Жанр: Научная фантастика
Дар юпитера
...а пути, я вас уничтожу.
Лайдоф остановилась на полпути к двери.
- Вы с ума сошли? - Она пристально посмотрела на него, и кожа вокруг ее глаз собралась
глубокими морщинками. - Здесь у вас больше нет никакой власти.
- Напротив, - возразил Фарадей. - Я все еще руковожу проектом "Подкидыш". Вы сами
сказали это меньше часа назад.
- И с такой же легкостью я могу лишить вас этих полномочий. - Выглядела она, однако, слегка
сбитой с толку. - В жизни не видела, чтобы власть кому-то так быстро ударила в голову.
Фарадей покачал головой.
- Нет. Полчаса назад вы действительно могли сделать это, и я был бы не в силах помешать вам.
Но не сейчас. К данному моменту мистер Бич уже отправил на Землю полную копию нашего разговора
с Мантой.
- Чепуха! - отмахнулась Лайдоф. - Я что-то не слышала, чтобы вы отдавали ему такой приказ.
- Напротив, вы слышали, - возразил Фарадей. - Помните? Я сказал: "Действуйте согласно
установленной инструкции". Не знаю, какие порядки вы завели, когда тут правили, но установленная
мной инструкция включает в себя обязательную автоматическую отправку на Землю записей всех
разговоров с джанска.
Во взгляде Лайдоф мелькнуло выражение неуверенности.
- Мистер Гессе, пойдите взгляните, что там происходит, - распорядилась она. - И если что,
остановите это.
Гессе вскочил.
- Не стоит труда, - остановил его Фарадей. - Сообщение летит к Земле со скоростью света.
Через полчаса Совету Пятисот станет известно, что нам предложили способ выйти за пределы
Солнечной системы в обмен на помощь в разрешении проблемы джанска. Спустя еще полчаса
общественность тоже узнает эту новость.
- Только если этого пожелает Совет Пятисот, - отрезала Лайдоф.
- А может, и нет, - сказал Фарадей. - Мы здесь, на станции, тоже имеем непосредственный
выход на прессу.
- Вы не имеете права передать прессе секретные материалы! - рявкнула Лайдоф. - Это прямое
нарушение предписаний службы безопасности Системы.
- Но я ведь тут единственный начальник, - напомнил ей Фарадей. - Пока не затрагиваются
военная или государственная тайны, я один решаю, какие материалы секретные, а какие нет.
- Звездолет джанска - государственная тайна, - рявкнула Лайдоф.
- Официально нет, - спокойно сказал Фарадей. - Насколько мне известно, его существование
никогда не было признано, а значит, и объявлено тайной. - Он вскинул руки. - Взгляните в лицо
фактам, арбитр. Спустя час мое имя и проект "Подкидыш" станут предметом обсуждений во всем мире.
Лайдоф холодно улыбнулась.
- И вы воображаете, что я не учла эту возможность, когда мистер Рейми впервые контактировал
с нами? Полно, полковник, не считайте меня полной идиоткой. Как вы думаете, почему я заставила
мистера Гессе добиться от вас подписания этой бумаги до того, как позволила вам вернуться к участию
в проекте?
- Потому что вы считали, что человек, вынесший себе приговор в измене, не посмеет
воспротивиться вашей воле?
- Потому что даже если у такого человека хватит наглости предпринять подобную попытку,
подпись на этой бумаге очень быстро сведет к нулю всю его знаменитую популярность, - сказала
Лайдоф. - Однако если вас очень тянет совершить самоубийство, что же, вперед, обращайтесь к
прессе. Мне вы больше не нужны.
- Ой ли? А как насчет Манты? - спросил Фарадей. - Он не станет говорить ни с кем, кроме
меня, как вам известно.
- Он мне тоже больше не нужен, - ответила она. - Советник Латранесто наверняка жаждет
занять его место в переговорах от имени джанска. Если им вообще есть что выставить при заключении
сделки. Идите, мистер Гессе. - Она повернулась к двери...
- В таком случае, - сказал Фарадей, - больше и впрямь обсуждать нечего. Пусть решает
общественность. - Он сделал жест в сторону Гессе. - Наверно, вам не мешает забрать драгоценный
документ у вашего иуды.
