Жанр: Сказка
Приключения Саламуры
...стал. Он решил действовать
осмотрительней. И чем больше старался Зуботычина нанести меткий удар, тем
трудней ему было это сделать.
- Что ты тянешь, хлопни его, - приказал телохранителю первый министр.
"Пожалуй, он прав, пора кончать", - решил пастушок и ринулся в ближний
бой.
Это был великолепный бокс. Саламура демонстрировал такое мастерство, что
любо было смотреть. Он бил Зуботычину то справа, то слева, то в живот. Под
конец так измотал противника, что тот опустил руки.
Зуботычина беспомощно озирался вокруг и сопел, как кузнечные мехи.
Саламура угостил его последним ударом в солнечное сплетение. Личный
телохранитель Бородавки растянулся на мостовой у самых ног своего господина.
- Стража, чего вы разинули рты, хватайте его! - закричал Бородавка,
указывая на Саламуру.
Но стражники только переглянулись. Легко сказать "хватайте его"! Ведь
этот мальчишка победил самого Зуботычину.
Воспользовавшись замешательством, Саламура решил бежать. Тогда несколько
стражников погнались за ним, но как-то нехотя - они то ли боялись кулаков
Саламуры, то ли восхищались его смелостью и мастерством. За поворотом
стражники остановились, переждали немного и повернули обратно.
Саламура в кругу новых друзей
Пробежав квартал, Саламура увидел толпу. Она явно поджидала его.
"Засада, - мелькнуло в голове у пастушка. Он остановился. - Что же
делать, все пути отрезаны!"
На Саламуру надвигалось человек тридцать. Они подошли так близко, что
пастушок уже различал их лица. И вдруг он почувствовал такую л¬гкость,
словно гора с плеч свалилась. Это были те самые болельщики, которых избил
телохранитель Бородавки. И здорово же он их отдубасил - живого места на
лицах не оставил.
Оказывается, пока Саламура наказывал Зуботычину, болельщики отползли в
сторону и уже из-за угла наблюдали за боем. А когда первый министр приказал
схватить победителя, они спрятались кто в подъездах, кто за статуями их
величеств Ноготков.
Первым к Саламуре подош¬л кузнец. Похлопав смельчака по плечу, он громко
сказал:
- Молодчина! Ты настоящий герой! Хочешь, будем братьями.
- Да-да, мы тебе братья, можешь рассчитывать на нас! - закричали
болельщики, обступая Саламуру.
Каждому из них хотелось сказать своему спасителю что-нибудь приятное.
Счастливые и вес¬лые, они забыли о ранах, о синяках и кровоподт¬ках.
Саламура вспомнил о пузырьке, который подарил ему старый поэт, и развязал
свой заплечный мешок.
- Сейчас я буду лечить вас, братья. Это лекарство творит чудеса. Только
вы наберитесь терпения - раны от него горят, как от огня.
Саламура осторожно смазывал раны, а пострадавшие прыгали от боли и громко
кричали.
- Успокойтесь, - уговаривал их пастушок, - вы лучше подуйте друг другу на
раны, и боль как рукой снимет.
Не переставая прыгать - кто на левой ноге, кто на правой, а кто и сразу
на обеих, - любители футбола дули друг на друга что было сил.
Взгляни сейчас на них кто-нибудь со стороны, непременно решил бы, что
жители Сноготка рехнулись.
А Саламура? Давно он не смеялся так от души. Потом захохотал и кузнец.
Потом ещ¬ кто-то, ещ¬... Вскоре смеялись все, кто был на улице. У многих
даже слезы на глазах выступили - то ли от смеха, то ли от Саламуриного
лекарства. Пойди разберись.
- Повеселились, и хватит, - сказал кузнец. - Пора разойтись по домам.
Бородавка не простит нам ни демонстрации, ни позора Зуботычины. Скоро здесь
появятся дубинорукие.
В стране Сноготок королевская гвардия была вооружена дубинками - иного
оружия у них не было. Поэтому народ и прозвал гвардейцев дубинорукими. При
одном упоминании о них болельщики мигом перестали смеяться и разбежались в
разные стороны.
