Жанр: Сказка
Истории про изумрудный город 1-6
...оветники рассказали своим
домашним о том, что видели и конечно не обошлось без преувеличений.
По стране прошла молва, что волшебник Урфин на пиру глотал живых
ящериц и змей. Эта весть наполнила сердца людей ужасом и отвращением.
Через три дня после пира придворный летописец представил обширный
доклад, где с неопровержимой ясностью выводил род Урфина от древних
королей, когда-то правивших всей Волшебной страной.
Из этого летописец сделал два важных вывода. Во-первых, Урфин вступил
на престол по законному праву, как наследник древних владык. Во-вторых,
волшебницы Стелла и Виллина без всякого на то права и основания присвоили
земли Урфина и на этих наглых захватчиц надо пойти войной и лишить их
незаконных владений.
В награду за свой труд летописец получил серебряный подстаканник,
отобранный у одного купца и еще не попавший в дворцовые кладовые.
Для того чтобы следить за людьми и вылавливать недовольных, Урфин
Джюс решил создать полицию. Солдаты были для этого слишком
неповоротливыми.
Джюс изготовил для образца первого полицейского, поручил работу своим
подмастерьям и полиция в короткое время наводнила город и окрестности.
Полицейские были тоньше и слабее солдат, но длинные ноги делали их
необычайно прыткими, а огромные уши позволяли подслушивать любые
разговоры. Для скорости подмастерья приделывали полицейским разветвленные
древесные корневища вместо рук, обрубая отростки, служившие пальцами, если
они оказывались чрезмерно длинными. У иного полицейского насчитывалось по
семь и по десять пальцев на каждой руке, но Урфин полагал что от этого
руки будут только цепче. Правитель вооружил полицию рогатками и она,
благодаря большой практике, пользовалась этим оружием чрезвычайно ловко.
У начальника полиции были самые длинные ноги, самые большие уши,
больше пальцев на руках, чем у любого из его подчиненных и наравне с
главным государственным распорядителем он имел право в любое время входить
к Урфину Джюсу для доклада.
В подвале дворца день и ночь неутомимо работали бывшие солдаты, а
ныне ефрейторы, зеленый и голубой, превратившиеся в искусных столяров. Они
выпускали одного за другим безголовых дуболомов и складывали их штабелями
в углу мастерской. Отдельными кучками, как деревянные шары, лежали головы.
Для каждого взвода изготовлялся капрал из красного дерева.
Урфин Джюс вечером запирался в особой комнате и там вырезал головам
лица, а потом приделывал красные, зеленые, фиолетовые стеклянные пуговицы
вместо глаз.
Он прикреплял головы к безголовым телам и посыпал солдат живительным
порошком. Призванное к жизни пополнение дуболомной армии раскрашивалось и
после просушки отводилось на задний двор, где поступало в обучение к
капралам и палисандровому генералу Лану Пироту, пробоину на голове
которого Урфин заделал и отполировал.
Взвод за взводом выходил чинным маршем из ворот дворца под командой
капралов...
Армия Урфина Джюса подходила числом к ста двадцати солдатам. По
городу и окрестностям постоянно ходили дозоры. Взводы солдат были посланы
в Голубую страну к жевунам и в Фиолетовую страну к мигунам, чтобы
назначенные туда наместники могли держать народ в повиновении.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. НА ПОМОЩЬ К ДРУЗЬЯМ
СТРАННОЕ ПИСЬМО
Прошло около года с тех пор, как Элли вернулась в Канзас из Волшебной
страны, отрезанной от мира цепью огромных гор и великой пустыней. В
Канзасе все оставалось по прежнему: и обширная степь кругом, и пшеничные
поля, и пыльные дороги, пересекавшие равнину. Только на месте
домика-фургона, в котором ураган унес Элли и Тотошку в страну Гудвина,
фермер Джон построил домик. В нем теперь и жила семья - сам джон, его жена
Анна и дочка Элли.
