Жанр: Научная фантастика
Атака извне
...ния и предложили расе Вежбо посильную помощь в
реализации проекта. Совместное строительство продолжалось не один и даже не два десятка
сезонов и, в конце концов, привело к появлению спутника Зет-03, который едва не стал камнем
преткновения между вежборасиянами и людьми, с одной стороны, и непомерными амбициями
ближайшего окружения императоpa Цалоша - с другой. Хвала Надвечному, здравый смысл
возобладал, и галактическая война не началась. Имперские дипломаты выторговали право на
участие в исследованиях команды наблюдателей, которых и должен сменить через несколько
суток "Шкеллермэуц". Кстати, у землян Молекулярный Экран называется Потусторонним
Зеркалом, поскольку первый корабль Федерации, приблизившийся к нему ещё до воплощения
проекта в жизнь, наблюдал довольно странное явление. Межзвёздникам представилось, будто
они видят в глубине удивительного небесного тела туманные картины, связанные с их
дальнейшей участью. И участь эта, увы, была по меньшей мере драматична, если не сказать
больше. Словно они подсмотрели в зеркале свою близкую гибель. Они были настолько
потрясены этим зрелищем, что скоростным "почтовым голубем" отправили на Землю
подробный отчёт. Поскольку несчастный "Блюберд" не вернулся, хотя никакого
документального свидетельства его гибели не существует до сих пор, за астрообъектом так и
закрепилось название Потустороннее Зеркало. Кстати, незадолго до своего отбытия из района
феномена команда парусника стала свидетелем ещё одного необычного явления, с описанием
которого был запущен к Земле второй "почтовый голубь". Из центра диска вырвалась и,
помахивая треугольными крыльями, разлетелась в разные стороны вереница гигантских
полупризрачных созданий. При этом все наблюдавшие эту картину испытали огромное
облегчение, словно сбросили со своих плеч тяжелую ношу. Ни с одного другого корабля
Федерации подобный "караван-нирвана" больше не наблюдался.
Уже во времена постоянной эксплуатации спутника было выявлено, что существует
немало аномалий, которые присущи не только самому Молекулярному Экрану, но и его
окрестностям. В частности, непредсказуемые исчезновения исследовательских судов с
радарных экранов, периодический выход из строя электронных приборов и, наконец,
абсолютное радиомолчание в пределах исследовательской зоны, из-за чего связь между Зет-03
и Федерацией с начала строительства оставалась и по сию пору остается чрезвычайно
проблематичной. На границах зоны пришлось поставить специальные радиобакены, с которых
можно было с помощью суб-эфирного вещания получать депеши. Поэтому с периодичностью
примерно десять-двенадцать раз в сезон от Зет-03 к радиобакенам отправлялись почтовые
корабли с накопленными за время радиомолчания сведениями. Отправив донесения и получив
тахиограммы из дома, курьеры отправлялись назад, на планетоид.
Но все-таки самым интригующим было признано явление, получившее название "Плюс
Один". Оно напрямую было связано с этимологией словосочетания Молекулярный Экран.
Почему Экран? И к тому же Молекулярный?
А потому, что хотя данное небесное тело представляло собой сферу диаметром почти в
десять тысяч дневных переходов, оно в некоторых случаях вело себя не как трёхмерный, а
скорее как двумерный объект, будто располагалось не в пространстве, а было проекцией на
плоскости.
Так, в частности, выяснив, что температура феномена далеко не звёздная и посему не
может причинить звездолётам особого вреда, многие капитаны принимали решение высадиться
на поверхность Молекулярного Экрана, если удастся, а дальше исследовать его глубины. Но
оказалось, что, касаясь оболочки, звездолет в ту же секунду оказывался уже по другую сторону
астрообъекта, то есть как бы проникал сквозь сверхтонкую мембрану, чья толщина могла
состязаться с молекулами. Отсюда и возникло название Молекулярный Экран. Небесный
феномен хоть и выглядел шаром громадного диаметра, но при соприкосновении вёл себя как
тонюсенькая плёночка. Но самое удивительное, что попытки прокола сферы приводили к
успеху только если на борту судна находился единственный член экипажа. Если же
межзвёздников было два и более, эксперименту была гарантирована неудача. В этом случае,
едва корабль касался поверхности астрообъекта, его тут же отбрасывало назад с той же
скоростью, что у него была, но с отрицательным вектором.