На опустевшей улице остались только Саламура и кузнец,
Катакомба
Кузнец пов¬л Саламуру в кузницу. По дороге пастушок рассказал побратиму о
своих злоключениях.
- Ох и настрадался я, - вздохнул Саламура и добавил: - Впрочем, не пройди
я школу Бей-Нежалей, одним ударом сразил бы меня Зуботычина.
И кузнец поведал Саламуре о своем житье-бытье. Так, беседуя, они вошли в
кузницу. Саламура споткнулся о трубу.
- Что это? - удивился он.
- Незаверш¬нный монумент Ноготка XV, - улыбнулся кузнец и начал
складывать в хурджин припасы.
- Куда ты собираешься? - спросил пастушок.
- Нам надо бежать. С минуты на минуту могут нагрянуть дубинорукие, тогда
прощай свобода.
- Но на что мне свобода без Байи. Я приш¬л сюда не прятаться, а вызволить
Байю и показать ей восход солнца.
- И я тебе помогу в этом, - решительно сказал кузнец. - Но пока что нам
надо спрятаться. Я знаю одно местечко, мы будем в безопасности да и со
столицей не потеряем связь. Пойми, Саламура, если нас арестуют, то мы уже и
Байе ничем не сможем помочь.
Слова кузнеца убедили Саламуру.
Кузнец сложил в хурджин сыр, хлеб, котелок, нож, две ложки и перекинул
его через плечо.
- Пошли! - сказал он.
Закрыв кузницу на ключ, побратимы направились безлюдными улицами к
городской окраине. Там кузнец остановился и велел Саламуре немного
подождать. А сам, толкнув калитку, скрылся во дворе.
Ждать пастушку пришлось недолго. Минуты через две вновь скрипнула
калитка. Кузнец и Саламура пошли к лесу.
- Я попросил Цомизелия, он будет ежедневно сообщать нам городские
новости, - сказал кузнец.
- Кто такой Цомизелия?
- Отец известного поэта Хиларио Буэры.
- Хиларио Буэры?! Я беседовал с его женой, госпожой Фринтой. Но самого
Буэру не видал, он был занят, переводил стихи Агамемнона Лобана.
И Саламура подробно рассказал кузнецу о Стране поэтов и о встрече с
Фринтой.
Вскоре они подошли к реке Пенистой.
Вы, надеюсь, помните, что прекраснейшая страна Сноготок лежала в излучине
реки.
Кузнец подв¬л Саламуру к огромному камню, который валялся между тремя
дубами. Он сбросил с плеча хурджин и нал¬г на эту глыбу.
Под камнем оказался потайной ход. Кузнец объяснил:
- Он вед¬т вон на тот остров, видишь, что посреди реки. Никто, кроме
Цомизелия, не знает этой катакомбы. Остров сплошь покрыт лесом, там нас не
станут искать. Я ещ¬ немного отодвину камень, а ты, Саламура, пойди собери
травы и сосновых веток. Ими мы прикроем вход.
Саламура набрал полную охапку веток и травы, а кузнец тем временем
отодвинул камень подальше.
- Ты лезь первым, - сказал он Саламуре. Пастушок прыгнул на дно ямы.
Кузнец подал ему хурджин, придвинул к самому краю ямы ветки, спрыгнул и
тщательно замаскировал вход.
- Осторожно, здесь очень темно, - предупредил он Саламуру, беря у него
хурджин, - можно пораниться о камни.
- Сейчас станет светло, - улыбнулся пастушок и выпустил из коробка
светлячков.
Объявление на улицах города
Страна Сноготок полнилась слухами.
- Представьте себе, - говорили, озираясь по сторонам, и мужчины и
женщины, - какой-то безвестный мальчик так избил телохранителя Бородавки,
что тот и по сей день еле стоит на ногах.
- Уму непостижимо!
- Ай да молодец!
- Хоть бы краешком глаза взглянуть на храбреца. Бородавка принял все
меры, чтобы молва не достигла ушей государя. И без того в последнее время
репутация первого министра была испорчена, а тут ещ¬ какой-то сморчок избил
его хвал¬ного телохранителя.
Что скажет Ноготок XV? Не дай бог узнать ему о позорном поражении
Зуботычины.
Но разве заткн¬шь людям рты?!
