенье, рано утром. А они делать это не обязаны. Имеют право не работать, если
не пожелают. Вот Нэш и обратился ко мне. За определенное вознаграждение я должен
убедить профсоюз. Чтобы люди вышли на работу. Чтобы не было лишних проблем.
Вот и все мои дела с Нэшем. Ну что, ты довольна? А теперь скажи, от кого ты все
узнала?
Она слегка усмехнулась, невероятно гордая собой. Потом потянулась к пакету,
взяла орех и громко раскусила его. Прожевав его, она снова замурлыкала песенку.
Господь Всемогущий! Ну и баба. Он зацепил языком застрявший орех. Ей
рассказал Томаззо. Конечно, он. Но как он узнал? Сэл напряг язык, вытолкнул орех и
разгрыз его передними зубами.
- И что еще тебе сообщил твой дружок Томаззо?
Она завернула крышку на баночке с кремом и поставила ее на тумбочку.
- Я вовсе не говорила, что мне сообщил об этом Майк. Я вообще никогда не
раскрываю свои источники информации.
Она повернулась на бок и принялась через одеяло поглаживать его член.
- Это он. Я уверен, что это он.
Сукин сын. Тридцать шесть миллионов. Он не лишит меня этих денег. Не важно,
полицейский он или нет. Я тоже не прочь быть богатым и знаменитым.
Сидни встала на колени, болтая грудями у него перед лицом, и выдала очередное
"ля-ля-ля".
- Кончай свои песенки! У меня уже голова разболелась.
Она рывком откинула одеяло, схватила его член и принялась теребить его так,
словно он был из каучука. С ума сойти!
- Ля-ля-ля, - напевала она, полузакрыв глаза и улыбаясь.
Он отвел ее руки, выгнулся дугой и вонзился в нее до основания. Она заерзала в
ритме все той же поганой песенки.
- Слушай, Сидни, сделай мне одолжение.
- Какое?
- Заткнись и трахайся.
Она стонала и улыбалась - маленькая Лолита на диком жеребце, - продолжая
мурлыкать свой мотивчик. Чертова шлюха. Похотливая, любопытная стерва.
Интересно, что она напевала в постели своему ублюдку Томаззо?
Глава 9
Все, кроме Тоцци и остальных телохранителей, внимательно следили за
происходящим на ринге. Тоцци стоял в нескольких футах позади Рассела Нэша и,
скрестив руки, оглядывал заполненный людьми гимнастический зал. Ему не
нравилось то, что он видел. Дверь напротив была открыта, снаружи ярко светило
солнце. Он различил в двери два темных силуэта, один из них - огромный мужик
вроде Чарльза Эппса. Майк не мог разглядеть лица, но мужик был достаточно велик,
чтобы быть Сэлом Иммордино. Сэл стоял в дверях со своим братом Джозефом. Но что
им нужно на тренировочном поединке Эппса, когда вокруг крутятся все эти
репортеры и телевизионщики? Для Сэла это слишком рискованный выход в свет. Если
только у него не было достаточных причин, чтоб явиться сюда. Может, он хотел в чемто
убедиться лично? Например, в том, что уже приняты должные меры в отношении
некоего фэбээровца, работающего на нелегальном положении. Тоцци уставился на
темные силуэты. Все это его очень встревожило. Он вдруг ощутил себя крайне
незащищенным. Он прищурился, пытаясь разглядеть лица, но без толку - солнце
светило слишком ярко.
Тоцци отвернулся и поглядел на ринг. Свет ярких ламп отражался на бритой
голове Эппса, когда он продвигался к своему партнеру по тренировке, имя которого
было никому не известно, а лицо скрыто под боксерским шлемом. Партнер весьма
походил на Двейна Уокера по росту, комплекции и телосложению. Без сомнения, не
случайно. Тоцци удалось увидеть его лицо до того; как начался этот
демонстрационный поединок. Парень совсем не был похож на Уокера, по возрасту он
был ближе к Эппсу, еще не старик, но и не двадцатишестилетний юноша. Действовал
он стремительно, налетая и отскакивая, наносил серию быстрых ударов, затем снова
отскакивал, чтобы успеть перевести дыхание. То же самое делал сейчас и Эппс,
тяжело отступая подпрыгивающими шагами, которые с большой натяжкой можно
было принять за работу ног. Однако он еще вполне мог считаться достойным
соперником чемпиона благодаря своему мощному удару. Тоцци определил по его
свирепому взгляду, что Эппс ищет возможность показать, на что способен. Такой же
взгляд был у Сэла, когда тот держал Майка за горло тогда в лифте. Незабываемое
впечатление.
