Жанр: Сказка
Истории про изумрудный город 1-6
...ати
сказать совсем меня не боятся!
- Разве ты не можешь сойти сам?
- Нет, в меня сзади воткнули кол. Если бы ты вытащила его из меня, я
был бы тебе очень благодарен!
Элли наклонила кол и, вцепившись обеими руками в чучело стащила его.
- Чрезвычайно признателен! - пропыхтело чучело, очутившись на земле.
- Я чувствую себя прямо новым человеком. Если бы еще получить серебряные
бубенчики на шляпу, да новые сапоги!
Чучело заботливо расправило кафтан, стряхнуло с себя соломинки и,
шаркнув ножкой по земле, представилось девочке:
- Страшила!
- Что ты говоришь! - не поняла Элли.
- Я говорю: Страшила. Это так меня назвали: ведь я должен пугать
ворон. А тебя как зовут?
- Элли.
- Красивое имя! - сказал Страшила.
Элли смотрела на него с удивлением. Она не могла понять, как, чучело,
набитое соломой и с нарисованным лицом, ходит и говорит.
Но тут возмутился Тотошка и с негодованием воскликнул:
- А почему ты со мной не здороваешься?
- Ах, виноват, виноват! - извинился Страшила и крепко пожал песику
лапу. - Честь имею представиться, Страшила!
- Очень приятно! А я Тото! Но близким друзьям позволительно звать
меня Тотошкой!
- Ах, Страшила, как я рада, что исполнила самое заветное твое
желание! - сказала Элли.
- Извини, Элли, - сказал Страшила, снова шаркнув ножкой, - но я,
оказывается, ошибся. Мое самое заветное желание - получить мозги!
- Мозги!?
- Ну да, мозги. Очень неприятно, когда голова у тебя набита
соломой...
- Как же тебе не стыдно обманывать? - с упреком спросила Элли.
- А что значит - обманывать? Меня сделали только вчера и я ничего не
знаю...
- Откуда же ты узнал, что у тебя в голове солома, а у людей - мозги?
- Это мне сказала одна ворона, когда я с ней ссорился. Дело, видишь
ли, Элли, было так. Сегодня утром поблизости от меня летала большая
взъерошенная ворона и не столько клевала пшеницу, сколько выбивала из нее
на землю зерна. Потом она нахально уселась на мое плечо и клюнула меня в
щеку. "Кагги-карр! - насмешливо прокричала ворона. - Вот так чучело!
Толку-то от него ничуть! Какой это чудак-фермер думал, что мы, вороны,
будем его бояться?.." Ты понимаешь, Элли, я страшно рассердился и изо всех
сил пытался заговорить. И какова была моя радость, когда это мне удалось.
Но, понятно, у меня сначала выходило не очень складно. "Пш... пш...
пшла... прочь, гадкая! - закричал я. - Нс... нс... Не смей клевать меня! Я
прт... шрт... я страшный!" - Я даже сумел ловко сбросить ворону с плеча,
схватив ее за крыло рукой. Ворона, впрочем, ничуть не смутилась и
принялась нагло клевать колосья прямо передо мной. "Эка, удивил, - сказала
она. - Точно я не знаю, что стране Гудвина и чучело сможет заговорить,
если сильно захочет! А все равно я тебя не боюсь! С шеста ведь ты не
слезешь!" - "Пшш... пшш... пшла! Ах, я несчастный, - чуть не зарыдал я. -
И правда, куда я годен? Даже поля от ворон уберечь не могу".
При всем своем нахальстве, эта ворона была, по-видимому, добрая
птица, - продолжал Страшила. - Ей стало меня жаль. "А ты не печалься так!
- хрипло сказала она мне. - Если бы у тебя были мозги в голове, ты был бы
как все люди! Мозги - единственная стоящая вещь у вороны... И у человека!"
Вот так-то я и узнал, что у людей бывают мозги, а у меня их нет. Я весело
закричал: "эй-гей-гей-го! Да здравствуют мозги! Я себе обязательно их
раздобуду!" Но ворона очень капризная птица, и сразу охладила мою радость.
"Кагги-карр!... - захохотала она. - Коли нет мозгов, так и не будет!
