Жанр: Сказка
Новые приключения незнайки: снова на луне
...ие только на вас и смотрят. Не на вас
одного, конечно... А вот вы, господин Винтик, меня даже не заметили.
- Я вас сразу узнал по голосу... Сначала по голосу, а потом и так, вообще.
- Вы хорошо катаетесь. Наверное, участвуете в соревнованиях?
- Нет, просто играю в хоккей. Скажите, а почему к вам не приходят малыши из
Змеевки?
- Да потому, что им запретили сюда приходить. Раньше мы приглашали тех, которые
посмирнее, но и они каждый раз умудрялись выкинуть что-нибудь безобразное. Одной
малышке залепили в глаз снежком так, что она едва не окосела, другой напихали снега за
шиворот, и она заболела воспалением лёгких. А Медунице пришлось лечить собственную
ногу из-за того, что один такой хулиган толкнул её на катке. За змеевских малышей вы не
беспокойтесь, они сейчас устраивают на реке сражение. С утра всем городом строят снежные
укрепления, а вечером одна половина их защищает, а другая - штурмует. У них это
называется "взятие снежной крепости".
- Здорово, - сказал Винтик. - Я им даже немножко завидую.
- В таком случае можете позавидовать и тем, которые после столь диких развлечений
поступают в нашу больницу с ушибами, переломами и сотрясениями. Пойдемте лучше
покатаемся на карусели. Я залезу в космическую ракету, а вы садитесь на лошадку, идёт?
В это время Незнайка, порядком уставший для первого раза, присел на покрытую
соломенными тюфяками лавочку. К нему подъехала Снежинка и до того как остановиться,
расставив ноги, закружилась на месте.
- К вам можно подсесть?
Незнайка сделал приглашающий жест рукой.
- А вы уже делаете успехи, - похвалила его Снежинка, болтая ногами.
- Да, знаете ли, за последнее время немножко разучился. А теперь вспомнил.
- Стало быть, вы раньше умели?
Незнайка сделал движение, которое можно было истолковать как угодно, и сменил
тему:
- Что-то я не вижу Винтика и Шпунтика; не знаете, куда они запропастились?
- Конечно знаю. Господин Винтик на карусели, а господин Шпунтик разгуливает на
ходулях. На ходулях вы тоже раньше умели?
Мимо них проскользнула Синеглазка, и Незнайке показалось, что она чем-то
расстроена и специально не смотрит в их сторону.
- Знаете, - сказал он Снежинке, - я пойду ещё немножко покатаюсь.
- Что ж, покатайтесь немножко. А то я вижу, что некоторым очень завидно из-за того,
что я с вами разговариваю.
Незнайка догнал Синеглазку и поехал рядом. Они постепенно разговорились, и обоим
очень захотелось взяться за руки, но Синеглазка ждала, когда первым это сделает Незнайка, а
тот, понятное дело, трусил.
Шпунтик действительно увлёкся хождением на ходулях. Это оказалось вовсе не так
трудно, как представляется со стороны. Не прошло и десяти минут, как он уже уверенно
ходил, стоял и даже подпрыгивал на высоких деревянных рейках с приколоченными для ног
брусками. Шпунтик сам по себе был низеньким коротышкой, поэтому хождение на ходулях
доставляло ему особенное удовольствие.
- Посторонись, мелочь пузатая! - кричал он, вышагивая за пределы специально
отведённой площадки.
В конце концов он увяз в снегу и решил, что для первого раза достаточно.
Незадолго до полуночи музыка стихла, катание прекратилось, все разошлись, сбились
стайками и стали дожидаться боя часов и фейерверка. Незнайка, Синеглазка, Снежинка,
Стрелка, Винтик и Шпунтик тоже уселись вместе, тесно прижавшись, на одной лавочке.
Неожиданно позади раздался знакомый голос:
- Так-так-так... Всем хорошо, всем весело, и никто не ждёт едва не заруливших в овраг
одиноких путников...
Обернувшись, все так и ахнули.
- Клюква! - закричала Стрелка и вскочила с места.