Эппс начал подходить к сопернику, применяя комбинацию из короткого удара
левой и удара правой, высматривая незащищенные места. Тоцци слышал его тяжелое,
шипящее дыхание и видел капли пота на лице, но Эппс продолжал упрямо наносить
удары, надеясь, что ему повезет. Затем он стремительно нанес свой знаменитый удар
правой - почти промахнулся, лишь задев шлем противника, однако чуть не свернул
ему шею. Толпа зрителей словно пробудилась ото сна и насторожилась. Тоцци был
удивлен и поражен увиденным. Партнер Эппса, похоже, тоже - он не замедлил
отскочить за пределы досягаемости. Судя по всему, легендарный удар правой Чарльза
Эппса с годами не утратил своей убойной силы.
Прозвучал удар гонга, и соперники разошлись по своим углам. Тоцци оглянулся на
дверь - огромного силуэта там уже не было, и Майк слегка занервничал. Куда пошел
этот парень, интересно, и вправду ли то был Сэл Иммордино?
Разговоры в толпе зазвучали громче, фотокорреспонденты и репортеры принялись
подзуживать друг друга, обмениваясь нелицеприятными замечаниями, и голодными
глазами поглядывали в сторону буфета, ожидая, когда же наконец все это закончится и
они смогут пожрать на халяву. Нэш улыбался, изучая лица репортеров, стараясь
угадать их настрой в отношении Эппса. Он специально пригласил их на
тренировочный бой, чтобы подогреть интерес к предстоящему поединку с чемпионом
и доказать им, что Эппс вовсе не "вышел в тираж", как они обыкновенно писали о нем.
Тоцци поглядел на Нэша, сидящего на складном кресле рядом с губернатором
Нью-Джерси. Он больше не обращал внимания на репортеров и не позволял им
отвлекать его своими вопросами. Он улыбался, ведя задушевную беседу с
губернатором. В конце концов, он тут хозяин. Впрочем, лицо у губернатора было
довольно унылое. Он вообще редко выглядел веселым. У него вечно был такой вид,
будто он страдает запором. Такой же вид и у его телохранителей. Типичные парни из
Секретной службы - чистенькие однобортные костюмы, строгие галстуки,
крошечные наушники в ушах. Одному из парней, похоже, чем-то не понравился
Тоцци, он поглядывал на Майка так, словно ожидал от него какой-то непредсказуемой
выходки. Это было даже забавно. Знал бы парень, кто он на самом деле. Тоцци
поглядел через плечо, озирая толпу. Интересно, знал ли это Сэл?
- Черт побери, - обратился Нэш к губернатору, говоря достаточно громко, чтобы
услышали все в зале, - хорошо бы и нам выглядеть так в возрасте Чарльза.
Некоторые репортеры усмехнулись, но губернатор, казалось, не слышал слов
Нэша. Зато их услышал Эппс и мрачно посмотрел на Нэша из своего угла. Он явно не
был польщен таким комплиментом.
Прозвучал удар гонга, и Эппс ринулся на середину ринга. Может, его задело
замечание Нэша, а может, он решил дать горяченький материал для всех этих
чертовых писак-репортеров. Во всяком случае, он рвался в бой. Его соперника отнюдь
не обрадовал неожиданный всплеск юношеской энергии, тем более что после
полученного удара он не собирался давать Эппсу нового шанса. Он старался
держаться как можно ближе к Эппсу. С его стороны это было весьма разумно. Он
понимал, что служит сейчас просто козлом отпущения. Но он не хотел подставляться
под смертельные удары правой только ради того, чтобы про Эппса чуть больше было
написано в газетах. Парень решил прижаться к Эппсу - на близком расстоянии
длинная рука противника сгибается в локте и не может причинить особых увечий. По
крайней мере теоретически.
Тоцци быстро оглядел зал и снова стал смотреть бой. Он попытался поставить себя
на место соперника Эппса и представить, что бы он стал делать. Он, разумеется, не
смог бы побить его, об этом нечего и думать. Айкидо - вот конек Тоцци. Никогда не
пытайся вступать в поединок с боксером, говорил ему сенсей. Но сейчас его невольно
заинтриговала возможность сразиться с профессиональным боксером. Кроме того, он
припомнил несколько приемов, которые неплохо сработали бы даже против мощного
удара. Боксер действительно способен наносить атакующие удары, в то время как
айкидо - это техника самообороны, построенная на отражении нападения. При этом,
чем агрессивнее атакующий, тем лучше может противостоять ему боец айкидо. Как
только боксер начинал бешено атаковать, он становился превосходным противником в
борьбе айкидо. Опять же теоретически.
