Жанр: Научная фантастика
Бешеный пес
...нашего, но не настолько же...
— Не волнуйтесь, на Земле после вашего отлета минуло чуть меньше года,
— успокоил его Турис. — Просто один из титанов был вынужден бежать из своего
времени в прошлое, но, оставаясь в Солнечной системе, он мог изменить ход
событий на Земле и потому, чтобы не рисковать, отправился на поиски подходящей
планеты к центру Галактики. Там он нашел планету воды и назвал ее Авестой. Все
остальное вы уже знаете. В плане технических возможностей корабль титана был
укомплектован по высшему разряду. При желании эта универсальная посудина могла
превратить в оазис даже ледышку вроде Плутона, правда за длительное время. У
титана не было достаточного запаса драгоценных часов и минут, особенно учитывая
тот факт, что в центре Галактики время идет гораздо медленнее, чем в рукаве, в
котором расположена Земля. Но беглецу повезло. Он нашел Авесту, и уже через год
на ней появились первые люди. Вы видели город Предков? Нет? Тогда вспомните
дворец Монарха, это тоже творение изначальных поселенцев, правда, не самых
первых, а третьего и четвертого поколения.
— Вы же сказали, что титан был страшно одинок, — заметила Люся.
— Я так сказал? — удивленно спросил Турис.— Впрочем, это правда. Титан
был один, но на его корабле имелся приличный банк генетического материала. От
домашних животных и растений до человека. Разве в ваше время еще не
распространилось клонирование?
— Не настолько, чтобы мы полностью забыли о нормальном способе
размножения, — ответил Комаров.
— Я не слишком хорошо знаю историю, — смущенно признался Турис.
— Значит, титан создал землю обетованную и решил, что это хорошо, —
заключил Саша. — А сам куда делся?
— Поселился среди людей, — ответил фарватер. — Он же обычный человек.
— Обычный? Живет тысячу лет, делает из гор поплавки, разводит разумных
людей, как плодовых мушек, и после этого желает считаться обычным? Не
скромничай, Турис, тебе это не к лицу...
— Почему ты решил, что титан это я?
— Потому, что больше им быть некому, — ответил Комаров и посмотрел
собеседнику в глаза. — Небось кого другого эта посудина никогда бы не
послушалась? Ведь мы на том самом корабле, который может превратить ад в рай и
наоборот?
— Ладно, сдаюсь. — Турис улыбнулся. — Титаны наверняка произошли от
таких напористых людей, как ты.
— Спасибо за комплимент. — Комаров поклонился. — Остается без ответа
лишь вопрос сеньора Голикова. Какого черта тебе приспичило сбегать из
прекрасного будущего и осваивать Авесту?
— Ответ я вам покажу, — предложил Турис.
— Валяй, — разрешил Саша.
Перед ними тотчас вспыхнула подвижная голограмма, которая
демонстрировала побережье острова Пса. Землян и Туриса никто из действующих лиц
развернувшегося спектакля не видел...
— Вы не годитесь ни на что! — Правитель размахнулся и отвесил Лейцу
звонкую пощечину.
Старший инспектор побагровел, но сдержался и ответил почти спокойно:
— Тоннели затоплены, господин. Мы потеряли девяносто процентов личного
состава четырех отрядов. Жабры у нас пока не отросли, и потому преследовать
врага под водой мы не стали!
— Я почти нагнал Комарова, — неожиданно поддержал Лейца Зайнулин, — но
меня свалило с ног землетрясение...
— Мне плевать на вашего Комарова! — рявкнул Правитель. — Задачей
экспедиции был хозяин фарватеров! Вы с ней не справились! Между прочим, объект
тоже не двоякодышащий, а значит, катакомбы затоплены не полностью! Но вы
решили, что теперь у вас есть оправдание, и просто бежали с поля боя! Вы
дезертиры!
— Дайте нам возможность одеть солдат в глубоководные скафандры и
вернуться в подземелье, — попросил Лейц. — Мы отыщем этого хозяина...
— Этим займется Зайнулин, — немного остыв, приказал Правитель. — А вы,
Лейц, отправляйтесь в Северную Пустошь и проследите, чтобы объект не смог
укрыться среди мирного населения.