Клюковка-Огонёк обняла подругу, и они расцеловались.
- Знайка?.. - не веря собственным глазам, выдохнули разом Незнайка, Винтик и
Шпунтик, но тут же подскочили и, скинув маски, радостно закричали и запрыгали вокруг
него: - Знайка! Знайка!
Знайка смущённо поправил очки и сказал:
- Здоро?во, братцы. Решил вот посмотреть, как вы тут... и вообще...
В этот момент из динамиков раздался бой часов и со всех сторон ударил, вспыхнул,
зашипел и закружился фейерверк - рассыпающиеся вихри огненных искр на вертушках.
- Ура-а-а!!! - закричали все разом, бросились обниматься и поздравлять друг дружку с
наступившим Новым годом.
Незнайка тоже сгоряча обнял Синеглазку и, неожиданно для себя, поцеловал.
- Что вы делаете! - испуганно прошептала малышка и отстранилась. - Никогда так
больше не делайте, это нехорошо. Обещаете?
Незнайка неопределенно пожал плечами.
- И перестаньте глупо улыбаться! - рассердилась вдруг Синеглазка. - Вы, наверное,
делаете так со всеми, чтобы после рассказывать.
- Нет, честное слово, я никогда раньше... Вы мне правда очень нравитесь.
- Хорошо, так и быть, я вам поверю. Вы мне тоже нравитесь. Только не думайте
задирать нос, я вовсе не собираюсь бегать за вами, как другие.
- А я и не думаю, - искренне заверил её Незнайка.
После того как отшумел фейерверк, снова заиграла музыка и все пришло в движение.
Знайка и Огонёк тоже надели коньки и раздобыли себе маски. Но, прежде чем они успели
обернуться вороном и рыжей лисичкой, некоторые смогли заметить на лице Знайки следы от
помады - в точности такой, какой подкрасила себе губы Огонёк...
Знайка хорошо катался; жители Цветочного города часто могли видеть, как он,
стремительно и в то же время плавно, уверенно взмахивая руками, несётся на беговых
коньках, погружённый в свои мысли.
Но сегодня он был не один, под руку его держала рыжая лисичка, которую он минуту
назад впервые назвал по имени, вместо обычно принятого у них в общении "дорогая
коллега".
Даже строгая Медуница важно и не спеша скользила по кругу в сопровождении двух
нянечек. И хотя она предупреждала всех о "неизбежном травматизме, к которому приводят
подобные мероприятия", всё же не смогла отказать себе в удовольствии покататься. Тем
более что, по её предварительным наблюдениям, малышей здесь было всего трое и вели они
себя вполне прилично.
Осмелев, Медуница закатилась под арку дворца, остановилась и, задрав голову, стала
разглядывать украшенную игрушками и обвитую электрической гирляндой елку. Тут ей
показалось, что внизу, под ёлкой, в густых колючих лапах что-то шевелится. Она
приблизилась, раздвинула ветки, нагнулась, вглядываясь через очки в полумрак, и сказала
неуверенно:
- Кто здесь?..
В ответ послышалось глухое ворчание, а в следующее мгновение у самого её носа
возникла плюшевая медвежья морда.
- Ррр-рр-рр-ррр!.. - грозно сказала морда.
Несколько секунд Медуница смотрела на неё, широко раскрыв глаза, а затем, взмахнув
руками, с пронзительным криком "Медведь! Медведь!.." упала навзничь и с необычайной
быстротой на четвереньках выбежала из замка.
Её подняли на ноги и окружили.
Чувствуя, что шутка не совсем удалась, Шпунтик вылез из-под ёлки и сел на лавочку в
стороне, дожидаясь, что будет дальше.
Докторша держалась за левую руку и беспрестанно охала. Запястье распухло и болело;
необходимо было срочно отвезти её в больницу и наложить тугую повязку.
Винтик подогнал "Метелицу" прямо на лёд катка, Медуницу и нянечек усадили в
кабину, и снегоход тотчас сорвался с места.
