Жанр: Научная фантастика
Дар юпитера
...лся, что вы скучали по мне.
- Кое-кто уж точно, - заверил его Фарадей, вполуха вслушиваясь в звуки языка джанска, чтобы
удостовериться, что компьютер все переводит точно. - К несчастью, не могу сказать этого обо всех. В
руководстве проектом произошли кое-какие личные изменения, как ты, наверно, догадываешься.
Последовала новая пауза, и в тишине было слышно, как Лайдоф что-то ворчит себе под нос.
Потом рокот возобновился.
- У меня возникала такая мысль, - послышался перевод. - Не верилось, что вы причастны к
тому, что произошло.
- Конечно нет, - сказал Фарадей. - И я приношу тебе извинения от имени Совета Пятисот и
всего человечества. Это никогда не повторится.
- Полегче, полковник, - предостерегла его Лайдоф. - Не выступайте от имени Совета Пятисот.
- Манта? Ты слышишь меня? - спросил Фарадей.
- Да, слышу. И хочу иметь дело только с вами. Предлагаю вам сделку.
Сердце у Фарадея забилось чаще.
- Насколько я понял, ты хочешь сообщить нам секрет звездолета джанска?
- Да, - ответил Манта. - В обмен на помощь в решении существующей у джанска проблемы.
Макколлам здесь?
- Здесь, - сказал Фарадей. - Эта проблема связана с физиологией джанска?
- По крайней мере, это часть головоломки, относительно которой у меня нет полной
уверенности.
- Ну, рассказывай. Мы сделаем все, что сможем.
- Постойте. - Лайдоф подошла и остановилась рядом с Фарадеем. - Конечно, мы хотим
помочь вам, мистер Рейми. Но сначала расскажите о звездолете.
- Нет, - ответил Манта. - Сначала - наша проблема.
- Нет, - ровным голосом сказала Лайдоф. - Вы не в том положении, чтобы торговаться, мистер
Рейми.
- Напротив, - заявил Манта. - Мое положение как никогда дает мне право торговаться.
Полковник Фарадей, кто это?
- Ее зовут Катрина Лайдоф, - ответил Фарадей. - Она член Совета Пятисот.
- Понятно, - сказал Манта. Компьютер, конечно, никак не реагировал на интонации, но
Фарадей отчетливо услышал жесткие нотки в голосе Манты. - Это она ответственна за нападение на
наш народ?
- Ваш народ? - спросила Лайдоф. - Мы ваш народ, мистер Рейми.
- Больше нет, - сказал Манта. - Полковник Фарадей, никаких переговоров в присутствии этой
личности. Пожалуйста, попросите ее уйти.
Фарадей посмотрел на Лайдоф.
- Даже не думайте. - Она сверкнула глазами в его сторону. - Я никуда не уйду.
Фарадей тронул Бича за плечо.
- Выключите микрофон.
- Микрофон выключен, - сказал Бич.
- Не уйду, - повторила Лайдоф.
- Вы готовы пожертвовать звездолетом? - спросил Фарадей. - А что вы говорили совсем
недавно? "Все второстепенно по сравнению с проектом "Подкидыш"". Выходит, в это "все" не входит
ваша гордыня?
- Он блефует, - продолжала настаивать Лайдоф. - Вы слышали, что он сказал. У них
проблемы, им нужна наша помощь. Значит, он будет вынужден отдать нам то, что мы хотим.
- Не рассчитывайте на это, - посоветовал ей Фарадей. - Вы еще не убедились, насколько
Манта умен? Возможно, он в состоянии сам найти решение, и тогда мы останемся в дураках. Нужно
ковать железо, пока горячо - в смысле, пока он думает, что нуждается в нас.
Лайдоф сверкнула взглядом на Гессе, как бы желая убедиться, что и он, и этот проклятый
документ все еще здесь. Потом, без единого слова, она поднялась с кресла и зашагала к двери.
Но не ушла, а остановилась там, скрестив на груди руки и сверля взглядом Фарадея.
И он, с неохотой вынужденный признать, что большего ему не добиться, сам уселся в командное
кресло и включил вмонтированный в него микрофон.
