Жанр: Научная фантастика
Сверхдержава
... чумник! Всю жизнь я не мог прижиться надолго ни в одном месте. Всю
жизнь я искал подобных себе. И нашел только сейчас - когда прожил уже большую часть
своей жизни. Я чумник! И если кто-то скажет, что я не чумник, то он лично получит от меня в
морду!
- Что ты скажешь про Таню?
- Она быстро акклиматизировалась в чумной компании. Я с самого начала подозревал,
что она - не совсем стандартный баран.
- Она - более чем стандартный баран. Она получумник - помнишь, я говорил тебе о
них? Если учесть, что слабовнушаемых получумников больше, чем высоковнушаемых
образцовых "правильных", то получается, что именно Таня и подобные ей и есть стандартные
бараны!
- Что ж, значит, все не так уж и безнадежно в нашем государстве.
- Далеко не безнадежно. Знаешь, почему она так быстро изменилась?
- Это благодатное воздействие Крюгера. Любовь заставляет человека проявлять свои
лучшие качества. Ну и мое влияние, конечно, тоже. Я бил ее мячом как только мог. Метод
кнута и пряника...
- Ничего подобного. Это не ваше благотворное влияние. Это результат прекращения
зомбирующего действия волнового излучения. Я думаю, ты обратил внимание, что у меня в
резиденции нет ни одного приемника "Телероса"?
- А как же мы с Крюгером? Мы что, зря старались?
- Попробуй выпусти своего красавчика Крюгера на московскую улицу! - Бессонов
ткнул пальцем куда-то вверх, очевидно в направлении земной поверхности. - Посмотрю я,
кого он соблазнит со своими чумными повадками. Бараньи девочки просто испугаются его.
- У него не чумные повадки. Где-нибудь в Берлине все были бы от него без ума. Он
просто человек - этот Крюгер. Свободный, очень хороший и умный человек.
- Да, ты прав. В сущности, чумники - обычные люди, - задумчиво произнес
Бессонов. - Но только "правильные" не виноваты, что оказались подвержены специально
подобранному излучению. Я хочу, чтобы все мы вернулись в человеческую цивилизацию.
Пугает меня этот вирус. Нужно избавляться от него поскорее. Говорят, на тебя напал в Москве
дикий чумник?
- Да. Было дело. - Краев передернулся, вспоминая кровожадного больного идиота.
- Ты знаешь, что это было такое?
- Мне объяснили, что это иммунный сбой. Что вакцина у него перестала оказывать
защитное действие и он подцепил где-то якутскую лихорадку в острой форме.
- Ложь. Еще одна ложь. Это мутация вируса СЭМ. Не забывай, что он сродни вирусу
гриппа. Он склонен к тому, чтобы изменять свою структуру. А поскольку вирус встроен.в
участок ДНК, отвечающий за поведение, то любые мутации его сразу делают людей
психически ненормальными. Чаще всего они становятся агрессивными, как людоеды из
джунглей. Давила и прочие пытаются убедить себя, что эта проблема - незначительная. Но на
самом деле масштаб ее довольно внушителен. Знаешь, сколько процентов людей подвергаются
мутации вируса?
- Сколько?
- До недавнего времени цифра составляла три процента в год. В последние два года -
до пяти процентов!
- И что делают с этими мутантами?
- Точно не знаю. Наверное, часть из них удается ревакцинировать и исправить. Большую
часть, по моим сведениям, уничтожают.
- Да... - Краев почувствовал, что пресытился мрачной информацией, каждый день все
новой и новой. - С этим вирусом пора кончать, ты прав. Как там ваша операция?
- Все готово.
- Когда?
- Завтра. Уже завтра.
- Слушай, Люк, почему ты рассказываешь нам все это? - Краев резко поднялся с
пола. - Ты много лет соблюдал строжайшую конспирацию, а теперь выдаешь ее сроки людям,
надежность которых не проверена! Да, убежище твое надежно. Но ты знаешь, предатели могут
оказаться среди любых людей - даже среди тех, кого ты считаешь лучшими друзьями. Где
гарантия того, что, когда ты пойдешь на эту операцию, кто-нибудь из нас не сбежит и не
свяжется с властями?..