Но и это ещё не всё.
Если на борту находился вежборасиянин и землянин, корабль свободно пронизывал
Экран. Сочетание "вежборасиянин и кахоут" срабатывало аналогичным образом. А вот
"землянин-кахоут" уже не воспринималось. Из этого учёными всех трёх рас был сделан вывод:
возможно, астрообъект обладает способностью воспринимать ментальное излучение разумных
существ и при этом отличает одну разновидность от другой, разрешая на корабле
представительство каждой расы в единичном экземпляре...
Вполне понятно, что вышеизложенное было трудно причислить к жанру идеологической
проповеди. А поскольку внимали Тэйтусу все-таки не коллеги-астрономы, без вопросов не
обходилось ни одно бдение.
Например, после заявления доктора звездознания, что кахоуты и люди не различаются по
типу ментального излучения, Шарби Унц не выдержал:
- Вы хотите сказать, что когда-то мы с нашими соперниками вышли из одной колыбели?
Пшу улыбнулся:
- Я не биолог и не слишком разбираюсь в сравнительной физиологии гуманоидных рас,
знаю достоверно только одно: Молекулярный Экран однозначно свидетельствует, что, по его
представлениям, люди и кахоуты относятся к одной ветви развития галактического разума. А
где первоначально находилась наша общая колыбель - не суть важно, главное, что мы -
родственники.
- Близкие или далёкие? - ухмыльнулся дубль-старнан Секав Лэй.
- А вы сами как считаете? - вопросом на вопрос ответил Тэйтус.
- Даже не знаю, что сказать, но, похоже, что близкие.
- Ага, - потёр гладко выбритый подбородок субкапитан медицинской службы Флег, -
теперь понятно, почему всякого нормального кахоута корёжит при упоминании о Федерации.
Известно, что самые жестокие разборки происходят между близкими родственниками.
Все заулыбались и только Шарби Унц покачал головой:
- Нет, дело вовсе не в родственной близости.
- А в чем же? - вскинул голову не принимавший дотоле в разговоре участия Опни
Хунж.
- Вы что-нибудь знаете о Наследии Дотогошников?
По недоуменным лицам стало понятно, что они впервые услышали подобное
словосочетание.
- Так вот, во времена, предшествующие правлению императора Цалоша, среди
генералитета возникли разговоры о сверхмощном оружии, которым якобы владела одна из
перворас нашей галактики. Эта первораса получила кодовое название Дотогошники, потому что
они появились до того, как возникли все современные цивилизации, включая и нас, и
Солнечную Федерацию, и расу Вежбо, и даже Союз Синих Солнц, древний как
злопоух-патриарх, живущий в придворцовом парке Столицы.
- А где они сейчас, эти дотогошники?
Шарби пожал плечами:
- То неведомо. По одним предположениям эта первораса за многие миллиарды сезонов,
что просуществовала в галактике, достигла немыслимых высот, после чего разочаровалась в
достигнутом и потихоньку угасла, не видя смысла в дальнейшем бытии. По другим - покинула
галактику и, возможно, даже нашу вселенную, воспользовавшись Молекулярным Экраном.
- Значит, их не смутил даже такой эффект, как "Плюс Один"? - спросил Секав Лэй.
- Во-первых, исход дотогошников произошел так давно, что тогда этого эффекта могло
не существовать, а во-вторых, - фрейзер испытующе посмотрел на Тэйтуса, - кто может дать
гарантию, что Молекулярный Экран - это природное явление, а не артефакт, изготовленный
самими дотогошниками, верно, доктор?
