Жанр: Научная фантастика
Атака извне
...решение покинуть рубку было получено.
Ячейка противодействия в полном составе: оба дубль-старнана и субкапитан Флег
оказалась в сборе и ожидала Тэйтуса в каюте своего руководителя. Когда перед астрономом
раскрылась диафрагма, Шарби Унц заканчивал инструктаж:
- ...концу второй вахты Хунж со своим взводом должен полностью контролировать
транспортную секцию, на посадочной палубе не должно быть никого постороннего. Вплоть до
применения парализаторов дискретного действия. Надеюсь, они уже получены на складе? -
Когда Опни Хунж кивнул, фрейзер обратился ко второму дубль-старнану: - А в это время ты,
Секав...
Лей хитро прищурился:
- Тоже со своим взводом?
Фрейзер покачал головой:
- Никакого взвода. У тебя задание сугубо деликатное.
- Наведаться в кубрик медикесс? - невинно спросил дубль-старнан.
- Вот вернусь, тогда посмотрим. Нет, мой дорогой, тебе придется составить компанию
мужской составляющей нашей славной медицины.
Он встретился взглядом с Аздро Флегом.
- Догадываетесь, субкапитан, что вам предстоит?
Медик пожал плечами.
- Ваше решение лететь в одиночку, командир, настолько неожиданно, что я даже
растерялся.
И снова ответ фрейзера привел доктора звездознания в замешательство.
- Почему в одиночку? - удивился он и только теперь посмотрел в сторону Тэйтуса. -
У меня будет напарник. Как вам, доктор, моя идея пронзить Молекулярный Экран?
- Идея великолепная, не спорю, - ответил астроном. - Честно говоря, я смертельно
завидую вашему напарнику, вот только одного не могу понять - как вы собираетесь обойти
принцип "Плюс Один"?
Шарби посуровел.
- А это я скажу только своему напарнику и только на борту шлюпа. А сейчас,
субкапитан и Секав, пройдёмте в мой уголок Вечернего Отдохновения, надо уточнить
кое-какие детали, ведь не свистящие цветы на лужайке предстоит вам собирать...
Оставшись вдвоём с Опни Хунжем, астроном никак не мог совладать с нервами,
взвинченными до предела. Сначала он барабанил пальцами по переборке, а потом с
отсутствующим взглядом принялся мерить каюту из конца в конец.
- Что с вами, доктор? - с участием поинтересовался дубль-старнан. По его сияющей
физиономии легко читалось, что скорым отлетом фрейзера он не опечален, ну разве что самую
малость. Чувствовалось, что на запрет посещать вспомогательный женский персонал
Корабельной Медицины он чихать хотел. - Да не волнуйтесь вы так за командира, он и не из
таких переделок выходил с честью. Знаете, какой он мастер? Высший класс!
Тэйтус Пшу словно наткнулся на незримую стенку. Он вздрогнул. В зрачках вспыхнули
искорки. Таким его Опни раньше не видел. Даже когда его доставили контрабандой на борт, он
не выглядел таким обеспокоенным.
- Что вы сказали, Опни? - пробормотал астроном странным голосом.
- Я сказал, что не стоит вам переживать. Не пропадет наш фрейзер. Будьте уверены, он и
Экран прошьет насквозь, и до Зет-03 без потерь доберётся. А как проконсультируется с
тамошними спецами, тут же вернётся.
Астроном улыбнулся, но было понятно, что это далось ему с большим трудом. Только
теперь Опни понял, что имел в виду фрейзер, когда рассказывал об "улыбке мумии", присущей
доктору звездознания в иные моменты.
- Я верю в счастливую звезду Шарби Унца и знаю, что он благополучно вернётся на
броненосец. Меня беспокоит другое. В командирской рубке я проводил важный расчет и
чуть-чуть его не закончил, но предварительные данные таковы, что... Одним словом, боюсь,
что нас ожидают куда более серьёзные неприятности, нежели невозможность добраться до
Зет-03.
- Вы о чём, доктор?
