Жанр: Научная фантастика
Хроники Кадвола 1. Станция араминта
...рес, который нам и
нужен, так что мы не совершили непоправимой ошибки. С настоящего момента ты и
остальные члены Семинарии находитесь под арестом, по обвинению в преступных
действиях в отношении капитана Глауена Клаттука. Прикажи всем собраться здесь.
Заа не пошевелилась, чтобы исполнить приказание.
- Сюда ваша юрисдикция не распространяется, - хладнокровно заявила она, -
Мы живем по законам страны Лативлер. Или вы сейчас же уходите, или вы становитесь
нарушителями закона.
- Я сказал живо! - потерял терпенье Плок, - Если ты сейчас же не подчинишься
моему приказу, мои люди свяжут тебя и вытащат наружу.
Заа пожала плечами и повернулась к Мутису:
- Объяви общий сбор у входа.
Заа попыталась покинуть помещение.
- Ты куда? - спросил ее Глауен.
- Не твое дело.
- Ответь, пожалуйста, на вопрос, - вмешался Плок.
- Мне надо сделать кое-какие личные дела.
- Иди с ней и проследи, чтобы она не уничтожила никаких записей, - сказал Плок
одному из своих подчиненных.
- Тогда я подожду, - сказала Заа.
Мономантики спустились вниз и вышли наружу, щурясь от утренних лучей Зонка.
- Это все? - спросил Плок Заа.
- Все здесь? - спросила Заа, взглянув в сторону Мутиса.
- Все.
- Здесь было совершено преступление, - обратился Плок к собравшимся, - Его
полный смысл мне еще не ясен, но нет никакого сомнения, что преступление довольно
серьезное. На каждом из вас лежит часть вины. Не играет роли то, что кто-то не принимал
активного участия в содеянном, или кого-то это не касалось, или то, что кто-то был занят
своими делами. В той или иной степени виноваты все, и все должны понести
соответствующее наказание.
Глауен с растущим беспокойством всматривался в лица собравшихся.
- На мой взгляд, здесь не хватает, по крайней мере, одного человека, - сказал он,
- Где Лило?
Никто ничего не ответил и Глауену пришлось адресовать этот вопрос
непосредственно Заа:
- Где Лило?
- Ее здесь нет, - с холодной улыбкой ответила Заа.
- Это я и так вижу. Где она?
- Мы не обсуждаем наши внутренние дела с посторонними.
- Я не собираюсь ничего обсуждать. Я требую ответа на поставленный вопрос. Где
Лило?
- Я не имею права давать такую информацию.
Один из Мономантиков, молодой юноша, стоявший несколько в стороне,
отвернулся, с таким видом, как будто испытывал отвращение.
- Скажи мне, где Лило? - обратился к нему Глауен.
Заа резко обернулась в их сторону:
- Не смей ничего говорить, Дантон.
- Я вас очень уважаю, но это полицейские офицеры высокого ранга, -
безразличным тоном возразил юноша, - Я обязан отвечать на их вопросы.
- Именно так, - поддержал его Глауен, - Ответь, пожалуйста, на мой вопрос.
Дантон бросил косой взгляд в сторону Заа и заговорил:
- Где-то около полуночи они обнаружили, что вы исчезли. Мы все в своих
комнатах слышали яростные крики и гадали, что же там произошло.
- Около полуночи, говоришь?
- Немного позже. Мне трудно сказать точно.
Где-то сразу после полуночи, когда Глауен подъезжал к Разбитому, его и настиг тот
импульс смеси ярости и ненависти: вполне возможно, что это была телепатическая
посылка из Семинарии, но никаких доказательств что это не случайное совпадение не
было.
- И что случилось потом?
- Дантон, тебе больше не следует ничего говорить, - опять попыталась вмешаться
Заа.
Но Дантон, не обращая на нее внимания монотонно продолжал:
- Поднялся большой переполох. Во всем обвинили Лило. Говорили, что это именно
она принесла вам лишние простыни, и не хотели слушать никаких ее оправданий. Мутис и
Фуно посадили ее в клетку. Ветер был сильный и холодный. Утром она была уже мертва.
