Жанр: Научная фантастика
Твоя половина мира
...ов бесцельно пощелкал предохранителем
и включил терминал. - Это "Первый". Общее внимание...
Кандалы почти не мешали. Ефимов что-то кому-то шепнул, и Тиля приковали к
полу гуманно, оставив пару сантиметров для вдоха-выдоха. Шоковый ошейник и вовсе
не надели - наверняка нарушили кучу инструкций.
- Дорога долгая будет, - сказал Ефимов. - В городе тебя содержать
опасаются, даже временно. Куришь?
Тиль покачал головой.
- Молодец. - Ефимов хотел что-то добавить, но осекся. - По приезду еще
раз свяжусь с нашим оперативным. Если будут новости о катастрофе...
- Спасибо.
- На месте я тебя передам, и... все. Там не Москва, там я уже никто.
- Брось эти нежности. Зачем оно тебе?
- Ты отличаешься, Хаген. Очень отличаешься от всех тех, кого я упек. А
упек я многих. Под петлю, правда, подводить не приходилось еще. Ты у меня
первый. Вот так...
Ефимов кивнул, и тяжелая многослойная створка вошла в пазы. Тиль еще
долго слышал, как снаружи грохочут и лязгают - кузов укрепляли стальным
профилем. Тюрьма на колесах превращалась в мобильную крепость.
Вентиляционное отверстие подавало пресный фильтрованный воздух. Оттуда же
лился и свет - жидкий, как диетический супчик.
Тиль пошевелил руками и оценил великодушие Ефимова: несильно затянутая
цепь позволяла сесть. С другим сопровождающим он ехал бы лежа, как овощ.
Минут через десять тронулись.
"Ничего у тебя не вышло. Никаких таблеток "фор-вертс" не будет".
"Не будет, - мгновенно откликнулся голос, - потому что форвертс не связан
с биохимией. Наш дар - следствие врожденной патологии, и он не передается.
Нельзя вилять хвостом, если хвоста нет. Ученые раскопают это, но не сегодня.
Даже не завтра".
Тиль прислонился затылком к мягкому борту и посмотрел в потолок. Он
чувствовал невероятную ясность, какой не было уже давно - не двое суток и не
месяц, а все два года, с того самого дня, когда он перешагнул через внутренний
запрет и открыто предъявил человечеству свои способности. Впрочем... излишняя
бодрость могла быть вызвана как раз усталостью и передозировкой.
"Сидишь и не можешь понять, кто же из нас выиграл, а кто проиграл..."
"Потому что не понимаю твоей цели. Я ее не вижу".
"Моя цель находится вне того, что ты считаешь реальностью".
"Сам-то ты где находишься?"
"Меня не найдут, Тили. Это и не нужно, я не опасен. А если опасен, то...
все же не так, как вы".
- Да, Федор, - сказал Хаген вслух. - Мы представляем жуткую угрозу. Алекс
Насич, распотрошенный в лаборатории. Ульрих Козас, застреленный полицейским.
Михаэль Ситцев, принявший смертельную дозу транков. Штальманн и Крафт,
задавленные грузовиком. И Серж, погибший под обломками особняка. И еще Люгер...
Иеремия Люгер, которого мы убили из-за тебя.
"А еще тебе хочется назвать Элен и Альберта. В основном - сестрицу,
конечно. Но ты боишься, так? Даже не стал ей звонить. Боишься, что ответить уже
некому... Она жива, Тили. Альберту снесло череп, а Элен только поцарапалась. Но
это не имеет никакого значения. Абсолютно никакого, поверь".
- Я все больше убеждаюсь в твоем безумии... брат. Что ты мне доказываешь?
И главное - зачем ты мне что-то доказываешь? Меня везут в пересылку. Оттуда - на
Запад. Там мне в скором времени срежут воротник... До виселицы мой путь - в
кандалах, под усиленным конвоем. И никакой форвертс меня не вытащит. Но... всетаки
зачем ты устроил всю эту бойню? Ты научился управлять форвардами и сам же
их истреблял...