- А я не пойду на это дело, - спокойно произнес Бессонов. - И никто из вас,
новоприбывших, не пойдет. Все мы будем сидеть здесь, в Лесной Дыре. Твои друзья узнают о
том, что операция завершена, только тогда, когда она завершится. Я не дурак, Коля. Я всегда
страхуюсь. Хотите сбежать отсюда? Попробуйте...
- Кто будет проводить эту операцию?
- Те, кто ее готовил. Профессионалы в своем деле. Маловато там у меня людей, конечно.
И физическая форма уже не та - старыми все стали. Хотелось бы дать им в помощь пару таких
крепышей, как Салем и Крюгер. Но я не могу рисковать. Они пришли слишком поздно. Они
могут напортачить...
- Люк! - Краев присел на корточки рядом с Бессоновым. - Я должен принять участие
в этом! Я хорошо натренирован сейчас. Ты сам видел...
- Иди к черту. - Бессонов полуприкрыл свой единственный глаз. - Я знал, что ты
будешь этого требовать. Старый романтик... Нечего тебе там делать. Тебя пристрелят в два
счета.
- Я попытаюсь тебе объяснить... - Краев задыхался от волнения. - Понимаешь, это не
просто мое участие. Без меня может ничего не получиться. У меня особая роль во всей этой
истории. Мы имеем дело со сложным фаталистическим механизмом - последовательностью
цепных реакций, следующих друг за другом. Все они не случайны. Когда-то я запустил этот
механизм, хотя запуск его казался невероятным, противоречащим любой здравой теории. И я
же должен остановить его. Это моя роль! У меня была возможность вмешаться в этот процесс,
чтобы прервать его. Но я не воспользовался этой возможностью - я просто удрал. Испугался
того, что натворил. Сейчас я должен довести дело до конца. Искупить свою вину...
- Возможность вмешаться... - Глаз Бессонова вдруг широко открылся и пристально
уставился на Краева. - Ты видел сон, Николай? Да? Сегодня ночью? Признайся!
- Да, - смущенно пробормотал Краев. - Откуда ты знаешь?
- В этом месте снятся странные сны. Они приходят волнами... Такая волна посетила нас
этой ночью. Она накрывает всех... Я тоже видел сон.
- Что ты видел во сне? - Краев снова вскочил на ноги.
- Не важно... Не важно... Там было над чем подумать... Судьба... Ступени... Наверное,
ты прав, Николай. Нужно поступить именно так. Разрешить тебе участвовать в операции. Хотя
мне очень не хочется этого делать.
- Спасибо! - Краев схватил обеими руками сухую кисть Бессонова и тряхнул ее так, что
хрустнули суставы. - Спасибо, Люк! Что там надо делать? У нас еще есть сутки! Ты должен
меня поднатаскать, проинструктировать!
- Ты ничего не будешь делать там. Ты будешь просто присутствовать. И стараться не
мешать тем людям, которые знают, что делать. Да, вот еще что. Пожалуй, я дам тебе охрану.
Двоих молодых людей. Они все равно ничего здесь не делают...
- Салем и Крюгер? -Да.
- Не боишься?
- За себя - нет. Мне уже нечего бояться. - Голова Бессонова тряслась все заметнее -
видно было, как быстро он начал уставать. - Я боюсь за тебя, Николай.
Эти двое чумников - опытные и рассудительные люди, несмотря на свою молодость. Я
проинструктирую их отдельно от тебя. Расскажу им немножко об особенностях твоих
психических реакций. Если что - они удержат тебя от дурацких поступков.
- Я склонен к идиотизму. - Краев смущенно опустил голову. - Я знаю это, Люк. Но на
этот раз я обещаю...
- Охотно верю твоим обещаниям. - Бессонов протянул руку Краеву. - Помоги-ка мне
встать, брат. Погода, наверно, портится. Ломит все кости...
Краев чувствовал под ногами холодные плиты старой лестницы.