Как-то утром из покоев принца дон¬сся плач. Король и королева поспешили к
сыну. Бутуз заревел ещ¬ громче.
- Хочу видеть драку. Что я, хуже других, что ли? - заливался слезами
принц. - Приведите того мальчика, пусть он дер¬тся с Зуботычиной.
Государь, конечно, не считал своего любимца хуже других. Напротив, он был
уверен, что подобного Бутузику мальчика нет на вс¬м белом свете.
Ноготок тут же вызвал к себе Бородавку и приказал подробно обо вс¬м
доложить.
Первый министр ничего не утаил от повелителя. Он только не сказал
Ноготку, что Саламура приш¬л к ним в поисках пастушки светлячков, которой
обещал показать восход солнца. Да и к чему такие мелочи - ведь о Байе во
дворце уже никто не помнил.
- Где этот мальчик? - спросил король.
- Не знаю, великий государь, он сбежал.
- Ты должен найти его.
- Мне донесли, что он скрывается у этого смутьяна-кузнеца. И тогда по
моему повелению дубинорукие ст¬рли кузницу с лица земли.
- И правильно сделали. Но мальчика ты тем не менее должен найти и
привести во дворец. Непременно!
- Я постараюсь... я сделаю вс¬... исполню ваш приказ, - с поклонами
пятясь назад, бормотал Бородавка.
Дни шли за днями, а напасть на след Саламуры никак не удавалось. Принц
капризничал и сбрасывал с себя ночью одеяло.
Заусеница даже похудела с горя.
Король Ноготок XV в гневе решил снять Бородавку с должности первого
министра, но передумал. Причину вы уже знаете: второй министр ещ¬ не успел
состариться.
Бородавка прибег к последней уловке. Он приказал расклеить где только
возможно - на столбах, заборах, стенах домов - следующее
ОБЪЯВЛЕНИЕ
У нас в стране находится мальчик,
который одолел непобедимого Зуботычину.
Наследник великого и мудрого государя -
Бутуз желает развлечься и предлагает
незнакомцу повторную схватку с Зуботычиной,
Если мальчик победит, наш справедливый
король щедро наградит его. Если же потерпит
поражение - приз достанется Зуботычине.
В обоих случаях государь обещает исполнить
любую (но только одну) просьбу храброго
мальчика.
В знак особой милости незнакомцу позволено
предстать пред светлые очи Ноготка XV.
Ему не грозит никакая опасность.
Слово короля - закон!
От имени и по поручению его величества Ноготка XV
Бородавка. В то утро, когда объявление всколыхнуло весь город, Саламура и
кузнец сидели себе на берегу реки и ловили рыбу: предусмотрительный кузнец
захватил на остров удочки.
Рыба клевала на славу, а к полудню Цомизелия прин¬с обед и новости.
Кузнец мигом разж¬г кост¬р и сварил такую уху - пальчики оближешь.
За обедом кузнец сказал Цомизелию:
- Значит, разрушили мою кузню?
- Камня на камне не оставили.
Кузнец каждый раз при встрече задавал этот вопрос тесто-делу и всякий раз
сокрушался.
Цомизелия достал из-за пазухи какую-то бумажку. - Что это? -
поинтересовался кузнец.
- Объявление.
- О ч¬м?
- Прочитай, узнаешь.
Кузнец схватил бумажку и прочитал вслух.
- Куда ни плюнешь, везде это объявление, - засмеялся Цомизелия. -
Бородавка весь город ими обклеил.
- Сети расставляют, - задумчиво, словно про себя, сказал кузнец.
- Но ведь здесь сказано, что слово короля - закон, - возразил Саламура.
- Мало ли что там сказано. Бородавка мастер обещать, - сказал Цомизелия.
- Если меня не арестуют, я хоть завтра готов драться с этим арбузом.
- Арестуют. Сначала позабавятся, а затем арестуют, - настаивал на сво¬м
кузнец.
- Значит, я должен всю жизнь куковать на этом острове? А Байя? Что с ней
будет?!
- Потерпи ещ¬ немного, - успокоил побратима кузнец. - Скоро все забудут о
тебе, и мы верн¬мся в город. А сейчас тайные агенты рыскают по улицам. Они
мигом схватят нас.