Глядя, как боксеры лупят друг друга по голове, на их разящие апперкоты, Тоцци
вдруг ощутил неодолимое желание снова приняться за тренировки. Он не посещал
класс уже более двух месяцев, с тех пор как перешел на нелегальное положение. Оно и
понятно, теперь он был Майком Томаззо и не должен был делать ничего, что могло бы
ассоциироваться с его прежней жизнью. Он подумывал о том, чтобы отыскать какойнибудь
класс в Атлантик-Сити. Но он был занят целые дни, сопровождая Нэша, а его
расписание работы было столь непредсказуемым, что Тоцци даже не стал заглядывать
в справочник. Но сейчас, когда он смотрел на боксеров, ему захотелось снова на мат
- совершать броски, падать, отрабатывать приемы, применяемые против различных
видов атаки, вернуть себе боевой настрой духа.
Впрочем, разве это убережет от пули? Черта с два.
Тоцци вздохнул и еще раз внимательно оглядел зал. Ну где же ты, мой малыш Сэл?
Бой продолжался без особого напряжения и неожиданностей. Эппс продолжал
атаковать, но без видимого результата. Он что-то мрачно бормотал - возможно,
напоминал противнику, что тому следовало бы одуматься и дать зрителям
возможность насладиться красивым нокаутом, конечно, если он хочет получить
деньги, причитающиеся ему за этот бой. Но противник, похоже, отказывался
поступать разумно - может, из-за этого Эппс был похож на разъяренного быка? - и
продолжал держаться к нему вплотную.
И тут Эппс вдруг чуть присел и начал наносить снизу серию апперкотов в четком,
уверенном ритме, медленно опуская руку и затем выбрасывая ее вверх с
сокрушительной силой. Тоцци снова услышал, как воздух с громким шипением
вырывается из легких Эппса, но это было мощное дыхание сильного бойца, а не
списанного в тираж старика. Удары попадали в цель, голова соперника моталась из
стороны в сторону. Эппсу потребовалось меньше полудюжины таких апперкотов,
чтобы удалось оторваться от противника. Репортеры внимательно следили за
происходящим, даже Нэш привстал со стула и, стараясь перекричать остальных,
подбадривал Эппса.
Теперь Эппс уже разыгрывал настоящий спектакль, нанося точные удары левой,
поднимая правую, выделывая ею всевозможные финты и держа зрителей в
напряжении. Его соперник держал руки на уровне лица, но он всего лишь защищал
голову. Тоцци не мог понять, что происходит с парнем - то ли он просто ошеломлен
натиском Эппса, то ли окончательно покорился своей судьбе. Эппс полностью держал
ситуацию под контролем и вел спектакль к кульминации, используя правую руку пока
только для защиты и приберегая ее для решающего нокаута. Толпа с нетерпением
ждала, когда же он продемонстрирует свой легендарный удар правой. Кто-то
выкрикнул из его угла, что раунд подходит к концу. Эппс кивнул сам себе - пришло
время опускать занавес. Он еще несколько секунд наносил удары левой, заставив
противника оказаться там, где это ему было выгодно, потом замер на миг и выбросил
вперед правую руку молниеносным ударом прямо в подбородок противника. Удар был
таким мощным, что того отбросило на канат, затем обратно на ринг, где он шмякнулся
лицом о ковер.
Зал осветился вспышками камер, когда Эппс нарочито медленно направился в
свой угол. Зрители устремились на ринг и окружили его, держа микрофоны и
маленькие диктофоны. Но он даже не глядел на них, пока секунданты вытирали его
полотенцами и расшнуровывали перчатки.
Вглядевшись в сплетение ног на ринге, Тоцци увидел лицо побежденного - белки
закатившихся глаз, кожаный шлем сдавливает голову. Неприятное зрелище. Впрочем,
Сэл Иммордино обходится со своими соперниками куда круче. Одного он даже убил.
Тоцци быстро оглянулся, высматривая в толпе его огромную фигуру. Под ложечкой у
него засосало, во рту появился горьковатый привкус.
Эппс спустился с помоста, и Нэш торжественно представил его губернатору.
