Жанр: Научная фантастика
Экзамен для гуманоидов
..., что они должны искать, потому в программы их побудки и был заложен
пресловутый двести пятый день. Видимо, предполагалось устроить мне небольшой
допрос с пристрастием и выведать, отчего же я так безрассудно бросился
рисковать собой в глубоком космосе.
- Мы все же подстрахуемся и установим круглосуточное дежурство в
двигательном модуле. Чтобы исключить стыковку вашего нового прибора с
машинами, - сказал Павел.
- Резонно, - согласился я. - Давай, расставляй людей, а потом зайди ко
мне, обсудим технические детали.
- Я надеюсь, ты укомплектован не только учебником по криминалистике? -
спросил я, когда Паша появился в моей каюте. - Оружия у меня нет, V пилот
развел руками.
- Я не о том, - перебил его я.
Там, в коллективе, он - военный лидер, но на самом деле командую только
я.
- Меня интересует волоконная оптика.
- Двадцать три метра кабеля и цифровой корректор изображения.
- Отлично, - я потер ладони, - идем взглянем на "затерянный мир"?
- А дырка есть?
- Вокруг нас, товарищ Паша, ажурные конструкции, а не базальтовые
монолиты. Дырка всегда есть, ее не может не быть! Идем, идем, я покажу.
Выйдя из каюты, я нос к носу столкнулся с рослым пилотом восточной
наружности.
- Это Алик, - пояснил Кольченко. - Он и Герман, инженер третьей смены,
будут попеременно нести дежурство у вашей каюты и сопровождать вас вне ее.
- Мило, - я усмехнулся. - А на интимные встречи?
- Тоже, - в глазах Павла рассыпались озорные искры. - Если попросите,
даже подменит.
- Только меня, а не визави! - парировал я.
То, что Паша по-простецки назвал "кабелем", представляло собой чудо
механики. Тонкая искусственная змея, способная проползти в любую заметную
щель и показать, чем живет сосед, на цветном экранчике переносного пульта
управления.
- Здесь, - я отодвинул панель, скрывающую разводку проводов. - Семьдесят
градусов влево, метр прямо, тридцать градусов вниз и восемь метров снова по
прямой.
- Ясно, - сказал Паша и включил прибор. - Алик, придержи панель.
На проникновение нашего "светящегося глаза" в грузовой отсек ушло не
более минуты. Павел чрезвычайно ловко управлялся с прибором. Он немного
подстроил изображение. Нагромождение контейнеров казалось макетом спящего
города Слабое освещение создавало иллюзию лунного света над погруженным в
глубокий и скучноватый полумрак пластиковым Манхеттеном. Пока никакого
движения не наблюдалось "Змея" скользнула на "крышу" ближайшего "небоскреба"
и поползла в глубь отсека по верхним крышкам контейнеров.
- Прими влево, к четырнадцатому блоку, - шепнул я, словно опасаясь, что
нас может услышать кто-то посторонний.
Паша молча подправил курс "разведчика". Вот и контейнер, посмотрим,
насколько я прозорлив. Есть! В самое яблочко! Павел удивленно оторвал взгляд
от экрана.
- Контейнер вскрыт!
- Вижу, - я улыбнулся, - а ты чего ожидал?
- Я? - Паша переглянулся с Аликом. - Ты думаешь, зачем я устроил весь
этот цирк с четырнадцатым блоком? - Приманка? Но чего вы этим добились?
Теперь мы можем обоснованно подозревать своих товарищей, но кто конкретно
нас предал?
- Вот ты мне и ответь. Кто расставлял людей по местам, ты или я? Пройти в
грузовой отсек, чтобы поделиться с диверсантами полученными сведениями,
можно, только открыв двери или аварийные шахты с центрального пульта. Кто
там дежурит? Это двое или трое... Кто?
Павел открыл рот, пораженный содержанием пока не высказанного ответа на
поставленный мною вопрос. Взгляд его на секунду остекленел, но он быстро
взял себя в руки.