- И то верно. Мистер Гессе?
- Да, арбитр. - С выражением муки на лице Гессе достал из кармана сложенный лист бумаги.
- И вам, наверно, не мешает бросить взгляд на подпись, - мягко добавил Фарадей.
Лайдоф на мгновение замерла с протянутой в сторону Гессе рукой. Потом, словно нападающая
гремучая змея, рука метнулась вперед и выхватила документ. Лайдоф развернула его, посмотрела на
подпись...
И уставилась на Фарадея.
- Что это, черт побери?
- Там написано "Карп Чарли", - пояснил Фарадей. - Это такой персонаж из мультика, оратор,
выступающий от имени "Ассоциации рыб"...
- Я знаю, кто он такой! - рявкнула Лайдоф и вперила в Гессе испепеляющий взгляд. - Гессе?
Тот стоял с отвалившейся челюстью.
- Арбитр, клянусь...
- Не упрекайте мистера Гессе, - сказал ей Фарадей. - Если уж на то пошло, я с самого начала
раскусил вашу маленькую игру.
- Похоже на то. - Лайдоф продолжала сверлить взглядом Гессе. - Интересно, как?
- Не упрекайте его и за это, - ответил Фарадей. - Он прекрасно сыграл свою роль. Виноват
сценарий, в соответствии с которым он действовал.
- Сценарий? Что вы имеете в виду?
- Ну, к примеру, мне было сказано, что мистер Бич, описывая происходящее с Мантой, назвал
его новых опекунов мужчиной и женщиной, - ответил Фарадей. - Мистер Бич никогда не выразился
бы подобным образом, он употребил бы слова "Защитник" и "Воспитательница". Потом вся эта идея
насчет оппозиционной фракции в Совете Пятисот, которая жаждала заполучить меня в союзники. Это,
знаете ли, звучало как-то уж очень неубедительно.
- Странно, - пробормотала Лайдоф.
- Да. И последний штрих: тот факт, что спустя столько недель Гессе все еще оставался их
единственным представителем на "Юпитере-Главном". К этому времени они, несомненно, имели
возможность прислать кого-нибудь более опытного. Если существовали на самом деле.
- Понятно. - Лайдоф цедила слова, словно растирая их зубами в порошок. - Значит, вы
подписались не своим именем. Но почерк...
Фарадей пожал плечами.
- Я очень плохо держал ручку. Не уверен, что вы добьетесь в этом отношении успеха.
- На бумаге отпечатки ваших пальцев.
- Я не брал ее в руки.
- Ваш пот в таком случае, - упорствовала она. - Анализ ДНК.
- Я ни разу не прикоснулся к ней. Придерживал локтем, и на мне была обычная рубашка, каких
миллионы. Вы никогда не докажете, что я каким-то образом связан с этим документом.
Лайдоф тяжело задышала.
- Думаете, это все, что у меня есть на вас? - спросила она, взмахнув бумагой.
- Может, и нет, - ответил Фарадей. - Но без этой бумаги вы не сможете нанести мне
серьезного удара. По крайней мере сейчас. Если предпочтете сражаться, то проиграете. - Он помолчал.
- Есть и альтернатива. Уладить все тихо, мирно, здесь и сейчас. И к тому же еще не поздно для вас
стяжать лавры человека, сумевшего открыть человечеству путь в другие миры.
Она прищурилась, внимательно вглядываясь в его лицо.
- Вы хотите убедить меня, что вас эти лавры не привлекают?
- Нисколько. Я уже сказал, чего хочу.
- В самом деле. - Она натянуто улыбнулась. - И вы даже не возражаете, чтобы эти лавры
способствовали усилению моего политического влияния? Которое я с легкостью смогу использовать
против вас же?
Фарадей сделал жест в сторону Гессе.
- Как-то мистер Гессе заметил, что вы никогда не руководствуетесь местью ради самой мести. Я
готов рискнуть.
Медленно, как будто против воли, Лайдоф вернулась к своему креслу.
- Ладно, полковник. - Она положила бумагу на стол. - Слушаю вас.
