Жанр: Научная фантастика
Танатонавты
...фыркнула Стефания.
- Сейчас мы с вами бессильны. Все люди, включая хашишинов, имеют право взобраться
на тот свет, а мы не в состоянии их проконтролировать на земле. Мы не можем начать
конфликт, пусть даже локальный, чтобы оградить Запредельный Континент, который
принадлежит всем и каждому.
Я еще никогда не размышлял над дипломатическими аспектами нашей разведки. Обычно
пионеры-первопроходцы втыкали флаг своей страны на открытой ими земле. Так родились
колонии. Сначала приходили разведчики, потом первые поселенцы, за ними торговцы и,
наконец, администраторы. Во время территориальных войн проводили новые границы, кому
как заблагорассудится, иногда даже по линейке, как во многих африканских странах. Но мы не
столбили никаких зон, куда сумели проникнуть, так что Запредельный Континент фактически
не принадлежал ни одной нации. По всей видимости, первый, кто решит применить силу,
"рискует" стать повелителем. Как на Диком Западе - кто смел, тот и съел!
Я по своей наивности всегда думал, что мужчины и женщины, овладевшие медитацией и
способные поставить свою жизнь на карту, то есть на пусковое кресло, были людьми
достойными, которых можно упрекнуть разве лишь в том, что они хотели расширить границы
познания.
Конец приключению, конец каскадерам от смерти, конец мистическим мечтам! С
популяризацией полетов на том свете стали воспроизводиться те же проблемы, что мы
пытаемся все время решить здесь. Но ведь там не играет роли, кто именно действует: секта,
шайка фанатиков или банда сволочей, - они могут оказаться могущественными, словно целое
государство. Горстка хашишинов, не более чем с полсотни убийц с размягченными мозгами,
угрожают захватить себе Рай, просто потому, что им первым взбрело в голову взять его силой!
Как им противостоять?
Президент Люсиндер выглядел обескураженным:
- Благоразумие, друзья мои. Важно избежать любых дипломатических инцидентов с
Ливаном, Ираном, а еще с Саудовской Аравией.
Стефания вознегодовала:
- Но ни Иран, ни Ливан, ни Саудовская Аравия не поддерживают хашишинов. Это враги
всех арабов.
- Даже другие шииты их ненавидят и питают к ним отвращение, - присовокупил один
из выживших раввинов.
- Да поймите же! - почти простонал Люсиндер. - Саудовцы вбили себе в голову
выстроить гигантский танатодром неподалеку от Мекки. Так каких наемников они могли
привлечь в авангардные войска? И ведь они же наши основные поставщики нефти, мы не
можем позволить себе роскошь их раздражать, даже ради нескольких мелких проблем
танатонавтики.
- Но ведь речь идет о жизни и смерти, - запротестовал Рауль.
- Сожалею, дети мои, но я прежде всего должен беспокоиться за семь миллиардов
существ на этой планете, у которых душа еще крепко сидит в теле. А в особенности меня
волнуют шестьдесят миллионов индивидуумов, из которых добрая половина - мои
избиратели, которые ездят на машинах благодаря нефти, которые одеваются в синтетику,
сделанную из нефти, которые обогреваются нефтью, которые...
- В таком случае, что если мы выясним, что саудовский эмир готов стать нашим
союзником? - вылетело у меня внезапно.
- В таком случае вам карт-бланш! - ответил глава государства, разводя руками.
170 - ТЕОЛОГИЯ КОРАНА
"Дaл Aллax пpeимyщecтвo ycepдcтвyющим cвoим имyщecтвoм и cвoими дyшaми
пepeд cидящими нa cтeпeнь. Bceм oбeщaл Aллax блaгo, a ycepдcтвyющим Aллax дaл
пpeимyщecтвo пepeд cидящим в вeликoй нaгpaдe".
Коран, Сура IV, 97 (Отрывок из работы Френсиса Разорбака, "Эта
неизвестная смерть")
171 - ДЕЛО УСЛОЖНЯЕТСЯ
Хашишины оказались лишь предтечей религиозной войны, которую мы не предвидели.
