Жанр: Научная фантастика
Рассказы из клуба любителей фантастики
"Техника Молодежи"
Клуб любителей фантастики
Д.Вульф "Безголовый" (КЛФ)
С.Сухинов "Звездный рокер" (КЛФ)
Г.Колесник "Встреча" (КЛФ)
О.Кулагин "Конец игре" (КЛФ)
Б.Зотов "Вирус покорности" (КЛФ)
М.Лейнстер "Эта земля..." (КЛФ)
Р.Баландин "Схематизатор Пупова" (КЛФ)
Б.Чандлер "Клетка" (КЛФ)
Л.Романчук "Запах триасового леса" (КЛФ)
К.Л.Мур "Красавицы Менги" (КЛФ)
Александр Полонский "Твоя колдунья" (КЛФ)
Сергей Криворотов "Последний бюрокретин" (КЛФ)
Ренат Янбухтин "Ядерная война 53 года" (По следам катастроф)
Майя Быкова "Горные феномены: белая дева, черный альпинист..." (АТС)
Андрей Ефимов "Мы сами плели паутину свою" (Интернет)
Наталия Околитенко, Данило Кулиняк "Дождь и снег" (КЛФ)
Рудольф Баландин "Наперекор космическому порядку" (Космисты)
Владимир Михановский "Случайные помехи" (КЛФ)
Михаил Салтыков "Заземление" (КЛФ)
Андрей Калинин "Что желаете?) (КЛФ)
Юрий Медведев "Раба до скончания времен" (КЛФ)
А.Карташкин "Три искуса в два захода"(Невероять)
Владимир Егоров "Случайник и Гав" (КЛФ)
Виталий Правдивцев "Загадочные шары (Невероять, ТМ 04/98)
Юрий Медведев "Беатрисса (КЛФ, ТМ 04/98)
Константин Смирнов "Не придется ли закрывать открытие гробницы Тутанхамона?" (АТС, ТМ 04/98)
Александр Афанасьев "Троянский саркофаг"
Вячеслав Куприянов "Неправильная эволюция, Поход по Топску, Путь наверх (КЛФ, TM N 05/98)
Андрей Ефимов "Зараза особого рода" (О вирусах)
Елена Грушко "Птицеглавые" (КЛФ)
Андрей Ефимов "Зараза особого рода" (О вирусах)
Митрофан Орлюк "Не свисти в телефонную трубку" (ТМ N 6/98)
Юрий Юша "Кракен" (АТС)
Владимир Флеров "Загубленный хутор" (Невероять)
В.Псаломщиков "Багровый туман" (АТС)
Константин Смирнов "Два таланта Михаила Шолохова"
Иван Панкеев "Украденная аура" (КЛФ)
Александр Косарев "Загадка зеркальных параболоидов" (АТС)
Сергей Демкин "Внештатная ситуация космонавта Аксенова" (Невероять)
В.Орлов "А если без предубеждений?" (НЛО)
Мишель Демют "Голубой берег" (КЛФ)
Юрий Охлопков "Безопасное оружие" (КЛФ)
Виталий Правдивцев "Магия зеркал" (Невероять)
Евгений Баринов "Потомству в пример" (АТС)
Вячеслав Куприянов "Сверхсветовик" (КЛФ)
Наталия Новаш "Переводные картинки из книги Тир" (КЛФ)
Андрей Дмитрук "Болеро Равела: Неожиданный финал (фантастический триллер) (КЛФ)
Юрий Медведев "Желанна, труднодоступна, порой фальшива"
Людмила Щекотова "Запахи: приворотные зелья бизнеса и любви"
Анатолий Карташкин "Тридцать метров над лужей" (Невероять)
Рудольф Баландин "Со всеми, для всех!"