Но Тэйтус не успел ответить, вернулся Шарби Унц с товарищами. Аздро Флег и Секав
Лей задерживаться не стали, а отправились выполнять полученные инструкции.
- Дубль-старнан, а вы чего ждете? - обратился фрейзер к последнему из членов
ячейки. - До конца вахты осталось не больше часа. А ведь у вас ещё масса дел: поставить
задачу перед солдатами, занять намеченные позиции и организовать патрулирование на
посадочной палубе.
- Уже бегу, командир! - В два прыжка Опни Хунж нырнул в раскрытый зев диафрагмы,
но перед этим успел приложить правую ладонь к левому плечу.
Если Тэйтус ничего не путал, то на языке корабельных лазутчиков это означало: "Желаю
удачи!"
Шарби Унц внимательно посмотрел на опального астронома.
- Ну что, доктор, готовы стать моим напарником?
3
Тэйтусу хотелось надеяться, что с уходящим вдаль цилиндрическим корпусом
"Шкеллермэуца" отступят в прошлое и беды, которых было так много. Правда, будущее
по-прежнему покрыто мраком, но учёный надеялся на лучшее. Кажется, в галактике не найти
ни одной высокоцивилизованной расы, которой были бы безразличны накопленные им знания о
Молекулярном Экране, этом средоточии загадок Глубокого Вакуума. Но всё же он не мог
догадаться, каким образом Шарби Унц собирается преодолеть запрет, накладываемый
принципом "Плюс Один". Хотя другой запрет, наложенный самим пространством, ему
преодолеть, похоже, удалось. Как он и обещал князю Инхаш-Брезофу, маленький шлюп (даже
не шлюп, а спасательная шлюпка, тем не менее обладавшая именем "Мронгилавуш") не
включал движок, а дождался момента, когда транспортная секция, в которой он находился,
раскрутится на максимум. Это стало возможным благодаря тому, что броненосец состоял из
отдельных секций, способных вращаться вокруг собственной оси. В полёте секции вращались в
одном направлении и с одинаковой скоростью. Но одна секция, транспортная, то есть та, в
которой в отдельных пеналах, как патроны в револьверном барабане, располагались
спасательные шлюпки, абордажные шлюпы и атмосферные челноки, могла, во-первых,
крутиться независимо от остальных, а во-вторых, развивать поистине головокружительную
скорость на тот случай, если выходу вспомогательных судов из пеналов будет препятствовать
какая-нибудь внешняя преграда. Этим и воспользовался Шарби, раскрутив транспортную
секцию до предела, а потом отключив магнитный захват. "Мронгилавуш" вылетел из пенала,
как камень из пращи, и мгновенно оказался на громадном расстоянии от броненосца, так что
тот маячил теперь скособоченным полумесяцем далеко за кормой. Похоже было, что
"перпендикулярная спираль" помогла-таки шлюпке успешно преодолеть капканы коварной
метрики, так как дальномер исправно показывал постоянно увеличивающееся расстояние от
корабля-матки и сокращающееся - до Молекулярного Экрана. И тогда астроном осмелился
напомнить фрейзеру про его обещание рассказать о своих намерениях.
- Ну, конечно, у меня есть задумка, - начал Шарби Унц, - как обмануть хитроумное
правило, не позволяющее представителям одной расы проскакивать сквозь Экран. Дело в том,
что к моменту подхода к его оболочке на нашем суденышке, - он хозяйски похлопал по
выпуклому гребню пульта управления, за которым сидели они оба, - Экран будет
воспринимать только одно ментальное излучение - ваше, доктор.
- А как же быть с излучением вашего собственного мозга, благонравный? Вы
собираетесь покинуть "Мронгилавуш" досрочно?
Шарби Унц позволил себе снисходительно улыбнуться:
- Обожаю гражданское мышление. Никаких нюансов. Если не будет моего ментального
излучения, значит, и меня в шлюпке не будет. Других вариантов не допускается. А если моего
излучения не будет, а я тем не менее продолжу составлять вам компанию? Как вам такой
вариант, доктор?
Надо сказать, Тэйтуса не обидело, что его мышление было названо гражданским.