Мутис и Фуно взяли ее тело, отнесли на другую сторону холма, где находится мусорная
яма и выбросили ее туда.
Глауен повернулся к Заа.
- Лило не имела никакого отношения к простыням. Я взял их два месяца тому
назад, когда первый раз попал в ту комнату. Я бы уже тогда убежал, если бы меня не
посадили в гробницу. Лило и понятия не имела о моих планах.
На это Заа ничего не ответила.
- Ты убила девушку, не имея для этого никаких оснований, - закончил Глауен.
- Ошибки случаются всегда и везде, - заметила Заа, продолжая стоять
неподвижно, - Каждое мгновение в Сфере Гаеана происходят тысячи подобных ошибок.
Они характерны для любой цивилизации.
- Может и так, - согласился Плок, - Но функции ИПКЦ заключаются в том,
чтобы свести к минимуму подобные ошибки. А что касается данного случая, то мне все
ясно. Ты держала пленником Глауена Клаттука, а после его побега, ты убила невинную
девочку. Если верить слухам, а слухи на пустом месте не рождаются, ты убила еще и
множество невинных туристов. Я прав в своем предположении?
- Мне не чего сказать по этому поводу. Ваше мнение и без этого уже
сформировалось.
- Это правда, - согласился Плок, - Я уже принял решение, - теперь он
обратился ко всем собравшимся, - Этот дом - рассадник заразы и должен быть очищен.
Быстро соберите свои личные вещи и возвращайтесь сюда. Я отвезу вас в Фексельбург,
где вина каждого будет рассмотрена в отдельности. Эта команда не относится к Мутису,
Фуно и Орден Заа. Вы втроем прогуляетесь со мной на ту сторону холма к мусорной яме.
Личные вещи при этом вам не понадобятся.
Фуно с печальным лицом неуверенно взглянула на Заа. Мутис мрачно стоял,
погрузившись в свои мысли.
- Это полная нелепица, - резко заметила Заа, - Я еще никогда не сталкивалась с
такой бессмыслицей.
- Лило, возможно, думала тоже самое, когда ее вели на смерть, - заметил Плок, -
Такие идеи всегда кажутся абсурдными, когда они касаются непосредственно тебя.
Однако, это ничего не меняет.
- Я хочу позвонить по телефону.
- В полицию Фексельбурга? Не стоит. Я хочу сделать им сюрприз.
- Тогда я должна написать несколько писем.
- Кому?
- Орден Кли в Строк и другим Орденам.
- Например? - спросил Глауен, стараясь говорить безразличным голосом.
- Я передумала и не буду ничего писать, - резко заявила Заа.
- Одна из них это мадам Зигони, которая живет на ранчо в мире Розалия? - быстро
спросил Глауен.
- Мы и так уже слишком далеко зашли. Делайте свою грязную работу и
убирайтесь.
- Практичное предложение, - согласился Плок, - Не будем разводить здесь
церемоний.
Он сделал три метких выстрела.
- Ну вот, работа сделана, - сказал Плок, на какое-то мгновение задержав взгляд на
трех телах.
"Как все быстро закончилось! - подумал Глауен. - Фуно больше ни о чем не
думает, Мутис больше не испытывает сомнений, а Заа унесла с собой все свои знания".
Плок повернулся к изумленному Дантону:
- Оттащи эти тела в помойную яму. Возьми какую-нибудь тележку, или тачку,
можешь смастерить носилки, в общем, как хочешь. Можешь взять себе в помощь двухтрех
человек покрепче. Когда закончишь, присоединяйся к остальным.
Дантон принялся было исполнять приказ Плока, но Глауен остановил его.
- Почему эта лестница между вторым и третьим этажами считается опасной?
Дантон с опаской взглянул на тела, как будто пытаясь убедиться, что они его не
слышат.
- Когда на третий этаж приводили кого-нибудь из посторонних и удерживали его
там против его воли, а это было гораздо чаще, чем вы думаете, то Мутис натягивал вдоль
верхней ступеньки провод и пропускал по нему ток. Если кто-то пытался воспользоваться
лестницей, до его находили внизу с переломанными костями. Потом, не зависимо от того
живой он или мертвый, его относили к помойной яме и выбрасывали туда.
