Жанр: Научная фантастика
Урод
... личинки
оказались у них под кожей.
Но было поздно. Крэйн сознавал это.
Нерф уже лежал возле первого нальта. Равнодушный, какой-то сжавшийся и
разлохмаченный, он уже не был похож на того простоватого ворчуна Нерфа, который вечно
поучал Теонтая и возился со своими хеггами. Он стал просто вещью, безжизненным куском
плоти, завернутым в лохмотья.
Идти стало трудно - под ногами ворочалось что-то большое и мягкое, иногда подошвы
сапог касались чьих-то тонко хрустящих пальцев.
- Последнее представление, - глухо сказал Теонтай, шатаясь, но не выпуская из рук
оружия. Горечи в его голосе не было. На него бросились сразу двое, но, прежде чем он успел
перехватить кейры, чей-то пущенный из толпы стис клюнул его точно под кадык и закачался на
груди.
Крэйн раскроил обоим головы, откинул иссеченную почти надвое дубинку, подхватил
кейр Теонтая. Он не считал, сколько раз его задели, но в висках уже противно гудело -
наверняка кто-то изловчился и задел все-таки крупную жилу. Стекающая со лба кровь
окрашивала мир в алый цвет, от ее запаха Крэйна едва не рвало. Но упоение схватки бросало
его вперед, на ощетинившуюся жалами стену, и сила в нем бурлила, находя выход.
Ингиз опоздал всего на несколько мгновений. Метнув последний артак, он потянулся за
стисами, но из бурлящей и клокочущей у края нальта толпы высунулась рука и коротко
взмахнула коротким кейром, переломив ему ногу у самой щиколотки. Тильт бросился на
помощь, расчищая дорогу последним оставшимся эскертом, но Ингиз, качнувшись, завалился
спиной вниз и почти мгновенно исчез в кипящем водовороте человеческих тел. На поверхности
он больше не возник.
Тильт обернулся, тяжело дыша, ища уцелевших. Лицо его, наполовину залитое кровью,
было неузнаваемо.
- К роще!.. - крикнул он, не прекращая отбиваться от наседавшей на него черни. - Все
к роще!
Он знал, что не уйдет, и, вероятно, понимал это не меньше Крэйна. Движения его, легкие
и смертельные, утратили скорость, он бил тяжело, с размахом. Пот, смешавшись с кровью,
густой капелью пропитал его вельт.
Но взгляд был прежний - уверенный, крепкий как молодой эскерт, властный.
Он знал, что умрет, но хотел увести остатки своего калькада. В рощу, где черни придется
разделяться, пробиваясь между толстыми стволами, где несколько опытных бойцов смогут дать
отпор. А потом, дождавшись Урта, можно будет и уйти...
- Ушедшие тебе в глотку!.. - прорычал Крэйн. Он обломал кейр о чью-то ключицу, но
времени было мало - отшвырнув бесполезную рукоять, он перехватил вторую дубинку двумя
руками и, сметая со своей дороги всех, кто не успел отойти, двинулся к Тильту. Как бы ни был
он опьянен схваткой, он понимал, что может вот-вот потерять последнего человека из тех, кто
что-то знает о бывшем шэле Алдион. И тогда, вероятно, ему останется лишь скитаться по
бесплодным землям. Тильт был единственным, кто был так или иначе связан с ним самим. И
это значило, что терять его он не имеет права.
Силы в руках будто стало больше - даже посеченная хитином, размозженная на конце
дубинка падала с такой скоростью, что сокрушала, не замечая разницы, и клинки, и прячущиеся
за ними головы. Садуф прикрывал ему спину, великан с легкостью поднимал и опускал свое
чудовищное оружие, и казалось, что он может заниматься этим еще два Эно к ряду. Где-то
сзади кричали люди и сквозь лязг хитина доносились голоса Лайвен и Нотару. Но сейчас Крэйн
забыл даже про нее.
Толпа отхлынула от него, потрясенная его ненавистью и его горящим нечеловеческим
лицом.
- Бейр! - закричал кто-то. - Ушедшие с нами!..
Крэйн не глядя махнул дубинкой, и крикнувший, не успев даже захрипеть, сам отправился
к Ушедшим. Или не он - времени пялиться по сторонам не было. На то, чтоб достигнуть
первого нальта, у него ушло не много времени.
