Жанр: Научная фантастика
Твоя половина мира
... раздался звонок. Элен выглянула, уже
мокрая, - Тиль поднес ей трубку, но в руки не отдал.
- Если ответишь, могут пеленгануть, - предупредил он.
- Ну и что?
- Потом объясню. Соберись и смотри.
- И ты услышишь?
- Думаю, да, - сказал он, закрывая глаза.
Элен прикусила губу и взялась за створку душевой.
- Что еще?!
- Мисс Лаур, я просил бы вас немного повежливей...
- Ладно. Ну?..
- Вы добрались до Малой Полянки? Мы не получили от вас никаких
материалов.
- Я... не успела.
-Вы все-таки опоздали, мисс Лаур, - с печалью констатирует абонент.
- Не успела, - упрямо повторяет она. - Вы же говорили, что я могу не
успеть? Вот я и не успела. Вы позвонили слишком поздно, там уже была полиция.
- Ну что ж... Надеюсь, на этот раз удача вам не изменит. Адрес мы
переслали, он у вас в базе. Ничего сверхъестественного мы не требуем. То же, что
и с По-лушиным.
- А... кто теперь?
- Все данные в вашем терминале, мисс Лаур. Мы на вас надеемся. Желаем
удачи...
Она выдохнула и посмотрела на Тиля. Пищание давно прекратилось, но он попрежнему
держал трубку улица.
- Какие, к черту, данные? - воскликнула Элен. - Они пришли бы, если бы я
ответила! Но я же...
- Пришли бы, - подтвердил Тиль. - Такие: "Ордер на Ульриха Козаса, девять
часов".
- Ты и это видишь?
- И еще кое-что. Компания начала в тебе сомневаться. За тобой ведь ни
одного прокола, да? Сейчас ты дала им серьезный повод.
- Я никогда не сталкивалась с другими форвардами. Это всегда была обычная
работа. Обычный...
- Промышленный шпионаж. - Тиль опустил голову, скрывая от Элен ухмылку. -
Твое начальство навело справки и выяснило, что таких извещений больше никто не
получает. Звонят только им. И они догадываются, на кого их выводят. Через пару
минут они снова попробуют с тобой связаться. Ты опять не ответишь - это мой
совет. А информация по Козасу уже, считай, раскрыта. В Компании нет второго
форварда, но и дураков там тоже нет. С логикой у них все в порядке. Скоро они
поймут, что ты не с ними.
- С кем же я?..
Тиль молча взял свою куртку и нашел в ней терминал.
- Ты уверен, что я с тобой? - спросила Элен.
- Поможешь мне - поможешь и себе. Тот, кто все это затеял... он не
остановится. Не исключено, что у него тоже нет выбора. Я давно почувствовал... -
Тиль отрешенно погладил затылок.
- Воронка?..
- Воронка? Я так сказал?
- Ты собирался.
- Ну да... Что-то вроде воронки, в которую нас всех затягивает. Можно
немножко отсрочить. Побарахтаться и выиграть для себя лишний денек. А то и два.
Но не больше. Остаться в стороне не получится.
- Поэтому ты и приехал? Знал, что здесь опасно, и все равно приехал?
- Я не приехал, Элен. Я прилетел в Москву самолетом.
- Даже так.
- Надоело прятаться. Я ни в чем не виноват... гм, был когда-то... Но
жизнь в бегах криминальна по природе. Нужны новые документы. В магазине ИД-карту
не купишь, связываешься с разными подонками. Половина из них пытается тебя
обмануть, другая половина - убить. Ты хочешь выжить, всего лишь выжить. И бежишь
дальше. Спотыкаешься о полицию, обо все эти "азы" и "альфы", еще сильней - о
Компании. Вот уж кто готов раскрыть тебе объятия... предварительно сделав
подножку, чтоб теснее обняться. Ты вырываешься и снова бежишь, бежишь... А
однажды оборачиваешься и видишь позади кучу трупов. - Тиль помолчал. - Когда-то
я был порядочным гражданином, Элен. Таким порядочным, что даже тошно. Я смотрел
интерактивные сериалы! - Он неожиданно рассмеялся. - Смотрел всю эту галиматью,
да... Всегда голосовал за третий пункт - "случайный выбор". Мне нравилось не
знать, что там дальше, в сто шестьдесят четвертой серии... Нравилось ощущать
себя обыкновенным. Потом я засветился. Хотя все чаще прихожу к мысли, что это
было похоже на провокацию. Детишки... Целая толпа детишек и вертолет, падающий
вокруг башни по спирали, - вертолет, который никто не мог увидеть заранее. Кроме
форварда...