- Судья Лайдоф не будет участвовать в наших переговорах, Манта, - сказал Фарадей,
тщательно подбирая слова. - Ну, чем мы можем вам помочь?
- Я начну с вопроса Макколлам. Что вам известно о мельчайших частицах, несущих сообщения?
Макколлам непонимающе посмотрела на Фарадея и повернулась к своему микрофону.
- О чем?
- Дайте я соображу, - сказал Манта и замолчал. - ДНК... джанска... - с расстановкой добавил
он на английском.
- А-а, - ответила Макколлам. - Да, знаю немного. Но не в деталях.
- Мне не нужны детали. - Манта снова перешел на речь джанска. - Вопрос: существуют ли
крошечные... переключатели... в группах частиц, несущих сообщения?
Макколлам покачала головой.
- Не понимаю, Манта.
- Думаю, он говорит о генах, - вмешался в разговор Бич. - В словаре джанска нет такого слова,
вот он и импровизирует.
- А, другое дело, - сказала Макколлам. - Но о каких крошечных переключателях он говорит?
Постойте-ка! Манта, ты имеешь в виду генные триггеры? Гены, которые включают и выключают
другие части кода, в зависимости от возраста, гормональных раздражителей или условий окружающей
среды?
Манта, казалось, обдумывал услышанное.
- Да, - ответил он наконец. - У нас они существуют?
- Не знаю, - сказала Макколлам. - Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно протестировать
гены джанска. Однако мне известно, что у большинства земных видов они есть.
- При чем тут земные виды? Мне нужно знать это относительно джанска.
- Может, подойдут гены вуука? - высказал предположение Спренкл.
- У нас они есть? - спросила Макколлам.
- На клетке зонда "Омега" остались следы крови вуука и кусочки ткани, - ответил Спренкл. -
Мы были... - Он бросил взгляд на Фарадея. - Мы были на какое-то время отстранены от своих
обязанностей, но кто-то наверняка взял образцы.
- В таком случае, наверняка был сделан анализ. - Пальцы Макколлам запорхали над
клавишами. - Давайте взглянем... Так, вот оно. - Она замолчала, читая появившиеся на дисплее
строчки.
- Мистер Миллиган, что там за ситуация? - спросил Фарадей негромко. - Манта один?
- Нет. Такое впечатление, будто с ним целая делегация. Судя по окраске, там Манта, Пранло с
Драсни и Советник Латранесто.
Значит, это и впрямь официальные переговоры. Хорошо. Если они смогут разобраться до того, как
Лайдоф придумает новые возражения...
- Нашла, - неожиданно сообщила Макколлам. - Парень, ты не ошибся. Их тут множество.
- Повторите, пожалуйста, - попросил Манта. - Некоторые слова плохо переводятся.
Фарадей нахмурился. Устройство, вживленное в искусственный спинной мозг Манты, должно все
еще работать, позволяя ему разговаривать с людьми напрямую. Может, оно вышло из строя?
Или Манта просто забыл английский?
- Да, там есть генные триггеры, - сказала Макколлам. - В достаточной степени, чтобы при
одном и том же коде получать разных животных, в зависимости от того, какие гены включены, а какие
выключены. Варианты, типа кошки и собаки, а возможно, и с еще большими различиями.
- Понимаю. Не знаете, под воздействием каких факторов они вступают в работу? - спросил
Манта.
- Давай посмотрим. - Макколлам снова защелкала по клавишам. - Судя по всему, влияют
некоторые виды излучения. Не уверена, в какой части спектра.
- Только не микроволны и не инфракрасное излучение, - высказал предположение Миллиган,
изучая те же данные на своем мониторе. - Для этого требуется более высокий уровень модуляции
энергии. Скорее всего, это рентгеновские лучи или даже что-то из более высокой области спектра.
- Нет, постойте секундочку. - Палец Макколлам замер на одной из строчек. - Похоже,
инфракрасное воздействие тоже имеет место. Пункт 1557.
- Сейчас... - Миллиган поискал нужное место. - Вы правы. Дубина! Ну...
- Это не может быть другой участок спектра светового излучения? - спросил Манта. - Или
весь спектр целиком?