"Мотыльки летят на свет. Даже Люгер прибыл спасать кого-то... Смех! Кого
он мог спасти? Младенец с замашками престарелого мачо. По-немецки вообще не
говорит, а по-русски говорит так, что и немцы не понимают".
- Говорил. Иеремия говорил. Раньше. Теперь - нет. Машина резко
затормозила, и Тиля кинуло вперед.
Он мог бы удариться о стену, но цепи удержали его на месте.
"Не нужно надеяться. Просто яма. Ваша колонна выехала из Москвы".
"Я и не надеюсь, - мысленно ответил Тиль. - А если надеюсь, то совсем не
на это".
"На то, что кто-нибудь из оставшихся братьев сумеет со мной
расправиться? Вряд ли. Ты самый сильный форвард... после меня, конечно. Так вот
скажи, самый сильный форвард: можно ли меня победить?"
"Демона - нельзя, наверно. А Федора Полушина... все знали, что он
полутруп. Что же случилось с нашим братом Федей? Почему ты стал Демоном?"
"Это все Серж придумал. "Демон"!.. Пил бы он поменьше - глядишь, и из
него вышел бы толк. А случилось-то... Случилось, да. Но это настолько просто,
что ты и не догадаешься".
"И не собираюсь. Ты мне не интересен... Демон".
Будь Полушин рядом, Тиль от него отвернулся бы, но Полушин был внутри,
поэтому он поднял голову. Демоны - они не в небе.
- Ты старше! - внезапно осенило Тиля. - Ты просто старше, вот и все.
Значит... форвертс прогрессирует? С возрастом он усиливается? Да, Альберт меня
спрашивал... Он так и сказал: "Твой форвертс прогрессирует".
"Вот, Тили, очень правильное слово: "прогрессирует". Как болезнь.
Форвертс и есть болезнь. Неужели Альберт это понимал? Может, надо было на него
ставку делать? Хотя... Он слабый, наш Советник. Слишком долго ждать".
"Ты... прогрессировал постепенно или это был скачок?"
"Скачок. Возможно - первый и последний, возможно - будут и еще..."
В голосе прозвучало что-то новое, Тиль это услышал сразу. Кажется...
Полушин сожалел.
"В этом действительно мало радости. А началось все с обыкновенной бытовой
травмы. Сломался нож в кухонном комбайне, и я его стал разбирать. Он был
бракованный, но я этого не увидел, потому что накануне принял транквилизаторы...
я с таблеток не cлезал, это ни для кого не секрет. И еще я не отключил комбайн
от сети - запамятовал... В общем, меня тряхануло. Подумаешь - током ударило...
Ничего страшного, но я... сразу начал видеть дальше. Гораздо дальше. А вскоре
обнаружил, что форвертс этим уже не исчерпывается. Мои способности стали шире, и
настолько, что я... Я их испугался. Испугался самого себя. В доме всегда были
запасы гипнотиморола. Я проглотил огромную дозу..."
Что было потом, Тиль уже знал.
"Правильно: дар стал еще сильнее".
- Когда это произошло? "Два года назад, в августе".
- Да... Было бы странно, если бы не совпало. Машину подбросило, и
браслеты врезались в кожу.
Зашипев, Тиль погладил руку... И наткнулся на чьи-то пальцы.
- Ты ошибаешься!
Элен упорно тащила его к двери.
Тиль осоловело покрутил головой. Посетители "Поросячьего визга" в панике
покидали бильярдную. Те, кого блондин успел загнать на крышу, спускались
обратно. Спасения наверху не было, а был один лишь вертолет и стрелок, ожидающий
Хагена.
Сам блондин с простреленным горлом лежал возле открытой створки. Сбегая
по служебной лестнице, люди натыкались на тело и цепенели.
