Жанр: Научная фантастика
Фенрилль 1-3.
...еперь он, Айра Ганвик, обязан получить максимальную выгоду от
собственного преимущества. Он вполне может стать богатейшим и
могущественнейшим человеком во Вселенной. Сенатор взглянул на молодого
химика. Тот явно нервничал, наверняка заранее предвидя возможные
последствия, но не уклонившись от них под действием странного чувства чести,
воодушевлявшего первых колонистов. Айра фыркнул:
- Ну что ты, нечего смотреть на них, мой мальчик! Попробуй - это
высококачественный продукт Сприков, из Слэйд-Маунтин.
Хит неуверенно раскрыл пакет и с опаской положил крупинку на язык.
- Это для начала. Ты скоро узнаешь, как платит Айра Ганвик за верную
службу. Теперь это твое - как и практически все, что пожелаешь. Ты получишь
великолепный кредит - это я сделаю прямо сегодня. Линию прямо на Вавилон.
Кроме того, тебе необходимо отдохнуть. Ты много работал, я вижу это по
твоему лицу.
Термас почувствовал блаженное спокойствие, как будто он парил над
собственным телом. В самом деле, немного отдохнуть не мешало бы. Взять
отпуск. Первый отпуск за семь лет или даже больше.
- Так что отправляйся теперь домой и готовься к настоящим каникулам. Куда
бы ты хотел отправиться? На Серф-рокс? Или Оракл-рокс, или курорт Гедон?
Великолепные места, по-настоящему фешенебельные и изысканные. Ты только
скажи, где тебе хотелось бы побывать, и я установлю кредит. У Вавилона
имеются отели почти на всех лучших курортах.
Ганвик нетерпеливо прошелся из угла в угол, подбирая наиболее
красноречивые и убедительные слова. Парень попался ему на ладошку - теперь
он мог делать с ним что угодно.
- Или вот какая идея. Отдохни здесь, на Побережье Эс-икс. Мой друг
Марцеллус Апроприер пытается продать сексуальный объект, который ты
наверняка полюбишь. Она пробыла у него только три месяца, но уже истощила до
последней степени. Я куплю ее для тебя. Ты сможешь остановиться в моей
небольшой вилле на берегу моря, моем маленьком курортике на острове Греха.
Отдохни там, расслабься, пока я займусь делами и позабочусь о том, чтобы мы
получили из этого открытия максимальную выгоду. Пришла пора стать богатым,
не так ли? Ты ведь хочешь стать богатым, да? Богаче всех на свете?
Хит позволил себе улыбнуться, охватившее его ощущение облегчения
сменилось радостью, когда он понял, что Ганвик не шутит. Он получит все, что
только пожелает.
- Благодарю вас за все, сенатор. Вы терпеливо ждали все эти долгие годы,
когда, бывало, я сам частенько терял веру в успех. Очень рад, что все
окончилось так хорошо. Я, знаете, слегка ошеломлен. Но только я бы хотел
провести отпуск в тишине. Съездить к своим, в Косткаунти.
- Ну что же, если ты предпочитаешь это забавам с пышной блондинкой
Марцеллуса - пожалуйста. В самом деле, неплохая идея - повидать семью. Но
будь бдителен - нельзя давать повода для слухов, некоторое время нужно
соблюдать строжайшую тайну. Хотя бы немного, пару недель. Побережем
голосовые связки для интервью и пресс-конференций, да? Лучше подготовься к
презентации, это очень важно. А твоя подружка, она, конечно, поедет с тобой?
Она понимает, что нужно будет хранить полнейшую тайну?
Девчонку, конечно, нужно будет разыскать немедленно. Лишь после этого он
сможет начать думать о неожиданном благодеянии, которым будет осчастливлено
человечество. Ему нужно время, чтобы позволить воображению оценить ситуацию
и рассмотреть все возможности.
Айре хотелось прыгать и кричать от радости. Такая невзрачная тема на
периферии серьезной химии хитина... Как пришлось отстаивать ее...