- Алевтина...
Мне было ясно, что ему нелегко, но сопереживать пилоту я не собирался. Не
разглядел лазутчика, сыщик?! Теперь терзайся, а впредь - будет наука!
Впрочем, в рубке присутствовали еще двое.
- Кто стоял у "штурвала"?
- Мишин. А за "медиком" следила Галина.
- Почему тогда ты не поставил к "управляющему" компьютеру Ирину? Зачем ты
разбил смену?
- Аля... Алевтина сама попросила меня...
- Вот тебе и ответ, - я пожал плечами, - Мне очень жаль, Паша, но лучше
нам сейчас же вернуться и побеседовать с ней. Сматывай кабель.
- А что мы предпримем по поводу вскрытого контейнера? - Ничего. Там и в
самом деле удобрения, так что пусть шпионы пороются в дерьме. Это неплохо
расшатывает нервы. Не все же одним нам переживать стрессы. Идем, пока весть
о содержимом контейнера не распространилась по кораблю в виде запаха.
Когда мы вошли в рубку, Игорь попытался по-военному доложить об
отсутствии необходимости в нашем присутствии, но я его остановил. Галина
подняла на меня покрасневшие от усталости глаза и едва заметно кивнула.
Алевтины в помещении не оказалось.
- Где инженер? - резко спросил я Мишина.
- Должно быть, в дамской комнате, - не понимая, почему я сержусь, ответил
пилот.
- Алик, за пульт! - приказал я своему телохранителю. - Изучи картинки
всех отсеков! Паша, бери людей и обшарь все до последнего закоулка! Найди
мне Баха-реву, Ромео! Мишин, вызови своего инженера, посади за пульт вместо
Алика и предупреди, что ничьи приказы, кроме моих, для нее недействительны!
- Я не прикасалась ни к одной кнопке на этом проклятом пульте, - Галину
била мелкая дрожь. - Это может подтвердить кто угодно!
- Верю, но легче мне не становится, - я смотрел, как на экране играют
стандартные диаграммы выхода двух сотен пациентов из анабиоза. - Через час у
нас возникнет очередная проблема: как уложить обратно в камеры всех этих
людей, а мы еще не решили, что делать с диверсантами.
- Это все тот же вирус, - сквозь слезы произнесла Ира. - Я во всем
виновата...
- Отнюдь, милочка, это обычная команда, просто с отсрочкой исполнения.
Галя, вы случайно не отходили от пульта примерно час назад?
- Нет. Я выходила на несколько минут часа три назад. Вместе с Алевтиной,
если вы намекаете на то, что команду дала она.
- Странно, - я покосился на Мишина.
- Александр Николаевич, - ожил интерком, - это Павел. Мы обошли все
отсеки, ее нигде нет.
- Паша, это невозможно, мы не в китайском квартале, а на звездолете. Ей
некуда деться!
- Пройтись еще раз?
- Да. И не пройтись, а прочесать все, как на боевой операции!
- Есть!
Обилие загадок начинало меня серьезно утомлять.
Теперь еще "разморозка" уголовников! Откуда была послана команда
"побудки", если наш "медик" молчал, а автономных консолей у камер "черного
списка" просто нет? Ситуация напоминала шахматную партию, когда никто не
идет на "размен", но пытается расположить фигуры так, чтобы запутать
соперника и при первом удобном случае нанести один мощный удар. Стратеги
подмороженные! Ну, ничего, я вам устрою шахматы!
- Господин Афанасьев, с "навигатором" проблемы, - испуганно вскрикнул
Мишин, указывая на экран главного компьютера.
Все, приплыли! "Паром" дал течь! Я подбежал к пилоту и плюхнулся в кресло
перед навигационным пультом. "Ермак" тормозил! Я не поверил глазам. Мощность
силовых установок автоматически росла, пытаясь компенсировать тормозящую нас
силу, но корабль все равно замедлялся. Так-так. Угол сто тринадцать
градусов. Какое-то мощное искривление пространства-времени. Я не мог не
учесть способностей тела с такой массой при прокладке курса. Если бы знал о
нем, конечно. А почему я о нем не знал? Обманули астрофизики? Исключено. Не
знали о нем сами? Возможно, хотя вряд ли. Так, предыдущий курс... Все в
порядке, сбиваемся с маршрута только сейчас... Скверно. От такой массы без
хорошего "пинка" нам не уйти...