Однажды летним вечером к ферме Джона подошел усталый путник с
рюкзаком за плечами. Был он средних лет, широкоплеч и крепок, с длинными
мускулистыми руками, а вместо левой ноги у него была прикреплена к колену
деревяшка, оставляющая в дорожной пыли круглые следы. Шел он походкой
моряка, раскачиваясь на ходу, точно ступая по зыбкой палубе. Смелые,
широко расставленные серые глаза на загорелом обветренном лице смотрели
так, будто вглядывались в даль океана.
Тотошка с лаем набросился на незнакомца и попытался укусить его
деревянную ногу. На звонкий лай обернулась Анна, кормившая кур. Она
бросилась к путнику и обняла его, заливаясь слезами.
- Братец Чарли! - всхлипывала Анна. - Ты вернулся, ты жив!
- Конечно жив, коли вернулся, - хладнокровно согласился Чарли Блек,
обнимая сестру.
- Но ведь твой капитан написал нам пять лет назад, что ты попал в
плен к людоедам на острове Куру-Кусу!
Элли, стоявшая на крылечке, вздрогнула от страха, она-то ведь знала,
что такое людоеды. Но почему мама никогда не рассказывала ей про дядю
Чарли, который плавал на корабле и попал на людоедский остров?
Впрочем, эта загадка вскоре разрешилась.
- Элли, - сказала Анна. - Поздоровайся с дядей Чарли!
Элли шагнула вперед и протянула руку, но Чарли приподнял девочку и
поцеловал.
- Ты помнишь меня, малышка? - спросил он. - Хотя вряд ли, тебе было
всего три года, когда я был у вас в последний раз. Но мама, наверное,
рассказывала тебе про меня?
Элли взглянула на мать, не зная, как ответить на этот вопрос дядюшки.
- Прости, братец, когда к нам пришло письмо про тебя, Элли было всего
пять лет. Мы с мужем решили не огорчать девочку такой ужасной вестью и
ничего ей не сказали. Время шло. Элли все реже вспоминала, что у нее есть
дядя Чарли, а потом и совсем позабыла про тебя.
Анна виновато опустила голову.
Чарли не рассердился.
- Ну, что ж, в конце концов вы оказались правы: я жив! Ну а теперь,
Элли, я думаю, что мы станем друзьями?
- О, да, дядя Чарли! - восхищенно ответила Элли. - Но как же тебя не
съели людоеды? Ты дрался с ними и победил их?
- Нет, девочка, это было не так, - рассмеялся Чарли. - Победить
людоедов я не смог, их были тысячи, а я один. Но знаешь они оказались
славными ребятами, эти людоеды. Когда я доказал, что живой принесу больше
пользы, чем изжаренный на костре, обитатели Куру-Кусу охотно оставили меня
в живых.
- Ты умеешь разговаривать по-людоедски? - удивилась Элли.
- Ну, милая моя, - улыбнулся Чарли. - Было бы желание, а сговориться
всегда можно. Меня приняли в племя Куру-Кусу, а я научил островитян пяти
новым способам готовить рыбу и нашел на острове девять новых сортов
съедобных растений... Когда я прожил у них четыре года, островитяне дали
мне лодку, нагрузили ее припасами и бочонками с водой и вывели далеко в
море, призывая на мою голову благословения всех богов. А богов у них не
мало и видно поэтому, после сорока двух дней плавания я встретил корабль и
вот я у вас, а кстати, сюда скачет Джон!
Джон, узнавший от соседей, что на ферму прошел незнакомый путник,
примчался с поля верхом на лошади и очень обрадовался, узнав в госте
своего шурина Чарли Блека.
Мужчины сердечно поприветствовали друг друга.
- А я к тебе по делу, брат Джон! - заявил Чарли, когда кончились
рукопожатия.
- Просто в гости не мог приехать? - упрекнул моряка Джон.