Кто бы мог подумать? Что скажет Синдикат, когда он сообщит об открытии?
Можно представить себе их лица... Внезапно он сообразил, что Хит что-то
говорит ему:
- Полагаю, мы поедем домой вместе. Мы с Деб выросли по соседству.
- Хорошо, отлично. Так, а почему бы не выдать тебе, э-э-э, скажем, тысяч
пятьдесят на ближайшие пару дней, пока я не улажу дела с кредитом? Оставь
свой будущий адрес, и я буду постоянно держать тебя в курсе дел. А пока что
отдыхай, развлекайся! Ты станешь немыслимо богатым молодым человеком.
Вселенная будет валяться у твоих ног, все станет тебе по плечу.
Лицо Термаса трогательно светилось - как будто он стал свидетелем
религиозного чуда.
- Благодарю вас, сенатор, очень вам признателен, - проговорил он.
Оставшись вновь в одиночестве, Ганвик набрал секретный шифр на своем
коммуникаторе.
- Слушаю, сэр, - устало произнес мрачный голос.
- Из купола развлечений только что вышел молодой человек в светло-серой
куртке и белых спортивных туфлях - примерный портрет сейчас поступит на твой
экран. Слушай меня, слушай внимательно - это исключительно ответственная
работа, нельзя допустить ни малейшей ошибки.
- Понимаю.
- Отлично. Следуй за ним до дома и убей, как только он окажется внутри.
Затем ты должен уничтожить все, что обнаружишь в доме. Все без исключения. Я
хочу, чтобы он исчез бесследно, чтобы не осталось никаких свидетельств того,
что он когда-либо существовал. Пепел сбрось в Блади-Баб или же утопи в
океане. Затем доложи мне.
- А тело?
- - Пепел! И сделай так, чтобы он исчез. Полностью.
Ганвик отключил коммуникатор и рухнул обратно на кушетку.
Глава 3
Девушка скрипнула зубами и собралась для новой попытки. Она с трудом
балансировала на вспомогательном кронштейне солнечных батарей, окружавших
купол Развлечений Вавилонского Синдиката на тринадцатом уровне. Под ней
извивались вдоль отмелей Побережья Эс-икс бетонные змеи пешеходных тропинок.
За мотыльковыми деревьями на фоне начинающего темнеть неба зажигались
неоновые огни огромных зданий, стоящих вдоль Взморья Любви. Над водой
поднималась Бледная Луна. С моря дул нежный ветерок, и девушка чувствовала
запах соли моря и соли пота, струившегося по ее лицу.
Над ее головой маячил нижний край одной из вентиляционных панелей купола.
Панель была раскрыта градусов на пятнадцать, и если бы ей удалось
вскарабкаться по гладкой металлической поверхности, можно было бы проникнуть
в вентиляционную систему всего купола. Это было опасно, но другого пути в
накрытые защитным экраном верхние этажи не было.
Трудность была в том, что девушка могла бы дотянуться до нижнего края
вытяжного отверстия, лишь приподнявшись на цыпочках на узком кронштейне, а
она знала наверняка, что потеряет равновесие и улетит вниз, если не удастся
зацепиться наручными присосками.
- Черт возьми, панель проклятая, дай только добраться до тебя... -
прошипела девушка, набрала побольше воздуху, пружинистым рывком бросила свое
тело к панели и отчаянным ударом шлепнула обеими руками по ее поверхности.
Присоска на правой руке ударилась слишком сильно и отскочила, и рука слабо
скользнула в сторону. Какую-то тошнотворную секунду Армада была уверена, что
сейчас полетит вниз, на камни, но левая присоска все же смогла зацепиться,
и, вместо того чтобы свинцовым грузилом нестись вниз, Армада повисла на
ремешке, обмотанном вокруг запястья, а каблуки ее болтались в воздухе. В
состоянии, близком к панике, она замолотила правой рукой, и наконец с
третьей попытки присоска зашипела и прилипла. Теперь Армада болталась в
воздухе" вися на двух руках.