- Ты ошибаешься, - повторила Элен. - Никто не будет тебя резать, ты нужен
им не для этого.
- Подожди...
- Мы не можем ждать! Залп... Ты же видишь его! У нас не осталось времени!
Элен дернула Тиля за рукав, и он...
Врезался во что-то спиной. Он попробовал выпрямиться, но цепь напомнила,
что мера его свободы невелика.
Тиль осмотрелся: квадратная камера, повсюду серый пластик, в потолке -
решетка вентиляции...
"Гипнотиморол - не наркотик, Тили, а то, что ты видел, - не галлюцинация.
Как ты можешь оценить то место? Что ты о нем думаешь?"
"Никак не могу, ничего не думаю. Не нужно было жрать столько транков...
Какая мне разница?"
- Ну что ты стоишь?! - Элен затушила сигарету о край стола и перешагнула
через блондина. - На крышу! Быстро! У Альберта восемь ракет, и... у него нет
выхода. И у меня! И у тебя тоже!!!
Тиль медленно нагнулся и поднял бильярдный шар. Твердый, увесистый,
теплый... Настоящий.
- Бра-ат!
- Сейчас, сейчас. Не волнуйся...
"Федор?.."
"Что скажешь, Тили? Неужели это - галлюцинация?"
"Продолжение варианта... того варианта, который мы прошли... и бросили
как тупиковый. У него не может быть продолжения, Федор. Мы не поехали в тот
ресторан. Там никого нет - ни меня, ни Элен, ни Альберта".
Чтобы убедиться, Тиль похлопал по мягкому полу. Цепь зазвенела и змейкой
улеглась вокруг ладони.
"Но я не понимаю, Федор... Тот вариант... я не в состоянии отличить его
от действительности".
"А что реальней?"
"Не знаю... Ну, конечно, реальность!"
"С этим не поспоришь. Реальность реальная, а вода мокрая. Поздравляю,
Тили. Вот только... где она, реальность? И в чеу разница между одним вариантом
и..."
- Другим? Другим - что?.. Вариантом?.. Значит, сейчас - опять вариант?
Нет... я бы давно вышел. Был бы это форвертс, я бы его прекратил. И... я бы
знал, что это всего лишь форвертс!
Тиль бросил шар на сукно, и тот, гулко прокатившись, упал в лузу. Народу
в зале уже не осталось.
- Сейчас будет залп,- отрешенно произнесла Элен. - Восемь ракет...
Альберт не остановится ни перед чем.
- Иди к вертолету, я догоню, - сказал Тиль.
- Ты точно поднимешься?
- Обещаю.
- Братец... ты женщин часто обманывал?
- С тобой этот номер не пройдет, я в курсе. Элен погрозила пальцем и
скрылась за дверью.
"Ты отсюда вышел, Тили. Из этого варианта. И что в итоге? Он живет дальше
- без тебя. Хотя ты в нем по-прежнему существуешь. Но и это не главное. Альберт
прикажет дать залп, и Тиль Хаген, сидящий здесь, на бильярдном столе, умрет".
Тиль поболтал ногами.
- Скорее всего, мне и там и там хана.
"Ты погибнешь, а твой вариант останется. Потому что... это и не вариант.
У тебя хватило сил, чтобы сотворить его, но не хватит, чтобы уничтожить. Они
тебе не подчиняются. Ни тебе, ни кому-либо еще".
- О чем ты, Федор?
"О том, что ты создал. О твоих способностях, из которых форвертс - лишь
верхушка. Остальное... ты видишь, но не понимаешь".
- Остальное?..
"Все, что вокруг. Знаешь, почему я тебя не прикончил? Я бы тебя убил.
Первым. Если бы мог. Но каждый раз, попадая в тупик, ты... нет, ты не
выворачиваешься... ты выворачиваешь наизнанку мир. Ты возвращаешься к
произвольной точке и начинаешь все сначала".
