Жанр: Научная фантастика
Вакуумные цветы
...тебе в самом деле возвращаются знания Эвкрейши.
Ребел отвернулась.
- Зря тебя это так радует. Это словно.., я чувствую, как эти воспоминания подступают
все ближе и подавляют меня. Они все принадлежат ей, ни одна из них не моя, и они на меня
влияют. Они изменяют меня, делают похожей на нее. - Ребел удержала в себе смутное
желание зареветь от беспомощности. - Иногда я думаю, что однажды эти воспоминания
накатят на меня и я утону в них.
Уайет коснулся ее руки.
- Твоя личность всего лишь маска, - произнес он голосом ваятеля структур. - В
конечном счете она не важна. Ты - твое существо, твоя душа - здесь, в этой голове, в этом
теле.
Ребел вздрогнула от его прикосновения и повернулась. И тут, это случилось с быстротой
молнии, как во время тренировки, когда Трис добрался до ее горла, Уайет притянул Ребел к
себе, и они слились в поцелуе. Ребел желала его так сильно, ей даже не верилось, что он первый
потянулся к ней.
- Пойдем.
Уайет снова повел ее в глубь орхидеи, в темное и укрытое место. Он снял с Ребел накидку
и положил рядом. Руки Уайета скользнули вниз по ее телу, трусики полетели в сторону. Он
прижался лицом к ее шее.
- Подожди, - сказала Ребел. - Я хочу настоящего мужчину.
Уайет вопросительно посмотрел на нее.
- Воина. Я хочу, чтобы ты любил меня в образе воина.
Потом Ребел ехала с шутом. Они летели, без цели, смеялись и болтали.
- Придется тебе отказаться от своего необъяснимого предубеждения против
психопрограмм, - улыбаясь, проговорил Уайет. - Это полезная штука. Если бы моя другая
личность не управляла сейчас шератоном, я бы не мог здесь развлекаться с тобой.
Они летели все дальше и вдруг попали на карнавал.
Это происходило там, где орхидея подходила ближе всего к резервуарам. Один из
длинных ее побегов был вытащен из общей путаницы лиан и привязан к шлюзу; держась за
него, люди шли под веселую музыку туда, где было вырублено что-то вроде просеки внутри
растения.
Снаружи карнавал был похож на скопище разношерстых загородок и шалашей,
утопающих в густой зелени. Внутри он сверкал цветами и гирляндами бумажных фонариков.
Жители резервуаров в накидках, ярких, как тропические бабочки, порхали туда-сюда. Из
множества высушенных в вакууме лиан они сплели сетки, огораживающие площадки для
поединков, кабины астрологов и колдунов, лабиринты влюбленных, павильоны для игры в
рулетку и столы торговцев. Ремесленники раскрашивали доски для аттракциона "Катание на
центрифуге", и из-под их рук выходили короли, быки, звездные корабли и скелеты.
Около главных ворот шла дуэль на палках. Уайет и Ребел вошли и увидели Триса, с
интересом следившего за поединком.
- Смотри! - Уайет увлек Ребел в кабину, где весельчаки бросали водяные шары в
стоящего вдалеке клоуна. - Дайте мне три шара!
Первый он швырнул слишком сильно, шар разлетелся на мелкие капли, пролетевшие
мимо клоуна. Тот обидно захохотал, и Уайет бросил снова. На этот раз шар угодил прямо в
лицо клоуну и взорвался тысячей шариков.
- Вот это здорово!
Зазывала подал ему последний шар, и Уайет, подмигнув клоуну, запустил его себе в лицо.
Гуляющие рядом люди в изумлении засмеялись. Вдали от бумажных фонариков их глаза
казались туманными, лица напоминали бледные маски.
От кабинок для незамысловатых игр, где мошенничество приходит на помощь удаче,
Уайет и Ребел перешли к столам торговцев, продающих леденцы и варенья, деревянных
астронавтов и ярких соломенных кукол.