Спренкл поймал взгляд Фарадея и пробормотал:
- Он подводит нас к чему-то. Это важно...
Фарадей кивнул.
- Вы, похоже, уже понимаете, что происходит, Манта, - сказал он. - Почему бы не сэкономить
время и просто не сказать, в чем дело?
После небольшой паузы снова послышался знакомый рокот.
- С Центральной Линии исчезают многие виды животных и растений, - перевел компьютер. -
А те, что остаются, братья исчезнувших.
- Братья? - пробормотал себе под нос Миллиган.
- Подобия, - подсказал Бич.
- По-моему, спектр светового излучения в центральной части Юпитера сокращается, -
продолжал Манта. - Из-за его недостаточности крошечные выключатели не могут функционировать и
братья перестают рождаться.
- Интересно, - пробормотал Спренкл. - Мутация как способ существования.
- Строго говоря, это не мутация, - поправила его Макколлам. - Генетический материал уже
существует, просто дожидается, чтобы быть использованным. Все, что делает радиация, - это
включает одни части кода и отключает другие.
- Правильно, - согласился Миллиган. - Включите один ген из миллиона и получите вуука.
Включите один из двух миллионов и получите... что-то еще, надо полагать.
- Новый подход к проблеме многообразия видов, - задумчиво заметил Фарадей. - Снижение
уровня радиации достаточно легко установить и отсюда, если оно, конечно, имеет место. Говоришь, это
наблюдается только на Центральной Линии, Манта?
- Да.
- М-м-м... У тебя есть какая-то идея, в чем причина этого? - спросил Фарадей.
Воцарилось молчание.
- Он знает, - прошептал Спренкл. - Просто боится говорить.
Фарадей кивнул. Боится обнаружить слабое место джанска и тем самым поставить себя и
остальных в уязвимую позицию. После истории с "Омегой" его можно понять.
- Если это облегчит тебе принятие решения, Манта, - сказал он, - даю мое личное слово, что
мы сделаем все, чтобы помочь тебе и твоему народу. Независимо от того, получим звездолет или нет. -
Краем глаза он заметил, как заерзал Гессе. - Желаете что-то сказать, мистер Гессе?
- Не думаю, что судья Лайдоф будет в восторге, узнав, что вы раздаете подобные обещания. -
Гессе дернул головой в сторону стоящей у двери Лайдоф. - Не забывайте... ну... как в
действительности обстоят дела.
Фарадей посмотрел на Лайдоф: Гессе прав, она явно была "не в восторге".
- Я помню, как обстоят дела, - сказал Фарадей, обращаясь к ним обоим. - И тем не менее мое
обещание сохраняет свою силу. Манта? Мы слушаем.
- В атмосфере есть регион, называемый Уровень Восемь, - заговорил Манта. - Туда могут
опускаться лишь самые крупные и старые джанска, которых называют Мудрыми. Там нет ни хищников,
ни любителей падали, и обитатели Уровня Восемь живут до тех пор, пока они в состоянии плавать и
находить себе пищу.
- Похоже на сады Эдема, - заметил Бич.
- Для джанска так оно и есть, - сказал Манта. - Но, как и Эдем, он несет в себе семена
собственной гибели. Как я уже сказал, там нет ни хищников, ни любителей падали. Что случается с
Мудрым, когда он умирает?
Инженеры неуверенно переглянулись.
- Миссис Макколлам? - подбодрил ее Фарадей. - Вы у нас тут главный специалист.
- Спасибо, полковник. Ну, прежде всего они перестают дышать и плавать. Мышцы
расслабляются, плавательные пузыри сплющиваются...
- Они тонут, - неожиданно сказал Спренкл. - Погружаются дальше в глубины атмосферы.
- И их тела блокируют радиацию, - вставил Бич. - Ну конечно.
- Манта, это так? - спросил Фарадей. - Именно это и происходит?
- Но там не может быть много тел, - возразил Миллиган. - В смысле, они ведь на Юпитере
всего двадцать - тридцать лет.
- Нет, - заявил Манта. - Мне было сказано, что со времени прибытия первых Мудрых прошло
две тысячи солнечных циклов по земному счету.
Миллиган негромко присвистнул.
- Хорошо они прятались, однако.