- Форварды именно так и поступают.
"В воображении, Тили. Они это делают исключительно в воображении. Просто
видят дальше, чем нормальные люди".
Тиль слез со стола и прошел по залу. Взял кий, пощупал, бросил на пол...
Передвинул стул... Прикоснулся к стене, почувствовал ее ладонями... Втянул носом
воздух... Закрыл глаза.
"Похоже, ты понял, Тили. Наконец-то..."
- Это создал я? Здесь все настоящее. Совсем настоящее... - пробормотал
Хаген. - И этот вариант, и тот, где меня везут в кандалах... Они остались? Это
уже не форвертс, это... реальность? И то и другое? Одновременно - две
реальности?!
"Я не знаю, когда у тебя произошел скачок, когда твои способности
переросли обычное ясновидение. Но это факт, Тили. Ты не только видишь будущее,
ты изменяешь настоящее. Точнее, создаешь новое - все время, раз за разом. А то,
что было прежде, тот вариант, который ты считал неудачным... он продолжает жить.
Сам по себе. С тобой или без тебя".
- Ты говоришь о двух последних сутках? Оба варианта почему-то помнят не
только форварды.
"Ты прогрессируешь, Тили. Но еще хуже то, что ты не ведаешь своего
предела. Двое суток? Это последняя мощная развилка, и если новая будет еще
крупнее... Двое суток, да? Я столько раз загонял тебя в угол - веря, что вот это
и есть окончательная, подлинная реальность... и каждый раз я убеждался, что это
твой форвертс - вариант, который ты можешь поменять на... еще один вариант.
Выбрать что-то иное. Назначить началом любую точку своего прошлого и вернуться к
ней. Все, что с тобой происходит, в итоге оказывается не свершившимся, а лишь
вероятным... Все, что люди считают настоящим... и то, что считаешь настоящим ты
сам. Это твой форвертс, Тили. И он длится не двое суток, а гораздо дольше.
Только не спрашивай, сколько. Я не знаю, Тили, не знаю..."
- Жутко, - проронил Хаген, опускаясь на стул.
"Жутко не это. Рано или поздно скачок будет у каждого. Форвертс - это
эмбрион, из него вырастет нечто большее. Возможно, что-то такое, с чем не
справимся ни ты, ни я. Нам неизвестно, у кого какие способности разовьются. Хоть
мы с тобой и форварды. Но от нового дара не откажется никто. В нашем поколении
почти тридцать человек... и вот представь: два с половиной десятка богов... в
одном маленьком мире. Даже те, кто никогда и не нюхал этой власти, сходят с ума
от мысли о мифических таблетках. Ты сам видел. Что же будет с теми, кто без
этого не умеет, для кого это не экзотика, а способ выживания? Они и будут
выживать - каждый по-своему, в ущерб всем остальным. Много природой в человека
не заложено".
- Поэтому ты истреблял форвардов?
"Да, до того, как они начнут прогрессировать, пока с ними еще легко
справиться. Но я всегда натыкался на твое сопротивление, и всегда получалось
одно и то же: мы выныриваем в новой реальности, а все, что я сделал в прежней,
оказывается несбывшимся вариантом. Я прекрасно понимаю, что такое жизнь, я сам
не из железа. Но скачок может произойти у любого. Когда угодно. И вместо слабого
противника мы получим сильного".
- Ты сказал - "мы"?..
"Я не сижу у тебя в голове, не роюсь в твоих мозгах. Но я знаю, что ты
решишь. В конце концов, Тили, я вижу будущее дальше, чем ты. Я тоже кое на что
способен".
- Нам придется...
"И сестру. Женщина-монстр не лучше монстра-мужчины. Форвертс Элен
трансформируется в то же, что и у меня. Ты хотел убить Демона? Мы уничтожим их
всех. Всех будущих демонов. А потом... у нас с тобой останется единственный
путь..."