Конечно, с самого начала наших экспериментов мы видели клириков, с энтузиазмом
стремившихся первыми заграбастать мир мертвых, но нам и в голову не приходило, что
конфликт может принять такой размах.
Индуисты против мусульман, протестанты против католиков, буддисты против
синтоистов, иудеи против исламистов: вот лишь основные вероисповедования, первыми
пытавшиеся захватить подходы к Запредельному Континенту. Потом в списке противников
появились диссиденты и братства, жаждавшие автономии: иранские шииты против сирийских
суннитов, доминиканцы против иезуитов, таоисты школы Цу против сторонников Чан-цу,
лютеране против кальвинистов, либеральные евреи против евреев ультраортодоксальных и
антисионистов, мормоны против амишей, свидетели Иеговы против адвентистов седьмого дня,
адепты секты Муна против последователей сайентологии!
Я и не знал, что в теологии так много нюансов. Я обнаружил, что между людскими
религиями существует столько разногласий, что нет никакого смысла надеяться, что в один
прекрасный день верующие всех этих конфессий даже на том свете объединятся, охваченные
одним только желанием вселенского экуменизма.
Пока эктоплазмы пытались устраивать засады и кончать друг друга во имя своей веры, я
перечитывал записи, где Рауль скрупулезно перечислил все мифологии и теологии мира.
Обнаружилось, что между ними имеется множество точек соприкосновения. Мне показалось,
что все они пытаются изложить одну и ту же историю и передать одно и то же знание,
пользуясь разными притчами и метафорами.
Конфликт, отравивший чистоту небес, не преминул вызвать неприятную отдачу в нижнем
мире. Хашишинские террористы метнули в наш танатодром машину, набитую взрывчаткой.
Наши приветствия в адрес умельца, неуклюже смастерившего бомбу, что и взорвалась вместе с
ним в сотне метров от нашего здания!
Со своим обычным хладнокровием Рауль собрал нас в пентхаузе. Сейчас нас было
слишком много, чтобы рассиживаться на могильных камнях Пер-Лашез.
Он расстелил карту Запредельного Континента.
- Естественно, что религии хотят завоевать страну мертвых, потому что тот, кто
контролирует мир духов, также является повелителем мира материального. Представьте, что
это удастся сделать пакистанским мусульманам. Они тогда смогут заблокировать
реинкарнационные циклы индийских буддистов!
Стефания стала специалистом по эктоплазменному рукопашному бою. Она разработала
всевозможные приемы защиты своей серебряной пуповины.
- Нельзя пренебрегать возможностями для создания альянса, пусть даже самого
непривычного, - сказала она. - Мы потеряли двух своих друзей-раввинов в последнем
полете, но благодаря поддержке мусульман-бедуинов нам удалось уничтожить добрую дюжину
свирепых хашишинов. Таким образом, мы не можем вылетать, кроме как в составе достаточно
сильного подразделения, чтобы заставить отступить противника и продолжить нашу разведку.
В конце концов, именно в этом суть дела!
- Вместо того, чтобы выходить на задание вшестером или всемером, вылеты надо
производить десяткой или двадцаткой..., - задумчиво произнес Рауль.
- Точно, - с энтузиазмом поддержала Стефания. - Всегда побеждают те, кого больше.
Почему бы не вылетать пятью десятками или даже сотней?
- Все это очень хорошо, - заметил Фредди, - но сотни раввинов-танатонавтов просто
не существует.
- Да почему ограничиваться только раввинами? - сказал я. - Пора, наверное, вводить
объединенные резервы. Я, к примеру, заметил, что между Каббалой и И-Цзином очень даже
большое сходство.
Итальянка зааплодировала этой идее. На том свете она будет служить нашим послом.