- Или мы просто плохо искали, - возразила Макколлам. - Полковник, нужно произвести
числовой анализ; если они и впрямь находятся на Юпитере так долго, могло накопиться достаточно
мертвых тел, чтобы блокировать радиацию. Во всяком случае достаточно, чтобы внести сбой в работу
генных триггеров.
- В особенности учитывая, что в основном джанска скапливаются в экваториальной зоне, -
заметил Спренкл.
- Разумно, - согласился Фарадей. - Манта, ты имеешь хоть какое-то представление о глубине
залегания этого блокирующего слоя?
- Нет, - ответил тот. - Советник Латранесто разговаривал с Мудрыми, и они особым образом
связались со всеми остальными Мудрыми Уровня Восемь. Пока ответа на этот вопрос нет.
- Скорее всего, опуститься ниже просто невозможно, пока ты жив, - предположила Макколлам.
- Могут сплющиться плавательные пузыри.
- Да, без плавательного аппарата живому джанска туда не проникнуть, - добавил Спренкл. -
Но даже и с аппаратом его убьет давление.
- Вы поняли, в чем наша проблема, - сказал Манта. - Мы не сможем решить ее, потому что не
имеем возможности опуститься на такую глубину.
Фарадей состроил гримасу. Нужно было приказать Лайдоф покинуть комнату, а в случае
необходимости вышвырнуть вон даже силой. Теперь было уже слишком поздно. Она слышала
признание Манты и понимала, что все в руках Совета Пятисот.
- Мы сделаем все возможное, - сказал Фарадей. - Мистер Миллиган, ознакомьтесь с
техническими характеристиками всех зондов, имеющихся на станции. Нужно выяснить, какова самая
большая доступная им глубина погружения.
- Хорошо. - Миллиган склонился над своим пультом. - Хотя можно внести некоторые
усовершенствования.
- Мы сделаем все, что потребуется. Манта, у тебя есть какая-нибудь идея насчет того, как
ликвидировать этот завал, если мы в конце концов до него доберемся? - спросил Фарадей.
- У меня мелькала мысль о зонде, который вы использовали против наших детей, - ответил
Манта. - Нужно растащить тела, чтобы открыть выход радиации.
- Представляешь, сколько это займет времени? - с сомнением произнес Фарадей. - Кроме того,
оставшиеся могут быстро снова заполнить брешь.
- И куда мы их потащим? - добавил Спренкл. - Будем оставлять на пути к полюсам?
Внезапно Фарадей перевел взгляд на Гессе, пристально изучающего дисплеи. К полюсам?
- Вряд ли их нужно оттаскивать так далеко, - ответил Манта. - Просто на некоторое
расстояние от Центральной Линии.
- Возможно, существует более радикальный подход. - Фарадей не сводил взгляда с Гессе.
Похоже, до того пока не доходило, что Фарадей имеет в виду. Интересно, а как Лайдоф? - Возможно,
есть способ убрать тела и одновременно стимулировать генные триггеры.
И тут до Гессе дошло. Он повернулся к Фарадею, широко распахнув глаза.
- Вы имеете в виду... ядерные бомбы?
- Ядерные бомбы? - эхом повторил Спренкл, и все четверо инженеров уставились на Гессе.
- Какие ядерные бомбы? - спросил Миллиган. Оглянувшись, Фарадей увидел, что Лайдоф
шагает в его сторону с покрасневшим от ярости лицом. Он махнул рукой, чтобы она вернулась,
предостерегающе оскалив зубы. Если Манта поймет, что он солгал и она все время оставалась здесь, на
переговорах можно будет поставить крест.
К удивлению Фарадея, она вняла его безмолвному призыву. Стиснула кулаки, но кивнула, хотя и с
явной неохотой.
Однако вместо того чтобы вернуться к двери, она свернула в сторону Гессе. Обхватила рукой за
шею и зашептала ему в ухо.