Глава 6
СТАРЫЙ ЗНАКОМЫЙ
Прежде чем идти на дело, Краеву пришлось подвергнуться не очень приятной процедуре.
Бессонов удалил "маячок", спрятанный в теле Краева. Нашел он его без труда, но, к
сожалению, радиочип оказался спрятан не под кожу - он сидел глубоко в мышце спины.
Краева разрезали под местным наркозом и извлекли чип. Место это обезболили, но при резких
наклонах боль до сих пор стреляла в поясницу. Краев терпел. Старался не показать, что его
что-то беспокоит.
Честно говоря, чувствовал он себя не самым лучшим образом. Наверное, сказались
чрезмерные физические перегрузки. Сам виноват - нечего было играть в волейбол целыми
днями, не мальчишка уже. Загонял себя, наверное. Ладно, все пройдет...
Краев успокаивал себя. А может быть, даже в чем-то и обманывал себя. Потому что
знакомая боль в колене, забытая за последние недели, проснулась. Пока еще слабо покусывала
сустав, чуть трогала его острыми зубками, облизывала языком, шершавым, как рашпиль. Но
Краев помнил, как начинались его мучения много лет назад. Это было так же. Так же.
Ерунда. Это все мелочь. Главное - успеть. Не свалиться с ног, выдюжить, довести до
конца диверсионную операцию. А там разберемся.
Краев и сам точно не знал, каким образом их доставили в Москву. Весь путь они втроем с
Салемом и Крюгером проделали в закрытой тесной камере, обитой мягкой обшивкой.
Поскольку транспортировали их ночью, Краев заснул. Потом их высадили, долго вели куда-то,
показывая дорогу фонариками, и Николай не мог спросонок сориентироваться, что является
причиной кромешной тьмы - ночь или подземелье. Наконец они попали в помещение, где
света было достаточно. Оказалось, что компанию им составляют еще три человека среднего
возраста - все, как один, с длинными носами и пушистыми усами цвета соломы.
- Какие вы все, однако, одинаковые, братцы, - тонко подметил Краев.
- Сейчас и вы такими же будете, - прогундосил один из них.
И трое усачей принялись за работу. На физиономию Краева наклеили несколько слоев
тонкой растягивающейся пленки, потом между слоями ввели какую-то субстанцию,
придающую маске желаемую форму и цвет. Краев скосил глаза внутрь и увидел кончик
собственного нового носа. Нос был здоровенным, ноздреватым и слегка горбатым. Николай
ожидал, что сразу вспотеет в маске, но она, по-видимому, пропускала воздух, потому что
никакого дискомфорта Николай не ощущал. Закончилось пластическое вмешательство
прилаживанием лохматых бровей и усов и приклеиванием на ладони и пальцы рук фальшивых
кожных отпечатков.
- Вставай, - сказал усач. - Полюбуйся на себя. Мама родная не узнает.
Краев глянул в зеркало и расхохотался. Теперь его физиономия действительно ничем не
отличалась от носато-усатых унылых морд тех людей, что привели их сюда. Такие же в
точности портреты заполучили Салем и Крюгер. Отличались они друг от друга только ростом.
- Ну вы даете! - сказал он. - У вас что, только такие лица на складе остались? Или
фантазия плохо работает?
- А что, плохо сделано? - Один из усачей, Краев теперь уж и не мог сказать, какой
именно, с удовлетворением оглядывал свою работу. - Нос, что ли, жмет?
Краев надул щеки, пошевелил бровями, потрогал себя за кончик носа. Нет, все было
сделано великолепно. Если бы Краев смотрел на себя со стороны, он никогда бы не заподозрил,
что перед ним - не живая кожа, а синтетическая пленка.
- Качество работы отменное, - сказал он. - Я о другом говорю. Почему все так
одинаково? Зачем вы нас тут клонировали, как однояйцевых близнецов?
- А потому что мы все шестеро - один и тот же человек. Пудов Валерий Вениаминович.