Глава 30
- Мы почти у нижнего края Уровня Семь, - сообщил Миллиган, следя взглядом сразу за тремя
мониторами. - Давление не выше расчетного, никаких проблем.
- А как там связующий линь? - спросил Фарадей, мысленно вернувшись к судьбоносной
экспедиции "Скайдайвера" и резонансному шуму, издаваемому тогда связующим линем. -
Выдерживает напор ветра?
- Ветер вообще-то усилился, - ответил Миллиган, - но пока линь в порядке.
- А что головной корабль? - спросил Фарадей.
- Говорят, все нормально, - ответила Макколлам, плотнее прижимаясь ухом к телефонной
мембране. - Правда, свист ветра действует им на нервы.
- Скажите, пусть привыкают, - посоветовал Фарадей. - Сначала он будет все время
усиливаться и только потом ослабнет.
- Ладно. - Макколлам заговорила в свой микрофон.
- Выходим на Уровень Восемь, - сообщил Миллиган.
- Жаль, что мы не спустили туда к тебе монитор, Манта, - сказал Спренкл. - Ты бы смог
увидеть, на что похожи твои сады Эдема.
Зону Контакта заполнил рокот речи джанска.
- Не важно, - перевел компьютер. - Я намерен дожить до тех пор, пока увижу их воочию.
Кроме того, ваше зрение несравненно беднее нашего. Не думаю, что от машины было бы много толку.
Спренкл улыбнулся.
- Туше.
Рядом с Фарадеем зашевелилась Лайдоф.
- Отсюда закономерный вопрос, - сказала она. - С чего вы взяли, что мы разглядим что-либо
на глубине? Эти камеры чувствительны к глубокому ультрафиолету?
- Да, но они также восприимчивы к инфракрасному излучению, - напомнил ей Фарадей. -
Если там внизу действительно скопилась огромная масса мертвых тел, они поглощают излучение
верхней части спектра и преобразуют его в низкочастотное. По крайней мере, какая-то доля последнего
должна принадлежать к инфракрасной части спектра.
- Надеюсь, - сказала Лайдоф. - В противном случае вся эта затея превратится в пустую трату
времени и...
- Турбулентность! - воскликнул Миллиган. - Очень мощная, прямо в районе зонда.
- Насколько сильная? - Фарадей вскочил с кресла, подошел к Миллигану и остановился у него
за спиной.
Инерционные показатели, с огорчением заметил он, просто обезумели.
- Достаточно сильная, - мрачно ответил Миллиган. - Зонд вращается, словно пинг-понговый
шарик.
- Манта, ты понял? - окликнул его Фарадей. - Мы попали в слой турбулентности. Джанска
что-нибудь об этом известно?
- Не знаю, - ответил Манта. - Я никогда не слышал об этом.
- А Латранесто? - вмешался в разговор Бич. - Может, ему что-то известно.
- Он на Уровне Шесть, следит за снижением зонда, - сказал Манта. - Я спрошу его, когда он
сюда вернется.
- Если к тому времени у нас все еще будет зонд, - проворчала Лайдоф.
- Он уцелеет, - заверил ее Миллиган. - Пока цел линь, с зондом ничего не случится.
- Как там головной корабль? - спросил Фарадей.
- Их немного потряхивает, но они держатся, - доложила Макколлам. - Ворот тоже в порядке.
- Скажите им, пусть не спускают с него глаз, - приказал Фарадей. - Надеюсь, что такие слои
будут попадаться нечасто.
- Думаю, по крайней мере, один еще есть, - сказал Бич. - Где-то у нижнего края Уровня
Восемь.
- Почему вам так кажется? - нахмурившись, спросил Фарадей.
- Помните, что говорил Манта, когда впервые снова вступил с нами в контакт? Он упоминал о
каком-то звукопроводящем слое на Уровне Восемь.
- Конечно, - неожиданно заговорил Миллиган. - Ограничьте Уровень Восемь с обеих сторон
слоями турбулентности и получите огромный звуковой волновод. Как в оптико-волоконном кабеле,
только для звука, а не для света: отражаясь от этих слоев, удары распространяются по спокойной
средней части.