Чернь сторонилась его, но ее было слишком много, передние ряды, даже не пытаясь
поднять оружие, кричали и пытались спрятаться среди убитых. На них Крэйн времени не терял.
Кто-то бросил ему в лицо артак. Неумело - лезвие лишь чиркануло по самому краю уха.
Садуф, коротко выдохнув, расправился с незадачливым метальщиком, а заодно и с двумя-тремя
его соседями.
- Тильт! Бросайте, Бейр вас дери... С нами!
Хеннар Тильт усмехнулся, хотя улыбка у него получилась жуткой. Даже сейчас он не
потерял своей силы, смотрел на потерявшего человеческий облик перепачканного кровью
Крэйна сверху вниз.
- Они убили Тэйв, - сообщил он спокойно. - Прорубайтесь назад, пока не поздно. К
роще.
Крэйн не стал его слушать - обхватив его рукой под плечо, потянул за собой, не забывая
отбиваться от наседающей черни. Тильт оказался очень тяжел, несмотря на небольшой рост и
узкие кости, Крэйн зарычал от натуги, но все же оторвал его от земли и потащил. Хозяин
калькада вяло попытался сопротивляться, но сил у него уже не было - даже удивительно, как
продержался так долго, - Крэйн выбил из его руки короткий обломок эскерта.
Обернулся, чтоб понять, в какую сторону роща. И понял - не пройти.
Слишком много. И слишком мало сил осталось.
Кто-то, воспользовавшись его замешательством, ткнул ему стисом между лопаток, но
лезвие, наткнувшись на плотную двухслойную ткань, лишь глубоко пробороздило кожу, не
вошло. Крэйн завертелся на месте. Тильт сковывал его движения и закрывал обзор, его мертвая
тяжесть тянула к земле.
"Значит, все", - холодно сказал голос где-то глубоко внутри него. От этого голоса
хотелось завыть.
- Пробивайтесь, - неожиданно сказал Садуф, перехватывая свою огромную шипастую
палицу двумя руками. - Только чтоб быстро.
Крэйн непонимающе взглянул на него. Силач хмуро кивнул, наклонив гигантскую бритую
голову и в следующее мгновение, закричав, рванулся вперед. Прямо на стену стисов. Его
первый удар повалил сразу целый ряд.
Чуть правее, у самой стены нальта, открылась слабая промоина, через которую виднелся
свет Эно. Крэйн прорубился сквозь нее, чувствуя жалящие уколы в спине и в боках, рванулся
изо всех оставшихся сил. Их, оказывается, осталось не так и много - в ушах взвыло и
зарокотало, мир вдруг стал каким-то мягким и размытым, закачался перед глазами. Но было
поздно - он уже прорвался. Чернь нацелилась было ему в спину, но Садуф, до сих пор живой,
вклинился в просвет вслед за Крэйном и Тильтом.
Развернулся, прикрыв их своими огромными плечами, и снова поднял палицу.
Он знал, что открыт сразу с трех сторон, знал, что не успеет отбросить от себя
навалившихся людей. Но он прикрывал их до последнего мгновения.
Крэйну показалось, что он успел боковым зрением разглядеть, как фигура непобедимого
великана заваливается на бок, но это могло и показаться - все перед глазами стремительно
расплывалось.
А потом алая пелена сгустилась, сделавшись багровой, а затем и черной.
Когда он открыл глаза, небо заливало мертвое синеватое свечение Урта.
Пахло старой сопревшей листвой и кровью. Осторожно приподнявшись на локте, он
попытался ощупать себя и едва не вскрикнул от боли.
- Не трогай. Повязки сорвешь.
Узнав голос, Крэйн глубоко вздохнул и откинулся обратно на листья.
Кто-то сгреб под него изрядную кучу, получилась неплохая лежанка. Сильно хотелось
пить, язык во рту закостенел и был похож на маленькое хитиновое острие.
- Как... Что они? Отбились?..
- Отбились, - с какой-то незнакомой интонацией ответила Лайвен. Она сидела в десяти
шагах от него и разводила костер, капая на хворост бесцветную жидкость из глиняного сосуда,
который обычно использовал для этих целей Нотару. Самого Нотару рядом видно не было,
лишь лежал неподалеку человек, разметав в стороны руки. По его застывшей позе и задранной
голове Крэйн понял, что он мертв. - Мы в роще. Они за нами не пошли - испугались на
закате нападать. Думают, нас еще много. Может, к Эно и уйдут, кто их знает...