Саламура и кузнец проводили Цомизелия до катакомбы.
- Что это за крепость на том берегу? - спросил Саламура. - Тюрьма. В ней
томится наш футболист, - вздохнул кузнец.
На страну Сноготок опустилась тьма. Саламура заиграл песню ночи.
Байя и мерцающие зв¬здочки
Байя, как вы помните, сидела в одиночной камере на самом верху башни.
Дн¬м она спала, а ночью смотрела в окно, забранное густой реш¬ткой.
В тот вечер, когда Саламура и кузнец, проводив Цомизелия, печально
смотрели на тюрьму, девочка проснулась рано. Она отпила глоток воды из
деревянной кружки и посмотрела на небо.
- Зв¬здочки, вы мерцаете, как мои светлячки. Родные мои, - заплакала
Байя. - Как им жив¬тся без меня?
Девочка вытерла слезы краешком платья из лепестков лютика.
- Зв¬здочки, красавицы, вы не видели моих светлячков? Зв¬зды молчали. А
может, и не молчали, может, ответили, но на таком расстоянии разве
услышишь...
- Зв¬здочки, милые, скажите Саламуре, что я помню и жду его. Неужели я
так и не увижу восхода солнца?
Байя подошла к окну, с мольбой посмотрела на небо. И вдруг... Она
услышала знакомую песню ночи.
- Эту песню знает только Саламура! - обрадовалась Байя. - Спасибо вам,
зв¬здочки, вы очень, очень добрые.
Она думала, что это зв¬зды передали е¬ слова пастушку божьих коровок и
принесли ей песню ночи. Кто знает, может, зв¬зды и кричали Саламуре о Байе,
но они были так высоко...
После встречи на опушке леса Саламура каждую ночь играл песню Байи. А в
тот вечер он оказался так близко от тюрьмы - их разделяла только река, - что
звуки свирели проникли в одиночную камеру.
Байя слушала песню ночи. Она видела себя в лесу, в окружении светлячков,
а рядом с ней ш¬л мальчик в красной рубашке с ч¬рными крапинками. Он играл
е¬ любимую песню.
Вдруг наступила тишина. Такая тишина, от которой сжимается сердце.
- Саламура! - крикнула с испуга Байя. - Саламу-у-ра! Так кричат обычно,
заблудившись в лесу.
Е¬ зов упал в тишину, как камень в бездну.
И вс¬ же Байя верила, что Саламура услышал е¬. Ничего, что он не
откликнулся, ведь зв¬зды тоже не ответили ей. Они - зв¬зды и Саламура -
слышали, непременно слышали Байю.
Маленькая узница присела на нары. Зв¬зды одна за другой исчезали с неба.
Начало светать.
Байя уснула.
Канатоходец из Магриба
Столица государства Сноготок напоминала развороченный муравейник. Женщины
с утра образовали длинные очереди в парикмахерские: одни делали маникюр,
другие прич¬ски. А мужчины просто с ног сбились в поисках билетов на
представление. Шутка ли, к ним приехал сам Свирелька - известный акробат из
Магриба, который делает сальто на канате и играет при этом на дудке.
Жители Сноготка истосковались по зрелищам, и приезд знаменитого
канатоходца стал для них настоящим праздником.
Вы, конечно, догадались, что Свирелькой из Магриба был не кто иной, как
Саламура. Он просто изменил сво¬ имя: ведь, помните, "саламури" это значит
свирель.
Но для чего понадобилась нашему пастушку такая перемена? - спросите вы.
Сейчас узнаете.
Когда расклеенные Бородавкой листочки-объявления пожелтели и истрепались,
Саламура и кузнец стали делать ночные вылазки. Они пробирались катакомбой в
город и ходили вокруг королевского дворца.
Десять ночей ходил Саламура под стенами дворца и каждый раз печальным
возвращался на остров.
Кузнец забеспокоился. Как же помочь дружку, как найти Байю?
- Эх, будь Подножка на воле, - сказал он как-то Саламуре, - мы упросили
бы его сыграть в футбол. Матчи Подножки смотрит весь королевский двор. И
если Байя действительно во дворце, то и она пряд¬т на футбол. Саламура
запрыгал от радости.