Запомнил фамилию? Объясняю: Пудов - это техник "Центра-18". "Центр-18" - это сеть
лабораторий, где изготавливают вирусные препараты, и сеть складов, где их хранят. Там все
автоматизировано, потому что присутствие лишних людей нежелательно. Через час начинается
рабочая смена Пудова. Он должен обслуживать и охранять склад номер 41z, где хранится
требуемый нам "товар". Для охраны Пудову положено оружие, которым он в совершенстве
умеет пользоваться. Рабочая смена Пудова - всего лишь четыре часа. За это время мы должны
найти то, что нам нужно, забрать и уйти. И постараться при этом наделать как можно меньше
шума. Это непросто, но это возможно. Вот и все, пожалуй.
- А настоящего Пудова?.. Мы что, уберем его?
- Настоящего Пудова уже убрали. Он холост, живет один, и никто не заметил, что он не
пришел вчера вечером домой.
- Вы что его, того? - Краев чиркнул пальцем по горлу. - Навсегда уговорили?
- Ну что ты. - Усач усмехнулся. - Это не наш стиль работы - убивать ни в чем не
повинных людей. Пудов в надежном месте. Закончим работу - выпустим его на волю. Он все
равно ничего не знает. Потому что спит как младенец.
- Он что, чумник, этот Пудов?
- Нет.
- Баран?! Как же он тогда может обращаться с оружием?
- Он тормоз. Бывший спецназовец. В одиночку может справиться со взводом. Радуйся,
что его обезвредили без твоего участия.
- Но тормоза - это те же самые бараны!
- Тормоза - это бараны с самой высокой внушаемостью. Под излучением им можно
приказать делать все, что угодно. В том числе и убивать людей. И можешь быть уверен, они
сделают это без малейшего сомнения.
- А как же баранья неагрессивность?! - потрясенно воскликнул Краев.
- А вот так. - Усач развел руками. - Так вот. Дальше думай сам. Мотай на ус, пока он
не отклеился.
- А вы кто?
- Мы - никто. Просто люди. Люди без вируса.
- Внимание! - Второй усач постучал по часам. - Время, ребятки! Хватит лясы точить!
Пора двигаться. Наушники все прилепили?
-Да.
- Правый наушник - официальный. То, что вы услышите в нем, предназначено для
настоящего Пудова. Левый наушник - наша внутренняя связь. Если услышите приказ в левом
ухе, постарайтесь выполнить его быстро и точно. Правое и левое ухи никто не путает?
- Нет вроде бы, - сказал один из носатых голосом Салема.
- Мой вам совет - не путайте. Будете проявлять самодеятельность - быстро
превратитесь в труп. Там сплошная автоматика, ребята. Она убивает непрошеных гостей сама,
без человеческой помощи. В чем-то она действует точнее, чем человек, в чем-то - тупа и
неизобретательна. Чтобы обмануть автоматику и протащить вместо одного целых шесть
техников Пудовых, нужно четко соблюдать определенный алгоритм. Времени инструктировать
вас нет. Увидите все на месте. Вы трое повторите все так же, как сделаем мы. Смотрите за нами
внимательно. После того как дверь открылась, нажимайте кнопку "Сброс" и быстро проходите
внутрь. Сохраняйте полное молчание. Вот и все, пожалуй. Вперед.
Они передвигались пешком, быстрым шагом, подсвечивая себе путь фонариками.
Все-таки темнота была связана не с ночью - часы Краева показывали уже полвосьмого утра.
Они шли под землей, по каким-то коммуникациям. Трубы, кабели, крысиный помет. Не
канализационные трубы, не вонючая жижа по пояс, как в киношных боевиках, - и слава Богу.
Краев больше думал о своем колене. Вернее, как раз пытался не думать, старался переключить
свое внимание на спину, в которой тоже разгоралась боль, но все равно думал только о коленке.
Стоп. Остановились. Трое пошептались о чем-то, один из них сказал "Ну, давайте",
нырнул в боковое ответвление коридора и исчез.
- Куда он?
- На проходную. Мы с вами должны попасть через люк прямо в помещение. А один
должен обязательно засветиться на контрольном пункте внешней охраны. Якобы настоящий
Пудов прошел внутрь "Центра-18". Там его будут проверять люди. Люди, которые знают
настоящего Пудова. Вшестером там делать нечего.