В это время в больнице, как мы помним, коротал время один-единственный пациент по
имени Шурупчик. Его палата стараниями нянечек и посетителей была украшена пахучими
еловыми ветками и бумажными гирляндами, перед кроватью стоял телевизор, а стол и
тумбочка были заставлены угощениями.
Заслышав гудение приближающегося снегохода, он вскочил с кровати и выбежал на
порог, чтобы встретить Винтика и похвастать перед ним усовершенствованиями, которые
придумал и воплотил здесь за истекшие сутки.
Однако поначалу вместо Винтика он увидел вылезавшую из кабины Медуницу,
которую с двух сторон заботливо поддерживали нянечки и которая немедленно ему
закричала:
- Больной, что вы себе позволяете! Сейчас же вернитесь в палату, вам противопоказан
холод!
Шурупчик вернулся в кровать, а Медуницу повели в процедурный кабинет, где нужно
было срочно наложить на руку повязку, а может быть, даже и гипс.
Винтик подсел было к Шурупчику, но тут появились нянечки и пожаловались, что не
могут открыть в больнице ни одну дверь.
Шурупчик расплылся в самодовольной улыбке. Он поднялся с кровати и начал
демонстрировать плоды своей технической мысли. Его решение было остроумным и
эффектным, однако практическое его воплощение повергло Медуницу в ужас: все двери,
окна, шкафчики с медикаментами, краны и даже крышка на унитазе открывались
посредством хлопка в ладоши, на который реагировали настроенные специальным образом
датчики.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава первая
Незнайка понимает, что все сложилось не так уж плохо. Новая тактика
поведения профессора Злючкина и прожект подземного мегаполиса
Все праздники когда-нибудь заканчиваются, и уже через день после новогоднего бала
Незнайка проснулся в своей комнате, в доме на улице Колокольчиков. В первую минуту всё
случившееся - и поездка, и Синеглазка, и ледяной замок - всё показалось ему волшебным
сном. Потом он вспомнил обратную дорогу и прощание, которое не обошлось без
нескольких пролитых слезинок (со стороны малышек, конечно).
А здесь всё оставалось по-прежнему, будто и не было никакого праздника. Внизу
гремел посудой, приготовляясь к завтраку, охотник Пулька. Он разговаривал со своей
собакой, но, поскольку Булька не отвечал, казалось, что Пулька говорит сам с собой. Из-за
стенки доносилось шуршание бумаги и конвертов. Незнайка вспомнил про письмо и вскочил
с кровати. Наспех одевшись, он решительно направился к своему прославленному соседу.
Пончик теперь работал над вторым кругом своей корреспонденции. На отправленные
им ответы поклонницам ("О прекрасная невидимая Собеседница") пришли горы
взволнованных писем, каждое из которых занимало добрый десяток, а то и два десятка
страниц. Пончик любил читать их во время послеобеденного отдыха. А с утра он занимался
изготовлением второй очереди ответов по новому, сочинённому поэтом Цветиком образцу.
В эти ответы Пончик вкладывал теперь ещё и фото со своим изображением, которое
Тюбик по его просьбе отретушировал так, что лицо героя приобрело слегка надменный и
разочарованный вид - как раз такой, какой особенно нравится малышкам.
Получив в ателье целую коробку фотографий, а также новый текст письма и новые
стихи от Цветика, Пончик взялся за работу.
Когда Незнайка заглянул в нему в комнату, Пончик старательно, высунув язык,
выводил новый текст письма, начинавшийся словами: "Кажется, у нас завязалась переписка.
Но к чему приведёт этот легкомысленный флирт? Моя одинокая душа изранена кознями
врагов и высушена предательством близких..."
Увидев, что Незнайка читает, заглядывая через его плечо, Пончик быстро прикрыл
написанное рукою.
- Чего тебе?
- Мне? Ничего. Просто так, зашёл поздороваться.
Незнайка с беззаботным видом провёл пальцами по корешкам лежавших на столе
толстых папок с подшитыми в них письмами от поклонниц. Все папки были аккуратно
размечены в алфавитном порядке - от "А" до "Я".
- Говорят, вы там хорошо повеселились? - сказал Пончик.