Карр-карр!..." И она улетела, а вскоре пришли вы с Тотошкой, - закончил
Страшила свой рассказ. - Вот теперь, Элли, скажи: можешь ты дать мне
мозги?
- Нет, что ты! Это может сделать разве только Гудвин в Изумрудном
городе. Я как раз сама иду к нему просить, чтобы он вернул меня в Канзас,
к папе и маме.
- А где это Изумрудный город и кто такой Гудвин?
- Разве ты не знаешь?
- Нет, - печально ответил Страшила. - Я ничего не знаю. Ты ты же
видишь, я набит соломой и у меня совсем нет мозгов.
- Ох, как мне тебя жалко! - вздохнула девочка.
- Спасибо! А если я пойду с тобой в Изумрудный город, Гудвин
обязательно даст мне мозги?
- Не знаю. Но если великий Гудвин и не даст тебе мозгов, хуже не
будет, чем теперь.
- Это верно, - сказал Страшила. - Видишь ли, - доверчиво продолжал
он, - меня нельзя ранить, так как я набит соломой. Ты можешь насквозь
проткнуть меня иглой, и мне не будет больно. Но я не хочу, чтобы люди
называли меня глупцом, а разве без мозгов чему-нибудь научишься?
- Бедный! - сказала Элли. - Пойдем с нами! Я попрошу Гудвина помочь
тебе.
- Спасибо! - ответил Страшила и снова раскланялся.
Право, для чучела, прожившего на свете один только день, он был
удивительно вежлив.
Девочка помогла Страшиле сделать первые два шага, и они вместе пошли
в Изумрудный город по дороге, вымощенной желтым кирпичом.
Сначала Тотошке не нравился новый спутник. Он бегал вокруг чучела и
обнюхивал его, считая, что в соломе внутри кафтана есть мышиное гнездо. Он
недружелюбно лаял на Страшилу и делал вид, что хочет его укусить.
- Не бойся Тотошки, - сказала Элли. - Он не укусит тебя.
- Да я и не боюсь! Разве можно укусить солому? Дай я понесу твою
корзинку. Мне это нетрудно: я ведь не могу уставать. Скажу тебе по
секрету, - прошептал он на ухо девочке своим хрипловатым голосом, - есть
только одна вещь на свете, которой я боюсь.
- О! - воскликнула Элли. - Что же это такое? Мышь?
- Нет! Горящая спичка!!!
Через несколько часов дорога стала неровной. Страшила часто
спотыкался. Попадались ямы. Тотошка перепрыгивал через них, а Элли
обходила кругом. Но Страшила шел прямо, падал и растягивался во всю длину.
Он не ушибался. Элли брала его за руку, поднимала, и Страшила шагал
дальше, смеясь над своей неловкостью.
Потом Элли подобрала у края дороги толстую ветку и предложила ее
Страшиле вместо трости. Тогда дело пошло лучше, и походка Страшилы стала
тверже.
Домики попадались все реже, плодовые деревья совсем исчезли. Страна
становилась малонаселенной и угрюмой.
Путники уселись у ручейка. Элли достала хлеб и предложила кусочек
Страшиле, но он вежливо отказался.
- Я никогда не хочу есть. И это очень удобно для меня.
Элли не настаивала и отдала кусок Тотошке; песик жадно проглотил его
и стал на задние лапки, прося еще.
- Расскажи мне о себе, Элли, о своей стране, - попросил Страшила.
Элли долго рассказывала о широкой канзасской степи, где летом все так
серо и пыльно и все совершенно не такое, как в этой удивительной стране
Гудвина.
Страшила слушал внимательно.
- Я не понимаю, почему ты хочешь вернуться в свой сухой и пыльный
Канзас.
- Ты потому не понимаешь, что у тебя нет мозгов, - горячо ответила
девочка. - Дома всегда лучше!
Страшила лукаво улыбнулся.
- Солома, которой я набит, выросла на поле, кафтан сделал портной,
сапоги сшил сапожник. Где же мой дом? На поле, у портного или у сапожника?
Элли растерялась и не знала что ответить.
Несколько минут она сидела молча.
- Может быть, теперь ты мне расскажешь что-нибудь? - спросила
девочка.