Неделей позже двадцатка молодых азиатских послушников, которые на первый взгляд
были похожи друг на друга как две капли воды, стучались в ворота нашего танатодрома. Они
относились к монастырю Шао-линь, то есть к тому месту, где на протяжении тысячелетий учат,
что религия и рукопашный бой идут рука об руку. Шаолиньские монахи славились своей
репутацией непревзойденных мастеров кунфу. Они питались из источника науки и боевых
искусств. Уже давно они поженили между собой войну и медитацию.
Фредди в экстазе занимался разработкой новой эктоплазменной хореографии. Он
руководил уже не просто группой коммандос, но настоящей боевой эскадрильей, способной
сгруппироваться по образу летающей крепости.
Нашу небесную армию он называл "Альянсом". Альянсом всех религий доброй воли.
172 - ИСТОРИЯ ХАССИДОВ
Ребенок смотрел, как старик танцует и танцует, будто собрался это делать вечно.
- Дедушка, почему ты так танцуешь?
- Понимаешь, внучек, человек - это все равно что юла. Свое достоинство,
благородство и равновесие он обретает только в движении. Человек сам себя
распутывает, не забывай об этом.
Отрывок из работы Френсиса Разорбака, "Эта неизвестная смерть"
173 - ВОЙНЫ
Мы были не единственные, кто искал себе союзников. Хашишины, которые, казалось,
питают к нам личную ненависть, тоже отыскали себе неожиданных сторонников. Они назвали
свою армию Коалицией и устроили воинский призыв на танатодроме, размещенном в самом
сердце своей древней крепости Аламут. Для начала они связались с синтоистскими монахами
храма Ясукуни.
Там, в священном месте неподалеку от Токио , воздаются почести душам тех 2 млн. 464
тыс. 151 солдат, что пали в ходе всех войн императорской Японии.
Как бы то ни было, военные действия либеральных раввинов с послушниками Шао-линя
против хашишинских муфтиев с монахами Ясукуни серьезно замедлили освоение
Запредельного Континента. Произошли чудовищные баталии, как, например, 15-го мая, когда
двести солдат Альянса столкнулись с шестьюстами адептами Коалиции. Фредди, наш пацифист
Фредди, при этом сымпровизировал нечто такое, что вполне можно квалифицировать как
первый стратегический план эктоплазменного сражения.
Он послал взвод таоистов и раввинов в разведку боем, пока основные армейские силы
скрыто разворачивались вдоль рокады за первой коматозной стеной, отражая при этом атаки
пузырей воспоминаний. Битва по периметру венца воронки была столь жаркой, что коалисты
позабыли про существование Моха 1. Когда союзнический разведотряд прорвался за
коматозную стену, те кинулись вслед за ними, одновременно присматривая за пуповинами друг
друга. Но за стеной их поджидала на удивление недобрая встреча. По сути дела, они
напоролись там не на союзников, а на пузыри воспоминаний.
Наши воспользовались внезапностью и принялись обрывать как можно больше пуповин.
В тот день три сотни коалистов с хашишинами во главе оправились разглядывать глубинный
свет.
Со стороны Альянса оплакивать пришлось менее сотни тех, кого и так с самого начала
принято называть "мертвецами".
Фредди считал, что эта победа оказалось легкой оттого, что прошлое раввинов и бойцов
из Шао-линя было более светлым, чем у хашишинов. Наши солдаты не развлекались
убийствами в Ливане, не занимались всевозможными террористическими акциями. Им не надо
было оберегаться от жертв своего прошлого, как это выпало на долю их врагов.
Парадоксально, но именно эти эктоплазменные войны доказали ценность задачи
завоевания того света. По всему миру религии заново открыли для себя жажду действия, в то
время как - увы! - фанатики становились все более и более многочисленны. Кое-какие секты
даже попытались воспользоваться моментом, чтобы возвести себя в ранг общепризнанной
религии. К счастью еще, у человека ничего нет для войны на Запредельным Континенте. Нет
никакой возможности взять туда винтовки, пулеметы, ракеты и даже ножи. С другой стороны,
этот факт лишь придавал особую ожесточенность дракам, в которых гибли массы клириков.