Пора признать: взрыв был (о Чернобыле) (Сенсации)
А.Н.Боровых "В XXI столетии генералам безработица не грозит (Прогнозы)
Александр Болонкин "Добро пожаловать в бессмертие (Прогнозы)
Вл.Потресов "И натянул он тетиву" (КЛФ)
Вадим Александров "Аудиополстергейст курского производства" (Невероять)
Валентин Гончаров "Дом" (КЛФ)
Борис Воробьев "Где она, Золотая Баба? (АТС)
Владимир Егоров, Дмитрий Гаврилов "Последняя битва дедушки Бублика (КЛФ)
Алексей Цветков "Звездный гладиатор" (КЛФ)
Николай Воронов "Бочка (КЛФ)
Клуб любителей фантастики
Джин Вульф (р. 1931) - один из самых ярких представителей "новой
волны" в американской фантастике. Воевал в Корее, работал инженером в
фармацевтической фирме, с 1984 г. - профессиональный писатель, хотя
фантастику пишет с 1966 г. Наибольшей популярностью как у читателей, так и
у критиков пользуются его романы из серии "Книга Нового Солнца". Так,
первый роман тетралогии - "Тень палача" (1980) - завоевал Всемирную премию
фэнтези-81 и Британскую премию НФ-82; второй - "Клешня миротворца" (1981) -
"Небьюла"-81 и премию журнала "Локус"-82; третий - "Меч Ликтора" (1982) -
Британскую премию НФ-83 и премию журнала "Локус"-83; наконец, четвертый -
"Цитадель автарка" (1983) - мемориальную премию им. Дж. Кэмпбелла-84. Не
меньший интерес представляют и рассказы Дж. Вульфа, многие из которых также
получили престижные награды в США и других странах. Рассказ "Безголовый"
("The Headless Man") впервые опубликован на языке оригинала в 1972 г. в
антологии "Universe2" под редакцией Терри Карра, (с) 1972.
Джин ВУЛЬФ
БЕЗГОЛОВЫЙ
Тебе по нраву гротеск? Если да, читай дальше и не пожалеешь, ведь
слышать об уникуме вроде меня тебе вряд ли прежде доводилось. Но если тебе
больше по душе серенькие, как тот дождливый день за оконным стеклом,
рассказы, то лучше переверни несколько страниц, а то, чего доброго, тебя
стошнит в самом начале. Или, с грехом пополам осилив мою историю, ты в
негодовании швырнешь книгу в угол. Или, не поняв ни бельмеса, недоуменно
пожмешь плечами, а через минуту-другую и думать обо мне позабудешь.
Читаешь дальше? Ну, тогда держись - сейчас ты узнаешь такое... Вобщем,
у меня нет головы!
Брось, какие, к черту, шутки?! Да и расчлененные трупы, упыри и
прочая нечисть ко мне тоже не имеют отношения.
Просто таким уж я уродился.
Конечно, я не помню, как появился на свет, но ма говорит, что был я
таким всегда.
Как-то раз мне в руки попалась книга некоего Марко Поло, так там на
гравюре был безголовый, ну вылитый я. Выходит, я не один такой на белом
свете. Конечно, Марко Поло сам безголового в глаза не видел, а описал его
понаслышке, оттого и наврал с три короба. Например, в книге написано, что
безголовые родом из Индии. Не возьму в толк, при чем здесь Индия, когда я
уроженец штата Индиана. Это ведь не одно и тоже, как, по-твоему? А еще там
сказано, что люди без голов давно вымерли. Но тогда как же я? Ведь я-то
живой!
Опишу себя, если ты еще не догадался, как я выгляжу. Правда, вертеться
у зеркала я не любитель, так что себя в основном знаю лишь на ощупь, да по
картинке в той самой книге.
Значит, так: глаза у меня раза в два-три крупней, чем у тебя, и
расположены там, где у большинства мужчин - бесполезные соски. Зрачки
огромные, карие; лохматые брови - дугой. Пожалуй, глаза - самая
привлекательная часть моего тела.
Рот у меня широкий, проходит поперек всего живота. Зубы под стать
рту - тоже не маленькие.
Иногда, раздевшись, я сгибаюсь вопросительным знаком и разглядываю
свои губы. Они ярче, краснее, чем у обычных людей, отчего кажутся - не
смейся, не смейся! - покрытыми густым слоем помады. Родись я девчонкой, и
будь мой рот поменьше, да находись он, где полагается, обо мне бы сказали:
"губки бантиком".
Нос у меня крупный и, слава Богу, такой плоский, что почти не выпирает
из под сорочки. А может, его с годами сплющила одежда?
У меня нет головы, и шеи, естественно, тоже нет. А то, представляешь,
как нелепо бы смотрелся куций обрубок на плечах?