- У тебя был учитель, - тихо сказала Элен. - У меня учителя не было. Я
светилась еще со школы, но там никто не понимал, что это такое. Говорили -
удачливая. Везучая. Счастливая, говорили. Я и сама толком не понимала.
Пользовалась форвертс, как миксером или печкой, А в колледже сразу стало ясно. И
не только мне.
Она поискала пепельницу и, не найдя, взяла чашку из-под кофе.
"Вы счастливый человек. У вас все есть. Зачем вам что-то еще?"
- Тиль...К чему создавать лишние трудности? Я могу ответить на звонок,
потом поехать к Козасу и установить эту чертову камеру. И если к Козасу кто-то
придет вместо убитого Прутко... Компания получит его портрет. Ну и пусть.
- Портрет будет мой. - Тиль вспомнил про трубку в руке и начал набирать
номер. - К Ульриху я пойду сам, на полицию надежды мало.
- Зачем тогда звонишь?
От неожиданности он нажал на "отбой".
- Привыкла, что круче тебя никого нет? Отвыкай, сестричка. Мы не
всесильны, нам на это уже указали.
- А самого Козаса предупредить нельзя? Тиль потыкал в кнопки и протянул
ей терминал: "Линия занята, ваш вызов принят в очередь... Линия занята, ваш
вызов принят..."
- Это слишком просто, тут и форвардом быть не нужно. Дозвониться до
Козаса нам не позволят.
Приложив указательный палец к губам, он снова набрал номер.
- Да!.. - ответил Ефимов. - Что случилось с ва-даим видео? Я ничего не
вижу.
- И не надо, - сказал Тиль, удерживая ладонь над объективом. -
Здравствуй, Николай. "Добрый день" я не говорю.
- День добрый...- растерянно произнес Ефимов. - А... это ты. Я узнал. И
вот что я тебе... - начал он уже другим тоном.
- Я? Я подставил?! - воскликнул Тиль. - О чем я тебя предупреждал?.. О
карманной краже? О взломе банкомата? Я сообщил тебе об убийстве! Назвал адрес,
назвал жертву... Что тебе еще надо? - Он перевел дыхание. - Извини...
- Мы не успели, - буркнул Ефимов.
- Я тебя не виню. Там... действительно было сложно.
- Кто ты такой?
- Запиши новый адрес, Николай.
- Да кто ты?!
- Сейчас для тебя важнее другое. Улица Островитянова, дом двести двадцать
шесть, апартаменты 400-В. Ульрих Козас. Номер мой не сканируй, трубка
инфинитивная.
- По этому адресу снова будет сумасшедший?
- Да. И не хуже Рудольфа Прутко.
- А Прутко? Что тебе о нем известно? - торопливо спросил Ефимов.
- Он... да, он особенный.
- В него стреляли три человека. В маленькой комнате. Трое опытных
полицейских не могли в него попасть. То, что они рассказывают...
- Им не померещилось. Он на самом деле уклонялся от пуль, пока его не
взяли в "ножницы".
- Спецподготовка?
- Оставь этого Прутко, ничего ты там не выкопаешь. Завтра появится второй
Прутко, послезавтра - третий.
- Их будет много? И... трупов - тоже?
- Вопросов дурацких много будет?! - взорвался Тиль. - Спасайте живых, вам
за это деньги платят! Ульрих Козас, 400-В. Людей соберите побольше. И ждите
убийцу отовсюду: с неба, из-под земли... отовсюду! Если оставите хоть одну
брешь, он пройдет в нее, насвистывая.
- А потенциальная жертва... гражданин Козас... он сам в курсе?
- Я не смог с ним связаться. И вы не сможете. Не тратьте времени,
выезжайте прямо сейчас.
Тиль отключил трубку.
- Бесполезно, - проронил он. - Ефимов опять ничего не сделает.
- Козаса тоже убьют?
- Не знаю, сестра, не знаю... - Он начал одеваться.
- Если полиция не поможет, зачем ты ее привлек? Без нее было бы проще.
- И ему - тоже проще. Пусть напряжется. Посмотрим, где заканчиваются его
способности.