- Где? - рассеянно ответил Незнайка, незаметно выискивая папку на букву "С".
- Ну там, у малышек, в Зелёном городе.
- Так, ничего особенного.
- А Винтику и Шпунтику понравилось.
- Меня здесь не искали?
- А чего тебя искать? Все так и знали, что ты с ними уехал.
- Так уж и знали?
Свою записку Незнайка в комнате не нашел и теперь опасался, что она всплывёт в
самый неподходящий момент. И зря, потому что Знайка её давно выбросил и забыл о ней.
- Будто в Змеевку трудно позвонить.
- Понятно...
- Слушай, а чего это ты у меня роешься?
- Так, хочу уточнить кое-что.
Пончик поднялся со стула и рукой отстранил Незнайку от своих папок.
- Вот иди к себе, там и уточняй.
Незнайка толкнул Пончика, и тот плюхнулся обратно на стул.
- Сиди, израненная душа. Заморочили всем головы вместе с Цветиком. Я вот ещё
пойду с ним поговорю...
Пончик молчал, в удивлении раскрыв рот.
Наконец в папке нашлось письмо от Синеглазки, на конверте которого значилось:
"Цветочный город, ул. Колокольчиков, Незнайке".
- Здесь что написано? Читай!
Пончик пролепетал адрес.
- Это тебе письмо? Тебе? Тебе? Тебе? Тебе?..
С каждым словом Незнайка наотмашь щёлкал героя по носу сложенным пополам
конвертом.
- Так ведь они пачками приходят!.. Я конверты даже не читаю, только обратный
адрес...
- Так вот впредь читай, а не то узнаешь по-настоящему, что такое "козни врагов и
предательство близких". Будешь ты у меня и израненный, и высушенный, понял?
- По-онял, - всхлипнул Пончик, утирая нос.
Незнайка вернулся к себе и стал читать запоздало дошедшее до него письмо от
Синеглазки. Оно было просто и мило написано, в нём не было упрёков в зазнайстве и
забывчивости. "Вы можете мне не отвечать, просто у меня сейчас такое настроение, - писала
она. - А если хотите, приезжайте к нам на ёлку. Будьте уверены, что не пожалеете".
Сложив письмо, Незнайка вздохнул и подумал, что в общем, отчасти благодаря
Пончику, всё сложилось не так уж плохо.
После обеда по радио транслировали очередную дискуссию между профессором
Злючкиным и академиком Ярило. Встречи этих двух непримиримых противников всегда
вызывали интерес у публики, даже у той, которая совсем не понимала смысла их
наукообразных разговоров.
Потерпев позорное поражение в споре о существовании невидимого острова, Злючкин
решил взять реванш, заявив столь грандиозную идею, что одно обсуждение её уже бы
восстановило авторитет ученого в глазах широкой общественности.
И такая идея вскоре родилась в его небогатом воображении.
Побывав однажды в Земляном городе и обнаружив там совершенно идеальные условия
для проживания коротышек, профессор выдвинул идею, или, как он сам говорил, "прожект",
строительства огромного подземного мегаполиса, в который постепенно смогли бы
переселиться все без исключения коротышки.
Этот прожект, при всей своей дикой бредовости, как ни странно, приобрел немало
сторонников. Успешно забросив пробный шар и ощутив кое-где поддержку, Злючкин резво
бросился в атаку.
Следует заметить, что, погорев однажды на собственной глупости, профессор кое-чему
научился. В первую очередь он усвоил для себя главное: никогда, ни при каких
обстоятельствах не ссориться со средствами массовой информации - газетами, радио,
телевидением, интернетом... Со своими личными противниками - пожалуйста, это только
лишний раз подогреет внимание к нему публики и прибавит популярности. Но такие
выходки, как плевок в объектив камеры или безобразная ругань во время выступления в
прямом эфире ТВ, могут заставить отвернуться от него даже самых верных сторонников.
И Злючкин переменил тактику дракона на тактику лисы.