- И ты сможешь умереть добровольно?
"Мы должны. Ты ведь догадывался, что не найдешь меня в морге, и все-таки
пошел. Поэтому ты и не взял с собой Элен. Ты был готов".
Тиль закрыл служебную дверь и уперся в массив-стол.
"Чем ты занят?"
- Раз-два!.. Тяжелый, зараза... Я просто не хочу посторонних.
"Какая разница? Сейчас "штурмы" превратят здание в воронку. Брось этот
вариант, оставь его в покое. Дальше он будет жить сам, а для тебя здесь все уже
закончилось".
- Ничто никогда не кончается.
"Верно. Впереди большая работа. Трудная и грязная. Но мы справимся, Тили.
Вот так и справимся: "раз-два". Ты сам знаешь. Ты же форвард..."
ЭПИЛОГ
Раз (Ein)
- Как поживают рыбки? - Тиль приблизился к аквариуму и заложил руки за
спину.
- Живут, - ответил Полушин с наивной гордостью. - Марина беременная,
скоро осчастливит.
- Марина - это которая?
- Ну вон же, с пузом.
- Синенькая?
- Какая же она синенькая?! Ну синенькая, синенькая.
Тиль постучал ногтем по стеклу.
- Не надо, им это не нравится.
- Они сами тебе сказали?
- Нет. Но они могли бы сказать.
Тиль с Полушиным переглянулись и захохотали.
- Сейчас я тебя котлетами угощу. Ты таких не ел.
- Я на минутку, Федя.
- Никаких минуток! Тебе что, каждый день домашние котлеты предлагают?
Бабкин рецепт вспомнил, хочу попробовать. Мясорубку специально купил.
- Мясорубку?..
- Ну да. Только ради котлет и купил.
- Если ради котлет, тогда останусь, - улыбнулся Тиль. - Как здоровье,
Федя?
- Да нормально, нормально.
- Ты все на таблетках?
- Сам же знаешь, зачем спрашивать?
- Погубит тебя эта химия...
Полушин, помолчав, достал из шкафа какой-то асимметричный агрегат.
- Это не мясорубка, это же целый комбайн, - произнес Тиль.
- А по мне - одна хреновня. Ты лучше о себе.
- Ничего нового, все по-прежнему: торгую сборной мебелью - школы,
муниципальные больницы... По мелочам, Федя, по мелочам. На днях опять убытки
случились. Двести тыщ коту под хвост.
- Что ж так?
- Партнер ненадежный. Сейчас скажет одно, а через минуту - другое. Как с
такими работать? В общем, средненький у меня бизнес, Федя. Самый что ни на есть
средний.
- Ты молодец, Тили. Я думаю, ты из нашего поколения самый умный. Хоть и
не самый старый. Иногда мне кажется, что ты умнее меня.
- Это только кажется, Федя. Меньше транквилизаторов принимай.
- Я уже привык. - Полушин размотал шнур и, подключив, пошел к
холодильнику.
Склонившись над комбайном, Тиль заглянул в бункер и вынул оттуда пакетик
с винтами.
- Федя... ты что перемалывать-то собрался?
- Свинину, говядину... М-мать!.. Не посмотрел. Спасибо.
- К сожалению, это не единственный электроприбор в твоем доме. - Тиль
провел пальцем по книжному стеллажу и остановился у окна. - Не могу же я ходить
за тобой, как нянька... - Он вытащил из-за пояса "стейджер". - Не могу, Федя.
Два (Zwei)
В окно было видно улицу - как она обычно выглядит с тридцать восьмого
этажа: река дороги, не слишком широкая, коробочки машин и фантики прохожих.
К перекрестку тянулся пестрый ручеек - детская экскурсия, полсотни душ,
не считая воспитателей.
Тиль ослабил галстук и побарабанил по подоконнику.
"Здравствуйте, - раздалось в мозгу. - Ордер на всех, оптом. Одна минута.