Тэйтус не стал мешкать с ответом:
- Ну, собственно говоря, искусственное происхождение Экрана не слишком вписывается
в мою теорию динамического равновесия, поскольку я считаю его природным механизмом,
удерживающим обе вселенные от непосредственного соприкосновения, что привело бы к концу
света. Однако в вашей гипотезе нет ничего противоречащего известным на сегодня фактам, так
что... - ученый пожал плечами, - если вам угодна такая трактовка, возражать не имею права.
Фрейзер прижал руки к груди:
- Верьте Надвечному, доктор, это вовсе не моя трактовка, а версия, выдвинутая
генералами времен Упаднической Династии. Лично я целиком нахожусь под влиянием вашей
теории Молекулярного Экрана как компенсаторной мембраны между Добром и Злом.
Воздав великому астроному, Шарби вернулся к основной теме своего рассказа:
- Итак, первораса покинула галактику, но её достижения не давали заснуть нашим
генералам. Особенно достижения военные. Дотогошники просто не могли не создать
богатейшего арсенала - только сильному подчиняются материя, энергия и дух. Но куда они
девали свой арсенал перед уходом с исторической сцены, - вот в чём вопрос? Много сезонов
целые эскадры и отдельные крейсера утюжили Глубокий Вакуум, просеивая сквозь
мелкоячеистую сеть своих локаторов и металлоискателей отдельные планеты,
астероиды-шатуны и прочие небесные тела в поисках хоть какого-то следа, способного навести
на упомянутый арсенал. Всё без толку. И вот какая-то умная голова в генштабе императора
Цалоши, деда Цибиды Своевольного, выдвинула довольно сомнительный тезис. Дескать,
дотогошники хоть и забрали арсенал с собой, чтобы не дразнить другие цивилизации, что
придут им на смену, но далеко его не унесли. Одним словом, склад супероружия спрятан либо в
самом Экране, либо в его окрестностях. Кто первым его найдёт, тот и будет диктовать свою
волю остальным расам. Вот почему, узнав о проекте Зет-03, наши "пращ-птицы" подбивали
нерешительного Цалоша начать военные действия против расы Вежбо и Солнечной Федерации.
- А не тогда ли, командир, и начал свои действия в глубоком тылу нашего
потенциального врага и, по всей видимости, ближайшего родственника легендарный лазутчик
Зебин Леш? - прищурился Опни Хунж.
- В самую точку, дубль-старнан, - похвалил Шарби Унц пытливого подчинённого: -
Должен сказать, что похождения героя Светозарной Истины на территории Солнечной
Федерации во многом были задуманы как одна из составных частей секретной операции под
кодовым названием "Доказательство от противника", о которой нам подробно рассказывали в
спецшколе. Инициатором и бессменным руководителем операции являлся выдающийся стратег
и мыслитель прошедших сезонов Его Блистательность князь Гурог-Меход. Воспользовавшись
тем, что ему в руки попало тело федерального межзвёздника, он смог выудить из его мозга
множество сведений самого различного характера. Потом с помощью процедуры перекачки,
вроде той, что мы провернули с Тедлем Нохом, Гурог-Меход вложил эти сведения в мозг
своему лучшему лазутчику, субкапитану Зебину Лешу, после чего направил его под видом
землянина в Федерацию. Задание субкапитана заключалась в том, чтобы отвадить
Объединённые Человечества от тех астрономических объектов, к которым армейские чины
империи Кахоу, в связи с поиском арсенала дотогошников, проявляли особый интерес. Миссия
отважного лазутчика закончилась, сами знаете чем.
- Я не знаю, - сказал единственный гражданский из присутствующих, Тэйтус Пшу.
- К сожалению, психологический аспект задания прославленного лазутчика оказался
скомканным - землян не только не отвадило, в частности, от Молекулярного Экрана, а
напротив - заставило плотно объединиться с расой Вежбо в деле исследования этого
феномена.