- У нас здесь есть две полутигатонные бомбы, - объяснил Фарадей, с трудом сохраняя нить
рассуждений из-за того, что продолжал следить за шепчущимися Гессе и Лайдоф. - Судья Лайдоф
собиралась взорвать их в полярных регионах, чтобы с помощью отраженных ударных волн определить
местонахождение звездолета джанска. Думаю, можно убедить ее найти им лучшее применение. А
именно: разрушить завал. - Он сделал эффектную паузу. - Учитывая, конечно, то обстоятельство, что
нам больше не нужно рыскать по Юпитеру в поисках звездолета.
- Хочу добавить, мистер Рейми, что мы выполнили свою часть сделки, - заговорил Гессе. -
Или, по крайней мере, знаем, как это сделать. Теперь ваша очередь.
Манта, казалось, надолго задумался.
- Отдать вам звездолет для изучения я не могу, - сказал он наконец. - Но после того, как вы
разрушите барьер и мы увидим, что вся полнота жизни вернулась на Центральную Линию, мы покажем
вам дорогу в другие миры.
- Откуда нам знать, что вы исполните свое обещание? - спросил Гессе. - Какие вы можете
предложить гарантии?
- Каких гарантий вы хотите? - парировал Манта.
Лайдоф снова прошептала что-то Гессе на ухо. Он вздрогнул и недоверчиво посмотрел на нее.
Лайдоф повелительным жестом указала на дисплеи; состроив гримасу, Гессе кивнул.
- Нам нужны заложники, - сказал он, словно плюнул. - Прежде всего ваши друзья Пранло и
Драсни. - Он глубоко втянул воздух. - И их дети.
- Нет! - Фарадей вскочил. - Об этом не может быть и речи.
Лайдоф повторила свой жест.
- Такова наша цена, - со вздохом сказал Гессе. - Если вы хотите, чтобы мы помогли...
- Прости, Манта, - сквозь стиснутые зубы перебил его Фарадей. - Нам нужно тут кое-что
обсудить, а тебе наверняка необходимо поесть и поспать. Можешь снова вернуться к зонду на рассвете?
- Да, - глухо ответил Манта. - Тогда и поговорим.
- Спасибо, - продолжал Фарадей. - Надеюсь, к тому времени все прояснится.
- Я тоже. До свидания.
- Выключить все микрофоны, - приказал Фарадей. Выждав, пока это было сделано, он
посмотрел на Лайдоф: - Арбитр, при всем моем уважении позвольте спросить: чего вы добиваетесь?
- Выполнения задачи, поставленной перед проектом "Подкидыш", чего же еще? - язвительно
заявила она. - В отличие от вас, который готов просто отдать джанска все, что они ни попросят, и
притом безвозмездно.
- Доктор Спренкл, хотелось бы услышать ваше мнение относительно умственного здоровья
Манты, - сказал Фарадей.
- Основные параметры его личности не претерпели серьезных изменений, - ответил Спренкл.
- Однако он явно заметно повзрослел. По правде говоря, несколько месяцев назад я на такое и не
рассчитывал. - Он на мгновение заколебался. - Такое впечатление, что он в значительной степени
проникся кодексом чести джанска.
- Понимаю. Подведем итог: если мы выполним свои обязательства, выполнит ли он свои?
- Абсолютно уверен в этом, - сказал Спренкл. - Существенно важно, чтобы он снова поверил
нам и ради него самого, и ради его положения среди джанска.
Фарадей перевел взгляд на Лайдоф.
- Вы слышали, - сказал он. - Мы должны продемонстрировать добрую волю. - Он
вызывающе выставил подбородок. - Именно так я и собираюсь действовать, нравится вам это или нет.
Я дал Манте слово.
Лайдоф посмотрела на него; против ожидания, в ее взгляде не было прежней жесткости.
- Полагаю, полковник, самое время нам снова кое-что обсудить.
- Согласен, - сказал Фарадей и обвел взглядом помещение. - Всем продолжать отслеживать
ситуацию. Действуйте согласно установленной инструкции.
- Да, сэр, - за всех ответил Бич.
Фарадей кивнул и перевел взгляд на Лайдоф.
- Я готов, прошу вас.
Прежде чем решиться нарушить молчание, они отплыли от зонда так далеко, что он превратился в
сверкающую точку.
- Манта, я ни за что не соглашусь, - дрожащим голосом сказала Драсни. - Не позволю им
захватить моих детей.