— На Тане сейчас царит хаос, — осторожно возразил Лейц. — Землетрясения
разрушили большую часть жилых домов и коммуникаций. Среди развалин найти одного
человека будет чрезвычайно сложно...
— Делайте, что я приказал! — вновь закипая, выкрикнул Правитель. — Будь
это просто, я послал бы туда группу стажеров! Другой возможности
реабилитироваться вам не представится, старший инспектор! Если через сутки вы
не приведете ко мне главного фарватера, я разжалую вас в рядовые и отправлю
патрулировать улицы все той же Таны!
Фантом Правителя исчез, и Лейц устало опустился на песок.
— Сдался ему этот фарватер, — сочувственно глядя на инспектора,
пробурчал Зайнулин. — Комарова надо искать. Из-за него же тормозят вариаторы...
— А тебе сдался этот Комаров, — возразил Лейц. — оба просто помешаны на
личной вражде. Когда меня разжалуют, вы с Правителем наверняка споетесь...
Мир времени
— Как долго ты предполагаешь отсиживаться на дне? — просмотрев
фрагмент, спросил Туриса Комаров.
— Пока не затянется рана, — ответил титан. — Автомедик сделал мне
серьезную операцию.
— Правитель не успокоится, — предупредил Саша. — Что, если он решит
последовать за нами, например, на космическом корабле?
— Он не знает моего секрета, — возразил Турис. — О том, что платформа
держится на плаву, я рассказал лишь вам.
— Он так жаждет тебя найти, что я не удивлюсь ничему. — Комаров
задумчиво покачал головой. — Прятаться от схватки не выход. Рано или поздно
придется принять его вызов.
— Придется, — согласился титан. — Но не сейчас.
— Тебя не волнует то, что Северная Пустошь превратилась в руины? —
по-прежнему задумчиво спросил Саша. — Раз ты создал этот мирок, то вся
ответственность за него лежит на тебе.
— Не надо на меня давить, полковник, — недовольно попросил Турис. — Все
восстановится, как только с Авесты исчезнете вы и еще один лишний человек.
— Зайнулин?
— Нет, либо Правитель, либо я...
— Вы же местные, — удивленно сказал Голиков. — Разве
Фортуна
не имеет
на вас досье?
- Вариаторам мешаете только вы, — откликнулся Турис. — Однако, пока
жив Правитель, покоя Авесте не будет. Он весьма изобретателен, к тому же знает
гораздо больше, чем другие жители планеты. Он продолжит изыскивать способы,
чтобы спровоцировать меня на открытый конфликт.
— Он знает, что ты титан?! — догадался Комаров. -. И потому боится, что
в один прекрасный момент ты отнимешь у него трон! Значит, ты все же не одинок в
этом времени и пространстве?
— Да, он один из людей будущего, но в освоении Авесты нет его заслуги.
Он прибыл гораздо позже и остался здесь лишь затем, чтобы найти и уничтожить
меня.
— Здорово же он тебя ненавидит. — Саша усмехнулся. — Татарину до такого
упорства еще расти и расти...
— У Правителя на меня контракт, — сказал Ту-рис. — А в обществе титанов
выше всего ценится стопроцентная надежность. Мы не беремся за дело, если не
уверены в его успехе, но, когда контракт подписан, во Вселенной не найдется
ничего, что помешало бы его исполнению.
— И кто же тебя
заказал
? — поинтересовался Игорь.
— Это отдельная история, — ушел от ответа титан. — Поверьте мне на
слово. Я старался изо всех сил. Я создал целый мирок, как выразился полковник,
чтобы раствориться в нем без следа, но ни грандиозная маскировка, ни
изобретение вероятностного вариатора не смогли уберечь меня от преследования,
фортуна капризна, и никакая имитация не может состязаться с оригиналом.
Вариаторы лишь бледные копии, фантомы реальной удачи. Они хороши для того,
чтобы разорить казино или уберечь от поломки простейший механизм, но
соревноваться с естественной удачей они не в силах... В нашем противостоянии
пока больше везет Правителю, и я бессилен что-либо предпринять.
— Не знаю, что вы там исповедуете, в тридцать втором веке, но убежден,
что везет тому, кто умет рассчитывать свои силы и не боится риска, — возразил
Комаров. — Все, что требуется от тебя, — вывести на орбиту свой корабль и
врезать из пушки потолще по дворцу Правителя.