- Зато, - назидательно поднял палец медик Аздро, - мы показали этим землянам, что с
кахоутами следует считаться! Просто сгораю от нетерпения с ними поближе познакомиться.
Уж я-то им задам жару! В конце концов, это единственная возможность офицеру моего ранга
сделать карьеру, а не киснуть в субкапитанах до самой отставки.
- Хотелось бы верить, - подтвердил доктор звездознания, - что жару зададим именно
мы. Хотя, честно говоря, я сторонник межрасового сотрудничества. Разумеется, по-настоящему
наука движется исключительно гениальными одиночками, мой пример тому лучшее
доказательство. Но чем больше я узнаю о Молекулярном Экране, тем сильнее опасаюсь, что
моей жизни может не хватить для разрешения всех его загадок. А это значит, что для успешной
работы необходимы совместные усилия кахоутов, землян и расы Вежбо.
2
Молекулярный Экран недаром славился непредсказуемостью поведения. Главный свой
сюрприз он приготовил, когда броненосцу оставалось преодолеть последний двухсуточный
отрезок пути, и так уж получилось, что Тэйтус Пшу как раз в этот момент находился в
командной рубке. Доктор звездознания сидел за выделенным ему столом и сверял снятые с
фотодатчиков значения светимости псевдокороны (по терминологии федералов свечение
Потапова-Казинса) с таблицей примерных допусков, которую он составил, ещё преподавая в
Ужерском Фундаментальном. Учёный, можно сказать, священнодействовал, поскольку данные
красиво укладывались в рамки теории динамического равновесия. В расчетах ему помогал
приставленный приказом Инхаш-Брезофа старнан-мозгосчёт, обладающий феноменальной
скоростью вычислений, но во всём остальном дурак-дураком. Так что, какими бы ни
получились результаты, Тэйтус мог не опасаться ни за них, ни за свою судьбу. К тому же скоро
он ощутит под ногами не палубу имперского броненосца, а твердь искусственного спутника, на
территорию которого не распространяется юрисдикция Кахоу и где опального астронома не
достанет никакая тайная канцелярия.
В рубке царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь всхлипами инжекторных насосов,
да бубнил под нос мозгосчёт, решая в уме систему дифференциальных уравнений в частных
производных.
- Каков коэффициент частотного расширения, ты сказал? - переспросил Тэйтус,
поднося ладонь к уху.
- 1653 десятитысячных, если захват раструба фотодатчика не превышает двенадцати
градусов, - повторил старнан.
- Погрешность вычислений?
- Не выше ноль целых, четыре нуля пятнадцать процента.
- Так-так-так, - чуть ли ни пропел Пшу, - славненько, чудесненько и просто
замечательно.
Он уже почти до конца выстроил кривую зависимости и готов был проэкстраполировать
ее, когда его внимание привлёк посторонний шум. Доктор вытянул шею и глянул через плечо
сидящего напротив мозгосчёта - действительно, неподалёку какой-то фрейзер из
третьеранговых пришёл в необычайное возбуждение. Он даже вскочил из-за стола,
расположенного в нише рядом с ребристым кожухом обогатителя и теперь что-то громко
втолковывал напарнику с погонами субкапитана.
- Каковы очередные параметры Энто, Инто и Юва квадратичное, господин
ревнитель? - поинтересовался мозгосчёт у Тэйтуса, и на миг его обычно рассеянный взор
обрел осмысленность.
- Тихо! - прикрикнул на помощника Пшу. - Дай выяснить, в чём там дело.
Мозгосчёт сник. Он не мог врубиться, почему ему заткнули рот и больше не дают
необходимых для вычислений параметров. Ведь вычислять так интересно.
Вскоре характер претензий фрейзера к субкапитану стал понятен Тэйтусу. Во многом
из-за того, что тот называл вещи своими именами и к тому же не выбирал выражений.