- Ну и дела! - вырвалось у стоящего рядом со мной Игоря, он тоже смотрел
на экран. - Может быть, поддать "газку"?
- Поддадим, но в конечном итоге это не поможет. Взгляни на часы - сколько
мы уже замедляемся?
- Минут десять... Постойте, четыре часа?! Этого не может быть! Перед
вашим приходом все было в норме, я ручаюсь!
- Прибавь мощности ровно на один процент. Смотри теперь.
Игорь снова взглянул на экран и потер подбородок. - Три часа сорок четыре
минуты... - Еще процент...
- Три часа двадцать восемь минут...
- Сбавь обороты...
- Минус три процента. Пять часов четырнадцать минут... Что происходит?
- Все дело в принципе работы наших двигателей. Я собирался добавить к ним
кое-что в процессе доработки, но меня опередили.
- Кто? Я думал, что это невозможно, - заметил Павел, присоединяясь к нам
с Игорем у пульта.
- Тот, кто подсунул нам вот эту гипермассу...
- Силы небесные?
- Честно говоря, не знаю, может, и они. Достоверно только то, что ничего
подобного по нашему маршруту встретить не предполагалось. Искривление
пространства-времени должен был обеспечить мой очередной научный шедевр...
- Тот, что находится в четырнадцатом блоке? - усмехнулся Паша.
- Не перебивай! Стану я размещать точную аппаратуру среди ящиков с
удобрениями и барахлом! К тому же мои новые установки занимают столько же
места, сколько требуется одному из наших двигателей... Сообразили,
пилотики?
- Четвертый агрегат! - воскликнул Мишин - Тот, что мы считали резервным?!
- Именно, - я остался доволен эффектом. - Пора нам его испытать. Иначе из
ловушки не уйти. Выбьем клин клином, как говорится. Что там со скоростью?
- Минус две сотых процента в минуту по часам компьютера, - доложил Игорь,
- то есть около одной десятой процента на самом деле.
- Включить "резервную" установку! Запустить программу постепенного
подъема мощности двигателей! Пик должен совпасть с началом работы четвертого
агрегата. Экипажу приготовиться к авралу! Возможно, нас хорошенько тряхнет.
- Отключилась блокировка внутренних грузовых шлюзов, - взволнованно
крикнула Ирина, вливая дополнительную волну жара в без того раскаленную
атмосферу рубки. - Блокпост в машинном отделении волнуется!
- Павел, пошли им подкрепление, пусть задержат шпионов хотя бы на пять
минут!
- Уголовники пытаются взломать решетку зоны "черного списка"! - громче
прежнего доложила Ирина.
- Прекрати истерику! - рявкнул на нее я. - Для такого сплава силенок у
них не хватит! Следи, чтобы решетка не открылась, как и шлюзы, сама по себе!
Наступала кульминация, а главное в такой момент удержать ситуацию под
контролем. Получалось это у меня или нет, я пока не понимал. Четвертый
агрегат, мой новый "искривитель", набирал мощность. Еще несколько минут, и с
гравитационной ловушкой мы справимся. (Даст Бог!) Преступники пока за
решеткой. Остаются лишь диверсанты, но, чтобы добраться сюда, им надо
сначала починить заклиненный шлюз между грузовым и двигательным отсеками, а
затем сразиться с заградительным отрядом из крепких пилотов. Как жаль, что
на корабле нет хотя бы традиционного капитанского сейфа с парой пистолетов!
Правда, на нем и капитана толком нет! Ничего не поделать! Итак, пик мощности
- пуск!