Тебе, конечно, интересно, как я устроен внутри, но честное слово, я и
сам толком не знаю. Похоже, рот у меня ведет прямо в желудок, а мозг
находится где-то рядом с сердцем, отчего всегда хорошо обеспечен
кислородом. Но, повторяю, все это лишь предположения.
Как уже говорилось, я таким родился. Увидев меня впервые, моя бедная
мамочка лишилась чувств. Но не волнуйся, ненадолго. Придя в себя и маленько
поплакав, она отправилась в ближайший магазин игрушек и купила подходящих
размеров куклу. Дома она разобрала ее на части и привязала пластмассовую
головку к моим плечам. А может, то была идея моего отца? Или трюк с куклой
придумал домашний доктор? Много с той поры утекло воды, сейчас и не
разберешь, кого тогда столь удачно озарило. Да оно и не важно. На мое
счастье, лица младенцев не ахти какие выразительные, поэтому куклы - во
всяком случае, дорогие хорошие куклы - по этой части им не уступают.
Пластиковая голова на плечах, нос, рот и глаза под одеждой; так и хожу, и
до сих пор никто даже не заподозрил обмана.
Мои первые детские воспоминания связаны с головой той самой куклы.
Помню, играю я в кубики... Такие, знаешь, разноцветные, деревянные, на них
еще нарисованы буквы, цифры и даже домашние животные. Так вот, беру я в
руку желтый, резко пахнущий краской кубик, и почему-то мне кажется, что он
жутко смахивает на предмет, что у меня на плечах. Помнится, я с минуту
удивленно верчу в руках странную деревяшку, а затем сую в рот. Вот ты,
поди, улыбаешься, а у меня до сих пор мурашки по коже. К счастью, я
пребольно разодрал десну и с ревом выплюнул кубик, а то бы остался мой
рассказ ненаписанным. Я прекрасно помню тот кубик, запах свежей краски, а
вот более поздние, подчас более яркие события напрочь стерлись из памяти.
Может, ты знаешь, почему так происходит?
Я рос болезненным ребенком. Поэтому, и, конечно, из-за необычного
строения тела, я не играл с другими мальчишками, не ходил в походы, не
слонялся целыми днями по улицам. В школу меня на собственном
латаном-перелатаном "форде" отвозила ма, она же сразу после занятий
забирала домой. Педиатр выдал мне бессрочное освобождение от физкультуры.
Оно и понятно, какая физкультура при моей-то внешности. Хотя... Позже, в
старших классах, мне не раз приходило на ум, что избавь меня тогда взрослые
от мелочной опеки, да позволь снимать дурацкий протез с плеч, глядишь, я бы
и стал знаменитым гимнастом. Или даже футболистом.
В школе я носил сделанную на заказ голову. К моей нижней челюсти
прикреплялась длинная нить, и когда я говорил, голова вместе со мной
разевала и захлопывала рот.
Вообще-то, безголовому довольно сложно учиться в средней школе. Я
носил рубашку из хлипкого, почти прозрачного полотна, но чтобы видеть
доску, приходилось постоянно сидеть за первым столом. Не стану называть
свое имя, но если ты помнишь у себя классе тихого парня с невыразительным
лицом, всегда сидевшего в первом ряду, так это скорее всего был я. Не
помнишь? Ну как же, я тогда еще носил веснушчатую голову с хитро
прищуренными глазами и забавным вздернутым носом. Все равно не
припоминаешь? Так взгляни на фотографию своего выпускного класса! Правда,
на фото ВСЕ лица невыразительны.
Конечно, в те годы я рос как на дрожжах, и заменять головы приходилось
чуть ли не каждый год. Это сейчас я обзавелся постоянной башкой со
смазливым личиком, и когда нашептываю в микрофон на животе слова, голос
звучит из динамика во рту. Голова вполне сносно сидит на плечах, но как
только дверь моей квартиры захлопывается у меня за спиной, оставляя
головастых, вечно ухмыляющихся умников снаружи, я тотчас закидываю обрыдший
механизм в угол.
Из-за этой-то поддельной головы я и настаивал, чтобы девчонка потушила
свет и задернула шторы. Авось ничего не заметит в темноте. Не
профессионалка же она, в самом деле.
- Слишком жарко, - жаловалась она.
Тут она права - жара стояла адская, а кондиционера в ее комнатенке
почему-то не было.