- Да знаешь, у такого всесветного бродяги, как я, везде найдутся
дела! - оправдался Чарли. - Есть у меня мечта - купить суденышко и
навестить моих друзей на Куру-Кусу. Мне всего то не хватает тысчонки
монет...
Фермер давно знал, что Чарли любит затевать неожиданные предприятия и
предложение не удивило его.
- Ладно, - сказал он. - Поговорим о деле завтра, а теперь пошли
ужинать.
Хозяева и гость сели за стол. Расспросы о приключениях Чарли
продолжались далеко за полночь, когда усталая Элли уже давно спала крепким
сном.
- А я вижу, вы разбогатели, - заметил Чарли, когда хозяйка стала
готовить ему постель. - У вас новый домик, а раньше вы жили в фургоне,
снятом с колес и поставленном наземь.
И только тут родители Элли, увлеченные беседой с гостем, вспомнили,
что их девочка пережила еще большие удивительные приключения. Но когда
Анна начала рассказ о том, как ураган небывалой силы подхватил фургон с
Элли и Тотошкой и унес по воздуху, моряк ударил кулаком по столу.
- Стоп! Отдать якоря! - воскликнул он. - Не обижайся, сестра, но мне
интересно узнать чудесную историю из первых рук, от племянницы. И хоть
меня гложет нетерпение, я все-таки хочу, чтобы Элли сама отрапортовала мне
о своих приключениях.
Утром одноногий моряк и Элли уселись на крылечке и девочка стала
рассказывать о своих приключениях.
- Ох, дядя Чарли, - заговорила Элли, - как мы с Тотошкой
перепугались, когда ураган закружил домик и понес высоко-высоко над
землей. Но я струсила бы еще больше, если бы знала тогда, что ураган был
не простой, а волшебный.
- Как волшебный? - изумился моряк Чарли.
- Ну, самый обыкновенный волшебный ураган, который посылают злые феи,
- пояснила Элли.
- Чем же ты провинилась перед волшебницей, что она наслала на тебя
целый ураган? И ведь это же так же нелепо, как стрелять из пушки по
воробьям!
- Да нет, дядя Чарли, ты не понимаешь, - терпеливо возразила Элли. -
Гингема хотела истребить весь человеческий род, но ей помешала это сделать
добрая фея Виллина...
Девочка поведала своему удивленному слушателю, как их домик залетел в
Волшебную страну, как она, Элли, нашла там трех верных друзей, в компании
которых добралась к Гудвину, а потом еще совершила еще более удивительное
путешествие в страну злой Бастинды.
Когда Элли закончила свою необычную повесть на том, как серебряные
башмачки перенесли ее и Тотошку домой, в Канзас, пораженный моряк долго не
мог опомниться.
- Ну, девчушка, клянусь всеми черепахами Куру-Кусу, твой вахтенный
журнал заполнен необычайными вещами!
- А что такое вахтенный журнал?
- Это - книга, куда капитан ежедневно записывает все, что случается
на судне или вокруг него. И потопи меня первый же шторм, если я теперь
буду верить этим скучным умникам, которые утверждают, будто на свете нет
волшебников и чудес! - в восторге вскричал Чарли. - Я отдал бы десять лет
жизни, чтобы побывать в этой чудесной стране!
Смелый моряк очень жалел о чудесных башмачках: ведь они могли открыть
дорогу в Волшебную страну, где на вечнозеленых деревьях в любое время года
растут плоды необычайного вида и вкуса, где разговаривают животные и
птицы, где живут милые и смешные племена жевунов, мигунов и болтунов, у
которых самый рослый мужчина чуть-чуть повыше Элли.
Рассказ о Волшебной стране и связанные с нею воспоминания расстроили
Элли. Она призналась дяде Чарли, что скучает по своим верным друзьям
Страшиле, Железному Дровосеку и смелому Льву и ей грустно оттого, что
никогда-никогда она с ними не увидится.