- Но до вечера еще далеко. Или он опять перенесет?
- Боюсь, что да. Кстати...
Тиль поднял палец, и Элен, ни о чем не спрашивая, повернулась к своему
терминалу. Трубка тотчас запиликала, но после третьего звонка умолкла.
- Ты прав, - сказала она. - "Ордер на Ульриха Козаса, два часа". Он
корректирует время, потому что... он чувствует нас.
- В твою Компанию он больше не позвонит. Он видит, что этот путь уже не
ведет к победе.
Тиль проверил пистолет. У самой двери Элен поймала его за рукав.
- Я вдруг подумала... Мы примерно знаем, чего он хочет, и знаем, что он
умеет обманывать форвертс, но... все это мы знаем из того же форвертс.
- Опасаешься, что он внушил нам ложный вариант? А зачем? Ему бы,
наоборот, приглушить нас незаметно - мы бы сами отыграли его сценарий. Все, как
он запланировал. А если мы это увидели раньше, чем лрожили, значит, он не может
держать нас постоянно. Либо его что-то отвлекает, либо он просто нуждается в
отдыхе, как всякий человек. Он человек, Элен. Всего лишь. - Тиль поцеловал ее в
щеку и открыл дверь. - Да! - бросил он. - Я надеюсь, ты не станешь этого делать.
Идея нездоровая. Помощи от тебя там не будет, ты мне только руки свяжешь.
- Ладно, братец. Обещаю. - Элен не обиделась. Она его хорошо понимала.
Даже слишком.
Тиль прошел по коридору и вызвал лифт.
Он мог бы сказать:
"Я рад, что мы с тобой встретились".
Она могла бы ответить:
"Я тоже рада".
Створки разъехались, и он молча шагнул в кабину.
Козас
Тиль велел таксисту притормозить на перекрестке и оставшиеся триста
метров прошел пешком. Первую оперативную пару он обнаружил еще у соседнего дома.
Камеры за стеклами черного "Фольксвагена" фиксировали все. Тиль засмотрелся на
девушку, оставив в записи только затылок. Умысла полицейские в этом не нашли, но
сообщение отправили. На следующем посту - двое техников у "Пежо" со старушкой -
Тиля уже встречали. Он чихнул в платок, потом высморкался, потом обронил платок
на асфальт и поднял, все - на ходу. Камера ухватила правое ухо и, возможно, щеку
- издержки, при таком количестве наблюдателей, минимальные.
Машин было меньше обычного, половину дорожная полиция отсекала еще на
подъездах. У кого-то чесались руки устроить поголовную проверку документов, а в
идеале - обнести квартал турникетами, однако для Ефимова как для сыщика
предотвратить преступление было лишь частью работы. Казалось, даже случайные
прохожие поглядывают друг на друга с подозрением, хотя действительно случайных
людей у дома Козаса было немного. Полсотни переодетых полицейских ждали убийцу,
ориентировочно - в течение часа. Хрустели поп-корном, потягивали пиво,
целовались и качали пустые детские коляски.
Тиль пересек стриженый скверик и спустился к подземному гаражу. На пульте
у шлагбаума сидел нарочито рассеянный здоровяк в свежем комбинезоне.
- Здравствуйте, - сказал он доброжелательно. Не ответив, Тиль прошел
мимо.
- Господин!..
- Новенький? - осведомился Тиль.
Здесь, на нулевом уровне, - двести пятьдесят машин, на четырех нижних -
еще по сто пятьдесят. Некоторые автомобили записаны на всю семью. Итого, по
грубому подсчету, тысяча владельцев.
Перебор вариантов мог занять месяц - если бы считать взялся компьютер. У
Тиля на это не было и минуты.
Он не задумываясь представился Кузнецовым и шагнул к дежурному. Тот
провел пальцем по монитору - не указательным, а почему-то мизинцем. Вслед за
пальцем, пробежала светлая строка, выделяющая отдельных жильцов. Первые пять -
женщины, трое других забрали свои машины еще утром. Дежурный добрался до буквы
"К" и, не найдя ни одного Кузнецова, тронул тревожную кнопку.
Тиль запомнил с монитора несколько фамилий и, не затягивая форвертс
дальше, сказал:
- Евгений Игнатов, "Ауди".
Дежурный проверил по списку, все тем же мизинцем.