Секунду, не больше, она расслабленно висела на присосках, затем сделала
глубокий облегченный вздох. Пот жег ей лицо, и она содрогнулась еще раз,
подумав, что только что была на волосок от смерти. С огромным усилием
девушка подтянулась на руках, так что плечи ее оказались на одном уровне с
руками. Прижав локтевую присоску на правой руке к стене и проверив захват,
она освободила присоску на запястье и передвинула ее чуть выше, затем
проделала ту же операцию с левой рукой. Локтевые присоски были установлены
на вращающихся шарнирах, позволявших свободно двигать рукой; приводились они
в действие с помощью крошечного пульта в кольце, надетом на указательный
палец девушки.
Она медленно ползла по пятнадцатиметровой панели, словно гигантская муха.
Добравшись до края, Армада перекинула через него ногу и уселась на панель
верхом. Рыжие волосы, доходившие ей до плеч, теперь развевал поток входящего
воздуха, и их приходилось постоянно поправлять. Слева над ней находился
осмотровый лаз в стене купола, и Армада начала медленно продвигаться вдоль
ребра по направлению к нему. Если только она сумеет добраться до него, путь
к сердцу вентиляционной системы будет открыт.
Когда она остановилась, чтобы еще раз свериться со схемой вентиляции, то
обнаружила, что ее бьет дрожь. Она осторожно сняла присоски и положила их
рядом. Добраться сюда она смогла лишь благодаря долгой подготовке и
тщательному плану. Теперь Армада Бутте свершит свою месть. Теперь они
заплатят за боль и унижение, которые ей причинили.
Она знала, что находится под стояками, ведущими к помещениям
четырнадцатого этажа с четными номерами. Заранее запомнив все расстояния,
все изгибы и повороты воздуховодов, теперь она ползла к цели, почти не
задумываясь.
Еще через пару минут она замерла в ожидании за небольшой вентиляционной
решеткой, сквозь которую виднелся холодильник, стоящий в углу кухни. Места
для маневра у Армады было очень мало, и чувство клаустрофобии, с которым она
боролась с того самого момента, как пробралась в воздуховод, еще более
усилилось. Выбраться обратно, извиваясь по тем же воздуховодам, было бы
практически невозможно, но путь ее лежал вперед.
Армада осторожно просунула сквозь решетку крошечный стебелек микрофона;
он не зарегистрировал ничего, кроме обычных звуков, раздающихся на кухне, и
приглушенного воя движущегося лифта.
При помощи ювелирного лазера она прорезала углы решетки и втащила ее
внутрь трубы, засунув под себя. Если бы удалось просунуть плечи в узкое
отверстие, она могла бы опереться на холодильник, пока вытягивала бы
остальную часть туловища. Чтобы пролезть в дыру, ей пришлось крепко
вдавиться одним боком в стенку.
Вытянув руки вперед, она принялась выбираться из вентиляции.
Внезапно где-то неподалеку хлопнула открытая дверь, и на кухне
послышались шаги. Армада застыла, но тут же принялась лихорадочно
протискиваться обратно в трубу. Закрыть отверстие крышкой она уже не успела
- дверь открылась, и в помещение вошла девушка с огромной шапкой курчавых
волос, отливающих стальным цветом. Она направилась к холодильнику, открыла
дверцу, достала две бутылки моки и тут же удалилась, даже не включив свет.
Армада прождала в кромешной мгле и невыносимой тесноте несколько
мгновений. Значит, здесь появился новый сексуальный объект. Ничего вокруг не
меняется - только секс-объекты сменяют друг друга. Эта мысль почему-то
заставила ее улыбнуться. Что же, тем слаще будет месть.
Выбраться наружу оказалось гораздо труднее, чем казалось вначале. Плечи в
дыру пролезли, но теперь застряли бедра. Пару секунд казалось, что она
обречена так вот и застрять в проклятой дыре; мысль о том, что она попадет в
лапы охранников, привела ее в такое неистовство, что откуда только взялись
новые силы. Изогнувшись штопором, Армада стала выдавливаться вниз, к
вожделенной свободе.