Собственно говоря, астроном как был, так и оставался сугубо гражданским лицом, несмотря на
временное перевоплощение в Тедля Ноха. Видимо, поэтому он и не мог взять в толк, что
задумал командир лазутчиков.
- Многоуважаемый доктор, мы, лазутчики, - назидательно заявил фрейзер, -
привыкли идти к цели не напрямик, а кружным путём, привлекая на помощь так называемые
"складки местности". В данном случае, я вспомнил опыт легендарного героя, о котором вы уже
не раз слышали. Я имею в виду Зебина Леша... Спасаясь от такой напасти, как
супертермиты, - когда-нибудь я расскажу вам о них поподробнее, - он вынужден был
стать... деревом. И не просто деревом, а высохшим деревом. Без листьев, с ободранной корой.
Да-да, не удивляйтесь. И на время своего превращения его излучение тоже стало... древесным.
А супертермиты - это, докладываю вам, удивительно чуткие твари, выведенные
искусственным путем, они реагируют на минимальное ментальное излучение потенциальной
добычи. Стоило им почувствовать обман, и от славного лазутчика осталось бы одно
воспоминание. К счастью, способность Зебина Леша мимикрировать оказалась выше всяких
ожиданий.
- Так, - воскликнул Пшу, - кажется, и я начинаю мыслить как военный. Вы считаете,
что тоже сможете превратиться в дерево...
- В куст, - скромно уточнил лазутчик. - В интерьере пилотской кабины висящие на
стенах побеги будут смотреться намного эстетичнее, нежели высохшее дерево.
- ...и пассажирами нашей шлюпки станут один кахоут - это я - и один куст.
Следовательно, принцип "Плюс Один" нарушен не будет.
- Браво! - воскликнул Шарби Унц. - Вынужден взять свои слова обратно, за время
пребывания на броненосце Тэйтус Пшу научился мыслить армейскими категориями.
Тэйтусу пришло в голову, что Шарби сильно рискует. А вдруг его уловка не сработает -
в конце концов Молекулярный Экран это не супертермиты и его способность воспринимать
ментальные излучения разумных существ может зиждиться на совсем иных принципах, но
говорить вслух этого не стал.
- Ну, допустим, мы с вами доберемся до Зет-03. Насколько я понимаю, на
"Шкеллермэуце" никто не знает, что вы полетели не один. Иначе зачем Опни Хунжу было
поручено охранять посадочную палубу.
- Абсолютно верно, доктор.
- А что будет, когда на броненосце обнаружат исчезновение ревнителя имперских
стандартов? Очевидно, что на вас первого падет подозрение!
Фрейзер усмехнулся.
- А вы, оказывается, не высокого мнения о Корабельной Разведке! Неужели вы считаете,
что лазутчик-профессионал, начиная игру по крупному, предварительно не продумает свои
ходы? А я, уж поверьте мне на слово, профессионал - к следующему часу Единодушия
настоящего Тедля Ноха обнаружат в его каюте.
У Тэйтуса кровь отхлынула от лица.
- Меня пугают ваши слова, благонравный! Когда я соглашался на перекачку, вы
обещали, что с моим прототипом все будет в порядке. Надеюсь, его обнаружат живым и
здоровым?
- Живым - несомненно, а вот насчёт здоровья - обещать не могу, все-таки бедняге
пришлось провести малый месяц в анабиозном контейнере, а за это время наведённая амнезия
должна усилиться, так что вспоминать случившееся с ним он начнёт очень не скоро... Во
всяком случае он будет находиться под неусыпным надзором Аздро Флега. Так что пусть вас не
волнует состояние его Здравомыслия, о нём есть кому позаботиться, а вот перед нами стоят
куда более важные и сложные задачи. Скоро "Мронгилавуш" войдёт в зону, где начинает
действовать строгое правило "Плюс Один". К этому времени я должен закончить
трансформацию, а до этого мне нужно отдохнуть хотя бы пару часов. Вам, доктор, тоже не
мешает расслабиться, ибо вскоре вы убедитесь воочию, что кажущаяся громада сферы
Молекулярного Экрана на самом деле подобна оболочке мыльного пузыря, которую наше
судёнышко проткнёт как иголка. Раз - и готово: вы уже по другую его сторону!