Голый по пояс, с блестящей от пота кожей, боксер стоял между двумя важными
персонами, улыбаясь в камеры широкой улыбкой и выставляя напоказ редкие зубы.
Нэш, большой мастер позировать перед камерами, поднял вверх его руку в боксерской
перчатке, словно судья, объявляющий победителя. Именно такую фотографию ему
хотелось увидеть в газетах - громила-боксер, стоящий между мультимиллионером и
сидящим на стуле губернатором, - трое победителей на одном снимке. Чтобы
привлечь внимание публики к предстоящему поединку, надо было растрезвонить по
всему свету, что Эппс - вполне достойный противник чемпиона и даже, может быть,
знаменитого Костолома Уокера. Если это фото появится в газетах, Нэшу будет плевать
на то, что пишут про Эппса газетчики. Тоцци слышал, как однажды Нэш заявил, что
фотоснимки впечатляют людей куда сильнее, чем любые статьи. Заядлые болельщики,
мол, мельком просматривают колонки, посвященные боксу, но внимательно
разглядывают фото.
Все фотокорреспонденты вскочили с мест, чтобы запечатлеть "тройку
победителей". Толпа была как единый огромный организм - сверкающий
вспышками, извивающийся, что-то бормочущий и кричащий. Тоцци была не по душе
эта неразбериха - репортеры сбились слишком тесно, вели себя как кому вздумается.
С точки зрения охранника это очень плохо. В такой свалке из камер и тел любой
негодяй с пушкой преспокойно мог сделать один-два выстрела, прежде чем на это
обратят внимание. Тоцци поглядел на вспышки камер, перед глазами появились
темные пятнышки, сердце у него учащенно забилось в ожидании выстрела, он был
готов броситься на пол и выхватить пистолет.
Какого дьявола я выбрал именно роль телохранителя, подумал он: Какая глупость!
Пристрелят как последнего идиота.
Последовало еще несколько вспышек, потом репортеры отчалили прочь, Эппс
опустил руку. "Тройка победителей" смогла наконец расслабиться. Ничего страшного
не произошло. В толпе не оказалось убийцы. Операторы удалились, а Тоцци
продолжал стоять, слушая, как колотится его сердце.
Он глубоко вздохнул, надеясь, что на лице у него не написано, насколько паршиво
он себя чувствует. Нэш и губернатор стояли в углу ринга, беседуя о чем-то своем.
Эппс в сопровождении менеджера направился в раздевалку. Репортеры и операторы
устремились к буфету, ради которого они и явились сюда. Нэш привез своих людей из
казино, чтобы подавать бесплатную еду и напитки представителям прессы. Ничто не
располагает к тебе репортера так, как дармовая выпивка, гласило еще одно из
изречений Рассела Нэша. Среди точек, мелькающих у него перед глазами, Тоцци
вроде бы различил за стойкой бара знакомую серую шляпу. Он поморгал глазами и
улыбнулся. Это была действительно она - белая блузка, черная жилетка, серая шляпа
и все прочее. Он не знал, что она тоже будет здесь. Вэл...
Бамс! Что-то хлопнуло его по спине между лопаток. Он инстинктивно присел и
сунулся за пистолетом в кобуру, укрепленную на лодыжке. Вот дерьмо.
- Эй, Томаззо! Что это ты, черт побери, делаешь?
Тоцци поднял глаза на черную фигуру, стоящую над ним. Сердце его снова сильно
забилось. Но это был Ленни Маковски. Он просто похлопал Майка по спине. Тоцци
опустил штанину и распрямился.
- Больше так не делай, Ленни.
- Что это с тобой, Томаззо? Интересно, кого это ты охраняешь здесь? Человеканевидимку?
Мистер Нэш в другом месте, там, у тебя за спиной. - Напомаженный кок
Ленни чуть не тыкался в лицо Майку.
- Сам знаю. Я слежу за ним.
- Как бы не так, Томаззо. Я тебе уже говорил, что из тебя никогда не выйдет
хорошего телохранителя. Ты никогда не научишься действовать так, как это делают
полицейские. Никогда.
- Отстань от меня, Ленни.
- Нет, я от тебя не отстану. Пока ты не будешь работать как следует.
- Я стараюсь, я очень стараюсь.
Отвалил бы ты, Ленни, подумал Майк. Мне нужно поговорить с Вэл. А не то у
меня разорвется сердце.