- Что было?
Она пожала плечами.
- Мы прорубились за тобой, вот и все. Садуфа положили почти сразу. Кейбеля - в
самом начале. Разбили у него в руках склянку с ываром...
- Остальные?
- Нотару лежит в подлеске, ему не хватило пары шагов. Как ворожея, призывавшего
огонь, его разорвали руками.
Несмотря на боль, он опять приподнялся.
- Тильт! Где Тильт?
- Не кричи.
Она капнула на заготовленный хворост сразу несколько капель и дерево вспыхнуло
жарким белым пламенем. При свете его Крэйн разглядел акробатку. Она сидела скрестив ноги,
на земле, талем на груди рассечен в нескольких местах, на правой ладони, неловко поджатой,
вокруг пальцев алеет платок. Лицо - почти мертвое, под коркой крови и грязи -
неестественно белое и неподвижное.
Он перевел взгляд на лежащего неподалеку, уже понимая, что случилось.
И вздрогнул, поймав застывший ледяной взгляд Тильта. Уцелевший глаз смотрел прямо
на него, насквозь. Крэйн зарычал, прижимаясь лбом к холодным влажным листьям.
- Я же донес его... Он... Он живой был.
- Наверное, он умер еще у нальта, до того, как ты вытащил его. Я смотрела его раны -
как минимум пять из них смертельны. Он должен был умереть даже раньше.
Крэйн молча лежал лицом вниз. Ему казалось, что кровь покинула его жилы.
- Он был тебе нужен?
- Да.
- Теперь с этим ничего не поделаешь. - Она подбросила в огонь хвороста. Тонкие ветви
горели неохотно, чадили едким черным дымом, скручивались. - Наверное, он спас нас.
Впрочем, теперь не важно.
- Теперь все не важно.
- Жизнь - достаточно важная штука. С рассветом я собираюсь выбираться отсюда. Если
у черни не хватило мозгов окружить рощу, попытаюсь пробиться с другой стороны. А если
хватило... Что ж, это все равно интереснее, чем сидеть здесь, как загнанный в логове карк. Если
б не пальцы... Ты со мной? Если завтра сможешь встать на ноги, я выведу тебя к Нердану. Но
учти, ради тебя ждать не буду. Калькада больше нет, теперь каждый сам ищет свою смерть.
Некоторое время он молчал.
- Не к Нердану. Я иду обратно в Себер.
- Обратно? Зачем?
- Мне нечего делать в Нердане. Меня не ждут в Трисе и Алдионе. Мой путь - обратно.
- Хочешь ждать того чернолобого? - догадалась она. - Ну что ж... Я покажу тебе
дорогу. Если все Ушедшие помогут тебе - может, и дойдешь.
- Покажешь на рассвете.
- Хорошо.
Крэйн с трудом встал, оперевшись о землю, и проковылял к костру. Лайвен смотрела на
него снизу вверх. Что-то было у нее в глазах. Это что-то заставило его сделать лишний шаг.
- Чего ты так смотришь? - нахмурилась акробатка. Машинальным жестом поправила
остатки вельта на груди. Но все-таки прорехи были слишком велики. И смотрела она совсем не
так, как должна была бы в такой ситуации.
После стольких десятков жарких душных Эно в дороге, после долгой схватки, они
наконец осознали, что вокруг почти полная тишина, если не брать в расчет треск ветвей в
костре, а их двое. Крэйн понял, что сейчас произойдет, и по глазам Лайвен было видно, что и
она это знает.
- Пшел вон! - Она залепила ему глухую сильную пощечину, но он даже не вздрогнул.
Наклонился над ней, прижал ее руки к земле. Дышать стало сложно. Пахло копотью и потом.
- Убью! - крикнула она, когда снова смогла говорить. - Урод, Бейр, тварь...
Но он уже не слушал. Мир вновь завертелся у него перед глазами, но в этот раз он
чувствовал, что ничего страшного не произойдет. Он просто нашел тропу, выводящую его из
лабиринта, в котором он блуждал столько сотен Эно, и пошел по ней.