- Номер назвать? - спросил Тиль.
- Нет, не нужно, - здоровяк пожал плечами. - Какого цвета ваш "Ауди"?
- Синий, конечно.
- Конечно... Благодарю вас. Никаких проблем, просто я привык, что отсюда
не заходят...
- Отсюда заезжают,- нетерпеливо произнес Тиль. - Но мне так удобней.
Дежурный позволил ему отойти от стола и уже в спину крикнул:
- Евгений Александрович! Туту меня пометка... вы просили заменить масло.
- Анатольевич, - бросил Тиль, не оборачиваясь.
- Что? Извините?..
- Меня зовут Евгений Анатольевич. И я никого ни о чем не просил.
- Да, извините. Перепутал.
Дежурный смотрел ему вслед, пока у въезда не затормозил полосатый,
крашенный под домашнюю кошку "Рено".
Провокация с заменой масла была хороша, Тиль чуть не попался. Любой
злоумышленник на его месте вякнулбы "спасибо" и...
И полицейский сразу, без предупреждения, стреляет. Под столом у него
пакетный разрядник - здоровый агрегат с пятикилограммовой батареей. Тиль падает
и через мгновение оказывается в бронированном кузове: руки-ноги пристегнуты к
стальным петлям в полу, на глазах повязка, на горле "строгий ошейник" - плотная
лента с вонзающимися шипами-контактами.
Тиль постоял у синего "Ауди" и, хлопнув себя по лбу, скорым шагом
направился к лифту. Дежурный покосился в его сторону, но к шлагбауму подъехала
новая машина, и его опять отвлекли.
У квартиры Козаса какой-то жилистый типчик в черном халате ковырялся с
фикусом.
Тиль остановился в коридоре и, жестом показав мужчине, что дальше
двигаться не намерен, вытащил трубку.
- Николай, это я.
- Да?.. - встревоженно ответил Ефимов. - Ты где-то рядом?
- Похвальная проницательность, Коля. Я на этаже. И человека твоего я не
убил только потому, что я не убийца. Ты понимаешь меня?
- Как?.. Как ты пробрался?
- Через гараж.
- Я укреплю...
- Дело не в количестве. Тот, кто сюда явится, бойню устраивать не будет.
Он вас просто обманет.
- Как ты, да?..
- Как я, - подтвердил Тиль. - А вот этих вопросов не надо, Коля. Позже я
все расскажу, а сейчас мне нужно...
- Попасть к Козасу, - догадался Ефимов. - И почему я тебе верю?..
- То, о чем я говорю, часто сбывается.
- Хорошо.
Полицейский в халате перестал теребить растение и, выпрямившись, в упор
посмотрел на Тиля.
- Можете проходить.
Дверь открылась, за ней показался невысокий, обманчиво щуплый субъект в
великоватом сером пиджаке. Тиль снова достал трубку.
- Николай, мне нужно поговорить с Козасом наедине.
- Это исключено.
- Ты ведь не думаешь, что я сам его убью?
- Исключено, - холодно повторил Ефимов. Тиль вздохнул и вошел в комнату.
Серый пиджак закрыл дверь и проследовал за ним.
На диване, покрытом оленьей шкурой, сидел Козас - то и дело прикладывался
к бокалу с коньяком и раздраженно покачивал ногой.
- Привет, - кивнул Тиль. "Только без имен, Улърих".
"Да уж... Ты стал слишком известен".
- Здорово, - буркнул Козас. - Ну?.. Объясняй.
- Ты знал, что я приду?
- Видел, разумеется.
- А больше ничего не видел?
- А что я должен был?..
- Ясно.
Полицейский выразительно кашлянул и устроился в кресле у двери. Козас
глянул на него с ненавистью и опрокинул в себя остатки коньяка.
- У них и ордер есть, представляешь? - промолвил он. - Пить будешь?
- Нет. И тебе не советую.
- А-а-а!.. - Козас тяжело поднялся, дошел до бара, но наливать больше не
стал. - Значит, это ты их натравил... И, значит, ордер уже выдают на основании
форвертс. Не решение прокурора, а чье-то предчувствие... Славно. Движемся к
какой-то диктатуре инсайта.
- Ордер... - глухо повторил Тиль. - Полушина убили.
Помолчав, Козас вернулся к дивану.
- Жаль старика. Что еще сказать.