Чарли и его маленькая племянница крепко подружились. Они по целым
вечерам разговаривали, делились своими историями. Моряку Чарли тоже было о
чем рассказать. Он плавал по морям с десятилетнего возраста, когда впервые
ступил юнгой на палубу корабля. Но хотя Чарли сражался с белыми медведями
в полярных льдах и охотился на носорогов в девственных лесах Куру-Кусу, он
признался, что никогда даже не слыхал об ужасных саблезубых тигров, от
которых Элли спасла только находчивость и преданность верных друзей. Чарли
не знал и то, что существуют на свете летучие обезьяны - могучие звери с
сильными крыльями...
Дядя Чарли был на редкость интересный человек. Он был мастером на все
руки. Элли была в восторге от удивительного содержания его карманов.
Казалось, любой инструмент имел пристанище в карманах куртки Чарли и его
широких шаровар. Огромный складной нож моряка мог выдвинуть из себя лезвия
различной формы и назначения, шило, сверло, отвертку, ножницы и еще многое
другое.
В нужное время из карманов дяди Чарли извлекались мотки тонкой и
прочной бечевки, шурупы и винты, стамески и долота напильники, зубила...
Порой Элли казалось, что дядя Чарли сам немножко волшебник, что он просто
заставляет появиться в кармане ту вещь, которая ему нужна.
А чего только не делал дядя Чарли для девочки в часы досуга. Из
кусочков доски, из обрезков фанеры и жести он мог построить водяную или
ветряную мельницу, флюгер, тележку, движимую самодельной пружиной... Чтобы
сделать приятное своей сестре, он поставил на ее огороде для защиты от
птиц механическое чучело, дрыгавшее во все стороны руками и ногами и дико
завывавшее во время ветра.
Впрочем через два дня Анна попросила моряка отнять у пугала голос.
- Пусть будет меньше огурцов, - сказала она. - Да больше покою мне.
И в самом деле, чудище своим оглушительным ревом никому не давало
спать. Все на ферме облегченно вздохнули, когда оно замолчало.
Под вечер, когда прекращалась домашняя суета и Элли кончала готовить
уроки, Чарли отправлялся с девочкой гулять по степи. Пыль, которую
поднимали днем телеги, ложилась на землю, даль становилась прозрачной,
солнце опускалось за горизонт, отбрасывая от пешеходов длинные тени. Элли
и дядюшка Чарли в сопровождении Тотошки неторопливо шагали по мягкой
мураве сбоку дороги и разговаривали.
И вот как-то во время одной из вечерних прогулок случилось странное
событие, с которого началось новое удивительное приключения наших друзей.
Солнце село, но было еще светло, когда девочка увидела большую
растрепанную ворону, которая, то взлетала с земли, то снова опускалась на
нее, явно направляясь к Элли, резко и сердито каркая. Следом за птицей
гнался Джимми, рыжий и лохматый мальчишка с соседней фермы, ярый
истребитель воробьев, галок и кроликов. Джимми на бегу швырял в ворону
комьями земли, но не попадал.
Тотошка попытался схватить птицу, но ворона сделала послед нее
усилие, взлетела и бросилась в руки Элли. Девочка подхватила трепещущую от
боли и страха птицу и сердито крикнула Джимми:
- Уходи, гадкий мальчишка!
- Отдай ворону! - захныкал Джимми. - Это моя добыча, видишь, как я
ловко подшиб ей крыло!
- Уходи, если не хочешь получить как следует!
Джимми повернул домой, поддавая ногой камешки и бормоча себе под нос
какие-то угрозы. Связываться с Элли в присутствии дяди Чарли он не
решился.
- Бедненькая, - с сожалением сказала Элли, приглаживая взъерошенные
перья птицы. - Тебе больно, да?
- Кагги-Карр! - хрипло каркнула птица, но крик ее был уже спокойнее.
- Конечно, я не отдам тебя этому скверному мальчишке, - продолжала
Элли. - Я вылечу твое крылышко и ты опять будешь летать на свободе.