Сейчас он не был уродом.
- Бейр! Тварь! Я тебя... Тварь!
Тильт смотрел на них мертвыми ледяными глазами. Он ничему не удивлялся.
- Урод... Ненавижу...
- За... замолчи.
- Ради Ушедших, за... затуши ты наконец костер!
- Зачем?
- Ты пока еще не такой красавец, чтоб я целовала тебя на свету.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ГЛАВА 1
ШЭД УРТА. СЕБЕР
Это было на закате Эно.
Густая тень сползала со стен хижин и жирными потеками падала на землю, скрывая под
собой осколки прошедшего дня - россыпи следов, тонкий слой шелухи олма, бесформенные,
сваленные грудой тряпки. В этом районе города жители не стремились снести накопившийся
мусор в ывар-тэс. За Урт ветер выметал его подчистую.
Человек, шедший между склетов, был стражником. На нем был выцветший от времени
касс, на боку висел тяжелый кейр с удлиненной рукоятью, страшный в ближнем бою. Люди,
встречавшиеся ему на пути, спешили уступить дорогу, даже когда места было в избытке -
стражу здесь все-таки уважали. Даже не уважали - боялись, оттого и чертил на земле тонкую
тень тяжелый кейр. Жила здесь не чернь, больше мелкие полепашцы да ремесленники, но
каждый Урт исправно приносил по одному, а то и по два мертвеца. До ывар-тэс нести трупы
шеерезы не рисковали - тот был почти в центре, поэтому те, кому не повезло в этот Урт,
обнаруживались чаще в загонах шууев, рвах и колодцах. Шэда это не беспокоило -
особенного урона городу это не причиняло, но жителям стоило помнить, кто есть закон.
Поэтому дважды в Урт и выходили на дежурство стражники.
Стражник шел не торопясь, неспешно оглядывая шалхи и склеты. Редкие прохожие
провожали его встревоженными опасливыми взглядами, кое-где при виде него норовили
уползти в тень, но он не обращал на таких внимания, приказ шэда - чтоб шей в Урт не резали,
а прятаться шэд Себер своим подданым разрешал.
Да и толку, вкралась в голову стражнику равнодушная вялая мысль, даже если кому шею
и подправят - не бросаться же тотчас с кейром? Шею за пустое не режут, знать, есть причина.
К тому же стражник не стражник, а артак под ключицу и в этом районе можно получить
спокойно, а уж если Урт... Бейр с этими тварями, пусть лопают друг дружку как умеют. Если
поля не родят, шууи дают приплод раз в сотню Эно, дерева вовек не сыщешь - что ж им
остается? В районе черни, что на окраине, вообще кости человеческие постоянно находят.
Объеденные так, что и ывар не справился бы. Так что тут еще добро, жить можно.
Углубившись в размышления, стражник не сразу заметил странную пару, шедшую ему
навстречу по другой стороне улочки. Мимолетно укорил себя - непростительная оплошность
для того, кто должен замечать все и всех вокруг, - потом присмотрелся и нахмурился. Свой
кейр он повесил на пояс не Эно и не два назад, часто одного только звука шагов ему хватало,
чтоб понять, кто за его спиной, умел он и правду по лукавым глазам читать, умел нащупывать,
какое слово лучше запустить вперед кейра - иные в таком районе стражниками и не
становятся. Но двое, шедшие навстречу, вызвали у него замешательство.
Не замешательство - поправил он сам себя, скользя равнодушным взглядом по пыльным
плащам. Тревогу. Словно чьи-то твердейшие пальцы прижали на мгновение сердце, подержали
и отпустили, оставив только ноющую боль.
Первый был мужчиной - этого не мог скрыть даже наброшенный на лицо капюшон
плаща. Поступь твердая и какая-то быстрая, резкая, несдержанная, руки зацепились
оттопыренными пальцами за пояс, пальцы твердые, сухие.
Мозолей, конечно, с такого расстояния не различить, но видно, что пальцы эти с оружием
знакомы. Стражник машинально ощупал взглядом плащ и решил, что ничего больше стиса у
странного прохожего нет. Хотя кто его, конечно, знает.