По ее словам, домовладелец считал кондиционеры излишней роскошью, а
коли кто из жильцов такой неженка, то бога ради, он не против, пускай
обзаводится дорогой безделушкой за свои кровные.
- Я обязательно куплю себе кондиционер. Вот только поднакоплю
немножко, и куплю.
Я сразу смекнул, куда она клонит. Девка, она всегда девка и есть, и
вытянуть из мужика хоть что-нибудь - для нее святое дело. Чего еще ждать от
особы, с которой познакомился в городском парке на скамейке полтора часа
назад? Я вовсе не намекаю, что она так зарабатывает на жизнь. Ведь оглядела
же она меня раз сто с головы до пят, прежде чем пригласить в гости, и,
должно быть, я ей пришелся по сердцу.
Я спросил, есть ли у нее хотя бы вентилятор.
- Нет, - ответила она.
- Отчего же? - поинтересовался я. - Ведь приличный вентилятор стоит
всего ничего, каких-то десяток долларов?
Люстру она потушила, но шторы так и не задернула. Света из окна как
раз хватало, чтобы разглядеть наивную улыбку на ее лице.
- Двадцать пять, - ответила она и снова улыбнулась. - Приличный
вентилятор стоит никак не меньше двадцати пяти. Я на днях
приценивалась.
Несомненно, она наведывалась только в специализированные магазины.
- От силы пятнадцать. - Я назвал адрес небольшой лавочки на своей
улице. - Ты наверняка была в специализированном магазине, а там все
втридорога.
- Слушай, давай завтра встретимся часиков в шесть, и ты отведешь меня
в ту лавчонку, - предложила она. - Если там действительно все так дешево,
то я сразу куплю себе вентилятор.
Я, кивнув, призадумался.
Какая все-таки странная штука - жизнь, если столь очаровательную
девушку, как она, можно запросто умаслить дешевым вентилятором. И вообще,
пообещав ей вентилятор, завтра я запросто могу передумать и дать ей от
ворот поворот. Хотя вряд ли, завтра мне снова захочется ее увидеть, и она
прекрасно об этом знает. Сказать по правде, преподнести ей недорогой
подарок даже приятно. А потом мы, безусловно, заглянем к ней на чашечку
кофе, и...
Надеюсь, теперь понятно, почему я сразу согласился?
Все же свет из окна чертовски мешал, а встать и обойти ее, чтобы
задернуть шторы, не было никакой возможности.
- Зачем тебе полная темнота? С опущенными шторами мы вмиг
задохнемся.
- Понимаешь, я стесняюсь раздеться, когда на меня смотрят.
- У тебя, поди, грудь безволосая? - Она хихикнула и сунула теплую
ладошку мне за пазуху. Наткнувшись, к счастью, на брови, поспешно
выдернула руку. - Нет, волосы на месте.
- У меня тело не такое, как...
- Покажи мне мужчину с телосложением, как на рисунках в
анатомическом атласе, и я тотчас постригусь в монахини. А у тебя что?
Родимые пятна?
Меня так и подмывало ответить "нет", но в некотором смысле я
действительно отмечен с рождения, так что я сказал "да". Тут неожиданно
стало совсем темно.
Хоть она и не трогалась с места, я все же спросил:
- Ты что, задернула шторы?
- Нет, просто в магазине напротив погасили рекламу.
Я услышал, как она расстегивает застежку-молнию.
Интересно, что она снимает?
Конечно, платье, что же еще!
Я тоже стянул рубашку и попытался избавиться от опостылевшей башки,
но, как назло, заело пряжку.
Я подумал, что черт с ней, не придется разыскивать в потемках, когда
соберусь домой.
Глаза мало-помалу привыкли к сумраку, и я разглядел силуэт девицы.
А видит ли она меня?
- Ты меня видишь?
- Нет.
Я скинул ботинки.
Пускай голова остается, но брюки и белье снять непременно нужно.
Она хихикнула, и я понял, что кое-что ей все же видно.
- Отвернись, я стесняюсь.
- Чего тебе стесняться? Ты же прекрасно сложен. Плечи вон какие
широченные, а грудная клетка, та вообще...
- У меня лицо деревянное.
- Что правда, то правда, улыбчивым тебя не назовешь. А где же
родимые пятна? На животе?
Она вытянула руку, но до моего лица - я имею в виду настоящее лицо -
не достала.
- Именно, - подтвердил я. - На животе.