- Гипермасса смещается! - Игорь и Паша прилипли к монитору. - Угол
девяносто градусов! Нет, от ста тринадцати до девяноста! Она прогибается?
- Что за чушь вы несете? Кто куда прогибается?
- Это неизвестное сверхтяжелое тело обволакивает нас как коконом!
- Это мой новый "искривитель" так действует на наши приборы...
- Мы отклоняемся от вектора времени. - Павел показал на объемную картинку
в углу монитора, - возвращаясь при этом на прежний маршрут движения! Мы
останавливаем время! Александр Николаевич, вы трижды гений!
- Знаю, Паша, только время мы не останавливаем, а искажаем, - я немного
успокоился.
Четвертый агрегат работал, причем так, как я и планировал. "Пароход"
сошел со стапелей...
- Минус четырнадцать минут в час... Обратный отсчет времени
стабилизировался... Достигнута прежняя скорость... Скорость зафиксирована...
Регистрируется смещение звездной карты... "Навигатор" фиксирует множество
новых объектов и свойств пространства. Дать разрешение на систематизацию и
обработку?
- Обязательно - Я обернулся к Ирине: - Подключайте все резервные
накопители информации. Сейчас есть что позаписывать. Мы выбрались в
несколько другую Вселенную...
13
Из рапорта в разведку Каравана Несущих Истину
... Хвала Великим Болотам Потерянной Родины! Секрет клайров раскрыт!
Земляне, сами того не подозревая, проникли туда, откуда нас во время Великой
Битвы, возможно, и атаковал Мобильный Флот... Приступаю к изучению и
тщательному копированию технической документации земного звездолета...
Установлены и взяты под наблюдение все вражеские агенты...
С.
Афанасьев А. Н., трижды гений.
Я это сделал! А ведь мне пытались помешать! Но я это сделал! Я поставил
"Ермак" немного "боком" к четвертому измерению - неотвратимому, строго
направленному времени и заставил корабль лететь только в трехмерном
пространстве. Получился "паром". Потом я вывернул четвертое измерение и
получил фору в четырнадцать минут на каждый час. Не славно ли? Летаешь себе
сколько влезет, а возвращаешься на следующий день после отлета. Постаревшим,
конечно, но счастливым. Да и почему обязательно постаревшим? Есть чудесное
средство - анабиоз! Трижды гений... Почему бы нет?!
- Поздравляю, Санечка!
Услышав ее голос, я невольно вздрогнул и медленно развернулся вместе с
креслом. Она стояла рядом с резервным пультом, одетая в нашу обычную форму,
и улыбалась. Ее светлые волосы все теми же непослушными прядями падали на
изящные плечи, большие зеленые глаза... Глядя в ее глаза, я верил, что меня
в этом мире любит хотя бы один человек.
В этом мире... В этом мире?! Мы уже несколько минут, как в "мире ином".
Не в ее ли? Недаром же придумали эпитет "безвременье". Если уточнить, то у
нас тут даже не безвременье, а сплошное "антивременье". Я покосился на
присутствующих в рубке и понял, что они настолько заняты своими проблемами,
что не обращают на мой глуповато-растерянный вид никакого внимания. Но,
главное, они видели Музу! Таким образом, я могу быть спокоен - с ума я не
сошел. Только почему они не удивлены присутствием на борту постороннего?
- Я вас подменю, - предложил Паша, мельком бросив взгляд на Музу.
Я уступил ему место и подошел к Лене. Остановившись в полуметре от нее, я
заложил руки за спину и внимательно посмотрел Музе в глаза. Нет никаких
сомнений, это она.
- Ты устал, - сказала Лена и провела теплой ладонью по моей щеке.
Ощущение непривычное, вернее, давно забытое. Я вдруг понял, что все
терзающие меня сейчас переживания, не более чем суета испуганных пылинок
перед пылесосом. Привычка жить, не более...
- Ты прав. - Лена кивнула. - Привычка жить. Не самая вредная, но теперь
почти бесполезная. Там, где нет времени, нет и движения, а жизнь - это
вариант движения. Страшно?