- Нет, - громко настаивал он, - ты мне признайся, давно ли корабельный дальномер
проходил оптический контроль? И ради благого Мурайи не увиливай от ответа, я всё равно
выясню правду!
Субкапитан побагровел, но оправдываться не стал, а поклялся всеми святителями, что
поверку приборы проходили не далее, чем малый месяц назад, на орбите Уариша, а
регламентом оптического контроля предусмотрен срок в три раза больший.
- Лжёшь, злопоух! Не может врать дальномер, если он поверен. А он врёт, с места не
сойти.
Субкапитан что-то тихо сказал, на что его оппонент разъярился ещё пуще:
- Ты у меня под погребальные колокольцы загремишь! Я тебя на шесть локтей в землю
зарою и сам сверху присяду! Ишь ты, распоясался - не поверенным прибором пользоваться
заставляет! Меня, героя Перпендикулярной Перестрелки на плацдарме у стен цитадели
Узорчатых Братьев!
Нет, подумал Тэйтус, так дальше работать невозможно. Надо прекратить этот базар. Эх,
вмешался бы кто-нибудь... А почему кто-нибудь? Почему не я? Ревнитель имперских
стандартов не только имеет право вмешаться в дрязги между офицерами младше его по званию,
ни и просто обязан это сделать (Параграф 211-й Е, подпункт Дабо)!
Он поднялся, и направился к эпицентру конфликта.
- В чём причина вашего недовольства, фрейзер? - поинтересовался он.
- Недовольства? - переспросил вахтенный, узнав главного корабельного идеолога. -
Берите выше, господин ревнитель, речь идёт об акте саботажа, если не о диверсии.
И он, не взирая на беспомощные попытки субкапитана противостоять его напору,
изложил причину, побудившую героя Перпендикулярной Перестрелки поднять гвалт в
командирской рубке. Выяснилось, что данные, снятые две вахты назад с оптического
дальномера, который фиксирует расстояние до Зет-03, ничуть не уменьшились за истекший
период, хотя корабль должен был пройти расстояние в несколько миллионов дневных
переходов. Причина, естественно, коренится в неисправности дальномера, который по вине
субкапитана не прошел в нужное время очередной поверки.
- Что ответите, господин субкапитан? - строго вопросил Тэйтус, примеряя на себя роль
третейского судьи.
- Дальномер в полном порядке. Вот запись о поверке, которую я производил самолично
по определению расстояния от базовой величины до обоих спутников Уариша - Глува и
Эждеки.
Он протянул толстую тетрадь с закладкой на нужной странице.
Предъявленный документ полностью подтверждал его слова.
- Дальномер направлен на Зет-03? - спросил Тэйтус.
- Конечно. Он предназначен фиксировать оставшийся путь до цели, а нашей целью
является, именно Зет-03.
- А можно направить его на какую-ту другую цель? Временно?
Субкапитан пожал плечами.
- В принципе ничего невозможного в этом нет. Сейчас вызову мозгосчёта из своей
бригады, пусть просчитает, на сколько градусов необходимо повернуть приёмную трубу
дальномера, чтобы определить расстояние, отделяющее броненосец, например, до Уариша.
- Не надо никого вызывать, - возразил Пшу. - У меня под рукой свой мозгосчёт.
Он подозвал прикомандированного старнана, и субкапитан объяснил условия задачи.
Через минуту в поворотный механизм дальномера поступили необходимые команды
управления.
Замеры производились через каждые четыре секунды. Расстояние до Уариша возрастало
ровно на столько, сколько проходил за четыре секунды "Шкеллермэуц" на крейсерской
скорости.
Потом дальномер вернули в исходное положение. Как ни удивительно, расстояние до
Зет-03 не уменьшилось.
- Ничего не понимаю, - сказал озадаченный фрейзер. - Если дальномер исправен,
значит, за две вахты броненосец не приблизился к планетоиду ни на локоть.
Тэйтус раздумывал не долее секунды.