Время пошло".
"Это плохая шутка, Элен".
"Да, пожалуй, неудачная. Я поднимаюсь к тебе".
"Что с аэротакси?"
"Утром на стоянке был пожар. Огонь погасили, но несколько вертолетов
пострадало. Твой сегодня в город не выпустят".
"Он не мой".
- Ну ладно, ладно, не придирайся, - сказала Элен, заходя в кабинет. - Все
хорошо. Разве могло быть как-то иначе?
- А разве не могло?..
Он взглянул на часы, потом снова - в окно. Дети прошли перекресток и
направились вниз по улице. Тиль длинно выдохнул и сел в кресло.
- Как дела в Москве? - спросила Элен. - Что-нибудь привез?
- Список. Полный список, это тоже неплохо, но подробностей... никаких.
Достоверно Федору было известно только про нас, а что светит остальным... Ты
сама это видишь?
- Нет.
- Вот и он не видел.
- Значит, и выбора нет?
Тиль задумчиво покрутился в кресле.
- Как в Торонто слетала?
- Было трудно... - Элен опустила глаза. - В девятнадцать лет человек
почти ребенок, а уж в семнадцать-то... И эта кличка все из головы не выходила.
"Демон"!.. Семнадцать лет демону... Ты свалил на меня самое мерзкое, Тили.
- Мерзкого впереди еще полно. - Он выдвинул ящик и положил на стол
исписанный листок, потом взял маркер и аккуратно отчеркнул строку.
- Тебе это обязательно? Нас ведь не так много... осталось.
- Помогает сосредоточиться, - сказал Тиль.
- Помогает забыть, что это живые люди и что у нас общий предок...
- А тебе - обязательно?! Говорить все это вслух, как будто я сам не знаю,
как будто мне самому... - Он осекся. - Извини.
- Ничего. Встретились... Нормально.
Тиль встал и, обняв Элен, ткнулся носом ей в макушку.
- Я скучал по тебе.
- Волновался?
- Нет, конечно.
- Хоть немножко...
- Нет.
- Ну хоть капельку!
- Не смеши. Только скучал.
- Я тоже. Ладно, показывай.
Тиль извлек из кармана бархатную коробочку.
- Училась бы ты молчать, женщина. Весь сюрприз испортила...
Элен открыла футляр - внутри лежала серьга с большим бриллиантом.
- А втору-ую?..
- Это вместо обручального кольца, а их парами не носят.
- О-па... Ну ты, Тили... Ну ты даешь.
Он цокнул языком и выставил указательный палец:
- Все-таки получилось!
- Ты серьезно? И музыка будет?
- И музыка, и белый "Хаммер" с колокольчиками.
- Белый?.. Мне бы чуть потемнее. Я хотела черный, вообще-то.
- О черном забудь.
Элен прикусила губу и, открыв нижний ящик стола, вытащила оттуда конверт.
- Ты сегодня в ударе, Тили. Герр и фрау Бланк...
- Хоть чем-то удивил.
- А что дальше?
- Смотри вперед, форвард, там же все видно.
- Видно, видно. Сплошная мелодрама: взявшись за руки, уходят в рассвет.
Долго и счастливо.
- Должно же это с кем-то быть: взявшись за руки - в рассвет. Почему не с
нами?
Элен закурила и достала из конверта билеты.
- Герр и фрау Бланк...
- Последние из четвертого поколения, - добавил Тиль. - Последние двое,
которым нечего делить.
- Кроме того, что у них осталось?..
- Целый мир - на двоих. Это немало, Элен. Этого достаточно.
- Да. Герр Бланк... И фрау Бланк... Два белых листа, заляпанных кровью.
- Зато выжившие.
- Несмываемой кровью братьев.
- Выжившие, - повторил Тиль. - Идут, идут, идут в рассвет.
Элен сощурилась:
- Долго и счастливо...
Закладка в соц.сетях