Ощупывая ворону, Элли почувствовала, что правая нога птицы чем-то
обернута. Оказалось, что вокруг ноги был обмотан древесный лист,
привязанный ниткой. Элли проворно размотала нитку, развернула лист и ее
охватило смутное и тревожное предчувствие.
- Дядя Чарли, на этом листе что-нибудь должно быть! - воскликнула
девочка.
Моряк и Элли стали рассматривать лист и при угасающем свете зари
увидела нацарапанный чем-то острым странный рисунок. На нем изображены
были две головы: одна в широкополой остроконечной шляпе, круглая, с
круглыми глазами, с четырехугольным носом в виде заплатки, а другая - с
длинным носом в шапке, похожей на воронку. Рисунок был сделан немногими
штрихами, но очень выразительно.
При первом взгляде на эти головы Элли чуть не лишилась чувств от
изумления.
- Дядя Чарли, - воскликнула она. - Да это же... это же... Страшила и
Железный Дровосек!
Снова рассматривая лист, моряк и Элли обнаружили, что рисунок
пересекали частые ровные линии, сходившиеся под прямым углом.
- Что бы это значило, дядя Чарли? - спросила девочка.
Опытный путешественник сразу догадался.
- Клянусь якорем! - воскликнул он. - Твои друзья за решеткой! С ними
что-то стряслось и они просят тебя о помощи!
- Кагги-Карр, Кагги-Карр, - прокаркала ворона и Чарли Блек готов был
сейчас поклясться даже перед судом, что в переводе на человеческий язык
это означало: - Да, да, да!
- Мачты и паруса! - взревел моряк. - Если бы эта ворона могла
говорить по нашему, она рассказала бы много интересного про этот рисунок!
Но птицы не разговаривают в Канзасе и Элли очень нескоро узнала, что
случилось со Страшилой и Железным Дровосеком и как они попали в беду.
ЧЕРЕЗ ПУСТЫНЮ
В эту ночь в доме фермера Джона почти не спали. Элли умоляла отца и
мать отпустить ее в Волшебную страну. Чарли Блек вызвался сопровождать ее.
Он страстно любил всякие опасности и приключения, а тут предстояло такое
путешествие, по сравнению с которым поездка к островитянам Куру-Кусу была
легкой прогулкой. Моряку очень хотелось увидеть своими глазами чудеса
Волшебной страны, маленьких человечков жевунов и мигунов, соломенного
Страшилу, получившего от Гудвина умные мозги из отрубей, булавок и иголок,
Железного Дровосека с его шелковым сердцем, говорящих зверей и птиц,
город, украшенный изумрудами...
Уговорить фермера и его жену оказалось делом нелегким - Джон и Анна
ни за что не хотели расставаться с дочерью. Но в конце концов слезы Элли и
красноречие Чарли Блека победили.
После того, как родители Элли согласились отпустить ее, сборы
потребовали немного времени. Чарли Блек и Элли съездили в соседний городок
к Джеймсу Гудвину, который держал там бакалейную лавочку.
Бывший волшебник встретил Элли с большой радостью и очень любезно
приветствовал моряка Чарли, когда узнал, что он приходится ей родным
дядей.
Элли рассказала Гудвину об удивительном послании из Волшебной страны
и показала ему рисунок.
Гудвин, растолстевший за время спокойного сидения в лавочке, долго и
внимательно рассматривал рисунок, а потом с гордостью сказал:
- Уверен, что этот лист додумались послать умные мозги Страшилы. А
кто ему их дал? Сознайся, Элли, что я был не таким уж плохим волшебником?
- Да, да, конечно, - охотно согласилась Элли и спросила: - А вы
отправитесь с нами в Волшебную страну выручать Железного Дровосека и
Страшилу?
Вопрос застал Гудвина врасплох и он надолго задумался. А потом
решительно сказал:
- Нет, не поеду! Хватит с меня волшебников, волшебниц и всяких
волшебных дел!