В отсутствии фотоснимков и документальных кинолент журналы и газеты поначалу
только упоминали об эктоплазменных войнах. Но, как и всегда выступая флагманом
информационного обеспечения нашей тематики, журнал "Танатонавт-любитель " придумал
послать туда своего репортера, Максима Вийяна. Этот журналист, немой монах-траппист со
стажем, выработал у себя фантастическую зрительную память. Если других людей можно
назвать передатчиками, то он, вечно молчаливый, был приемником. Он запоминал события и
потом восстанавливал их во всех подробностях для своих читателей. Опять-таки для них же,
этот первый репортер-эктоплазменщик сделал несколько набросков тех жутких битв, что
разворачивались на том свете. Наконец-то настоящая война и никакой опасности для
обывателя. Сидя в своих креслах, мирные граждане с увлечением следили за невидимым
конфликтом.
Тыл - фронту, все для победы. На танатодроме "Соломенные Горки" нам пришлось
покинуть свои обжитые квартиры, чтобы уступить место новым пусковым креслам. С этих пор,
чтобы сокрушить противника, по меньшей мере по пятьдесят клириков Альянса должны были
вылетать одновременно.
Здание превратилось в поистине Вавилонскую башню. Тут и сям раздавались голоса на
бог знает каких наречиях, зачастую непонятных самим же фронтовикам, но, объединенные
общим желанием завоевать загробный мир, представители разных конфессий превосходно
взаимодействовали и разворачивали друг перед другом свою технику медитации и молебнов в
целях обмена опытом.
С каждым днем Альянс становился все более разнопестрым. К исходным либеральным
раввинам, монахам-таоистам и буддистским мудрецам присоединились отшельники-марабуты,
анимисты с Берега Слоновой Кости, тюркские муфтии, монахи-синтоисты с о-ва Хоккайдо
(традиционные соперники синтоистов Храма Ясукуни, кстати), греческие дервиши и даже три
алеутских шамана, шесть австралийских аборигенов-колдунов, восемь бушменских магов, один
филиппинский целитель, один пигмей (о чьих верованиях никто из нас не имел ни малейшего
понятия), а также один чадский волхв. Теперь наша армия насчитывала свыше двухсот
благочестивых солдат, живых доказательств того, что вполне возможно добиться совершенной
гармонии между всеми земными верованиями.
В пентхаузе, месте встреч нашего маленького мирка, царила безмятежная атмосфера.
Вдали от строгости своих монастырей, наши набожные товарищи обменивались невинными
шуточками и школьными подначками. Я, со своей стороны, тоже попытался не ударить лицом в
грязь и предложил им загадку:
- А вы знаете, как нарисовать круг с центром, не отрывая карандаша от бумаги?
Монахи и раввины были зачарованы этой головоломкой.
- Невозможно! - закончили они свои попытки таким восклицанием.
- Не более, чем открыть танатонавтику, - флегматично ответил я и показал им решение.
Позади себя я услышал, как Рауль, с места в карьер рвущийся решать головоломки,
предлагал одной ассистентке шараду Виктора Гюго:
- Во-первых, это болтунья-трещетка. Во-вторых, это залетная птица. В-третьих, найти
это можно в кафе. И в-четвертых, это кондитерское изделие.
Вот это тема для обсуждения. Тем более, что решение кажется простым. Пока Фредди
наигрывал на рояле Гершвина, а Амандина готовила свои знаменитые коктейли, я напрягал
мозги: "Во-первых, это болтунья-трещетка? Это сорока. Но раз сорока, то это и второе условие,
птица... Но что такое можно найти в кафе? Пьяницу, официанта, пиво?..."