- Нет, - я улыбнулся. - Мы в этом мире, так сказать, проездом. Да и время
свернуто в бараний рог только снаружи зоны искривления. На борту нашего
звездолета жизнь продолжается. Ты разве не заметила?
- Какой ты смешной, - Лена искренне рассмеялась, а я снова заволновался:
неужели что-то не так?
Раньше она выражалась яснее, без уверток и намеков. Хочет, чтобы я сам до
всего дошел? Тогда ей стоит дать мне хотя бы подсказку...
- Подсказываю, - она прекратила смеяться, но глаза ее серьезными так и не
стали. - В точном ли соответствии с расчетами работает твой "искривитель"?
- Нет, но почти... - я осекся.
Она права! Надо срочно подставить новые данные и все хорошенько
пересчитать. Эй, эй, а что это за телепатия? Я же не просил подсказку вслух!
- Пересчитай и все поймешь...
- Они их убивают! - вскрикнула Ира, прерывая нашу странную беседу.
На мониторе демонстрировалась весьма жестокая картина схватки в
двигательном отсеке. Двое наших уже не шевелились, шестеро еще держались, но
более нескольких секунд выстоять им не светило. Нападающие были явно
сильнее. Четверо мощных типов в полувоенных тренировочных костюмах и
пижонистых черных масках профессионально избивали наших парней пудовыми
кулачищами. Я не специалист, но даже мне было понятно, что бьют агрессоры
"на полный вывод из строя". То есть на смерть. Ира оказалась права Я
посмотрел на Лену. Она смотрела на экран и по-прежнему улыбалась! Моя нежная
Муза! Смотрела, как люди убивают друг друга, и улыбалась! Кажется, скоро я
все пойму без всяких повторных расчетов. В двигательном отсеке из двенадцати
человек на ногах осталось только четверо; ни одного из наших.
- Они прошли в "зеленую зону", - доложила Ира. - Переключаюсь.
Громилы не спеша и как-то вальяжно подошли к ближайшим "саркофагам" и
принялись негромко совещаться. Наконец, приняв какое-то решение, они
свернули в боковой коридор и двинулись к зоне "черного списка", где мучились
от жажды еще двести образчиков человеческой жестокости.
- Надо что-то делать, Александр Николаевич, если они освободят
уголовников, нам не выжить... - запаниковал Игорь.
- Ты следи за навигационными приборами, пилот, - оборвал его Павел, - а
не то улетим куда-нибудь к черту на рога... Александр Николаевич, по-моему
следует обесточить сервопривод решетки, тогда ее замкнет наглухо, разрешите
я схожу.
- Тебе придется подойти к диверсантам почти вплотную, они могут тебя
обнаружить... Давай просто пустим усыпляющий газ.
- Нет, пока диверсанты не проникли за решетку, газ их не возьмет. Да и
уголовники нам нужны лежащими в камерах, а не рядом. Хотя, в целом, мысль о
газе неплоха. Я проберусь, не сомневайтесь. Взгляните, как самоуверенно они
шествуют к "черному списку", по сторонам не смотрят...
- А еще двое? А твоя возлюбленная? Ты недооцениваешь противника, Паша,
это неправильно.
- Алевтина с ними не связана, - уверенно ответил Павел, - а двое других
остались в грузовом отсеке.
- Откуда ты это узнал? - От вашей знакомой... - Паша обернулся к Музе. -
Я вас верно понял?
- А я ничего не говорила, - Лена снова очаровательно улыбнулась.
- Да, но это была ваша мысль? - настаивал Паша.
- Моя...
Я поморщился. Какие все вокруг, оказывается, способные - Иди, только не
попадись... телепат.
Итак, она еще и Муза Скрытых Способностей. Новая Вселенная - новые
источники вдохновения. Паша ушел, а Ирина настроила камеры слежения так,
чтобы они включались последовательно, показывая каждый его шаг.