Наконец она плюхнулась на холодильник, словно рожденная домом, с ног до
головы залитая потом, как родовыми водами. Зародыш мщения.
Еще через секунду Армада уже стояла на ногах, зажав в руке крошечный
ювелирный лазер. Она чутко вслушалась в тишину, но никаких звуков не
доносилось. Армада взглянула на часы - еще целый час до смены охранников. С
тоской она подумала, что расписание охраны отпечаталось в ее памяти навечно.
Забыть его она уже не сможет. По нечетным неделям дежурит Хорст, а Леко
спит.
Армада бесшумно вышла в коридор и направилась к комнате отдыха
охранников. Дверь Хорста была открыта - память ее не подвела. Затем она
попробовала открыть дверь Леко, и та бесшумно скользнула в сторону.
Непростительная ошибка для того, кого так ненавидят. Но, успела подумать
она, у них слишком долго тянулась легкая жизнь, и они потеряли хватку.
Леко лежал в кровати, широко раскинувшись, и рот его был приоткрыт; он
слегка похрапывал. Короткий проблеск луча лазера, с интенсивностью резки - и
голова Леко наполовину отделилась от плеч. Тело подскочило вверх, затряслось
в агонии и выгнулось дугой, разбрызгивая кровь по всей комнате. Так Леко и
не узнал, где сон его перешел в смерть, а сумерки стали кромешной мглой.
У Армады будто камень с плеч свалился, но затем с легким испугом она
заметила, что забрызгана кровью жертвы. Трудно было подумать, что ее
окажется так много. Кровь была на кровати и на стене, большими пятнами
запачкала ее костюм цвета хаки. Армада была готова то ли засмеяться, то ли
закричать, и пришлось укусить руку до крови, чтобы привести себя в чувство.
Теперь она просто стала ждать Хорста, зная, что он должен зайти разбудить
Леко за пару минут до сигнала смены караульных. Она еще помнила, как Леко
жаловался своим грубым, брюзгливым голосом на частоту смен. Тогда Хорст,
естественно, просто выволакивал ее из постели Леко за цепь и тащил в
собственную... Ее решимость окрепла. Случайно глянув в зеркало, она вдруг
увидела выражение, которого сроду не бывало на ее девятнадцатилетнем лице, и
даже испугалась. Решимость страшная, неумолимая.
Наконец пришел Хорст, открыл дверь и вошел внутрь, не зажигая свет. Петли
гибких мускулов, мягко свалившейся ему на плечи, он даже не увидел - она
моментально обвила его глотку. Сперва он почувствовал что-то скользкое на
шее и попытался схватить странный предмет рукой; та нащупала нечто скользкое
и твердое. Хорст попытался разжать петлю своими огромными ручищами, но петля
сдавливалась все туже и туже. Хрипя и задыхаясь, он попытался нащупать
какой-нибудь предмет - поддеть невыносимо тугую петлю.
Он грохнулся на колени, судорожно пытаясь схватить ртом воздух, и в это
мгновение из темноты появилась стройная фигурка, озаренная светом. Он увидел
ее глаза, узнал их и вскрикнул бы - но ему уже больше не привелось кричать.
Червь-силок не разжимал хватки еще долго после того, как жертва была мертва.
Предоставленный сам себе, он обертывался вокруг тела и начинал процесс
пищеварения.
Оставив Хорста умирать. Армада направилась через холл к палатам Ганвика.
При ней была охранная карта Леко, открывавшая замки дверей во внутренние
покои сенатора.