Страшила взглянул на нее с упреком:
- Моя жизнь так коротка, что я ничего не знаю. Ведь меня сделали
только вчера, и я понятия не имею, что было раньше на свете. К счастью,
когда хозяин делал меня, он прежде всего нарисовал мне уши, и я мог
слышать, что делается вокруг. У хозяина гостил другой жевун, и первое, что
я услышал, были его слова: "А ведь уши-то велики!" - "Ничего! В самый
раз!" - ответил хозяин и нарисовал мне правый глаз.
И я с любопытством начал разглядывать все, что делается вокруг, так
как - ты понимаешь - ведь я в первый раз смотрел на мир.
"Подходящий глазок" - сказал гость. - Не пожалел голубой краски!"
"Мне кажется, другой вышел немного больше", - сказал хозяин, кончив
рисовать мой второй глаз.
Потом он сделал мне из заплатки нос и нарисовал рот, но я не умел еще
говорить, потому что не знал, зачем у меня рот. Хозяин надел на меня свой
старый костюм и шляпу, с которой ребятишки срезали бубенчики. Я был
страшно горд, и мне казалось, что выгляжу, как настоящий человек.
"Этот парень будет чудесно пугать ворон", - сказал фермер.
"Знаешь что? Назови его Страшилой!" - посоветовал гость и хозяин
согласился.
Дети фермера весело закричали: "Страшила! Страшила! Пугай ворон!"
Меня отнесли на поле, проткнули шестом и оставили одного. Было скучно
висеть, но слезть я не мог. Вчера птицы еще боялись меня, но сегодня уже
привыкли. Тут я и познакомился с доброй вороной, которая рассказала мне
про мозги. Вот было бы хорошо, если бы Гудвин дал их мне...
- Я думаю, он тебе поможет, - подбодрила его Элли.
- Да, да! Неудобно чувствовать себя глупцом, когда даже вороны
смеются над тобой.
- Идем! - сказала Элли, встала и подала Страшиле корзинку.
К вечеру путники вошли в большой лес. Ветви деревьев спускались низко
и загораживали дорогу, вымощенную желтым кирпичом. Солнце зашло и стало
совсем темно.
- Если увидишь домик, где можно переночевать, скажи мне, - попросила
Элли сонным голосом. - Очень неудобно и страшно идти в темноте.
Скоро Страшила остановился.
- Я вижу справа маленькую хижину. Пойдем туда?
- Да, да! - ответила Элли. - Я так устала!..
Они свернули с дороги и скоро дошли до хижины. Элли нашла в углу
постель из мха и сухой травы и сейчас же уснула, обняв рукой Тотошку. А
Страшила сидел на пороге, оберегая покой обитателей хижины.
Оказалось, что Страшила караулил не напрасно. Ночью какой-то зверь с
белыми полосками на спине и на черной свиной мордочке попытался проникнуть
в хижину. Скорее всего, его привлек запах съестного из Эллиной корзинки,
но Страшиле показалось, что Элли угрожает большая опасность. Он,
затаившись, подпустил врага к самой двери (враг этот был молодой барсук,
но этого Страшила, конечно не знал). И когда барсучишка уже просунул в
дверь свой любопытный нос, принюхиваясь к соблазнительному запаху,
Страшила стегнул его прутиком по жирной спине.
Барсучишка взвыл, кинулся в чащу леса, и долго еще слышался из-за
деревьев его обиженный визг...
Остаток ночи прошел спокойно: лесные звери поняли, что у хижины есть
надежный защитник. А Страшила, который никогда не уставал и никогда не
хотел спать, сидел на пороге, пялил глаза в темноту и терпеливо дожидался
утра.
СПАСЕНИЕ ЖЕЛЕЗНОГО ДРОВОСЕКА
Элли проснулась. Страшила сидел на пороге, а Тотошка гонял в лесу
белок.
- Надо поискать воды, - сказала девочка.
- Зачем тебе вода?
- Умыться и попить. Сухой кусок не идет в горло.
- Фу, как неудобно быть сделанным из мяса и костей! - задумчиво
сказал Страшила. - Вы должны спать, и есть, и пить. Впрочем, у вас есть
мозги, а за них можно терпеть всю эту кучу неудобств.