- Мы устроим зрелище не хуже футбола, - сказал он, обняв кузнеца. - Я
буду ходить по канату, делать сальто и играть на свирели. Надеюсь, твоих
соотечественников заинтересует этот цирковой номер.
- Король и королева не упустят случая развлечься. А с ними прид¬т вся
свита. Они будут в ложе, и ты легко увидишь Байю.
Сказано - сделано. В тот же день Цомизелия тайно заказал мастерам п¬струю
рубашку, шаровары, кепку и матерчатые сапожки. Не хватало только усов.
Кузнец решил так загримировать побратима, чтобы его но узнал Бородавка
даже вблизи.
Цомизелия обратился за помощью к парикмахеру. Но тот был в дурном
настроении и отказался делать искусственные усы.
После полученных от Зуботычины увечий (а парикмахер любил футбол и
участвовал в демонстрации протеста против заключения Подножки) он вс¬ время
жаловался на упадок сил и низкое кровяное давление.
Цомизелия принялся упрекать парикмахера:
- Чего ты вс¬ хнычешь? Может, думаешь, Зуботычина бил только тебя, а всех
нас по головке гладил? У меня вон до сих пор не зажила рана. Но разве я
перестал выпекать хлеб?
Эти доводы убедили парикмахера, и вскоре Цомизелия прин¬с Саламуре
роскошные усы.
Цомизелия замесил тесто и приклеил их пастушку к верхней губе.
В стране Сноготок не было никакого клея, даже БФ, поэтому и пришлось
прибегнуть к тесту.
В новом наряде, да ещ¬ с усами, Саламуру трудно было узнать. Кузнец вс¬
же спросил тестодела:
- А ты гарантируешь, что усы не упадут?
Цомизелия оскорбился:
- Кто готовил тесто? Я - потомственный тестодел! Будь уверен, оно так
приклеило усы, что повисни на них вся столица, и тогда не оторвутся.
К полудню все жители Сноготка были на стадионе. Только королевская ложа
ещ¬ пустовала. Наконец пожаловал Ноготок XV в сопровождении семьи и
блестящей свиты.
Гвардейцы затрубили в фанфары.
На середину футбольного поля выбежал Свирелька и, приветствуя зрителей,
поднял руку.
Стадион шумом одобрения откликнулся на этот дружественный жест акробата
из Магриба.
Свирелька подош¬л к королевской ложе, приложил руку к сердцу и поклонился
государю. Улыбаясь, он внимательно разглядывал всех в ложе, но Байи в свите
Ноготка не оказалось.
- Как он изящен! - вздохнула Заусеница и легонько толкнула локтем Бутуза,
который, положив голову на перила, успел уже задремать.
Свирелька поднялся по вер¬вочной лесенке на столб и ещ¬ раз, как учил его
Але-Гоп, приветствовал рукой зрителей. Те ответили ему аплодисментами.
Акробат прош¬лся по канату, проверил, хорошо ли тот натянут, и заиграл на
свирели.
Легко пробежав несколько раз от столба к столбу, он как бы мимоходом
сделал сальто.
Стадион ахнул.
Свирелька непринужд¬нно перевернулся в воздухе дважды. Эти трюки так
захватили зрителей, что они почти не дышали.
А когда Свирелька сделал тройное сальто, все уже аплодировали ему стоя.
Жители Сноготка такого и во сне не видели.
- Сви-рель-ка! Сви-рель-ка!
- Сви-рель-ка! - скандировали они.
Акробат готовился к своему коронному номеру. Он отдохнул у столба и,
пройдя на середину каната, заиграл песню ночи.
"Байя узнает свою песню и вс¬ пойм¬т", - думал он, пригибаясь для прыжка.
Стадион замер в ожидании.
Свирелька сделал четверное сальто, продолжая играть на дудке
Зрители потеряли всякое чувство меры. Они прыгали, кричали, бросали шапки
в воздух. И шапок этих оказалось так много, что они заслонили солнце.
Получилось так, будто Саламура вызвал затмение.
Ни акробат, ни восторженные зрители не заметили одной промашки, которая
стала для Саламуры роковой.