Чарли Блек шепнул племяннице, что от такого трусливого помощника мало
будет пользы в их рискованном путешествии и Элли кивнула в знак согласия.
Ранним ясным утром Чарли Блек, Элли, Тотошка и ворона отправились на
северо-восток, в том направлении, куда ураган унес домик-фургон с Элли и
Тотошкой больше года тому назад. Шли пешком, ночевали в поле, в палатке,
которую Чарли сам сшил из непромокаемой шелковой ткани. Палатка имела
двойные стенки, ее можно было надувать воздухом и тогда она превращалась в
плот. На этом плоту путешественники переплывали реки, встречавшиеся на
пути.
И вот, после многих дней пути, почувствовалось близость великой
пустыни. Знойное дыхание ветра опаляло загорелые лица путешественников.
Колодцы и источники стали очень редкими и моряк Чарли после каждой стоянки
запасался водой. Начали попадаться песчаные дюны, поросшие редкой травой,
в них прятались огромные ящерицы, высовывая из нор безобразные головы и
длинные языки. Они были так страшны, что даже отважный Тотошка не
осмеливался на них нападать. Дни были невыносимо жаркими, а ночи
холодными.
Наконец путешественники вошли в последний лес, который рос на пути в
Волшебную страну. Дальше, за лесом, начиналась великая пустыня -
необъятное море песка. Пытаться идти пешком по пустыне было бессмысленным.
Здесь, в лесу, Чарли Блек нашел подходящие материалы для постройки
сухопутного корабля. А инструментов он имел предостаточно.
Когда сухопутный корабль с длинной мачтой, с палубой, огражденной
невысокими бортами, на широких колесах был готов, моряк и Элли выкатили
его на опушку леса. Великая пустыня раскинулась перед ними без конца, без
края, грозная и торжественная в своем безмолвии, чуть волнистая и мелкие
желтые песчинки с легким шорохом катились по ней, подгоняемые ветерком...
Моряк снял шапку.
- Она напоминает мне океан... - тихо сказал он.
Элли смотрела на великую пустыню расширенными от страха глазами.
Однажды девочка пересекла ее в домике, летящем среди облаков, но тогда
путешествие совершилось помимо ее воли, большую часть его она проспала и
проснулась уже в стране жевунов. Как-то встретит ее пустыня теперь?
- Ну что же, пустыня, - весело воскликнул Чарли. - Я боролся с
океаном, поборюсь и с тобой, тем более, что вы схожи, как брат и сестра!
Оставалось ждать только попутного ветра. Попутный ветер был
необходим, потому что деревянная тележка под парусом не могла лавировать
так свободно, как корабль в море. Чарли Блек поставил на открытом месте
флюгер и Элли, просыпаясь по утрам, первым долгом бежала к нему узнать
направление ветра.
Терпение путешественников испытывалось недолго. Через три дня рано
утром подул северо-восточный ветер, быстро усиливающийся.
Чарли Блек и Элли каждый вечер складывали поклажу на палубу своего
корабля, кроме вещей, необходимых для ночлега. Так было и теперь: бочонок,
наполненный свежей водой из соседнего родника, уже стоял на месте,
провизия и прочее тоже были погружены. Моряк натянул веревку и на мачте
поднялся парус, сделанный все из того же шелкового полотнища.
- Дядя Чарли, это полотнище у тебя всепревращальное! - в изумлении
вскричала Элли, взбираясь на палубу.
- Как ты сказала?
- Всепревращальное полотнище: ведь оно может превращаться во что
угодно.
- Очень хорошее слово, - сказал моряк. - Так и назовем его.
Ветер наполнил парус и тележка мягко покатилась по песку с
развевающимся флагом - клетчатым платочком Элли на мачте. Сухопутный
корабль быстро несся в нужном направлении. Тучи мелкого песка кружились
вокруг корабля. Но моряк Чарли предвидел это неудобство: он пошарил в
одном из своих многочисленных карманов и достал оттуда очки для себя и для
Элли. Стекла очков были окружены плотными сетками, прилегавшими к лицу:
это не позволяло песку залеплять глаза. Смотреть было хорошо, но
разговаривать все равно было нельзя - стоило открыть рот, как туда сразу
врывалась пыль.