Из текущего рапорта в Планетарную Разведку
Трудности, вызванные сбоями в работе несовершенной техники землян и
появлением на борту ударной группы неизвестного происхождения,
преодолеваются с трудом. Агент амфибий-кочевников пока не локализован, так
как, видимо, опасаясь раскрытия, не применяет Великий Дар Внушения, по
которому его только и возможно отличить от людей...
P. S. Агентура Мобильного Флота предположительно обнаружена. Судя по
грубой работе, это...
К.
Бахарева, Кольченко, Афанасьев
- Алевтина притаилась за люком ремонтного шлюза, выступающим на полметра
в глубь грузового отсека. В десятке метров от нее двое незнакомцев возились
с громоздким прибором. Тусклый свет не позволял рассмотреть их лица или
аппаратуру детально, но определить, что один из парней был чернокожим, она
смогла без труда. Черный русский? Почти смешно. Конечно, не в сложившейся
обстановке. Как бы рассмотреть, над чем они там колдуют? Аля задержала
дыхание и медленно вышла из тени укрытия. Шаг, другой, и она снова оказалась
в спасительной тени, на этот раз от ближайшего контейнера. Сердце колотилось
так, что подрагивала натянутая упругой грудью ткань комбинезона. Пытаясь
успокоиться, девушка сделала бесшумный, но глубокий вдох-выдох и выглянула
из-за угла пластикового ящика на свет. Теперь ей была видна только
широченная спина одного из гостей. Позиция оказалась неудачной. Однако, если
подобраться ближе, ее могут услышать. Жаль, что здесь не двигательный отсек,
там постоянно что-то гудит, попискивает, шуршит хотя бы, а в грузовом -
тишина и угрюмое сопение двух верзил. Двух? Аля снова выглянула из-за угла.
На этот раз диверсант сидел на аппарате к ней лицом и широко улыбался.
Девушка почувствовала, что покрывается липким холодным потом, а когда на ее
плечо легла тяжелая ладонь, Аля непроизвольно вздрогнула Колени подкосились.
Чтобы не упасть, она вцепилась в пластик контейнера и, стараясь перебороть
страх, медленно оглянулась Черный гость крепко держал ее за плечо и улыбался
так же мрачно, как и его напарник.
Павел нащупал нужный провод и без колебаний перекусил его специальным
зажимчиком. Никаких искр или треска. Решетка замкнута. Теперь ее не открыть,
даже если они навалятся всем отрядом. Итак, следующий этап. Паша открыл
боковой карман заветной сумки и достал удобный противогаз. Надев его, он
вынул из другого кармашка пару похожих на обычные батарейки предметов, зажал
их в кулаках и бесшумно. Двинулся к "черной зоне".
Подвел противогаз. Он на какие-то миллиметры ограничил поле зрения, и
Павел не заметил выросшую за спиной фигуру. Послышался свист рассекаемого
кулаком воздуха, и пилот, получив мощный удар в основание черепа, мешком
рухнул под ноги рослому парню в полувоенном костюме и черной маске.
Подхватив бесчувственное тело, диверсант продолжил начатый Павлом путь, не
пытаясь восстановить повреждение привода решетки.
- Он его не "вел", это была случайность, - сказал Мишин, с досадой
указывая одной рукой на экран, а другой хлопая себя по бедру. - Обрыв
провода он не заметил!
Никто из присутствующих в рубке, а собрались все оставшиеся члены
экипажа, Игорю не ответил. Потери уже составляли десять человек, было над
чем призадуматься. Все снятые с постов недоверчиво косились на Лену, на что
она отвечала неизменно приветливой улыбкой.
Афанасьев прогуливался вдоль центрального пульта с абсолютно отрешенным
видом и что-то бормотал себе под нос.
- Мы что, так и будем сидеть, дожидаясь, пока нас всех перебьют? -
обращаясь к Афанасьеву, спросил Мишин севшим голосом.