- Сюда! - кричал зазывала. - Да, да, да! Ребел купила сделанный из сахара череп и
откусила кусочек. Из пустой глазницы полилась густая красная жидкость. Ребел в ужасе
вздрогнула, а потом рассмеялась. Она приценивалась к серебряным колокольчикам со
шнурками, и вдруг ей стало как-то не по себе. Подняв глаза, она увидела, что Уайет держит в
руках светящееся яблоко размером с небольшой помидор.
- Семь часов? - удивился Уайет. - Семь кластерских часов за яблоко?
Торговец, маленький человечек с тонкими руками и ногами и сумасшедшинкой в глазах,
криво ухмыльнулся. И запел:
Проснись, вставай и не зевай, Скорей открой глаза!
И уж тогда раскрой уста, Коль знаешь, что сказать! "Здесь и далее автор использует
английские народные стихи для детей." Затем, обращаясь к Уайету, торговец сказал:
- Заколдованное яблоко не обычный фрукт, нет, у него в самой сердцевине червь.
- А что он делает?
- Грызет, сэр. Он грызет и выделяет жидкость, а под конец тонет в своих выделениях. -
Он вырвал яблоко из рук Уайета. - Надо проглотить его целиком: с черенком и семечками.
Вот так!
Что снилось мне? Не помню И вспоминать боюсь.
Мне было так щекотно Я до сих пор смеюсь.
И продолжал:
- Зовут меня Чарльз Чародей, мой дом в кукушкином гнезде. И если нет меня нигде, то
это я и есть.
Он задрыгал ногами и сделал сальто в воздухе. Уайет с изумлением и интересом
повернулся к Ребел.
- Ты понимаешь, что говорит этот псих?
- Не дотрагивайся до этих фруктов! Неужели ты не знаешь, что такое заколдованное
яблоко?
Уайет вытаращил глаза и покачал головой.
- Они изменяют сознание. Эти, скорее всего, - направленные психоделики, но
заколдованные яблоки могут почти все: сделать человека гением, свести с ума, излечить. Одни
действуют пару часов, воздействие других.., постоянно. Нельзя брать их в рот, не зная, для чего
они предназначены.
- Правда? Химическое психопрограммирование? - Уайет потер пальцем по яркой
кожице, поднес его к носу и осторожно понюхал. - Как они действуют?
- Ну, яблоко - это только матрица. Изменено не оно, а червяк. В него.., вводят вирус,
который... Когда сердцевина яблока пропитывается жидкостью, вирус начинает быстро
размножаться и... - Она замялась. - Нет, забыла. Я знала, но все забыла.
Однако Ребел чувствовала, что это очень важно.
- Никогда не слышал ничего подобного. - Уайет поднес заколдованное яблоко к глазам,
восхищаясь полупрозрачной кожицей, красноватым мерцанием, плод был такой спелый, что,
казалось, вот-вот брызнет сок. - Интересно, где это их делают? И почему они вдруг здесь
появились?
Ребел растерянно покачала головой:
- Сколько их у вас? Три ящика?
Чарльз Чародей одарил всех ослепительной улыбкой:
- Я беру все. Трис! Договорись с ним о цене и проследи, чтобы яблоки доставили в
шератон.
Они двинулись дальше. Ребел задержалась у витрины с украшениями и стала
рассматривать брошки в форме религиозных символов: звезды, креста, свастики и тому
подобного. Она купила белую раковину морского гребешка и приколола к воротнику накидки.
- Теперь я могу смыть краску с лица, - сказала она. - Все решат, что я религиозная
фанатичка.
Странно, но ее беспокойство нарастало.
- Хорошая мысль. Хотя на твоем месте я бы выяснил значение этой брошки. А то можно
попасть в очень неловкое положение.
Они парили рука об руку перед огромным плетеным шаром, где шли петушиные бои, как
вдруг Уайет сказал голосом вожака:
- Вот же черт! Пошли. Надо возвращаться в шератон.
Он потащил Ребел к воротам. Рядом появился охранник.
- Что случилось? - спросила Ребел.
- Констанция разговаривает с комбинами.
На обратном пути в шератон Ребел не оставляло неприятное ощущение, что кто-то ее
преследует. Однако как только она бросала взгляд назад, тень, скользящая за ними вдоль
листьев и веток, исчезала, но потом опять возникала. Здесь, в ярко освещенных помещениях
шератона, это чувство притупилось, но не прошло. Кто-то за ней охотился.