- Ничего. Следующий - ты.
- Во как... Почему же мне этого не видно?
- Полушин тоже не видел.
- Твой Полушин был слепой, как крот! - заявил Козас. - А я - нет, -
добавил он умиротворенно.
- В том-то и дело. Что у тебя с терминалом?
- Я его отключил. Ложные вызовы, один за другим, с самого утра. Наверно,
сбой на сервере.
- И часто у тебя эти сбои?
- Первый раз.
- И как будто ничего странного?..
Козас равнодушно хмыкнул.
- А конкурс? "Москва хлебосольная", стомиллионный турист... Ты в курсе,
кто выиграл твой приз?
- Нет, конечно. Там все честно.
- Сестра, - коротко произнес Тиль.
- Кто?.. Сестра?!
- Да, Ульрих, да. Одна из ста миллионов. Чудесное совпадение, не правда
ли?
- Ты к чему клонишь?
- Нас кто-то ведет, тебе не кажется? Хотя... тебе ничего никогда не
кажется, я понимаю. Но это так. Кто-то хочет от нас избавиться.
Полицейский в кресле беспокойно пошевелился и, закинув ногу на ногу,
уставился на Тиля.
- Меньше книжек дурных надо читать, - заметил Козас.
- Я вообще не читаю. Даже газеты. Тиль мог бы добавить:
- Зачем это мне? Я и так все знаю. А ты - не все. Тебя глушат, Ульрих.
- Чего ты от меня хочешь?
-Во-первых, спасти тебе жизнь. Во-вторых, мне нужна твоя помощь. Он
сильнее нас, но мы можем с ним справиться.
- Чем я тебе помогу? Если ты видишь дальше...
- Он... думаю, он не способен контролировать всех сразу. Он
переключается. Вот сейчас он держит тебя. Возможно, еще кого-нибудь. А меня -
нет.
- Может, наоборот? И кто этот он, в конце концов?
- Не знаю. Но он существует. Точно.
-А по-моему, точно другое. Утомился ты, Тиль. Герр Хаген. Набегался,
попрятался. Для нервной системы это не полезно.
- Я не понял. Ты не веришь мне?
- Верю. Верю, что ты сошел с ума, дорогой родственник.
Охранник подошел к бару и налил себе минералки.
- Ульрих, я не спятил, я... - Тиль осекся. Вокруг начиналось движение -
ощутимое, как ветер. - Что видишь? - резко спросил он. - Через полчаса... Что ты
видишь?!
- Ничего. Ты уйдешь, эти останутся до ночи.
- А ты? Что будет с тобой?
- Займусь делами... - ответил Козас, уже не так уверенно, и посмотрел на
полицейского.
Тот стоял вполоборота и неторопливо, маленькими глотками, пил воду.
- Ульрих?.. - подал голос Тиль.
- Да... Теперь я понял.
Щеки у Козаса мгновенно посерели и ввалились. Бледные губы дрогнули, но
сказать он ничего не смог. В глазах у него метался ужас - похоже, он никогда еще
не подпускал к себе смерть так близко.
Охранник поставил пустой стакан и начал поворачиваться.
Отрешенный, словно не принадлежащий самому себе, с пустым взглядом
сломанной куклы, он плавно заводит ладонь под полу пиджака, достает штатный "змерш",
трогает большим пальцем панель на рукоятке - предохранитель выключен,
можно стрелять - и медленно, как на дуэли, поднимает ствол.
Козас перекатывается в сторону - массивный диван неожиданно легко
проезжает по лакированному полу и толкает полицейского в колени. Тот, взмахнув
руками, заваливается вперед, и Козас, вновь удивляя своей реакцией, стреляет ему
в макушку. Пуля выходит из затылка, охранник валится на диван уже мертвым,
локоть бьется о низкий столик, и из ладони вылетает...
Портсигар. Не пистолет, а обычная плоская коробка. Сигареты рассыпаются
по столу, Тиль смотрит на них долго и зачарованно, будто пытается сосчитать...
Потом до него доходит.
- Нет!.. Ульрих, нет!!!
Козас выстрелил в полицейского и рывком перевел пистолет на Тиля.
- Ты не спасать меня пришел, родственник, - произнес он, задыхаясь. - Ты
пришел, чтобы помочь ему.
- Опомнись...
- Хотел заболтать?.. Надеялся, я не замечу!..