Ганвик полудремал, размышляя о новой эре всеобщего бессмертия, начало
которой он мог объявить. Новое лекарство назовут в его честь; по крайней
мере он может потребовать, чтобы вся последующая история именовалось Эрой
Ганвика. Он будет править империей из множества планет, и все их обитатели
станут его рабами. Его владычеству не будет конца в самом прямом смысле; он
будет путешествовать по Галактике во главе всемогущего флота. Это будет
настоящий Золотой Век! Сладко улыбнувшись от мыслей о собственном грядущем
величии, он устроился поудобнее, чтобы заснуть.
Сайя смотрела видео - "Оллболл поздней ночью". Зрелище здоровенных
мужиков, вымолачивающих друг друга в синтетические маты, одновременно
отупляло и странным образом возбуждало. Сайя с ненавистью подумала о своем
арендаторе. Хорошо хоть старая свинья заснула, так что в оральных утехах
наступил перерыв. До завтра.
Форвард прорвался сквозь защитную линию Каугаров и был брошен на мат
подсечкой и ударом. В действии наступила пауза, к форварду, ничком лежащему
на поле, подбежали медики. Особенно Сайе нравилось, когда раненых было
побольше.
Она не услышала, как Армада открыла дверь и проскользнула внутрь; даже
когда та прокралась мимо и притаилась рядом со спящим сенатором - Сайя и
тогда ничего не заметила. Армада поднесла шприц-тюбик к голой руке сенатора
и обездвижила его, введя дозу нервно-паралитического вещества. Ганвик
проснулся, и Армада ясно увидела в его глазах ужас, когда он узнал ее. Но
доза была лошадиной, и сенатор мог шевельнуть лишь губами. Армада встала над
ним и улыбнулась.
- Я же обещала тебе, что отплачу, грязный мерзавец, и сейчас я это
сделаю. - Голос ее разорвал тишину, как удар кнута.
Сайя подпрыгнула на месте, завизжав от неожиданности.
- Ты кто?! - ошарашенно пробормотала она. Налетчица была очень красива, и
сенатор, лежавший возле нее, казался вполне довольным. - Что происходит? Как
ты попала сюда? Что тебе надо?
Девушка торжествующе улыбнулась и откинула прямые рыжие волоса от лица.
Сайя обратила внимание на пятна крови, покрывавшие ее костюм.
- Скажем, я пришла сюда, чтобы возвратить старый должок. Отомстить.
- Что с сенатором? Что ты с ним сделала?
- О, ничего особенного. Он в полном сознании, только шевельнуться пока
что не может. И не сможет - по крайней мере час.
Сайя бросила взгляд на дверь.
- Нет, не ходи, не надо беспокоить охрану. Они оба мертвы, а сигнализацию
я отключила. Сиди, смотри и наслаждайся - ты сможешь увидеть, как фейны
успокаивают быков гзанов перед жертвоприношением. Невообразимое сексуальное
влечение гзанов может сделать их поведение в неволе совершенно
неконтролируемым. - Армада подняла светящуюся проволочную петлю.
Сайя увидела ее, все поняла, и ей захотелось засмеяться. Хорст и Леко
были мертвы, сенатор вскоре не будет испытывать в ней какой-либо потребности
- значит, ее продадут! Одна эта мысль вселила радость в ее сердце.
- Вот так, сенатор, встретились мы снова, как я и обещала. Вы сделали
свое дело, осквернив мое тело грязными, извращенными мерзостями. Я умоляла
вас пощадить меня, но в ответ слышала лишь презрительный хохот; вы
издевались надо мной, уничтожали меня... - Армаду захлестнули чувства. Она
резко обернулась к Сайе. - Скажи-ка, дорогая, сколько ты уже здесь..,
э-э-э.., работаешь?
- Почти пять месяцев, - нервно ответила Сайя.
- Бедняжка, и старый козел делал с тобой что хотел?
Копна платиново-стальных волос коротко кивнула.
- Ну так вот, а перед этим твой мерзкий старый хозяин выкрал меня прямо с
вечеринки - потому, что я обыграла его в секс-шарады и отказалась с ним
спать. Долгие дни я была его пленницей, и он позволял еще этим подонкам
иметь меня, когда захотят. Вот почему они теперь мертвы, а он вот-вот
изменит половое состояние.