Они нашли ручеек, и Элли с Тотошкой позавтракали. В корзинке
оставалось еще немного хлеба. Элли собралась идти обратно в хижину, но тут
послышался стон.
- Что это? - спросила она со страхом.
- Понятия не имею, - отвечал Страшила. - Пойдем, посмотрим.
Стон раздался снова. Они стали пробираться сквозь чащу. Скоро они
увидели среди деревьев какую-то фигуру. Элли подбежала и остановилась с
криком изумления.
У надрубленного дерева с высоко поднятым топором в руках стоял
человек, целиком сделанный из железа. Голова его, руки и ноги были
прикреплены к железному туловищу на шарнирах; на голове вместо шапки была
медная воронка, галстук на шее был железный. Человек стоял неподвижно, с
широко раскрытыми глазами.
Тотошка с яростным лаем попытался укусить ногу незнакомца и отскочил
с визгом: он чуть не сломал зубы.
- Что за безобразие, ав-ав-ав! - пожаловался он. - Разве можно
подставлять порядочной собаке железные ноги?..
- Наверно, это лесное пугало, - догадался Страшила. - Не понимаю
только, что оно здесь охраняет?
- Это ты стонал? - спросила Элли.
- Да... - ответил Железный Дровосек. - Уже целый год никто не
приходит мне помочь...
- А что нужно сделать? - спросила Элли, растроганная жалобным голосом
незнакомца.
- Мои суставы заржавели, и я не могу двигаться. Но, если меня
смазать, я буду как новенький. Ты найдешь масленку в моей хижине на полке.
Элли с Тотошкой убежали, а Страшила ходил вокруг Железного Дровосека
и с любопытством рассматривал его.
- Скажи, друг, - поинтересовался Страшила. - Год - это очень долго?
- Еще бы! Год - это долго, очень долго! Это целых триста шестьдесят
пять дней!..
- Триста... шестьдесят... пять... - повторил Страшила. - А что, это
больше чем три?
- Какой ты глупый! - ответил Дровосек. - Ты, видно, совсем не умеешь
считать!
- Ошибаешься! - гордо возразил Страшила. - Я очень хорошо умею
считать! - И он начал считать, загибая пальцы: - Хозяин сделал меня - раз!
Я поссорился с вороной - два! Элли сняла меня с кола - три! А больше со
мной ничего не случилось, значит, дальше и считать незачем!
Железный Дровосек так удивился, что даже не смог ничего возразить. В
это время Элли принесла масленку.
- Где смазывать? - спросила она.
- Сначала шею, - ответил Железный Дровосек.
И Элли смазала шею, но она так заржавела, что Страшиле долго пришлось
поворачивать голову Дровосека направо и налево, пока шея не перестала
скрипеть.
- Теперь, пожалуйста руки!
И Элли стала смазывать суставы рук, а Страшила осторожно поднимал и
опускал руки Дровосека, пока они стали действительно как новенькие. Тогда
Железный Дровосек глубоко вздохнул и бросил топор.
- Ух, как хорошо! - сказал он. - Я поднял вверх топор, прежде чем
заржаветь и очень рад, что могу от него избавиться. Ну, а теперь дайте мне
масленку, я смажу себе ноги и все будет в порядке.
Смазав ноги так, что он мог свободно двигать ими, Железный Дровосек
много раз поблагодарил Элли, потому что он был очень вежливым.
- Я стоял бы здесь до тех пор, пока не обратился бы в железную пыль.
Вы спасли мне жизнь! Кто вы такие?
- Я Элли, а это мои друзья...
- Тото!
- Страшила! Я набит соломой!
- Об этом нетрудно догадаться по твоим разговорам, - заметил Железный
Дровосек. - Но как вы сюда попали?
- Мы идем в Изумрудный город к великому волшебнику Гудвину и провели
в твоей хижине ночь.
- Зачем вы идете к Гудвину?
- Я хочу, чтобы Гудвин вернул меня в Канзас, к папе и маме, - сказала
Элли.
- А я хочу попросить у него немножечко мозгов для моей соломенной
головы, - сказал Страшила.