- Тебе и не придется этого делать, - угрюмо ответил он, с неуверенным и огорченным видом
махая хвостом.
Глубина, как все это понимать? Именно Фарадей в свое время уговорил его уйти сюда, именно он
поддерживал его, помогая преодолеть боль и смятение первых месяцев. Неужели он может быть таким
жестоким?
Манта снова хлестнул хвостом. Нет. Теперь он плохо помнил человеческий язык, предпочитая
через зонд пользоваться компьютерным переводчиком. Однако вмонтированный в его мозг приемник
все еще работал, и Манта по-прежнему различал человеческие голоса. Требование удержать
заложников высказал другой человек, а Фарадей тут же возразил.
И именно Фарадей настоял на том, чтобы перенести разговор на завтра. Может, у него есть план,
как помешать тем, другим?
- Что, если они станут помогать нам только на таких условиях? - угрюмо спросил Латранесто.
- Теперь им известно, в чем наше слабое место, и, пусть и не напрямую, ты дал им понять, что у нас
нет машины, которая им так нужна. У нас нет способа заставить их выполнить свое обещание.
- Да, это правда, - ответил Манта. - Машины у нас нет, но дело ведь не в машине, верно? Их
интересует дорога, а она у нас есть. Кроме того, Фарадей обещал нам помощь.
Латранесто фыркнул.
- Обещание человека! Ты что, в самом деле веришь ему?
- Я убежден, что намерения у него хорошие. К несчастью, он может просто оказаться лишен
возможности исполнять свои обещания. Если эта Лайдоф и в самом деле из Совета Пятисот, у нее
гораздо больше власти, чем у него.
- А они там, в Совете Пятисот, все такие злые?
- Да нет, - ответил Манта. - Но они обладают большой властью и привыкли ею пользоваться.
Людей это портит.
- Тогда, если они против нас, надеяться не на что, - сказал Латранесто.
- Нет. - Манта оглянулся на далекий зонд. - Есть ведь еще и Фарадей. Будем надеяться, что
ему удастся убедить Совет Пятисот сотрудничать с нами.
- А если он не сможет? - спросила Драсни.
- Я верю, что сможет, - сказал Манта. - Если же нет... Ну, надо будет найти что-то еще, чтобы
продолжить торговаться с ними.
- Найдем, не сомневайся! - воскликнул Пранло. - Ты веришь в Фарадея, а я верю в тебя. - Он
ударил хвостом. - А пока что я жутко проголодался. Давайте поищем что-нибудь пожевать.
Глава 29
Ничего удивительного, что в этот час небольшой дискуссионный зал дальше по коридору был
свободен. Первой, тяжелой поступью, туда вошла Лайдоф, сразу за ней Фарадей и последним, в
некотором отдалении, Гессе, угрюмый и молчаливый.
- Садитесь, полковник, - распорядилась она и опустилась в кресло во главе стола. - Мистер
Гессе, закройте дверь.
- Вы не получите никаких заложников, арбитр, - с места в карьер заявил Фарадей, опустившись
в кресло на противоположном конце стола. - Это абсолютно исключено.
- Я поражена вашими высокими моральными принципами, полковник, - выпалила Лайдоф. -
Но одновременно и тем, что у вас такая короткая память. Вы не забыли содержание нашего
предыдущего разговора?
- Нет, - отрезал Фарадей. - А вы не забыли, каким принципом руководствуетесь прежде всего?
Я думал, это - завладеть звездолетом.
- Звездолета не существует, - угрюмо сказала Лайдоф. - Вы же слышали, что он сказал:
"Отдать вам звездолет для изучения я не могу". Как еще прикажете это понимать?
- "Однако после того, как вы разрушите барьер, мы покажем вам дорогу в другие миры", -
процитировал дальше Фарадей. - Какая разница? Дело же не в наличии или отсутствии груды железа?
- Разница та, что если не существует звездолета как такового, тогда нам от всего этого никакого
проку, - ответила Лайдоф. - Может, для них и доступны какие-то таинственные звездные врата в
глубинах Юпитера, но для нас они бесполезны.
Фарадей покачал головой.