- О Боже! - Шепот Сайи повис в воздухе;
Ганвик беззвучно закричал.
- А это что такое? - спросила Армада, заметив магнитный сейф, лежащий на
столе. Не долго думая она вскрыла его при помощи охранной карточки Ганвика,
достала стальную канистру и заглянула в нее. Внутри неясно поблескивало
множество пакетиков с крошечными крупинками фарамола. - М-м-м, думаю, это я
тоже прихвачу с собой.
Вытряхнув одну крупинку, она положила ее в рот. Поверх фарамола лежал
крошечный чип с данными, и Армада его чуть не выбросила, но затем решила на
всякий случай прихватить с собой и посмотреть, что это.
- Я думаю, что за свою работу здесь я заслужила компенсацию. - Она
улыбнулась сенатору улыбкой бесенка, и глаза Ганвика закатились под лоб.
Процедура заняла всего лишь несколько секунд, и сенатор потерял сознание
еще в самой ее середине. Армада вышла из зала, связав предварительно
секс-объект. При помощи охранной карты она поднялась на персональном лифте
на крышу и вызвала аэрокеб. Одежда Сайи оказалась немного тесноватой, но
зато чистой. Входя в кеб. Армада вышвырнула карточку и глядела, как она,
кувыркаясь, летит в волны прибоя.
Пилот Грюнесс посадил самолет Лавина Фан-дина на крошечной посадочной
площадке, и струи тормозных двигателей подняли облака пыли со скал. Лавин
повернулся и с чересчур радушной улыбкой похлопал Рва по плечу. Рва
скрутился в клубок на полу - он ненавидел полеты.
Страх фейнов перед реактивными аппаратами всегда озадачивал Лавина. Они
не колеблясь рисковали своими жизнями в бою, вооруженные лишь кифкетами с
острыми как бритва лезвиями, могли не сгибаясь идти в атаку под шквальным
огнем, но едва только фейны отрывались от земли, их становилось просто
жалко.
На высоких склонах горы Мифлин задувал свирепый ветер. Лавин и Рва быстро
выбрались из люка и нырнули в узкую, длинную пещеру, которая вела к тайной
просеке.
Обогнув пропасть Долгой Тьмы, они вскоре очутились у начала просеки - на
дне тесного разлома, прорезавшего горный массив. Здесь, в тропическом
микроклимате, на высоте четырех тысяч метров над уровнем моря, в изобилии
произрастал буйный высокогорный лес.
Вокруг них сверкал, тревожно перешептываясь, алый скрин, желтоглазые
фенрилльские ящерицы тревожно рассматривали гостей. Крошечный грызун
бросился прочь в поисках укрытия, и даже хищный сухопутный моллюск на всякий
случай скрылся в своей раковине.
Деревья были массивными, достигали двадцати метров в окружности и росли
на корнях друг у друга, образуя сплошной массив. За ними никогда не
ухаживали вудвосы, и деревья-паразиты с экзотическими цветами можно было
увидеть буквально повсюду.
Появился накрытый серым капюшоном Най'пьюп, фейн-адепт из Гато, главной
штаб-квартиры Фанданов, и повел их вперед. Старческие глаза Най'пьюпа, в
которых поблескивали алые отблески, буквально пробуравили Лавина - эта
церемония была непременной.
- Все в сборе. Властитель. Все ожидают вас.
Они направились вперед по узкой тропинке, проложенной прямо по корням
деревьев. На просеке было тепло, и Лавин расстегнул летный костюм и снял
шлем. Как и обычно, казалось, что тепло здесь от жаркого дыхания, исходящего
из живой глотки планеты. Воздух был невыносимо влажным, Лавин почувствовал,
как по телу ручьями заструился пот. Рана на руке заныла вновь - нужно было
сменить биопак.