На фоне темной стены было отчетливо видно ее тело, но лица не
разглядеть - голова терялась в тени.
- Да не комплексуй ты из-за пустяков, все мы не без изъяна. Вот я,
например, когда была маленькой, считала, что у меня в пупке лицо.
Я рассмеялся. Шутка показалась столь потешной, что я захохотал, да
так, что наверняка переполошил полдома. То-то удивились бы соседи, узнай
они, что слышат утробный смех - единственный настоящий утробный смех на
всем белом свете.
- Не смейся, я и вправду так думала.
Она тоже рассмеялась.
- Понимаю, - сказал я.
- Ничегошеньки ты не понимаешь. Сейчас темно, и пупок как черная
дыра, а то бы... - Она вздохнула. - Вообще-то нет там никакого лица.
- Понимаю.
На ночном столике вместе с сигаретами, помнится, лежали спички. Я
протянул руку и нащупал коробок.
- Я сочинила тогда историю, будто должны были родиться близнецы, но
вторая девочка не успела вырасти, и от нее осталось только лицо у меня на
животе... Эй, что ты делаешь?
- Я же сказал, что все понимаю.
Я зажег спичку, и, прикрыв пламя от сквозняка ладонью, склонился над
ней.
- Эй, погаси сейчас же. - Хихикая громче прежнего, она попыталась
встать, но я придержал ее ногой. - Ты обожжешь меня.
Я всмотрелся в ее пупок. Так, ничего особенного - складки, морщины,
как у всех женщин. Но когда спичка почти догорела, я увидел такое...
- Теперь моя очередь. - Она попыталась отобрать коробок, но не
тут-то было.
- Я сам на себя посмотрю.
И зажег другую спичку.
- Осторожнее, волосы себе подпалишь, - предостерегла она.
- Не волнуйся, не подпалю.
Спичка так и норовила потухнуть, но все же, согнувшись в три
погибели, я заглянул себе в пупок. Как только я разглядел там лицо,
проклятая спичка обожгла мне пальцы и погасла.
- Ну что, видел? - Она опять захихикала.
Она полулежала на подушке, и там, где тело сгибалось, открывался и
закрывался большущий рот.
Выходит, и на ее туловище огромное лицо. Я пригляделся и рассмотрел
здоровенные выпуклые глазищи со зрачками - сосками, изящные брови -
ниточки, между ребрами - приплюснутый нос.
Мне подумалось, что все мы одинаковые. Все на одно лицо.
Из наших пупков высунулись крошечные головки и поцеловались.
С английского перевел Александр ЖАВОРОНКОВ
---------
© "Техника - молодежи", N11 за 1996 г.
Клуб любителей фантастики
Сергей СУХИНОВ
ЗВЕЗДНЫЙ РОКЕР
Июльское утро 2314 года выдалось ясным и хрустально чистым. Прошедший
вчерашним вечером сильный дождь смыл пыль со скоростного шоссе,
проходившего метрах в двадцати от дома Теда Хилла, и оживил все вокруг.
Поникшая вдоль обочин трава воспрянула и местами вновь зазеленела.
Марсианские же кустарники по своему обыкновению скатались в дымчатые шары,
сохраняя влагу от палящих лучей. Те из хищных растений, что были помоложе,
бодро покатились вглубь полупустыни в надежде отыскать немногие из
уцелевших кактусов. Марсианские разбойники истребляли их уже полвека и все
никак не могли извести.
Тед проснулся около десяти и некоторое время лежал, тупо глядя в
потолок. Это был здоровенный, за два метра, детина с плотным, мускулистым
телом, волосатой грудью и почти дочерна загорелой кожей, испещренной
галереей непристойных татуировок. Две из них докочевали даже до щек - на
правой был изображен его обожаемый "Ягуар" с гордо вздыбленным фаллосом на
месте ездока, а что красовалось на левой, разобрать было невозможно,
поскольку Тед скрывал грехи молодости щетиной черных как смоль волос.
- Но нипочем мне ветер бесноватый,
Недобрый пересвист сухой травы
И сизый отсвет мрачной синевы, -
прохрипел он и сбросил с груди сборник Китса - Тед читал его до
глубокой темноты при свете фар "Ягуара". А затем встал и нехотя поплелся на
кухню, которая служила заодно ванной и туалетом.