Лицо прячет... Тайлеб-ха? Нет, тот бы так ровно не прошел, да и нет в этом районе
тайлеб-ха - пролезших местные протыкают и выкидывают за вал, эти гниющие бедумные
куски плоти редко выживают в больших городах.
Известный шеерез? Нет, был вынужден отказаться от этой мысли он, такой тоже не стал
бы появляться здесь, да еще и на закате, когда, всем известно, стража выходит в первый дозор.
Стражник остановился, неброско, у стены, делая вид, что поправляет перекосившийся
касс. Двое прошли мимо него, почти не заметив. Мужчина даже не приподнял капюшона,
женщина мазнула равнодушным взглядом.
Она заинтересовала стражника меньше - внешность у нее была почти ничем не
выделяющаяся, разве что у местных кожа была чуть потемнее. Фигура под плащом угадывается
ладная, крепкая, но лицо неприятное - резкое какое-то, острое. Не сказать, чтоб уродина, но
смотреть долго тошно.
Путники, несомненно, были в городе не впервые - шли уверенно, глядя больше под ноги,
чем вперед. Когда они прошли дальше, стражник посмотрел им вслед, на всякий случай
подтянув руку поближе к кейру. Но опять сердце вдруг тревожно кольнуло - и он неожиданно
понял, что не стоит останавливать странных прохожих. Потому что если их остановить,
мужчина может откинуть глухой капюшон и посмотреть ему в глаза. А ему почему-то
показалось, что лучше получить сразу пару артаков в шею, чем увидеть то, что скрывается за
тканью. Словно... Додумать он не успел - поправил на теле тяжелый касс, пожалуй, даже с
непростительной для стражника поспешностью, повернулся и зашагал в противоположную
сторону.
Мысль о странной парочке, встреченной случайно на улице, сидела в нем тонкой занозой
до самого конца дозора. Глядя на залитые синим светом мертвые стены склетов, он то и дело
вспоминал то ощущение, которое заставило его отшатнуться. Ощущение липкой ледяной
тяжести, спрятавшейся за грубыми складками ткани. А на рассвете Эно, когда Урт стал стекать
по небу за горизонт, открывая розоватую серость утра, он зашел в знакомый трактир и заказал
два кувшина крепкого фасха. Фасх смыл из его памяти дурные мысли, и он еще долго сидел,
неизвестно о чем задумавшись и глядя на заплеванный земляной пол.
- Сюда. - Крэйн коротко махнул рукой. - Заходи быстро.
Склет, на который он показывал, мало чем отличался от соседних, разве что пыли между
бревен больше да зеленые кляксы мха на косяке. Сырой мертвый дух, доносившийся из-за едва
приоткрытой двери, свидетельствовал, что склет не обжит. Лайвен секунду помедлила,
подозрительно глядя на трухлявое дерево бревен, потом открыла дверь и решительно вошла.
Крэйн скользнул следом, предварительно оглядев улицу и убедившись, что их никто не видит.
Внутри было тесно и душно. В скелете не было никакого убранства - ни любимых
жителями Себера коротконогих массивных столиков, ни стульев, ни даже лежанок. Зато все
свободное место было завалено мешками и свертками. Почти все они уже были взрезаны -
Лайвен видела рассыпавшиеся сушеные плоды туэ, дешевые короткие стисы, рулоны
нездешней мягкой коричневой ткани. Разбросано все было в явном беспорядке.
В склете было трое людей в вельтах. Они сидели в разных концах комнаты на мешках со
скарбом и напряженно смотрели на вошедших.
- Вотты где... - Невысокий плотный бородач отнял руку от висевшего на поясе
артака. - Мы заждались.
- Заждались - не померли. - Крэйн закрыл за собой дверь, огляделся.
Лайвен усмехнулась.
- Меня уж не приветствуешь, Сахур?
Бородач лишь осклабился.
- Какже вас не повеличать-то, пресветлая шаббэл! Очень рады видеть вас, особливо тут и
в такой славный Урт.
Двое других промолчали, но даже в полумраке было видно, как сереют в усмешке их
зубы. Лайвен даже не посмотрела на них.
- Надеюсь, не очень помешала вам? Насколько я понимаю, вы сейчас при ремесле?..
Действительно славный Урт для работы.
Тот, кого она назвала Сахуром, хмыкнул, маленькие темные глаза стали еще уже.