— Я не могу поднять корабль, — возразил Турис. — Компьютер нельзя
отвлекать посторонними проблемами. Он управляет не только созданием ложного дна
и всей виртуальной оболочки планеты, но и шлюзами тоннелей. Стоит мне покинуть
Авесту, и вся жилая платформа опустится на прежнее место. На глубину в двадцать
тысяч метров...
— Плохо дело, — согласился Комаров. — Ну а челноки? На твоем корабле
наверняка должны быть вспомогательные космолеты. Разве нельзя воспользоваться
их услугами?
— Одну минуту, — неожиданно проронил Турис. — Я сейчас вернусь...
— Куда это он? — удивленно спросила Люся, когда фантом исчез.
— Мало ли... — Саша пожал плечами. — Может, живот прихватило?
— У виртуального образа? — Сестра усмехнулась.
— Слушайте, земляки, вы представляете себе, каких размеров должна быть
эта посудина, если она может ворочать не просто горы, а целые хребты? —
оглядываясь по сторонам, спросил Голиков.
— Титаны, что ты хотел? — ответил Комаров.
—Я почти горжусь нашими потомками. — Игорь гордо выпрямился.
— Извините за паузу, — произнес вернувшийся Турис, — но, кажется, наш
спор окончен. Мне придется принять трудное решение...
— Неприятности? — насторожился Саша.
— Еще какие. — Турис вздохнул. — К Авесте приближается патруль титанов.
— Подкрепление для Правителя? — уточнил Голиков.
— Именно, — ответил авестиец. — Чтобы остаться в живых, мне следует
бежать в глубокий космос...
— Ты воспользуешься своим кораблем? — спросил Саша.
— Я не могу погубить сто миллионов человек, — ответил Турис. — Ты же
сам сказал, что на мне лежит ответственность за их существование.
— Я спрашивал и о малых космолетах, — напомнил Комаров. — Есть в твоем
распоряжении маломерная техника?
— На ней далеко не улетишь, — возразил титан.
— До Земли дотянет?
— На Землю мне нельзя. Там сейчас не мое время...
— А вдруг, появившись в прошлом Земли, ты сможешь повернуть ход событий
в выгодную для себя сторону? — продолжил настаивать Саша.
— Вмешательство в прошлое — преступление, — твердо заявил Турис. — Я —
не преступник, запомни!
— Ладно. — Комаров махнул рукой. — Большой патруль?
— Двадцать боевых кораблей...
— Вот это да! Ты что же, такой грозный, что против тебя отправляют
целую эскадру?
— Я воин, — признался Турис. — Абсолютный Воин...
— Значит, так, — Комаров энергично прошелся по каюте и остановился
напротив кресла, в котором сидел осунувшийся титан, — если противника нельзя
разгромить в лоб, его следует перехитрить...
Теперь перед землянами сидел реальный Турис, который, вопреки
увещеваниям автомедика, покинул лазарет. Говорить раненому было трудно, и
потому его ответы звучали с некоторым запозданием. — Что ты предлагаешь?
— Сколько у тебя челноков?
— Два десятка, но на них не улететь дальше местного солнца, — ответил
титан.
— Годится, — одобрил Комаров. — Это будут ложные цели. На самом деле
мы сбежим на штурмовике!
— Где ты возьмешь такую машину?
— На дне пролива, — улыбаясь, ответил Саша. — же проверил ее состояние.
Штурмовик готов и ждет приказа.
— А экипаж? — Ты не справишься с его управлением?
— Что случилось с экипажем? — спросил Турис. — Почему они не подняли
машину со дна?
— Погибли от удара, — предположил Саша. — Или обработали инфразвуком
твой глубинный компьютер. Там выясним... Итак, мы запустим на орбиту
автоматические челноки и, пока патруль будет их вылавливать, стартуем на
штурмовике куда подальше...
— Хороший план, — одобрил Турис, — но вы осуществите его без меня.
— Почему?! — возмутился Комаров. — Ты решил сдаться?