174 - ИСЛАМСКАЯ МИФОЛОГИЯ
Согласно исламской традиции, Рай огромен и состоит из восьми кольцеобразных
террас. Омываемый четырьмя реками, Рай - это место удовольствий. Ничем не
озабоченные, там проводят время четыре калифа, десять первых людей, которых
Пророк обратил в ислам, а также его дочь, Фатима. У каждого по шестьдесят
павильонов, покрытых золотом и драгоценными камнями. Каждый павильон вмещает
в себя семьсот кроватей, это спальные места для гурий. В Рае находится семь зверей:
верблюд Илайи, овен Авраама, кит Ионы, кобыла Бораха, муравей и удод Соломона,
собака Семи Спящих.
Пророк предлагает всем своим гостям наслаждения разные, но ощущение они
дают одно-единственное: бесконечно чувственное.
Отрывок из работы Френсиса Разорбака, "Эта неизвестная смерть"
175 - БИТВА ЗА РАЙ
Экуменическая и добродушная атмосфера нашего танатодрома не заставляла нас, тем не
менее, позабыть реальность тяжелых боев этого только что разразившегося конфликта.
Альянс и Коалиция сломя голову бросились в безжалостную войну. Каждый день наши
танатонавты пробуждались, залитые потом, с дрожащими конечностями, и объявляли о новых
потерях. Фредди Мейер, наш раввин-хореограф, назначенный на пост главнокомандующего,
решил, что настал час перейти в великое наступление. Знаменитая "Битва за Рай" состоялась в
2065 году нашей эры. Рауль, Амандина и я с Розой изо всех сил пытались проследить за
сражением через нашу параболическую антенну, но все, что удавалось принять, это сигналы
страшного возбуждения, царившего среди душ. Позднее Максим Вийян в своем журнале
опубликовал довольно точное описание. Вот, почитайте:
БИТВА ЗА РАЙ
В газовой дымке умирающих звезд, окутывающей зев черной дыры, которую мы
называем Рай, я вижу приближение армии раввина Фредди Мейера, усиленной любезными
китайскими монахами, кроткими буддистами, впечатлительными австралийскими колдунами и
африканскими весельчаками-отшельниками. Диспозиция выглядит очень плотной. Легионы
Альянса стягивают вместе свои эктоплазмы для нанесения по противнику мощного,
обезвреживающего удара.
Войска Коалиции появляются несколькими минутами позже. В первой атакующей волне
левитируют синтоистские монахи, словно бомбардировщики, готовые пробить опустошающие
бреши в пуповинах. Приняв стойки каратистов, они крутят руками, чтобы исполосовать
противника ребрами ладоней, как невидимыми косами. Позади них, выстроившись в две
шеренги, ухмыляются хашишины, в то время как доминиканцы бубнят свои псалмы.
Небо кишит душами. К обеим армиям прибывают подкрепления со всех танатодромов
мира. С одной стороны, почти тысяча двести раввинов, анимистов, буддистов, каббалистов и
таоистов. С другой - тысяча триста синтоистских монахов, шаманов, хашишинов и
доминиканцев.
Во главе Альянса стоит раввин Мейер, телепатически отдающий боевые приказы войскам.
У коалистов - генерал Сику, великий японский стратег, передающий свои распоряжения.
Похоже, что после поражения 15 мая их души прошли подготовку по подавлению своих
наиболее болезненных воспоминаний, чтобы не погибнуть еще в черной зоне.
Как бы то ни было, они приняли решение на этот раз остаться на внешних подступах к
Раю, чтобы лучше контролировать движение пуповин противника. Что же касается войск
Альянса, то они разместились рядом со входом в воронку, повернувшись спиной к свету,
который, как они ожидают, будет засасывать и ослеплять врага.
Сику и Горный Старец подают сигнал к атаке, ухватившись обеими руками за свои
пуповины. Хашишины врезаются во фланг, защищенный анимистами и африканскими
колдунами. Либеральные раввины бросаются им на помощь, но их останавливают синтоистские
монахи, которые ребром ладони обрывают им пуповины, словно стебли цветков на клумбе. К
схватке присоединяются монахи-таоисты и доминиканцы.