Через час он выкатил из распахнутых ворот свой "мотоцикл" - будем пока
называть его так. "Ягуар" и на самом деле напоминал стремительного и
грациозного зверя; двести килограммов хромированной стали, ядерный
мини-генератор, шесть микрокомпьютеров и еще десятка два хитроумных
агрегатов, искусно вмонтированных в плоть обычной по внешним обводам
машины. Рокерские доспехи Теда, скроенные из кожи буйвола и украшенные
диким орнаментом из металлических бляшек, заклепок и шипов, также были
чистейшей воды камуфляжем, но выглядели впечатляюще.
Перед тем как усесться на своего зверя, Тед обернулся и бросил
последний взгляд на дом. Это было типичное логово звездного
рокера-одиночки, сваренное из корпусов десятков автомобилей, нашедших
некогда свою смерть в этих пустынных местах. Правда, Тед немного отошел от
стандартной архитектуры "а ля свалка", водрузив на вершину стальной
пирамиды кабину от межконтинентального трейлера. На этом просторном и
уютном чердаке он нередко проводил вечера, любуясь с банкой пива в руке
заходящим за скалы Солнцем, и здесь же на мягком сиденье развлекался с
девчонками-дальнобойщицами, которых ему иногда поставляли на ночь водители
грузовиков. Славное было времечко, веселое! Только оно уже позади, и очень
может быть, что через месяц-другой над воротами его логова зажжется зеленая
лампа, означающая: дом свободен, пилот погиб. И на чердак с банкой пива в
руке заберется другой рокер, таща за собой хихикающую девчонку... Тьфу, что
за кислые мысли!
Больше не оглядываясь, Тед покатил мотоцикл к шоссе. Как всегда по
утрам, на трассе было пустынно - не каждый водитель, даже на бронированном
"форде", рисковал до полудня сунуть нос в этот отдаленный район штата
Нью-Мексико, заселенный растениями со всех планет Солнечной системы. Тед
был здесь своим, но и он не отправлялся в путь без парочки НУРСов,
закрепленных на багажной пусковой установке. Сегодня же его вооружение было
посолиднее.
Он уселся на мягкое сиденье "Ягуара", ощущая бурные удары сердца, как
всегда бывало перед стартом. К таким вещам вообще довольно трудно
привыкнуть, хотя Отец Донован, ветеран лиги и ее основатель, порой
говоривал: "Поверьте, мальчики, люди когда-нибудь все превратятся в
звездных рокеров и будут испытывать перед стартом не больше волнения, чем
перед стойкой бара". Донован... Добрый папочка Донован!
Тед включил зажигание, которое зажиганием не было, и повернул на руле
рукоять, которая у обычных мотоциклов служила регулятором подачи топлива. И
тотчас включился ядерный генератор, а заодно и виброзвуковой имитатор,
создающий полное ощущение ревущего двигателя. "Ягуар" рванулся с места,
предварительно сделав стойку на одном колесе.
Разогнавшись до ста миль в час, Тед нажал на кнопки "Ж-сфера" и
"Дорожка", и на мгновение зажмурился. Когда он открыл глаза, сполохи сияния
силового поля уже гасли, и теперь лишь напрягшись можно было различить
мерцающие искры, окутывающие машину и пилота. Взглянув вниз, Тед увидел
серебристую дорожку трехметровой длины, скользящую над полотном шоссе
вместе с "Ягуаром". Но это было лишь обманом зрения, на самом деле мотоцикл
уже ехал по ней, не касаясь земли, словно вкатившись на мототренажер.
Пусть, Одиночество, с тобой сам-друг
Мне жить, но не в ущельях улиц тесных.
В обсерваторию стремнин отвесных
Поднимемся и поглядим вокруг.
Там зыбь кристальная, цветущий луг -
С ладонь - видны меж склонов многолесных... -
прошептал Тэд строки своего любимого Китса и недрогнувшей рукой
повернул правую рукоять руля, изменяя направление местного вектора
гравитации. Передний край "бегущей дорожки" стал плавно подниматься, и
"Ягуар", вздыбившись, ушел в голубое, с редкими облачками небо.
От перегрузки у Теда заныли зубы, но он и не подумал хотя бы на
процент уменьшить кривизну стартовой траектории - это было не в традициях
рокеров. Серебристая дорожка словно птица взмыла в воздух, окруженная
фейерверком искр "Ж-сферы".