- А я иду просто потому, что люблю Элли и потому, что мой долг -
защищать ее от врагов! - сказал Тотошка.
Железный Дровосек глубоко задумался.
- Как вы полагаете, великий Гудвин может дать мне сердце?
- Думаю, что может, - отвечала Элли. - Ему это не труднее, чем дать
Страшиле мозги.
- Так вот, если вы примете меня в компанию, я пойду с вами в
Изумрудный город и попрошу великого Гудвина дать мне сердце. Ведь иметь
сердце - самое заветное мое желание!
Элли радостно воскликнула:
- Ах, друзья мои, как я рада! Теперь вас двое, и у вас два заветных
желания!
- Пойдем с нами, - добродушно согласился Страшила.
Железный Дровосек попросил Элли доверху наполнить маслом масленку и
положить ее на дно корзинки.
- Я могу попасть под дождь и заржаветь, - сказал он. - И без масленки
мне придется плохо...
Потом он поднял топор, и они пошли через лес к дороге, вымощенной
желтым кирпичом.
Большим счастьем было для Элли и Страшилы найти такого спутника, как
Железный Дровосек - сильного и ловкого.
Когда Дровосек заметил, что Страшила опирается на корявую сучковатую
дубину, он тотчас срезал с дерева прямую ветку и сделал для товарища
удобную и крепкую трость.
Скоро путники пришли к месту, где дорога заросла кустарником и стала
непроходимой. Но Железный Дровосек заработал своим огромным топором и
быстро расчистил путь.
Элли шла задумавшись и не заметила, как Страшила свалился в яму. Ему
пришлось звать друзей на помощь.
- Почему ты не обошел кругом? - спросил Железный Дровосек.
- Не знаю! - чистосердечно ответил Страшила. - Понимаешь, у меня
голова набита соломой, и я иду к Гудвину попросить немного мозгов.
- Так! - сказал Дровосек. - Во всяком случае мозги - не самое лучшее
на свете.
- Вот еще! - удивился Страшила. - Почему ты так думаешь?
- Раньше у меня были мозги, - пояснил Железный Дровосек. - Но теперь,
когда приходится выбирать между мозгами и сердцем, я предпочитаю сердце.
- А почему? - спросил Страшила.
- Послушайте мою историю, и тогда вы поймете.
И, пока они шли, Железный Дровосек рассказывал им свою историю:
- Я дровосек! Став взрослым, я задумал жениться. Я полюбил от всего
сердца одну хорошенькую девушку, а я тогда был еще из мяса и костей, как и
все люди. Но злая тетка, у которой жила девушка, не хотела расстаться с
ней, потому что девушка работала на нее. Тетка пошла к волшебнице Гингеме
и пообещала ей набрать целую корзину самых жирных пиявок, если та
расстроит свадьбу...
- Злая Гингема убита! - перебил Страшила.
- Кем?
- Элли! Она прилетела на убивающем домике и - крак! крак! - села
волшебнице на голову.
- Жаль, что этого не случилось раньше! - вздохнул Железный Дровосек и
продолжал: - Гингема заколдовала мой топор, он отскочил от дерева и
отрубил мне левую ногу. Я очень опечалился: ведь без ноги я не мог быть
дровосеком. Я пошел к кузнецу, и он сделал мне прекрасную железную ногу.
Гингема снова заколдовала мой топор, и он отрубил мне правую ногу. Я опять
пошел к кузнецу. Девушка любила меня по прежнему и не отказывалась выйти
за меня замуж. "Мы много сэкономим на сапогах и брюках!" - говорила она
мне. Однако злая волшебница не успокоилась: ведь ей очень хотелось
получить целую корзину пиявок. Я потерял руки, и кузнец сделал мне
железные. Наконец топор отрубил мне голову, и я подумал, что мне пришел
конец. Но об этом узнал кузнец и сделал мне отличную железную голову. Я
продолжал работать, и мы с девушкой по-прежнему любили друг друга...
- Тебя, значит, делали по кускам, - глубокомысленно заметил Страшила.
- А меня мой хозяин сделал зараз...