- Мы не нашли тела Хайсена, - признался Уайет, когда Ребел рассказала ему о своих
страхах. - Он вполне может охотиться за тобой. Отчасти поэтому у тебя теперь будет
постоянная охрана.
- А еще почему?
- Мы собираемся иметь дело с комбинами.
Он снял браслет - толстый обруч из отделанной серебром слоновой кости. Второй такой
же остался у него на руке.
- Вот. Надень его. Он следит за электромагнитным спектром.
Самурай посторонился, и Уайет, хлопая дверьми, устремился в большой зал заседаний,
расположенный во внутреннем кольце. Там, под голограммой с изображением неба, на краю
красного, покрытого лаком мостика сидела Констанций. Она опустила ноги в ручей, где
плавали золотые рыбки. Несколько стоявших рядом комбинов слушали, что она говорит. Среди
подстриженных кустов расположились ее подчиненные со своим оборудованием:
ферментационными аппаратами, установками для синтеза РНК, микробными биореакторами и
прочим - и демонстрировали лабораторные методы, а одетые в одинаковые комбинезоны
комбины теснились вокруг них, образуя оранжевые островки. Лицо Уайета окаменело.
- Так, Мурфилдз!
Констанция вскочила на ноги.
- Ой! - Она испуганно заморгала. - Вы напугали меня, мистер Уайет.
- Я не только напугаю вас! - Уайет стоял на берегу ручья и свирепо смотрел на нее. -
Что вы делаете, скажите на милость? Почему вы перевели сюда с третьего яруса лабораторию и
всех сотрудников?
- Ну, мне пришлось это сделать. Я хотела поболтать с комбинами, а мне сказали, что
существует какое-то глупое распоряжение, чтобы они не покидали внутреннего кольца.
В помещении столпилось около ста комбинов. Часть из них обступили широким
полукругом Уайета и Ребел и молча пристально их разглядывали.
- Выпроводите отсюда лесоводов, - приказал Уайет. Самураи повели биоинженеров к
выходу. - Запрограммируйте двух человек юристами, одного - лондонградским, а другого -
по законам Народного Марса, и пришлите их сюда. - Затем он обратился к Констанции:
- Вы увидите, что законы Кластера составлялись педантами, а законы Марса
неформальны и основаны на целесообразности. По их совокупности, если вы опять нарушите
правила, я повешу вас за измену.
- Измена! Вы шутите.
- Я говорю серьезно.
Констанция покачала головой, сцепила руки и снова их уронила.
- Но мы просто обменивались научными данными.
- Да? Ну и о чем комбины вам поведали?
- Мы только начали разговор, сообщили друг другу общие сведения. Не говорили ни о
чем, кроме работы. Понимаете?
- Я отлично понимаю. - Уайет так сильно сжал кулаки, что побелели суставы. -
Подумайте головой! Вы обмениваетесь подробной научной информацией с бригадой комбинов,
которые официально числятся здесь инженерами и физиками. Откуда они знают
Профессиональный биологический жаргон? Как это случилось, что у них достаточно познаний
в биологии, чтобы вас понять?
- Все-таки Земля - это планета. У них наибольшее во Внутренней Системе количество
взаимозависимых экологических систем, так что они должны пользоваться...
Ребел в смущении отвернулась и уставилась в окно. В орхидее мелькали пятна света: это
двигались люди. Резервуары наверняка опустели, все перебрались сюда. Но хотя Ребел и не
смотрела на Констанцию и Уайета, она все равно слышала каждое слово.
- Чепуха! Если они знают биологию, значит, они шпионы. Перед отлетом с Земли их
методично накачивали основами всех наук в надежде, что они здесь наткнутся на что-нибудь
полезное. Мисс Мурфилдз, посмотрите на них! Это не люди, это враждебные существа, у них
нет альтруистических побуждений. Они заберут у вас любую технологию и потом используют
ее против нас. Вы продаете все человечество с потрохами и за что?
Внезапно один из комбинов сказал:
- Ей нужна технология постройки транспортного кольца.