- И никто не протестовал?
- Когда прилежно и внимательно изучаешь Синтораксис, то не замечаешь того, что
твориться вокруг, - улыбнулся Дантон.
Глауен отвернулся.
- Занимайся трупами, - напомнил Плок Дантону.
7
Опустевшая Семинария была, казалось, наполнена тысячью шепчущих голосов.
Глауен, Плок, Кайлт и Нардюук стояли в зале для совещаний на первом этаже.
Неожиданно Плок сказал:
- Хотя я и не суеверный человек, но этот шепот призраков меня определенно
раздражает.
- А меня не тревожит ни Заб Зонк, ни его призрак, - заметил Глауен, - на самом
деле, я даже был бы рад такой компании.
- Во всяком случае, нам надо попробовать рискнуть и подняться на третий этаж,
вполне возможно, что там остался кто-то из учеников настолько погруженный в изучение
Мономантики, что не слышал нашу команду.
- Сходите втроем. А с меня верхних этажей уже достаточно. Когда будете
проходить мимо кухни, то погасите очаг, а то похлебка пригорит больше обычного.
Плок со своими двумя помощниками начал подниматься по лестнице. А тем
временем Глауен начал обследовать первый этаж. Он обнаружил личные покои Заа и ее
кабинет: огромную комнату с выкрашенными в бледно-желтый цвет стенами,
обставленную лампами странной конструкции, застланную черным и зеленым коврами и с
мебелью покрытой темно-красными чехлами. На полках стоял всевозможные книги, все
светского содержания. Он обыскал письменный стол, но не нашел там никаких записей,
адресов, писем и прочих материалов, которые могли бы его заинтересовать. И все же было
очевидно, что Заа стремилась уничтожить какие-то свидетельства. Какие и где? Или они
не поняли ее намерения? В выдвижном ящике стола Глауен обнаружил небольшой сейф, в
котором лежала большая сумма денег. Он вынул сейф из ящика и под ним обнаружил
фотографию, на которой была изображена дюжина женщин, стоящих, по всей видимости,
в каком-то саду. Очевидно, фотография была сделана не на Тассадеро. Одной из женщин
была Заа, правда моложе лет на десять пятнадцать. В другой женщине он узнал Сибилу.
Остальные были ему неизвестны. Должно быть, здесь же находилась Кли из Строка, а
также мадам Зигони из Розалии. Никаких подписей или знаков на фотографии не было.
Глауен запихал фотографию во внутренний карман куртки: агентов ИПКЦ эта
информация не должна была заинтересовать.
Сдерживая отвращение, Глауен обыскал личные апартаменты Заа, надеясь там найти
документы, адреса, письма, фотографии или журналы. Но, как и в предыдущем случае,
ничего примечательного он не обнаружил: никаких ссылок на мадам Зигони из Розалии
или другое знакомое имя.
С верхних этажей спустился со своей командой Плок. Глауен отвел их посмотреть
на гробницу Зонка. Там все еще, отбрасывая желтый свет на стены, горела лампа.
Глауен открыл дверь в гробницу, но так и не сумел заставить себя войти туда еще
раз.
- Вот она, - сказал он, - помост, ручеек, тоннель и все прочее.
Плок осмотрел пещеру.
- Никаких сокровищ не вижу, - заявил он.
- Я тоже ничего не нашел, хотя за неимением лучшего занятия, осмотрел все очень
внимательно. Никаких потайных дверей, ни вынимающихся камней, ни съезжающих
панелей и никаких сокровищ.
- Но, во всяком случае, это не нашел дело, - сказал Плок, - Теперь я посмотрел
на гробницу Зонка и готов к отъезду.
- Я тоже видел все, что меня интересовало, - заявил Нардюук.
- Я так же ничего не упустил, - согласился Кайлт.
- Я здесь чего только не насмотрелся, - вздохнул Глауен, - И очень хочу
убраться подальше.
Глауен отвел всю компанию в кабинет Заа и вывалил на стол содержимое сейфа.
Плок сосчитал деньги.