При встречах с журналистами или редакторами он больше не строил презрительную
мину, а, наоборот, расплывался до ушей в приветливой улыбке, а также извинялся за былые
промахи. Главным редакторам медиа-компаний по праздникам он рассылал пышные букеты,
в каждом из которых была вложена его визитка с собственноручной припиской типа "Ваш
преданный читатель" (зритель, слушатель...)
Голос у него стал вкрадчивым и приторным, но, поскольку на душе у него по-прежнему
злобно скребли кошки, он часто по привычке сбивался на грубый приказной тон. Правда,
спохватившись, он тут же говорил "извините" и продолжал как ни в чём не бывало.
Всё это, конечно, не могло не повлиять на его отношения с окружающими. У Злючкина
появилось много "полезных" знакомых, его имя замелькало на обложках газет и журналов,
по радио зазвучал его голос, а его фальшивая улыбка не сходила с экранов телевизоров.
Именно в это благоприятное для него время Злючкин огласил грандиозный прожект о
массовом переселении коротышек в подземный мегаполис.
Поначалу идея вызвала смятение, затем растерянность, а потом активная часть
населения разделилась на два непримиримых лагеря - сторонников переселения и
противников такового.
Сторонниками объявили себя безрассудные натуры, не нашедшие применения своей
энергии в полезных сферах деятельности, а также обыкновенные хулиганы, которые вообще
держали Злючкина за своего.
Однако благоразумные коротышки, которых было всё-таки большинство, понимали
опасность затеи, поэтому дальше разговоров и споров дело пока не шло.
Главным противником подземного строительства и переселения был академик Ярило.
Споры на эту тему двух непримиримых противников были в последнее время излюбленным
развлечением публики.
Намучившийся со своими больными зубами профессор вставил себе совершенно
новые, искусственные. У него появилась ослепительная лошадиная улыбка, он перестал
цыкать зубом, однако в его речи появился новый дефект: вместо буквы "т" он начал
временами выговаривать нечто не поддающееся письменному воспроизведению, похожее на
"прфф". И это, конечно, очень мешало его собеседникам. Кроме того, внутренняя борьба с
собственными грубостями привела к развитию у него непроизвольных телодвижений -
внезапных взмахов рукой, ногой, головой, плечами. Из-за этого он стал походить на
подвешенную на ниточках марионетку.
В описываемое утро по радио звучала очередная дискуссия. Ярило говорил о
физической невозможности проведения столь трудоёмких работ; Злючкин - о достижениях
науки и техники.
- Недавняя перепись показала, что нашу страну населяет около семи тысяч
коротышек, - спокойным бархатным баритоном говорил академик Ярило. - Даже если все
они вдруг сойдут с ума и начнут рыть гигантский подземный бункер, то закончат работу
никак не раньше, чем через сто лет.
- Вы забываетПРФФе о том, что наша наука и техника не стоятПРФФ на месте, мой
очароватПРФФельный всезнайка, -возражал Злючкин. - Построив сверхмощную лазерную
пушку и работая под землёй в условиях невесомостПРФФи, мы закончим
строительстПРФФво за два с половиной года!
- Это очень сомнительное заявление, профессор. Вы можете подтвердить его хотя бы
приблизительными расчётами?
- Пора бы знатПРФФь, что я никогда не делаю голословных заявлений, академик.
(Послышалось шуршание бумаги.) При ежемесячной круглосуточной выработПРФФке одна
целая ноль восемь десятых единицы грунта, помноженных на ноль целых две десятых
коротышко-часов...
И Злючкин торопливой и невнятной скороговоркой, продолжавшейся не менее двух
минут, вытряхнул на собеседника и радиослушателей несколько страниц дробных цифр,
щедро приправленных понятными только специалистам техническими терминами, а также
совсем уж пугающими "коротышко-часами".
- Вы позволите мне взять эти бумаги и проверить расчёты? - спросил Ярило.
Бумаги моментально ушуршали во внутренний карман профессорского пиджака.
- Зачем же проверять? Вы намерены оскорбитПРФФь меня недоверием? Но в таком
случае, академик, вы намерены оскорбитПРФФь не только меня, но и науку, и всех
добропорядочных коротышек в моем лице... Господин Ярило, вы подлец! Я сейчас же, сию
секунду плюну вам в морду!!