Констанция вздрогнула:
- Я им этого не говорила!
- Комбины очень быстро соображают, - ехидно заметил Уайет. И спросил у того,
который только что к нему обратился:
- А зачем ей нужны эти сведения?
- Жажда наживы - типичный порок индивидуального мышления.
- Ничего подобного! - крикнула Констанция. - Это откроет нам путь к звездам.
Понимаете? - Она обращалась к Уайету. - При помощи кольца можно разогнать кометы за
пределы облака Оорта, к ближайшим звездам. Чтобы достичь ближайшей звезды, хватит
человеческой жизни - комбины назвали цифры! Представьте себе тысячи дайсоновских
миров, плывущих от звезды к звезде. Вселенная расширится. Грядет эпоха открытий и
исследований.
Она говорила с таким жаром, точно шептала заклинание, и Ребел чувствовала, как ее душа
откликается на слова Констанции. Так трогали людей проповеди пророков.
- Человечество наконец расстанется с солнечной колыбелью и начнет странствие по
звездным галактикам в поисках... Я не знаю! Может быть, истины? Или судьбы! Или ответов
на основные вопросы бытия!
Не дав Уайету ответить, комбин произнес:
- Не волнуйтесь, начальник Уайет. У нее нет ничего из того, что нам надо.
- Неправда. Вы мне сказали... - Но комбин уже отошел. Почти умоляющим тоном
Констанция проговорила:
- Они сказали, что их интересуют биотехнологии воздействия на мозг. У нас много
разработок в этой области.
- У вас лично? - спросил Уайет. - У кого-то из ваших сотрудников?
- О нет. Это новые технологии. Сделаны крупные открытия, но они еще не нашли
широкого применения.
- Однако вы все биологи. Это ведь не совпадение, что инженеры Комбина охотятся за
методиками воздействия на человеческий мозг, а ваши люди ничего об этих методиках не
знают. Это только доказывает, что ваши друзья настоящие шпионы.
Уайет небрежно дотронулся до своего браслета и многозначительно взглянул на Ребел.
Она тоже коснулась браслета, который он ей дал.
Мир изменился. Белым огнем сверкало электричество скрытых в стенах проводов. Тепло
зеленовато мерцало. Сквозь помещение проносились ослепительно-синие пылинки -
космические частицы, для которых материя нереальна, как сон. Создаваемая радиосвязью
красная дымка окутала мерцающие зеленым светом фигуры комбинов, прямые лазерные лучи
били от одного к другому, перемещаясь по мере разделения и обработки мыслей. Ребел
зажмурилась, и на миг все исчезло. Потом она посмотрела на браслет и увидела сверкающие
контуры голографического проектора. Один из шпионских приборов Уайета.
- Мистер Уайет, вы отвратительны! - Констанция отвернулась.
- Не судите меня так строго, - странным голосом ответил он. - Вот, возьмите яблочко.
Спелое и вкусное.
И положил что-то ей в руку.
- Яблоко? - Констанция разглядела заколдованное яблоко и в ужасе бросила его на
пол. - Откуда оно?
- Я надеялся, что это вы мне скажете. Это - один из образцов биотехнологии,
воздействующий на мозг, так ведь?
- Да, но... - Она поджала губы. - Подключите меня к системе внутренней связи.
Один из комбинов вышел вперед и потянулся за упавшим яблоком. Уайет наступил ему на
пальцы, и комбин отдернул руку.
- Нам интересно, - мягко сказал он.
От него шло несколько новых линий электромагнитного взаимодействия.
- Ну и что? - Уайет жестом подозвал самурая. - Держите комбинов на той стороне
ручья. И откройте канал для мисс Мурфилдз.
Минуту спустя на экране появилось лицо Фри-боя, и Констанция стала размахивать перед
ним яблоком.
- Фрибой, ты один работал с направленными вирусами. Это твоих рук дело?
- О, черт! - выругался Фрибой. - Ну просто захотелось немного заработать.
- Ты никогда не говорил мне, что умеешь такое.
- Да какое там умение. Примитивная работа по готовому рецепту. Когда я был на
Тирнанноге, меня научил один колдун из Зеленого города.