- Нет. Я убежден, что это не что иное, как семантическая проблема. Заявление Манты можно
интерпретировать и так - у них есть звездолет, но они не собираются позволить нам изучить его.
- В любом случае, какой смысл продолжать? - заявила Лайдоф. - Мистер Гессе, сядьте! Вы
меня нервируете.
Без единого слова Гессе отошел от двери, где он маялся с беспокойным видом, и уселся на равном
расстоянии от обоих противников.
- И это вовсе не означает, что они никогда не позволят нам изучить его, - терпеливо продолжал
Фарадей. - Просто они хотят, чтобы прежде была решена их проблема.
- Прекрасно, - заявила Лайдоф. - А я хочу встретиться с ними на полпути. И если звездолет
все же существует, я хочу как минимум посмотреть на него, прежде чем мы сделаем еще хотя бы шаг.
Фарадей снова покачал головой.
- Нужно продемонстрировать добрую волю. Слышали, что сказал доктор Спренкл? Если мы
сделаем это, Манта поверит нам и выполнит свою часть сделки.
- Вы так уверены? - спросила Лайдоф. - Несмотря на высказанное доктором Спренклом
мнение, реально мы теперь понятия не имеем, как работает голова у мистера Рейми. Если он решит
надуть нас, мы вернемся домой с пустыми руками.
Фарадей откинулся в кресле.
- Именно этого вы на самом деле и боитесь, правда? Боитесь остаться в дураках, боитесь
обмануть ожидания Совета Пятисот, дожидающихся подарка, обещанного вашей фракцией?
- Сейчас обсуждается не моя личная политическая репутация, полковник, - спокойно ответила
Лайдоф. - И просто для информации - ей ничто не угрожает.
- Тогда что вам стоит проявить великодушие? - настаивал Фарадей. - Помочь им решить свою
проблему. Стать героиней Юпитера и заработать доброжелательное отношение всей Системы. И все это
ценой двух ядерных бомб, которые никому никогда не понадобятся.
- И заодно вы продемонстрируете свою прозорливость, - пробормотал Гессе. - В конце
концов, именно вы затребовали доставить сюда оружие.
- Правильно. - Фарадей тут же ухватился за эту идею. Если бы удалось убедить Лайдоф, что
помочь Манте в ее интересах... - Мы можем даже, если угодно, записать задним числом, что
занимались изучением радиации. Тогда вы сможете заявить, что заметили ее снижение в
экваториальной зоне еще пару месяцев назад. Заподозрили, что тут есть проблема, сделали заключение
и распорядились провести дальнейшие исследования.
- Интересная идея, - сказала Лайдоф. - К сожалению, я уже сообщила и Совету Пятисот, и
службе безопасности, что ядерное оружие будет использоваться для акустических исследований.
- Можно ведь сказать, что вы не были абсолютно уверены, - заметил Гессе. - Чтобы не
допустить распространения слухов, вы доставили сюда оружие под предлогом акустических
исследований. Если предположения относительно радиации окажутся ложными, ничто не мешает вам
использовать бомбы по первоначальному назначению.
- Очень хитроумно, - согласилась Лайдоф. - Вы оба неплохо соображаете. - Морщины на ее
лице углубились. - И от меня требуется всего лишь стать соучастницей лжи, что даст вам в руки
рычаг, который вы сможете использовать против меня же. - Она покачала головой. - Напрасный
труд, полковник.
Фарадей вздохнул.
- Арбитр, что нужно сделать, чтобы достучаться до вас? Меня не интересуют ни власть, ни
рычаги, ни идея устранения вас. Все, чего я хочу, это открыть человечеству дорогу во вселенную, и
сделать это таким образом, чтобы иметь возможность спать спокойно. Это, наверно, слишком много,
да?
- Задайте этот вопрос своему другу мистеру Рейми, - резко ответила Лайдоф и встала. - Он -
единственное препятствие у вас на пути. Извините, но мне еще нужно подготовить сообщение для
Совета Пятисот.
Фарадей сделал глубокий вдох.
- В таком случае готовьтесь к бою. Я хочу использовать эти ядерные бомбы, чтобы решить
проблему Манты. И если вы встанете у меня н
...Закладка в соц.сетях