- Самое худшее впереди, - печально продолжал Дровосек. - Коварная
Гингема, видя, что у нее ничего не выходит, решила окончательно доконать
меня. Она еще раз заколдовала топор, и он разрубил мое туловище пополам.
Но, к счастью, кузнец снова узнал об этом, сделал железное туловище и
прикрепил к нему на шарнирах мою голову, руки и ноги. Но - увы! - у меня
не было больше сердца: кузнец не сумел его вставить. И мне подумалось, что
я, человек без сердца, не имею права любить девушку. Я вернул моей невесте
ее слово и заявил, что она свободна от своего обещания. Странная девушка
почему-то этому совсем не обрадовалась, сказала, что любит меня, как
прежде, и будет ждать, когда я одумаюсь. Что с ней теперь, я не знаю: ведь
я не видел ее больше года...
Железный Дровосек вздохнул, и большие слезы покатились из его глаз.
- Осторожней! - в испуге вскричал Страшила и вытер ему слезы голубым
носовым платочком. - Ведь ты сразу же заржавеешь от слез.
- Благодарю, мой друг! - сказал Дровосек, - я забыл, что мне нельзя
плакать. Вода вредна мне во всех видах... Итак, я гордился своим новым
железным телом и уже не боялся заколдованного топора. Мне страшна была
только ржавчина, но я всегда носил с собой масленку. Только раз я позабыл
ее, попал под ливень и так заржавел, что не мог сдвинуться с места, пока
вы не спасли меня. Я уверен, что и этот ливень обрушила на меня коварная
Гингема... Ах, как это ужасно - стоять целый год в лесу и думать о том,
что у тебя совсем нет сердца!
- С этим может сравниться только торчание на колу посреди пшеничного
поля, - перебил его Страшила. - Но, правда, мимо меня ходили люди, и можно
было разговаривать с воронами...
- Когда меня любили, я был счастливейшим человеком, - продолжал
Железный Дровосек, вздыхая. - Если Гудвин даст мне сердце, я вернусь в
страну жевунов и женюсь на девушке. Может быть, она все-таки ждет меня...
- А я, - упрямо сказал Страшила, - все-таки предпочитаю мозги: когда
нет мозгов, сердце ни к чему.
- Ну, а мне нужно сердце! - возразил Железный Дровосек. - Мозги не
делают человека счастливым, а счастье - лучшее, что есть на земле.
Элли молчала, так как не знала, кто из ее новых друзей прав.
ЭЛЛИ В ПЛЕНУ У ЛЮДОЕДА
Лес становился глуше. Ветви деревьев, сплетаясь вверху, не пропускали
солнечных лучей. На дороге, вымощенной желтым кирпичом, была полутьма.
Шли до позднего вечера. Элли очень устала и Железный Дровосек взял ее
на руки. Страшила плелся сзади, сгибаясь под тяжестью топора.
Наконец остановились на ночлег. Железный Дровосек сделал для Элли
уютный шалаш из ветвей. Он и Страшила просидели всю ночь у входа в шалаш,
прислушиваясь к дыханию девочки и охраняя ее сон.
Утром снова двинулись в путь. Дорога стала веселее: деревья опять
отступили в стороны, и солнышко ярко освещало желтые кирпичи.
За дорогой здесь, видимо, кто-то ухаживал: сучья и ветки, сбитые
ветром, были собраны и аккуратно сложены по краям дороги.
Вдруг Элли заметила впереди столб и на нем доску с надписью:
Путник, торопись! За поворотом дороги
исполнятся все твои желания!!!
Элли прочитала надпись и удивилась.
- Что это? Я попаду отсюда прямо в Канзас, к маме и папе?
- А я, - подхватил Тотошка, - поколочу соседского Гектора, этого
хвастунишку, который уверяет, что он сильнее меня?
Элли обрадовалась, забыла обо всем на свете и бросилась вперед.
Тотошка следовал за ней с веселым лаем.
Железный Дровосек и Страшила, увлеченные все тем же интересным
спором, что лучше - сердце или мозги, не заметили, что Элли убежала и
мирно шли по дороге. Внезапно они услышали крик девочки и злобный лай
Тотошки. Друзья устремились к месту происшествия и успели заметить, как
среди деревьев мелькнуло что-то лохматое и темное и скрылось в чаще леса.