- Послушай меня, Томаззо. У нас изменились планы. - Ленни вынул связку
ключей и помахал ими. - Мистер Нэш едет в Трентон с губернатором на его машине,
чтобы они могли поговорить по дороге. Мы с Фрэнком остаемся с мистером Нэшем.
Шофер Джонни отгонит обратно в казино "роллс-ройс", а ты должен отогнать туда же
нашу машину.
- Ладно.
Тоцци взял ключи и кивнул со скучающим выражением лица. Он не хотел, чтобы
Ленни догадался, как он рад убраться отсюда раньше, чем ожидалось.
- Поезжай прямо сейчас. С людьми губернатора охраны у нас и без тебя хватит. Я
найду тебя позднее в "Плазе".
Ленни повернулся и зашагал прочь.
Тоцци помахал ему вслед рукой. В своем черном костюме Ленни со спины еще
больше, чем обычно, походил на кеглю. Просто поразительно.
Облегченно вздохнув, Майк сунул ключи в карман "и стал пробиваться сквозь
толпу к бару. Валери издали заметила его, и на губах ее заиграла легкая усмешка.
Она сдвинула шляпу на затылок и прислонилась к стойке бара.
- Чем могу быть полезна, сударь?
Проведи со мной целую неделю в постели, подумал Тоцци и усмехнулся.
- Извините меня, извините.
Раздвигая толпу локтями, прямо перед носом у Тоцци к бару пробивался какой-то
репортер, высокий парень в огромных очках в черепаховой оправе, с замшевыми
нашлепками на локтях пиджака.
- Я хотел бы водки со льдом. У вас тут есть "Столичная"? Я хотел бы
"Столичную".
- Погоди-ка минутку, приятель, - сказал Тоцци, - у меня тут дело.
Майк повернулся к Валери.
- Я отгоняю машину к казино. Еду один. Не желаешь прокатиться?
Она усмехнулась.
- Мама предупреждала меня, чтобы я не водилась с парнями вроде тебя.
- А что тебе угрожает? Я же за рулем.
- Такое мне уже приходилось слышать.
- У вас есть "Финляндия"? Дайте мне "Финляндию".
Тоцци мрачно посмотрел на настырного ублюдка. Похож на преподавателя
колледжа.
- Она будет в вашем распоряжении буквально через минуту. Подождите немного.
В конце концов, вы же не платите ни цента.
- Когда тебе надо ехать? - спросила Вэл.
- Как только ты освободишься. Никакой спешки.
О Господи, она выглядит действительно потрясающе. Вэл взяла стаканчик со
льдом и перекладывала его из руки в руку.
- Все это утихнет примерно через полчаса. Тогда я смогу уехать.
- Я хочу "Абсолют". Как насчет "Абсолюта"? Дайте мне "Абсолют".
Тоцци сгреб очкарика за лацканы пиджака.
- Послушай, приятель. Ты что, не видишь, что у меня важный разговор с дамой?
Не понимаешь, что это серьезный момент в наших отношениях и ты можешь
порушить мое счастье? С тобой такого никогда не случалось?
Ублюдок вертел головой, как черепаха, пытающаяся улизнуть обратно в панцирь.
- Отпусти меня!
- До тебя дошло, что я вешу фунтов на пятьдесят больше? У меня четко
выраженные агрессивные наклонности - похоже, это генетическая
предрасположенность к насилию. Ты разве не знаешь, что с такими, как я, лучше не
связываться?
- Отпусти меня, слышишь?
Он начал бешено извиваться и весь перекорежился, словно хотел вылезти из
собственной кожи. Вэл перегнулась через стойку и погладила Тоцци по щеке.
- Вот это мужик! Разве можно устоять перед таким?
- Отпусти меня! - вопил ублюдок, окончательно перетрусив.
Тоцци схватил его покрепче и посмотрел на Валери.
- Я буду ждать тебя на стоянке. Черный "меркурий", припаркованный под
деревьями.
- Слышишь, отпусти меня!
- И дай этому парнишке водки, хорошо? Кажется, он хотел "Смирновскую".
Он выпустил из рук присмиревшего поганца. Вэл опустила ресницы и вздохнула:
настоящий герой. Тоцци покачал головой и, ухмыльнувшись, стал продираться сквозь
толпу. Вэл воистину неподражаема. Он побрякал ключами в кармане. Душа его
ликовала. Он наконец выберется из этого сумасшедшего дома, а главное, сможет
побыть с Вэл, не опасаясь, что нагрянет Сидни. Сидни отправилась на своей лиловой
яхте в Манхэттен, чтобы устроить вечеринку с коктейлями или что-то в этом роде.