Сигареты покатились по столешнице и с сухим цоканьем стали падать на
паркет. Козас по-прежнему смотрел вперед и видел не портсигар, а то, что ему
внушили. Ложный форвертс.
"Можешь говорить все, что угодно, - пронеслось у Тиля в сознании. - Твой
брат услышит не тебя, а меня". "Да..."
"И что он с тобой сделает, зависит тоже от меня". "Ты прав..."
"Если я пожелаю, он тебя пристрелит". "Но тебе нужно не это".
"Естественно".
- Гнида... - процедил Козас, глядя куда-то сквозь Тиля.
"Тебе интересно, что он сейчас воображает?" - снова проклюнулся голос.
"Нет".
"Врешь".
Тиль увидел, как открывается дверь, - до этого момента оставалось
несколько секунд.
В комнату заходит еще один охранник.
- Вас вызывает старший следователь Ефимов. - Он протягивает терминал, и
Тиль внезапно догадывается, что для Козаса это не трубка, а все тот же "з-мерш".
Ульрих отскакивает за диван, и полицейский натыкается взглядом на убитого
напарника. Он выхватывает пистолет, но Козас успевает ранить его в ногу.
Расстояние небольшое, промазать сложно, однако Тиль догадывается, почему Ульрих
не попал. Охранник валится на пол и отвечает - сквозь спинку, надеясь
прострелили, Козасу правое плечо, но тот уже сдвинулся с места, и пуля разрывает
ему шейные позвонки. Тиль поднимает с пола трубку.
- Николай... Пришли сюда врача и носилки. И... еще двое носилок.
- Что там у вас?
- Все...
- Что "все"? Тьфу... Дай мне сержанта!
- Конечно. Сержант?.. - Гиль подходит к раненому полицейскому,
протягивает трубку, но в последний момент бьет его по ребрам и откидывает "змерш"
подальше. - Николай, я не виноват. Слышишь? Это не я сделал.
- Не понял! Где сержант? Вы... уже встретили кого-то?
- Никого не будет. Можешь снимать посты. Тиль оставляет терминал возле
бара, подальше от полицейского, и, взяв в коридоре фикус, тащит его к лифтам.
Две кабины оказываются прямо на этаже. В одной Тиль расклинивает кадкой двери,
вторую отправляет вниз, а сам выходит на лестницу...
Тиль вздрогнул. Внизу, под прозрачным колпаком, проплывали запруженные
машинами улицы. Мягкий стрекот винта убаюкивал, - можно было подумать, что
последние минуты ему пригрезились. Тиль осмотрел правую ладонь - жесткие листья
оставили на коже след, небольшой и не слишком болезненный. Всего лишь царапина.
Чтобы помнить. И не надеяться, что это сон.
Так все и было. Тиль исполнил увиденный - вернее, показанный кем-то -
форвертс, поскольку иного ему не оставалось. Он ничего не мог изменить, просто
не было выбора. Единственный путь из оцепленного здания, единственный способ не
попасть в полицию, аэротакси на крыше, единственный свободный вертолет... Тиль
будто подчинился программе - механически, бездумно. Вероятное будущее незаметно
перетекло в прошлое и стало необратимым.
"Не кажется ли тебе, что от твоих поправок стало еще хуже? - снова
прорвался голос. - Не мешай и обойдешься малой кровью".
"Малая кровь - это уничтожение всех форвардов?.."
На приборной панели заверещал зуммер, и Тиль отвлекся. Сзади такси
нагонял перехватчик.
- Не отвечай, - сказал он пилоту.
- Я обязан. Это полицейский вызов.
Среди кудрявых крон блеснула змейка маленькой искусственной реки.
- Садись.
- Через три минуты будем над платформой...
- Сейчас!
- Это невозможно. Посадка в парке запрещена. Тиль достал пистолет.
- Да-да, конечно, - пробормотал пилот. - Я сажусь...
Вернуться в отель Тиль позволил себе лишь спустя несколько часов, когда
солнце уже ушло за крыши. Слежки не было, но он продолжал мотаться по городу,
меняя такси и выкидывая ИД-карты одну за другой. Голос оставил его в покое, и
Тиль лихорадочно обдумывал произошедшее.
Тот, кто все это сделал, мог бы справиться и быстрее, и проще, но он
решил устроить демонстрацию, и Тиль признал, что она удалась.