- А он справится?
- Должен справиться. Он - тоже охранник, работает здесь и знает все здешние порядки
и ловушки. И с Пудовым он хорошо знаком. Он изобразит его достаточно точно. Полгода
тренировался.
- Если он сам техник, почему тогда под своим именем не пошел? - поинтересовался
Салем. - Проще бы было.
- А ты бы пошел под своим именем?
- Да, действительно... - Салем попытался по привычке почесать лысый затылок, но
вспомнил, что теперь его голый череп прикрыт париком и цилиндрической кепочкой. - Так он
что, тоже тормоз?
- Он хорошо притворяется тормозом. Уже восемь лет, как притворяется. Он наш
человек.
Они стояли молча и ждали. Один из усатых смотрел на часы. Минута проходила за
минутой. Краеву отчаянно хотелось курить.
Зачем он пошел сюда? Толку от него здесь действительно не было - продумана операция
была, судя по всему, с умом, и добавить к этому было просто нечего. Наоборот, участие Краева
и прилагавшихся к нему Салема и Крюгера только осложняло дело. Вместо трех
запланированных заранее усачей-носачей появилось целых шесть фальшивых Пудовых.
Удивительно, как исполнители операции согласились на такое безобразие? Наверное, Бессонов
обладал очень большим авторитетом, если смог за день до операции впихнуть туда еще трех
"пассажиров".
- Хорошо. - Тот, кто смотрел на часы, кивнул. - По времени он уже должен пройти
через пропускной пункт. Через пять минут мы идем наверх. Даю последние инструкции. Вот
эти фиговины прилепите к горлу. - Человек раздал каждому желтые кругляши, похожие на
большие таблетки. - Прилепили?
- Да, - ответили все дружно совершенно одинаковыми гнусавыми голосами.
- Это модификаторы тембра. Теперь вы все говорите голосом Пудова. Так... Теперь
оружие. - Усач полез в сумку и достал оттуда прямоугольную черную коробочку, поднял ее
вверх. - Показываю. Оружие настоящее и очень неслабое. Его луч пробивает
трехмиллиметровое железо на расстоянии двадцати метров. Называется оно "излучатель
СИ-105м", но мы обычно называем его просто сикалкой. С ударением на втором слоге. Я бы с
удовольствием не дал вам эти нехорошие игрушки, ребята, но настоящий Пудов должен быть
вооружен такой вот сикалкой, а значит, и вы тоже! Вот смотрите, пальцы вставляете в петельки,
коробка в результате надевается на тыльную сторону правой кисти. Вот это - отверстие луча,
его направляют на предполагаемого противника, но ни в коем случае не себе в глаз. Вот это -
рычажок предохранителя. У всех у вас излучатель стоит на отключенном режиме, и я даже не
покажу, как его включать. Ни к чему это вам.
- А если вдруг нечаянно включится? - поинтересовался Крюгер. - Например, об
стенку рукой ненарочно чиркнуть? Поубиваем ведь тогда друг друга - по незнанию.
- Я те чиркну! - прогундосил инструктор. - Знаю я ваше чумное "нечаянно"! Ладно.
Покажу то, чего не стоит делать, если сикалка, не дай Бог, включится. Вот это большой палец
правой руки. Вот это - средний палец. При включенном излучателе эти пальцы не надо
соединять вместе, в такое вот, показываю специально для тупых, колечко. Потому что при этом
излучатель начинает продырявливать все, что попадется ему на глазок. При однократном
коротком соединении указанных пальцев, каковое, конечно, вы делать не будете, короткий
импульс действует наподобие пули. Если вы не будете долго держать пальцы соединенными, то
у вас не получится длинный луч, который косит все на своем пути. И наконец: мне не хотелось
бы показывать вам регулировку силы луча, которая осуществляется посредством перемещения
большого пальца по поверхности среднего пальца. Чем ближе к ладони, тем сильнее луч. Все
поняли, чего не надо делать?!
- Так точно! - гаркнули Салем с Крюгером. Видно было, что руки у них чесались от
нетерпения побыстрее заполучить заветные излучатели.