- Значит, Молекулярный Экран снова принялся за свои шутки, - объяснил он. - Связи
с Зет-03 у нас, конечно, нет?
- Откуда? - пожал плечами фрейзер. - Мы - в зоне радиомолчания.
- Стало быть, сообщить на планетоид о сложившейся ситуации мы не в состоянии, -
констатировал астроном.
- Мне кажется, - подал голос реабилитированный субкапитан, - надо поставить в
известность Его Блистательность. У него опыт восприятия Глубокого Вакуума не чета нашему.
Мысль была дельная. Среди офицеров флотоводец Инхаш-Брезоф пользовался
репутацией командира вдумчивого, а не карьерного. Об этом говорило хотя бы то, что на
"Шкеллермэуц" его перебросили с поста командующего Резервной Эскадры. Что ни говори, а
это - значительное понижение в должности. Что тому послужило причиной, по броненосцу
ходила масса слухов, но ни одному верить было нельзя. Вполне возможно, что их
распространяла подглядка-подслушка в качестве теста на лояльность. Причем не по отношению
к князю, а к тем приближённым императора, которые добились смещения Инхаш-Брезофа.
Несмотря на позднее время, командир броненосца бодрствовал. Доклад ревнителя он
воспринял спокойно, посоветовал не пороть горячки, а дождаться его появления в рубке.
За то время, пока князь добирался, Тэйтус с помощью субкапитана и героя
Перпендикулярной Перестрелки несколько раз замеряли оставшееся расстояние до планетоида,
но утешительных результатов не получили. Молекулярный Экран словно не желал, чтобы
броненосец пришвартовался к спутнику Добровольного Содружества в назначенный срок.
Инхаш-Брезоф прибыл не один, а в сопровождении командиров всех подразделений,
включая корабельную разведку. По-видимому, Его Блистательность счёл положение
чрезвычайным. Сперва был заслушан подробный отчет Тэйтуса Пшу, волей обстоятельств
оказавшегося во время ЧП старшим по должности. Потом наступила очередь фрейзера,
субкапитана и даже мозгосчёта, который лишь ошалело крутил головой и чаще отвечал
невпопад, чем по существу дела.
- Какие имеются соображения? - демократически спросил Инхаш-Брезоф, когда
старнан-мозгосчёт выдохся окончательно.
Конечно, первым проявил инициативу начальник подглядки-подслушки, который заявил,
что налицо вопиющий факт диверсии, направленный даже не против "Шкеллермэуца" как
такового, а против самого Светоча Лучезарной Истины, ожидающего результатов
инспекционного рейда в Хрустальном дворце. А коли броненосец не сможет состыковаться с
Зет-03, стало быть, и результатов высочайшей особой не будет получено.
К чести князя он выслушал всю эту галиматью с непроницаемым лицом.
- Хотите сказать, что Добровольное Содружество научилось произвольно менять
метрику пространства, по своему разумению растягивая координатную сетку? - спросил он у
главного корабельного сикофанта.
- О координатной сетке ничего конкретного сказать не могу, - бодро отрапортовал
начальник подглядки-подслушки, - зато о коварстве и подлости потенциального противника
знаю наверняка: нет такого преступления, на которое не отважились бы федералы, найди они
ключ к загадке наследия дотогошников! Ясно одно: Содружество не хочет допускать нас на
свою территорию, где под их игом вот уже четвертый сезон стенает наша команда
наблюдателей!
- И что вы предлагаете?
И здесь командир корабельных сикофантов оказался на высоте. У него все было
продумано.
- Броненосцу лечь в дрейф. Спустить атмосферные, они же абордажные, шлюпы с
призовыми командами и атаковать Зет-03 с ходу!
Инхаш-Брезоф нахмурился:
- Мысль столь же оригинальная, сколь и бредовая. Атаковать чужой спутник у меня, как
командира отдельной функционирующей единицы имперских вооруженных сил, нет
полномочий, это во-первых. Во-вторых, если неспособность броненосца достичь конечной цели
своего маршрута - это происки Зет-03, как смогут подойти к нему абордажные шлюпы?