- Сейчас, сейчас, - торопливо согласился Тэйтус, черкая что-то в рабочем блокноте, -
только быстренько просчитаю градиент по усредненной формуле Шега Ульчи, когда параметр
Бро равен минус единице...
Ещё на броненосце доктор звездознания даже будучи поставлен перед фактом, что ему
придется сопровождать Шарби, решил непременно закончить экстраполяцию кривой, начатую
с помощью мозгосчёта.
Конечно, без старнана-счётчика обойтись трудно, но возможно. Если бы Тэйтус не владел
навыками устного счета, он никогда бы не стал доктором.
- Ну, как хотите, - недовольно буркнул Шарби, откинулся на широкую спинку
пилотского кресла и сомкнул веки. Через секунду его волевое лицо приняло безмятежное
выражение.
Тэйтус же наклонился вперёд, не отрывая взгляда от маленького сканера, электронное
табло которого почти полностью было покрыто мозаичным изображением Молекулярного
Экрана.
Ему понадобилось не более получаса, чтобы вычислить две последние точки намеченной
кривой, и сверить их с таблицей примерных допусков.
Все, что составляло основу его теории, подтверждалось на практике. Но это не радовало
основоположника динамического дуализма мироздания, поскольку основа оставалась основой,
но дополнительные данные весьма сильно влияли на выводы теории. И влияли не очень
приятно.
Нет, не может быть! Скорее всего, он ошибся, с цепными дробями это иногда бывает,
особенно, если вместо параметра Инто случайно подставить граничное значение Энто-штрих!
Повторный расчёт занял ещё четверть часа - полученное число, характеризующее
рассеивание избыточной энергии, перегоняемой через компенсаторную мембрану, отличалось
от предыдущей вычисленной цифры не больше, чем на две десятимиллионных, что вполне
вписывалось в допустимую погрешность устных вычислений.
- А дела обстоят ещё хуже, чем я предполагал, - пробурчал Тэйтус. - Судя по
результатам, истечение всех видов энергии за малый месяц, что я провёл на борту
"Шкеллермэуца", непрерывно возрастало, а за последние несколько суток нарастание
происходило даже в геометрической прогрессии, будто Молекулярный Экран сошёл с ума.
Очень может быть, что в самое ближайшее время должно произойти что-то непредсказуемое,
Свистопляс меня побери...
Он суеверно схватился за обе мочки и чуть подвигал уши - не хватало ещё накликать
беду. Ему казалось, что он говорил про себя, но это было не совсем так.
Вернее, совсем не так.
Шарби Унц, не открывая глаз, тихо, но внятно произнес:
- Что случилось, доктор?
Не поворачиваясь, Тэйтус пробубнил, уговаривая самого себя:
- Хвала благому Мурайе, пока ничего.
Фрейзер открыл глаза и приподнялся:
- Вы можете толком объяснить, что вас волнует?
- Ну, как вам объяснить подоходчивее? - прижимая руки к груди, ответил астроном: -
Мои расчеты... ну... они, в общем, дают весьма неприглядный прогноз...
Лазутчик хотел уточнить, что его спутник имеет в виду, но не успел.
- Вот оно! - крикнул Тэйтус дрожащим голосом, тыча пальцем в обзорный экран.
Цветную вуаль, закрывавшую сердцевину астрообъекта, словно сдуло порывом могучего
ветра. Открылась горящая ярко-жёлтая точка, будто осветился изнутри вход в глубокий
туннель. Но любые планетарные аналогии были неправомерны, поскольку дело касалось
величин поистине циклопических. Учитывая диаметр астрономического феномена, эта горящая
точка наверняка была больше, чем поперечник планеты Кахоу. Потом ярко-жёлтый цвет в одно
мгновение изменился на оранжевый, длинные блики, похожие на лепестки свистящих цветов,
протянулись во все стороны, вызывая в памяти Тэйтуса виденное им когда-то в телескоп
извержение вулкана на Эждеке, маленьком мёртвом спутнике Кахоу.