Констанция побледнела и нахмурилась. Парень развел руками и уныло поник.
- Ну, это же просто Чарли Чародей, помешательство длится восемь часов, потом
программа сама отключается. Я никому не навредил. Я не сделал ничего такого...
- Пакость ты сделал, вот что, молодой человек.
Пока юный лесовод получал нагоняй, Ребел заметила нечто странное. Беспорядочно
перемещающиеся комбины вдруг все одновременно оказались на берегу. Самураи начали
беспокойно переминаться с ноги на ногу. Комбины с застывшими оранжевыми лицами, не
моргая, уставились через ручей. Электромагнитное взаимодействие усилилось, линии мигали,
как лазерные импульсы. Долгое время никто не двигался.
Потом комбины подпрыгнули, разбежались и сбились в небольшие кучки. Человек
двадцать бросились на деревянный мост. Самураи приготовились их встретить.
И тут во время этой неразберихи маленькая оранжевая фигурка устремилась через ручей.
Самураи смотрели в другую сторону и ничего не заметили. Комбин вмиг оказался возле
Констанции и вырвал заколдованное яблоко из ее рук. Никто не успел оглянуться, как он уже
вернулся к своим.
- Это же был ребенок! - воскликнула Ребел.
- Поймайте его! - приказал Уайет, и трое самураев перепрыгнули ручей.
Пока они бежали к ребенку, тот уже успел запихнуть яблоко в рот и проглотить. Один из
самураев схватил мальчика на руки и под охраной своих товарищей понес на другую половину
комнаты. Комбины не сопротивлялись. Они отвернулись, и вид у них снова стал тупой, как у
стада баранов. Но красные линии взаимодействия соединяли ребенка с половиной
присутствующих комбинов.
- Слишком поздно, - сказал Уайет, когда самурай принес ребенка. - Он уже
проглотил.
- Но это же ребенок, - повторила Ребел.
- Это тело ребенка. Комбины всегда включают в инженерные бригады несколько детей
для выполнения таких работ, где крупное тело является помехой.
- Ужасно!
- Согласен. - Уайет улыбнулся Констанции. - А вы? По-прежнему не видите ничего
преступного в том, что пять миллиардов человеческих умов обладают одной на всех
индивидуальностью?
- Нельзя впадать в антропоцентризм, - неуверенно проговорила Констанция. Она была
бледна.
- Прекрасно сказано. - Уайет повернулся к маленькому комбину. - Зачем ты это
сделал?
- Нам было интересно, - сказал ребенок. - Мы хотели узнать, может ли нам
пригодиться эта новая технология. Мы всегда ищем новую информацию, новые идеи, новые
направления мысли, в этом смысле мы действительно шпионы, как вы нас называете. Но только
в этом смысле: любознательность - наше природное качество.
- Вот видите! - вставила Констанция.
- Но самое главное, что мы страдаем от разлуки с настоящим Комбином. - Из-за
вспышек красных линий взаимодействия над вживленным под кожу датчиком Ребел не могла
видеть лица ребенка, но его голос звучал совершенно бесстрастно. - Здесь всего пятьсот
комбинов, а мы привыкли к ментальной стимуляции миллиардов. Находясь в таких суровых
условиях, мы жадно хватаемся за решение любых новых задач. - Он помолчал. - Вы бы
сказали, что нам скучно.
Уайет повернулся к экрану, где застыло изображение Фрибоя.
- Через сколько времени действует твоя отрава?
Фрибой пожал плечами:
- Быстро. Через минуту-две. В матрицу заколдованного яблока заложен усилитель
восприятия. Но, по правде сказать, опыт может закончиться неудачно. Яблоко содержит дозу
для взрослых. Не знаю, что будет с ребенком. Этот выглядит таким щупленьким.
Констанция протянула к мальчику руку, самурай оттолкнул ее.
- Но у нас еще есть время. Если засунуть ему в рот несколько пальцев...
- Ну зачем же, зачем, - осуждающим голосом произнес Уайет. - Зачем же впадать в
антропоцентризм? Просто посидим и подождем. Это может быть интересно.