— Если я сбегу — Авеста погибнет, — терпеливо пояснил титан. —
Патрульные корабли обязательно найдут мой космолет и уничтожат его, чтобы,
вернувшись, я не смог им воспользоваться. Без поддержки бортового мозга моей
машины континенты уйдут на дно. Мне придется встретиться с преследователями
лицом к лицу, хочу я этого или нет. Что лучше — сдаться или погибнуть, — я решу
по обстановке, но в любом случае последняя воля Абсолютного Воина исполняется
даже самыми заклятыми его врагами. Я потребую оставить на Авесте все как есть,
и титаны не посмеют меня ослушаться. Даже Правитель. Однако вы должны убраться
с планеты до того, как начнется финальная схватка. Иначе я не буду уверен в
том, что вариаторы заработали как положено и равновесие на планете
восстановилось. Умирать в неведении я бы не хотел. Все-таки Авеста — дело моей
жизни...
— Перестань себя хоронить! — приказал Комаров. — Ты же Абсолютный Воин!
Неужели ты не справишься с горсткой врагов?
— Ты слишком серьезно относишься к словам, значения которых не
понимаешь. — Турис улыбнулся. — Если бы я жил в вашем времени, мне не было бы
равных, это верно, но в обществе титанов все воины являются абсолютными. Иначе
они просто не могут называться воинами. Это особая, очень малочисленная каста,
и военное искусство для нее — смысл существования. Чтобы получить такое звание,
надо выдержать тысячи сложнейших испытаний. Иногда человеку не хватает всего
лишь шага, чтобы стать одним из этих великих солдат. Представляешь, каково это?
Провалить, к примеру, три тысячи сотый экзамен из трех тысяч ста одного и
навсегда распрощаться с мечтой! Поэтому нас мало и каждый имеет невероятно
большой вес в политической жизни общества, но по той же причине никто из нас не
имеет права поступать так, как ему хочется. Мы обязаны служить государству до
самой смерти, а живут Абсолютные Воины очень долго. Это одна из привилегий и
проклятие одновременно. Так вот, полковник, минимум на десяти из приближающихся
кораблей, кроме техников и пилотов, есть Воины. Они приближаются, чтобы вернуть
меня в свое время, и я не могу противопоставить им ничего, кроме собственного
опыта и силы.
— Ты же ранен! — напомнил Комаров.
— Вот именно поэтому я хотел бы отправить вас с планеты, — ответил
титан. —Я вряд ли выживу в схватке... Только не пытайся меня подбодрить! Я не
боюсь смерти, поскольку прожил достаточно долго, чтобы устать от жизни...
Идемте, я проведу вас к штурмовику и помогу задать его кибермозгу верный курс.
— На Авесте останется еще один землянин, — предупредил Саша.
— Я думаю, что он свернет себе шею в ближайшие два часа. — Турис махнул
рукой. — Ведь он снова полез в катакомбы...
— Наконец-то, — буркнул Комаров и недовольно взглянул на свою команду.
— Ну, что сидите? Подъем, выходи строиться...
10 Схватка
— За этим воздушным шлюзом — Мертвые Глубины, — сказал Турис,
останавливаясь перед раздвижными створками. Проверьте оружие.
— Ты опасаешься засады? — удивился Комаров.
— Возможно и такое, — ответил титан.
— Постой, — встревожился Голиков, — а где скафандры?
Турис усмехнулся и взмахнул рукой. Створки шлюза разошлись в стороны, и
перед глазами изумленных землян предстала слегка волнистая темная равнина.
Первым очнулся Комаров. Он подошел к выходу поближе и выглянул наружу. Почва
перед шлюзом была влажной и казалась зыбкой, как болотная топь. Над головой,
где-то далеко в вышине, колебалось темно-зеленое небо.
— Купол? — предположил Саша.
- Силовой купол, — подтвердил Турис. — Он будет двигаться над нами до
самого космолета.
— Я помню, — вдруг прошептала Люся. — Я уже была здесь... или мне это
приснилось...
— Вы прошли мыслесканирование, сударыня, пока форсировали пролив, —
пояснил Турис. — Видения были навеяны моим компьютером. Так он определял ваше
происхождение. Человек, попадая в необычную и пугающую обстановку, пытается
найти ей объяснение при помощи ассоциаций. Он начинает интенсивно рыться в
своем жизненном багаже и открывает все сундуки своей памяти. Помните, как вы
сумели выбраться отсюда? Вы уцепились за привычные земные воспоминания, и
компьютер тут же сообразил, что вы не авестийка, а потому вас следует оставить
в живых. В отношении коренных землян у наших машин особые инструкции. Потом
компьютер заблокировал одни участки вашей памяти и открыл другие. Результат вам
известен...