Она вернется не раньше завтрашнего вечера. Так что, если им с Валери вздумается
скрепить их дружбу... Но куда же он повезет ее? На ближайший холм? В самолет? Не
важно - по крайней мере, эта ночь принадлежит только им. Тоцци невольно
усмехнулся. Проходя мимо тяжелой боксерской груши, он несколько раз ударил, по
ней кулаками. Бум-бамс-бамс! Все складывалось отлично.
Выйдя на стоянку, он прикрыл глаза от солнца рукой. Было довольно жарко для
апреля, птицы щебетали на соснах. Казалось, они просто обалдели от неожиданно
теплой погоды. Стоит ли начинать вить гнезда, если снова может пойти снег? В
здешних местах такое вполне возможно. Тоцци нырнул под деревья, парочка
кардиналов перепорхнула с ветки на ветку.
О, ради Бога, делайте свое дело, не обращайте внимания.
Он шел по пыльной стоянке, направляясь в тень от высокой сосны, где был
припаркован "меркурий". Солнечные лучи играли на капоте машины, казалось, что
сейчас не апрель, а середина июня. Майк ослабил узел галстука. Может, им удастся
сегодня вечерком выбраться на побережье. Подходя к черному "меркурию", он
отметил про себя, что белого "роллс-ройса" Нэша на стоянке уже не было. Джонни,
вероятно, уже отогнал его.
В тени сосен Тоцци заметил белобрысого парня, который возился с камерой,
вполголоса бормоча ругательства. На нем были джинсы, коричневая вельветовая
спортивная куртка и кроссовки - последний писк моды среди фоторепортеров.
- Простите, - сказал он, - не могли бы вы мне помочь? Заело пленку, и мне
одному не справиться.
- О чем разговор.
Тоцци зашел в тень дерева, чтобы поглядеть, в чем там дело. Парень показал ему
35-миллиметровую камеру с усовершенствованной вспышкой.
- Что нужно сделать?
- Вот тут, видите?
Парень поднял камеру и врезал ею Тоцци прямо по носу. Тоцци инстинктивно
схватил парня за горло. В порыве ярости он готов был свернуть ему шею, но, прежде
чем он успел пошевелиться, что-то ткнулось ему в спину. Чья-то рука рванула его за
плечо и откинула назад, а пушка еще глубже врезалась ему в спину. Тоцци, скосив
глаза, глянул через плечо и увидел человека с пушкой. Дешевый твидовый пиджак в
елочку, новехонький, только что из магазина, и стильные джинсы, но какого-то
нелепого цвета. Зато на руке, державшей его за плечо, он увидел массивный золотой
браслет и дорогой перстень с двумя рядами бриллиантов. Тоцци заметил отражение
парня в стекле соседней машины. Волосы были гладко зачесаны назад. Этакая
расфуфыренная дешевка.
Волосы белобрысого были выбриты возле ушей и стояли ежиком на макушке.
Расхаживая взад и вперед, он то и дело почесывал за ухом, стискивал челюсти и
скалился. Что-то вроде нервного тика, смахивает на бешенство.
Когда боль от удара по носу переместилась выше, к глазам, Тоцци поглядел на
него. Боль в голове и в сердце пульсировала в унисон. Человек с пушкой не мог не
слышать ее биения. Тоцци ждал, когда же наконец белобрысый ублюдок скажет ему:
"Поганый фэбээровец, мы размозжим твою чертову башку". Именно это он должен
был сейчас сказать. Иммордино все известно. О Господи...
Блондинчик продолжал расхаживать взад и вперед, корча жуткие рожи. Тоцци
больше не в силах был сдерживаться.
- Что вам от меня нужно?
- Заткнись... Молчи... и просто... слушай...
Блондинчик старательно выговаривал каждое слово, продолжая корчить рожи.
Второй подонок вжал пушку Тоцци в позвоночник, вероятно, для пущей
убедительности.
- Мы от Сэла Иммордино. Усек? Он говорит, что ты плохой мальчик. Он говорит,
что ты суешь нос... так твою мать... в чужие дела.
Неужели они ни о чем не догадываются? - подумал Майк. Неужели Сэл просто
ревнует меня к Сидни? Что ж, вполне возможно. Может, он не собирается меня
прикончить, а просто решил предупредить. Если
...Закладка в соц.сетях