- А ты не разговаривай, - посоветовал Чарли девочке и все свое
внимание обратил на управление парусом.
Тележка стремительно мчалась по толстому слою песка, ее широкие
колеса не вязли в нем. Перекидывая парус вправо или влево, капитан
сухопутного корабля слегка изменял курс и объезжал холмы и впадины.
Время перевалило за полдень, когда на горизонте блеснуло что-то
похожее на серебристую гряду облаков. Но зоркий глаз Чарли не обманулся.
- Горы! - радостно воскликнул моряк. - Вижу горы!
Элли от восторга захлопала в ладоши.
С каждой минутой горы становились все ближе, виднее и уже можно было
различить голые черные вершины и ослепительно сияющие снега на склонах.
- Еще час-другой и мы будем у подножья хребта, - сказал Чарли. - Лишь
бы только не утих ветер...
Но ветер не стихал, тележка неслась все также быстро и у моряка было
весело на душе.
Однако скоро его стало одолевать беспокойство: сухопутный корабль
почему-то начал сбиваться с курса, упорно уклоняясь на север.
Капитан не мог понять, в чем дело. Судя по компасу, ветер не
изменился, рулевое управление действовало исправно и все-таки Чарли Блеку
никак не удавалось выдерживать ранее взятое направление. Капитан
озабоченно вглядывался вперед.
Внезапно за песчаным холмом показался камень величиной с дом. Он
лежал на пути корабля и Чарли Блек налег на руль, чтобы объехать каменную
громадину.
Но что это? Корабль потерял управление и помчался прямо на
препятствие. Капитан поворачивал руль, потом изо всей силы налег на тормоз
- все напрасно. Чарли даже спустил парус, но тележка, словно взбесившаяся
лошадь, неслась все быстрее и быстрее. Катастрофа стала неминуемой.
Моряк едва успел крикнуть: "Элли, держись за мачту!", как тр-рах! -
корабль с треском ударился о скалу. Пассажиры и вещи, смешавшись в кучу,
полетели в перед.
Сила толчка оторвала Элли от мачты, девочка стукнулась о палубу лбом
и набила себе шишку. Чарли Блек упал на спину, но, к счастью, удачно.
Тотошка визжал, придавленный бочонком и вытащив песика, Элли убедилась,
что он цел и невредим. Ворона не пострадала, защищенная прочной клеткой,
она только громко каркала.
Поднявшись на ноги, Чарли осмотрелся. Судно стояло, накренившись на
один бок, как настоящий корабль, потерпевший кораБлекрушение. Свесившись
через борт, капитан убедился, что передняя ось тележки разлетелась
пополам.
- Эх я, старая копченая селедка! - обругал сам себя моряк. - Не сумел
справиться с рулем... И что это случилось с судном? Я готов поклясться,
что чертов камень притягивал его, как магнит железо...
Проклиная и себя, и корабль, и скалу, Чарли принялся разыскивать
инструменты, чтобы начать ремонт тележки. Тем временем Элли, наведя
порядок на палубе, спрыгнула на песок и пошла вокруг камня, надеясь
укрыться за ним от ветра.
Девочка скользила взором по бокам скалы, изрытым трещинами и...
странная вещь! Элли показалось, что причудливый узор трещин складывается в
буквы. Она подошла вплотную к скале - ничего не разобрать в беспорядочном
переплетении линий. Девочка догадалась отойти подальше и теперь совершенно
ясно различила огромные кривые буквы Г... и... н...
- Гингема! - воскликнула Элли.
- Чего ты там кричишь? - раздался голос Чарли.
- Дядя Чарли, иди скорее сюда! Смотри, что тут такое!
Моряк подошел и всмотрелся.
...Закладка в соц.сетях