- Берите излучатели. И наверх.
Они пролезли наверх друг за другом по вертикальной железной лестнице. И очутились в
совершенно темной и глухой кладовке.
"Руками-ногами без нужды не двигать, - услышал Краев четкий голос в своем левом
наушнике. - Уроните какое-нибудь ведро - грохоту не оберемся. Не разговаривать. Фонари
не включать".
Дверь бесшумно отворилась, бросив в темноту полоску света, показавшуюся с отвычки
ослепительной. Голова того, кто шел через проходную, просунулась внутрь и тут же исчезла.
"Сейчас будете выползать по одному. По-пластунски! Прижимайтесь к полу. Голову и
прочие части тела не поднимать выше сорока сантиметров. Все, что выше, будет засечено
датчиком и аккуратно отрезано лучом..."
Один, другой, третий... Краев полз четвертым. Полз и думал о том, сколько сантиметров
он представляет собой в толщину. Никогда не интересовался этим раньше. Сантиметров
тридцать-тридцать пять навскидку. Значит, пять сантиметров допуска есть. Немного. Лучше уж
носом в пыль. Жить-то как хочется... Потянуло его на приключения, козла старого... Чиркнет
вот сейчас по оттопыренной заднице острым лучиком - и прощай, любимый окорок...
"Неплохо. Сейчас лежим и внимательно смотрим, что делает первый из Пудовых.
Запоминаем".
Голос из левого наушника. И полная тишина вокруг. Интересно, как это инструктор
умудряется говорить так, что его слышно только в наушнике?
Пять человек лежало на полу в продолговатом помещении - два метра шириной, шесть
метров длиной. Здесь не было никаких предметов мебели, не было аппаратуры, не было даже
телекамер. Только ослепительно яркий свет бил с потолка и ровные продольные щели шли по
белым стенам через каждые полметра. Краев вспомнил "комнату для расстрелов" в подземелье
Агрегата. Там были круглые дырки в стенах, здесь - щели. Там были расплющенные пули на
полу, тут предполагались тонкие пучки лазерных лучей. Неизвестно, что было хуже. Краеву не
хотелось попробовать на собственной шкуре ни того ни другого.
"Пудов номер один" прошел вдоль коридора ровным, спокойным шагом и остановился
перед массивной никелированной дверью с надписью "41z". Приложил левую руку пальцами и
ладонью к прямоугольнику, обведенному тонкой красной линией. Правую руку с
прикрепленной к ней сикалкой отвел перпендикулярно в сторону.
"Один, два, три, четыре..."
Синтезированный механический голос раздался в правом наушнике, и Краев вздрогнул от
неожиданности. Голос считал до двадцати размеренно, как метроном. А Пудов трижды
произнес слово "пойнт" - после девяти, одиннадцати и семнадцати.
"Имя?" - после некоторого молчания спросил автомат, очевидно удовлетворившись
выполненными действиями испытуемого. "Пудов. Валерий. Вениаминович". - "Группа
допуска?" - "Три дэ бис". - "Смена?" - "Первая". - "Пароль?" - "Трепанация". -
"Предыдущий, пароль?" - "Хрен моржовый".
Опять тишина. Краев уже начал думать, что что-то не так, когда механический голос
произнес: "Допуск разрешен". Дверь поползла в сторону, тонко запищал зуммер, замигала
красная лампочка где-то сбоку. "Пудов" подождал, когда дверь откроется полностью, нажал
большую черную кнопку, находящуюся прямо под лампочкой, и быстро скользнул в проем.
Дверь бесшумно рванулась назад и захлопнулась, чудом не отдавив ему пятку. В эту же
секунду "Пудов номер два" поднялся на ноги с пола и пошел вперед ровным шагом.
"Сброс! - четко проговорил автомат. - Повторите процедуру опознания".
Второй из усачей уже стоял у двери - одна рука на прямоугольнике, другая отставлена в
сторону.
"Один, два, три, четыре"...
Все шло без малейшей запинки.
"Ребятки, все поняли? - живая речь в левом наушнике. - Следующий идет Крюгер.