Тут Злючкин опомнился и осекся.
- Извините, - сказал он и продолжил как ни в чём не бывало: - Итак, расчёты
показываютПРФФ высочайшую и несомненную ценность моего прожектПРФФа,
призванного служить одной-единстПРФФвенной благородной цели - построению
счастПРФФья для всех разом коротышек. Не благороднейшая ли это цель? Скажите, скажите
нам без промедления!
Свыкшийся с манерой спора своего оппонента, Ярило реагировал совершенно
спокойно и снова заговорил по теме:
- Допустим на мгновение, что вы каким-то образом добились невозможного и
подземный город существует. Как в этом случае будет организовано питание переселенцев?
Ведь если они будут производить сельскохозяйственные работы на поверхности земли, как и
прежде, то весь ваш проект не стоит и выеденного яйца...
- Вы сами не стоите выеденного яйца, академик. Простите. Да будет вам
известПРФФно, дорогой коллега, что в земле живет бесчисленное множество всевозможных
червячков и личинок, чрезвычайно питательных и богатых белками. Скажу прямо: вот уже
месяц я питаюсь исключительно, поверьте, исключитПРФФельно червячками и личинками.
Их можно варить, жарить, солить, сушить, мариновать и даже делать из них сладкие
конфеты. Я специально принес вам на пробу пакетик с засахаренными личинками. Вот,
берите, угощайтПРФФесь!
Хрустнул бумажный пакет, и послышался звук резко отодвинувшегося стула.
- Нет, нет, спасибо, профессор, я уже завтракал, - взволнованно проговорил Ярило
где-то вдалеке от микрофона. - Уфф... С вами не соскучишься. Кстати, не вы ли заказывали
вчера большой комплексный обед в ресторане Дома ученых? Я как раз сидел неподалёку.
- Что?! - сорвался на крик Злючкин. - Какой ещё обед! Вы подвергаете сомнению
чистоту моего экспериментПРФФа? Смотрите же... - Злючкин стал громко чавкать, набивая
рот засахаренными личинками. - Смотрите! Нет, нет, смотрите, не отворачивайтесь!..
Но тут передачу прервали, и в эфире зазвучал концерт по заявкам.
Незнайка узнает о том, что Козлик в беде. Пестренький испытывает тягу к
науке, но ещё большую - к зимней спячке
Вечером Знайка, неожиданно заговорив серьёзным и озабоченным тоном, пригласил
Незнайку к себе. Тот, немало удивленный, проследовал в заставленную стопками книг, всё
ещё пыльную и не прибранную хозяином со времени приезда комнату.
- Послушай... - начал Знайка с некоторой нерешительностью. - Тогда, на Луне... Ты,
кажется, был знаком с Козликом?
- С Козликом? - повторил Незнайка, и ему сразу припомнился ужасный и нелепый сон,
в котором Козлик звал его на помощь, а Луна в облаке белого порошка разваливалась на
куски. - Козлик! Да ведь это мой самый что ни на есть лучший в мире друг! А что такое
случилось?
- Ты погоди, сядь. Ничего особенного не случилось. То есть я хочу сказать, что ничего
пока ещё не известно.
- Ты давай не выкручивайся, говори всё как есть.
- Я и не выкручиваюсь. Пока ещё действительно ничего не известно. Просто с Луны
были какие-то странные сигналы от этого твоего Козлика.
- "Просто, просто"... Какие сигналы?
- Ну вот, послушай.
Знайка сунул кассету в магнитофон, и Незнайка услышал надрывный голос Козлика,
отчётливо пробивавшийся сквозь радиопомехи: "Не давайте им ничего! Если прилетят - не
давайте ничего!.."
- Ну, что ты раскис? Есть какие-нибудь соображения?
Незнайка шмыгнул носом и молча отрицательно покачал головой.
- Слушай, ты так не расстраивайся. С ним-то, наверное, всё в порядке, это он насо
чём-то предупреждает. Понять бы только, кому и чего не давать. Может, семян не давать? А,
как ты думаешь?