- Что это, доктор? - лицо лазутчика побледнело. Хотя ему уже доводилось посещать
район Молекулярного Экрана, ни с чем подобным он не сталкивался.
Состояние Тэйтуса было не лучше. У него тряслась голова, он беззвучно шевелил губами,
видимо, от потрясения потерял дар речи.
Тем временем события набирали ход. Из точки, ставшей теперь тёмно-фиолетовой, как
полог на шатре Хозяйки Сущего (если верить слугам Надвечного), вырвался наружу пузырь,
чёрный, как угольный кристалл, что добывают во славу императора в бездонных шахтах
Семизвездья. Сначала он принялся распухать, словно его распирало изнутри, а потом с бешеной
скоростью устремился навстречу "Мронги-лавушу". На какой-то миг он охватил шлюп со всех
сторон.
Шарби Унц ощутил жесточайший приступ депрессии. Будто его заглотил и начал
основательно пережёвывать гигантский зубохвост - жуткое порождение глубин
Единоутробного Океана. Все суставы отозвались невыносимой болью, в висках застучали
отбойные молотки, сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Но всё это было
пустяком по сравнению с тоской, подобной той, что накатывает на самоубийц.
Всепроникающей и настолько безысходной, что несчастные кахоуты, подверженные её
приступам, не задумываясь, заглатывали неразбавленную желчь смрадозуба, спрыгивали со
сверкающих шпилей или бросались под нагруженный быстрокат... Хвала св. Аре, защитнику и
покровителю путешествующих, что в этот момент у фрейзера не нашлось ни желчи, ни шпиля,
ни быстроката. Всё бы ничего, да только вырвавшаяся из глубин Молекулярного Экрана
напасть этим не закончилась. Лазутчику показалось, что его тело раздулось до немыслимых
размеров, а потом лопнуло и разлетелось по всей галактике. Он больше ничего не мог
чувствовать, потому что перестал существовать как единое целое...
Сколько это наваждение продолжалось, кахоуту, разъятому на миллиарды частиц, сказать
было трудновато. Но всё плохое, как и хорошее, обладает свойством когда-нибудь
прекращаться, и морок, наведённый Молекулярным Экраном, не был исключением. Когда
Шарби Унц очнулся, доктор ещё находился в полубессознательном состоянии. Видимо, и его
не миновало воздействие чёрного пузыря, а, учитывая преклонный возраст Пшу, трудно
представить, как он это перенёс. А экраны на пульте, как по заказу, вновь демонстрировали
алую вуаль, накинутую поверх Молекулярного Экрана, словно с астрообъекта не была
сброшена маска, скрывавшая истинный его лик.
Фрейзер обернулся, затылком почувствовав, что на парных полусферах заднего обзора
начинает разгораться бледное зарево. Но то было не следствие каких-то технических
неполадок, связанных с приборами. Нет, это был залит неестественным блеском корабль, к
которому обращён приёмным тубусом обратный дальномер.
Сей продукт технологического прогресса империи у любого кахоута вызывал чувство
глубокого удовлетворения: гигантский серый цилиндр, несколько сужавшийся к носу, на
котором концентрическими поясами должны были мигать позиционные огни. Но в данный
момент их было невозможно различить из-за слабого вначале, но с каждой секундой все более и
более интенсивного свечения, словно какие-то баловники пытались поджечь "Шкеллермэуц"
невидимыми зажигалками. Баловниками являлись гигантские создания, по-видимому
проклюнувшиеся из пузыря, этого снесенного Экраном яйца, и теперь окружившие плотным
кольцом несчастный броненосец, ставший случайным свидетелем появления "космических
стервятников"...