— Но ведь
Фортуна
тоже ваша машина, — заметила Люся. — Почему же,
увидев нас, она тут же сломалась?
— Вариаторы созданы мной в условиях авестийской цивилизации и не имеют
ни малейшего понятия о Земле, — пояснил титан. — Так я подстраховался от
нежелательных контактов землян и авестийцев. Ведь на вашей планете, по моим
меркам, пока еще прошлое, а в него вмешиваться нельзя. Однако мы теряем время.
Идите за мной.
Он смело шагнул через порог и, вопреки ожиданиям землян, не провалился
в грунт, а сделал еще пару уверенных шагов. Тотчас откуда-то справа вынырнул
открытый экипаж с двумя рядами простых сидений. Ни колес, ни панели управления
у машины не было. Турис уселся на левое переднее сиденье и предложил землянам
занять прочие места.
— Идти пешком для меня было бы утомительно, — словно оправдываясь,
сказал он.
— А купол успеет за нами? — с опаской спросила Люся.
— Центр купола ориентируется на нашу тележку, — успокоил ее Турис.
Экипаж тронулся плавно, но очень скоро набрал приличную скорость и
заскользил над неровным дном пролива по направлению к упавшему штурмовику.
— Вот он! — воскликнул Саша, заметив неожиданно въехавший под купол нос
штурмовика.
Потоки воды, задержавшейся в различных углублениях, хлынули навстречу
беглецам, обдавая их веером брызг. Через пару секунд купол освободил тушу
космолета от водной нагрузки полностью, и Комаров первым спрыгнул с тележки
прямо в лужу у крутого борта штурмовика.
— Мама! — неожиданно вскрикнула Люся. Саша обернулся на крик сестры и
тут же поднял приклад винтовки к плечу. Девушка дергалась, как под током,
пытаясь вырваться из лап огромного человекоподобного чудовища. Еще три таких же
монстра выворачивали руки Голикову, а из-под слоя донного грунта поднимались
все новые и новые шеренги страшилищ. Только прострелив двоим врагам
головные
утолщения
, Саша сообразил, что перед ним не монстры из зловещих глубин, а
закованные в глубоководные скафандры водолазы. Металлический корпус костюмов
сильно искажал привычные очертания и увеличивал размеры нападающих почти в два
раза. Усиленные наружным металлическим скелетом, руки водолазов держали
надежнее тисков. Игорь никак не мог снять с плеча винтовку или вырваться, а
Турис получил от одного из водолазов удар в живот, и по его одежде расплылось
красное пятно — видимо, разошлись края еще не зажившей раны. Из троих мужчин в
строю оставался пока лишь Саша, но и вокруг него уже смыкалось кольцо врагов.
Комаров не стал дожидаться трагической развязки и, закрутившись волчком, открыл
беглый огонь. Слабые места скафандров выявились моментально. Это были лицевые
щитки. До того момента, когда неповоротливые водолазы смогли направить на Сашу
свое оружие, он успел выбить из их строя не меньше десятка воинов. В первую
очередь тех, которые схватили Игоря, а затем первого, попытавшегося утащить
Люсю за пределы купола.
— Турис, прикажи штурмовику открыться! — заорал Комаров, уворачиваясь
от выстрелов противника. — Там код какой-то нужен!
— Люся, Игорь, сюда! — слабым голосом позвал титан.
Саша на мгновение обернулся в сторону космолета и обнаружил, что люк в
его борту уже открыт, а Турис стоит в проеме.
— Я прикрою! — крикнул Комаров и продолжил стрельбу.
Несколько особо отчаянных солдат покинули свои
шагающие экскаваторы
и
вступили в бой налегке, рискуя оказаться под водой без спасительной брони, если
силовой купол внезапно исчезнет. Саша вынудил их залечь, но, используя в
качестве укрытия массивные корпуса костюмов погибших товарищей, враги сумели
зайти ему во фланг и интенсивным огнем отрезать путь к штурмовику. Тактически
прием был исполнен настолько четко, что в голове Комарова зародилось вполне
обоснованное подозрение. Рискуя получить импульс прямо в лоб, он поднял голову
и сразу же понял, в чем секрет военной грамотности водолазов. Одним из врагов,
сбросивших скафандр, был неутомимый Зайнулин.