Кажется, все оперативно-тактические планы пошли наперекосяк. Все выглядит будто
гигантская уличная драка среди звезд. Вокруг продолжают появляться и уходить в воронку
нормальные сегодняшние покойники, едва обращая внимание на все эти души, рвущие друг
друга зубами и когтями на периферии Рая.
В этот момент Альянс видит, что по причине низкой эффективности своих боевых
действий им грозит поражение. Они ныряют за первую коматозную стену. Уверенный, что
союзники не повторят свою тактику от 15 мая, генерал Сику приказывает своим войскам
осуществить преследование.
На ярусах второго мира, все более и более отвесных, благочестивые воины сталкиваются
со своими наиболее страшными воспоминаниями. Души парализует в этом месте, пахнущем
землей и смертью. Рвутся многочисленные пуповины и покойные солдаты уходят колонной к
свету. Трое хашишинов атакуют одного либерального раввина, который ставит точку в их
порывистых движениях, пользуясь финтами и уклонениями еврейского танца. В прыжке кунфу
рядовому монаху-таоисту удается одним взмахом обрубить шесть доминиканских пуповин.
Могиканин оказывается один на один с группой ирокезов. Плотная гроздь мунистов
противостоит сайентологам. Похоже, эти секты особенно стремятся биться друг с другом.
Возникают совершенно необычные группировки. Один африканский отшельник спасает
индонезийского шамана, захваченного в плен романско-католическим экзорсистом. Взвод
дзен-буддистских монахов исчезает на одном из контрэскарпов. Батальоны кидаются в прорыв,
пробитый сидящими в позе лотоса индийскими гуру в стенке юлы, образованной вертящимися
летучими дервишами.
Войска отходят на ротационную линию обороны, позволяющую прикрыть наиболее
измотанные подразделения. Полурота иезуитов впивается в ораву шиитских аятолла, чтобы
самим пасть затем под атакой хашишинов. Можно только склониться перед доблестью
коммандос секты друзов и крошечной группы алауитов.
Вот уже убит последний из могикан. За него мстят индейцы-чейены. Контратакуют
дервиши с поддержки отшельников-марабутов. Перегруппировавшись в сакральный
треугольник с секторами кинжального огня, дзен-буддистские монахи наконец рассекают
индонезийских шаманов и мчатся на помощь либеральным евреям.
Плети эктоплазменных пуповин хлещут, словно оборванные подтяжки. Солдаты
впиваются во врага зубами, рвут и гнут его во все стороны. Грязные приемы, подсечки
пуповин. Свет в глубине туннеля освещает эти дуэли мертвенно-белым сиянием. Перепуганные
и озверелые лица, бледно мерцающие в неоновом прожекторе. Вдали я различаю группы,
сцепившиеся своими пуповинами и выполняющие сложные маневры, зачастую обреченные на
провал. Ни малейшей жалости. Ни малейшего сострадания. Убей или умри.
Поначалу казалось, что союзникам сулил триумф, но над ними постепенно берет верх
злоба противника. Именно у Альянса больше всего оборванных пуповин.
Раввин Мейер телепатирует сигнал к отходу и закреплению за второй коматозной стеной.
По-прежнему с генералом Сику во главе, Коалиция преследует союзников. Но, пройдя через
Мох 2, они оказываются в красной зоне, полной наслаждений и удовольствий. После
болезненных воспоминаний, адепты грубой силы вынуждены столкнуться со своими
сексуальными фантазмами. Что за титаническая битва, где прозрачные чернецы пытаются
оборвать друг другу серебряные пуповины, одновременно с этим отпихивая от себя свои самые
потайные желания!
Трудно сказать, когда именно прекратился ужас и началась оргия. Доминиканцы и
хашишины оказались под самыми сильными ударами этих сексуальных видений, которые
атаковали в первую очередь именно их. Без сомнения, они в своей жизни страдали от тщетных
вожделений больше, чем евреи и буддисты, потому что их ряды косило десятками, в то время
как союзники, чья религия разрешала иметь жен и не накладывала табу на занятия любовью,
сопротивлялись с большим успехом.