- Благодарствую, не жалуемся. Ремесло - оно, всем знамо, Урт любит. А вы, стал быть,
подмогнуть решили? Это дело доброе. Можете на дозоре постоять, стражу покараулить. Иль
вам больше нравится пальцы резать?
Крэйн молча вышел на середину комнаты, одним движением отбросил на плечи капюшон.
Увидев его лицо, Сахур вздрогнул, на тощей бледной шее шевельнулся пухлый кадык.
- Ведите себя тихо, - медленно и очень спокойно сказал Крэйн. - Мы не у вала. Один
крик - и на ваших поганых телах не хватит места для кейров всей подоспевшей стражи.
Лайвен вскинула голову.
- Дорогой мой, тогда позаботься и о том, чтоб у твоей дружины изо рта не дуло.
Крэйн подошел к ней, глядя прямо в глаза. Она отступила на полшага, но остановилась и с
вызовом посмотрела ему в лицо. Прямо в ужасную багрово-черную маску.
- Ты сама хотела сюда прийти. Помни об этом. Я тебя предупреждал. Ты знаешь, что
здесь будет. Но ты пришла.
- Конечно, пришла. Хочу увидеть, чем ты занимаешься Урт и большую часть Эно.
- Ты знаешь, чем я занимаюсь, - сказал он тихо. - Ты хочешь увидеть это?
- Думаю, мне давно пора. Не думай, что я упаду в обморок, Бейр.
- Хорошо. - Он отвернулся и больше не обращал на нее внимания. - Сахур!
- Чего? - отозвался бородач.
- Доставай их. Оба целы?
- Папашу немного пришлось пристукнуть, сопротивлялся. За стис хватался. Но мы его
легонько, даже не отшибли ничего. Зелет, тащи-ка нашего гостя! Берон, давай на подмогу.
Сюда их, родимых!..
Сидящие в дальнем конце комнаты одновременно поднялись и взялись за один из тюков,
неподвижно лежащих в углу. В душном полумраке скелата не было видно, что внутри, но
Лайвен рассмотрела, что на одном конце болтается что-то тяжелое и массивное.
- Уже можно светить. - Крэйн кивнул Сахуру. - Давай вигов. Не больше двух.
- Мне ль не знать... - пробормотал тот, извлекая из-за пазухи грязную тряпицу. В ней
оказался пяток вигов. Сахур аккуратно взял двух, быстро обломал им лапки, втиснул в
расщелены между старыми бревнами - если крепления для вигов тут и были, они давно
рассыпались пылью. Комнату медленно залил тяжелый зеленоватый свет, выдавивший темноту
в самые углы.
Лайвен резко выдохнула.
В тяжелом тюке посреди комнаты были не плоды туэ. И не ткань. Это были двое людей,
мужчина и мальчик, крепко стянутые затылок к затылку.
Мужчина был лысоват, крепкая тяжелая челюсть с обеих сторон синела крупными
короткими рисками - били, вероятно, дубинкой. Мальчик был еще без сознания. Он был
совсем невелик, щеки еще долго не будут знать щетины, но в чем-то неуловимо походил на
мужнину. Отец и сын - поняла Лайвен.
- Торговец, - пояснил Крэйн мягко, присаживаясь на корточки возле связанных. -
Морда не знакома? Вроде как из Нердана, вдруг когда видела...
- Н-нет... - Лайвен не могла оторвать взгляда. - Не видела никогда.
- Богатый, хегг дери его кишки, - вставил один из тех, что переносил тела. - Мы за его
караваном добрых две сотни этелей отмахали. Хорошо, охрану он в Себере отпустил. Зазря,
между прочим, Себер - не Трис, но лихих людей везде хватает. Кто другой ему бы в шею
артак вставил, тулес прихватил бы - и лови, как карка в выводке, а мы его целехонького прямо
на дом евойный принесли...
- Это не дом его, - поправил Сахур. - Он тут товары только держит. А спать норовит в
трактире. Но это ничего, все одно придется дать нам за нашу доброту цену. А, отец?
Связанный мужчина ничего не сказал, лишь прикрыл глаза. Сахур хохотнул и грубо
потряс его за ухо.
- Что тулес?