— Я беру правый фланг! — раздался позади Комарова возглас Игоря. —
Отходи к машине!
— Голиков, назад! — мгновенно оценив изменения в обстановке, крикнул
Саша. — У тебя за спиной татарин!
— Уходи! — ответил Игорь. — Моя позиция лучше, и мне они отход не
перекроют!
Голиков был прав, это Саша видел отчетливо, однако отошел неохотно.
— Саша, я внутри! — доложила Люся, когда Комаров ткнулся спиной в порог
посадочного люка.
— А Турис?
— Он ввел в мозг корабля программу полета и снова выскочил наружу.
По-моему, он дерется по другую сторону от машины... Ой, Саша, корабль начал
обратный отсчет, затаскивай скорее Игоря! До старта десять секунд! Саша!
Комаров растерянно опустил винтовку и понял, что не успеет уже ничего.
Люк медленно закрывался, а Игорь стоял на одном колене в трех метрах от него.
На первый взгляд ситуация была благоприятной для бегства, но
приходилось учитывать, что этим самым коленом Голиков упирался в грудь
Зайнулина, а руками пытался свернуть ему шею. Татарин был против, и схватка
затягивалась. Расцепить их композицию за десять секунд Комаров не надеялся.
Пристрелить Зайнулина мешал Игорь.
Саша стиснул зубы и, приняв решение, сильно толкнул сестру в глубь
штурмовика.
— Встретимся дома! — крикнул он и одним прыжком очутился рядом с
Голиковым.
Упав от толчка на пол, девушка несколько секунд не могла понять, что
происходит, а когда сообразила, было уже поздно.
— Нет! — полным отчаяния голосом крикнула Люся и бросилась к
закрывшейся двери. — Я не хочу лететь! Корабль, отменить старт!
Кибермозг штурмовика никак не отреагировал на вопль пассажирки. Корабль
плавно поднялся с грунта и, выскользнув за пределы силового купола, пошел почти
вертикально вверх.
Спустя десять минут штурмовик стартовал с орбиты Авесты и, постепенно
набирая скорость для прыжка, помчался в глубь космического пространства...
— Я ненавижу тебя, Комаров! — заливаясь слезами, крикнула Люся.
Она по-прежнему сидела на полу в шлюзовом отсеке и в бессильной ярости
пыталась пробить кулачком толстую пластиковую переборку. Ничего пробить ей,
конечно, не удалось, зато рука покрылась ссадинами. Физическая боль немного
притупила обиду, и вскоре девушка перестала рыдать. Шмыгая носиком, Люся
поднялась на ноги и побрела по длинному коридору в сторону кабины. На пороге
головного отсека девушку встретил пока несильный, но довольно неприятный запах.
Источником были трупы двух погибших пилотов. Люся обвела тоскливым взглядом
обстановку и набрала полную грудь воздуха. После этого она сжала кулачки и,
громко топая на одном месте ногами, завизжала. Выпустив пар, она запрокинула
голову к потолку и, надрывая голосовые связки, крикнула:
— А-а-а, Комаров! Этого я тебе никогда не прощу! После такого взрыва
эмоций ей стало значительно легче, и мысли потекли в достаточно деловом
направлении. Она затребовала от корабля информацию по темам: похороны в
космосе, а также влажная уборка и общее устройство космолета. Кибермозг
оказался весьма вежливым и терпеливо ответил на все вопросы. Выяснив, что на
кораблике есть даже настоящий душ, Люся успокоилась окончательно. Где-то в
подсознании она продолжала тревожиться за ребят, но по неизвестной причине была
твердо убеждена, что они обязательно выкрутятся и вернутся на Землю.
Для удовлетворения родственных чувств этой уверенности было вполне
достаточно. Люся давно привыкла к мысли, что когда-то наступят времена долгих
разлук с родными, и расставание с братом ее не пугало. Что же касалось Игоря...
Покончив с делами, Люся встала под горячий душ и от удовольствия
прикрыла глаза.
Надо честно признаться, хотя бы самой себе, что чувство к
Голикову померкло еще во время первой встречи с Дарисом, — разм...
Закладка в соц.сетях