- Получается примерно девять тысяч солов, плюс-минус несколько динкет, - на
какое-то мгновение он задумался, потом повернулся к Глауену, - На мой взгляд
мономантики нанесли тебе большой ущерб, который трудно выразить в цифрах. Давай
будем считать, что они должны тебе по тысяче за каждый потерянный месяц и тысячу за
моральные страдания. За несколько секунд мы пришли к решению, которое в суде бы
могло занять несколько месяцев, а за это время неизвестно чтобы могло случиться с этими
деньгами. Вот вам и приговор: Семинария Мономантики должна возместить ущерб в
размере трех тысяч солов.
Глауен запихал деньги в карман.
- Все кончилось намного лучше, чем я ожидал. Я найду этим деньгам хорошее
применение.
Все четверо вышли из Семинарии и начали спускаться с холма.
В пасмурный зимний день, ближе к полудню, из облаков над станцией Араминта
вынырнул космический корабль "Солнечный Луч" и приземлился на космодроме рядом с
терминалом. Среди пассажиров был и Глауен Клаттук. Он первым делом нашел телефон и
позвонил в Дом Клаттуков. Сегодня был день недели, известный под названием Смоллен;
все Клаттуки должны были собираться на еженедельный Домашний ужин. Но вместо
голоса отца, он услышал металлический голос автоответчика:
- С кем вы хотите говорить, сэр?
"Странно", - подумал Глауен, он звонил в комнаты, в которых жил вместе с отцом.
- С Шардом Клаттуком.
- Он сейчас отсутствует. Хотите оставить сообщение?
- Никаких сообщений.
Глауен позвонил в Дом Вуков. Мажордом ответил ему, что Бодвин Вук в данный
момент находится на Домашнем ужине и велел тревожить его только в случае важных и
неотложных событий.
- Скажите ему, что Глауен Клаттук очень скоро прибудет в Дом Вуков. На самом
деле я только заскочу в Дом Клаттуков и перекинусь парой слов с отцом.
- Я передам ему ваше сообщение, сэр.
Глауен направился к ряду такси, выстроившихся недалеко от терминала, он подошел
к первой попавшейся свободной машине. Водитель заинтересованно проследил, как
Глауен укладывал свои вещи в багажник. Водитель был незнакомого для Глауена типа:
смуглый парень с острыми чертами лица, умными глазами и непослушной копной темных
волос. Очевидно, он относился к новой партии рабочих, которыми заменили йипи.
Глауен уселся на пассажирское сиденье. Водитель отложил в сторону журнал,
который читал переде этим, и с дружеской улыбкой взглянул через плечо.
- Куда едем, сэр? Вы только назовите куда надо и можете не беспокоиться: мы
прибудем туда быстро и плавно! Меня зовут Максен.
- Отвезите меня в Дом Клаттуков, - попросил Глауен.
В старые дни водитель-йипи был бы не столь любезен, но вот управиться с багажом
обязательно бы помог.
- Отлично, сэр! Едем к Дому Клаттуков.
Глауен наблюдал как за окном мелькают знакомые картины и у него появилось
чувство, что он отсутствовал много-много лет. Все было тоже самое, и все было каким-то
другим, как будто он смотрел теперь на все это совсем другими глазами.
Максен бросил через плечо взгляд в сторону Глауена.
- Первый раз здесь, сэр? Судя по вашим одеждам, вы откуда-то из Соума, или из
Аспергиля, который в самом конце Хлыста. Ну ничего, я вам кое-что подскажу. Это
замечательное место. Я бы даже сказал уникальное.
- Да, возможно, так оно и есть.
- Лично я нахожу местный народ несколько странным. Популяция здесь явно
вырождается, тут даже нечего говорить, а в результате этого все они, скажем так, немного
эксцентричны. Это сразу же чувствуется.
- Я - Клаттук из Дома Клаттуков, - сказал Глауен, - Я просто какое-то время
был в отъезде.
- Вот оно что! - Максен изобразил на лице подобие печали. Затем пожал плечами,
- Пусть так. Особых изменений вы здесь не найдете. Здесь ничто не меняется; ничего не
случается. Мне бы хотелось, чтобы они открыли бы здесь хорошенький танцевальный зал.
Или казино вдоль берега. Почему бы не поставить маленькие забегаловки с жареной
рыбой? Они бы не прогорели. Этому месту нужен какой-то прогресс.