Измененная метрика пространства действует избирательно, что ли?
И здесь Тэйтуса Пшу удивил Шарби Унц, попросивший слова.
- Я тоже ничего не могу сказать о растягивании координатной сетки, Ваша
Блистательность, но полагаю, что на ваш последний вопрос об избирательности действия на тот
или иной корабль могу ответить положительно. Вспомним хотя бы такой феномен, как "Плюс
Один". Мне кажется, он и не уменьшающееся расстояние от броненосца до спутника -
явления одного порядка. Кстати, отсюда напрашивается вывод: мы столкнулись не с диверсией,
а с проявлением очередного феномена Молекулярного Экрана.
Чувствовалось, что командир Корабельной Разведки попал в резонанс мыслям
Инхаш-Брезофа. Иначе князь не поощрил бы фрейзера третьего ранга к продолжению:
- Видимо, фрейзер, у вас своё ви денье проблемы?
- Так точно. Я сверился с корабельным положением по независимым цефеидам: через
сутки Зет-03 окажется по ту сторону Молекулярного Экрана от нас.
- Ну и что? - воскликнул кто-то нетерпеливый из свиты флотоводца.
- Предлагаю отправить к нему атмосферный шлюп. Но не на абордаж, а на разведку.
Формально можно также просить помощи. Возможно, у научной составляющей команды
спутника относительно нашей ситуации найдётся полезная информация. Всё-таки столько
сезонов они наблюдают за Молекулярным Экраном. А поскольку это небесное тело находится
между броненосцем и спутником, шлюп надо направить прямо в него. Следуя принципу "Плюс
Один", шлюп с одним членом экипажа на борту пронзит Экран и доберётся до цели.
- Я не спрашиваю, фрейзер, кто будет этим членом экипажа. По-моему, это ясно всем
присутствующим. Ваша самоотверженность должным образом будет отмечена в вашем
генеалогическом досье.
Шарби Унц склонил голову:
- Благодарю, Ваша Блистательность. Обещаю оправдать доверие.
- Но вы так и не ответили на мой вопрос: каким образом шлюп сможет преодолеть
разлитое в вакууме пространственное болото?
- Мне поможет Светозарная Истина (по бледным губам князя скользнула тень улыбки), а
также маневр, которому меня научил преподаватель навигации в приюте. Этот маневр носит
название "перпендикулярная спираль". Для отрыва от броненосца шлюп воспользуется не
собственной тягой, которая несомненно будет нейтрализована, а центростремительной силой.
Таким способом я попробую преодолеть пространственную трясину.
- Я удовлетворён. Идите, фрейзер, готовьтесь к полёту.
Командир корабельных лазутчиков отдал честь и направился к выходу, а Тэйтус Пшу мог
поклясться на собственном генеалогическом досье, что перед уходом фрейзер показал ему
глазами следовать, по возможности, за ним.
В том, что обладание перекаченной информацией - штука полезная и в некоторых
случаях просто необходимая, астроном убедился на собственном опыте уже через некоторое
время, когда обратился к флотоводцу за разрешением покинуть рубку вследствие неотложных
дел. И когда начальник подглядки-подслушки отреагировал на это, безапелляционно заявив,
что в связи с обострившейся обстановкой любые дела могут подождать, Тэйтус напомнил слова
св. Ары, когда тому понадобилось удалиться, чтобы побеседовать с Надвечным, а паства
пыталась его не пустить: "Если говорите вы, что я в сердце каждого из вас, то взовите к нему и
без меня не останетесь!"
Неизвестно, что повлияло на решение Инхаш-Брезофа: то ли открытая конфронтация
главного корабельного идеолога с главным корабельным сикофантом, то ли крылатая фраза
самого почитаемого в империи святого, но только раз
...Закладка в соц.сетях