Перехваченные распутными гейшами, которые во что бы то ни стало пытались поискать
под их пуповинами, генерал Сику и Горный Старец пустились наутек, а за ними последовали
все те, кто остался в живых из числа их эктоплазменного воинства.
Чему мы обязаны победой в этой битве за Рай? Без сомнения, эротическим видениям!
Максим Вийян
176 - МИФОЛОГИЯ АЦТЕКОВ
Ацтеки были убеждены, что кровь принесенных в жертву людей высвобождает
энергию, необходимую для правильной работы космоса, движения планет и
возвращения сезонов. Жертвы со вспоротыми грудными клетками и внутренностями,
налипшими на обсидиановые ножи жрецов, присоединялись к богам, во имя которых
их заклали, потому что когда-то эти боги были сами принесены в жертву ради
спасения мира. Таким образом, смерть людей представляет собой двигатель
Вселенной. Война - это не больше, чем средство для сбора топлива в виде пленных,
обреченных на заклание. И все же каждый из них добровольно склонялся перед своей
участью, уже подготовленный всем военным воспитанием ацтеков.
Отрывок из работы Френсиса Разорбака, "Эта неизвестная смерть"
177 - ЭКУМЕНИЗМ
Битва за Рай посеяла замешательство в рядах славных завоевателей того света. Столько
божьих людей погибло втуне... Ужаснувшись, доминиканцы спрашивали себя, как могли они
позволить фанатикам-хашишинам себя убедить. Они с негодованием и презрением взирали на
горстку выживших адептов этой секты, что укрылась в своей крепости. Доминиканцы с
содроганием вспоминали о тех злодеяниях, что совершили сами. Не ослушались ли они
гневных запретов римского Папы, чтобы теперь взаправду заслужить пламя геенны?
На наш танатодром "Соломенные Горки" они направили целую делегацию, ежесекундно
прося прощения и бормоча молитвы.
Не войнами проникают в мистерии Запредельного Континента. Теперь клирики всех
конфессий это понимали. Битва за Рай стала вехой исторического поворота в их отношениях.
Эпоха воинствующего противостояния уступила место всеобъемлющему взаимопониманию.
Перед аудиторией, обряженной в цветистые одеяния и выстроившейся в нашем пентхаузе,
слово взял Рауль:
- Будьте уверены в том, что все религии хорошие. Единственными недобрыми
намерениями обладают те отдельные индивидуумы, что претендуют на единоличное обладание
истиной. Зороастрийцы, алауиты, христиане, православные, мусульмане, иудеи, протестанты,
синтоисты, таоисты, шаманисты, колдуны, целители, отшельники и даже члены экзотических
сект - все ваши конфессии на данный момент обладают доступом к грандиозному общему
знанию. Сказочному знанию. Знанию величественной тайны смерти. Мы объединим наши
усилия, чтобы вскрыть эту тайну, потому что в ней кроется мистерия жизни. Все вместе,
воедино, мы откроем, в чем состоит великое "Зачем" нашего существования на этой земле и в
чем должно заключаться наше поведение. Религии - это поиск наилучшего способа, как
применить свое человеческое существование.
Монахи, колдуны, раввины и все прочие ему рукоплескали.
Один из японских дзен-буддистских монахов пояснил, что когда-то, во времена глубокой
древности, существовало не множество религий, а только одна, не множество диалектов, а
только один язык. Не было расходящихся философских взглядов, разобщенных культур, разной
мудрости, а одна и только одна истина. Люди ее забыли. Пользуясь языками, непонятными для
других, они свели на нет это древнее знание, позабыв его исходный смысл, погребенный под
бесчисленными последующими толкованиями. Так родились антагонизмы. Все расхождения
вызваны лишь недопониманием.
Взаимные объятия. Торжественные пожимания рук. Вселенский, экуменический договор,
подписанный на танатодроме "Соломенные Горки", освя
...Закладка в соц.сетях