- Мелочевка, не больше сотни, - сказал Зелет, тонкий смуглый парнишка, приподнимая
дорогой тулес из кожи шууя. - Даже на трактир и охрану на десяток Эно не хватит.
- Конечно, - подтвердил Берон. - Остальное запрятано, тут ясно.
Крэйн задумался, глядя себе под ноги.
- Я тоже так думаю, - сказал наконец он. - Товару здесь немало, конечно, но не все же
деньги он на товар потратил. Я думаю, он торговец опытный, не первый раз делом занимается.
Привез из Нердана всякую утварь - это, конечно, хорошо, но нам с нее не фасх пить.
- Верно. Прячет, хеггово семя! Слышь, ты... Ты это, говорь, пока по-доброму
спрашиваем. Потом ведь так не будем. Понимаешь?
Мужчина издал странный приглушенный звук - то ли всхлип, то ли вздох.
Под тонкими веками было видно, как мечутся глазные яблоки. Губы едва заметно
дергались. Он не был трусом, решила Лайвен, он просто хорошо знал людей и понимал, что с
ним сейчас будет.
- Тюки все проверили? Стены? Одежду?
- Все проверили, Крэйн. Даже пол смотрели.
- Хорошо. - Крэйн взял торговца крепкими пальцами за подбородок, дернул. - Где
деньги?
Тот на мгновение открыл глаза и, увидев над собой нависшее лицо Крэйна, всхлипнул
особенно громко.
- Н-н-н... знаю... Не знаю, - просипел он тяжело, словно слова силой приходилось
выталкивать изо рта. - Тулес... Все в тулесе. Ради Ушедших...
- А я думал, он добрый человек, - развел руками Берон. - А он, оказывается, скряга.
Ты что же, тварь, заставишь нас целый Урт над тобой работать? Ну ты какой... К чему тебе
деньга, дурь? Ты на деньги у Ушедших новую жизнь не выторгуешь. Товару у тебя хватит,
вернешься в свой Нердан при монете. Давай гони что есть. Не тяжели и нас, и себя.
Голос у Верона был мягкий, текучий, его водянистые глаза смотрели прямо и
бесхитростно. Сейчас он действительно казался добродушным шеерезом, даже не шеерезом, а
так - обычным жителем большого города. Но Лайвен, несмотря на то, что видела его второй
или третий раз в жизни, сразу поняла, что именно плавает в мутной глубине его глаз. Да и
одних только скупых рассказов Крэйна хватило бы.
Зелет, самый молодой из собравшихся, молча шлифовал стисы друг о друга, лишь изредка
бросая взгляд на связанных. Сахур сидел на корточках неподалеку и жадно смотрел на
торговца. Лицо его, пожалуй, даже красивое, если б не жирный лоснящийся шрам, почти
прикрытый бородой, выражало нетерпение и надежду. Лайвен подумалось, что если б ей
пришлось вонзить стис в грудь кого-нибудь из присутствующих, она не колеблясь выбрала бы
Сахура.
Или Крэйна?
Крэйн некоторое время молчал, глядя в стену. Разговор между Бероном и торговцем
словно и не интересовал его - мертвая маска не могла выражать чувств. Наконец черные губы
разошлись.
- Я думаю так, - проронил Крэйн, по-прежнему глядя в сторону. - Я думаю, наш друг
достаточно неглуп, чтоб понять, из этого склета ему ходу нет. Разве что в ывар-тэс, и то если
мы рискнем тащить его через весь город.
Берон приподнял бритую голову и с досадой глянул на Крэйна. То ли не хотел уступать
ему честь расколоть упрямца, то ли сердился, что хозяин так просто выдал их планы. Какой
дурак будет отдавать деньги, если и так, и так - стис в горло?..
Торговец замер, лицо его побледнело еще больше. Он действительно умел разбираться в
людях и понял, что Крэйн говорит правду.
- Я не буду тебя пытать. Это слишком долго и может длиться до рассвета, когда придет
стража. Нанимать ее на Урт ты пожалел денег, значит, нам надо успеть до рассвета. Верно?
- Пусти... - прошептал торговец. - Пусти, брат... Бери что хошь, но пусти... Товары...
кассы в углу добрые... Все... все берите.
- Нам нужны деньги, - медл
...Закладка в соц.сетях