Возле дерева лежал бесчувственный Тотошка, из его ноздрей текли струйки
крови.
- Что случилось? - горестно спросил Страшила. - Должно быть, Элли
унес хищный зверь...
Железный Дровосек ничего не говорил: он зорко всматривался вперед и
грозно размахивал огромным топором.
- Квирр... квирр... - вдруг раздалось насмешливое чоканье белки с
верхушки высокого дерева. - Что случилось? Двое больших, сильных мужчин
отпустили маленькую девочку, и ее унес людоед!
- Людоед? - переспросил Железный Дровосек. - Я не слыхал, что в этом
лесу живет людоед.
- Квирр... квирр... каждый муравей в лесу знает о нем. Эх, вы! Не
могли присмотреть за маленькой девочкой! Только черненький зверек смело
вступился за нее и укусил людоеда, но тот так хватил его своей огромной
ногой, что он, наверное, умрет...
Белка осыпала друзей такими насмешками, что им стало стыдно.
- Надо спасать Элли! - вскричал Страшила.
- Да, да! - горячо подхватил Железный Дровосек. - Элли спасла нас, а
мы должны отбить ее у людоеда. Иначе я умру с горя... - и слезы покатились
по щекам Железного Дровосека.
- Что ты делаешь! - в испуге закричал Страшила, вытирая ему слезы
платочком. - Масленка у Элли!
- Если вы хотите выручить маленькую девочку, я покажу вам, где живет
людоед, хотя очень его боюсь, - сказала белка.
Железный Дровосек бережно уложил Тотошку на мягкий мох и сказал:
- Если нам удастся вернуться, мы позаботимся о нем... - И он
повернулся к белке: - Веди нас!
Белка запрыгала по деревьям, друзья поспешили за ней. Когда они зашли
в глубь леса, показалась серая стена.
Замок людоеда стоял на холме. Его окружала высокая стена, на которую
не вскарабкалась бы и кошка. Перед стеной был ров наполненный водой.
Утащив Элли, людоед поднял перекидной мост и запер на два засова чугунные
ворота.
Людоед жил один. Прежде у него были бараны, коровы и лошади и он
держал много слуг. В те времена мимо замка в Изумрудный город часто
проходили путники. Людоед нападал на них и съедал. Потом жевуны узнали о
людоеде и движение по дороге прекратилось.
Людоед принялся опустошать замок: сначала съел баранов, коров и
лошадей, потом добрался до слуг и съел всех, одного за другим. Последние
годы людоед прятался в лесу, ловил неосторожного кролика или зайца и
съедал его всего с кожей и костями.
Людоед страшно обрадовался, поймав Элли и решил устроить себе
настоящий пир. Он притащил девочку в замок, связал и положил на кухонный
стол, а сам принялся точить большой нож.
"Клинк... клинк..." - звенел нож.
А людоед приговаривал:
- Ба-га-ра! Знатная попала добыча! Уж теперь полакомлюсь вволю,
ба-га-ра!
Людоед был так доволен, что даже разговаривал с Элли:
- Ба-га-ра! А ловко я придумал повесить доску с надписью! Ты думаешь,
я действительно исполню твои желания? Как бы не так! Это я нарочно сделал,
заманивать таких простаков, как ты! Ба-гар-ра!
Элли плакала и просила у людоеда пощады, но он не слушал и продолжал
точить нож.
"Клинк... клинк... клинк..."
И вот людоед занес над девочкой нож. Она в ужасе закрыла глаза.
Однако людоед опустил руку и зевнул.
- Ба-га-ра! Устал я точить этот большой нож! Пойду-ка отдохну
часок-другой. После сна и еда приятней.
Людоед пошел в спальню и вскоре его храп раздался по всему замку и
даже был слышен в лесу.
Железный Дровосек и Страшила в недоумении стояли перед рвом,
наполненным водой.
- Я бы переплыл через воду, - сказал Страшила. - Но вода смоет мои
глаза, уши и рот и я стану слепым, глухим и немым.
- А я утону, - проговорил Железный Дровосек. - Ведь я оч
...Закладка в соц.сетях