- Именно так Мудрые по всей планете связываются между собой, а наверху их никто не слышит,
- кивнула Макколлам. - Я все удивлялась, как это у них получается.
- Хитроумно, - заметил Спренкл. - И становится понятно, почему Мудрые держат этот факт в
секрете. Все социальные структуры в той или иной степени зависят от хорошей связи.
- Если не возражаете, доктор Спренкл, давайте отложим лекцию по социологии на потом, -
отрезала Лайдоф. - Сейчас перед нами более насущные проблемы.
- Насущные, да, но что мы можем поделать? - заметил Фарадей. - В данный момент зонд
целиком и полностью предоставлен самому себе.
- Если мы не вытащим его оттуда. Почему бы не сделать этого, пока его не разорвало на части?
- спросила Лайдоф.
- Вообще-то на данном этапе в этом нет никакого смысла, - ответил Спренкл. - Судя по
показателям ветра, он уже на полпути к цели, я бы сказал.
- Смотрите. - Спренкл кивнул на один из дисплеев. - Он прошел слой турбулентности
насквозь.
Фарадей увидел, что он прав: инерционные показатели пошли на убыль.
- Точно, - подтвердил Миллиган. - Мы снова устойчиво движемся вниз. - Он оглянулся на
Фарадея. - Может, остановить зонд и провести диагностику?
- Нет, пусть продолжает движение, - ответил Фарадей. - Чтобы провести диагностику,
необязательно останавливаться. Будем надеяться, что нижний слой турбулентности не такой скверный.
- А что нам еще остается, кроме как надеяться? Надо полагать, вам и об этом ничего не известно,
мистер Рейми? - спросила Лайдоф.
Из громкоговорителя послышался рокот языка джанска.
- Я ничего не знаю о том, что лежит ниже Уровня Восемь.
- Конечно нет, - язвительно заметила Лайдоф. - От вас вообще мало проку, не находите?
Последовала совсем коротенькая пауза.
- Сожалею, что мои знания не отвечают вашим стандартам, - сказал Манта. - Полковник
Фарадей, когда вы собираетесь отправить вниз бомбы?
- Дай нам передышку, Манта, - запротестовал Фарадей. - Пока мы даже не знаем, на какую
глубину придется опускаться.
- Вы говорили, что знаете.
- Мы знаем это только предположительно. Но наши расчеты базируются на представлениях об
изменении плотности и структурных допущениях.
- Затем мы и послали зонд, - добавила Лайдоф. - А что у вас там за спешка?
- Позвольте напомнить вам, что у нас существует проблема, - ответил Манта. - И хотелось бы,
чтобы она была разрешена.
- И все дело только в этом? - надавила Лайдоф.
- Не понимаю вопроса, - сказал Манта.
- Тогда я поставлю его по-другому. Сдается мне, что есть только два главных места, где могут
находиться ваши так называемые "звездные врата": либо где-то над этой свалкой трупов, либо где-то
ниже нее. Как, по-вашему, это имеет смысл, мистер Рейми?
- Может быть, - неуверенно ответил Манта. - Не знаю.
- Логически рассуждая, они не могут находиться глубже, поскольку, надо полагать, даже
мертвый джанска не в состоянии опуститься ниже них, - продолжала Лайдоф. - Следовательно, эти
самые "врата" должны находиться выше. - Она бросила на Фарадея суровый взгляд. - И если я права,
то наш зонд очень скоро должен наткнуться на них. Что скажете, полковник?
Все четверо инженеров повернулись, чтобы взглянуть на нее.
- К чему вы ведете, арбитр? - настороженно спросил Фарадей.
- Я веду к тому, что существуют только две возможности, - жестко и холодно ответила Лайдоф.
- Либо вся эта история со "звездными вратами" чистой воды выдумка, либо мы близки к тому, чтобы
найти их самостоятельно. - Она вскинула брови. - В любом случае мне непонятно, зачем нам теперь
джанска.
Фарадей смотрел на нее, не веря своим ушам. Не может же она всерьез заявлять такие вещи
сейчас?
- Я не допускаю мысли, что вы намекаете на пересмотр нашего соглашения, - сказал он. - Я
дал свое слово. Вы дали свое.