Исполняя четверное сальто, он потерял усы - они повисли на канате, словно
маленький хурджин.
Свирелька спустился по вер¬вочной лесенке, ещ¬ раз поднял руку и побежал
к ложе Ноготка XV. Пастушок вс¬ ещ¬ не терял надежды увидеть Байю.
Акробат подош¬л к ложе так близко, что первый министр без особого труда
узнал в н¬м Саламуру. Бородавка незаметно проскользнул к отряду гвардейцев.
Заусеница бросила славному иностранцу букет цветов. Свирелька нагнулся,
поднял цветы и вдруг увидел себя в окружении дубиноруких. Гвардейцы мигом
скрутили акробату руки. А Бородавка сорвал с его головы кепку.
Зрители онемели от удивления.
- Что здесь происходит?! - рассердился Ноготок XV.
- Великий государь! - крикнул первый министр с футбольного поля. - Этот
прощелыга обманул нас. Он не акробат из Магриба, а тот самый хулиган, что
избил моего телохранителя, - И добавил, уже обращаясь к Саламуре: - Куда ты
дел свои усы, самозванец?!
Наш пастушок схватился за верхнюю губу - на ней остались только кусочки
теста.
- Вы посмотрите на этого преступника! - горячился первый министр.
- Замечательный мальчик, - вздохнула Заусеница и почему-то вспомнила свою
молодость.
- Пусть дер¬тся с Зуботычиной. Хочу видеть настоящий бокс, - захныкал
наследный принц.
- Сегодня? - спросил первый министр.
- Немедленно! А не то я заплачу, - надул щ¬ки Бутуз.
- Пусть боксируют! - приказал Ноготок XV. - Такова воля принца.
Бородавка отв¬л Зуботычину в сторону:
- Умоляю тебя, избей этого подлеца, смой позор кровью.
- Не беспокойтесь, господин, - самоуверенно улыбнулся телохранитель, - я
его проучу.
Первый министр приказал гвардейцам покинуть поле, а сам поднялся в
королевскую ложу.
Вторая схватка Саламуры и Зуботычины
Футбольное поле превратилось в ринг. Зуботычина нетерпеливо переступал с
ноги на ногу, словно делал разминку, и грозно поглядывал на обидчика: мол,
сейчас от тебя мокрого места не останется.
А Саламура стоял опустив голову. Ему было не до бокса. Наш пастушок очень
устал, делая сальто, к тому же он боялся первого министра. "Если я и на этот
раз изобью Зуботычину, - думал он, - то Бородавка непременно бросит меня в
темницу".
- Почему они не боксируют? - закапризничал Бутуз.
- Начинайте! - приказал из ложи Бородавка.
Зуботычина, выставив впер¬д кулаки, пош¬л на Саламуру. Мальчик спокойно
наблюдал за противником. Телохранитель первого министра нацелился правой
рукой ему в переносицу, но Саламура изящным поворотом увернулся от прямого
удара. Зуботычина не поверил своим глазам - неужели промахнулся?
Саламуре пришла в голову забавная мысль: бросить противника в нокаут так,
чтобы и пальцем не тронуть, измотать его до потери сознания. Тогда никто и
придраться не сумеет: ведь Зуботычина сам упад¬т от усталости.
А телохранитель Бородавки вс¬ махал кулаками, не попадая в Саламуру.
Симпатии зрителей целиком были на стороне мальчика.
На трибунах уже знали, что Свирелька - тот самый храбрец, который
заступился за болельщиков, и зрители предвкушали новую потеху. Но постепенно
их охватывало волнение: мальчик уклонялся от боя, не наносил Зуботычине
ударов. Зрители зашумели, раздались свистки.
Но Саламура не изменял избранной тактики. Больше того, он засунул руки в
карманы и просто дразнил Зуботычину, показывал ему язык.
Зуботычина рассвирепел. Не помня себя, он рванулся впер¬д и... оказался
на земле. Пастушок отош¬л в сторону - лежачего, мол, не бьют.
На трибунах раздался смех.
Саламура увл¬кся этой игрой в кошки-мышки. Он вс¬ ближе подпускал
противника - казалось, лицо подставляет для удара, - но в последнее
мгновение отскакивал, и Зуботычина грузно падал на землю.