- Может и так.
- Так вы говорите, что вы Клаттук? И к какому племени вы относитесь?
- Я Глауен Клаттук.
- Рад познакомиться. В следующий раз я узнаю вас с самого начала. Ну вот и Дом
Клаттуков. На мой вкус, так уж слишком великоват.
Глауен вышел из машины и начал выгружать багаж, в то время как водитель
продолжал сидеть на своем месте, барабаня пальцами по баранке. Глауен заплатил
стандартный тариф. Шофер принял деньги и вскинул брови:
- А чаевые?
Глауен медленно повернулся и уставился на водителя.
- Ты мне помог погрузить багаж?
- Нет, но...
- Ты мне помог его выгрузить?
- Нет, но говоря...
- Разве ты не сказал, что я вырождаюсь, что я эксцентричный, подразумевая при
этом, что я еще и слабоумный?
- Это была шутка.
- И теперь догадываешься, куда делись твои чаевые?
- Да, сэр. Их не будет.
- Правильно думаешь.
- Хлыщ, - проворчал водитель и быстро отъехал от дома, держа локти помодному
высоко поднятыми.
Глауен вошел в Дом Клаттуков и пошел прямо в свою старую квартиру, которая
находилась на втором этаже восточного крыла. Он открыл дверь, и застыл на пороге.
Здесь все изменилось. Солидная старая мебель уступила место на легким угловатым
конструкциям из стекла и металла. На стенах висели аляповатые абстрактные картинки.
Старый ковер был заменен новым ярко-желтого цвета. Даже запах был другим.
Глауен медленно прошел внутрь с удивлением озираясь по сторонам. Неужели его
отец сошел с ума? Он прошел в гостиную и здесь обнаружил грудастую молодую
женщину, стоящую перед высоким зеркалом и, очевидно, поправлявшую прическу, перед
тем, как спуститься на домашний ужин. Взглянув на ее отражение, Глауен узнал в ней
Друсиллу, супругу Арлеса и все еще активную участницу труппы Флореста.
Друсилла заметила в зеркале отражение мужчины и повернулась с выражением
легкого удивления.
- Это ты, Глауен? Что ты здесь делаешь?
- То же самое я хотел спросить у тебя.
- А меня-то почему? - удивилась Друсилла, надув губы.
- Потому что это моя квартира, - начал терпеливо объяснять Глауен, - Я живу
здесь вместе с отцом. И вот я возвращаюсь и обнаруживаю здесь этот ковер идиотского
цвета, дурной запах и тебя. Мне даже не придумать всему этому достойного объяснения.
Друсилла рассмеялась булькающим контральто.
- Все очень просто. Цвет у ковра называется головокружительный цветок, пахнет,
несомненно Гортоном. А я единственная и неповторимая. Как я понимаю, ты еще не
слышал новости?
Неприятный холодок пробежал по спине Глауена.
- Я только что с корабля.
- Тогда вся понятно, - Друсилла неуклюже изобразила на лице печаль, - Шард
поехал в патруль и не вернулся. Это было несколько месяцев тому назад. Он так и не
вернулся и определенно так там и погиб. Уверена, что это для тебя большой удар. С тобой
все в порядке?
- Да. Со мной все в порядке.
- Короче говоря, комнаты пустовали и мы в них въехали. А сейчас извини,
пожалуйста. Можешь остаться здесь и отдохнуть сколько хочешь, а мне пора на ужин, а
то я получу головомойку.
- Я тоже пойду, - сказал Глауен.
- Я уже и так опаздываю, - оправдывалась Друсилла, - Здесь это такое ужасное
преступление, Арлес опять начнет раздражаться.
Глауен спустился за Друсиллой в фойе, где остановился, прислонившись к
балюстраде. Он никак не мог поверить, что его отец, его дорогой любимый отец мертв,
что он лежит где-то раскинув руки и уставившись в небо невидящими глазами! У Глауена
подкосились ноги и он присел на скамейку. Он почувствовал чье-то присутствие, поднял
глаза и увидел идущую к нему Спанчетту. Она остановилась, положила одну руку на
бедро, а другой принялась играть кисточкой своего алого пояса. Как всегда, она была
одета очень броско, в этот вечер над великолепной шапкой ее кудрей качалось три
длинных пера.