- Основываясь на сведениях, которые, возможно, не соответствуют действительности, -
возразила Лайдоф. - Мистер Рейми изучал бизнес. Он знает цену контракту, заключенному на основе
ложных посылок. - Она возвысила голос. - Что скажете, мистер Рейми? Похоже, вы и остальные
джанска рассчитывали получить услугу в обмен на ложь?
- Это не ложь, - сказал Манта. - Портал существует. Просто мне неизвестно, где он.
Послышалось гудение.
- Следующий турбулентный слой, - сообщил Миллиган, повернувшись к своему пульту.
- Сожалею, но я больше вам не верю, - продолжала Лайдоф. - И можете передать мои слова
Советнику Латранесто. Если зонд не наткнется на эту зону высокого давления, ветров и свернутого
пространства - что бы все это ни значило, - придется сделать вывод, что ее не существует.
Спренкл откашлялся.
- Вряд ли это можно назвать честным...
- Заткнитесь! - бросила ему Лайдоф. - Мистер Миллиган, ваши датчики показывают чтонибудь
необычное?
- Пока ничего не могу сказать, - проворчал Миллиган. - Вот кончится турбулентность, тогда
посмотрим.
- Вот-вот. Хорошенько смотрите. И поторопитесь, - распорядилась Лайдоф. - Если это все
ложь, тогда я хочу, чтобы зонд подняли, пока он еще цел.
- Подождите, - сказал Манта. - Советник Латранесто вернулся.
Воцарилась тишина.
- Мистер Бич? - спросила Лайдоф. - Что происходит?
- Они вместе отплыли от зонда, - ответил Бич. - Наверно, хотят поговорить наедине.
- Арбитр, вы ведь шутите, да? - негромко заговорил Фарадей. - Мы заключили сделку.
- Да, - признала Лайдоф. - Но вы не хуже меня знаете, как часто сделки нарушаются. В
особенности если изменяются обстоятельства. - Она вперила в него настойчивый взгляд. - Тогда, в
конференц-зале, вы меня поставили в скверное положение, полковник, - сказала она так тихо, что он
едва слышал ее. - Загнали в угол, откуда оставался один выход - дать вам то, чего вы желаете. Очень
эффективная техника, нужно признать. - Она бросила взгляд на дисплеи. - Ну, теперь моя очередь.
Фарадей смотрел на нее, испытывая ощущение, будто ему ударил в лицо разряд электрического
тока.
- Вот, значит, в чем дело. Ваша уязвленная гордость, - сказал он.
- Называйте как хотите. - Лайдоф снова повернулась к дисплеям. - Мистер Бич?
- Они возвращаются, - доложил тот.
- Хорошо. Мистер Миллиган, мы уже прошли сквозь слой турбулентности?
- Как раз выходим из него, - проворчал Миллиган.
- Превосходно. Я жду, мистер Рейми. Убедите меня, что джанска стоят моих усилий.
Из громкоговорителя хлынул поток низких, взволнованных звуков.
- Это Советник Латранесто, - послышался перевод. - Вы не можете так поступить. Не сейчас.
- Сожалею, Советник, - отрезала Лайдоф. - Но я не заключаю сделок с лжецами.
- Я не лжец, - сказал Латранесто. - Просто вы не найдете проход здесь, на Центральной
Линии.
- Вранье, - заявила Лайдоф. - Мистер Миллиган, передайте головному кораблю приказ
готовиться к подъему зонда. На сегодня хватит.
- Постойте, - воззвал к ней Латранесто. - Вы верили мне прежде. Почему не верите сейчас?
- Потому что я имела время немного пораскинуть мозгами, - ответила Лайдоф. - Большинство
джанска живут вдоль Центральной Линии. Логически рассуждая, для этого может существовать только
одна причина - именно отсюда ближе всего к вашему так называемому проходу, откуда они и
появляются. Следовательно, если его нет на Центральной Линии, значит, он вообще не существует.
- Конечно, мы выходим вдоль Центральной Линии, - сказал Латранесто. - Так всегда
происходит, согласно преданиям. Но это не означает, что здесь начинается проход.
- Тогда где он? - спросила Лайдоф. - Докажите, что вы не лжец.