В ухо фрейзеру тяжело задышали - Тэйтус пришел в себя и тоже не мог оторвать взгляда
от происходящего. А там творилось что-то непонятное и потому жуткое: легированный корпус
"Шкеллермэуца", способный, хоть и непродолжительное время, но всё же выдержать
температуру солнечной короны, постепенно менял цвет, становясь сначала молочно-белым,
потом бледнел до полупрозрачности и наконец окончательно растворялся на фоне зарева,
чтобы на том месте, где только что вырисовывался чётко очерченный контур, не осталось
ничего.
- Шарби, - впервые по имени за всё время их знакомства обратился к фрейзеру
астроном, - куда они его волокут?
Командир лазутчиков недоумённо уставился на астронома:
- Кого волокут?
- Наш корабль.
- О чем это вы? Они же его растворили!
Настал черед удивляться Тэйтусу:
- Растворили? Да ничего подобного, эти великаны в рогатых шлемах набросили на
"Шкеллермэуц" ловчую сеть и теперь утаскивают прочь!
- Вы видите это?
- А по-вашему я не должен верить собственным глазам?
- Постойте, постойте, - несмотря на стрессовое состояние Шарби Унц продолжал
мыслить логично, ведь недаром он являлся лазутчиком, - давайте отталкиваться не от
зрительного восприятия, потому что мне привиделись не великаны, а совсем иное: гигантские
птицы с треугольными крыльями, заставившие броненосец исчезнуть. Единственное
объяснение - мы оба стали жертвами оптической иллюзии, а на самом деле этого ничего нет, и
с броненосцем всё в порядке!
- Вы так считаете?
- А что остается делать в нашем положении?
- Честно говоря, - еле слышно произнёс Тэйтус, - в нашем положении зрению
действительно нельзя доверять - выброс энергии из Молекулярного Экрана был настолько
мощным, что дальномер вполне мог выйти из строя.
- И не только дальномер, - невесело усмехнулся фрейзер. - Масс-детектор наличия в
пространстве "Шкеллермэуца" больше не показывает.
- Значит, одно из двух: или броненосец исчез на самом деле, или мы остались без
поддержки приборов. В любом случае проверить это мы не можем.
- Значит, нам остаётся одно - продолжать идти к Зет-03!
Все-таки недаром в Корабельную Разведку набирают самых отважных, самых стойких,
самых надёжных, и Шарби Унц полностью соответствовал каждой из этих характеристик.
Казалось бы, на его глазах только что исчез корабль, с которым фрейзера связывали два десятка
последних сезонов, но прошло не больше получаса, как бывший командир корабельных
лазутчиков выглядел так, будто ничего не случилось.
- Я понимаю, доктор, что вам тяжело, но постарайтесь взять себя в руки. Впереди у нас
Молекулярный Экран, а за ним нас ждет Зет-03, где мы сможем прийти в себя...
- А если не сможем? - хрипло произнёс Тэйтус.
- Это почему?
- Боюсь, что мы, - повторил астроном, глядя фрейзеру в глаза, - не сможем придти в
себя на Зет-03, потому что произведённые мною расчёты, к сожалению, уже оправдались в
одном случае.
- Что вы имеете в виду?
- Исчезновение "Шкеллермэуца".
- И что?
- А то, что, вероятно, планетоид Содружества постигла та же участь.
- Но Зет-03 находится по другую сторону Молекулярного Экрана, а "космические
стервятники" - по эту.
- Ваши бы слова, да Надвечному в уши! Нам остается надеяться на лучшее.
- Не хотел вас огорчать, доктор, но поскольку вы сами затеяли этот разговор, темнить не
стану. Если вы правы, и планетоид исчез так же, как и броненосец, то положение у нас просто
аховое. Не стоит забывать, что мы находимся на территории Добровольного Содружества, а это
не оставляет нам практически ни одного шанса на спасение. О помощи со стороны империи не
может идти и речи.
- Тогда я ничего не понимаю, - удивился Тэйтус, - вы же специально везли меня сюда,
обещая, что здесь я получу политическое убежище. А теперь утверждаете, что у нас нет шансов
на спасение.
- Шансы есть. Но только если ваши опасения не оправдались и Зет-03 по-прежнему на
месте.