- Друсилла сказала мне, что ты здесь, - начала Спанчетта, - Похоже она уже
сказала тебе новость.
- Ты имеешь в виду новость про Шарда? Это точно?
Спанчетта кивнула:
- Он летел очень близко от горы Махадион во время шторма и в него ударила
молния. По крайней мере такова теория. А больше Друсилла ничего тебе не сказала?
- Только то, что они с Арлесом въехали в нашу квартиру. Им придется выехать
обратно и немедленно.
- Ошибаешься. К несчастью для тебя, у Арлеса и Друсиллы родился сын, Гордон.
Он родился раньше твоего дня рожденья, поэтому получил все преимущества. Таким
образом твой ИС оказался 21 и ты не получил статуса агентства. Теперь ты внештатник и
не имеешь никаких прав на эти комнаты. На данный момент ты и в Доме-то находишься
незаконно.
Глауен уставился на Спанчетту в немом удивлении. Вильнув бедром, Спанчетта
сделал шаг в сторону и сказала:
- Возможно, что сейчас и не время об этом говорить, но твои претензии были с
самого начала чрезмерны, так что жаловаться тебе не на что.
Где-то в глубине у Глауена проскочила ироничная мысль: ну вот, Спанчетта,
наконец-то, отомстила Шарду за все; с большой задержкой, после его смерти, но все же
любая месть лучше, чем никакая.
Спанчетта развернулась в сторону обеденного зала. Уже через плечо она сказала:
- Успокойся, Глауен, ты должен смириться с реальностью; ты еще ребенком все
время капризничал. Ты найдешь себе подходящее жилье в другом месте и, несомненно,
тебе подберут какую-нибудь полезную работу.
- Ты права, - согласился Глауен, - Капризничать нельзя.
Он поднялся и широким шагом почти пробежал по фойе и выскочил на улицу. Он
уже шел по улице, когда что-то вспомнил, резко остановился и снова направился к Дому
Клаттуков. В конторе мажордома, находящейся рядом с фойе, он спросил у дежурного
привратника:
- Где моя почта? Мне должны были приходить письма.
- Не знаю, сэр. У меня ничего нет.
Глауен снова вышел из Дома Клаттуков. Он направился в Дом Вуков. Дежурный
привратник у входа в дом, услышав имя Глауена, сделался сразу очень вежливым:
- Сэр Бодвин Вук сейчас на ужине, но просил сообщить ему о вашем приходе сразу
же, как только вы появитесь. Минуточку, сэр.
Привратник сказал что-то в переговорное устройство и внимательно выслушал
ответ.
- Сэр Бодвин Вук, - повернулся он к Глауену, - Просит вас присоединиться к
нему за столом.
Глауен с сомнением посмотрел на свою поношенную дорожную одежду.
- Думаю, я несколько неподходяще одет.
- Я сказал об этом, но для вас все равно подготовили место. Следуйте за мной,
пожалуйста.
Бодвин Вук ожидал его в холле. Он сразу же взял руки Глауена в свои.
- Ты уже слышал про Шарда?
- Значит это правда?
- Он вылетел на флаере и больше не вернулся. Это все, о чем можно говорить с
уверенностью. Возможно, он жив. Но, скорее всего, мертв. Не надо, конечно, говорить,
что я разделяю твое горе. Скажи мне в двух словах, что ты узнал.
- От Спанчетты я узнал, что мне посчастливилось стать внештатником. Кроме
этого я выяснил, что экскурсии на остров Турбен организовывал Флорест. На Тассадеро
он организовал мое убийство. Но, как видите, мне удалось бежать. Вас заинтересует вся
эта история. Флорест сейчас на станции Араминта?
- Да, здесь. Вернулся из тура и вынашивает новые грандиозные планы.
- Вы должны арестовать его немедленно, момент, пока он не узнал, что я вернулся.