Последовал отчаянный, бессловесный рокот.
- Проход начинается далеко на севере, - сказал Латранесто. - Где сходятся все направления.
- Вы имеете в виду северный полюс? - спросил Фарадей.
- Скорее, северный магнитный полюс, - заметила Лайдоф. - При перемещении джанска
ориентируются на магнитное поле Юпитера. Верно, миссис Макколлам?
- Да, - со вздохом ответила та.
- Отлично, - сказала Лайдоф. Вся жесткость и возмущение исчезли из ее голоса без следа,
сейчас он звучал почти светски. - Благодарю вас, Советник Латранесто.
- И что дальше? - спросил Фарадей, чувствуя во рту вкус горечи поражения.
Лайдоф все-таки победила. В последний момент она нарушила все тщательно оговоренные
соглашения и вынудила джанска уступить ей.
- Что дальше? - повторила Лайдоф, вскинув брови. - Миссия продолжается, естественно.
Миссис Макколлам, передайте кораблю продолжить движение зонда.
- В каком направлении? - хмуро глядя на нее, спросила Макколлам.
- Вниз, конечно, - заявила Лайдоф таким тоном, словно это было очевидно. - Нужно найти
этот завал, который мы должны уничтожить.
- Простите? - удивился Фарадей.
- Что именно вам не понятно? - спросила Лайдоф, получая удовольствие от его замешательства.
- Мы заключили сделку с джанска. Нужно довести дело до конца.
- Но вы только что...
- Я арбитр Совета Пятисот, - напомнила она Фарадею. - Моя работа состоит в том, чтобы
заключать сделки, вести переговоры и находить общую почву. Но главным образом делать так, чтобы
Земля получила то, чего хочет.
- И теперь вы этого добились, - сказал Фарадей. - Итак?..
- Вы что, в самом деле не понимаете? - Лайдоф сделала жест в сторону дисплеев. - У меня нет
проблем с выполнением взятых на себя обязательств, полковник. - Она натянуто улыбнулась. -
Просто я хочу получить причитающееся мне вперед.
- Понимаю, - сказал Фарадей. - Поэтому вы сами загнали джанска в угол. Дали слово, а потом
пригрозили, что нарушите его.
- Система получает, что хочет; джанска получают, что хотят. По определению, все счастливы. Я
совершенно искренне не вижу, в чем проблема.
Фарадей смотрел на нее, разрываясь между отвращением и жалостью.
- Да. Уверен, что не видите.
Она презрительно фыркнула.
- Продолжайте, полковник. У вас есть чем заняться.
С этими словами она вышла из комнаты.
Инженеры снова посмотрели на него, а может, они провожали взглядом Лайдоф, он не понял.
- Манта? Ты все слышал? - спросил он.
- Да, - настороженно ответил тот. - Но, по-моему, не все понял.
- Неприятности позади. Арбитр Лайдоф удовлетворила свою профессиональную гордость, и
сделка сохраняет силу.
- Вы уверены?
- На самом деле я никогда и не сомневался, - твердо заявил Фарадей. - Так или иначе, я
выполнил бы обещанное.
- Конечно. Когда вы пошлете вниз бомбы? - спросил Манта.
Фарадей не мог упрекать его в излишней торопливости. Кто знает? Вдруг Лайдоф еще раз изменит
своему слову?
- Как можно быстрее, - заверил он Манту. - Необходимо найти местоположение завала и
обеспечить, чтобы защитные корпуса бомб выдержали давление внизу. Работа уже идет. Если с зондом
все будет в порядке, через неделю-другую опустим бомбы. Может быть, скорее.
- Отчасти срок зависит от того, насколько быстро все джанска покинут этот регион, - добавил
Миллиган. - Вы, конечно, постоянно живете в условиях радиации, но вряд ли столь мощный взрыв
будет полезен для вашего здоровья.
- Кто знает? - вмешалась в разговор Макколлам. - Он может создать разнообразные и очень
интересные метаболические раздражители, способные вызвать изменения, которые скажутся уже в
следующем поколении.
- Да. - Манта, казалось, обращался к себе самому. - Давление, я полагаю, будет самой
сложной частью проекта.