- Из-за семян он бы так не стал...
Незнайка опять шмыгнул и утер нос рукавом.
- Всё?
- Что "всё"? - не понял Знайка.
- Больше ничего не передавали?
- Нет, ничего. И на наши позывные никто не отвечает.
- Это плохо.
Знайка молча опустил голову, как будто он сам был в чём-то виноват.
- Если никто не отвечает, надо лететь, - сказал Незнайка таким голосом, что Знайка
испугался.
- Что значит "лететь"! Ты это погоди, "лететь". Вот чудак, разволновался. Они сами к
нам скорее всего летят. Вот когда прилетят...
Но Незнайка, не дослушав его, вышел из комнаты.
- Ну и ну... - пробормотал Знайка. - Смотрите, какой он впечатлительный. Надо будет
за ним следить получше.
Незнайка отправился к себе, лёг и напряжённо уставился в потолок. В голове у него
ещё звучал голос Козлика, который, словно барабанным боем, сопровождался собственными
словами: "Надо лететь, надо лететь, надо лететь..." Но, даже находясь в столь взвинченном
состоянии, он понимал, что лететь в космос без специальной программы в компьютере
ракеты, без запасов воздуха, воды и провизии - невозможно. Для подготовки нужно было
время и, самое главное, желание со стороны Знайки. А Знайка очень не любил неточностей и
недоговорённостей. И в самом деле: глупо лететь куда-то сломя голову, если оттуда
предупреждают, что сами летят сюда... С этим Незнайка и заснул.
А утром он направился к Пачкуле Пёстренькому, чтобы поделиться с ним своими
переживаниями и заполучить хотя бы одного союзника в этом деле.
Пёстренький жил неподалеку, всего в нескольких кварталах, и Незнайка быстро
добрался до его дома подснежными ходами. Прохожие с удивлением смотрели, как он, ни с
кем не здороваясь и сосредоточенно глядя себе под ноги, торопливо шагает мимо.
- Дома? - спросил он у громыхающего посудой в тазу с мыльной водой портного
Заплаткина.
- Дома, ясное дело, - проворчал тот. - А где ему ещё быть, по-твоему?
Действительно, Пёстренький очень не любил холод и зимой не вставал с кровати без
особой необходимости. Соседи и знакомые поражались его способности спать почти
круглые сутки с перерывами для еды и прочих неотложных надобностей.
С началом весны он оживал, летом был бодрым и деятельным, а с первым снегом
начинал зевать и впадал в спячку.
На этот раз Незнайка застал Пёстренького, к своему удивлению, не спящим, а
почитывающим какой-то старый пожелтевший журнал. Под кроватью виднелся ещё ворох
таких журналов, извлеченных скорее всего из подвала или с чердака.
- А, это ты, - сказал Пёстренький рассеянно. - Как там внизу, обед готовят?
- С чего это тебе обед? Недавно завтракали.
Пёстренький протяжно зевнул:
- Я, видишь ли... завтрак проспал, оказывается.
- Что же тебя не разбудили?
- У них против меня сговор.
- Чего-чего?
- Они, видишь ли, против меня сговорились. Боятся, что я из-за спячки де-гра-дирую.
Это вроде болезнь какая-то, надо ещё у Пилюлькина спросить. Вот, журналы принесли...
Сказали, что будить не будут больше, что, если сам не проснусь, останусь голодным.
- Ну и как оно?
- Да пока, знаешь ли, не очень. Завтрак они, видишь ли, устраивают ни свет ни заря: в
десять часов - это же самый сон... А ты, говорят, куда-то ездил?
- Ездил, ездил. А ты небось даже из дому не выходил?
- Хотел я в праздник на реку пойти. Оделся даже, прилёг, да так и уснул до утра.
- Понятно. А что читаешь?
- Вот это, что ли? "Занимательная химия". Удивительно легко даётся, всё понимаю.
Мне химия всегда нравилась, опыты разные делать... Пилюлькин говорит, что у меня
способности; я вместе с ним ракеты для фейерверка д
...Закладка в соц.сетях