"Не мешай, - звучало в голове. - Не мешай мне и обойдешься малой
кровью..."
Он все не мог забыть лицо Козаса, его взгляд - такой же безвольный и
бессмысленный, как у блондина в ресторане. И навязчивый шепот: "...не мешай..."
И оба лифта на этаже, которые помогли ему уйти. И случайное такси на
крыше...
В гостиницу Тиль попал в начале восьмого. Элен нервно расхаживала вокруг
накрытого стола.
- Я решила, ты уже не появишься.
- Поэтому заказала обед на две персоны, - улыбнулся он.
- Тиль, твое возвращение... Это был только вариант. С постоянно
снижающейся вероятностью.
Он пожал плечами.
- Все, что мы видим, - варианты.
- Ты не понял. Часа два назад в сети показали твой настоящий портрет. И с
тех пор сообщение крутят каждые пятнадцать минут. Я не знаю, как ты ходил по
улице, почему тебя еще не арестовали.
Тиль опустился на диван.
- И что там было?
- Что там было... - рассеянно проговорила Элен. - А что там могло быть?
"Тиль Хаген, опасный преступник, в случае обнаружения немедленно сообщить..."
Где они взяли твою фотографию?
- Это его работа... Сам ее изъял, сам же и вернул.
- Но почему?
- Потому, что мы с ним не договорились.
Тиль расстегнул куртку и, сдвинув на столе тарелки, вывалил ворох плоских
коробочек - синих с красной полосой и вписанным в нее словом "ВеерехесМп".
- Это еще зачем? - спросила Элен.
- Жуй. Набей жвачкой карманы и жуй постоянно.
- Собрался глушить форвертс? Как Альберт?
- И как Полушин.
- Надеешься, это нам поможет?
- По крайней мере - это помешает ему.
- А мы?.. Тиль, мы же станем слепыми!
Взяв пульт, он включил монитор и сразу попал на криминальную сводку.
Фотографию показывали хорошую, возможно, самую качественную из всех, что
у него были. Портрет двухлетней давности: гладко выбритый подбородок, дорогой
костюм, галстук с золотой заколкой. Позже Тиль не фотографировался.
- Ты был таким хлыщом, - фыркнула Элен.
Он встал и подошел к зеркалу.
- Да. Когда-то был...
Намочив голову, Тиль начал изобретать себе новую прическу.
- Тебя все равно опознают.- Не исключено.
- А форвертс предупредит. Если ты его не подавишь.
- Придется, Элен. - Он перестал разглаживать волосы и вскрыл упаковку
дипэкзедрина. - Ты не спрашиваешь, как я съездил к Козасу.
- Я пока еще не принимала эту гадость. Скажи, там действительно было
страшно?
- Он свернул Козаса в бараний рог. Показал, на что способен. И я
подозреваю, это еще не предел. - Тиль протянул ей подушечку. - Элен, если меня
застрелят полицейские... это будет малоприятно, но я готов. К этому я готов уже
давно. А вот если он заставит тебя...
- Транквилизатор превратит нас в обычных людей. Беспомощных.
- Большинство так и живет, не видя и не слыша. Ничего не ожидая.
- Неправда. Они тоже ждут - следующего часа, следующего дня... Разница в
том, что они надеются, а мы знаем наверняка. Никогда бы не подумала, что
незнание может чем-то помочь.
Тиль положил ей в ладонь жвачку и сжал пальцы.
- Не помочь, - сказал он. - Спасти.
Максимов
Проплутав по кривым улочкам минут двадцать, автомобиль остановился у
трехэтажного кирпичного дома. Спутниковый навигатор не работал даже в Мытищах,
таксист в этом районе не ориентировался, а Тиль дорогу не помнил. Подсказать же
правильный путь он не мог - правильного пути он не видел. Пошел уже третий час,
как Тиль не видел ничего.
- Благодарю. - Он протянул таксисту карточку на имя Вольфа Шнайдера и,
приняв ее обратно, согнул в кармане пополам, чтобы случайно не предъявить гденибудь
еще раз. Лишь теперь, потеряв свое основное зрение. Тиль понял всю силу
этого слова - "случайно". Не наткнуться на полицейского, который уже запомнил
новую ориентировку, не свернуть в сторону патруля, проверяющего документы, не
попасть по-дурацки под маш
...Закладка в соц.сетях