Неожиданно для самого себя он обнаружил, что опирается на Рва, и, если бы
не крепкая лапа фейна, наверняка упал бы - обычная кратковременная потеря
сознания, следствие неумеренного потребления фарамола многие сутки напролет,
без сна и еды. Он постоял немного, дожидаясь, пока пройдет головокружение.
- Ну теперь-то послушаешься меня? - проворчал Рва. - Нужно остановиться и
поесть, прежде чем мы окажемся в Брелкилке.
Лавин стряхнул с себя тошноту, подавил позывы к рвоте и бросил на язык
пару крупинок фарамола. Силы тут же вернулись к нему.
- Пошли дальше. У нас очень мало времени. Рва пробормотал в ответ что-то
о важности здоровья и соблюдения диеты, но Лавин дискутировать не стал.
- Пора, Властитель, - прошептал Най'пьюп. - Приближаемся к бассейну. -
Старик наклонился еще ближе, и его капюшон почти накрыл лицо Лавина. -
Завтра, Властитель, я встречу вас на Одинокой Скале. Тогда Мать Справедливая
будет под нашей защитой. Она сказала, что встреча очень важна.
- Так и есть, мсее среди мсее, и мы тоже позаботимся, чтобы все было
безопасно.
Донесся тихий шум, похожий на бой часов; казалось, он отражается от
темной воды в бассейне, находившемся в самом низком месте просеки. Из чащи
окружающих деревьев выступили древние фейны. У каждого из них в руке был
глопод - или даже два, - излучавший мягкий зеленый свет. Адепт рассеял
лепестки ксантии над поверхностью воды и, пока они медленно падали,
внимательно следил за ними. Когда все лепестки достигли поверхности, он
воздел над головой свой посох.
Послышалось шипение, шепот множества невидимых уст, собравшихся вокруг
них в темноте.
Сотни древних фейнов, все - адепты Духа, взывали к нему из чащи окрестных
деревьев.
Шепот, похожий на легкий шорох, медленно вырастал в церемониальный гимн,
в главное причитание народа фейнов: "Те, кто остался позади". Как только
шепот добрался до "Неужели они забыты Могущественным?", пилот Грюнесс
почувствовал знакомое уже ему благоговение. Прилежное изучение фейнов в
Академии Гато открыло ему глаза на самих фейнов и на их древнюю, очень
древнюю историю. Некоторые события, упоминающиеся в их молитвах, произошли
еще до того, как далекие предки людей на Земле превратились в высших - или
даже низших - обезьян.
Грюнесс прошептал слова, которые запомнил наизусть еще в Младшей
Академии, и во все глаза уставился на бассейн. За церемонией внимательно
следили все полевые офицеры клана Фандан.
Поверхность бассейна взволновалась, и крошечные лепестки стали тонуть в
маленьких волнах, появившихся непонятно откуда, ведь воздух был абсолютно
неподвижен - ни малейшего намека на ветерок. Почувствовалось растущее
напряжение, воздух электризовался.
Лавин подошел к краю бассейна и передал Най'пьюпу продолговатый белый
конверт; тот передал его хранителю бассейна. Лавин находился достаточно
близко, чтобы почувствовать тошнотворно-сладкий запах цветков карниллы,
которые старцы ели на завтрак. В конверте находились волосы, заботливо
собранные у павших на пустоши Скраун-мур.
- Исст, - шепнул прислужник, когда на свет из конверта был извлечен
последний пучок, и он зажал их все иссохшей рукой. Последовала долгая
тишина.
Внезапно старец вскинул голову и завыл, и вой его в то же мгновение
подхватил утробный рев всех фейнов, собравшихся среди деревьев; продолжался
он до тех пор, пока не отразился долгим эхом от скалистых вершин гор.
Грюнесс и Лавин скорее почувствовали, чем услышали, бас Бг Рва в общем хоре.
Закончился вой долгим плачущим криком, и в последовавшей затем тишине
старец распростер руки и швырнул волосы в плотный влажный воздух над
бассейном. Они сначала
...Закладка в соц.сетях