Ребенок смирно стоял между двумя охранниками. Вдруг он оцепенел. Глаза широко
раскрылись.
- Ой! - произнес мальчик. Он поднял руку к лицу, рука судорожно задергалась. -
Кажется...
Ребенок закричал.
Когда прибыли юристы, комбин все еще бился на земле. Констанция склонилась над
ребенком, которого держали за руки и за ноги четыре самурая. Направленные лучи то гасли, то
вновь вспыхивали и машинально хлестали воздух, как неистово дрыгающиеся лапки и усики
умирающего насекомого. Наконец всякая радиосвязь с ребенком прервалась, остальные
комбины медленно поднялись на ноги, каждое лицо по-своему выражало общий ужас.
- Интересно, почему это яблоко так хорошо сработало? - задумчиво пробормотал Уайет
себе под нос. - У них есть защита против внедрения нежелательных психопрограмм. Видимо,
это что-то новое. Совершенно другой подход.
- Не шевелись, деточка. Сейчас мы постараемся, чтобы тебя вырвало, и тебе станет
лучше, - говорила Констанция.
Ребенок отворачивался от нее.
- Я... - заговорил он. - Я видел сосну, я видел луну, я видел сосну на луне, я видел
луну на сосне.
Он медленно вращал широко раскрытыми глазами, подчиняясь какому-то внутреннему
ритму.
Я видел павлина хвост огневой, Я видел кометы лик грозовой, Я видел облако...
- Отведите его к врачу, - приказал Уайет. - Сделайте все, что можно, чтобы он так не
маялся, но, прежде чем он придет в себя, выведите из строя его имплантированную рацию.
Нельзя, чтобы он снова подключился к своим.
- Нельзя отключать рацию, - возразила Констанция. - Он один из комбинов. Его место
среди них.
- Ну так как? - Уайет повернулся к юристам. - Имею я на это право или нет?
Юрист в желтой раскраске пожевал губу:
- Сложный вопрос.
- Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это утка, -
сказал юрист в ярко-красной раскраске. - Это существо выглядит как человек и пользуется
местоимением первого лица единственного числа. Следовательно, это человек, а не комбин.
- Спасибо, - сказал Уайет. Он показал на изображение Фрибоя. - Этот шутник торгует
в орхидее опасными галлюциногенами. По какой статье его можно привлечь к
ответственности?
- Ни по какой, - ответил юрист в красной раскраске. - У нас нет закона,
запрещающего давать людям возможность вредить самим себе.
- Погодите, этот вопрос связан с предполагаемым общественным согласием, - сказал
юрист в желтой раскраске. - Препараты, действие которых приводит к нарушению
общественного согласия, подпадают под статью "предсказуемые культурные изменения"
Закона о...
- Хорошо, - одобрил Уайет. - На время переезда приговариваю вас к принудительным
работам в качестве осведомителя. Стойте на месте. Сейчас за вами придут программисты. - У
Фрибоя отвисла челюсть. - Я приставлю вас к Мурфилдз. Вы будете за ней следить и
докладывать мне обо всем каждый день в это время. - Он повернулся к Ребел и протянул ей
руку:
- Думаю, мы неплохо поработали, а? Пошли?
Этой ночью они занимались любовью, потом Ребел заснула, и ей приснилось, что она идет
по пустынным коридорам старинного замка. Было прохладно, в воздухе стоял запах сирени.
Легкий ветер перебирал ее волосы, холодил бедра и живот. Вдруг она подошла вплотную к
богато украшенному викторианскому зеркалу. Сила тяжести была здесь в полтора раза выше
нормальной, и Ребел тянуло вниз, лицо казалось старым и изможденным. Она осторожно
протянула руку к зеркалу.
Отражение просунуло ладонь сквозь жидкую поверхность стекла и схватило Ребел за
кисть.
Она пыталась вырваться, но отражение держало ее мертвой хваткой. Длинные красные
ногти больно вонзились в ее плоть. За зеркалом широко улыбалась Эвкрейша. Это была
маленькая полногрудая женщина, но под гладкой смуглой кожей вырисовывались мускулы.
- Не уходи, голубушка. Нам надо о многом поговорить.