Академик его не слышал или делал вид, что не слышал. Он подошел к Лене и,
задумчиво глядя сквозь нее, что-то негромко произнес. Девушка в ответ
кивнула и пошла к выходу. Афанасьев поискал глазами Алика и, когда их
взгляды встретились, молча указал на дверь Алик пружинисто поднялся и вышел
вслед за Леной.
- Сейчас все решится, - пояснил академик, толком ничего этой фразой не
поясняя, и вышел из рубки.
- Садись, милая, потолкуем, - пригласил белый диверсант Алю, указывая на
небольшой ящик с нарисованным на боку значком радиационной опасности.
- О чем? - проглотив подступивший к горлу ком, спросила девушка.
- О превратностях судьбы, - верзила усмехнулся. Даже сидя, он выглядел
устрашающе. Он встал ч. медленно обошел вокруг сидящей пленницы, слегка
задержавшись за спиной, чем вызвал новый приступ паники. Под два метра
ростом, причем не какой-нибудь нескладный или сутулый, а гибкий и подвижный,
несмотря на груду мышц. Оказавшись перед Алей снова, он наклонился к ее лицу
и сурово посмотрел в глаза. Алевтина рассмотрела в холодных серо-голубых
радужках чужака свое уменьшенное отражение. Сбившаяся прическа, перекошенное
страхом лицо, расширенные карие глаза; ни тени привлекательности прежней
Али... - Как ни странно, картинка ее немного отрезвила и успокоила. Она
непроизвольно поправила волосы и попыталась придать лицу более подобающее
выражение. Рассмотреть, что из этого вышло, она не успела - диверсант
отодвинулся и снова уселся на свой непонятный ящик с загадочной аппаратурой.
- Ты сама решила поиграть в разведчицу или тебе приказали? - спросил он
почти дружелюбно.
- Какая разница? - с неубедительным вызовом ответила Аля.
Парень поморщился.
- Только не надо изображать из себя комсомолку в гестаповских застенках.
Ответь на вопрос и все. От этого зависит, что мы с тобой сделаем через
минуту: свернем шею или отпустим. Ясно?
Яснее быть не могло. Алевтина еще раз заглянула в рыбьи глаза лазутчика и
поняла, что сворачивание шей для него является процедурой даже более
привычной, чем чистка зубов. Она почти услышала, как хрустят, ломаясь,
первый и второй позвонки и, падая, глухо стучит о пластиковый пол ее мертвое
тело. "Нет, лучше дожить до шейного остеохондроза", - почему-то подумала Аля
и прошептала: - Сомов.
- Я не ослышался? Генерал Сомов? - переспросил все еще стоящий за ее
спиной чернокожий без всякого акцента.
- Два - ноль, - несколько озадаченно пробормотал белый, почесывая нос. -
Пристегни ее к чему-нибудь. Еще пригодится.
Негр козырнул и, легко подняв Алю за плечо, подтолкнул к массивной балке
грузового крана. Щелкнули, застегиваясь вокруг балки, наручники. Коротко
прошипел пневмоинъектор, и разведчица провалилась в тяжелый сон.
- Что скажешь? - спросил белый чернокожего, когда они остались одни.
- Хитрый лис, этот Сомов, что еще можно сказать?
- Очень содержательно! - язвительно заметил белый и вновь склонился над
прибором.
- Грузи его, - сквозь вату полузабытья донесся до Павла сочный бас. -
"Побудку" не программируй, надо будет - вручную поднимем.
В затылке пульсировала тупая боль, тяжелые веки приподнимались лишь на
миллиметр, и сквозь эту символическую смотровую щель Паша видел неясные
очертания трех серых фигур. Он чувствовал, что его укладывают на удобное
ложе и прикрепляют к телу датчики. "Саркофаг". Лучшего карцера не
придумаешь. Только к чему такие почести? Тех, кто дрался с лазутчиками в
двигательном отсеке, просто убили, а его заботливо погружают в анабиоз. Или
их только нокаутировали? Или его консервируют не диверсанты? Голос
незнакомый... Паша попытался открыть глаза пошире
...Закладка в соц.сетях