- Положим, что я все же оказался прав, - сказал астроном, - и планетоид исчез. По
логике вещей Федерация направит к месту исчезновения своих спасателей. Они нас и подберут.
- Ничего подобного, - горько усмехнулся Фрейзер. - По логике вещей следует совсем
другое: ни для кого не секрет, что кахоуты - что бы ни твердили дипломаты - продолжают
оставаться врагами Федерации. И первыми, кого обвинят в диверсии, это "Шкеллермэуц",
поскольку его рейд совпал по времени с исчезновением Зет-03. Молитесь Очевидцу, доктор,
чтобы первыми на "Мронгилавуш" наткнулись люди, а не вежборасияне!
- Почему?
- Потому что логики у людей и кахоутов похожи, вы же сами говорили, что мы
относимся к одной ветви эволюции. Может быть, попытаются сперва выяснить, какого Цукеша
мы здесь болтаемся. А вот раса Вежбо разбираться не будет: увидев шлюпку с броненосца,
запустит щуп своего иглодиска на максимум излучения - и вся недолга. Но даже людям
трудно будет объяснить, что Зет-03 исчез не по вине "Шкеллермэуца".
- И что нам теперь делать?
- Что и собирались. Рванем через Экран напролом. В надежде, что с планетоидом всё в
порядке - по-прежнему сверкает в ночи, как праздничная иллюминация Хрустального Дворца
в честь тезоименитства Его Императорской Светозарности!
Он отвернулся от экранов заднего обзора, тем самым как бы отрешившись от
неопределенности ситуации. Он снова стал офицером, который должен выполнять задание. На
его плечи возложена ответственность самим Змеёй, и, как верный питомец, Шарби скорее
лишил бы себя жизни, чем не довёл порученное дело до конца. Он должен спасти опального
астронома, и он спасёт его, во что бы то ни стало. Решение принято и пасовать, даже принимая
в расчёт вновь открывшиеся обстоятельства, фрейзер не собирался.
- У меня осталось не так много времени для трансформации, - сказал он, - но я
справлюсь. Вы тоже справитесь, доктор. Тем более что менять курс шлюпки вручную не
придётся, я уже внёс все необходимые поправки в рулевое управление. Кроме того, я отключил
автоматику, обеспечивающую открытие огня при появлении в пределах видимости угрозы -
возможно, это спасёт вам жизнь, если Зет-03 действительно погиб.
- Вы сказали "вам", благонравный? А не "нам"?
- Вряд ли куст, в которого мне предстоит обратиться в ближайшие часы, может
претендовать на обобщение "мы", - сформулировал Шарби. - К тому же растения не
потребляют НЗ и кислород, скорее наоборот. Это тоже должно увеличить ваши шансы на
выживание. Так что, с какой стороны ни посмотреть, я в ипостаси ползучей кружевики буду для
вас гораздо полезнее.
Мысль о том, что он останется один на один с Глубоким Вакуумом, встревожила Тэйтуса,
но выбирать ему было не из чего:
- А если предчувствия меня подвели, и когда "Мронгилавуш" благополучно пронзит
Экран, спутник Содружества окажется цел и невредим, вы так и останетесь кружевичным
кустом?
- К сожалению, у растительных форм нет нужных органов чувств, так что я не смогу
выяснить истинное положение вещей. Моя сущность, сущность Шарби Унца, будет скрыта в
глубине перестроенных хромосом и обратная трансформация не сможет начаться, пока она не
получит сигнал извне.
- Какого рода должен быть сигнал?
Фрейзер достал из кармана плоскую прямоугольную коробочку.
- Здесь, доктор, специальный порошок-катализатор. Обычно мы, многоформы,
трансформируясь на незначительный срок, способны сами вернуть себе прежний облик. Но в
данном случае это может не сработать. Если всё пройдёт как надо, и Зет-03 будет ожидать нас
по ту сторону Экрана, растворите немного катализатора в воде и дайте впитать висячим
корням.
- И тогда передо мной вновь предстанет фрейзер третьего ранга во всей своей красе? -
улыбнулся доктор звездознания.
Но эта невинная шутк
...Закладка в соц.сетях