Дальше - Николай, потом Салем. Последний - я. Главное - два момента. Первый - прыгать
в дверь сразу, как только нажмете "Сброс". Иначе так хрястнет, что мало не покажется. Второй
момент - следующему вставать, когда моргает красная лампочка. В это время отключаются
лазерные датчики. Вот и все. Удачи вам".
Николай почему-то начисто избавился от волнения. Второй самозванец уже шмыгнул в
дверь, и Крюгер стоял на его месте и голосом Пудова произносил то, что положено. Процедура
допуска была достаточно сложной, имела несколько степеней защиты, но те, кто разрабатывал
операцию, учли все, что нужно было учесть. И ничего лишнего. Вероятно, при допуске
идентифицировалась физиономия техника, его голос и отпечатки пальцев. Все это у Краева
сейчас точно соответствовало требуемому образцу. Глупо было думать, что этот аппарат вдруг
станет измерять рост человека или, к примеру, идентифицировать сетчатку его глаза. Впрочем,
если бы это требовалось - подогнали бы и это. Как? Это уже технические вопросы.
И только когда Краев прошмыгнул в дверь, тупо лязгнувшую у самой его задницы, он
почувствовал, как его трясет. Один из усачей тут же схватил его за лацканы форменной куртки
и прислонил к стене в положенном месте, рядом с Крюгером.
"Стойте тут, - тихий голос в левом наушнике. - Ради Бога, не разговаривайте - у вас
нет переговорных устройств. И не двигайтесь лишнего. Вы хотели присутствовать?
Присутствуйте. Смотрите. И не мешайте".
Через две минуты уже все шестеро двойников находились на складе. Трое стояли у стены
и наблюдали. Другие трое - те, кто знал, что делать, - надели на головы защитные шлемы из
прозрачного пластика и теперь шныряли по складу, занимались поисками. Краев слышал их
переговоры, но сам сказать ничего не мог.
"Какой термос?" - "Понятия не имею". - "А чего заранее не узнал?" - "Так мне и
сказали..." - "Методом тыка?" - "Шутишь? На себе, что ли, пробовать будешь?" - "Там
метка должна стоять - "антиСЭМ-13". - "Ты точно знаешь название штамма?" - "Точняк!"
- "Нет тут никаких меток вообще. Все термосы одинаковые, черт бы их побрал!" - "Дурень!
Ты что, не видишь, что я делаю?!" - "А... Так бы сразу и сказал!.."
Обрывки не слишком понятного разговора в левом ухе Краева. Однако, сопоставляя то,
что он слышал, и то, что делали эти трое, Краев начинал разбираться в ситуации. "Термосами"
назывались высокие металлические цилиндры-контейнеры с крышками сложной
конфигурации. На складе находилось больше трех десятков термосов, каждый из них был
высотой около метра и весил, наверное, не одну сотню килограммов. Стояли термосы на полу
тремя рядами и соединялись трубками и кабелями в сложную конструкцию. Мониторы на
стеллаже у стены показывали десятки функций - контролировали, как чувствуют себя
культуры вирусов, и поддерживали их существование. Триллионы микроскопических живых
существ спали в этих цилиндрах, погруженные в жидкий азот, в состоянии глубокой заморозки.
"Интересно, видят ли вирусы сны? - подумал Краев. - Мечтают ли они скорее
вырваться на свободу, на свежий воздух, чтобы заразить человека, внедриться в его хромосомы
и обрести таким образом руки, ноги, тело и даже разум?" Вирус СЭМ не был разумен сам по
себе, но, входя в человека, он становился частью его сознания. По мнению Краева, не самой
лучшей его частью. Он превращал свободного человека в послушного раба. Лишал его права
выбора.
Краев с удовольствием взорвал бы весь этот склад. Только что это могло дать? Вирус уже
сделал свое дело - поселился в людях и изменил их. Отравил их души. Теперь людям нужно
было противоядие, дабы спастись. И Краев пришел сюда за ним.
Видимых букв или знаков на контейнерах действительно не было. Но Краев видел, что
о
...Закладка в соц.сетях