Выйдя на вертикаль, Тед приглушил тягу, экономя энергию генератора, и
одновременно отклонил местный вектор гравитации от нормали. Это означало,
что "Ягуар" словно бы выехал на бесконечно длинный склон и мог теперь
набирать скорость за счет поля тяготения Земли. Через несколько минут она
достигла стандартной стартовой для этого класса машин - триста миль в час.
Силовое поле снижало напор встречного воздуха, так что пилот мог
чувствовать себя вполне комфортно. Тед выждал, когда машина поднялась на
полмили, и замкнул силовое поле - он предпочитал, чтобы воздух в "Ж-сфере"
был прохладным и слегка разреженным. Теперь все заключенные в сферу
молекулы воздуха будут странствовать с ним до самого конца полета,
циркулируя через обогатительные фильтры, преобразующие углекислый газ в
кислород. Обогреватели поддержат нормальную температуру даже в абсолютной
пустоте космоса, а силовое поле не выпустит не единого атома воздуха
наружу, одновременно парируя потоки смертоносных космических лучей. Что
говорить, отличную штуку придумал сто лет назад Донован Лейгер,
Отец-основатель лиги звездных рокеров!
Донован...
Тед не удержался и, словно рокер-первогодка, оглянулся, бросив взгляд
на уходящую вниз землю. Впрочем, она успела уже превратиться в Землю -
огромную, бескрайнюю равнину, чуть вогнутую по краям. Буро-желтая
полупустыня, редкие цепи древних скал, тонкая ниточка скоростной трассы,
поблескивающие на солнце искорки - гнездо рокеров Джима Харрисона по
прозвищу Черный Носорог, с которым Тэд поддерживал
полудружеские-полувраждебные отношения. Вскоре бескрайняя равнина сжалась,
слева засверкала голубая лента Рио-Гранде. Рядом с ней появились россыпи
зданий Санта-Фе - столицы штата, с которой у Теда были связаны самые
разнообразные воспоминания: от первого мальчишеского поцелуя до юношеских
набегов в банде самого Отца Донована. Последний раз, лет пять назад, именно
он, Тед, сжег Санта-Фе почти наполовину, но сейчас городишко уже очухался и
разросся пуще прежнего. Уже, естественно, без фирмы "Бегберн и сын", от
которой рокеры согласно указанию Отца не оставили и головешки на головешке.
Аминь. И так будет со всеми, кто встанет на пути звездных рокеров,
новых Икаров человечества, членов будущего галактического Братства!
Тед никогда не страдал боязнью высоты, но сейчас, когда он словно бы
висел на невидимой вертикальной стене на высоте десяти миль над Землей, его
стало подташнивать. "Ягуар", продолжая надсадно реветь, мчался по
бесконечной дорожке, набирая скорость, но вокруг не было той обычной для
человечества тверди, за которую можно было бы зацепиться глазом, хотя бы
корзины аэростата или крыла дельтаплана. Он - и пустота. Облачка ушли
далеко вниз, а впереди был только синий купол небес, да ослепительное
Солнце, царящее над всем миром.
Насмотревшись досыта, Тед опустил на глаза мощный светофильтр со шлема
и покрепче взялся за руль, временно отключив автопилот. Тяготение Земли
ослабевало с каждой милей, и нужно было его использовать до последней
сотой.
Стомильную отметку он прошел через полчаса, а затем был вынужден
включить генератор искусственной гравитации - планета уже не могла
разогнать "Ягуар" как следует. Выйдя на орбитальную траекторию, Тед нашел с
помощью киберштурмана ближайший из спутников и пристроился за ним, словно в
гонке за лидером. В молодости, подобно другим рокерам, он славно
покуролесил в околоземном пространстве, вызывая бессильную ярость NASA и
космических служб других государств. Вот и на этой овальной громаде, судя
по обводам, спутнике-шпионе образца конца XXII века, были отчетливо видны
на освещенной Солнцем стороне вырезанные лазерным резаком короткие, но
смачные слова. Тед усмехнулся, но в этот момент спутник повернулся к Солнцу
другой стороной, и он увидел приваренное к фюзеляжу скульптурное
изображение Донована. Отец рокеров восседал на своем легендарном "Бе
...Закладка в соц.сетях