- Очень может быть, - согласился Фарадей. - Но и слои турбулентности тоже. Теперь мне
понятно, почему на Уровень Восемь опускаются только Мудрые и почему хищники никогда не делают
этого. Нужно очень много силы, чтобы пробиться через верхний слой турбулентности.
- Сила важна, да, - почти отсутствующим тоном ответил Манта. - Но в основном это проблема
габаритов. Если бы Производителю прибавить веса, даже он, скорее всего, сумел бы пройти этот слой.
- Советую тебе никому не высказывать эту идею, - сказал Спренкл. - Мудрым, вероятно, не
понравится, если их уединенное место обитания внезапно превратится в многолюдный курорт.
- Не беспокойтесь, никому не скажу, - ответил Манта. - Бомбы тоже будут опускаться на
лине, надо полагать?
- Таков план. - Фарадей нахмурился. Внезапно в голосе Манты ему почудилось что-то
странное, что-то такое, чему он затруднялся дать определение. - Учитывая зоны турбулентности, вряд
ли свободно плавающая система будет в состоянии опуститься так глубоко, как нужно.
- Да, - пробормотал Манта. - В таком случае продолжайте. Вы будете сообщать нам, как идут
дела?
- Конечно.
Брови Фарадея совсем сошлись к переносице. Не нужно было иметь степень доктора Спренкла,
чтобы догадаться - в мозгу Манты что-то происходит. Что-то важное.
Вопрос состоял в том, что именно?
Фарадей понятия не имел. Оглянувшись, он заметил странно напряженное выражение на лице
Бича. Либо на того снизошло озарение, либо у него были собственные причины для беспокойства.
- Снова турбулентность, - сообщил Миллиган. - На этот раз, правда, послабее.
- Спорю, что мертвые тела болтаются между двумя такими слоями, - высказала предположение
Макколлам. - Неплохой способ удерживать их на месте.
- Выведите на компьютер изображения, получаемые с зонда, - приказал Фарадей и зашагал к
своему креслу.
У них впереди много дел, и, по крайней мере пока, душевное состояние Манты может подождать.
Усаживаясь, Фарадей сделал в уме пометку - позднее непременно поговорить об этом с Бичом.
Слой плавающих тел обнаружился точно там, где предсказывали теоретические расчеты. И, к
удовлетворению Макколлам, которое она не замедлила шумно высказать, он, точно сэндвич, был зажат
между двумя умеренно турбулентными слоями.
Это была не компактная, цельная груда, как представлялось Фарадею; тела плавали более-менее
свободно. Похоже скорее не на массовое захоронение, а просто на множество плавающих рядом друг с
другом джанска. Тут и там попадались более мелкие животные - как джанска, так и некоторые
хищники из тех, что после своей смерти сумели избежать зубов любителей падали и прошли сквозь
Уровень Восемь. Было тут также множество обглоданных костей - по-видимому, то, что осталось от
пиршеств пакра.
Но как бы ни выглядело это скопление тел, эффект оказался именно тот, что и предполагал Манта.
Приборы показывали, что выше этого слоя доминировала низкоэнергетическая составляющая
электромагнитного спектра: в основном инфракрасное излучение с незначительной добавкой
коротковолновых радиочастот и видимого света. Как только экипаж зонда сумел пробиться между
плавающими телами ниже этого слоя, обнаружилась сильная концентрация ультрафиолета,
рентгеновских лучей и гамма-излучения, без которых не срабатывали в нужную сторону генные
триггеры джанска.
Зонд подняли на станцию. Фарадей и остальные изучали сделанные им записи и вели кажущиеся
бесконечными дискуссии с Латранесто и Мантой; инженеры и техники трудились над сооружением
обшивки для ядерного оружия, способной выдержать высокое давление. Порой накал дискуссий
становился очень высок; инженеры утверждали, что не в состоянии создать по-настоящему прочную
обшивку с тем, чтобы одновременно сооружение не утратило маневренности, а Фарадей твердил, что с
божьей помощью они справятся с этой задачей.
И в конце концов, когда все было оговорено, переговорено и сделано, назначили дату спуска.
- Манта?
Он перевернулся, вгля
...Закладка в соц.сетях