- Успокойся! - тихо рассмеялся Бодвин Вук, - Сегодня Флорест полностью в
нашем распоряжении! На самом деле, он сидит за столом в полуметре от тебя! Он с
удовольствием пьет наше лучшее вино и ухаживает за дамами так, как за ними еще никто
не ухаживал. Ты будешь сидеть как раз напротив него. Великолепная ситуация! А что
Кеди? Он что-то темнит и я ничего не могу от него добиться.
- Кеди предал меня. Он не может ссылаться на свое психическое расстройство,
чтобы оправдаться.
Бодвин Вук печально покачал головой.
- Вот еще одна трагедия. Такое впечатление, что они нанизываются одна на другую
и никак не хотят остановиться. Пойдем.
Они вошли в обеденный зал и сели за стол. Глауен оказался между Бодвином Вуком
и Тисией. Напротив него на другом конце большого круглого стола сидел Кеди, рядом с
которым расположился Флорест. Оба были заняты разговором и какое-то время не
замечали присутствия Глауена.
- Это тот случай, который сам Флорест посчитал бы за драматический
кульминационный момент, - прошептал Глауену на ухо Бодвин Вук, - Напряжение
растет, а парочка сидит и ни о чем не подозревает.
Глауен кивнул. Он внимательно следил за Кеди, при этом у него где-то внутри
шевельнулось отвращение. Казалось, что в данный момент Кеди совершенно нормально
себя чувствовал. Куда только девались его приступы депрессии и капризов, которые
постоянно одолевали его во время расследования! Наоборот, он словно помолодел: его
круглое розовое лицо, фарфоровые голубые глаза и невинная улыбка напоминали те дни,
когда он был особенно популярен.
Глауен наблюдал за ним с восхищением. Это был вовсе не тот Кеди, которого он
видел в последний раз в Фексельбурге. Вот Кеди поднял голову, чтобы промокнуть губы
салфеткой. Его взгляд упал на Глауена и он застыл. Его плечи медленно опустились, он
бросил взгляд вдоль стола, с его лица сползло веселое выражение.
- Здесь не видно ни безумия, ни ошибки, - прошептал Бодвин Вук в ухо Глауена,
- Здесь наблюдается бесспорная и очевидная виновность. Мне не нужно больше никаких
доказательств. Какой стыд. Мне следует пересмотреть его родословную.
- Он очень изменился с того момента, когда я видел его последний раз. Терапия
Флореста делает чудеса. Смотрите! Он рассказывает новость Флоресту. Еще один
испорченный ужин.
Как только Кеди закончил говорить, Флорест вскинул свою изящную голову, и как
бы про между прочим окинул взглядом стол, скользнув глазами и по Глауену. Затем он
полуобернулся налево и начал разговаривать с леди Дорной Вук, которая сидела от него
по левую руку.
Глауен выдержал паузу, а затем через весь стол спросил:
- Мастер Флорест, вы, кажется, только что вернулись из поездки.
Флорест бросил в его сторону быстрый холодный взгляд.
- Да, как видите.
- И как, поездка была успешной?
- Вполне обычной. Как всегда, мы делали все, что в наших силах, и надеялись на
самое лучшее. Наше кредо - оптимизм.
- Похоже, что у нас появились общие знакомые на Тассадеро.
- Правда? Но это совсем не удивительно. Каждую неделю я встречаю тысячи
разных людей и, конечно, я далеко не всех запоминаю, разве что - ха, ха - самых
очаровательных.
- Вы считаете, что Орден Заа очаровательна?
- Орден Заа? Кто это такая? Да и кому до нее какое дело? На данный момент меня
интересует только эта восхитительная рыба.
- В таком случае, могу сказать только то, что Орден Заа шлет вам свой привет.
Правда, нынче у нее не самые счастливые времена. Вы не в курсе ее неприятностей?
- Нет.
- Она была замешана в серии чудовищных преступлений, который привлекли
внимание ИПКЦ. Они, возможно, даже вызовут вас, чтобы подтвердить кое-какие ее
утверждения. Или могут обратиться в свой местный филиал, которым является Бюро В.
- Это определенно ни в коей мере не касается меня, - заверил мастер Флорест и,
повернувшись к леди Дорне продолжил свой разговор.
Тисия, которая уже высказала свое заме
...Закладка в соц.сетях