- Нам не о чем говорить!
Слова испуганной Ребел гулко отскочили от стен, прокатились эхом по коридору и
замерли.
Эвкрейша прижала лицо к стеклу, и зеркало выгнулось там, где были ее нос и губы, но не
поддалось, поверхностное натяжение выдержало. На ее коже играли серебристые блики.
- Еще как есть! Если ты оставишь все, как сейчас, мои воспоминания уничтожат тебя.
За Эвкрейшей была видна комната с белыми стенами, операционная, в лотках лежали
хромированные инструменты.
- Подойди ближе, душечка.
Она рывком притянула Ребел к зеркалу, вплотную к, стеклу. Их груди слились, соски
мягко соприкасались.
- Я хочу тебе помочь, - зашептала Эвкрейша. - Посмотри на меня.
Ребел впервые посмотрела в глаза этой женщины. Вместо глаз зияли пустые глазницы.
Сквозь них были видны кости затылка.
- Видишь? У меня нет своего "я". У меня нет стремлений. Как я могу желать тебе зла?
- Не знаю. - Ребел заплакала. - Отпусти меня.
- У тебя есть только два выхода. Первый - восстановить меня как твою вторую
личность. Тогда ты станешь как Уайет. Это будет жизнь вдвоем, но все воспоминания отойдут к
Эвкрейше. Ты не пострадаешь.
Отражение сделало шаг вправо, и Ребел пришлось подвинуться вместе с ним.
- Второй путь - снять точную копию с твоей личности. В этом случае ты сможешь
воссоздавать свою программу каждые несколько недель. Это не очень желательный вариант,
так как постоянное перепрограммирование препятствует развитию личности.
Теперь они соприкасались животами. Эвкрейша прижала губы к губам Ребел.
- Ну как? - спросила она. - Что ты выбираешь?
- Ничего!
Отражение протянуло руку и втащило голову Ребел в стекло. Ртутная амальгама сжала ее
шею. Ребел будто оказалась под водой, она не могла дышать.
- Тогда тебя ждет распад личности, - сказала Эвкрейша. - Сначала медленный, а
потом быстрый. Через месяц тебя не будет.
Ребел задохнулась и проснулась.
- Очнись, - говорил Уайет. Он ее обнимал. - У тебя кошмар. - И; увидев, что Ребел
открыла глаза, добавил:
- Это всего лишь сон.
- Господи! - простонала Ребел.
Она спрятала лицо на груди Уайета и разревелась.
Когда Ребел наконец успокоилась, Уайет отпустил ее, и она села в постели. И стала
удивленно озираться кругом. Уайет, вероятно, уже давно встал и обдумывал свои дела, потому
что стены были превращены в экран. На них сверкал звездный пейзаж.
- Смотри, - сказал Уайет. Он ткнул пальцем в неясное пятнышко почти над самыми их
головами. - Это Кластер Эроса. Астероид отсюда неразличим, а то, что мы видим, - внешняя
разреженная атмосфера, отработанные промышленные газы, кислород, который теряется при
пользовании шлюзами, и мелкие частицы, выделяющиеся при работе реактивных двигателей.
Они окружают Кластер, и солнечный ветер ионизирует их, как газ в хвосте кометы. Разумеется,
если комета не засажена деревьями. - Он показал на другие пятна в плоскости эклиптики. -
Вот Кластер Паллады, Кластер Цереры, Кластер Юноны, Веста... - Уайет произносил
названия нежно, нараспев, как слова церковного песнопения. - Цивилизация
распространяется. В один прекрасный день пояса астероидов сильно изменятся. Эти смутные
пятнышки сольются в громадное туманное кольцо вокруг Солнца. Будет на что посмотреть,
правда?
- Да, - тихо отозвалась Ребел.
- Ну что, отошла, хочешь поговорить?
И она рассказала ему свой сон. Когда ее повесть закончилась, Уайет сказал:
- Это и есть твой таинственный преследователь. - Ребел нахмурилась. - В орхидее
тебе чудилось, что за тобой кто-то гонится. Это Эвкрейша. В
...Закладка в соц.сетях