В королевской ложе принц визжал от восторга. Ноготок XV и его супруга
были счастливы - наконец-то их сын сме¬тся!
Только Бородавка сидел с мрачным лицом. Он готов был выбросить на ринг
полотенце: дескать, за явным преимуществом Саламуры бой прекращается, но
боялся государева гнева.
Зуботычина бессмысленно размахивал кулаками, уже не целясь в противника.
Один из таких ударов приш¬лся ему же в скулу.
Телохранитель первого министра пошатнулся, скосил глаза, понюхал свой
кулак и под общий хохот пустился танцевать.
Видели бы вы, как становился он на цыпочки или выделывал затейливые
колена.
Потом остановился напротив ложи и принялся бить себя по голове.
- Ваше величество, Зуботычина сош¬л с ума, - наклонился к Ноготку XV
Бородавка.
- Что ж, наденьте на него смирительную рубашку, - рассудил король.
Зуботычина тем временем раскинул руки и, возомнив себя акт¬ром, осторожно
ходил по мнимому канату. Затем принялся кувыркаться: мол, делаю сальто.
Хохот стоял невообразимый.
Зуботычина сел посреди поля и запел во вс¬ горло:
Нет на свете человека
Скупее Бородавки.
Прячет золото в носу,
Словно в тайнике.
- Ложь, подлая ложь! - возмутился первый министр. - Никакого золота я в
носу не прячу, это неправда. Вот смотрите!
Он зажал одну ноздрю и шумно выпустил из другой струю воздуха. Потом
сделал то же самое, зажав вторую ноздрю.
- Ну, есть у меня в носу золото?
- Арестовать! - приказал Ноготок XV, указывая перстом на телохранителя
Бородавки.
Взвод дубиноруких выбежал на поле стадиона. Зуботычина растянулся, сложив
на груди руки, словно он умер.
- Немедленно встань и следуй за нами! - приказал командир взвода.
Зуботычина даже не шелохнулся.
- Встать! - крикнул комвзвода. Зуботычина и ухом не пов¬л.
- Унесите его! - приказал командир дубиноруких. Гвардейцы схватили
Зуботычину кто за руки, кто за ноги.
И тут телохранитель Бородавки приподнялся и одним резким движением
разбросал дубиноруких по всему полю. Затем погнался за командиром взвода. Но
тот оказался проворнее - сделав круг по беговой дорожке, он скрылся в толпе
хохочущих зрителей.
Зуботычина остановился и почесал затылок - он не мог вспомнить, за кем
гнался и почему.
Пока Зуботычина, углубившись в размышления, чесал затылок, гвардейцы
успели оправиться от потрясения. Они подкрались к нему сзади, и двадцать
дубинок опустились на голову телохранителя первого министра.
Зуботычина обалдело смотрел вверх, словно удары сыпались на него с неба.
Другой давно бы свалился на землю, но у грозного телохранителя голова была
крепкая, как орех.
В конце концов гвардейцам вс¬ же удалось связать Зуботычину и унести с
поля.
Зрители ликовали от удовольствия, и Бородавка был посрамл¬н.
А Бутуз столько смеялся, что под конец даже заикал.
Государь с государыней радовались за сына.
Считая, что представление окончено, Ноготок XV встал...
Щелчок, который взволновал страну
- Я тоже хочу! - заявил принц.
- Что? Что? - почти в один голос спросили Ноготок и Заусеница.
- Хочу бороться.
- С кем? - удивился тронный владыка.
- С этим. - Бутуз показал пальцем на Саламуру.
Пастушок вс¬ ещ¬ стоял на поле. Он с таким интересом наблюдал за
выходками Зуботычины, что забыл об опасности. А когда решил уйти
подобру-поздорову, то было поздно.
К Саламуре подошли три высших чина и заявили, что с ним желает бороться
сам принц.
"Только этого мне не хватало! - расстроился Саламура. - Вот накликал на
себя новую беду".
Придворные, как могли, отговаривали принца. Ему ли, наследнику короля,
бороться с каким-то мальчишкой. Они заверяли, что, конечно, принцу ниче
...Закладка в соц.сетях
